Почти эротика

      Женщина всегда хочет сделать из мужчины человека, а мужчина всякими подручными средствами пытается самоутвердиться и доказать, что он уже давно человек, начиная практически с маминого живота.

      Ввиду разности позиций неизбежно возникает конфликт. А конфликт - это всегда начало весёлой жизни, эмоциональной и темпераментной.

                *

      Вырвавшись из рутины провинциальной жизни, я ехала на электричке навстречу этой жизни.

      Электричка покряхтывала на рельсовых стыках, никуда не спешила, и ритмично приговаривала:
      - Тише-едешь-дальше-будешь... -

      Спорить с ней было бесполезно: стариков не переубедить. Поэтому я старалась извлечь пользу из поездки: дремала, надев тёмные очки.

      Время от времени я звучно стукалась головой об окно, смущённо вскидывалась и с преувеличенным вниманием всматривалась в надоевшие пейзажи за стеклом, а попутчики смотрели на меня...Потом все успокаивались, и дремота опять одолевала меня.
      - Бумс! -
      
      Всё повторялось...

                *

      Электричка наконец доползла до столицы и удовлетворённо вздохнула, выпуская последних пассажиров.

                *

      У дочки я появилась в то время, когда все мужчины, - из тех, которые на коротких поводках, - уже расселись по домам, как дрозды по лесам.

      Дочкиного ещё не было: то ли поводок не был коротким, то ли он с него сорвался.

      Я не смущала её расспросами: дом взрослых детей - чужой монастырь, и я туда со своим уставом никогда не лезла. Даже когда дочка в запальчивости взывала:
      - Мама! Ну скажи ему! - ,
 я благодушно улыбалась и отвечала:
      - Ты сама его выбрала? Вот и говори сама! Мне лично он ничего плохого не сделал! -

                *

      Мой условно называемый зять (в дальнейшем - "у.н.зять") практиковал некое подобие рижского брака: он жил некоторое время в дочкиной однушке, кормил её гомеопатическими дозами обещаний жениться, затем, утомлённый семейной жизнью, уходил на свою съёмную квартиру и там отдыхал.

      Дима был не только условно называемым зятем, но и условно молодым. Так как был старше дочери на девятнадцать лет и моложе меня - на девять. Люди всегда в замешательстве не могли определить, чей он муж, когда мы были втроём: её или мой?
      Я, конечно, могла помочь им, обратившись к нему: - Сынок! - Но я злорадно не хотела. Наоборот, я одевалась неподходяще для статуса тёщи и вела себя жизнерадостной кокеткой.

                *

      - Хозяин-то где? - спросила я, ставя сумку в прихожей.

      - Не знаю, - ответила расстроенно дочь, - сказал, задерживается на работе. -

      - Вот и хорошо, - обрадовалась я, - хоть в туалет схожу спокойно. -

      - Тебе, мам, всё бы смеяться! -

      - А чего не смеяться? Ведь звукопроницаемость такая, что всему населению слышно, как штаны снимаешь! Хотя туалет, вообще-то, территория интимная! -

      - Ну ладно. Пошли ужинать. Диму ждать не будем. -

      Я одобрила такое решение, и мы с аппетитом поели. Я - проголодалась, а дочь заедала горе.
      Попили чайку, поболтали о своём, о девичьем, и отправились спать вдвоём на диван.

      - Как ты думаешь, мам: Дима мне изменяет? - спросила дочь.

      - Зачем же ты сразу о самом плохом думаешь! Может, он просто в больнице. Или в морге. - успокоила я её старой шуткой.

      - Мам!! Я с тобой серьёзно, а ты! -

      - Ну если тебе не нравится, я могу зарыдать! - уже откровенно хихикаю я.

      Дочь надулась.

      - Ну вот подумай, доча: изменяет он сейчас, или квасит с шефом, - ты можешь  это узнать и изменить? Нет! Так что кудахтать попусту? Давай спать!.. -

      И в этот момент в дверь постучали.

