8. Брошь-орден. Автосервис. Прогул

Закусочная «Бутончик», расположенная по улице Сваровски, 1д, работала круглосуточно. Багровое прямоугольное строение зазывало наклейными предложениями и рекламными акциями. Неоновая вывеска, слепящая глаза своим розовым светом, привлекающая посетителей, помимо привычных гамбургеров с картошкой фри, пиццей, блюдами китайской и мексиканской кухни, рыбой, курицей, мясом гриль. Алкогольные напитки здесь не продают. Только крепкий, как дёготь кофе, и молочные коктейли, густые, как мороженое для детей. «Бутончик» привлекал, прежде всего, клиентов из «АвтоЛоскаБрэкберна», что находился прямо напротив Сваровски, 2. Пока автосервис обслуживает автомобили новым машинным маслом, ремонтом, автомойкой и чем только ещё, персонал «Бутончика» заправлял желудки людей горячей едой и напитками.
                Мэсс Ради нравилось здесь работать. Полная негритянка с красивой когда-то фигурой и лицом находила в этом месте какую-то собственную идиллию. Помещение с яркими и пёстрыми стенами, обклеенными афишами 50-60 годов, красно-белой плиткой на полу, барной розоватой стойкой, подуставший интерьер отдавал посетителю чувство возвращения в ностальгию семейных заведений с граммофонами и свежим завтраком с яичницей и беконом. Каких только людей не видела Мэсс на своём веку! Щеголеватые бизнесмены, предпочитающие бутерброды. Мамаши с детьми, заказывающими чадам побольше фаст-фуда со сладкими напитками, только лишь бы заткнулись и дали передохнуть или посплетничать. Сюда заходили завсегдатаи, заказывающие изо дня в лень одно и тоже, и каждый раз в их лицах читалась удовлетворение оттого, что их помнят и подают заказ незамедлительно. Студенты с весёлым и залихватским поведением, усаживающиеся за диванчики, весело делящимися впечатлениями. Но этот посетитель переплюнул их всех.
                Мэсс Ради искоса поглядывала на мужчину, который сидел в середине зала за столиком, предназначенным для четырёх человек, нисколько не смущаясь. Как она подметила, он кого-то ждал, так как Мэсс подлила ему уже третью чашку кофе. Пил медленно и как-то даже заторможено, движения его рук не вязались с его комплекцией. Военной внешности человек, повидавший немало в жизни и принявший всё то, что ему пришлось испытать, так Мэсс охарактеризовала бы его внешность, если не вдаваться в подробности, но не это основная проблема, которую подметила не она одна, но и другие её коллеги с посетителями.
                Как только этот мужчина вошёл, всё замерло. Он не сделал ничего из ряда вон выходящего, нет. Совсем нет! Только само его присутствие заставило всех обратить на него внимание. Заинтересоваться и вжаться на своих местах, сделать так, словно их здесь нет. Кислород ушёл из помещения. Все задержали дыхание. Кровь отбивала тамтамы по всему телу. Само понятие тишины от его присутствия перевернулось с ног на голову. Он просто сел за этот столик и попросил кофе с сахаром. Как можно больше сахара. Что Мэсс Ради и сделала, как всегда делала двадцать лет до этого всем посетителям. Но стоило ей только к нему подойти поближе, как она почувствовала, что хочет выйти отсюда. Бросить всё и убежать как можно быстрее. На неё накатила паническая атака от этого человека.
                Но она справилась с собой, как и последующие ещё два раза. Но это вакуумное ощущение пустоты вокруг него никуда не делось. И в то же время ей почему-то постепенно хотелось подсесть к нему. Сесть напротив него и просто поговорить. А точнее, она чувствовала, словно как только присядет, то ощутит запах дерева с металлом, свечей и благовоний. Затемнённая исповедальня придаст ей храбрости исповедаться в том, о чём она никому не рассказывала. Она так давно не посещала в церковь! Уже несколько лет прошло, как умер Кларк. Когда они ходили туда вдвоём в последний раз? Ах да! Когда Жанна выходила замуж. Какая прекрасная церемония! И тёплые воспоминания! Кларк светился, его спина и грудь выдавали отцовскую гордость, но Мэсс заметила ещё в уголках его глаз слезинки. Не выдержал и расплакался, увидев Жанну в свадебном платье.
