Первая любовь

Первая любовь               
               
             Пермская обл. дер. Фокино. Студенческая практика после 3-го курса (Я была студенткой геологического факультета ЛГУ, а он студентом уфимского геологического техникума, предпоследний курс).

Его звали Эрик Акмулов. Он понравился мне сразу.  Во-первых, он был красив: смуглый, тёмноволосый, большие тёмно-карие глаза и длиннющие ресницы. Держался он с достоинством, как-то очень интеллигентно и изящно. Часто бывал молчалив. И не «кидался» на эффектных девчонок (например, на Ирину), как другие. Он был очень сдержан, хотя, я думаю, любая девчонка сразу согласилась бы с ним дружить.

Нас была целая молодёжная компания, и жили мы очень весело.  День – на работе, на профиле, но зато вечера были наши. Мы много пели песен. Слушали пластинки, болтали.  За всё время практики я не почувствовала с его стороны к себе какого-либо особого внимания. А я – была влюблена!
Уже перед отъездом с практики, когда мы с подругой (Веткой) устроили «отвальную», я решилась на дерзкий шаг: во время танца обнять его. Он как будто не удивился, почти обрадовался.  И потом мы всю ночь целовались, танцевали и целовались одновременно. Ах, как мы целовались! Такого прекрасного, сумасшедшего и счастливого вечера у меня в жизни уже больше никогда не было. 

Мы договорились писать друг другу.  И вот одно из первых его писем:

14 декабря.
--------------------
  "Очень ждал от тебя письмо и только сегодня я его получил.  Дни идут быстро.  Сейчас вошёл в колею, и всё идёт хорошо.  Много читаю.  Вечерами готовлюсь за 10-ый класс.  Когда стемнеет, бегаю за город на лыжах.  Погода сейчас чудесная, особенно вечерами – крутит позёмка, мороз градусов 25 и на небе видны почти все звёзды.  Часто вспоминаю тебя и, когда от тебя нет письма, то хожу «слишком серьёзный» - так мне сказали недавно. Но сейчас у меня радостное настроение и очень хочется танцевать.  Жду с нетерпением учёбы и её окончания, так как это приблизит нашу встречу.  Галочка, что бы ни было, но я ещё встречусь с тобой, и мы обязательно будем вместе. Я верю в тебя.
Стал отпускать усы – получилось «стильно», но мне некогда заниматься этой ерундой и я их сбрил. 
Ну, всё.  Теперь буду ждать письма и два раза в день бегать к почтовому ящику. Крепко тебя целую, дорогая.  Твой – весь твой – Эрик».
 
Не правда ли, очень хорошее письмо.  Причём, как он свободно оперирует такими словами, как «будем вместе»,  «дорогая»,  «твой – весь твой». 

Но это ещё не всё!  Внезапно он приехал в Ленинград, приехал специально ко мне!  Я жила тогда на Плеханова, у тёти, а он, якобы, остановился у каких-то своих родственников (хотя я никогда о таких родственниках от него не слышала, ни «до», ни «после»).  Он пробыл почти 3 дня. Мы много бродили по городу и рассказывали друг другу о себе.   Я показывала ему наш Ленинград: Неву, Эрмитаж, решётки Летнего Сада и Казанского Собора, Мариинку и Поцелуев мост и многое другое.  И, конечно, мы целовались и на Поцелуевом мосту, и не только там. Мне не хотелось расставаться с ним ни на минуту!
Первую ночь он ночевал у родственников (так он сказал).   А вот на вторую ночь мы с тётей уговорили его (с большим трудом) остаться у нас.  Но так как у тёти комната была очень маленькая, она ушла к соседке, оставив нас двоих. Я не знаю, что думала тётя и что думали её многочисленные соседи по коммуналке, но предполагаю (теперь).  Не даром одна из них утром спросила меня: «Галя, кажется, собирается стать дамой?».   Вероятно, все они не сомневались в том, что в эту ночь мы стали близкими, мужем и женой.   Но это было не так!!!   Не знаю, как у него, а у меня лично даже не возникло такой мысли. Спали мы на разных постелях.  Я сама кормила его ужином, а утром поила чаем. Он был рядом со мной, в одной комнате – и этого мне было достаточно! Я безмятежно проспала всю ночь и, наверное, по-детски глупо возмутилась вопросом соседки.  Эрик говорил потом, что долго сидел у окна и курил-курил. Но ко мне он не подошёл.   Вот так.  У нас была чистая и прекрасная в своей чистоте первая любовь. 

