Там, где детство. Часть 1. Женька. Глава 18

                В ГОСТЯХ

Субботу Женька ждала с особенным нетерпением. И вот этот день настал. Позавтракав, девочка принарядилась и чинно прошла улицами, минуя лужи, чтобы не запачкаться.

Дверь квартиры номер двадцать пять открыла уже знакомая Женьке миловидная женщина лет сорока, очень похожая на Снежану.

- Я Женя. Снежана приглашала в гости.  Мы вместе в больнице лежали. Здрасте, - чуть ли не заикаясь проговорила Женька, побаиваясь, что ее сейчас прогонят.

- Здравствуй Женя. Меня зовут Лидия Михайловна. Проходи, - по выражению лица женщины Женька поняла –  слегка все же удивлена. Лидия Михайловна ласково пригласила Женьку в зал и включила ей телевизор. Женьку телевизор не интересовал, она с восторгом осматривала каждый сантиметр квартиры. Зал был просторным, с картинами - пейзажами на стенах, большими напольными вазонами с растущими необычными цветами в них, названия которых Женька не знала, мягким ковром на полу, сервантом, в котором был красиво расставлен сервиз и книги в твердом переплете. В этой чрезмерной роскоши Женьке стало некомфортно.

- А где Снежана? – не выдержала и спросила девочка.

- Она скоро будет. Ты пока посмотри альбом. Я вот пряничков напекла, - мама Снежаны принесла в зал и поставила на небольшой столик вазу с пряниками, а потом еще и чашку с вишневым компотом прямо Женьке в руки дала.  Прошло полчаса. Женька уже наелась пряников, просмотрела три альбома с фотографиями (а просматривала она их медленно), и вот появилась Снежана… не одна.

Женька сначала услышала смех и разговоры девочек, доносящиеся из коридора, затем дверь в зал открылась и вошла Снежана с еще двумя девочками-одногодками. Было заметно, что все трое были хорошими знакомыми, поскольку вели они себя непринужденно.

- О, девки, знакомьтесь, это – Женя. Моя новая подруга, - и Снежана как-то искусственно улыбнулась. Девочки осмотрели Женьку с ног до головы и, судя по всему, остались удовлетворены ее внешним видом. Если и были какие-то недочеты в одежках девочки, то все их компенсировала красота и черные длинные косы. По крайней мере, ничто не выдавало в ней интернатовку.

Женька мило улыбнулась Снежане и ее подругам, и этим покорила всех окончательно.  Снежана быстро увела всех гостей в свою комнату.  Подружки Снежаны бесцеремонно оккупировали аккуратно застеленную кровать хозяйки комнаты, Женька же нашла себе место на небольшом пуфе. Вихрь разговоров пленил девочек, но скоро тема беседы коснулась Женькиного места проживания.

- А где ты живешь, Женя? – спросила Юля, черненькая худенькая девочка с губками бантиком. - Мы тебя никогда не видели.

 Женька только, было, раскрыла рот поведать расчудеснейшую историю их знакомства в больнице, как Снежана вместо нее выпалила:

- Женя не здешняя. Она приехала к бабушке из Крыма.

- Из Крыма-а-а-а! – потянули удивленно девочки.

Женька бросила вопросительный взгляд на Снежану, но та не смотрела в ее сторону, и как-то болезненно покрылись розовыми пятнами ее щечки. Женька решила подыграть подруге:

- Да, мы с мамой и папой живем возле самого берега моря, - Женька улыбнулась теперь уже удивленной Снежане.

- Классно, наверно, каждый день купаться? – спросила Аня, голубоглазая блондинка.

- Конечно. Только не каждый день, - уточнила гордо Женька, постепенно входя в роль и понимая – ей такой спектакль начинает нравиться.

- А то-то я смотрю, ты такая загорелая, - с легкой завистью сказала Юля.

Действительно, Женька была слишком смуглой на фоне белокожих девочек. Но это была ее природная смуглость. Летние купания в озере наложили свой отпечаток на ее шелковую кожу.

- Это непроизвольный загар, - словно оправдываясь, говорила Женька. – Вот в прошлом году я была похожа на негритоску. Мы с мам…, - Женька запнулась, настолько ей было непривычно выговаривать это слово, но потом нашлась, - с мамой пляж практически не покидали. Пили часто молочные коктейли. Вкуснотища! А ты пила коктейли? – аристократично спросила Женька Юлю.