                Другие её коллеги тоже ощущали что-то притягательно-отталкивающее в этом посетителе. Молоденькая веснушчатая Патти, которая боялась мужчин и чувствовала неловкость, каждый раз, когда принимала заказы у молодых людей, в этот раз сама робко подошла к нему и поинтересовалась, нужно ли ему что-нибудь из еды, а то он пьёт только кофе и, наверно, проголодался, на что тот вежливо отказался, и Патти отошла все равно довольная и даже счастливая. Выходивший из кухни Алан под предлогом покрутить ручку радио и настроить его на более приятную для него волну, посматривал на мужчину недоверчиво, но все равно его что-то в нём интересовало, а что никак не мог понять. Но не все так реагировали. Некоторые посетители поспешно уходили, оставляя деньги, косясь с опаской и испугом на инспектора Хьюстона, который не замечал, какое воздействие оказывает на людей, а просто ждал Хазарда, пока тот соизволит приехать через несколько минут, как он ему сообщил полчаса назад.
                — Милый! Я пришёл! Давно ждёшь? — провозгласил Хазард своё шумное появление в закусочной, громко ввалившись в заведение. На что оставшиеся сотрудники во все глаза уставились на новоприбывшего странного посетителя этого вечера. Худощаво-растрёпанного помятого малого, с усмешкой заправского мошенника-мафиози с сигаретой в зубах. За ним вошли не менее странные личности: женщина-панк в обмундировании механика-слесаря, слишком ярко накрашенная женщина с высокой причёской по-королевски зашла вслед за ней, и только мужчина с дряблым и оплывшим телосложением с извиняющейся улыбкой замыкал это шествие пёстрых личностей. Именно последняя троица, наконец, дала понять сотрудникам закусочной «Бутончик» о месте работе всей пятёрки, которая села за один центральный столик. Их виднеющаяся униформа выдавала в них принадлежность к полиции, в отличие от двух мужчин.
                — Кофейку, дамы! Всем! Вот эта молчаливая гора угощает! — отдал распоряжение Мэсс Ради Хазард устраиваясь, как можно вольготнее, на своём стуле.
                — Вы-то почему здесь? — обратился к сержанту Янгер и Стар Хьюстон.
                — Мы только собирались отъехать от магазина «;;;;;;;» и доложить о собранной информации, — взяла слово Грациэлла Янгер, с благодарностью принимая стаканчик с кофе, — как нам позвонил инспектор Хазард и велел его дождаться. Придержать субъекта, к которому мы обратились за помощью. А после этого следовать за ним к автосервису.
                — Интересный человек, — смущённо вставил Тейлор Стар, заказав сконфуженно подошедшей Патти для себя еду. Проголодался он страшно!
                — Я с ним переговорил. С этим арендодателем. Он завтра заедет в участок, ребята официально зафиксируют его показания, ну а пока... — и театральным жестом с довольным оскалом на все лицо, Хазард представил публике брошь-орден. Хьюстон рассматривал украшение, остальные следили за ним, в ожидании его реакции. Поскольку Хазард привёз этот трофей на опознание в «;;;;;;;», Грациэлла Янгер и Тейлор Стар уже рассмотрели его со всех углов и ракурсов, что говорить про Хазарда и Грэйс Стэмпэр, которые добыли эту самую брошь.
                — Непропавшая пропажа, — в итоге отреагировал Хьюстон, смотря на Хазарда, ожидая, когда тот расскажет все подробности.
                — Вот именно! Выцепить вещицу оказалось не так сложно, как я думал, — бахвальствовался Хазард, игнорируя прыснувшую офицера Стэмпэр наблюдавшую весь этот абсурд. Вся миссия висела на волоске. Какой там! Волосок и то слишком толстое определение того положения, которого она была свидетелем. — Если говорить вкратце со слов Коробки[1], которому я показал эту брошь-орден, она должна быть в комплекте вместе с клипсами, но Фред Драйк божился, что взял только брошь. Итак, это один из элементов комплекта 20-30 годов в котором кабошон[2] аметистового цвета является главным украшением этого гарнитура. Фасетированное богемское стекло, и филигранные кружева окраски старого золота, как дополнение. Ни у кого, думаю, не возникает сомнений в том, что оно старинное и редкостное, от него так и тянет пафосом! Как любой орден, к одежде крепится только верхняя часть брошки, нижняя же (самая крупная) является подвеской. Пацанчик хотел его толкнуть, но найдя во всезнающем интернете информацию об этом комплекте пожалел, что её вообще взял. С его слов он больше напрягался из-за самой сворованной вещицы, чем из-за уведенного трупа, хоть он его и испугал. Но провёл в своей келье так много времени он именно из-за поисков способов сбагрить брошь подороже. Однако, как нас просветила Коробка, подумай он сунуться с таким украшением в лавчонку, его прижали бы к стенке. На эту бляшку должны быть соответствующие бумаги, подтверждающие её оригинальность с подлинностью, а как вы понимаете, у Фреда Драйка их не было.
