Призвание варяга гл 84 Решительная

Сегодня в Дорестадте было не холодно. И все же жителей не влекло на улицу. Затянутое серой тучей небо словно помутнело. В тревожном воздухе повисли мелкие частицы снега. Солнце почти не проглядывало сквозь молочную пелену.

- Синеус, я хотела обратиться к тебе с просьбой, - Ефанда взяла ненавистного супруга за руку.

- Что тебе от меня вдруг понадобилось? Видно, что-то изрядное, - ухмыльнулся Синеус на нежность. Это было впервые, когда Ефанда пожелала дотронуться до него.

- Теплеет. И я хочу навестить родину. Олег меня проводит. А по осени мы вернемся. Отпустишь?

- Нет, - наотрез отказал Синеус, еще и отрицательно покачав головой.

- Но почему? Лишь на лето. Тебе не о чем беспокоиться, - уговаривала Ефанда.

- Я не за тебя беспокоюсь. С тобой-то что сделается?.. Я не хочу отпускать Олега и его дружину, - Синеус оглядел растерянную Ефанду. - Вдруг он не вернется обратно в Дорестадт…

- Он вернется, - заверила принцесса, с надеждой оглядывая супруга. - Олег не оставит меня одну.

- Ты так в этом уверена?! Он еще молод. Однажды ему надоест околачиваться возле тебя и он займется собственной жизнью. И я хочу, чтоб этот момент настал, как можно позже. Ясно тебе? - Синеус был до обидного прямолинеен.

- Но Синеус, разреши! Я же прошу тебя! - Ефанда еле сдерживала гнев. Она принцесса. И она сама себе хозяйка. И все же ей нужно его позволение! - Он вернется, я обещаю тебе это.

- Твое обещание ничего не стоит, сама же понимаешь. Потом скажешь мне: «Прости, Синеус, кто ж знал!». Нет, я не могу так рисковать. Тем паче, что сам я скоро уеду к Негу. Кто-то должен оставаться здесь.

- Значит, ты все-таки поедешь? - Ефанда слышала об этом от него лишь раз, и то мельком.

- Да, поеду. Вот поэтому мне и нужно, чтобы Олег оставался здесь. Поняла? И ты, кстати, должна мне в этом помочь. От тебя и так никакого толку: ты не принесла мне ни земель, ни золота, даже с наследниками справиться не можешь…Пусть хоть дружина Олега пойдет в зачет, - усмехнулся Синеус, стянув с Ефанды платье и оставив ее лишь в сорочке. Он не мог не знать, что слова про наследников заденут принцессу, но не стал отказываться от удовольствия ткнуть ее носом в упущение.

- Ты невыносим! Меня от тебя воротит! - вспыхнула всегда спокойная Ефанда, грубо отпихнув Синеуса.

- Как будто меня к тебе тянет! - усмехнулся Синеус, снова заключив в объятия свою принцессу.

- Так убирайся и не приходи сюда! Я буду только счастлива, если оставишь меня в покое, наконец!

- Я запросто могу оставить тебя в покое. Но ведь ты сразу побежишь жаловаться моей радетельной матушке, что, мол, муж не оказывает тебе должного внимания, - нарочно ковырнул Синеус, хотя знал, что Ефанда в тот раз не жаловалась Умиле, и та выудила из нее все сведения сама. Гнев принцессы его забавлял.

- Не беспокойся, не побегу! Поищу внимания в другом месте! - погрозила Ефанда с ехидством.

- Что ты сказала?! - Синеус перестал веселиться и мгновенно пришел в неистовство. Словно ураган, он ринулся к Ефанде и ударил ее по лицу, свалив с ног. Он был в бешенстве: такие шутки – и, уж тем паче, угрозы - недопустимы. - Позорить меня вздумала! Пусть оградят тебя боги от подобного! Или берегись меня! - орал Синеус.
 
