Стукач

Рассказ
Как-то на работе я и мой дружок Петька получали получку. Стояли рядышком. Я краем глаза заглянул в его ведомость и удивился. Зарплата у него была на несколько тысяч больше чем у меня, хотя он работал по пятому разряду аппаратчика технологического оборудования, а у меня был шестой. Он быстро, прижимая кругленькую сумму денег руками, спрятал её в кошелёк и, улыбаясь, вышел из очереди. Я тоже получил энную сумму и убрал  деньги в походную сумочку. Всё было как нельзя лучше, но вот почему у Петьки столько денег я не знал, и завистливая боль ударила по сердцу. Мы вышли из здания. Петька таинственно улыбался. Набитый деньгами кошелёк оттопыривал его боковой карман куртки. Рыжие волосы, чуть-чуть курчавясь, разлетались на ветру. Он не шёл, а как будто парил над землёй. Глаза, отдающие яркой зеленью, сверкали, как мне показалось радостью и величьем, словно его наградили орденом. И я не выдержал, спросил;
- Петька, ты не идёшь, а просто паришь над землёй. В чём дело? Деньги грабастаешь не по заслугам. У тебя пятый разряд, а у меня шестой и я получаю меньше тебя. В чём дело?
Он долго молчал, улыбаясь. Потом протяжно вздохнул и промычал себе под нос:
-Наверное, в шляпе, молодой человек. Я работаю, как вол. Мы же с тобой работаем в разных сменах. Так что, какие претензии у тебя ко мне?
Я молчал, сказать было нечего, только по сердцу скользила сандящая боль, которая бросала меня в недоверие. От людей я слышал, что у начальника цеха есть стукачи, которые докладывают ему всё о людях, работающих под его началом. Неужели и Петька стукач? Быть такого не может, ведь мы с ним считай в армии на ученьях с одного котелка кашу ели. Отслужили в армии и приехали вместе в этот город. Я считал его своим другом, и вот по сердцу ударила первая заноза. Что это?...И где то там, видимо, в подсознании закралась старая информация о его поведении в армии. Как-то я случайно услышал, как он докладывал командиру взвода лейтенанту Курочкину, о том, что солдат Расторгуев убежал в самоволку к своей девчонке. Через небольшой промежуток времени Петьку – моего дружка отпустили в отпуск на десять дней, хотя солдат он был -так себе всё делал через пень колоду. Сказать, что он был хороший солдат, я не могу. И вот. Тогда он взглянул на меня свысока, мол, вот как надо служить-то -ты-растяпа. И пошёл с высокоподнятой головой мимо меня, взяв маленький чемоданчик,  После хвастался, как будто бы все девчонки в округе к нему липли. Приехав из отпуска, он под ногами не чувствовал земли. И вот дембиль.
- Васька, ты куда? – спросил он меня, - я так в Череповец. Обещали такой балдёшь. Вот я и решил ехать туда.
- А как же твоя Нинка? Она же тебя ждёт, - хмыкнул я. – Смотри Петька, отобью я у тебя твою красавицу, она мне тоже нравится.
- Дудки тебе Васька. Она моя до гроба, а если отобьёшь, такого добра  хоть пруд пруди. Сумеешь, пожалуйста.
- Да Петька, крепка твоя любовь, - ответил я ему.
Он понял мой сарказм и криво усмехнулся, дескать, а ты то что, лучше меня что ли? И пошёл прочь. С тех пор отношения у нас с ним стали натянутые. Вскоре он вызвал к себе и Нину Вересову, но она не стала у него ночевать, а устроилась в женское общежитие со словами:
- Вот когда распишемся, я твоя и душой и телом, а пока – увы, ты только мне жених, а не муж. Так что Петя будем ждать.
- Чего ждать? Ты приехала, приехала, или на Ваську глаз положила, так он с тобой на одном поле ….. не будет. Он в люди пошёл, в институт поступил. А я что - обыкновенный работяга.
У неё была длинная русая коса, длинные красивые ножки, казалось, шли от самой головы. А какие были глаза – чудо. Рядом с ним, она просто выделялась своей природной красотой и поведением. При ней он просто цвёл и радовался своему приобретению. Конечно, в деревне я сколько раз предлагал ей дружбу, но она, видимо, была однолюбка, да и Петя вешал ей лапшу на уши о своей любви, которой, наверное, у него не было. А меня, как видимого соперника, поливал грязью. Конечно, я гулял с девушками, но Нина не выходила из моего сердца. Как-то проходя мимо кабинета начальника цеха, я случайно увидел, как в кабинет мелькнула тень моего дружка Петьки. «Чтобы это могло быть, - подумал я, - неужели и на самом деле мой дружок стукач?» И ноги мои понесли меня к кабинету начальника цеха, где была приоткрыта дверь в его кабинет.
- Васька-то Иволгин, Пётр Иванович, такое о вас сказал, такое. У меня чуть не остановилось сердце. Я хотел ему набить морду, но у нас разные весовые категории, да он сейчас ходит в секцию бокса. Если не это, я бы ему точно морду набил.