                — Откуда он её взял? Брошь находилась на первом этаже, — бормотал сам себе Хьюстон, из-за чего сержант и офицеры начали ёрзать на стульях, на своей коже ощущая подавляющее воздействие пустоты Хьюстона.
                — Вытащил из какого-то нижнего шкафчика. Я тоже обратил на это внимание, напарник. Здесь присутствуют трое людей, включая тебя, кто видел жену мистера Форда. Итак! Что думаете? — раскачивался на стуле Хазард, закуривая сигарету, искоса рассматривая сотрудников закусочной, которые наблюдали и прислушивались к беседе полицейских. Мэсс Ради протирала барную стойку и периодически вскидывала взгляд на пятёрку, не пропуская ничего из того, что они говорили, но искусно это скрывала. Девушка Патти обслуживала зашедшую пожилую пару, но, несмотря на свой страх к мужчинам старалась проходить мимо их столика и улавливать обрывки разговора. Хазард уверен, что эти две дамочки потом обменяются впечатление от их посетителей-легавых и их маленького оперативного собрания. Главная опасность, чтобы они не сболтнули ничего стервятникам. Лишняя шумиха им сейчас ни к чему.
                — Она ей не подходит, — прервал измышления присутствующих Хьюстон, не желая затягивать очевидный ответ. — Саманта Форд не одела бы эту брошь.
                — Быть не может! — взвилась сержант Янгер, вскинув подбородок. — Я соглашусь, что женщина она современных вкусов и даже те украшения, что она носит, отдают предпочтению нынешней моде минимализма, но они брендовые! А брошь она могла надеть для выхода в свет. Такая потеря!
                — Слабые доводы какие-то, — промычал Тейлор Стар, жуя бутерброд и запивая его кофе. Насытившись, он чуть осмелел и уже находил в себе силы вступить в спор. Грациэлла Янгер зыркнула на него, офицер Стар тут же уткнулся в свою чашку кофе, шумно втягивая его в себя.
                — Дело ведь не во вкусе, не так ли? — подала голос офицер Стэмпэр, рассматривая брошь внимательнее. — Она же сломанная.
                — Бинго, Степлер! — похвалил офицера Хазард, прищёлкнув пальцем. — Именно это важно. А точнее, два факта. Просвети молодёжь, Хьюстон.
                — Как Хазард и сказал, — отобрал брошь-орден из рук Грэйс Стэмпэр инспектор, показывая всем на скол в украшении, заклеенный непрофессионально, который при внимательном изучении бросался в глаза, — брошь починили, после того как сломали. Судя по её состоянию, мистер Форд её отреставрировал. Не думаю, что такой человек стал бы продавать антиквариат, не приложив к ней руку. К тому же перечень материалов необходимых для этих тонких процедур мы имеем в распечатке. Здесь же халтурная работа. К тому же место хранения уже говорит о многом. В итоге, я считаю, что брошь предназначалась не жене, но и не на продажу, оттого она оказалось спрятанной в таком неудачном месте. Обстоятельства ли или ещё что заставили мистера Форда прибрать украшение туда, где его нашли. А первая его обнаружила Саманта Форд и в порыве эмоций испортила украшение и своими же силами пыталась это скрыть. А уже в таком виде её нашёл Фред Драйк.
                Все присутствующие офицеры полиции согласились с выводами Хьюстона. По крайней мере, такое направление в расследовании даёт предлог проверить Саманту Форд ещё раз и узнать у неё о её муже нечто, не выходящее за пределы семейного круга. Свои открытия поведали остальные офицеры. Так, сержант Янгер и офицер Стар, представили отчёт о том, что список мебели, который они должны были увидеть воочию и убедиться о его наличии отсутствует в салоне. Им неизвестно, где она может быть. Нет никаких документальных подтверждений, что мистер Форд имеет какой-то склад или место, где он может хранить габаритную мебель. Из этого Хазард и Хьюстон наметили ещё одну нить для раскручивания клубка. По крайней мере, у них есть теперь тёмная бухгалтерия, пропавший антиквар и предполагаемая любовница. Хьюстон также рассказал о своём посещении клуба «ДжиУайт». По предварительным данным Джаспер Форд вообще не числится в клубе, тем не менее, он как-то пользовался телефоном и бывал там в момент отсутствия Стэна Мэртленда. В свою очередь, мистер Мэртленд выказал желание провести своё внутреннее расследование и выявить того, кто строит из себя хозяина клуба, пока того нет на месте. Они условились с Хьюстоном, что он также приедет в участок засвидетельствовать свои показания по всем правилам. Хазард не удержался подметить, что у Хьюстона несмотря на свою пугающую людей природу, есть просто дар притягивать странных субъектов. Хьюстон промолчал, но не мог не согласиться, поскольку пока добирался на такси Ника Джасса под Триумфальный марш (Аида[3]) Верди[4] выяснил все, что можно узнать в интернете о крупном владельце бильярдного клуба Стэне Мэртленде. Интересно получается, думал Хьюстон, дожидаясь пока Хазард отдаст последние распоряжения, чтобы ребята поехали в участок и зафиксировали на бумаге и в компьютерных мозгах всё что удалось добыть за сегодня, да и Звёздочке нужно просветить Чемодана обо всём услышанном. Жертва Джаспер Форд являясь одним из видных фигур городка и имея связи с влиятельными людьми, в то же время являлся неудел. Все что можно получить, он обрёл вскользь или же пользовался другими для придания себе лоска. Он изворачивался и скрывался и в то же время был на виду...
