Предисловие и синопсис романа об Японии

Желтый кот с голубыми глазами

Синопсис

Действие романа происходит в годы 2-й мировой войны на оккупированной японскими войсками Манчжурии. Понимая, что в войне обычным, имеющимся на вооружении воюющих сторон оружием, у Японии против СССР нет перспектив, правящая верхушка  восточных соседей решается на беспрецедентный в истории человечества шаг – использование  в военных целях бактериологического оружия. Наработка этого смертоносного материала (а попросту – зараженных чумой и сибирской язвой блох) и его испытание размещается на строго засекреченном объекте, куда в качестве подопытных срочно завозятся китайские политзаключенные и советские военнопленные.
Главные герои романа – Светлана Зубова (дочь белоэмигранта) и ее жених (японец, военнослужащий). Волею нелепых обстоятельств Светлана оказывается в застенках зловещего лагеря смерти. Жених пытается ее оттуда вызволить. Все, что происходит в лагере в эти роковые дни  и составляет основной сюжет романа. Одной из ярких страниц событий – неудавшаяся попытка дерзкого побега группы советских военнопленных.
Финал романа – как и в реальной жизни, гибель практически всех его персонажей.


Желтый кот с голубыми глазами.

Роман.

                «Жизнь мертвая и взор слепой, дух смертный,
                Срам мира, труп, украденный из гроба,
                И книга скорбная печальных дней,
                Найди покой на той земле законной,
                Что беззаконно кровью опоили!»
                У. Шекспир «Ричард III».

Предисловие.

…И настал тот час, когда всемогущий бог Идзанака появился в неясно-пурпурной дымке тумана и, чтобы отделить земную твердь от  океанской стихии, ударил своим копьем о гладкую синь океана…Загромыхали, тесня и наползая друг на друга, отверзаемые от водяного пространства громады суши. Забурлила водяная стихия, отступая и беснуясь. А бог Идзанака, выдернув из клокочущей воды копье, поднял его над головой и громогласно возвестил: «Отныне тому и быть!».  И упали с его копья друг за другом причудливо изогнутой цепью капли, образовав острова…И заселились на этих островах люди племени Ямато.

Сотворение Японии, красочно изложенное в древней легенде, и по сей день не имеет своего окончания. Молодая суша, не переставая со дня появления, волнующе дышит вулканами, вспухает и опадает. А людям, живущим на этих островах, постоянно  приходится приноравливаться к опасностям разрушительных землетрясений и злым набегам морских стихий.

Вереница окаменелых капель, что по преданию упали со всемогущего копья, начинаются на севере с прерывистых цепей Курильских островов, которые расположились двумя параллельными грядами.  Эти острова, практически примыкаемые к южной оконечности российской Камчатки, тянутся на юг на расстояние почти в 1200 километров вплоть до острова Хокайдо – северной окраины Японии. Именно они, в сущности, в течение всего периода новейшего времени принадлежавшие русским, да и открытые русскими землепроходцами, стали с момента окончания второй мировой войны и по настоящие дни главным камнем преткновения в отношениях двух соседей –  России и Японии.

Курильские острова (Курилы) еще не так давно были абсолютно пустынными, и на них не проживало ни единой, не только японской, но и вообще какой-либо иной, человеческой души. До недавнего времени эти голые, уныло торчащие из воды полупустынные, покрытые скудной тундровой растительностью скалы мало убеждали рядовых, придавленных собственными заботами японцев в своей исключительной жизненно-экономической привлекательности. Но мало-помалу постоянно поддерживаемый в политических и государственных кругах вопрос о «северных территориях» начал вызывать у большей части жителей Страны восходящего солнца чувства уязвленного национального самосознания. Сегодня (особенно после того, как в шельфе Курил были обнаружены запасы полезных ископаемых)  и в средствах массовой информации, и в публичных выступлениях разве что только ленивый не пытается «пнуть» свое родное правительство за «слабохарактерность» в борьбе за свои «исконные» исторические территории.

Острова Японии (а их в общей сложности – около четырех тысяч) заканчиваются на юге вулканом Сакурадзима. Пять шестых японской земли составляют крутые горные склоны. И лишь одна шестая остается человеку – тут и поля, возделанные словно клумбы, и города, и заводы.

Удивительна и не всякому европейскому уму понятна история этой уникальной островной страны – Японии. С момента революции 1868 года почти все экономические ресурсы Японии стали монопольной собственностью семейных кланов Мицуи, Мицубиси, Сумитомо и Ясудо. Эти четыре могущественные семьи вместе с императорской со второй половины  ХIХ века захватили в свои руки и контролировали практически все экономические ресурсы страны. Возглавляемые ими гигантские монополистические промышленные и банковские концерны до сих пор называют в Японии дзайбацу, что по российским понятиям равноценно нашим олигархическим группировкам.