Ефанда тем временем невозмутимо поднялась, взяла со стола кубок Синеуса и налила туда вина для себя самой. Хотя обычно не пила хмеля, а кувшин был доставлен сюда по велению ее супруга, тяготеющего к разного рода порокам.

- Знаешь, ты такой редкий пень…- Ефанда сделала глоток, даже не поморщившись. Затем оглядела мужа внимательно. И вдруг залилась смехом. Она все смеялась и смеялась, не переставая. А Синеус недоуменно нахмурился. - До сих пор ничего не заметил?! Хотя куда тебе…Покамест ты увлечен собой и глупыми крестьянками, твой верный Льёт занят мной…

- Льёт?! - Синеус опешил, поскольку гридь Льёт был его лучшим другом и надежным соратником.

- Нет…Торвар…- Ефанда явно глумилась, назвав имя второго его друга.

- Ах ты гадина! Я убью тебя, тварь! Вздумала насмешничать надо мной! - Синеус кинулся на супругу.

Ефанда отбросила кубок и рванула прочь из горницы, позабыв о своем неподобающем внешнем виде. Она вмиг вылетела на улицу, где, на ее счастье, обменивались мыслями двое бойцов из дружины Олега.

- Остановите его! Защитите меня! Делайте, что велено! Я ваша принцесса! - кричала Ефанда двоим громилам, указывая на стремительно приближающегося Синеуса. Они несколько оторопели, ведь Синеус все же владыка, а не простой смерд. Видя, что гриди мешкают, Ефанда ловко отскочила от подоспевшего Синеуса, спрятавшись за их спинами, как за стеной. - Подпу;стите его ко мне, и Олег убьет вас! Защищайте меня, остолбени!

Синеус тем временем уже бросился на Ефанду сквозь ее защитников. Но в этот момент воины все же вняли здравому смыслу и захватили князя, еле удерживая его: он был крайне зол, и это придавало ему сил.

- Я убью тебя, потаскуха! Своими руками размажу тебя о крылечко! - орал взбешенный Синеус.

Происшествие было слишком громким. Участие в нем всегда тихой принцессы, которую редко кто видел, делало случай вопиющим. На крики и шум сразу сбежалось несколько дружинников, а также слуг, наблюдающих со стороны.

*****
Время доползло лишь до обеда, но казалось, что уже вечер. Олег зевал с самого утра. И к полудню уже валился с ног, будучи не в силах бороться с накатившей дремой.

Принц уже почти задремал, когда раздался стук в дверь. Это оказалась служанка Умилы. Она держала в руках корзину, наполненную тканями. За ее спиной стояла девушка, в руках которой был серебряный подносик, прикрытый легким полотном.

- Княгиня-мать шлет принцу дары…Здесь аксамиты…- рыжая служанка Умила указала на корзину, в которой пестрили ткани. - А здесь – лакомства…- Тордис убрала полотно с подноса, который держала другая девушка, и явила на свет редкие яства. - Халва с семенами, орехи в виноградном соке, ромейский мед с миндалем, сезамовая паста…-  Тордис метнула строгий взор на помощницу, держащую поднос. Та поклонилась и водрузила подарок Умилы на сундук возле принца. - Также княгиня-мать шлет в дар танец, который исполнит Рагнхильд…- Тордис кивнула девушке, которая теперь уже освободилась от блюда с яствами и была готова к дальнейшим распоряжениям. - Девушку принц может оставить себе…- напоследок произнесла Тордис и выскользнула на улицу прежде, чем Олег успел передать слова благодарности княгине-матери.

Танец Рагнхильд не был чем-то выдающимся. Олег доселе видел множество плясок. И все же девушка ему понравилась. Она была симпатичной, ухоженной и кроткой. Последнее качество играло решающую роль. С некоторых пор он отказался от страстной любви, изматывающей и неблагодарной. Теперь он желал лишь тех чувств, которые не мучили бы его, но все же занимали бы в какой-то степени, не позволяя стать безразличным и состарившимся душевно. Спокойное приятие, ровное, легкое. Красивая девушка, которая не доставит хлопот. Которая будет заботиться о нем, ничего не ожидая взамен и не обижаясь. Так что учитывая хмурую погоду за окном, заставляющую отсиживаться в доме, подарок Умилы оказался не только уместным, но и своевременным. 

