Величавая Обь

Фрагмент из книги "Путешествия" Литрес, Амазон, Озон и моб. прилож. тел.

По натуре я не только спортсмен, но и заядлый турист. В советское время плавал на теплоходах по всем великим рекам Союза (по Волге  дважды, а по Оби и на Соловки - трижды). Хочу рассказать о всех путешествиях, зная, что и сейчас организуются маршруты по нашим замечательным рекам – может, кому-нибудь пригодятся мои воспоминания.
Прошлогоднее путешествие по великой реке Лене оставило в моей душе неизгладимое впечатление. На следующее лето опять лечу с женой Тамарой  в Новосибирск, а потом пересаживаемся на теплоход «Урал».

Обь – широкая и раздольная. По утрам бегаю на верхней палубе ежедневные тридцать кругов – это пять километров. Зелёные стоянки великолепные. Рыба здесь клюёт здорово – только в устье Волги лучше. Из нашей рыбы готовят ужин. Участвую в соревнованиях по шахматам. Я «в ударе» - набрал 12,5 очков и занял первое место. Опередил на пол-очка одного москвича – кандидата в мастера спорта. За мной сразу кучно шесть перворазрядников! На торжественном вечере дарят зелёный красочный диплом  чемпиона теплохода «Урал» по шахматам (я и по сей день горжусь  им, т.к. всю жизнь играю в шахматы). Кандидат в мастера спорта и перворазрядники не успокаиваются и толпой ходят за мной:
    - Чемпион! Давай сыграем!
Я, чтобы не обидеть никого, по очереди со всеми играю и … все партии проигрываю. Они все возмущаются:
    - Как он мог выиграть у нас всех?
Я смеюсь:
    - Это всё теперь ерунда! Дорого яичко к Пасхе!
На одной зелёной стоянке культорганизатор объявляет:
    - Приглашаю всех молодых мужчин, желающих посоревноваться в ловкости, ко мне. Вот видите: на берегу слева высится большой песчаный холм. На его вершину можно зайти только с противоположной стороны. Со стороны же берега – очень крутой откос. Мы здесь всегда проводим соревнования  среди туристов. Кто первый заберётся на вершину – тот чемпион теплохода «Урал» по скорости и ловкости. На вершину холма я сейчас отнесу приз – бутылку коньяка и шоколадку. У вас есть 15-20 минут на подготовку.
Я быстро надел спортивный костюм и кеды. Тамара говорит:
    - Лапчик! Уверена в твоей победе! Уже одиннадцать лет изо дня в день тренируешься – намучилась я с тобой. Докажи всем этим прибалтам, что ты настоящий спортсмен! Вечером с новыми друзьями разопьём бутылку.

Я отвечаю:

   -   Намучилась? Где бы ты сейчас жила, если бы Спортсоюз не дал мне квартиру на Узком переулке 9 за многочисленные победы в крае и Союзе? А ежемесячные 80 рубчиков доплаты к ставке методиста? А талончики на завтраки, обеды и ужины? Не зли меня лучше…

Начал разминаться, бегая вдоль берега. Собралась группа молодых мужчин: человек двадцать-тридцать! В основном, все прибалты - светловолосые, рослые, крепкие (на теплоходе были три группы эстонцев, литовцев и латышей). Песчаный откос был высотой метров сто пятьдесят с углом наклона не менее 60 градусов. Настоящая дюна – ни одной травинки!

По сигналу все дружно побежали. Я хорошо размялся и сразу, согнувшись до самого песка, мгновенно опередил всех. Песок плывёт из-под ног, но я уже намного впереди всех. Публика внизу ревёт от восторга и громче всех моя жена.
И вдруг я потерял равновесие и кубарем скатился вниз, сшибая по пути нескольких участников состязания. Все хохочут, а Тамарка злится и кричит на меня. Быстро поднялся и скинул кеды. Понял, что надо менять тактику. Полез вверх, как паук, глубоко вонзая руки-ноги в плывущий песок. Под хохот толпы мимо пролетают вниз неудачники. Быстро-быстро перебираю «клешнями», догоняю и перегоняю многих участников. Сердце бешено стучит. Вот где мне пригодились многолетние ежедневные тренировки в беге! До вершины ещё метров десять, а впереди ещё два долговязых прибалта. Из последних сил достаю их! Все трое одновременно протянули руки к переливающейся на солнце золотом бутылке коньяка – но я на мгновение раньше! Под смех, крики и свист толпы туристов, счастливый, скатываюсь с бутылкой коньяка к подножию холма. Внизу меня догоняет белокурый  «второй призёр» и с улыбкой протягивает мне шоколад:
    - Молодец! Заслужил! Чувствуется спортсмен! Не пойму, как ты опередил меня. Я мастер спорта на «полуторке». А ты?
    - А я на «восьмисотке»!
    - А-а-а! Тогда всё понятно!