                — Приличный жулик нам попался, — закончил мысль за Хьюстона Хазард, закуривая сигарету и махая на прощание удаляющемуся автомобилю с сержантом и офицерами. Они стояли на улице и дышали прохладным летним воздухом. Темнота вокруг успокаивала нервы и победила жару, принеся нашёптывающие ночные песни, которые пели деревья своими листьями. Инспекторы заметили пару машин, в которых сидели журналисты. Никто к ним не подкатывал узнать что-нибудь. Собаки шли по собачьему следу. Хьюстон уже предупредил сотрудников закусочной «Бутончик» о его нежелании, чтобы всё, что они могли услышать, просочилось в прессу до официальных заявлений. На что все промолчали и не говоря ни слова забрали деньги. Магнетическое действие начало проходить и люди не без вздрагивания вспоминали о гипнотизирующем громиле, заполняющим собой всё пространство.
                Наконец, Хьюстон с Хазардом приступили к совместному посещению последней точки выезда на сегодняшний день. Это автосервис «АвтоЛоскБрэкберна», владелец которого Каен Брэкберн продвинулся в этой нише так же стремительно, как залезал и вылезал из долгов. Что примечательно, о его долгах известно только полиции, для всех же остальных клиентов его автосервис имеет репутацию приличного места автообслуживания, предлагающего очень обширный спектр услуг, начиная от авторемонта и техобслуживания (СТО); на продажу есть автозапчасти; установка автозвука и автосигнализации; ремонт автоэлектрики и АКПП; ремонт выхлопных систем и карбюраторов/инжекторов, а также ремонт ходовой части автомобиля. У Каена свои каналы по запчастям, с магазинами и разборками, которые дорожат дружбой и ерунду не продают. Вот только долги каким-то волшебным образом у него образуются и таким же образом исчезают, несмотря на прибыльный бизнес. Хазард пару раз ремонтировал свою тачку здесь, в принципе у него нет нареканий к самому обслуживанию, но с его слов он тактично поставил на место владельца, который как-то намеревался завести с ним тесную дружбу для будущих отмазок. Хьюстон хмыкнул на это и подумал, что у Каена Брэкберна губа не дура, раз он решил обработать Хазарда.
                Автосервис « АвтоЛоскБрэкберна» представлял собой крупное двухэтажное строение в форме буквы Н. Яркое ядовито-оранжевое здание с белыми и красными до кучи элементами призваны разбавить этот цитрусовый ужас, но только усиливали чрезмерную яркость строения ещё больше, учитывая что там и здесь наклеены афиши с рекламными акциями и предложениями. Отдельная часть стены для автомойки, отдельная для автообслуживания, куда посетители загоняли свои агрегаты для технического осмотра. Посередине здания центральная комната, где собственно шёл заказ и расчёт услуг, включая выставленные на полках все необходимые товары для автоводителей всех мастей и категорий. Изобилие всего в этой слепящей белизной комнате с плиткой ослепляло после жгучего нападения.
                В этом помещении и стояли два инспектора, осматривая полки, где Хазард примерил взглядом цену на новые покрышки, которые придадут его тёмно-зелёному Додж Челленджеру Р/Т вид ещё более залихватский и крутой, а Хьюстон рассматривал клиентов и никак пока не мог взять в толк, почему жертва Джаспер Форд вообще ездила в этот «АвтоЛоск» учитывая его статус с возможностями. Инспектору очень хотелось поговорить с хозяином, ему любопытно, как на них вышел мистер Форд? Долго ждать владельца не пришлось, поскольку к ним уже шёл мужчина средних лет, после того, как к нему в кабинет вбежал Томас, их новый паренёк и в ужасе доложил о двух типах внизу.