Глаза начальника цеха сверкнули злобой, в них блеснул огонь ярости. Пётр Иванович был тучный и неповоротливый. Большая голова, и маленькие ушки, прилипшие к ней, покраснели от душевной нагрузки.
- Что сказал этот слюнтяй? Говори, Петька. Я его в порошок сотру, - рыкнул он, схватив аппаратчика за грудки.
- Он сказал, что вы, Пётр Иванович, дурак, да при том и безграмотный начальник, да к тому же ещё и бабник, зазывающий к себе в кабинет молоденьких девок. И ещё он хочет рассказать всё о ваших делишках корреспонденту городской газеты.
- А ты не врёшь?- процедил сквозь зубы начальник цеха. – Смотри, я бываю крут, враньё не потерплю.
- Да я, да я за вас любому глотку порву, - не утихал Петька.
Был он на взлёте. Душа его прямо сказать пламенела, значит Ваську Иволгина, то есть меня, из цеха он точно выпрет. «Нечего ему быть со мной рядышком,- думал он, - да и Нинке я скажу, что Ваську выгнали как ненужного работника цеха. А это так смачно. Пусть не зарится на мою любовь. Гадёныш».
Я ждал его, чтобы набить ему морду. С завода наносило запах аммиака и ещё чего-то незнакомого мне. На улице было скользко, лёгкий морозец щипал уши и щёки. С деревьев, что стояли около завода опадал жёлтый лист, и гонимый лёгким ветерком, устилал автобусную стоянку. Рядышком со мной стояли люди, ожидая автобуса. Петька не появился, видимо, он был на смене. В общаге он не появлялся, слухи по цеху, да и в общаге прошли, что скоро у него свадьба, и он снимает частную квартиру, чтобы привести туда жену. К тому же шёпотом он сказал Нине, что начальник вне очереди обещал ему квартиру якобы за высокие показатели в работе.  Да, это уже было что-то. Я надеялся встретиться с Петькой, но всё как-то не получалось, а его свадьба с Ниной вот-вот должна была состояться.
К тому же начальник цеха вызвал меня в кабинет и предложил мне уволиться.
- За что? – спросил я его, - ведь на мне нет греха, и работаю я нормально.
Он скрипнул зубами, яростно потёр правой рукой по лысине, и не удержавшись, тяжко выдохнул, брызгая слюной:
- Я не позволю, чтобы меня позорили за углом. Нам лучше расстаться. А я еще хотел тебя поставить мастером.
- Мне кажется это бредни Петьки, ведь он стукач. Всё врёт. Пётр Иванович, я перед вами не грешен, но если вы меня хотите уволить, я к вашим услугам, давайте бумаги и ручку.
Начальник цеха стоял и смотрел на меня, и постепенно с его лица сошла краска ярости, глаза потеплели. Я рассказал ему, как мы служили с Петькой в одном взводе и как он заработал отпуск.
- Ну ладно, - сказал начальник цеха, - с ним я сам разберусь, иди и работай.
 А у меня был выходной день. Я вышел, сел на автобус и уехал в свою общагу. Выйдя из автобуса, решил зайти в столовую. И вот, о чудо, в углу зала увидел Петьку и Нину. Я взял обед и решил подсесть к их столику. Петька недовольно скрипнул зубами, а Нина кивнула головой, мол, здравствуй, Вася. Я поздоровался и сел есть. Разговор не клеился. Вскоре они поели и вышли. Я сказал им, мол, подождите, у меня для Петьки есть важная новость. И они заинтригованные, что весть для них будет интересной, стали меня ждать. В окно я видел, как они волнуются. Я торжествовал, что наконец-то с дружком сведу счёты, ведь надо же так на меня наклепать. Предчувствуя что-то, Петька пытался тащить Нину в сторону, но она упиралась. И вот наконец-то я вышел. Видно было, как Петька дрожит.
- Ну что, дружок, - спросил я его, - сделал своё подлое дело, наклепал на меня начальнику цеха, что я его якобы позорил. Он меня уволил, радуйся мерзавец. Жаль, что я в армии не сказал солдату, который убежал в самоволку к своей беременной девчонке. Ты об этом капнул командиру роты. Быть бы тебе битым, если бы я всё это рассказал тому парню.
- Нина, он врёт на меня, врёт, чтобы отбить тебя у меня, - заверещал Петька. Я люблю тебя, Ни-на- а-а.
Он замахал руками и ногами, пытался ударить меня в пах, но я, предвидя это, успел отскочить в сторону и нанести ему коронный удар в челюсть. Петька, взбрыкнув ногами, упал. Нина красная от стыда и боли стояла и молчала, потом вздрогнула и сказала:
-Васька, какой позор, ведь у нас с ним скоро свадьба. Что же ты раньше-то не открыл мне глаза на его действия. Он многое говорил о тебе, поливая грязью. А я дурра деревенская верила ему.
 


Рецензии
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.