Призвание варяга гл 86 Подготовились

Княжеские дворы гудели словно комариный рой в лесу на рассвете. Давно в Изборске не было такой суматохи. Повара бегали на скотные дворы и в курятники, челядь расчищала дорожки от снега и колола дрова, гриди приводили в порядок себя самих и свой арсенал. Как старший дружинник, Трувор в отсутствие князя считался главным, по крайней мере, по вопросам, касающимся военного дела. Что до управления княжеством – им занималось боярское вече и тиун. В подготовке же к приему Рёрика участвовали все вместе и никто конкретно. Поэтому эту обязанность в итоге взяла на себя Велемира. Вернее, она внимательно присматривала за ходом работ и помогала Трувору советами, так как он нуждался в участии опытного друга. В его простой солдатской жизни были лишь сооруженные на скорую руку полевые трапезы да нечаянные праздники, совмещенные с разбоем и грабежом. Его неискушенный ум пока не видел разницы между торжественной встречей владыки и обыкновенной пьянкой. Ему казались несущественными детали вроде уборки остатков снега и украшения теремов. То ли дело Велемира. Она княжна и знает толк в чинных увеселениях, умеет управляться с прислугой, отдавать приказы, готовить торжества в чью-либо честь. Без нее ему не справиться в подобного рода вещах. И про себя он отметил ее неожиданную рачительность и похвальную разумность. Княжеская дочь воистину обладает вкусом и пониманием, коим простому воину следует поучиться. Хотя бы даже сегодня, когда он и она, вместе, с самого утра были на улице и приглядывали за приготовлениями. Впрочем, несмотря на то, что Трувор оценил по достоинству способности Велемиры, сам он не торопился перенять ее мудрость и не вникал в происходящее.

- Эй, приказчик! - безрезультатно окликала Велемира уже в третий раз рябого слугу.

Неуловимого распорядителя было всегда непросто поймать: либо никто не знал где он, либо он исчезал быстрее, чем к нему успевали приблизиться. К тому же, к сожалению, ни он один пренебрегал княжной. А для кого она тут княжна? И княжна ли вообще? Это там, в Новгороде, она, может, и знатного рода. А здесь она лишь тень старшего дружинника и даже не жена ему вроде. Так что не следует тратить на нее время, которого и так нет!

- Горазд! - гаркнул Трувор резко, поддержав писк Велемиры. После чего его одолела зевота, и он уже даже не смотрел на слугу, который к тому моменту с готовностью спешил к нему.

- Огнищанин, - подошедший к Трувору приказчик почтительно поклонился. Его разрумяненное лицо свидетельствовало о том, что он с самого утра на морозе.
 
- Все ли готово к приезду князя? - уточнила Велемира, пока Трувор зевал, провожая взором степенно вышагивающих упитанных поварих с корзинами снеди. Одну из них, несущую выпечку, он даже остановил. Порывшись в плетенке, извлек оттуда круглый масляный пирожок и откусил от него сразу половину. Стряпуха еще немного выждала, а позже, когда пирожки перестали занимать его внимание, продолжила свой путь, неспешно переваливаясь с ноги на ногу, точно утка. - Ты сделал все, как велено?

- Готовимся, - ответил приказчик уклончиво.

- Конюшни вычищены? Избы убраны? - Велемира недоверчиво нахмурила лоб.

- Как и было наказано, - поклонился приказчик. - Но про конюшни – это у конюхов вопрошать надобно…

- Печи исправлены? - внимательная Велемира имела при себе небольшой список, с которым сверялась. - Ночи все еще очень холодны.

- Это надобно у печника просить…- развел руками Горазд. А Велемира что-то нацарапала на бересте, после чего спрятала покрасневшие пальцы обратно в меховые рукава.

- Сосульки все посбивать! - напомнила княжна, кивнув на карнизы. - Я еще вчера говорила тебе!

- Так хлопочем уже…- напряженно вздохнул Горазд. Снег должен был давно сойти вместе с сосульками и прочим. Но тут уже почти в преддверии лето бахнули небывалые морозы. Даже старожилы не припоминали такого.