      Дочь перелезла через меня и побежала открывать. Наверняка даже не заглядывая в глазок, хотя я её столько раз за это ругала. Ведь обряд открывания двери всегда даёт возможность поглумиться немного для обоюдного развлечения. Например, услышав на вопрос "Кто?" ответ "Я!", спросить ещё: - Фамилия? -

      ...В дверях стоял Дима.

      Он раскачивался, как Зелёный Змий в стойке и слабо улыбался.

      Дочка приглушенно спустила на него Жучку, но он уже был в том состоянии, когда мужское тело созрело для решения рухнуть на пол и бесшабашно разрешить:
      - ПилИ!.. -

      Как объект для вымещения зла дочка его уже потеряла сегодня, поэтому ей пришлось отправиться в комнату стелить мерзавцу постель.

      Мерзавец перестал качаться, опёршись боком на вешалку в прихожей, мягкую от вороха пальто и шуб. Компания одежд держалась изо всех сил своими петлями за крючья вешалки под его напором, - её спасало, как часто и людей в критической ситуации, - объединение в кучу.

      Наконец дочка вышла в коридор и отрывисто объявила ему:

      - Иди ложись! Я тебе постелила на кушетке! -

      Дима походкой Вицина с горшком проследовал в комнату.

      Дочь опять легла со мной, шумно дыша от негодования.
 
      В тусклом свете ночника Дима разделся до майки и трусов. Мы наблюдали...

      Потом решительно, насколько это было возможно, он подошёл к дивану и...обрушился рядом со мной на постель! Я успела среагировать, максимально ужавшись  к дочери. Но это мало помогло: он по-хозяйски забросил руку на меня и придвинулся... Долю секунды мы лежали втроём. Я успела унюхать аромат неплохого парфюма сквозь густое алкогольное амбре: от него разило, как от ста тысяч братьев.

      Дочь завизжала в ужасе:

      - Дима!! Здесь мама!! -

      У.н. зять дёрнулся от её вопля, упал на пол, и от полученных психических и физических травм, совместимых с жизнью, мгновенно протрезвел и метнул сумасшедший взгляд на диван, - мне показалось, что его стрижка встала дыбом.
      Он зигзагообразно прополз на кушетку и спрятался с головой под одеяло.

      Я плакала от хохота, уткнувшись лицом в подушку, дочь дрожала от ярости:
 
      - Сскотина!! -

      Потом, глядя на меня, тоже стала хохотать.

      Из-под одеяла высунулась Димина рука, нащупала брюки и утянула их.

      Мы с дочерью переглянулись. Под одеялом творилось странное: беззвучная возня и глухие вздохи. Хотя он там был реально один.

      - Что он там делает? - спросила я дочь, - она всё же имеет больше оснований делать предположения.
      Она пожала плечами.

      - А! Он надевает штаны! - жарко зашептала она.

      Через несколько минут Дима осторожно показался головой на подушке и замер, притворяясь спящим агнцем. Затем из-под низу одеяла высунулись его ноги в парадных брюках и без носков...

      Мы опять уткнулись в подушки - досмеиваться.

      Потом открыли форточку - поделиться с улицей ядрёным перегаром, - и уснули.

                *

      А утром я проснулась одна: эта парочка разбежалась по делам.




    





      


Рецензии
Хороший юмористический рассказ. Интересно, писался с натуры или нет? Читали вдвоём, посмеялись от души. Писать так как Вы, легко, живо и с юмором дано далеко не каждому.

Модест Майский   23.05.2019 20:55     Заявить о нарушении
Незначительные мелкие детали добавлены, но в остальном - прямо документально! Со мной и моей дочкой и происходило!))) Рада, что посмешила вас!)))

Инна Люлько   23.05.2019 22:13   Заявить о нарушении
На это произведение написано 30 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.