Матушка

   Одна из западных областей России. Август 1986 года. Волей случая оказываюсь в аккуратном провинциальном городке Карачев, затерянном среди брянских лесов.  В центральной части городка танк на постаменте в честь воинам-освободителям в годы Великой Отечественной войны, а у дороги, на окраине города, скромный обелиск партизанам, принявшим последний бой с фашистами.

   В городке был всего два дня, а уже с ним как-то сросся и мы друг другу понравились. Решил на железнодорожный вокзал идти пешком, по меркам таких городков, это не так и далеко, а позитивных ощущений масса, особенно впечатляет их патриархальная старина и вековая глубина России. Вот прохожу мимо старого кладбища, окружённого старыми деревьями, на которых раскаркались стаи ворон, словно кто-то растревожил улей крикливых пчёл.

   Через несколько минут подхожу к железнодорожному вокзалу. Аккуратное одноэтажное здание старой постройки, но видно несколько раз то ли реставрировалось, то ли перестраивалось. Вблизи людей нет. Ну, думаю, хоть здесь возьму билет без очереди. Открываю тамбурную скрипуче-стонущую дверь и в шоке останавливаюсь: в небольшом зале ожидания битком набито людей, но стоит такая тишина, как будто бы зал пустой. Делаю два шага и все почему-то оборачиваются в мою сторону. И тут я вижу, что через весь зал к кассе тянется змейкой очередь из пожилых женщин и древних старушек в белых платочках, с палочками и какими-то котомочками в руках.

   Сделав несколько шагов, хотел повернуться и выйти на улицу. Нет, не уйти, а просто выйти, так как я был в военной форме и она очень уж не гармонировала с одеждами этих людей, которые как-то уж подобострастно и добросовестно молча стояли в длинной очереди, а некоторые старушки даже держались друг за друга, как это делают маленькие дети, чтобы не потеряться на прогулке. Но тут я заметил совсем молодую женщину, как-то по особенному одетую, которая через всю очередь направлялась явно ко мне и вся очередь быстро расступалась перед ней, а она как бы летела через эти просветы в очереди. Она, ещё не доходя до меня несколько шагов, начала говорить, обращаясь ко мне: - Товарищ военный, пожалуйста, проходите к кассе — и увидев, что я как-то неуверенно себя чувствую, добавила: - Вам сейчас продадут билет, кассир на месте.

   И я, увидев, что здесь распоряжается она, прошёл к кассе, среди снова расступившихся старушек. Окошко кассы открылось и кассир спросила: - Вам на какой поезд и сколько билетов? Я ответил, что мне нужен один билет и через несколько минут билет был уже у меня в руках.

   Когда я ожидал билет, то слышал, что старушки обращались к женщине, которая меня подвела к кассе: - Матушка! Матушка! Тогда я понял, что всем этим «царством» руководит жена местного священника, к которой так почтительно обращаются убелённые сединами старушки.

   Отойдя от кассы я спросил у этой женщины, когда же остальным начнут продавать билеты. Она ответила, что все они едут из Карачева в Смоленск на престольный праздник Яблочный Спас, который будет завтра и эти старушки едут святить яблоки, так я её понял. А билеты им будут продавать, когда будет известно, будет ли прицепной вагон.  Им будут продавать билеты в прицепной общий вагон, который будет прицеплен на предыдущей станции. Поблагодарив Матушку, я вышел на улицу и стал ждать.

   И тут я вспомнил своё детство, когда ходил с мамой к родственникам в соседнее село Шалыгино, где престольный праздник была Троица, а из Шалыгино к нам приходили родственники на престольный праздник Петров День, который был у нас в селе Весёлом. И пока я всё это вспоминал, подошёл поезд и все старушки семеня, побежали к последнему прицепному вагону. И, увидев, что проводники нигде двери не открывают, я тоже пошел в ту сторону. Прицепной вагон оказался за пределами перрона и старушки никак не могли взобраться на первую ступеньку подножки. Тогда в соседнем вагоне открыли тамбур и через него начали впускать старушек. Матушка суетилась, помогая им взобраться по ступенькам, что для них было не так просто. Я попросил проводника открыть ещё одну дверь и начал тоже помогать подниматься старушкам. Дело пошло быстрее и вскоре я после всех вошёл в вагон и когда проходил по вагону то увидел, что Матушка уже распоряжается в вагоне, рассаживая старушек по обезличенным местам.

   И вот тут я увидел организационную силу религии, когда старые, умудрённые люди всецело и полностью доверяют человеку, который им никакой не родственник. Я даже как-то попытался сравнить это с армией, а всегда ли солдаты так беспрекословно подчиняются сержантам. И в то же время подумал, как тепло и терпеливо относилась Матушка к пастве своего мужа.

   А ещё всю дорогу я думал, какое безответственное отношение у нас к людям, в частности к пассажирам-старикам, которые должны тесниться в этом общем вагоне, в жару. Вот автомобили уже какое поколение спроектировали, а до приличных вагонов руки не доходят. С такими мыслями я проехал Брянск, Смоленск, где все старушки вышли, и в конце-концов задремал под стук колёс, уезжая от небольшого российского городка Карачев.         


Рецензии