- А ступени обледенели! - вспомнила Велемира. - Ни по одной лестнице не взойти, чтоб при том не поскользнуться! Лед убрать! Только кипятка не поливать на ступени! А то остынет и потом снова обледенеет! Надо лед топорами разбить и счистить!

- Да не обледенеет уже. Солнце высоко, весна пришла...- понадеялся горазд. - Сейчас уж все таять пошло.

- Ты провидец что-ли?! - рявкнул Трувор. Кинул пробегающему мимо песику остатки пирожка и отряхнул руки. - Делай, че тебе сказали.

- Будет сделано, - поклонился Горазд. - Пойду, узнаю насчет печей…

- Обожди. Не все еще…- продолжила Велемира, снова доставая свой список.

За заботами она даже не заметила, как к Трувору подошел Барма. Глава вече суетился почти так же, как и она сама. Вероятно, его волновала судьба праздника, которая могла отразиться на его собственной участи, как он полагал. Между ним и Трувором завязалась беседа. Княжна одним ухом слушала приказчика, другим – боярина и его новости. С Бармой она была знакома сравнительно хорошо, поскольку он часто приходил к ним в дом, когда требовалось участие дружины в жизни Изборска.
 
- Несколько вопросов, связанных с народными сборами, лучше бы пересмотреть…- осторожно предложил Барма. - Годфред повысил налоги, и сие породило неудовольствие народное...

- Сборы были повышены в связи с походом, - бросив беглый взгляд на Барму, подчеркнула Велемира, а после опять обратилась к приказчику. - Воды в бани и конюшни натаскать заранее...И расчистить стойла…Я видела, некоторые из них попросту завалены сеном и прочим хламом! А нужны будут места! Разнести все по сараям! Вам лень за кормом ходить, а теперь станется, негде лошадей оставить…- брюзжала Велемира. - А главное, там где снег уже стаял - образовались лужи. Сегодня утром я наступила на одну из таких возле отхожих мест! Сие недопустимо! Нужно сделать настил из досок хотя бы. Или вымостить чем-нибудь!

Княжна продолжала пытать Горазда, попутно встревая в разговор между взволнованным Бармой и зевающим Трувором. Вдруг к ним подбежал мальчишка. Он так спешил, что с его головы даже съехала шапка.

- Огнищанин, - обратился мальчишка к Трувору, дернув того за рукав. - В гридницу зовут тебя.

- Что там стряслось? - недовольно поморщился Трувор. - Кто зовет?!

- Я почем знаю, кто зовет? Сказали, допросы окончены! - объяснил мальчишка и умчался.

Трувор потемнел. Было видно, что у него нет желания идти в гридницу. На лице Бармы нарисовался вопрос. Велемира в свою очередь отвлеклась от Горазда и со вниманием оглядела Трувора.

- Кого допрашивали? - спросила княжна, нахмурив лоб. - Трувор, кто на допросе?

- Пойду-узнаю…- отозвался Трувор. И все же лицо его помрачнело. Вероятно, ответ-таки был ему известен. Неспешной походкой он двинулся к гриднице, словно желая замедлить время.

Велемира проводила взглядом высокую фигуру любимого, а когда опомнилась, приказчика уже рядом не было. Зато остался словоохотливый Барма, от холода переминающийся с ноги на ногу. Солнце, может, и высоко, а ветер все еще ледяной. 

- Ты предупредил, что всем боярам будет необходимо выйти и встретить князя Рюрика по приезду? - взялась княжна теперь за главу вече.

- Я надеюсь, что выразить уважение придут все, - промямлил Барма невнятно.
 
- А тот…Как его? В тот раз о нем гуторили… - вспомнила Велемира лидера оппозиции.

- Вешняк…- неодобрительно проскрипел Барма, вспоминая лицо своего отважного соседа, за которого бояре с радостью отдали бы свои голоса в случае его поединка с Бармой в борьбе за место главы вече. - Тот тоже придет. Однако лучше б уж дома сидел. Еще выдаст что-нибудь неуместное…- буркнул Барма.

