Приют безумных. Глава 39

39. КАКОЙ ХАРАКТЕР!
2 апреля 2015 год, четверг
Пермь, Льва Толстого 12, школа № 40, 3-ий этаж, кабинет истории (№ 318)

Оксана Андреевна пребывала в самом дурном расположении духа. Она велела профилю по обществознанию открыть учебники на теме: «Групповая сплоченность», прочесть параграф и письменно ответить на вопросы после него.

- В конце второго урока тетради сдаем, - добавила она и, сделав круг по кабинету, вернулась к своему столу и запричитала: - Как меня все задолбало, сил нет! – десятиклассники понимающе заржали. – В той четверти провели пробник у одиннадцатых по обществознанию, так все двадцать восемь человек из «В» класса умудрились порог не пройти. Через два месяца ЕГЭ, а мы часть С вообще не решаем! Ольга Григорьевна разнесла весь педагогический коллектив, а меня вообще с дерьмом смешала… Она тоже такая интересная! Эти олухи проваландались два года, в башке дырка, учиться не хотят, а мы виноваты… Мне сон недавно приснился, где Каратовна меня в ванне душит. Я от страха проснулась!

Кира глупо захихикала и шепнула подруге:

- Нам это не грозит! Олга таких лещей наподдает, что даже Астапин с Шуховым левой пяткой за порог зацепятся.

Оксана Андреевна тем временем перешла непосредственно к 10-му «А».

- С вами директриса тоже наплачется, она уже покаялась, что двоечников с отличниками в один класс впихнула. Ольга Петровна (по ней, мне кажется, больше всех заметно) из последних сил эту лямку тянет. Вот даже здесь, на профиле. Старкова с Ракитиной бросили ходить еще в третьей четверти, все по репетиторам шляются, а знаний как не было, так и нет. Миронова сюда посидеть приходит. Астапин с Шуховым вообще проходные. Белогубов такой же. Кудрин – без комментариев. Остальные – когда как. Одни Уланова с Соловьевой нормальные. Вот они вдвоем и сдадут на следующий год.

Элиза с Кирой, загордившись, просияли. Андрей нахмурился, но промолчал.

- Одна у меня радость: Переломовой обществознание не сдавать, - продолжала мусолить одну и ту же тему историчка. – Одной проблемой меньше.

Подруги Карины, перебивая друг друга, принялись объяснять, что та собирается в медицинский и сдает биологию. Поперхнувшись от такой новости, Оксана Андреевна не выдержала и окончательно перешла на молодежный сленг.

- Охренеть! – только и смогла она сказать. – Какой ей медицинский? Она же до смерти залечит. По ней же видно, что ее потолок – это кухня. Будет дома сидеть да борщи варить.

Кира так хохотала, что едва не свалилась со стула.

- Как раз такая нужна нашему Кабачкову, - шепнула она Элизе. – Он бы присмотрелся, баба – огонь!

Оксана Андреевна продолжала обсуждать Переломову:

- Не знаю, откуда такая вообще свалилась на нашу голову. Чем Ольга Григорьевна думала, когда ее в 10-ый брала, непонятно. Сама по себе неприятная, еще и за языком не следит. Мат через слово вставляет. Не знаю, о чем тут говорить. ЕГЭ она не сдаст. Если даже поступит куда-то, вылетит с первой сессии.

- Так она на платное, - заверила историчку Косулина.

Покачав головой, Оксана Андреевна отмахнулась и сухо проговорила:

- Когда ее рожали, природа отдыхала!

По классу прокатилась очередная волна смеха.

«Так и было походу», - решила про себя Кира.

Пермь, Льва Толстого 12, школа № 40, 2-ой этаж, спортзал

От возмущенных криков Улановой, казалось, дрожали даже стены спортзала. Весь класс столпился вокруг не по-детски разозленной отличницы, ее не менее злой подруги и крайне недовольной Марии Александровны.

- С какой это радости я должна перебегать челночный бег? – верещала на весь спортзал Элиза. – Мы на том занятии с Кирой уже пробежали на 10,3. Почему вы Данбоговой и Булыгиной пять поставили, а нам нет?

Громко цокнув, учительница, едва доходившая Элизе до плеча, молча показала девушке на дорожку.