Дешевый труд способствовал обогащению дзайбацу. Потому-то они и толкали страну к захватам чужих территорий. Вторая мировая война, о которой император Хирохито говорил, как о «священной войне Японии», была спланирована и развязана главным образом благодаря настойчивым усилиям Мицуи, Мицубиси, Сумитомо, Ясудо и  еще двадцати семей, которые, как и в России, называли новыми дзайбацу.
Именно они, готовясь к войне, повели широкомасштабное идеологическое «промывание мозгов» населения страны, установив государственную систему отравления сознания японцев ядом национализма. В основу всех форм и методов «просветительской работы» был положен принцип божественного происхождения, вечности и незыблемости японского монархизма. Особую роль отводили новоявленные идеологи воспитанию будущих солдат. И здесь на помощь им пришли те древне-феодальные системы, которыми пользовались на древней земле Ямато для воспитания воинов-зомби – самураев. Весь кодекс военной морали (бусидо), которым должен был руководствоваться японский офицер, начиная с обожествления самурайского меча и преклонения перед императором как высшим существом и кончая совершением харакири в случае военной неудачи или «потери лица», проникнут глубоко феодальными идеями.
Мозг японца, а в особенности военнослужащего, забивался всякой мифологией о происхождении японских островов, императорского дома и самого японского народа. И на этом строилась теория об особой миссии Японии по освобождению цветных народов от господства белых. А политическим выводом из всего этого являлось учение о «необходимости» войны и ее «вечной неизбежности» как средства осуществления «божественных предначертаний» и очищения земли от зла и грехов.

И все же до сих пор историки  по-разному трактуют причину выжидания японской военщины относительно выступления против СССР. Конечно, военный конфликт у озера Хасан и последующие события на реке Халхин-Гол надолго умерили аппетиты наиболее агрессивно настроенных генералов. Однако не только эти поражения оказались решающими при выборе даты начала большой войны. Все дело в том, что японские разведывательные службы, как оказалось позже, довольно точно определили военный и экономический потенциалы СССР. На их основе правящие круги Японии сделали правильный вывод о балансе сил своей страны и ее могущественного соседа, потому и планы свои  корректировали впоследствии с учетом  результатов немецкого «блицкрига». И если поначалу, боясь опоздать к дележу «праздничного пирога», японский генштаб лихорадочно готовился к вооруженному вторжению на территорию Советского Приморья и последующего продвижения вплоть до Урала, то уже после первых поражений гитлеровских войск, даже самые нетерпеливые генералы согласились с необходимостью ждать…
 
И знает ли кто-либо из наших современников о том, что если бы Япония вступила в войну с Советским Союзом, то мир  стал бы свидетелем использования для поражения живой силы противника и жителей тыла чудовищного, неслыханно античеловечного – бактериологического оружия? Знает ли кто-нибудь сейчас о том, что в распоряжении Квантунской армии, дислоцированной в Манчжурии, в непосредственной близости от границ с СССР, были тысячи прошедших спецподготовку профессиональных эпидемиологов, что в арсеналах спецотрядов хранились в боевой готовности тонны (!) самых опасных для человечества болезнетворных бактерий и что использование этого оружия уже, собственно (правда, пока в малых масштабах), японской военщиной практиковалось: на территории Монголии (против советских войск)  и Китая  (против войск партизанского движения)? Знает ли кто-нибудь сейчас о том, что в секретных лабораториях «фабрик смерти» бактериологическое оружие испытывалось на живых людях (китайцах, монголах, русских) которых даже по самым ориентировочным подсчетам прошло через руки убийц в белых халатах не менее 3000 человек?

Застигнутые врасплох энергичным наступлением советских войск в августе 1945 года, чтобы скрыть следы своих звериных опытов, руководители спецотрядов уничтожили оборудование «фабрик смерти» (кроме самого ценного, которое впоследствии через Корею вместе с документальными материалами «исследований» передали американцам). А заодно уничтожили наработанные тонны бактерий,  оставшийся в живых человеческий «подопытный материал» и даже свой младший обслуживающий медицинский персонал…
 Описываемые в книге события охватывают период с июля 1941 года по сентябрь 1945 года, то есть с момента вероломного нападения Германии на Советский Союз и по завершению разгрома главной военной группировки Японии – Квантунской армии. Эти события пропущены через призму вымышленных автором и деталей, и ситуаций, а потому не претендуют на то, чтобы их воспринимали, как задокументированные факты.

В число действующих лиц книги автор не мог не ввести реальных людей, оставляя тем не менее за собой право следовать законам беллетристики, описывая их личную жизнь. Однако в главных деталях событий автор строго следовал документальной базе, основанной на официально опубликованных материалах.

(роман размещен в моих произведениях)


Рецензии