- Не выдаст. Не такой он околотень, чтоб языком чесать, где попало…- рассудила Велемира. - По крайней мере, в первый день все обязано выглядеть чинно. Внешне не должно быть никаких противоречий. Ибо нам всем есть, что терять, - Велемира намекала, что то, как Барма справляется со своими обязанностями главы вече, повлияет на то, останется ли он в своей должности. - Первое впечатление самое сильное. И оно не должно быть неодобрительным. Князь приедет по печальному поводу. И в связи с этим возможно, что расположение его окажется не таким радостным, как всем бы нам желалось. Наша задача - сделать все, чтобы отвлечь его от мрачных мыслей. Именно поэтому я так ношусь со скоморохами, напитками и убранством…- трещала Велемира, которая переживала только за одного человека – за Трувора. Она была готова придумывать и делать что угодно, лишь бы он сохранил свое почетное положение старшего дружинника. - Хорошо б еще какую-нибудь прелестницу нам сыскать. Из благородных, конечно…Чтоб отвлекла князя от пасмурных мыслей…

- Может быть, Услада? - предложил Барма, закусив губу.

- Хм, твоя племянница? - Велемира пристально оглядела главу вече. - Та, что сиротка?

- Пройдемся…- предложил Барма, выставив руку вперед. И они с Велемирой неспешно  зашагали по плачущей дорожке. - Она млада и пригожа. Умеет себя вести…И не скажет лишнего…- уговаривал Барма. Дочь покойной сестры его жены была, и правда, такой, какой он ее описал. Даже, пожалуй, чересчур скромна и тиха. Зато возраст уже подходящий для замужества. Барму тяготила мысль о том, что ей придется собирать приданое, когда у него у самого на выданье дочки. И это еще не считая тех двух, что в люльках. Он все мечтал получить сына, но боги ежегодно награждали его лишь девчонками. И тут еще эта племянница, что пятое колесо к телеге. А с приездом князя обнаруживается такая редкая возможность!

- В таком деле неопытность - друг ненадежный, - заметила Велемира со знанием дела. - Услада, безусловно, хороша собой, - Велемира видела племянницу Бармы на одном из гуляний и даже говорила с ней недолго. - Они пригожа и, кажется, целомудренна. Но этого мало. Она должна понимать, что от нее требуется. Возиться с ней никто не будет, - подчеркнула Велемира. - Напротив, успех зависит только от ее усердия.

- К нужному сроку она будет подготовлена, - пообещал Барма. - Она смышлена и не причинит хлопот.

- Надеюсь, ты понимаешь, что если все удастся, то никто не женится на ней, - напомнила Велемира.

- Быть возлюбленной великого князя – это не позор, а честь, - ответствовал Барма. Велемире же идея нравилась все больше. Было бы полезно для дела и приятно для души, если б у князя в Изборске образовалась признанная возлюбленная. Это послужило б Варьке уроком! А для нее, для Велемиры, эта самая Услада куда более к сердцу, чем прочие зазнайки, смеющие в ее присутствии задирать носы. - Она, может, и не выйдет замуж, но зато обретет то, о чем замужние только грезят…

- Мне нужно подумать…Поручение слишком ответственно. Абы кто не подойдет, - Велемире не хотелось легко соглашаться на предложение Бармы, не выиграв ничего взамен. - Я все же не уверена в ней…Ты пойми...Наш князь непредсказуем. Может, он сам поманит ее к себе. А может, и не взглянет. Тогда она сама должна будет завоевать его внимание.

- Уверяю, она годится к такому лучше всех…- продолжил глава вече, понизив голос до шепота. Место для столь деликатной беседы выбрано неудачно, но лучше говорить сейчас, посреди двора, чем вовсе упустить возможность. Ведь Велемира может передумать. К тому же по ее взгляду он понял, что дело тут не только в личности самой племянницы. Понимая, что от него требуется, он тут же переменился. - Всем нам от того была бы полезность…Услада не по годам умна. Она могла бы не только развеять грусть владыки в эти горькие дни, но и сослужить верную службу всем нам. К месту сказанное слово дорогого стоит. Кстати, я и сам, как глава вече, собираюсь свидетельствовать перед князем, что, несмотря на возникающие разногласия, в целом бояре довольны огнищанином и одобряют линию, которую он проводит…По крайней мере, несмотря на неприятность с Годфредом, с дружиной никаких сложностей не возникало до сих пор…- озвучил Барма интересную мысль. Хотя на самом деле сложности с гридями возникали постоянно; они не маленькие дети, и уследить за ними было не так-то просто. То и дело выходили различные споры и потасовки с их участием. Дело усугублялось еще  тем, что Трувор и сам несколько раз влипал в неприятные истории, которые, слава богам, разрешились успешно только лишь благодаря проведению. Однако вылези все это наружу сейчас – и жди беды: князь вряд ли потерпит подобный бардак.

