2018. Улица Жемчужная

Улица Жемчужная

Перед моим  домом на улице Жемчужной росли черёмуха, рябина и берёза.  Зимой они покрывались белыми блёстками. Осенью с них спадали разноцветные листья,  а стая хохлатых птичек  превращала ветки в серые бусы,  и исчезали красные  рябинки. Весной  берёзка  примеряла много серёжек, а  из почек тянулись к свету маленькие листочки.
По улице нельзя было кататься на самокате и велосипеде,  гонять футбольный мяч, потому что её испортили  ямы и бугры. В дождливые дни  дорога превращалась в глубокую лужу с густой грязью.

В яркий майский день по краям улицы появились два ряда деревянных столбиков, которые называли колышками.  Они стояли как солдатики, охраняя хрупкое тепло весны. Приехал экскаватор и стал выгрызать землю  между ними так, что дорога превратилась в широкую канаву. Я радовался тому, что он не задел мои любимые деревья. Однорукий великан неторопливо разворачивался  и  делал свою работу, а  ему помогал шофёр в кабине.
Самосвал привёз гору песка,  которую затем разровнял  трактор. Следом появились такие же высокие холмы, и  дно канавы устелилось  песочным покрывалом,  которое утюжил  каток.  Через пару дней игра в раскатывание  песочных гор  повторилась.  Песка в них было гораздо больше, чем в моей песочнице.

Небо нахмурилось и намочило тучами дорогу. Мокрый песок прилипал к ботинкам,  но ходить было  легче, чем по грязи. Автомобили жителей ночевали у начала улицы, потому что им нельзя было проезжать. Там же нашла себе место и наша машина.
Мне, чтобы утром  не опоздать в  детский сад,   приходилось вставать раньше и идти к  машине  деда  мимо нескольких домов. Мой велосипед временно скучал в гараже.

Самосвалы отдохнули от песка и привезли горы больших и маленьких камешков – щебёнку. Трактор  усердно поработал, и улица нарядилась в серую  мозаику. Когда по ней прогулялся каток, то стало легче ходить по утрамбованному щебню, чем по песку,  и дождик уже  не превращал  дорогу в  липучку. Улица не прилипала к ботинкам,  и даже машины могли по утрам подъезжать к дому.  Но ходить и бегать  приходилось осторожно – можно было упасть и поцарапаться камешками.

С нового утра началась работа по  одеванию  улицы:  большая машина поливала её густой чёрной  жидкостью  -  битумом. Люди ходили по краешку. Самосвалы привезли горы чёрного пластилина  -  асфальта. Вслед за машиной, из кузова которой сыпался асфальт,  неторопливо  крутил тяжёлыми колёсами-барабанами каток.
Я бы на эту работу смотрел бесконечно, но родители забрали меня на прогулку в парк. Когда мы вернулись, то увидели, что вся улица  нарядилась  в чёрный бархат. Для  надёжности дорожные строители уложили асфальт ещё раз, и мне повезло увидеть этот процесс. Я прошёл по свежему покрытию,  но неожиданно упал, и на моих новых джинсах образовались чёрные коленки. 

Белые полоски на чёрном ковре асфальта превратили улицу в красавицу. У нас появилось много счастливых возможностей:  мне -  мчаться на самокате и освоить велосипед,  маме  кататься на роликах и прогуливаться с  коляской, в которой улыбалась моя маленькая сестрёнка, папе и деду – мягко подкатывать к дому на машинах, бабушке – оставить в покое резиновые сапоги. 

Радость моя была немного омрачена: вдоль краёв дороги дорожники разрыли канавки и убрали берёзку, рябинку и черёмуху. Но мои родители не переживали, а посадили новые деревья.
Тюменское солнышко с космической высоты увидело, как улица Жемчужная отправила ему асфальтированную  улыбку на всю свою длину.






Добрый дом тюменской окраины


Я -  большой добрый дом, окружённый ласковым садом. Я живу давно,  и  многое повидал в своей жизни. Моя история началась с того, что на участке земли, подаренной работникам от завода, вырыли большой котлован и залили фундамент. На продолжение строительства  у старых хозяев не хватило сил, и они передали участок в хорошие  руки крепкой семьи из ближнего района Метелёво. 
Новые хозяева сразу принялись за  творческую работу. Глава семьи  сколотил в углу забора деревянную баню, завёз стеновые панели из железобетона и брёвна. Хозяйка трудилась на грядках участка, где  зазеленели молодые  деревья и кусты.
На тюменской окраине начинал рождаться  Я.

В стройке участвовала вся семья, даже дети-подростки. Сначала выросли бетонные стены - их поставили на ленту фундамента,  брусья превратились в перекрытие. В меня внесли старые высокие котлы, в которых весело затрещали поленья дров, и я согрелся. В дальнем углу у забора пристроилась стайка, в которой заселились  сначала свиньи, потом обитали  куры, кролики, и даже индюк.  Возле меня жили и кошки, и собаки.

Я выглядел не самым красивым домом на улице:  моей головой служила скромная мансарда. Но во мне поселились жители, о которых можно было только мечтать. Сыновья помогали отцу меня достраивать, а  их мама  заботилась о моём внутреннем мире и красоте участка. Каждый год что-то во мне менялось и улучшалось, появлялись новые вещи, и я становился  уютнее.
Мне была приятна любая забота, и я благодарно оберегал семью от холода, дождей и жары. Мои стены нарядились в красный кирпич,  меня окружили асфальтированные дорожки.  В саду вытянулись плодовые деревья и хвойники. Мне было комфортно дышать летящим временем с любимыми хозяевами,  но мальчики выросли и стали жить отдельно.

Я  был счастлив, когда они приезжали ко мне в гости. У них появились свои дети. Я показывал прелестным малышам лестницу, по которой те забирались в мансарду и называли её вторым этажом. Мне было грустно, когда они скатывались со ступеней и набивали себе шишки. Я  жил детскими радостями и переживал из-за семейных проблем. Старался своей аурой уберечь всех от бед. Наверное,  у меня это получалось. 

Я и не предполагал, что мне придётся родиться во второй раз. Неожиданно меня обновили так, что я стал самым высоким  домом на улице.  Это произошло тогда,  когда взрослый сын перестроил второй этаж так, что я похорошел и помолодел. С новой котельной  я стал совсем тёплым и  более добрым.
Чтобы большой семье жилось спокойнее, появился высокий забор. Деревья догнали меня в росте; среди них  появилась  зелёная молодёжь.  Я простился со старенькой баней, славно завершившей свой век и оставшейся в моей памяти.

Меня  окружили заботливой любовью, и я понял, что буду долго приносить радость всем, кто будет жить во мне.  Родная улица украсилась асфальтом, и я теперь с удовольствием смотрю новыми пластиковыми окнами на гонки юных велосипедистов.


Рецензии