На следующий день он уехал домой.
Его приезд показал мне, что он серьёзно мной увлечён. Причём, приехал он, видимо, без согласия родителей, так как в последующем письме признался, что «дома был небольшой шум».  Начиная со следующего письма, он стал обращаться ко мне – «милая девочка».  А я тогда и не понимала, с чем это связано, и даже возмущалась, так как он был на 2 года моложе меня.   
Итак, началась наша постоянная переписка, а также телефонные звонки от него, на которые я ходила в телефонный узел у Арки Главного Штаба.   Весь 4-ый и 5-ый курсы мы переписывались. Все мысли и мечты мои были связаны с ним. А его письма были полны нежности и любви.  Мы собирались пожениться и быть друг с другом всегда. 

Приведу некоторые отрывки из его писем.

12 января.
---------------------
"Скоро дадут назначение, некоторые группы уже получили.  Я часто вспоминаю тебя, ты у меня не выходишь из головы, хотя это иногда бывает вредно. Сегодня обратился с вопросом к одной нашей девочке и назвал её…Галочкой.  Я тебя очень прошу – снимись поскорей, я хочу очень, хотя бы на фото, на тебя взглянуть. Часто вспоминаю и Ленинград, и особенно Исаакиевскую площадь, и Фокино.  Помнишь –
«На ветвях израненного тополя
Тихое дыханье ветерка.
Над пустынным рейдом Севастополя
Ни серпа луны, ни огонька…»
Как у тебя дела?  Пиши подробнее.  Как дома, мама, тётя?
Пиши – твой Эрик.
Не скучают ли папиросы обо мне?»

 Уезжая из Ленинграда, он оставил у меня пачку папирос и обещание бросить курить.

 

9 февраля.
-----------------------
  "Здравствуй, моя дорогая девочка!  Жду, жду от тебя письма, а его всё нет…Очень скучаю по тебе; хотя во сне ты и не приходишь, но днём частенько вспоминаю эту милую, упрямую и своенравную Галочку… Бросил курить, но «твои» папиросы не дают мне покоя и…закурил через 27 дней снова.  Недавно получил в группе от «мушкетёров» - наших девчат – новое прозвище: «Его сиятельство граф…».
Родная, очень скучаю и иногда даже немного ревную.  «Разве у вас не бывает в жизни подобных минут…»  (очень хорошая песня).  Жду твою фотокарточку в этом месяце, иначе очень обижусь на тебя. Целую, твой Эрик».

С этой моей фотографией получилось, наверное, глупо.  Он упорно просил её выслать, а я упорно отказывалась.  Дело в том, что я тогда верила в одну примету и боялась, что она сбудется.  А примета эта такая: если подаришь свою фотографию, то обязательно расстанешься с этим человеком.  А я расставаться с ним не хотела!

1 марта.
-----------------------------
  "Здравствуй, моя милая!  Получил твоё письмо и не знаю, сердиться мне или смеяться. Галочка!  Иногда очень хочется увидеть тебя, хотя бы на карточке – ты можешь это понять или нет? Ты извини меня, но в последнее время очень скучаю по тебе, и в голову лезут разные «мрачные» мысли – просто немного ревную, как самый последний дурак.
На работу распределили пока только одну группу. В марте они уже защищают диплом, а потом будем гулять у них на свадьбах…Когда ты кончаешь и едешь на практику? Если ты поедешь в Новосибирск, то будешь проезжать и мимо меня. Скоро сдаю курсовой. А сейчас ещё хожу на третий курс – слушаю лекции по новой аппаратуре. Скоро весна, уже начинает таять, и скоро конец. Пиши чаще, если тебя это не затруднит.   Твой Эрик».

13 марта.
--------------------------------
  "Здравствуй, моя девочка! Дела у меня идут хорошо, и остаётся учиться только месяц.  Недавно одна особа, в минуту откровенности, заявила, что любовь женщины – каприз. Извини, но я назвал её дурой  Любовь – не монета, которую можно разменивать на капризы. Но такую философию я встретил и у девочек в нашей группе, но им ещё можно это простить – они ещё глупы. Я думаю так.  Человек живёт слишком мало, и поэтому за этот промежуток надо взять от жизни самое лучшее. Плохое  может быстро пристать к человеку, а хорошее человек должен взять сам…
У нас погода просто чудная.  Голубое небо, яркое солнце, кругом тает.  Очень хочется увидеть тебя,  моя  родная.  Жду фотографию.    Целую.  Твой Эрик».