- Раз так…Приведешь свою Усладу на пир, - заулыбалась Велемира, которая принимала во внимание только четкие уговоры. После того, что случилось с Годфредом, было крайне важно, чтобы кто-то заступился за Трувора, ведь формально именно он был ответственен за произошедшее. - Будет прислуживать у стола…Хотя, это не совсем к лицу ей…- вдруг усомнилась княжна. - Все же она не какая-то простолюдинка…

- Но с другой стороны, разве это не высокая честь – услужить самому князю? - задумался Барма.

- Да, это высокая честь…- согласилась Велемира. - Значит, будет только возле него. Ей необязательно болтаться с кувшинами возле каждого громилы, словно она прислуга…Я надеюсь, уста Услады сумеют подтвердить слова ее мудрого дядюшки насчет дружины и порядка, - еще раз заострила внимание Велемира.

- В этом не может быть никаких сомнений, - заверил Барма.

- Мало тебе того, что эта семейка угробила твою Ясыню…- зевнула Велемира. – Ты еще и племянницу решил им подсунуть…

- То есть «семейка угробила»? – сдвинул брови Барма.

- Ты что, не знал разве? – Велемира нарочито удивленно оглядела Барму, хотя отлично была осведомленно о том, что подробности смерти Ясыни ему неизвестны. – Годфред и не собирался жениться на ней…Ему уже подыскали невесту из Ладоги. Когда Ясыня услышала об этом, то пошла к озеру и утопилась…Я думала, ты знаешь…

- Я не знал…- Барма стоял ошарашенный, не умея подобрать слов.

- Так что ты можешь не расстраиваться…- продолжала Велемира. – Ты бы не стал тестем Годфреда ни в каком случае…

Барма машинально кивнул. У него не было сейчас никаких слов.

****
Когда Трувор пришел в гридницу, оказалось, что в ней его ожидал всего один человек - Альв. Он мялся у окна, переступая с ноги на ногу, всем видом выказывая свое нетерпение.

- Ну и где она? - сходу спросил Трувор, прикрывая за собой дверь.
 
- Пойдем, - без лишних разговоров Альв кивнул следовать за ним.

Почти в молчании они спустились в подклеть, а оттуда в подвалы, где было темно и сыро. Всего несколько свечей озаряли мрачный погреб. Возле входа топталась тройка гридей, также заинтересованных в разрешении поиска убийцы Годфреда. Все они были с племянником Рёрика в тот злополучный вечер, последствия которого приходилось разгребать по сей день. При появлении огнищанина они смолкли и расступились, уступая ему дорогу.

Даже в скупом освещении Трувор разглядел картину очень отчетливо. К несущему столбу за руки была привязана молодая женщина. Лицо ее было в кровоподтеках и ссадинах, одежда порвана, а волосы растрепаны. При появлении нового человека, она вздрогнула и съежилась, вероятно, страшась новых побоев. Она ничего не говорила, а только тряслась в немых рыданиях, даже опасаясь подать голос.
 
- Вот убийца Годфреда, - представил Альв женщину, переводя взгляд с нее на Трувора.

Водворилась тишина, прерываемая лишь негромкими всхлипываниями пленницы. Гриди смотрели на старшего дружинника в ожидании. Время шло, а он все молчал. Альв нетерпеливо переглянулся с остальными.

- И что…Это…Это точно она? - сглотнул Трувор, не сводя глаз с несчастной. Разумеется, он прекрасно знал, что это не она. Но так и было задумано. Поймать любую, похожую на ту. И все же имеющаяся картина удручала. Разница между тем, каким все это представлялось и каким вышло на деле, оказалась разительна. С другой стороны, чего он ожидал? Что ее накормят кулебяками, а она в ответ на щедрость возьмет на себя чужую вину?

