Курортный роман

~ * ~ * ~ * ~ * ~ * ~ * 

     Елена Сергеевна пила кофе, сидя за столиком на террасе пансионата.
С моря временами налетал лёгкий приятный бриз. Утро ещё только нежилось в розовых солнечных лучах, совсем ещё робких, скользящих по бухте по касательной. Море как бы застыло, сохраняя спокойствие, и только сверху, там где его нежно касался ветерок, проступала небольшая рябь.
Побережье было скалистым, пляж располагался в бухте между двумя остроконечными скалами, как бы специально расступившимися и сделавшими небольшой интервал для уютного отдыха. Пологий берег, ванильного, как пыльца песка, совершенно плоско спускался к воде и так же плоско продолжался под водой, постепенно и плавно, шаг за шагом, погружая в глубину, в совершенно прозрачную воду с лазурным отливом.  Очень чистый пляж, на котором разместились 10 лежаков с зонтиками и раздевалка, был пустынен.

      Белокаменная терраса располагалась на некотором возвышении, по обе стороны от неё к пляжу спускались ступеньки. Сам 3-х этажный пансионат располагался выше на холме и к нему вела довольно широкая лестница с террасы, обсаженная пальмами.  В первый день приезда Елена Сергевна только ахала, она думала что такой райский уголок может быть достоин только особ царской знати, настолько тут было красиво.
      Парк утопал в стриженных газонах, обсаженных повислыми ивами; разбитых повсюду клумбах, вазонах с цветами, причудливой формы скамейками, то и дело встречающимися мраморными ангелочками-фонтанчиками, придававшими парку старинный вид.

      Елена Сергеевна допила кофе и, взяв пляжную сумочку, спустилась на пляж. Зайдя в кабинку, она переоделась в открытый купальник с фиолетово-розово-бирюзовым принтом, надела соломенную шляпу с полями. Разложив на лежаке большое полотенце чернильного цвета, решила позагорать, не став раскрывать зонтик, достав из сумочки детектив и углубившись в похождения Арчи Гудвина. Детективы Рекса Стаута были её любимыми, не только потому что в них были затейливые, хитро закрученные сюжеты, а потому, что книжки Стаута приводили энергетику Елены Сергеевны в гармонию, они создавали между ней и рассказчиком какую-то приятную атмосферу, в которую время от времени хотелось возвращаться.

      Елена Сергеевна сама не заметила как заснула. Проснулась она, когда солнце стояло уже довольно высоко, народу на пляже прибавилось, рядом на лежаках расположилась семейная пара примерно лет 50, очевидно, с внуком, мальчиком лет 8. Мальчик копался в песке, песок летел во все стороны, в том числе, и на Елену Сергеевну. - Нужно искупаться, - подумала, Елена, - а то к вечеру мне обеспечена  головная боль от перегрева. Она надела купальную шапочку, чтобы не намочить волосы и не испортить причёску, и не спеша вошла в воду, стараясь не производить брызг, поплыла, наслаждаясь прохладой и свежестью. Неподалёку влюблённая парочка застыла в ступоре, забыв обо всём на свете, страстно впившись в друг в друга поцелуем. Елена Сергеевна обогнула парочку и поплыла дальше в море. Наплававшись, она уже возвращалась обратно, когда у скалы увидела мужчину, который призывно махал ей рукой. - Дайте мне руку, - требовательно крикнул он.  - Здесь же неглубоко, - удивилась она, подплыв.  Елена упёрлась ногами в дно и недоумённо посмотрела на мужчину. - Дайте скорее руку, вы хотите, чтоб я утонул? - и он воззрился на неё взглядом не терпящим возражений. - Ну держите, - Елена уступила его настойчивости, протягивая руку, - Если вам от этого станет легче. Мужчина уцепившись за руку, всем телом подтянулся к ней и встал рядом. - Чёрт меня дёрнул подплыть к этим скалам, там дно склизкое,  очень холодная вода, туда затягивает под скалу, у меня ногу свело, ещё немного и я бы ушёл с головой, - объяснил он, растирая ногу. Благодарю Вас, - он  улыбнулся. - Не благодарите, не велика помощь! - Нет, ну как же, нужно обязательно отблагодарить вас. Мы могли бы распить бутылочку вина за счастливое спасение и наше знакомство! Елена Сергеевна в упор посмотрела на мужчину. Мужчина отбросил пятерней мокрые волосы со лба и вопросительно уставил два своих смешливых серых глаза на Елену Сергевну. - В такую жару? Впрочем, выглядите вы неважно, с вашей синей ногой, вам действительно горячительное пойдёт на пользу. А меня увольте. И Елена Сергевна, изобразив из себя неприступную крепость Измаил, вышла из воды, отомстив ему за приказной тон. - Ты отказала мне два раза , НЕ ХАЦЮ сказала ты, вот такая вот зараза - девушка моей мечты, - крикнул он ей вслед, с неподдельным интересом разглядывая тылы прекрасной дамы... Елена Сергеевна вышла из воды, спиной ощущая ощупывающий её взгляд. Походкой от бедра, продемонстрировав загорелую выпуклую округлость, она, взяв сумочку, направилась в кабинку для переодевания.. Облачившись в шифоновый длинный сарафан, надев шляпу и солнцезащитные очки, она с независимым видом проследовала в пансионат.

