Память. По следам декабристов в Западной Сибири



В самом центре Омска на углу улиц Интернациональной и Красного Пути стоит большой, каменный, строгой казарменной архитектуры дом. Он построен в 1833-1836 годах по проекту архитектора Татаринова. Изначально здание было двухэтажным. Третий этаж был надстроен в годы советской власти. В 1839 году в нём было размещено Главное Управление Западной Сибири и Пограничное Управление сибирских киргизов. В числе служащих этих учреждений состояли и бывшие в Омске на поселении декабристы С.М. Семёнов и Н.В. Басаргин, о чём повествует текст мемориальной доски, установленной на торцевой части здания.

Доска была установлена в 1975 году, к юбилею декабрьского восстания и, вероятно, поспешив отрапортовать о проделанной работе, областные чинуши не удосужились сверить текст доски с архивными документами. Впрочем, ляп заметил только я. Омичи имеют весьма смутное представление о декабристах. В Омске в то время, когда я побывал там, было только две достопримечательности: хоккейный клуб "Авангард", да губернатор Полежаев...

Текст доски гласит: "В этом здании в Главном Управлении Западной Сибири в 1826-1841 гг. работали декабристы С.М. Семёнов, Н.А. Чижов, Н.В. Басаргин". Я не знаю, сколько было выпито омскими "краеведами", если за десять лет до постройки этого здания они разместили там декабристов. Более того, Главное Управление Западной Сибири было переведено из Тобольска в Омск только в 1839 году! Уж эту дату омичам стыдно не знать.

Декабрист С.М. Семёнов, действительно проживал в Омске с 1826 года, но приступить к обязанностям столоначальника канцелярии именно в этом здании, он смог только в 1839 году. Что касается декабриста Н.В. Басаргина, так он вообще был переведён в Омск из Кургана 14 мая 1846 года и на следующий день был зачислен в штат Пограничного Управления сибирских киргизов писцом 3-го разряда. В этой должности он прослужил до 7 февраля 1848 года, после чего был переведён на службу в Ялуторовский земский суд.

Ну, а что касается декабриста Н.А. Чижова, так в Главном Управлении он вообще не служил. Бывать бывал, но не служил. Переведённый из Тобольска в 1839 году, он состоял при штабе Сибирского корпуса. После производства 15 февраля 1840 года в прапорщики, Чижов был назначен помощником начальника продовольственного отряда при Штабе, там же и квартировал вплоть до увольнения со службы. Получив четырёхмесячный отпуск 12 июня 1842 года, декабрист выехал из Омска в Тульскую губернию и больше сюда не возвращался. Таким образом, памятником пребывания Н.А. Чижова в Омске можно косвенно считать восстановленное в начале 1990-х гг. компанией "Юкос" здание бывшего штаба Сибирского корпуса, расположенное на современной улице Таубе. А доску со здания Главного Управления Западной Сибири лучше бы снять. Чтобы не позориться...

И ещё. Не мешало бы установить памятный знак на месте захоронения декабриста О.В. Горского на бывшем иноверческом кладбище (ныне некрополь "борцов революции"). Он этого достоин больше, хотя бы как герой Отечественной войны 1812 года, нежели упокоенные там с почестями "русские" революционеры Моисей Рабинович, Залман Лобков и Арнольд Нейбут.

Город Ялуторовск Тюменской области перешагнул свой 350-летний рубеж. Вот уж где поистине чтут память о декабристах, возведя её в культ! Любой школьник вам ответит, где находится Музей памяти декабристов и дом И.Д. Якушкина.

Двери двухэтажного деревянного дома, где 16 сентября 1836 года поселился декабрист И.Д. Якушкин, открыты для всех, кому интересна и дорога история Отечества. В доме-памятнике федерального значения размещена экспозиция, повествующая о жизни и деятельности декабриста в Ялуторовске.

Иван Дмитриевич снимал две комнаты на втором этаже у местной мещанки Федосьи Родионовны Трапезниковой. "Хозяйка стряпает мне тарелку щей к обеду, печёт хлеб вкусный и душистый", - писал Якушкин декабристу М.А. Фонвизину.

На первом этаже дома, где жила хозяйка, в настоящее время воссоздан мещанский интерьер горницы XIX века. В ней особенно почитаемым местом считал передний угол. Здесь принимали гостей, совершали семейные обряды, благословляли на брак.

Неотъемлемыми предметами мещанской горницы являлись кровать, горка (шкаф для посуды), сундуки и коробья для хранения вещей. Зеркало, украшенное домотканным полотенцем, традиционно находилось в противоположной стороне от двери.

В сенях хранились предметы, необходимые для ведения домашнего хозяйства, такие как ступа, жернов, подойник, лагун, посуда из металла и дерева.