- Она созналась, - прервал Альв размышления Трувора.

- Необходимо призвать тиуна, чтобы он засвидетельствовал ее признание, - встрял один из гридей.

- И поскорее завершить дело, - подчеркнул Альв. - Скоро смеркается. Хочется поспеть засветло…

Трувор медлил. И его безмолвие заставило присутствующих напрячься. По большому счету, от него не требовалось ничего, кроме одобрения. Но его-то он и не мог дать. Он теперь ясно видел, что происходящее низко и подло. Как он вообще мог согласиться на эту задумку? Нет, он, разумеется, не святой; десятки голов срубил с плеч его разящий меч. Но это…Это совсем другое. Это не набег. Это не бой с врагом. Это мирная жизнь. И сейчас перед ним женщина, избитая до полусмерти только потому, что ее лицо имеет определенное сходство с лицом убийцы Годфреда. А может быть, все и того хуже. Она здесь потому, что он не уберег Годфреда и теперь ищет крайних.

- Здесь нечего думать, - в итоге не выдержал Альв, приблизившись почти в упор к Трувору, который все еще не сводил взгляда с несчастной. - Завершим начатое. Слово за тобой. Отдай приказ.

Молчание Трувора вызывало недоумение у присутствующих. Все они находились с Годфредом в тот день и, в той или иной степени, были заинтересованы, чтоб «виновница», трепещущая в углу, поскорее понесла наказание. Тем паче, самая сложная часть дела была позади. Остались лишь формальности.

- Пусть уходит, - вдруг выдал Трувор.

Присутствующим показалось, что они ослышались. Недоуменно переглядываясь, гриди зароптали. Нелегко было найти эту девку, похожую на ту немало. Определенных усилий стоило заставить ее признаться. И вот теперь, когда все наконец устроено, он ее отпускает!

- Уходит?! - взревел Альв, схватив Трувора за рукав и зашипев тому в ухо. - Тебе не нравится замысел. Мне он тоже не нравится. Но у нас нет иного выхода. Либо она, либо мы! Ты ведь сам…Сам предложил этот план! И он неплох!

- Я передумал…- оборвал Трувор. Меньше всего ему сейчас хотелось объясняться. Сомнения, нерешительность и смена принятых решений – не лучшая позиция для старшего дружинника, и он это понимал. Но пойти против своей совести он тоже не мог.

- Чего?! Передумал? - не вытерпев, Альв схватил Трувора за шиворот, а тот в ответ резко отпихнул его от себя. Казалось, они сейчас сцепятся словно псы, повздорившие из-за кости.

- Я сказал, пусть идет, - рявкнул Трувор. В три шага подошел к пленнице. Достал из-за пояса кинжал и перерезал веревки, что связывали девушку. Придерживая ее под локоть, повел к двери. Избитая она еле шла, спотыкаясь. - Уходи…Уходи же отсюда, - Трувор буквально вытолкал несчастную за дверь.

****
Велемира с замиранием сердца ждала возвращения Трувора. Лишь к вечеру он появился дома. Когда она открыла ему дверь, то была удивлена увиденным. Посреди скулы у него красовалась свежая ссадина, явившаяся следствием брошенной Альву фразы «Пусть уходит, а ты заткнись». Между гридями все же разгорелась драка. «Так все славно складывалось, и тут на тебе. Пришел и все испортил!», - сетовал Альв после ухода Трувора.

Когда Велемира узнала детали истории, она еле сдержалась, чтоб не накричать на сказителя. Замысел был так прост. Но от скольких проблем он бы избавил! А теперь все снова оказывается под угрозой! И главное из-за кого?! Из-за какой-то неведомой изборчанки, которая никто и звать ее никак!

- Значит, вы отпустили ее…И это послежде, как она во всем призналась…- губы Велемиры растянулись в узкую полосу недовольства. - Что теперь мы скажем князю?!

- Скажем все, как есть…- вздохнул Трувор и завалился на перину, желая поскорее уснуть.

Гл 87 Изгнанница http://www.proza.ru/2018/09/05/1962


Рецензии