      В обед Елена решила посетить столовую, все столики оказались заняты, и она подсела   к семейной паре преклонных лет. Мужчина с отвращением запихивал в рот гречневую кашу, а его жена длинной тирадой втолковывала ему насколько она полезна, и что артист Зельдин дожил до 101 года в твёрдом уме только благодаря тому, что три раза в день ел гречку. Елена Сергевна решила, что тоже будет стараться жить как Владимир Зельдин."На завтрак гречка и гречка в обед.
На ужин гречка от всех хворь и бед." Вспомнилось Елене детское стихотворение Т.Летуновой. Пока она, с наслаждением, допивала холодный компот из сухофруктов, за освободившийся соседний столик подсели две молодые девушки лет по 25, и с ними давешний "утопленник". Елена Сергевна изподволь оглядела мужчину: белый льняной костюм был тщательно отутюжен, лёгкие белые летние туфли и горьковато-смолистый мужской парфюм довершали образ. Елена отвернулась, чтобы не видеть этого самодовольного наглого лица.
Встав и направившись к себе в комнату, она краем уха всё же услышала, как за соседним столиком девушки знакомились с мужчиной и что их зовут Вера и Маша, а мужчину - Игнат.
За ужином, она уже допивала чай, а пожилая пара, всё так же давилась гречкой. Вдруг к ней подошёл "утопленник" с коробочкой маленьких
французских эклеров с разными начинками и протянул Елене: - Вам небольшой презент к чаю. У Елены Сергевны разбежались глаза, эклерчики со сливками, клубникой, малиной, шоколадом, мармеладом, орешками. Ровно 6 штучек. Мужчина принёс чай и, нагло расположившись за её столиком, сказал: - Я рассчитываю, что вы угостите меня пирожными. - А я не рассчитываю, - возразила Елена, придвинув к себе коробочку, придирчиво рассматривая вкусняшки. - Ну ладно, возьмите одну пироженку, вот тут самая маленькая и кривенькая, она ваша. Конечно же, Елена Сергевна не осилила всю коробку эклеров, и ей пришлось поделиться остальным с мужчиной. - Сегодня в кинозале будет фильм "Мост Ватерлоо", как вы смотрите на то, чтобы я вас пригласил? - спросил он, с набитым ртом, уминая последний эклер. - А пригласите, мне нравится этот старый фильм о любви. Они сидели в зале совсем близко друг от друга. Елена Сергевна чувствовала слегка навязчивый запах его парфюма Хьюго Босс от Балдессарини, и вкупе с сигаретным запахом, его запах ещё долго преследовал её воображение.
 
      После сеанса они решили немного пройтись по набережной и подискутировали на тему: нужно ли прощать мужчинам и женщинам измену. Елена Сергевна спорила, что героине фильма надо было всё простить, а Игнат наоборот считал, что этого нельзя ни в коем случае делать, и прочитал ей целую лекцию о том, как должна вести себя женщина, и у него всё время выходило, что  женщина должна с кастрюлей борща ждать мужа у плиты. - Вы страшный человек, узурпатор, рабовладелец, третирующий бедных женщин, - и на этой почве они разругались вдрызг и Елена Сергевна, психанув, развернулась  и побежала по ступенькам в пансионат в свою комнату.

      Южная синяя ночь объяла город, смешав запах цветущих лип с запахом петуний, цинний, гортензий, закружив все эти ароматы, перетасовав их, послав аромат каждому жителю в окно, занялась другими насущными делами - навевая людям безоблачные сны... Елена Сергевна стояла у окна и думала о том, что ей уже 35. А личная жизнь не складывается, а потом она вышла на балкон и долго смотрела на ночное море и слушала плеск волн и наконец решила, что нечего убиваться, ведь личная жизнь не складывается у всех, так, видимость одна личной жизни, и с лёгким сердцем она легла в прохладную постель, обдуваемую кондиционером. 