 Жизнь на теплоходе течёт своим чередом. Утром пробегаю на верхней палубе свои  километры. Редкие туристы уже выходят, потягиваясь, из своих кают. Садятся в шезлонги, некоторые курят, другие пытаются делать зарядку. Мимо проплывают живописные лесистые берега. Почти все откосы песчаные, много упавших деревьев, проток, заводей. Обь очень отличается от Лены. Там по обеим сторонам  почти  везде были  горы, а здесь низменные места. Завтрак в ресторане. Их два на теплоходе. Затем туристы разбредаются кто куда. Мероприятий много. В музыкальном  салоне поют, репетируют, играют на рояле, танцуют. Шахматисты сражаются на многочисленных досках за победу. На палубах много читающих, а в баре любителей кофе и более крепких напитков.  В кинозале постоянно крутят фильмы. Есть массажный кабинет и сауна. Культорганизатор  постоянно выдумывает всякие викторины. По радио идёт беспрерывный поток информации о местах, где проплывает теплоход. Днём обязательная зелёная стоянка в живописнейших местах, а вечером дискотека. Есть ли  на свете что лучше такого отдыха? Я очень полюбил теплоходы и решаю в будущем посетить все реки Союза.


Приплыли в Салехард. Поразила бедность этого города. Кругом стоят одни двухэтажные  деревянные бараки (сейчас, говорят, город поразительно изменился к лучшему!). Ни деревьев, ни кустов, ни цветов. Покосившиеся туалеты во дворах (значит, нет канализации и водопровода). У подъездов стоят бочки с водой. Вдоль улиц проложены на столбиках кривые тротуары из досок. Стаи лохматых собак на улицах. Магазины пустые. В одной мастерской мы с женой выбрали чучело головы северного оленя – и тем довольны!
Всех туристов повезли в тундру на автобусах. Красота необыкновенная! Побежали, проваливаясь по колено во мху, вглубь тундры. Масса ягод: черника, голубика, костеника, морошка, клюква. Но тучи комаров не дают всласть полакомиться, и все бегут обратно в автобус.

Плывём назад до Новосибирска. И вот мы в столице Югры городе Ханты-Мансийске. Он стоит на слиянии двух великих рек – Оби и Иртыша. Поражает последний – мутный, жёлтый. Его воды долго не смешиваются с чистыми струями Оби. Город Ханты-Мансийск очень красивый, зелёный, стоит на холмах. Пихты и кедрачи окружают все улицы.

Следующая стоянка всего два часа.  Сургут. Этот город раз в пять больше Ханты-Мансийска. Культорганизатор рассказывает:
    - Вы находитесь в нефтедобывающей столице Советского Союза. Сургут основан в 1594 году указом царя Фёдора Иоанновича. Он объединил все финно-угорские народности: хантов, манси, остяков и других. В переводе на их язык Сургут – рыбное место. Но в наше время он стал крупнейшим промышленным городом Западной Сибири. Здесь находится международный аэропорт, железнодорожный вокзал, речной порт, две крупные ГРЭС и, главное, десятки нефтеперерабатывающих предприятий.
Сургут мне не понравился – обычный промышленный город.