Удивительно,  как хорошо он выражает свои чувства и настроение! И как легко оперирует такими словами, как: дорогая, милая, родная, твой – весь твой и так далее. Откуда такая смелость и раскованность? Ведь ему ещё только 20 лет! И между нами ничего особенного не было, кроме самых безобидных поцелуев. Думаю, что мои письма были гораздо сдержаннее. Не потому, что я меньше чувствовала, а просто была стеснительной.


11 мая (записка).
-----------------------------
   "Объясни фразу на фотографии. Очень ждал её, но не думал, что будет такая надпись. Позвоню числа 13-го.     Эрик».

Я подписала на фотографии слова: «Вернёшь, когда станет лишней». Да она ему, конечно, должна была показаться дикой.  Что я хотела этим сказать?  Во-первых, это дань той примете – о неизбежности расставания в будущем. А во-вторых, я всё ещё сомневалась в его любви.  Мне казалось, что ему обязательно встретится и понравится более эффектная девушка. Ну, в общем-то, это одно и то же.  Теперь я думаю, что в чём-то главном он был мудрее меня, несмотря на свою молодость.

22 мая.
-----------------------------------
  "Здравствуй, милая ты моя! Так как всё остаётся на своих местах, то я сердиться не могу… Сейчас у нас уже тепло, вчера было +25о. уже загорел.  А какие сейчас вечера и ночи! Классические. Сады белые – всё цветёт, а тебя нет – чертовщина какая-то! Вечерами на душе делается муторно…
Крепко целую. Твой Эрик».

30 мая.
--------------------------------
  "Всё очень хорошо.  Сдал черновик диплома, числа 10-15-го буду защищать.  Хотел сдать вступительные экзамены в наш заочный пединститут, чтобы потом перевестись в Губкинский, но…оказывается, «не положено».  Жду встречи. Твой Эрик."

Наступило следующее лето, и я должна была ехать на преддипломную практику в город Боготол  Красноярского края, а он – по распределению в Краснодарский край. По дороге на практику я сделала остановку в Свердловске и самолётом прилетела в Уфу.

 Я прилетела утром, и потом мы целый день гуляли по городу.  Но вот что странно! Он не поцеловал меня при встрече и потом,  в течение всего дня ни разу не поцеловал. Это были первый шок для меня и первая трещина в наших отношениях.  Я была очень расстроена.  Ночь я переночевала у него дома, была мама, которая весьма холодно отнеслась ко мне. Я спала в другой комнате.  А рано утром улетела в Свердловск.  Видимо, я сразу что-то написала ему, не совсем об этом, но что-то о дружбе. И вот его ответ.

2 июля.
----------------------------------
  "Галка, милая и хорошая девочка! Я – дурак, самый настоящий дурак, это так. Думаю, что ты со мной согласна. Быть вместе всего сутки и за эти сутки ничего хорошего и путного не сказать. Как это называется? Ты мне говорила что-то о дружбе.  Нет, с моей стороны просто дружбы не будет. Это я сейчас особенно чувствую.  Ты уехала – и стало муторно, не знаю, куда себя деть.  Хожу по тем улицам и вспоминаю тебя, встречаю на улице хорошенькую девушку и думаю о тебе. Короче говоря, «без звука».  Хочется иногда топить всё это в вине, но слово есть слово – это отставить. Проводил тебя и стал гонять пластинки – вспомнил Фокино и то, что так и не пришлось с тобой станцевать. Ты приехала, это очень хорошо, и я очень рад.  Ты была немного огорчена нашей встречей на вокзале и потом, я это заметил, и ходил как дурак. Ты что-то хотела сказать мне и даже сделала попытку, но из этого ничего не вышло – из-за меня. Ты пойми из этого письма всё то хорошее, что я хотел тебе сказать и не сказал. Я твой весь, но ты должна крепко подумать обо всём и с холодной головой взвесить всё – это я не прошу, а требую.
Ну теперь буду ждать твой новый адрес. Завтра защита диплома, вспомни обо мне. Целую крепко, крепче, чем всегда. Твой Эрик."

Письмо и слова прекрасные.  А на деле? Почему он не поцеловал меня при встрече на вокзале? Почему мы вообще почти не целовались? Ведь мы оба так ждали этой встречи! Ни поцелуев, слов любви, ни планов на будущее.  Так, просто встретились друзья.  Мне не понять этого до сих пор.  Может быть, он представлял меня более красивой? И поэтому растерялся? Я запомнила это надолго и стала ещё меньше верить в будущее.