Уланова не шевельнулась. Шухов, стоявший ближе всех к месту действия, с интересом наблюдал за девушкой.

«Какой характер!» - восхищенно подумал он.

- Мне тебе два ставить? – холодно осведомилась Мария Александровна.

На глазах всего класса разъяренные Элиза с Кирой заняли позиции на беговой дорожке.

- Эй, а че они по двое бегут? – заверещала Оксана, у которой с Улановой были старые счеты еще с 7-го класса. – Они и так умные!

«Твою мать, - в попытке не наговорить лишнего Элиза до боли прикусила язык. – Вот какой надо быть сукой, чтобы в 10-ом классе так орать? Ей что в солярии ультрафиолет мозг обжег? Какая тебе разница, кретинка!»

Вслух девушка чуть слышно прошептала:

- За собой следи, корова тонированная.

- Положи на место, - повелительным тоном заявила Мария Александровна, заметив, что Кира взяла кубик в руку.

- В смысле на место? – психанула Элиза. – А ниче, что остальным вы разрешали его в руку брать? Чтоб его с пола поднять, полсекунды требуется.

- Ты, я смотрю, себя здесь самой умной считаешь? – спокойно продолжила училка, буравя ее взглядом. – Не устраивает что-то, иди к директору.

Стиснув зубы, Кира положила кубик на пол. Элиза последовала ее примеру. Когда физручка дала сигнал, обе девушки рванули вперед что было сил. Они двигались синхронно и прибежали к финишу одновременно.

- 10,6 у обеих, - сухо объявила Мария Александровна.

- Капец! Улан, ты понимаешь, что у нас четверки? – взорвалась до сих пор державшая себя в руках Кира. – Этого не может быть!

- Знаю, - тихо шепнула ей подруга. – Я по ощущениям чувствую, что мы норм пробежали. Эта стерва нам добавила.

- Вот тварина! – выругалась Соловьева, когда Мария Александровна, захлопнув журнал, удалилась в каморку. – Я короче больше не буду ходить на ее уроки. Она че хочет сказать, что мы с тобой бегаем хуже жирной Вероники и Наташки, которая вообще никогда нормально не бегала? Да мы быстрее всех в этом классе. Все это знают!

- Лариска сидит просто так, у нее, видите ли, колено болит. Сонька вообще не бегала, а она мне мой честно заслуженный на том уроке пятак ставить не хочет? Да пусть идет нахуй, сука! Всем кубики брать можно, а Соловьевой с Улановой нельзя!

- Шлюха тупая, - продолжила гневную тираду подруги Кира. – Ей только гопников тренировать. Хотя она сама как гопник. Мелкая, тупая и страшная. С такой спать только из жалости либо за зачет. С ней бы даже Кабачков не стал. Разве что за пятак годовой!

- Да пусть ставит, че хочет. Мне ее физ-ра вообще по барабану!

В этот момент Мария Александровна вышла из коморки и крикнула пацанам:

- А че мы стоим? Если Инны Рудольфовны нет, это не значит, что можно стоять без дела, - она повернулась к девушкам, - вас тоже касается! Быстро взяли мячи и в парах отрабатываем передачи.

Элиза с Кирой демонстративно отвернулись от нее, оставшись на месте.

- Они всегда такие? – со вздохом спросила учительница у стоявших поблизости Ларисы и Сони.

Те промямлили что-то неразборчивое.

- Нет, ну я щас точно ее придушу! – решила Элиза. – Как можно быть такой ущербной тварью? Да, твоя жизнь – дерьмо, но не надо ее портить нормальным людям. Я, по крайне мере, не буду работать училкой в Перми за гроши. И если что, я могу и к Каратовне зайти. Хрен ли она позволяет себе нас оскорблять? Вот и поставлю ее перед выбором: или я, человек, висящий на доске почета и тянущий за собой всю школу, или мелкая подстилка, недавно выбравшаяся с зоны. Посмотрим, кого она выберет!

- Пошли за мячами, - хмуро ответила Кира.

Андрей, издалека наблюдавший за этой сценой и слышавший каждое слово, улыбнулся только ему одному понятной улыбкой.


Рецензии