Интерьер кабинета декабриста воссоздан по рисунку 1848 года. Обстановка комнат очень скромна, поскольку И.Д. Якушкин был аскетом.

В Ялуторовске Иван Дмитриевич внёс большой вклад в развитие образования: по его инициативе и при помощи местного священника С.Я. Знаменского в 1842 году открылась школа для мальчиков, а в 1846 году - первое в Сибири училище для девиц. В 2003 году здание школы было отреставрировано и в нём сейчас размещена экспозиция "Ланкастерский класс декабриста И.Д. Якушкина".

Дом русского дворянина, декабриста Матвея Ивановича Муравьёва-Апостола, является главной достопримечательностью Ялуторовска. Он стоит на том же месте, на котором был построен местным купцом Белоусовым в конце XVIII века. М.И. Муравьёв-Апостол поселился в нём в 1836 году и прожил до амнистии 1856 года с женой Марией Константиновной и двумя девочками, взятыми в Ялуторовске на воспитание - Гутенькой и Аннушкой.

При завершении реставрации дома, которая проводилась в 1990-1994 годах, были воссозданы три мемориальные комнаты - гостиная, зала и кабинет. В гостиной по воскресным дням собирались декабристы, также находившиеся на поселении в Ялуторовске, приезжали и из других сибирских городов - Кургана, Туринска, Тобольска. Приходили местные купцы - Н.Я. Балакшин и И.Ф. Мамонтов.

В зале дома память о прошлом хранит мебель, портреты ялуторовских декабристов, предметы, принадлежавшие им.

Кабинет рассказывает о М.И. Муравьёве-Апостоле - участнике Отечественной войны 1812 года, декабристе, человеке, который оставил о себе блестящую память. Старинная мебель, гравюры, книги, портреты помогают понять нам хозяина дома, его вкусы и интересы.

Он любил красивые вещи, много читал, вёл дневниковые записи наблюдений о погоде, часто гулял по окрестностям Ялуторовска.

В наши дни, добрые традиции, заложенные декабристами, живут и развиваются. В дом Муравьёва-Апостола приезжают многочисленные экскурсанты со всех концов России и из-за рубежа, бывают потомки декабристов.

Ялуторовчане полюбили салоны, вечера встреч у камина, детские утренники, которые традиционно проводятся в музее. Всё это позволяет сберечь лучшие традиции русской дворянской культуры XIX столетия и передать их молодому поколению.

И последнее. К 350-летнему юбилею города в 2009 году, чаяниями руководства Ялуторовска, был воссоздан утраченный в 1930-е гг. Сретенский собор, прихожанами которого были в своё время и декабристы. Рядом реконструирован фрагмент Ялуторовского острога с караульными башнями и поставлен камень в честь первых дворянских революционеров, память о которых священна для каждого ялуторовчанина...

О Тобольске, либо хорошо, либо ничего. Несмотря на то, что в городе находилась на поселении внушительная колония декабристов, память о них стёрлась под напором культа насаждаемого православной церковью. Параллельно с реставрацией многочисленных храмов, идёт полное уничтожение памятников, связанных с именами сибирских изгнанников. Снесли добротный дом декабриста П.Н. Свистунова, находившийся на ул. Ленина (участок №38; сейчас - пустырь). Уничтожили усадьбу А.М. Муравьёва. На этом месте (ул. Семакова, 65), нынче засраный барак. Добрались до дома декабриста М.А. Фонвизина (ул. Октябрьская, 4). В конце 1990-х гг. его разобрали, под предлогом реконструкции, а собрать почему-то не удосужились. "Ломать - не строить", - гласит народная мудрость. Хотел по этому поводу переговорить с директором Тобольского музея-заповедника Дроновой, да передумал: о чём Кирсанову говорить с провинциальной плебейкой, имеющей девственный, ни разу не пользованный мозг!

В Кургане, с памятью о декабристах получше, но всё же... Ещё в середине 1980-х гг. упала и разбилась мемориальная доска с дома, где проживал барон А.Е. Розен с семьёй. До сих пор никому и в голову не пришло её восстановить. Да и само здание, где базируется детская школа искусств № 1, нуждается в капитальном ремонте.

На предполагаемых захоронениях декабристов И.Ф. Фохта и И.С. Повало-Швейковского длительное время отсутствовали украденные вандалами чугунные плиты. Местные власти, распорядились перенести бетонные основания надгробий в ограду церкви Александра Невского, дабы служители культа присматривали за ними. Однако последние встали на дыбы: "Не хватало нам здесь могил антихристов". Я поинтересовался: "А почему вы считаете декабристов антихристами? Ведь они были православные и регулярно посещали храм причащаясь святых тайн". На что попик с козлинной бородкой на меня зашикал: "Так они покусились на жизнь императора, помазанника божьего!" Вона как заблекотали! А ведь ещё лет двадцать тому назад сидели прижав жирные зады и помалкивали...