21 июля.
----------------------
  "Дорогая моя, через три дня даю отправку.  Билет в кармане, вещи уложены. За письмо – крепко целую; мне именно и хотелось получить от тебя такое письмо – хожу весёлый,  и вообще очень хорошо и легко. Иначе и не будет – это ответ на вопрос в твоём письме. Целую, родная моя.  Твой Эрик».

Итак, 24-го июля он уехал по распределению в Краснодар. Так что теперь наши письма шли с одного края страны на другой край.

6 августа.
---------------------------------
 "Здравствуй, дорогая моя девочка!  Как долго не было от тебя писем, а их так хотелось получить – и вот я получил. Галка, милая, очень тоскую по тебе, но ничего нельзя сделать.  Остаётся только ждать и мечтать. Пиши, родная, чаще и мне намного легче будет ждать.  Целую твои губы, глаза и всё-всё. Твой Эрик.

20 августа.
-----------------------------------
  "Здравствуй, родная! Наконец-то получил от тебя ответ.  Фу, чёрт! Ждал и дождался. У нас полевой сезон в разгаре.  Работы много.  В воскресенье, когда приезжаем на базу, даже не хочется идти повеселиться.   Сейчас резко похолодало, и к утру в спальном мешке стучишь зубами, или выскакиваешь из палатки, обежишь её раз десять и снова ложишься спать.  Родная моя, поздравляю тебя с днём рождения и крепко целую тебя. Посылаю тебе фотокарточку.  Время бежит очень быстро, и я рад, что оно бежит, а не стоит или медленно идёт. Мне очень приятно думать о тебе, моя милая Галка; и вспоминать Ленинград, Эрмитаж, тебя – такую милую и простую, и твоё серое платье с кнопочками. Хочется закурить из той, оставленной пачки.  До свиданья,  родная.  Твой Эрик».


7 октября.
---------------------------------
"Жить мне сейчас немного трудновато. Очень изнуряет эта «чёртова» работа. Когда приедешь на базу на один день, то не знаешь, за что браться и что делать. Сейчас бы ты, родная моя, меня не узнала. Приезжаю с профиля  худой  (очень похудел), небритый, почти грязный. Не осталось того студенческого «лоска».  Здесь нас, «нефтяников», боятся и называют бандитами, часты драки и обязательно с ножами. Девушки сильно избалованы. Смотришь, ей ещё 19-20 лет, а у неё уже «лялька» года три и уже успела выйти замуж и разойтись. Вообще здесь в моде – выйти замуж и через несколько месяцев разойтись. Да, нравы «дай боже».
Сейчас я был в Доме Культуры, смотрел концерт.  Сижу и представляю, что рядом ты; и вспомнил Ленинград, «Коварство и любовь».  Всё было хорошо, но в конце моё настроение сразу упало. Пришлось быстренько «смыться» с концерта.  Одной особе, видите ли, я вдруг «приглянулся», как она говорит, и она начинает проявлять настойчивость. Разговор с ней, «как мужчина с мужчиной», не дал результатов, поэтому приходится просто удирать.
Милая, посылаю тебе карточку, снимался недавно. Пиши, любимая ты моя, чаще.
Целую. Твой Эрик».

Бедный Эрик. Действительно ему очень нелегко там одному. А я, судя по его репликам, иногда бывала и просто чёрствой. Это надо же написать – «я в тебе ещё не разочаровалась».  Но, откровенно говоря, я тогда считала, что мужчина должен быть более мужественным и не ныть, хотя бы ему и было трудно.
Сейчас я на многое смотрю по-другому.  И письма его мне стали понятнее и ближе. Как ясно я теперь представляю его самого и его чувства – и когда ему хорошо, и когда плохо. Это просто удивительно, до чего я погружаюсь в атмосферу тех дней, снова живу в том времени, снова мысленно разговариваю с ним и просто блаженно «купаюсь» в ласковых словах его писем.

4 декабря (записка).
--------------------------------------
  "Родная, кончил сезон. Письма получил. Очень часто (даже чаще, чем надо) думаю о тебе, моя родная девочка. Очень часто делается трудно, но подумаю о тебе, и легче делается. Эх, Галка, ЛЮБЛЮ! Всё, твой Эрик».