      На следущее утро она пропустила завтрак, решив съездить на водную прогулку на яхте.. Она вдоволь насладилась красивыми видами побережья, отвесных скал и наглыми белыми чайками, которые долгими криками преследовали яхту, выпрашивая угощение, вволю надышалась соленым морским воздухом и приятным путешествием.
На обед Елена Сергевна тоже не пошла, заказав в номер стакан минералки и 2 яблока, решив разгрузиться после вчерашних перееданий  французских изысков. Проспав до вечера, она надела новый закрытый чёрный  купальник, с глубоким вырезом на груди и высоким подъёмом на бёдрах. Фасон купальника она подсмотрела в модном журнале у гламурной модели Ким Кардашьян. Забрав также волосы в дульку на затылке, как у этой модели, она решила быть в топе, сделав такой же мейкап, в бежево-коричневых тонах. Втерев в кожу увлажняющее молочко для тела Нюкс Продижьёс
для шелковистой кожи, с изумительным запахом цветов магнолии, надев белые льняные шорты и шифоновую разлетайку с принтом из чёрных лилий, она вышла к ужину.
Подойдя к столику с тарелочкой зеленого салата с запеченым лососем, она села за свободный столик. Через столик от неё сидел Игнат с девушками и что-то весело рассказывал им. Те заливались смехом, а Елена Сергевна лениво ковырялась в салате, думая о том, как ей неприятен этот дурацкий смех, и почему он ей неприятен она не понимала, и эта Вера с Машей были ей неприятны, и сам утопленник был ей ненавистен. Выпив компот, она спустилась к пляжу. Солнце уже отпустило на покой свои обжаривающие лучи и остались только мягкие скользящие объятия приветливого апельсинового светила, приятно нежащие тело.
 
      Пляж был забит народом. Неподалёку молодёжь играла в волейбол. На лежаках лежали и сидели люди более пожилого возраста, занятые кто чем, дети самозабвенно скребли песок, полная женщина, в соломенной шляпке, то всхрапывала, засыпая, то икала, заставляя людей вздрагивать и недоуменно переглядываться. Мужчина, должно быть,  её муж, с нарастающим интересом изучал красивые ноги впереди стоящей фактурной брюнетки лет 30 и зажёванные бёдрами остатки её голубых стрингов.
 
      Елена Сергевна долго и с удовольствием плавала в парном молоке искристых волнышек, напитываясь их прикосновением и всё откладывая возвращение на берег.
Она подплыла к буйку и вдруг кто-то настиг её сзади - Игнат подпыл прямо к её лицу. - От вас пахнет мылом Камэй. Магнолия. - Вы почти угадали, только не мылом, а молочком для тела. Оказывается вы хорошо разбираетесь в  женских ароматах. - Это любимый аромат моей мамы. - Надо же, оказывается у нас одинаковые предпочтения, я тоже люблю магнолию.
-Как вы смотрите, если я приглашу вас в ночное кафе с живой музыкой. Вы когда- нибудь танцевали под звуки саксофона?
- Нет. Я боюсь, не справлюсь.
- Не бойтесь, я обниму вас и вы справитесь. Я вызову такси к 9 вечера и буду ждать вас... и он, нежно дунув ей на волосы, размашистым кролем ринулся к берегу.

      Елена надела шёлковое кружевное бельё от Арлетт, цвета оливы; платье с глубоким декольте, цвета ваниль, облепившего её как вторая кожа; прозрачные чулки и остроносые лодочки с открытой пяткой. Глянула на себя в зеркало, долго и тщательно рисовала стрелки, решив выделить глаза; расчёсывала свои шелковистые волосы, перекинув их на одну сторону, подправила помадой губы и сделав несколько взмахов пуховкой, выровняла тон лица и шеи. Завершив образ тонкой цепочкой, с кулоном в виде кленового листика, с маленьким бриллиантиком по центру, распылив на волосы туалетную воду Шарм, взяв со стола сумочку, и ещё раз бегло осмотрев себя, решила, что готова. Игнат не показывал виду, но пока они ехали в машине, с ума сходил от облика и аромата её кожи. Он повёз её в дорогой ресторан, с живой музыкой, где заказал столик у окна с обзорным видом вечернего города.
В полумраке ресторана они заказали овощной рулет с сёмгой, каре ягнёнка в сметане, запечёный сладкий перец с сыром Фета и бутылочку французского Шато Монтрёз. А на десерт - шарики ванильного мороженого с шоколадом и клубникой.

