Приют безумных. Глава 37

37. ВОЙНА РАДИ ВОЙНЫ
18 марта 2015 год, среда
Пермь, Льва Толстого 12, школа № 40, 2-ой этаж, кабинет географии (№ 205)

Географичка, Любовь Сергеевна, была женщиной лет тридцати с хвостиком. У нее был пронзительно-громкий голос и странная покачивающаяся походка. Уроки ее отличались полным отсутствием дисциплины.

- Откуда у нас двойки в электронном журнале? – крикнула какая-то личность с последней парты.

- Я их вам воскресенье вечером со злости наставила, - пояснила учительница.

«Нифига себе! – обалдела Кира. – Меня так-то вообще не колышет твое настроение, -  мысленно сказала девушка, обращаясь к географичке».

- Ага, давай я тоже в Фанэру циркулем запущу, а потом скажу: «Ой, извините, я сегодня что-то не в настроении. Вы циркуль из глаза сами достанете или вам помочь?» - возмущенно проговорила Уланова, поворачиваясь к подруге.

- Беспредел, - согласилась Соловьева.

Ей было не до шуток Элизы: она с нетерпением ждала появления Кабачкова, злорадно потирая руки.

Наконец, запыхавшийся Витя влетел в кабинет, на ходу извиняясь. Он проследовал к своему месту и замер: за его партой сидели Леша и Кира, причем последняя без стеснения прижималась всем телом к его лучшему другу.

«День начался паршиво», - решил про себя парень.

- Почему ты сел сюда? – спросил он Панова как можно безразличнее.

Леша промямлил что-то невразумительное. Кира, поджав губы, сделала вид, что не услышала вопроса. Впереди раздался хохот Элизы и Димы.

- Это не объяснение! – раздраженно бросил Витя, на сей раз не сумев скрыть эмоции.

Парень протопал к последней парте, плюхнувшись на свободное место рядом с Оксаной Носовой, которая ехидно ему подмигнула.

- Ага, давай я тоже буду у Фанэры требовать объяснения всякой лабуды, - продолжала философствовать Элиза. – Кто он такой, что бы ему тут объяснения подавать?! Не устраиваем – отдыхай!

- Да, да, - плохо понимая, что отвечает, соглашалась Кира.

Когда через пару минут Кабачков подошел к Любови Сергеевне с вопросом по поводу тройки за контурную карту, и та, поняв, что накосячила, рассыпалась перед парнем в извинениях, Элиза взорвалась в третий раз:

- Ага, давай я тоже подойду к Фанэре и начну ныть: «А вы знаете, я тут плюс с минусом случайно местами перепутала. Но это мелочи. И так же понятно, что ответ правильный. Поставьте 5. Терпеть не могу людей, которые вылизывают задницы другим!»

- Блин, Улан, угомонись уже, - раздраженно бросила Кира. – Без тебя тошно.

Пермь, Льва Толстого 12, школа № 40, 1-ый этаж, кабинет экономики и права (№ 108)

- О, подонок пришел, - заявила Элиза, заметив в дверях Шухова.

Александра Сергеевна, преподававшая элективный курс по обществознанию, была слишком молодой и неопытной, чтобы поддерживать дисциплину на необходимом уровне. Она тактично смолчала.

«Уланова!» - только и успел подумать Андрей.

Молодой учительнице пришла в голову идея устроить игру по командам. Цель этого бессмысленного и бесполезного, как считала Элиза, занятия была лишь одна – еще раз убедиться в тупости и непригодности гуманитариев 10-го «А».

Оказавшись в одной команде с Астапиным и Шуховым, девушка не растерялась. Она уже привыкла к злым шуткам судьбы и не обращала на них внимания. Кира, судя по ее довольному лицу, была только рада такому соседству.

Профнепригодность команды была очевидна. Андрей, фыркнув, сразу же уткнулся в телефон – играть в морской бой ему казалось интереснее, чем обсуждать с командой проблемы процесса познания. Кира умилялась, глядя на него, и хохотала без остановки. Астапин отпускал пошловатые шуточки, но, стараясь казаться серьезным, время от времени принимал участие в обсуждениях и, к удивлению подруг, мозг его иногда выдавал умные мысли. Вместе с Элизой он подстегивал и выводил из себя постоянного психовавшего Шухова, который, проиграв в морской бой, принялся пререкаться с Улановой.

Кира смеялась, но в душе чувствовала острое беспокойство. Астапин пробовал заигрывать с ней, но девушка не замечала или делала вид, что не замечает его намеков. Все внимание Соловьевой было приковано к Элизе и Андрею. Эти двое вот уже полгода не могли наладить отношения. Однако в последнее время их поведение несколько изменилось. Даже сейчас Уланова и Шухов орали друг на друга, оскорбляли, говорили разного рода гадости, спорили до хрипа в горле, с трудом переводя дыхание, но при этом в их глазах не было видно подлинной ненависти и отвращения. Да, да. Кира, какой бы невнимательной к чужим переживаниям она ни была, заметила это. Сейчас Элиза и Андрей ругались совсем не так, как в сентябре. Раньше (Соловьева отчетливо помнила это) Уланова и Шухов на дух друг друга не переносили. Они поэтому и орали – потому что не знали, как по-другому сказать: «Я тебя ненавижу». Сейчас же иное дело. Эти двое кричат, но через грубые слова, то и дело, проскальзывают улыбки, а в глазах горят огоньки совсем не ненависти, а… Чего именно девушка не знала. Ясно было одно: Элиза и Андрей продолжают войну ради войны, пытаясь за жестокостью скрыть что-то, чего Кира понять не могла, как ни старалась.

Никто, в общем-то, не удивился, когда команда Улановой проиграла. Впрочем, никто особо и не расстроился. Хохочущая четверка вывалилась из кабинета.

- Ну, ты и коротышка! – орала во все горло Элиза, спускаясь на первый этаж.

- Да ты дура! – вторил ей Андрей. – У меня так-то  рост сто семьдесят сантиметров!

- Это у меня сто семьдесят сантиметров! – ответила девушка.

- Проверим, - ухмыльнувшись, сказал парень и дернул девушку за руку.

Оказавшись в паре сантиметров друг от друга, ребята замерли.
Андрей отчего-то занервничал, почувствовав, как в груди быстро-быстро забилось сердце.

«Только бы она не услышала! – думал он, пряча глаза. – Что же такое происходит-то?»

Элиза, напротив, с жадностью вглядывалась в лицо своей жертвы, словно ища ответ на немой вопрос. Заметив, что их носы лежат на одной линии, она оттолкнула парня и, захохотав, нагло заявила:

- Все равно для пацана ты слишком низкий! – и умчалась в раздевалку.

Шухов, посмотрев девушке вслед, провел рукой по вспотевшему лбу и подумал:

«Сегодня же займусь с Лизой сексом».


Рецензии