- Ты очень мила, Рагнхильд. И мне кажется, я видел тебя несколько дней тому назад.

- Я здесь, и господин быть счастлив, - ответила девушка точно то, что ей велела Умила.

- Откуда ты родом? – Олег заметил, что девушка говорит с ошибками, потому предположил, что она прибыла откуда-то из дальних земель, где скорее всего была захвачена в плен. - Как оказалась в рабстве?

- Я быть рабыня всегда, - ответила девушка.

- Это хорошо…Ты не станешь стремиться на волю. Или станешь?

- Если сегодня я оказаться свободна, то завтра я угодить в рабство снова, - Рагнхильд улыбнулась.

- Это верно, такая красавица далеко не уйдет, - усмехнулся Олег. Ему понравилось, что девушка не мрачна и может пошутить.

- Господин храбрый и добрый. Господин грустить. Я хотеть утешить, - Рагнхильд принялась развязывать узелки на своих одеждах. Как и положено рабыне, она не была предприимчива, а лишь выполняла приказ, который получила от госпожи, направившей ее сюда.

Платье поползло по плечам Рагнхильд, оголив ее стройное юное тело. Кожа девушки будто сияла, отливая теплой бронзой. Пушистые волосы ревнивой волной упали на небольшую аккуратную грудь, словно желая скрыть хозяйку от постороннего глаза. А Олег и сам удивился тому, как легко оказалось его «утешить». Нельзя сказать, что он как-то страдал или тосковал о чем-либо, но иногда он все же скучал. Также порой его занимали неприятные мысли о покинутом доме и братьях, которые в отличие от него были законными сынами короля Кетиля. Есть ли смысл оставаться в семье, в которой он всегда чувствовал себя чужим…Или правильней найти собственный дом? Как бы там ни было, такого рода затруднения не решаются мгновенно.
 
Олег подал руку Рагнхильд, и в следующее мгновение она уже лежала на его постели. Он склонился над ней и поцеловал ее. С этой девушкой ему не хотелось быть грубым. Если б ему понадобились наследники, он бы не женился на ней, даже будь она свободна. Она слишком маленькая и хрупкая. Ее сыновья, скорее всего, будут такими же, как их мать. Впрочем, если б она оказалась дочкой какого-нибудь знатного человека, пожалуй, он бы все же согласился на свадьбу. Возможно, его расчетливость – это недостаток. Но таков уж он. Не может подпустить к своему сердцу чужую женщину, особенно, если она окажется ему ровней. То ли дело сиротка Рагнхильд. Беззащитная и милая, которую не нужно опасаться и с которой столь спокойно.

- Что с тобой? - Олег заметил, что его гостья переменилась. Он пока не догадывался, что предписания Умилы, данные рабыне, заканчивались на упавших наземь одеяниях. И если совсем недавно Рагнхильд была деятельна и даже пожелала раздеться, хотя он об этом ее не просил, то сейчас она глубоко дышит, а в глазах ее тревога. – Ты чего-то испугалась?

- Я никогда не…- Рагнхильд отрицательно качнула головой. Она хотела еще что-то добавить к своему объяснению, но в итоге затихла.

- Я тебя понял, - Олег сообразил, в чем причина смятения девы. А также он предположил, что от волнений непорочная Рагнхильд позабыла все выученные слова, которых, судя по предыдущим ее речам, не так уж много. Так что можно не дожидаться от нее дальнейших толкований. Лучше, чем есть, она свою мысль уже не выразит. Впрочем, это и не нужно, он и так вполне понимает ее. – Не бойся меня, милая. 