А вот в Нижневартовске задержались на целый день.
На автобусах едем на озеро Самотлор. Там самое крупное  в мире  месторождение нефти! Бетонная дорога проложена по  непроходимым болотам. Все тридцать километров по обе стороны дороги сплошные нефтяные озёра вперемежку с  водой. Нефтью залиты деревья, кусты, кочки – все они засохли. Видны сотни ржавых пустых бочек,  изношенные автомобильные шины,  барабаны из - под кабеля, мотки  проволоки и кабеля, ржавые кузова автомобилей и гусениц тракторов. Все эти отходы бесхозяйственности человека  плавают в нефтяных  пятнах. Из окон автобуса вижу  в одном  месте барахтающихся, погибающих в разводьях нефти стаю диких уток. Впечатление ужасное! Туристы все ахают и охают. Думаю:
    - «Что же такое здесь творится? Почему люди сгубили природу? Почему такое пренебрежение к окружающему миру?  Ведь по радио и телевидению нам «поют» ежедневно, что «проклятые империалисты губят природу», а у нас всё хорошо!»
А  экскурсовод  между тем рассказывает:
    - Самотлор, по местному, называется «худая вода». Учёные предсказывали, что здесь есть крупные залежи нефти. Но в непроходимых болотах нелегко было организовать бурение скважин. Для начала создавали искусственные острова для вышек. И вот 22 июня 1965 года на одной из скважин произошёл взрыв. Гигантский столб нефти вырвался под огромным давлением из глубины 1,5 километра, до которой дошёл бур. Стальные трубы перегрелись от необыкновенно высокого давления, и произошло возгорание.
Все буровики погибли. Фонтан нефти выливался из скважин небывалой мощности -  более одной тысячи тонн в сутки! Страна получила колоссальное месторождение «чёрного золота»! В настоящее время здесь из 15 тысяч скважин, находящихся на намытых островах, добывается более 150 миллионов тонн нефти в год!


Всё увиденное потрясло меня. До самого горизонта тянутся высоченные, метров тридцать, бесконечные шлейфы горящего попутного газа. Местные жители рассказывают,  что летом и зимой здесь в тайге светло, как днём. Возмущаюсь про себя:
    - «Почему такая бесхозяйственность в стране? Сколько газа сгорает, засоряя атмосферу! Неужели нельзя организовать его сбор, очистку, транспортировку и применить с пользой для людей?  Пол страны сидит без газа, а здесь  миллионы кубометров сгорают бесцельно!»

Проплыли  Нарым и Колпашево.  Иду в капитанскую рубку, спрашиваю:
    - Товарищ капитан! Просьба, объявите по радио, когда будем проплывать мимо впадающей в Обь речки под названием Шегарка.  В верховьях её прошло моё детство в ссылке,  хочется увидеть устье.
Тот  улыбается:
    - А вы побудьте здесь минут десять. Она вон за тем поворотом.
И вот она, Шегарка! Довольно широкая, метров сорок, речка блестит на закате. Я всматриваюсь в неё, разволновался, боясь расплакаться. На высоком берегу прямо перед впадением в Обь  стоит  одинокий небольшой домик. Думаю:
    - «Вот бы неплохо здесь жить! Уйду на пенсию и приеду сюда. Или куплю этот домик, что стоит в устье Шегарки, или построю рядом другой. На милой речке детства  закончу свой жизненный путь».

На заключительном концерте вечером на верхней палубе опять соревновались с прибалтами, но теперь в песнях. Здорово они поют всё-таки!
Но мы перепели их, и об этом прямо заявил ведущий концерта, и всем вручил грамоты.  Собрались десять прекрасных девчат из Поволжья и нас – трое ребят. Я чуть выпил, опять «в ударе», стою в центре с микрофоном в руке. Недаром всё-таки обучала нас  четыре года в детдоме  воспитательница Ефимия Лукушина русским песням! Все туристы хлопают нам, поздравляют. Девчонки, что пели с нами, шутливо обнимают меня, хохочут;  мы даже целуемся - все довольны победой. Многие туристы подходят к моей жене – спрашивают:

    -  Он у тебя артист?

Она злится, завидует, ревнует:   

- Артист из погорелого театра!

Вечером в каюте Тамара «задаёт мне порки» - опять ревнует, скандалит.
Ухожу на верхнюю палубу и сижу в шезлонге до самого утра…


Рецензии