 А надгробия декабристов всё же вынесли за церковную ограду...

В дом-музей В.К. Кюхельбекера я не попал. Его закрыли на два часа раньше положенного времени. Ну не сказывается на курганцах извечная тяга к родной истории. Зато в музей декабристов, расположенный в бывшем доме М.М. Нарышкина (ул. Климова, 80а) нескончаемый поток ... брачующихся. Дабы пополнить и без того скудный бюджет, дирекция музея сдаёт залы старого особняка новобрачным. Они там пьют, закусывают, пляшут. В общем, для курганских аборигенов это экзотика. А местным деятелям от охраны памятников исторического наследия - позор несмываемый!

На доску "не почёта", хочу вынести и директора Дома-музея декабристов Е.А. Вьюгову. Когда она принимала дела, то выбросила на помойку бумаги предшественника и фотографии, среди которых были и совершенно уникальные. Например, дореволюционное фото могилы декабриста А.Н. Сутгофа в Боржоми. Могила была при комуняках утрачена, а теперь, из-за преступной халатности директора курганского музея Вьюговой, оказался утраченным и уникальный снимок!

Оставим до поры пресловутую Западную Сибирь и перенесёмся на Верхний Урал.

Город Туринск был основан в 1600 году, по указу царя Бориса Годунова на месте крепости Епанчин-юрт. Со дня основания он становится городом, открывающим ворота в Сибирь. Необходимость в его строительстве была вызвана устройством Бабиновской дороги, связавшей Европейскую Россию и Сибирь. Туринск обеспечивал охрану дороги в среднем течении реки Туры от набегов враждебных кочевников, давал возможность завести хлебопашество вдоль тракта, являлся важным остановочным пунктом для ямщиков на пути в Сибирь и обратно.

На протяжении всей истории Российской империи Туринск являлся городом, с которого начиналась "Сибирская темница", местом, выбранным государством для ссылки неугодных ему людей. Пожалуй, этим и прославился более всего город в дореволюционной истории России. С лёгкой руки императора Александра II, Туринск самый западный город Сибири, нередко именовали как "место, не столь отдалённое от столицы".

Первый ссыльный появился здесь в 1618 году. Это был князь П.И. Пронский, не угодивший Михаилу Романову. Есть сведения, что в город ссылали уцелевших бунтовщиков из отрядов Ивана Болотникова, Степана Разина и Емельяна Пугачёва. За три столетия через Туринск прошли десятки тысяч политических заключённых. Более же всего память о себе оставили семь декабристов, отбывавших здесь послекаторжную ссылку.

Туринцы бережно хранят память об этих людях. Их именами названы улицы города, сохраняются в надлежащем виде дома, где они жили. В доме декабриста Н.В. Басаргина ныне Дом традиционных промыслов и ремёсел. В доме, где жил С.М. Семёнов - краеведческий музей. А в особняке Ивашевых, разместился Музей декабристов.

Экспозиция этого мемориального музея расположена в подлинном особняке, построенном декабристом В.П. Ивашевым. Одноэтажный деревянный дом на каменном цоколе, с высоким чердачным окном, прекрасно сохранился до наших дней.

По словам сотрудников музея, дух Ивашевых витает здесь до сих пор. Некоторые сторожа отказываются проводить в доме ночь. Говорят, что слышат шаги, разговоры, детский смех.

Я хоть человек и не суеверный, но в справедливость этих рассказов поверил. На протяжении всех полутора часов, проведённых в доме Ивашевых, меня не покидало чувство, что кроме меня и сотрудников музея здесь ещё кто-то есть и незримо за нами наблюдает. Ивашевы ведь и умерли здесь. Здесь, очевидно и остались их души, не пожелавшие расстаться с местом, где, несмотря на все превратности судьбы, они были по-настоящему счастливы...

В отличие от блескучего и помпезного антуража курганского дома Нарышкиных, где ни одна вещь, ни один предмет не имеет ничего общего с реалиями и обозначены лишь условно, в семейном гнезде Ивашевых всё подлинное. Пусть интерьер бедноват, но зато каждая половица помнит лёгкую поступь Камиллы Петровны, а каждая полочка или ширма - прикосновение её руки.

"Окна вот только пришлось заменить, - сетует сотрудница музея. - Старые рамы подгнили малость. А новые ... Зиму только простояли и повело их". "Да, - подхватывает разговор пожилая техничка, - были раньше в Туринске мастера, не чета нынешним..."


Рецензии