Приют безумных. Глава 29

29.
27 января 2015 год, вторник
Пермь, улица Самолетная 54, квартира Улановых

Очередное родительское собрание прошло без происшествий. На повестке дня обсуждали сбор макулатуры, предстоящий поход в боулинг, 23 февраля, успеваемость по литературе и итоги смотра знаний.

Надежда пришла домой более чем довольная и весело сообщила дочери, что у нее все в порядке и приходившая на собрание Лариса Витальевна похвалила ее и еще нескольких человек.

«Ха, еще бы у меня были проблемы с литературой!» - как-то безрадостно подумала девушка.

- Кстати, Ольга Петровна, очень довольна результатами смотра знаний по обществознанию, - продолжала Надежда, раздеваясь. – Целых одиннадцать пятерок и несколько четверок! Говорит, что ЕГЭ все сдадут.

Услышав это, Элиза едва не подавилась смехом, но от комментариев воздержалась.

- А вот с физикой все очень плохо. Всего три пятерки, одна из которых у Кабачкова.

- Неудивительно, - присвистнув, бросила Элиза. – Если бы мой папа сидел в комиссии, у меня вообще бы шесть было!

- Чего это ты так к нему относиться стала? – с подозрением спросила Надежда, хитро улыбнувшись дочери. – Вы же дружили в той четверти, что случилось? Он тебя обидел?

- Пфф, очень смешно! Просто я поняла, что он придурок.

С этими словами Элиза прошла в свою комнату.

***
В гостиной родители бурно обсуждали покупку новой квартиры, ссорились, будучи не в состоянии прийти к единому мнению.

- Надо уезжать отсюда! – ровным голосом твердила Надежда. – Позавчера соседку затопили, до сих пор канализацией на весь дом воняет! Тараканов пруд пруди, сил уже никаких нет!

- Надь, я тебе сколько раз говорил: хочешь – ищи, - громко, почти срываясь на крик, ответил Николай. – Смотри объявления в интернете, звони, узнавай. Пока я не сделаю, ты палец о палец не ударишь! Всю жизнь на подножке ездишь!

Громко засвистевший на кухне чайник прервал гневную тираду Николая, и Уланов-старший, бросив какое-то оскорбление, умчался пить чай, а Надежда вышла на балкон.

«Наверное, как обычно курить, - грустно подумала Элиза, не спеша набирая текст очередной главы романа на клавиатуре. – Неужели она все еще это скрывает? Почему взрослые думают, что мы идиоты и ничего не замечаем?»

На душе было скверно и пусто. В такие моменты ничего не спасало, кроме литературы. Девушка открывала вордовский файл с недописанной второй частью романа и начинала писать продолжение. Книга была о девочке – маленькой и слабой, но притворяющейся очень сильной. По сути, о ней самой.

Вернувшаяся с балкона Надежда, с прежней силой хлопнула дверью. Из комнаты раздались какие-то звуки, по которым Элиза догадалась, что мама включила телевизор. Николай, допив чай, выскочил на балкон курить.

«И вот так уже который год…» - устало подумала девушка.

Через полчаса глава была дописана, но легче почему-то не стало. Ситуация с Кабачковым выводила из себя. Она искренне не понимала, почему из-за прихоти Киры должна отказываться от дружбы с хорошим человеком. Но еще непонятнее ей казалось нынешнее поведение Вити.

Вздохнув, девушка зашла в контакт и, щелкнув по списку друзей, быстро нашла Кабачкова. «Соловей его удалила, наверно, и мне пора». Элиза с грустью нажала на «удалить». «Вот и еще один человек перекочевал из друзей в подписчики. А оттуда обратно уже не возвращаются. Ни-ког-да».

Пермь, Баумана 23, квартира Кабачковых

Уже час Витя сидел неподвижно перед ноутбуком, слушая песни ненавистной ему группы «TokioHotel» и просматривая на ютубе абсолютно несмешные видео тупых американских блогеров. То, чем он занимался, казалось верхом маразма. Это вообще было худшим из того, что он когда-либо делал. Но он протерпел уже полтора часа пытки и готов был протерпеть еще столько же. Ради нее.

Мама, полчаса назад вернувшаяся с собрания, позвала парня ужинать. Аппетита не было, но Витя ел. Для него было проще, пересилив себя, проглотить котлету с пюре, чем отвечать на миллион маминых вопросов. Да и что он ей скажет? «Твой сын влюбился, но чувства не взаимны. Мне бы веревку с мылом, а не горячий ужин». Нет, мальчики не плачут.

В их крошечной однокомнатной квартирке, где с трудом могли развернуться три человека и кошка по имени Печенька, конечно, нельзя было остаться наедине с самим собой. В общем-то, Витя не жаловался. Его все устраивало, а вот ее…

Она бы упала в обморок, увидев таракана, ползущего по учебнику физики. Или грязно-желтые подтеки на стенах. Или слегка кривой потолок. Или оторванные сверху обои. Или. Или. Или. Какие еще нужны «ИЛИ», если он уже третий год ходит в школу с одним и тем же красным рюкзаком в одном и том же сером костюме?