                Каен Брэкберн мужчина с привычкой дёргать плечом, в постоянном жесте — Я здесь ни при чём! Он все время ходил в багровой кожаной куртке, которую покупал неизменно в одном и том же месте, изнашивая до самых дыр, а под ней чёрная водолазка с джинсами и мокасинами. Истрёпанные и неухоженные, брезгливо рассмотрел обувь Хьюстон. С густыми бровями и маленьким носом, грязной шевелюрой он имел свойство сохранять какое-то неопределённое выражение на лице, из-за чего изворотливо выкручивался из многих передряг. Трудно уловить в его голосе и мимике что-то, что выдаст его планы на вас и ваше будущее, как клиентов его автосервиса. Такое впечатление, что он приманивает мушек своей яркой окраской, а потом ты попадаешь в его сети и тебе не выбраться. Такое впечатление производил человек, стоящий перед ними, подёргивающий плечом, единственная его физическая слабость, которая может сдать его с потрохами.
                — Инспектор Хазард! Как давно вы к нам не заглядывали? Как ваш конь? Не хромает ли у него ход? Может с коробкой, что не так? — обращался мистер Брэкберн непосредственно только к Хазарду, игнорируя Хьюстона. Надолго ли у него это получится?
                — Не жалуюсь, Каин[5]. Не жалуюсь, — пожал протянутую руку Хазард улыбаясь, отметив про себя, не этот ли гад испортил ему машину, ведь насколько он помнил, обслуживался он здесь и именно тогда случилась размолвка.
                — Вот и прекрасно! — не поверил ему владелец автосервиса и только тогда обратил внимание на другого инспектора, дёрнув плечом. — А вы, инспектор...
                — Хьюстон, — представился тот. Он покосился с неприязнью на Хазарда, который исковеркал имя владельца автосервиса под таким углом. — Мы по вопросу о мистере Форде. Он был у вас незадолго до кончины.
                — Да, это так! Прискорбно, крайне прискорбно! Интеллигентнейший человек! — сокрушался мистер Брэкберн, осматриваясь по сторонам, прислушивается кто-нибудь к их разговору. Хазард прыснул закурив, Хьюстон вспомнился в этот момент Матфей 6:1: Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Мерзко.
                — Слушай, Каин, — вклинился в разговор Хазард, заметив, что Хьюстон как-то собрался и стал выше ростом, — нам бы твоего механика, который смотрел его машину Бугатти Вейрон. Признай, Каин, к тебе такие звери не каждый день приезжают!
                — Не буду спорить, инспектор. Всё-таки назван в честь французского легендарного гонщика Пьера Вейрона, победителя 1939 года в гонках 24 часа Ле-Мана[6]. А какой зверь! Автомобиль в кузове купе массой 1888 кг. Длина - 4462 мм, ширина - 1998 мм, высота - 1204 мм, колёсная база - 2710 мм. Грэгу пришлось повозиться с двигателем, всё-таки в нём установлен восьмилитровый двигатель (7993 см;) W16 с четырьмя турбинами мощностью 1001 л. С. При 6000 об/мин и максимальным крутящим моментом 1250 Н·м при 2200 - 5500 об/мин. Фактически же мощность двигателя составляет от 1020 до 1040 л. С. Для охлаждения двигателя применяются десять радиаторов!
                — Да, я помню такого, — подхватил Хазард, как только услышал имя. Именно он им нужен! Грэг Сикс. Один из последних, кто застал жертву в живом состоянии. — Такой малый кажется...
                Но Каен Брэкберна не так-то просто сбить с толку, он хотел предстать ещё большим благодетелем, перед своими клиентами и сотрудниками. Пуще прежнего он расписывал, какой мистер Джаспер Форд хороший человек и выдающаяся личность, как он себя вёл и подавал, что слышал о нём мистер Брэкберн доброго и замечательного и как же, о Господи, он сокрушался как только узнал новость о трагедии и порывался принести личный визит жене покойного отдать последнюю память почтения. И так долго и муторно он все это рассказывал и расписывал, какой он хороший! Именно Каен Брэкберн славный человек, что такого высокого мнения о выдающихся качествах жертвы!