21 декабря.
-------------------------------------
  "Здравствуй, родная моя! Извини, что так долго не писал – не было постоянного адреса. Вот, Галочка, и кончился мой полевой сезон, и сейчас я живу в городе, в общежитии. Отпуск не дали, теперь жди только на следующий год зимой.  Скоро уже Новый Год, а встречать его будет тяжело: нет тебя, нет друзей, нет даже семьи. Ты знаешь, родная, как погляжу на твою карточку, и весело и грустно делается одновременно. Ещё когда я был в поле и раз ночью посмотрел на небо – много звёзд, но одна выделяется из всех; и я подумал – как и моя Галка выделяется для меня из всех. Вообще очень скучаю без тебя. Родная, пиши мне чаще. Целую тебя – твой Эрик».

12 января.
------------------------------------
 "Здравствуй, моя милая девочка! Я получил отпуск (с 28-го декабря по 20-е января) и уехал домой! Сейчас усиленно отдыхаю – сплю и читаю, так как морозы стоят хорошие – 30-35 градусов. Дома немного скучаю и больше думаю о тебе, так как работа уже не отвлекает. Дома меня не узнали, а мама с каким-то даже огорчением сказала, что я осень «постарел» - смешно?
Галочка, родная, ты наверное уже «отмахиваешься» (ведь у тебя сессия) и конечно хорошо – плохо не может быть, у меня этого нет даже в мыслях. Галка, пиши, скучаю и жду твоих писем. Целую, твой Эрик».

18 января (записка).
------------------------------------
  "Галочка! Всё остаётся на своих местах? Давно ищу в твоих письмах ответ на один очень важный для меня вопрос, но его не нахожу. Галка, я перевожусь сюда, в свой родной город! Эрик».

Итак, он всё-таки получил отпуск и был дома целых 24 дня! И даже не подумал прилететь ко мне, в Ленинград. Однако, что же это такое? Почему? Не нравилось мне всё это. Может быть, для него самое главное перебраться поближе к маме, под её крылышко? Я не могла понять, как можно, имея отпуск, не встретиться со своей любимой (как он всегда меня называл). «Милая, родная, мне без тебя плохо» - а на деле никаких попыток встретиться. Всё слова, слова, слова…

4 февраля.
-----------------------------
 "Родная моя! У меня всё в порядке, меня переводят с 29-го числа в наш трест. Итак, прощай Краснодарский край, самый распущенный край Союза! Документы из института пришлось взять (в мае надо было уже сдавать сессию). Родная моя, чем дольше наша разлука, тем больше и сильнее я люблю тебя, мою родную и милую. Ты всегда со мной и, что бы я ни делал и где бы я ни был, я всегда вспоминаю, что есть Ленинград, и в нём живёт моя любимая. Сейчас все ребята по комнате ушли на танцы в агитпункт, но мне хочется танцевать только с тобой, как там, в Фокино. Подруге своей (Вета Семёнова) передай мои поздравления – она ведь вышла замуж – и пожелание, чтобы такое было навсегда и один раз в жизни. Целую, родная. Твой Эрик».

Теперь немного о моих письмах к нему.  К сожалению, у меня их нет.  Случайно сохранился только один черновик (хотя обычно я не писала черновиков), в котором половина текста вычеркнута. Приведу его целиком, а вычеркнутые куски выделю в скобках и курсивом. По этому письму можно судить о характере  моих мыслей и чувств, хотя  письма, вероятно, были более сдержанными. Писалось оно в январе, после моей последней сессии. Впереди меня ожидали диплом, распределение, госэкзамены и, конечно, решение моей личной судьбы.