Конечно, он недостоин ее, поэтому и отступил. Обещал бороться и сдался. Как последняя тряпка, ей-Богу! Он хочет, чтобы его отпустило, но его не отпускает. Он наблюдает за ней на каждом уроке, на каждой перемене. Возвращаясь домой, он первым делом включает ноутбук и заходит на ее страницу в контакте (плевать, что она давно удалила его из друзей). Он практически не спит ночью, потому что, закрывая глаза, видит ее. Дошел до ручки, но делать нечего. Все, что ему остается, - это вспоминать.

Иногда прокручивая в голове картинки прошлого, Витя видит ее сияющую улыбку и ему кажется, что она тоже что-то испытывала. «Но тогда почему она сказала «нет»? – мучается он. - Может, потому что видела в нем себя? Абсолютно бесперспективный вариант! Стоит отдать ей должное: она всегда умела выбирать! Взять хотя бы ее подругу. Каждый год ездит за границу, живет в большой двухкомнатной квартире и, конечно, у родителей дорогущая иномарка. Разве можно, чтобы парень был уровнем ниже, чем лучшая подруга? А что, если это она? – вдруг осенило Витю. – Вдруг это Элиза отговорила ее от отношений со мной?» Парень прекрасно осознавал абсурдность этого варианта, но ему очень хотелось кого-нибудь обвинить. Свалить все на человека, а не на обстоятельства. И этим человеком оказалась Уланова – его главная соперница в учебе, а теперь и в жизни.

Он искал ее среди своих друзей, но не нашел. И только тогда понял, что прав. Ему вспомнилась переписка с Кирой в зимние каникулы. Они говорили об Элизе. Соловьева тогда написала, что круче нее никого нет! Он не согласился, и она облила его грязью.

Хотелось мести: долгой и сладкой. «Последнее слово будет за мной, - удовлетворенно подумал Витя, удалив девушку и теперь уже бывшую подругу из подписчиков. - Я стану лучше нее, и тогда ты сама прибежишь ко мне!»

Пермь, Карпинского 37, квартира Соловьевых

- Ты опять пьяный! – кричала Кира, захлебываясь слезами. – Сколько можно уже?!
Дмитрий, пошатнувшись, схватился рукой за косяк и посмотрел на дочь мутными, равнодушными глазами.

- Уйди, дрянь! – заорал мужчина.

Он оттолкнул девушку, стоящую на проходе, вошел в комнату и, сразу бухнувшись на кровать, захрапел. Кира, давясь слезами, умчалась на кухню – там с совершенно бесстрастным выражением лица стояла Раиса, помешивая мясо на сковородке.

- Мам, ну чего он опять? – вопрошающе спросила девушка, размазывая кулаком слезы.
 
- Плюнь ты на него! – отмахнулась женщина, прихватывая полотенцем ручку сковородки. – Что я могу сделать, если он такой? Не обращай внимания! Не лезь к нему, и он тебя не тронет!

- Почему ты его терпишь? – зло бросила Кира. – Выгони его!

- Если бы он не зарабатывал деньги, ноги бы его здесь уже не было, - сухо начала объяснять Раиса, отходя от плиты. – На мою зарплату продавца мы кое-как концы с концами сводить будем, а нам еще ремонт в квартире доделывать (уже год корячимся). Напился, ну и хрен с ним! Завтра протрезвеет, извинится и пойдет на работу. Все лучше, чем впроголодь сидеть!

Кира ничего не ответила.

***
Девушка, поджав ноги, сидела на кровати, уткнувшись подбородком в колени. Напротив зверски храпел отец, что-то бессвязно бормоча во сне. Кира с отвращением отвернулась, подумав: «Грязная тварь! Всю жизнь мне испортил».

В том, что они с мамой всю жизнь прожили в съемной однокомнатной квартире по соседству с наркоманкой и ее малолетней дочерью - шлюхой, Кира винила отца – тупого, ленивого, вечно пьяного человека, который так и не смог найти лучшей работы, чем водитель такси. Она его и отцом уже давно не считала.

Допустим, все не так плохо. У нее есть нормальная мать, и год назад совместными усилиями родаки купили однокомнатную квартиру. Но разве это перевесит тот факт, что у нее нет своей комнаты и она вынуждена терпеть пьяные выходки отца вместо того, чтобы делать уроки? Ей почти семнадцать, а она не была нигде, кроме Казани, в то время, как ее подруга каждый год ездит за рубеж. Все, что есть у отца, - это зачуханная десятка и старая лодка для рыбалки. У элизиного папы же – гараж и новая иномарка. Стыдно! Мама ее подруги зарабатывает больше, чем оба ее родака вместе взятые. Что за несправедливость такая?