Олег нежно обнял Рагнхильд. Его рука скользнула по ее бедру, погладила живот. Затяжное ненастье за окном располагало к продолжительным ласкам. А эта девушка нравилась ему все больше: с любой другой можно быстро повздорить, как обычно бывает. Но с Рагнхильд, не знающий никаких слов, окромя слов утешения, ссора почти невозможна.

Тело Рагнхильд было напряжено, словно перегнутая ветка. И понадобилось немало времени, дабы это изменить. Но все же, наконец, настал миг, когда девушка вздохнула ровнее. И если до сих пор было ясно, что она пришла сюда исключительно по чужой воле, то сейчас казалось, что она уже не против того, чтобы отдаться своему новому хозяину. Она без возражений убрала в сторону коленку, лишь только Олег дотронулся до нее. 

Но тут вдруг с улицы послышались какие-то вопли. Они ворвались словно буря, разметав все очарование тихого сумрака, поглотившего сонные покои. Олег поднял голову и прислушался.

- Что б ты сдох! - орала Ефанда на весь двор. – Ну что? Не дотянешься никак? Слабак!

В следующее мгновение Олег уже был у окна. Увидев взбудораженную Ефанду и разъяренного Синеуса, он понял, что медлить не следует и побежал на улицу, мысленно нахваливая себя за то, что не успел раздеться.

Сорвав с одного из своих гридей накидку, Олег набросил последнюю на сестру. Хотя, кажется, саму принцессу не беспокоило то, что она здесь полураздетая на обозрении у всей дружины.

Ефанда даже не заметила появления брата. Она не сводила мстительных глаз с буянящего Синеуса, силящегося добраться до жены. Лицо ее ничего не выражало, лишь губы чуть кривились в усмешку.

- Все правда, в чем я призналась! – Ефанда продолжала глумиться над супругом, ограниченным в действиях.

Синеус снова предпринял попытку вырваться из рук гридей. Это ему удалось. Благо, князя сразу обступили новые подоспевшие молодцы. А Олег уже уводил Ефанду, дабы она не успела еще чего-нибудь сказать.

- Что произошло? - обратился Олег к Ефанде после того, как привел сестру в ее покои.

- Я открыла, что неверна ему, - ответила Ефанда просто.

- Как…- изумился Олег, который знал свою сестру как честную девушку. - Это что, правда?!

- Конечно нет! - Ефанда скорчила рожицу, бросив ироничный взгляд на брата.

- Зачем тогда ты это сказала?! - еще больше удивился Олег. Эти женщины поистине непостижимы.

- Он меня ударил, - повисла пауза. После чего Ефанда возмутилась. - Я же принцесса! Мне что, следовало смолчать? Я должна была как-то дать сдачи. И кажется, получилось…Гляди, как он завелся...

- И ты думаешь, что способ подходящий? Куда он тебя ударил? - Олег озабоченно оглядел сестру.

- Не помню. Куда-то сюда, - Ефанда неопределенно указала рукой в области скулы.

- Ушиба не видно…- Олег убрал мешающие волосы с ее лица и оглядел опытным глазом. - Болит?

- Нет. Он не сильно…- Ефанда обняла брата, крепко прижавшись к нему. Ее глаза заблестели слезами. Накидка, что была наброшена на ее плечи, упала на пол. - Олег, почему он не такой, как ты?

- Ну я ненамного лучше него…- попытался утешить Олег, обняв сестру. - Не плачь.

- Я не могу не плакать. Ведь я оказалась в руках подонка. Он недостоин меня! Я всегда думала, что мой супруг будет похож на тебя…- просящими мокрыми глазами Ефанда смотрела на Олега, словно он мог изменить ее не сложившуюся судьбу.

- Я тоже на это надеялся, - пошутил Олег и отер сестре слезы. - Но пока так…Дальше посмотрим.

- Куда смотреть?! Дальше только хуже! Однажды ты влюбишься, женишься, уедешь, и я останусь совсем одна…- вспомнились Ефанде слова Синеуса. Она уже не плакала, но голос ее все еще был нетверд, а нижняя губа чуть дрожала.