«20 января.  Эрик, милый, извини, что так долго не писала. Эта сессия была настолько необычной, что я всё забросила. Накопилась целая груда писем, на которые я не отвечала. Сдала всё хорошо, и сегодня первый день отдыхаю. Ты знаешь, я так обрадовалась, когда поговорила с тобой по телефону – ужас! Ведь на этот раз я семь месяцев не слышала твоего голоса!
(Вообще, ты знаешь, иногда мне кажется, что мы с тобой сумасшедшие: в наш легкомысленный век ждём чего-то вот уже два года. Я уж стараюсь никому не рассказывать, а то меня тут осмеяли однажды. Одна «умная» соседушка привела примеры такого же ожидания, закончившегося ничем.  А, с другой стороны, если бы у меня не было тебя, вся жизнь была бы пустой. Раньше мне казалось, что наше с тобой увлечение случайно и может исчезнуть при встрече с другим интересным человеком. А теперь… Не знаю, может быть, интересный человек не встречается? И пусть не встречается! Лишь бы ты меня любил.
Почему-то сегодня у меня не получается письмо к тебе.  Хочется сказать что-то важное и никак не найти форму.  Но всё-таки, что я хочу сказать?
1. что я люблю тебя
2. что я очень люблю тебя
3. что я очень-очень люблю тебя.
Мама спрашивает, неужели я серьёзно решила поехать к тебе.  А я так привыкла к твоим письмам, что просто не представляю свою жизнь без них и без тебя».
Ты спрашиваешь, остаётся ли всё на своих местах. Да, конечно. (Видимо, я останусь сумасшедшей до конца). Только я не поняла, ответ на какой вопрос ты от меня ждёшь. Пиши.
(Сижу и, как дура, десять раз перечитываю два последних твоих письма. Твои письма! Нет так сильно я ещё, кажется, не любила тебя. Наверное, буду любить тебя всякого, только за то, что отдала тебе столько мыслей и чувств. Разве это возможно? Ах, если бы ты мог приехать!!)».
То, что ты переезжаешь в свой город, наверное, хорошо. Для тебя это конечно хорошо. А для меня – не знаю. Я боюсь твою маму.  В другом городе мы могли бы быть только ты и я, одни  и совсем самостоятельные».

Письмо, по-моему, сумбурное, но очень откровенное.  Правда,  все признания в любви вычеркнуты, так как они показались мне уж очень-очень.  Возможно, что я вообще не отослала это письмо. Я боялась сама своей пылкости и писать о ней считала неудобным. Не знаю, права ли я была?

А до конца нашей  истории оставалось совсем немного. Ещё несколько писем от него – и всё изменится. Я перестану ему верить, хотя красивых слов в его письмах не убавится.

19 февраля (записка).
---------------------------------------
  "Родная! Очень соскучился. Если месяцев через пять я тебя не увижу, то просто ПОДОХНУ, как сатана.  Приехал, и до сих пор нет от тебя писем. Это дело я не знаю, как и назвать.  Очень сердит; думаю, что и я немного свинтус: сегодня уже 16-е, а приехал я 11-го. Пиши, жду. Целую много раз.  Твой – весь.  Эрик».

6 марта.
------------------------------------
 "Родная моя! У нас уже самые первые признаки весны. Уже сильнее греет солнце, небо голубое и прозрачное, с чуть заметной дымкой, хотя ещё и стоят сильные морозы. Ещё два месяца сидеть в городе! Ты знаешь, как-то уже тянет «в поле», и весь город уже наскучил, и наскучила возня с разными бумагами. В поле выезжаем 8-го мая. Трест мне понравился, хотя я знал его и раньше.  Очень много своих.
Галочка, что это такое? Хандра? Чтобы следующее письмо было совсем другое.  Ясно! Роднеькая, чёрт возьми, скорее бы шло время.  Скучаю, и так хочется поцеловать тебя.  Но надо ждать, пока ты будешь работником нашего треста. Иначе ни ты, ни я ничего не сможем сделать. Пиши чаще, моя любовь.  Эрик».

Вот. Вот в этом письме и прорвалась, наконец, вся его несостоятельность. Два месяца будет торчать над бумагами в городе – и не может выкроить хоть один день (пусть выходной), чтобы прилететь ко мне!  В чём дело? Зачем ждать ещё, когда что-то будет или не будет, когда можно сейчас встретиться и записаться в Ленинграде. Как он не понимает, что при распределении меня ведь не спросят, куда я хочу; а после этого я буду обязана отработать три года именно там, куда пошлют. «Ни ты, ни я ничего не можем сделать».  Как это так? И где его мужское самолюбие, мужская решительность? Странно и грустно… Даже не знаю, что ему отвечать.  Если он не понимает, что нужны не слова, а действия, то о чём можно говорить. Эрик, Эрик, я от тебя этого не ожидала.

23 марта (записка).
------------------------------------------
  "Галочка, не пойму, почему ты молчишь. Что случилось? Думаю, что всё-таки можно написать пару слов».