Она мечтала уехать отсюда. Вырваться из этого ненавистного, пропахшего пьянством и гнилью города. Скрыться, раствориться, убежать далеко-далеко, где никто никогда бы ее не нашел. Куда-нибудь поближе к морю. Где белый песок. Где волны разбиваются о берег. Где ласковое солнце. Где разноцветные дома, а не хмурые панельные пятиэтажки. Кира почти представила себе это, у нее почти получилось забыться, но, повернув голову в окно, она увидела старый, кривой фонарь, вяло мигающий вдалеке, и видение тут же пропало.

Она знала, что заслуживает любви, но любви ей не хотелось. Хотелось лишь денег. Много денег. Столько, чтобы она могла купить все. Но где их взять, она не знала. Ей нужен был человек, у которого они есть.

Витя был хорошим парнем и другом. И, может, она сказала бы ему «да», будь у него хотя бы двухкомнатная квартира. Но он был нерентабелен уже сейчас, а в будущем наверняка станет таким же, как ее отец – лысым, жирным, циничным эгоистом. «Впрочем, про любовь он говорил здорово!»

На колени к Кире запрыгнул ее единственный верный друг – белый кот по имени Батон. Он потерся об ее колени и, свернувшись на них калачиком, задремал. «Только Батон заслуживает моей любви», - с нежностью подумала девушка, засыпая.

Пермь, Стахановская 17, квартира Шуховых

- Андрей, мы же завтра увидимся? – с надеждой спросила Лиза, нарочно медленно напяливая сапоги.

- Конечно, - вяло ответил парень, фальшиво улыбаясь.

Девушка, одевшись и обувшись, подошла к Шухову и, поднявшись на цыпочки, медленно его поцеловала. Андрея чуть не стошнило, когда он почувствовал на губах отвратительно-сладкий вкус Лизиной ванильной помады.

- До завтра, - прошептала девушка.

Как только она ушла, парень устало прислонился к двери и тыльной стороной ладони вытер губы. Целовать Лизу ему совсем не нравилось. Ее губы были слишком холодными, слишком резиновыми, слишком искусственными. «Мать твою, сколько мне еще это терпеть?» - мысленно выругался парень.

Ну, и что с того, что Лиза была стройной красивой блондинкой? Его рвало, как только она открывала рот. Она была картонной и очень скучной внутри, а снаружи циничной, капризной эгоисткой, избалованной папочкиными деньгами и красивыми тряпками. Ну, прямо как он сам. Андрея вдруг осенило, что Лиза очень похожа на него. Они одного поля ягоды. И от этого становилось паршиво. «Неужели я такой же? – задавался вопросом парень. – Такой же, как она. И как меня только люди терпят? Хотя некоторые не терпят совсем…»

Аня, вышедшая в коридор, нашла брата в крайне удрученном состоянии.

- Может, хватит? – строго спросила она.

Андрей вопросительно на нее посмотрел, и тогда девушка продолжила:

- Хватит пудрить девушки мозги. Ты ее на дух не переносишь, я же вижу.

- Скажи, только честно: она такая же, как я?

Аня с минуту помолчала, не зная, что ответить. Наконец, она оторвала взгляд от лица брата и нехотя сказала:

- Я скажу отцу, что так дальше продолжаться не может!

- Не ходи, - строго сказал Андрей, отрывая вспотевшую спину от двери и загораживая сестре проход. – Ответь на вопрос: она такая же, как я?

- Да! –гордо, но очень спокойно выдала девушка. – Меня удивляет, что вы не поладили.

Андрей, шокированный ответом сестры, отступил на несколько шагов назад. «Неужели все меня видят таким? И даже она…»

- Она не в моем вкусе, - сухими губами прошептал парень.

- А кто в твоем вкусе? – усмехнувшись, поинтересовалась Аня. – Брюнетки с третьим размером или, может, рыженькие с огромной задницей?

- Она должна быть с характером, - немного подумав, разоткровенничался Андрей. – Должна уметь за себя постоять. Должна класть на то, сколько у меня денег, какой парфюм и какой айфон. Я хочу, чтобы она не лезла ко мне на колени при первой встречи. Хочу, чтобы за нее нужно было бороться, чтобы ее нужно было добиваться. И хочу, чтобы она всегда была честной со мной, чтобы говорила обо мне то, что думает.

- Ого, братишка, ну у тебя и запросы! – расхохоталась Аня, но вдруг резко оборвав смех, с грустью спросила: - Знаешь кого-нибудь, кто бы подходил под описание?

Андрей не ответил.

- Слушай, сестренка, я не хочу быть такой, как она, - с какой-то отчаянной болью в голосе сказал парень. – Понимаешь? Не хочу!

- Не хочешь, значит, не будешь, - пожала плечами девушка и упорхнула обратно в комнату, оставив Андрея в одиночестве.


Рецензии
Очень сильный эпизод про Киру. Очень. И жизненно, и точно.

Марина Щелканова   02.04.2018 12:09     Заявить о нарушении
Это тяжело и страшно. Такие, как Кира, обычно очень сильные личности. Но и у сильных есть свои слабости.

Элина13   02.04.2018 21:04   Заявить о нарушении