- Я тебя не оставлю…- Олег постоянно тревожился за сестру, а сегодня больше, чем когда-либо. Из всей семьи она одна была ему близкой. Родные братья не обращали на нее внимания, и она всегда бежала за помощью к нему.

- Оставишь-оставишь…Кто-то приберет тебя к рукам, и твое сердце перестанет болеть за меня.

- Мое сердце всегда болит за тебя. Никто не в силах отвлечь меня от заботы о тебе, - заверил Олег.

- Почему я не могу выйти замуж за тебя? - вдруг неожиданно спросила Ефанда. - Олег, почему так?

- Ты знаешь, почему.

- Да, конечно…- рассеянно кивнула Ефанда, прижавшись к его плечу. - Я благодарила богов за то, что они послали мне славного брата. Но сейчас я думаю, что лучше бы ты не был мне братом.

- Тогда бы я не любил тебя столь крепко, - Олег поправил волосы Ефанды, которая не сводила с него глаз.

- Если бы мы были чужими…Я в последнее время часто думаю, как могло бы сложиться…- Ефанда прислонила ладонь к щеке брата. - А ты размышляешь когда-нибудь об этом?

- Я не знаю…- Олег оглядел сестру, которая не стеснялась его общества. Ничего удивительного, она все-таки выросла на его глазах, но что-то в этот раз было не так.

Вдруг Ефанда обняла его за шею и в следующий миг поцеловала. Сие было неожиданно и странно. Однако это ощущение быстро ушло. Прошло несколько времени прежде, чем их губы разомкнулись и они одновременно отстранились друг от друга.

- Прости…- Ефанда прижалась щекой к груди брата.

- Да…Пойду успокаивать Синеуса, - Олег погладил сестру по голове и собрался уходить. - И вот еще, что я хотел сказать, Ефанда…Не надо его дразнить. Тебе не следует говорить ничего, что может бросить тень на твою честь…

- Будет забавно, если он накинется на Льёта и Торвара...- Ефанда покривилась в злорадной усмешке.

- Тебе нужно думать не о том, как забавляться над ним. А о наследниках, - напомнил Олег.

- У меня не будет детей, - Ефанда отвернулась в сторону.

- Как это?! Почему?! - Олег изумился этому заявлению сестры даже больше, чем ее выходке с поцелуем.

- Бабки говорят, - хмыкнула Ефанда.

- Почему ты не рассказала мне? - новость потрясла Олега. Поведение Ефанды теперь понятно: похоже, она на время обезумела от горя.

- И что бы ты сделал?! Вернул бы мне дар деторождения? И я сейчас все ненавижу вокруг себя! - вскликнула Ефанда. И после паузы добавила уже спокойней, - я не хотела расстраивать тебя…

- Это все домыслы, только боги знают будущее, - постарался утешить Олег. - Пойду к Синеусу…Расскажу, какая ты шутница…

****
К вечеру с неба хлопьями повалила белая крупа, из-за чего видимость сделалась совсем низкая. Ума расхаживала по пустынному саду, разглядывая унылый блеклый пейзаж. Наконец она завидела силуэт, ради которого столь долго прогуливалась в одиночестве, невзирая на непогодицу.

Вдалеке изящная женская фигура двигалась в сторону колодцев, громыхая ведром. Это была рабыня, которую Умила подарила Олегу. Нынче прелестная дева была одета уже не в рвань, а в нарядную шубейку. На голове ее красовалась высокая пушистая шапка, а руки грели теплые варежки. Чужеземка обладала особой привлекательностью, но мало говорила, так как язык знала слабо.