13 апреля.
-----------------------------------
  "Здравствуй, родная! Знаешь, я сейчас уже вошёл в жизнь этого треста, и мне даже здесь нравится. Появилось много знакомых. Недавно сюда перевелась Иринка (ты её знаешь), она уже успела выйти замуж и разойтись, но это, кажется, в её характере. Геолог Зоя тоже вышла замуж.  ЧЕРЕЗ  МЕСЯЦ  ВЫЕЗЖАЮ.
Твоё письмо я не получал и поэтому такое «раздражение», если это можно так назвать. Милая, очень хочется закурить «Пушку», но здесь я её не найду, да и искать нет желания и время. Твои «хочу» на Новый Год очень хорошо помню и жду.   Твой Эрик».

20 апреля.
------------------------------------
 "Галка, сейчас я не могу приехать к тебе.  Когда у тебя будет отпуск после диплома, то ты приедешь ко мне, и мы зарегистрируемся, тогда ты останешься со мной ВМЕСТЕ. Письмо напиши. Когда оно придёт, я схожу к управляющему. Ясно!
Моя маленькая злючка. У нас появились первые подснежники. Скоро выезжать.
Целую.  Эрик.
P. S.  Сегодня заскочу в ресторан и хорошенько выпью за тебя, и за то, что мы будем вместе, и за то, что ты меня любишь».

Вот так. Приехать он не может, хотя впереди ещё почти месяц, в том числе майские праздники. А я должна написать «дяденьке Управляющему» просьбу сделать мне вызов. Почему? Потому что там работает мальчик, который мне нравится – так что ли?  Очень мило!  Нет, я не буду писать ни какому Управляющему. Если он мужчина, и если любит, пусть приезжает сам.

22 апреля.
--------------------------------------
  "Здравствуй, родная! Вчера говорил с замполитом. Он мне сказал, что ты должна написать в наш трест письмо, где надо указать причину и т.д.  При этом условии они могут послать запрос в ваш институт.
Через 20 дней выезжаю. Моя начальница уехала в командировку и будет, в том числе, в Москве и Ленинграде. Как у тебя сейчас дела и настроение? Плохо, если так же, как и у меня.
Целую, родная.  Жду.  Эрик».

Ну вот, опять то же самое. Нет, я никому ничего писать не буду. И к нему после диплома не поеду. Это как-то не красиво и неудобно. А если его мама скажет подождать, или вообще будет против?  А если он встретит меня так же, как год назад, как просто знакомую? Так вот сорваться с места и поехать в неизвестность! Нет, нет, нет…
Май и июнь прошли в напряжённой работе – защита диплома и госэкзамены. А он в это время, вероятно, уже был «в поле». Переписка практически прекратилась.

8 июля (записка).
--------------------------------------------
  "Извини, что не мог сразу ответить, только приехал из маршрута. Жду ответа на наш последний разговор. Спасибо за слишком «оригинальное» письмо. Я, кажется, ещё не успел за него поблагодарить.          Эрик».

Вот так – «только приехал из маршрута».  И так будет всё лето, ведь полевой сезон. А предлагал приехать, чтобы записаться.  А у меня и времени-то всего один июль, а 1-го августа уже надо явиться работать по месту назначения. Что же это получается? Недодумал? Или всё это перестало быть для него самым главным?  Всё дальше и дальше отдаляется он от меня.
 Я очень разочаровалась в нём.  И то, что он не приехал в Ленинград,  хотя бы повидаться,  НЕ МОГУ ПРОСТИТЬ.   Всё. Прощай, Эрик.  Значит – не судьба.

А он прислал ещё только одну маленькую записку:
5 сентября.
--------------------------------
  "Разве это было просто увлечение? Если тебя не затруднит, то ответь пожалуйста.  Эрик».
Я в это время уже работала в сейсмо-партии на Мангышлаке.

Его беспомощность (или нежелание?) сделали своё дело. Я не только злилась на него, я перестала его уважать. В таких случаях человека просто «посылают подальше». Но мне и этого не надо было делать, так как он и так был далеко от меня. Я просто перестала ему писать. Это был конец.