                Ещё долго бы инспекторы слушали заливания владельца автосалона и его дифирамбы, а Хазард, как не пытался перевести тактично на главную тему их визита, никак не мог добиться результата, притом кидал раздражённый взгляд на напарника, который ему совсем не помогал! А что самое примечательно, ведь Каен Брэкберн ни разу им не соврал! Он маневрировал, завуалировал слова и так и эдак, но не соврал! Меня это бесит: ты даже не пытаешься мне врать![7] всплыла цитата в голове Хазарда, пока он мял и крутил сигарету. Хьюстон же потерял всякое какое-либо уважение к этому человеку и слушал его речи, пока они не иссякнут. В тот же время Хьюстон начал понимать, чем мистер Брэкберн расположил к своему автосервису мистера Форда. Всякая погонь рано или поздно вытечет полностью и в отличие от Хазарда, Хьюстон умел ждать и главное, по его мнению — молчать именно тогда, когда это позволит отыграться лучше всего.
                Но случилось непредвиденное. В комнату влетела женщина. Другого определения Хьюстон не мог дать произошедшему явлению, поскольку вся её энергия движения настолько угрожающе стремительна, что даже удивительно, как Хазард заметив фурию, отскочил в сторону от Каена Брэкберна, как на него обрушилась сила. А сила эта имела высокий рост с чёрными волосами до пояса, вздёрнутым носиком и карими глазами. Синий комбинезон подчёркивал её стройную фигуру, которую она держала в тонусе, а шикарно-дорогие босоножки на высоком каблуке на компенсирующей платформе только удлиняли шикарные ноги. И эта самая женщина накинулась прилюдно на владельца автомастерской, явив всему персоналу и клиентам забавное зрелище, как отметил Хазард после.
                — Что это значит, Каен?! Да как у тебя... Да как у тебя язык повернулся сказать мне такое?! Его нельзя увольнять!! Он один за вас всех тут работает, спиногрыз несчастный!! Не будь он таким, какой есть, то давно бы уже отжал у тебя твоё стойло, мразь!!! — кричала и возмущалась незнакомка, не стесняясь нецензурных выражений, размахивая в порыве бесконтрольного гнева руками.
                — Не будь дурой, Джоан! Ты же умная баба! Твой муженёк не пришёл, мать твою, на работу сегодня! А вчера что? Его тоже не было!! Где этот увалень прячется, а?! Ты же его баба, так неси ответственность!! — парировал мистер Брэкберн выпады женщины
                — Грэг мастер на все руки и самый толковый в этом свинарнике специалист!!
                — Если бы это было всего один раз, Джоан! — не слышал доводы женщины Каен Брэкберн. — Но нет! Это было уже не раз и не два!!
                — С этого места поподробнее, — прервал резко кричащих друг на друга людей Хьюстон, встав между ними. Оглушительная пауза повисла в воздухе. Хазард еле сдерживался, чтобы не рассмеяться, неизвестная с негодованием и лёгким испугом воззрилась на инспектора, а владелец автомастерской, дёрнув плечом, только что понял, что наделал. Он не собирался рассказывать копам ничего существенного, но прибежала эта стерва и начала орать на него. На него! Да как посмела! И вырвались с языка его слова, за которые тут же уцепились ищейки. Черт!
                — Вы кто, чёрт возьми? — первая пришла в себя женщина, накинувшись на инспектора. — Не встревайте в чужие разговоры!
                — Спокойно, дамочка, — подошёл к ней Хазард, успев закурить и приобняв за плечи повёл в сторону застывшую женщину, которая смешалась из-за равнодушной реакции Хьюстона на её выпад. Если женщина злится — значит она не только неправа, но ещё и знает об этом[8], подумалось Хазарду, едва он отвёл её на приличное расстояние от своего напарника. Прекрасная возможность обработать посетительницу! Учитывая то, что они оба сболтнули весьма интересную информацию:
                — Вы случаем не жена мистера Сикса? Грэга Сикса? — осведомился Хазард, принимая как можно расслабленно - располагающую позу. Душа нараспашку. Грудь колесом. Всё при нём. Режим расположить и допросить включён.
                — Да. Да, я Джоан Сикс, — ответила женщина, посматривая через плечо инспектора на Хьюстона с осторожностью — А это что за тип?
                За словом в карман не лезет, — подумалось Хазарду. — Эта гора, столь крупная в размере и такая же невозмутимая к любому катаклизму, мой напарник. Я и он инспекторы полиции из участка Сен-Сир. Приятно познакомиться! — обворожительно улыбнулся Хазард, протягивая руку для рукопожатия женщине.