Ума оглядела колючим взглядом рабыню. Раз она такая разодетая и довольная, то, стало быть, Олег заботится о ней! Разумеется, эта невольница пришлась ему по вкусу, ведь она такая красотка! Тошнит от одной мысли о том, как он проводит с ней вечера, голубит ее, возможно, даже говорит о чем-то…

- Рагнхильд! - издалека окликнула рабыню Ума. Девушка обернулась. Оставив ведро, двинулась к княжне, которая в тот же миг проворно юркнула в амбар. Рагнхильд отправилась следом.

Княжна не выходила из амбара, а ожидала девушку в нем, вдали от внимательных глаз.

- Куда ты идешь, Рагнхильд? - ласково улыбаясь вошедшей, спросила Ума.

- Колодец, госпожа, - поклонилась Рагнхильд, опустив пушистые ресницы.

- Мне потребуется от тебя одна услуга. Возьми свое ведро и ступай на реку к старому мостику. Я скоро подойду туда. Обязательно дождись меня и никуда не уходи, - улыбнулась Ума. - Ступай. И не забудь ведро.

Рагнхильд вышла из сеней и поплелась к колодцу за ведерком. По пути она наткнулась на Синеуса.

- Куда это ты снарядилась?! - окликнул деву князь, увидев, что та идет в сторону реки накануне бури.

- Река, господин, - пояснила смуглянка Рагнхильд.

- Пурга начинается. Не надо никуда ходить! Давай-ка, возвращайся…- кивнул князь в сторону палат.

- Госпожа велеть. Нельзя не подчиняться, - как могла, объяснила Рагнхильд, путая буквы.

- Чего?! Вот, бестолочь! Сказал же, идти обратно! Не хватало тебе только заблудиться и замерзнуть где-нибудь, - Синеус развернулся и направился к Торвару, который уже нетерпеливо махал ему из-за угла.

Все это время Ума наблюдала за картиной из своего укрытия. Когда вначале она заметила брата, возникшего на улице, ее это не взволновало. Она была уверена, что он не заговорит с Рагнхильд, так как у него не было привычки ладиться к чужим рабыням. Но она не просчитала того, что он может справедливо пожелать огородить ту от неприятностей. Конечно, не из-за опасений за нее лично, а из-за ценного гостя - Олега. Однако опасность миновала. Брат ушел, а Рагнхильд поплелась с ведром туда, куда велела ей Ума.

Сама княжна последовала за рабыней на расстоянии. И наконец, обе они оказались у реки. Рагнхильд прилежно ждала госпожу с ведерком в руках. Ума взошла на мостик и кивнула девушке, улыбаясь.

- Рагнхильд, видишь ту воду среди льда? Пойди и зачерпни ее ведром. И принеси сюда.

В указанном месте река всегда замерзала не полностью. Рагнхильд послушно отправилась в сторону полыньи. По мере приближения к отверстию вода под ее весом, выливаясь изнутри, накатывала на лед. Рагнхильд, увидев странность, обернулась на госпожу, наблюдающую с мостика. Ума кивнула положительно.

- Ступай, не бойся, - подбодрила Ума девушку. - Мы всегда так делаем.

Уже совсем стемнело. Пурга усиливалась. Рагнхильд медленно приближалась к полынье. Не видевшая прежде зимы, она не подозревала и об опасностях, таящихся в складках ее белой мантии. Рабыня еще несколько раз тревожно оглянулась на княжну, но та милостиво улыбалась, поощряя девушку кивками и советами.

Вдруг заберег  обвалился, и Рагнхильд, поскользнувшись, ушла под воду. Вынырнув, она принялась беспомощно цепляться за лед, края которого стремительно обламывались. Девушка барахталась и звала на помощь, но в этом месте мало кто бывал, тем более в преддверие снежной бури. Мучение продолжалось недолго. Холодная вода быстро забирала силы. В итоге Рагнхильд подхватило течением и утащило под лед.

Ума наблюдала молча и сдержано. Это зрелище, безусловно, не могло нравиться. Но еще меньше ей нравилась неграмотная рабыня с бронзовой кожей.

 гл 85 На прощание http://www.proza.ru/2018/09/02/131


Рецензии