- Поболтайте вино в бокале несколько секунд. Это позволит насытить вино воздухом и выпустить наружу самые важные нотки аромата, - посоветовал Игнат, наливая ей красное вино в пузатый фужер на длинной ножке. Елена Сергевна, поднеся фужер к губам, вдохнула аромат вина. Не зря французские вина пользуются такой популярностью и ценой, - подумалось ей. Отрезав маленький кусочек сёмги, она сделала ещё глоток: - М-м-м.. восхитительно. Вы меня разбалуете хорошей кухней. - Красивую женщину надо баловать, холить и лелеять... и носить на руках.
Отличное вино и томный вечер отразились на жизнеощущении обоих как нельзя лучше. Елена Сергевна позволила ему взять себя за талию и вести в танце, в конце вечера она позволила ему гораздо больше, чем рассчитывала: он со страстью прижимался к ней всем телом и целуя её губы, шею, уши и волосы, шептал ей, как она прекрасна.   
Всю ночь они танцевали и разглядывали огни города. Было чудесно.

      Игнат был нежен. Осторожно положив Елену на кровать, он в восхищении рассматривал её: блестящие орехово-горчичные глаза с длинными ресницами, оттеняли дивным смуглым оттенком прозрачно-тонкую кожу лица. Прямой, аккуратный носик, как будто его лепил искусный скульптор, и мягко очерченные, красивой формы губы, которые хотелось беспрерывно целовать; шелковистые волосы, к которым хотелось прикасаться, бесконечно пропускать сквозь пальцы, настолько они были приятными на ощупь, как струящееся волокно. А запах, неуловимый запах женщины, на который инстинктивно ведётся мужчина. Ему казалось, что она удивительное создание из какой-то другой вселенной. Освободив её от платья, он скользил пальцами по шёлку её лифа, всё ниже опускаясь к талии, заблудившись в ворохе кружев, и ощущая атлас её кожи, подбираясь к застёжкам чулок. Нежно зацеловывая каждый сантиметр её тела, он стянул с неё сначала чулочки, затем трусики и наконец добрался до застёжек лифа. Он ясно отдавал себе отчёт, что если бы она не была в состоянии опьянения, то вряд ли бы он был в этот час в этом месте и умело использовал ситуацию в свою пользу, раздеваясь и ложась рядом.

      Наутро она проснулась у себя в номере и не могла вспомнить, как она оказалась в постели и как провела ночь. Воспоминания обрывались рестораном. Она прошла в душ и долго отмокала в душистой пене, пока не услышала стук в дверь. Намотав полотенце на голову и завернувшись в халат, она открыла дверь. На пороге стояла Вера. - Вы не одолжите мне свой шампунь. У меня закончился, а мне нужен срочно. И пока Елена ходила за шампунем в ванную комнату, Вера метнулась проверить шкаф, и откинув покрывало, заглянула под кровать. Именно в этой позе и застала её Елена. - Что вы там ищете? - Ах, ты гадина, я тебе покажу, как чужих мужиков отбивать, он мой, - и она, с размаху, влепив Елене пощёчину, выбежала вон. Елена, схватившись за щёку, только теперь сообразила кого Вера имела в виду: - Должно быть, этот кобелина работает на два фронта?!!!
 

      После нежной ночи Игнату захотелось осыпать Елену дорогими подарками. С утра он поехал в женские магазины, выискивая для неё шёлковое кружевное бельё, перебирая и ощупывая горы ажурных лифов и трусиков, соблазнительных боди и граций, подбирая по цвету к ним чулки на подвязках, прозрачные пеньюары, атласные туфельки для её ножек, воображая, как он всё это будет снимать или одевать на неё. Он принёс ей целый ворох пакетов с одеждой и духами.

Она выпроводила его из номера и выкинула вслед все его пакеты.