                Джоан Сикс взяла себя в руки, готовая к сражению, это чувствовалось по тому, как изменилась её осанка и едва заметный блеск в глазах, когда она пожала протянутую руку. Двое соперников в разных углах ринга выжидательно изучали друг друга, высматривая, кто даст слабину первым. Хазард не стремился сразу же задавать вопросы, даже отдалённые по их основной теме, так как есть опасение, что после стычки она все ещё на взводе, несмотря на внешнее спокойствие. Но стоит только бросить маленький камешек в пруд, и волны пойдут по воде, а в её состоянии поднимется цунами, и они её упустят. К тому же Хазард ждал эффекта от своего секретного оружия, а именно...
                — Так что собственно вас интересует? — не выдержала первая Джоан Сикс, стараясь не показать виду, как на неё действует присутствие Хьюстона, который разговаривая один на один с Каеном Брэкберном, полностью подчинил его своему влиянию, выжимал из него информацию, которую тот не хотел говорить. Это видно по тому, как сильнее дёргал владелец автомастерской плечом, немного заламывал пальцы на руках и также косился на Хазарда, в которых тот увидел мольбу его спасти. Как и предполагалось! Молодчик, Хьюстон!
                — Я по поводу вашего мужа, мистера Грэга Сикса. Нам нужно с ним переговорить, — переключился на женщину Хазард. Надо обработать её побыстрее, пока не сорвалась с крючка. — Ваш муж как я понял, обслуживал мистера Джаспера Форда? Вы ведь знаете, что он убит? А ваш муж...
                — Что? — сразу же взвилась Джоан Сикс. — Собираетесь на него это повесить? Только потому, что на работу не вышел?
                Уайлд-питч[9], с досадой скиснул Хазард, вспомнив не к месту Чемодан с её бейсбольной терминологией. Окей, попробуем с другого боку. Надо умаслить бабу.            
                — А вы сами общались с мистером Фордом? Вы ведь его встречали здесь, когда заходили? Хотя бы раз или два...
                — И что же? Я знаю в лицо многих клиентов мужа, а мистер Форд мелькал в периодических изданиях и до этого, — категорически отрезала дальнейшие расспросы женщина, намереваясь уже удалиться, она смотрела на часы.
                — У вас красивое украшение на шее, — вырос за ней Хьюстон, из-за чего женщина вскрикнула от испуга, отскочив от него чуть в сторону, взметнув свои волосы в резком развороте. — в стиле неорококо. Очень много специфических элементов гравировки.
                Хазард не заметил даже, как его напарник оказался за спиной у женщины. Стремительность с незаметностью Хьюстона, несмотря на его комплекцию, в очередной раз удивляла. Надо попробовать поставить какие-нибудь опыты на нём, замечтался Хазард, как будет исследовать напарника на его физические возможности и пределы, использую для этого более радикальные и нестандартные методы. Вот было бы здорово! Рядом с Хазардом стоял уже пришедший более или менее в себя Каен Брэкберн, радующийся, что «это» переключило своё внимание на женщину, и решил добавить масла в огонь. Будешь знать, как меня так подставлять со своим боровом!
                — Не будь скромной, Джоан. Ты же не раз говорила с мистером Фордом и ту цацку, на которую обратил внимание инспектор Хьюстон так же оценил мистер Форд, как «прекрасное украшение, подчёркивающее вашу шею», — гадко хихикнул Каен Брэкберн, довольный произведённым эффектом.
                — Мы разыскиваем вашего мужа, мисс Сикс, — сделал шаг навстречу застывшей женщине Хьюстон, — а не вас. Хотя в сложившихся тут откровениях я бы попросил вас поехать с нами в участок. Ваша помощь в доказательстве невиновности вашего мужа только ускорит поиск истины. Как говорится: Откровения Твои - утешение моё, - советники мои[10].
                Но было поздно. Женщина оправилась от испуга. Она проиграла сражения, но не проиграла войну. Выпрямившись, она все подобралась, вызывающе вскинула голову, выпятила подбородок и как можно высокомернее, как человек, знающий свои права, ответила:
                — Я так не думаю, инспектор, — выплюнула звание Хьюстона с языка Джоан Сикс. — Я знаю свои права. Я не намерена отвечать ни на какие вопросы. По поводу своего мужа могу сказать следующее: пока вы не предъявите нам официальное обвинение и не придёте за нами, вы не получите от нас никакой помощи. Слышали?! Никакой!
                На этой ноте гордая собой женщина удалилась из автосервиса «АвтоЛоскБрэкберна», оставив мужчин любоваться её удаляющимся силуэтом, полным силой и достоинства. Так, по крайней мере, она о себе думает, провожали фигуру глазами Хьюстон с Хазардом. На самом же деле ничего кроме смеха у Хазарда и интереса со стороны Хьюстона она у них не вызывала. В это же время Каен Брэкберн уехал домой, оставив своих помощников на передовой, пока полиция о нём забыла.