После защиты и экзаменов мы с подругой (Томочкой Левицкой) решили поехать по Волге от Москвы до Ростова-на-Дону.  Об Эрике я уже не думала. Он был для меня только прошлым. Думалось, что жизнь, в общем-то, ещё только начинается. И эта «письменная» любовь, наверное, не последняя.  И может быть будет ещё лучше.
Я тогда не знала, что большинство девушек считает необходимым выйти замуж не позже 23-24-х лет, то есть крайний срок – сразу после окончания учебного заведения. И поэтому холостых парней, да ещё хороших, в будущей взрослой жизни уже почти невозможно встретить. Сейчас, «с высоты прожитых лет», я понимаю, что надо было мне быть более терпеливой, тем более, что никуда далеко меня не отослали, а осталась я работать в Ленинграде. Да, письма Эрика были всё-таки прекрасные! Больше мне за всю жизнь никто таких хороших слов не говорил. Это – сейчас. А тогда я была «своенравной» и «злючкой». Ну как я могла поехать к нему сама, если он первый не сделал этого? Я не верю, что у него не было возможности за такой немалый срок: с 1-го января по май.  Если бы  он приехал хоть на один день – я, может быть, и написала бы это проклятое письмо Управляющему трестом, хотя, по правде говоря, мне стыдно было писать его, так как я была для Эрика ещё пока никто, просто подружка.

Есть одна прекрасная песня, я впервые услышала её по радио в исполнении М. Магомаева:
«От любви моей до любви твоей
Было столько вёрст, было столько дней!...
Шёл я сквозь вьюгу, шёл сквозь ветер,
Чтобы тебя отыскать на земле…
Нет без тебя света, нет от тебя ответа,
Верю, что ждёшь где-то,
Всюду ищу, всюду зову тебя…
Но я тебя отыщу всё равно!»

Вот это настоящий мужской характер! Обожаю эту песню, влюблена в неё. Вот такой упорный и сильный мужчина – мой идеал.


Когда спустя шесть лет я вышла замуж, все его письма я отдала на хранение тёте. Почему я не уничтожила их? Не знаю. Может быть потому, что ни муж и никто другой никогда не говорил мне таких хороших слов о любви.
Одиннадцать лет замужества, потом развод. Жизнь шла своим чередом, бежала, не останавливаясь. У меня была интересная работа и у меня была дочь. И жизнь вроде бы была заполненной.
Потом тётя умерла – и письма опять оказались у меня. Перечитав их снова, мне вдруг сделалось страшно – я впервые подумала, что была неправа; что я, возможно, потеряла очень большую любовь.  Но тогда поступить иначе я всё-таки не могла.

Прошло ещё десять лет. И вот сейчас я снова сижу над старыми письмами. Я перечитываю вновь слова любви (и какие слова), и старая любовь вновь стучится в моё сердце. Да, всё это, может быть, глупо и смешно. Да, конечно, «поезд ушёл». Дело не в этом.

Я всё-таки  хочу понять, почему он не приехал ко мне? Ведь у него было для этого время. Он чувствовал, что что-то происходит – и не попытался спасти нашу любовь. Неужели он не понимал, что мне просто стыдно писать Управляющему, не будучи ещё его женой!  Или его всё же захватил вихрь новой жизни, новая работа – настолько, что всё остальное отошло на второй план? А может и не только работа? Много старых и новых друзей и знакомых, много новых девочек? Нет, ну правда! Нельзя же взять и просто так написать: «Приезжай после диплома, и мы здесь запишемся» - до сих пор для меня это звучит оскорбительно.
Наверное, можно было мне придумать какой-нибудь выход: не приезжать к нему, но и не прерывать переписку.  Может быть,  всё и наладилось бы.  Но решив, что слова у него расходятся с делом, что любовь его не так уж и велика, я  как бы  вычеркнула его из своей жизни. Наверное, он был просто слишком молод для женитьбы – ведь ему было всего 22 года! Ему надо было ещё дорасти и дозреть до такого важного в жизни шага.

Ну вот, я опять ругаю и обвиняю его. А хотелось мне, совсем наоборот, вспомнить всё хорошее, что у нас было.  И благословить эту нашу первую любовь. За то, что она была!

1994г.

Н Е     С У Д Ь Б А

Здравствуй, моя первая любовь!
Ничего у нас с тобой не сбылось.
Много было писем и слов,
Но на этом всё и кончилось.
Почему ты не приехал тогда?
Помню – тебя очень звала!
Ты – не мог, и я не могла.
Кто ж из нас двоих виноват?
Очень я жалею теперь,
Что легко рассталась с тобой.
Много было в жизни потерь,
Ты – горше всякой другой.
Были мы по-детски чисты,
Первый раз играли в любовь.
Как прекрасен в письмах был ты –
Можно их читать вновь и вновь.
Был внезапен и смешон наш разрыв,
И почти ничем не объясним.
Просто – оказались глупы,
Просто – «не судьба!» - говорим.
1994г.


Рецензии