       Елена сидела в парке и предавалась своим мыслям. На соседней лавочке влюблённая парочка лет 20-ти, пребывала в беспрерывном молчаливом любовном экстазе, исследуя ландшафты друг друга. С другой стороны пара лет 50 мяла друг друга с таким упоением, охами и вздохами, что Елена деликатно отвернулась.
Мимо прошкандыбала  чета лет 75, выписывая замыловатые пируэты артритом, ухватившись согбенными суставами друг за друга. Любовный недуг свалился с неба этим вечером всем на головы. Елена Сергевна посмотрела на скучающую Луну, та подмигнула ей перламутровым круглым глазом и вопросительно уставилась на неё.. - Что ж я такая неудельная, - подумала Елена Сергеевна. Чувство собственной ущербности захотело прочно обосноваться в её красивой головке. - Так не пойдёт, - решила Елена Сергевна. Где-то она прочитала, то ли у Виталия Гилберта, то ли у Александра Литвина, что надо представить объект своей мечты, и так медленно и основательно представить какие тебе нравятся руки, ноги, лицо, тело человека, и закрепив этот образ в сознании, возвращаться к нему раз за разом, воображая этого человека. И тогда визуализация произойдёт и похожий человек появится в твоей жизни. Елена Сергевна закрыла глаза и представила сначала походку мужчины, и как-то так походка ей кого-то очень напомнила, она отогнала от себя дурацкую мысль, и попробовала представить хотя бы отдалённый образ, и опять у неё проявился какой-то размытый силуэт в льняном белом костюме, и наглое лицо Игната отчетливо и ясно отпечаталось в сознании Елены Сергевны. - Тьфу, этот бесстыжий соблазнитель уже проник в мои мозги и хочет поселиться там. Тьфу на тебя, бесовская рожа, - и Елена Сергевна, в негодовании встав со скамейки, возвратилась в свой номер.

      Игнат не мог постигнуть перемены в характере Елены. Как у такой нежной феи, может быть, характер взбрыкивающей кобылицы. Хотя, какой бы у неё не был характер, уже не важно. Он уже крепко подсел на неё, засосала как трясина, по самую маковку. Он не мог спать, уже ничего не имело значения, кроме неё, ноги сами понесли его к её номеру. Игнат постучал: - Еленушка, давай мириться, иначе мне придётся всю ночь промучиться у твоего порога. - А что же Вера, уже спит? - ответили ему из-за двери. - Ленусь, ну какая Вера? Ты когда нибудь купалась ночью? Вода сейчас, как волшебная эмульсия, подпитывающая здоровье жидкость, лечебное средство от всех болезней. Ленусь, пойдём купаться! Елене Сергевне тоже не спалось, и в эту самую минуту ей так захотелось искупаться, ну просто позарез. Она надела купальник, взяла полотенце и вышла. Песок на берегу был ещё теплым, отдавая своё ласковое тепло ночи. Игнат прикоснулся к её руке: - Нас никто не увидит, - сказал он почему-то шепотом, - раздевайся совсем, - стянув с себя одежду, помог раздеться Елене, взявшись за руки они пошли в море. - Ночь, звёзды, море, мужчина и женщина, мы, как Адам и Ева - одни на всём белом свете, - сказал он, приблизив к ней лицо. И подойдя ближе, прижал к себе. Елена не представляла, что купаться голышом так приятно. Вода скользя по коже,  и достигая заповедных мест, ласкает тело не хуже искусного любовника. Игнат сильнее прижал Елену к груди, её упругие грудки упёрлись в его прохладную, обсыпанную тысячами капелек кожу, руки непроизвольно заскользили по сильным мышцам его рук и спины, прижимаясь всё сильнее, губы раскрылись сами собой и слились в пламенном поцелуе. Синяя южная ночь невесомой вуалью закрыла влюблённых от посторонних глаз, донося с берега запах жасмина и сладкого дерева Лох Серебристый. Только Луна, стыдливо прикрыв выпуклый глаз, мимо проплывавшим облаком, смущённо подглядывала за ними, и приставив палец к губам, шептала волнам  ш... ш... тише...

      Небо разверзлось, Любовь белым облаком спустилась к влюблённым, чтобы заполнить их сердца собою навсегда...


Р.S. Уважаемые читатели, спешащие выложить негативный отклик по теме, что этикет не предусматривает употребление красного вина с рыбой; что только лохи носят льняные костюмы; что бельём, цвета оливы, нельзя соблазнить мужчину; что читать Рекса Стаута на отдыхе не комильфо; что купальник сиреневого цвета с цветами -отстой; что я не умею описывать сексуальные сцены и надо описывать дрожь в коленках и мурашки по коже; что описание парфюмерных брендов неуместно, а также, что в рассказе очень много еды и компот из сухофруктов - это "Фу", а мой речевой слог примитивен - уймите свои потуги. Всё это я уже выслушала на Женском Форуме. Напишите что-то новое, эдакое, да будет вам и мне Счастье!


Рецензии
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.