                — Забавная девица! Руку отдам на отсечение, что она спала с Джаспером Фордом! — курил Хазард, поглядывал на задумчивого Хьюстона.
                — Очевидно.
                — Что Каин, — но взглянув в глаза Хьюстона тут же решил поправиться. — Что Каен тебе поведал интересного?
                — В подробностях расписал, как Джоан Сикс и Джаспер Форд флиртовали друг с другом. Началась связь не так давно. Судя по его наблюдениям, жена мистера Форда периодически заезжала сюда вместе с ним и сталкивалась с мисс Сикс. Могла что-то заподозрить. Завтра едем к жене мистера Форда.
                — Хочешь показать ей цацку?
                — Собираюсь кое-что проверить, — ответил Хьюстон, перебирая в уме всё что услышал и узнал за день, раскладывая информацию в ту или иную ячейку у себя в голове. — Саманта Форд сказала одну фразу у дома.
                — Вот как, — не стал выпытывать Хазард, поскольку решил оставить интересное на потом. Так начало дня украсит хоть какое-то занятное событие, раз его обломали с горячим песком, синим морем и Мадлен в бикини. — Я заеду за тобой в восемь утра, — сказал на прощанье Хьюстону Хазард, а потом ушёл к своей машине, желая как можно быстрее оказаться дома. Ему придётся быть за рулём завтра шесть часов, не меньше.
                Хьюстон не стал прощаться. Он вышел из мастерской, вызвав Ника Джасса, который согласился, немного ворча, подвести его сначала до участка, а потом домой. Ему хотелось доложить суперинтенданту обо всём, что они сегодня узнали и их дальнейшие действия. Как только он отчитается, то поедет домой и будет морально готовиться к завтрашней поездке. Они не станут предупреждать о себе, нужно произвести эффект неожиданности. Я пришёл призвать не праведников, а грешников к покаянию[11]. Сегодня они получили много веток для разработки. Но больше всего Хьюстона напрягало не это... О нет! Совсем нет! А то, как ему выдержать несколько часов в одной машине с Хазардом?
  
 [1] Хазард так окрестил Тодда Боллинджера из-за присутствия в его фамилии английского слова Boll, переводящиеся, как коробочка.
 [2] Кабошон — разновидность обработки камня, для придания ему гладкой выпуклой отполированной поверхности без граней. Чаще всего отшлифованный кабошон имеет овальную или закруглённую форму, плоский с нижней стороны.
 [3] «Аида» — опера Джузеппе Верди, написанная по заказу египетского хедива Исмаила-паши для новооткрытого Каирского оперного театра. Либретто написал Антонио Гисланцони по сценарию египтолога О.Ф. Мариетта. Действие происходит в Мемфисе и Фивах во времена владычества фараонов. В опере повествуется о несчастной любви предводителя египетских войск Радамеса и рабыни Аиды — дочери эфиопского царя, с войсками которого сражаются египтяне.
 [4] Джузеппе Фортунино Франческо Верди (10 октября 1813 года, в итальянской деревне Ле Ронколе, расположенной в северной части Ломбардии, на нижнем притоке реки По, близ города Буссето, Французская империя — 27 января 1901 года, Милан, Италия) — итальянский композитор, творчество которого является одним из крупнейших достижений мирового оперного искусства и кульминацией развития итальянской оперы XIX века. Композитором созданы 26 опер и один реквием. Лучшие оперы композитора: «Бал-маскарад», «Риголетто», «Трубадур», «Травиата». Вершина творчества — последние оперы: «Аида», «Отелло», «Фальстаф».
 [5] Каин — в западно-семитской мифологии и Библии 1) в традиционных христианстве, иудаизме и исламе — старший сын Адама и Евы (Быт. 4), или 2) в каббале и гностицизме — сын ангела Самаэля и Евы, или 3) в гностицизме — сын лукавого (сатаны) и Евы, первый рождённый на Земле человек (Быт. 4:1—2).
 [6] 24 часа Ле-Мана (фр. 24 Heures du Mans) — старейшая из ныне существующих автомобильных гонок на выносливость, проходящая ежегодно с 1923 г. недалеко от города Ле-Ман во Франции.
 [7] Цитата из сериала «Менталист» (The Mentalist).
 [8] Цитата Эриха Мария Ремарка (22 июня 1898, Оснабрюк — 25 сентября 1970, Локарно) — выдающийся немецкий писатель XX века, представитель «потерянного поколения».
 [9] Уайлд-питч — неточная подача питчера.
 [10] Псалтирь 118:24.
 [11] От Луки 5:32.


Рецензии