- Нет, - попятилась Юля. – А это как, молочный, да еще и коктейль?

- Это стоит попробовать. Очень вкусно! Молоко взбивается с вареньем, и через трубочку можно пить, – Женька и сама об этом коктейле узнала из какого-то фильма. Но если она бралась играть какую-нибудь роль – то на все двести процентов. - Снежана у нас была. Скажи, что вкусная штука? – Женька предложила подыграть теперь уже опешившей Снежане.  Пока ее подружки переключили все внимание на Снежану, Женька легонько подмигнула. Снежана подбодрилась и тоже начала нести полную ахинею, завираясь все больше и больше. В таких разговорах, а потом и в настольных играх девочки незаметно провели много часов. Когда Женька взглянула на часы, висящие на стене, испуганно выкрикнула:

- Боже, я опоздаю на ужин!

- Не переживай, у нас поужинаешь, - успокоила Снежана. Откуда ей было знать, что неявка на ужин в выходной день расценивалась как провинность, и за это пришлось бы отвечать всей комнате. А Женька не хотела подводить своих подружек.

- Снежана, ты ведь знаешь, бабушка любит, когда я с ней ужинаю. Прости, но мне пора, - и Женька, как ей ни хотелось уходить, пошла к двери. Там она встретила   Лидию Михайловну и поблагодарила ее за все. Женщина вручила девочке пакет с конфетами. Снежана собралась проводить Женьку. В подъезде она виновато тихо сказала:

- Прости, пожалуйста…

- За что? – еле преодолевая накативший ком в горле, вымолвила Женька. – Все было так классно. Мы с тобой им такого наговорили, заврались слишком… как вспомню. Ты хоть помнишь, что врала? Надо запомнить.

- Да ну их, -проговорила Снежана. – Я как-то забыла, что ты придешь. А то бы я их не привела домой. Жень, ты приходи к нам. Маме ты понравилась.

- Теперь ты к нам. Девочки тоже от тебя в восторге.

- Неужели? – удивилась Снежана.

- Конечно. Ты не думай, они хорошие. Только с виду колючие. Это чтобы защищаться.

 Снежана провела Женьку до первого этажа и там подруги попрощались. У Женьки внутри боролись два чувства: радости от визита в другой, счастливый мир, и обиды, что в этом мире их, интернатовцев, стыдятся, боятся, на лихой конец просто терпят.  От этой борьбы оставался неприятный осадок, ее что-то давило, но что Женька не могла пока понять.

Придя в комнату, девочка раздала конфеты и убежала в столовую, избегая рассказов о пребывании в гостях.  Ей просто нужно было время, чтобы осознать, переварить и принять позицию. Даже после того, как вернулась в комнату, она не стала рассказывать о том, что их, интернатовцев, стесняются, о том, что забывают о назначенной встрече… Этого всего Женька не сказала, потому что от нее ждали других историй. Поэтому Женька нарисовала идиллию. Возможно, чтобы и самой поверить во все это.

- Она живет в доме, где пять этажей. Их квартира на третьем, - начала Женька. Пятеро заинтересованных пар глаз и ушей внимательно смотрели и слушали, пытаясь не пропустить ни одного слова, ни одного Женькиного жеста. Девочки обсели Женькину кровать и воспринимали ее рассказ, как сказку. Женька умела так рассказать, словно фильм прокрутить.

- Снежана встретила меня в дверях, вся такая в цветастом халате, - врала Женька, - ее мама угостила меня пряниками. Какое угостила, просто закормила этим вкусным нежным печеньем, - и словно в подтверждение Женька вынула из кармана пять пряников, которые припрятала для девочек и забыла о них. – Возьмите, попробуйте. Больше неудобно было брать – сказали бы, что с голодного края, - объяснила Женька.  Девочки быстро схватили по прянику, и скоро Женька услышала отзывы о вкусности такого угощения.

- А что было дальше? Ты ж не только там пряники жевала? – требовали девочки отчета.

- Дальше мы смотрели со Снежаной фото в их семейном альбоме. Потом к ней пришли подружки. Хорошие девочки, разговаривали, в игры настольные играли…

- А как там у них в квартире? – поинтересовалась Вика.

- Как в квартире? Хорошо. Везде ковры, мягкие, пушистые, можно ходить без тапок и тепло. Цветной телик в зале. Прикиньте, все показывает, как наш в коридоре, только разноцветно. Мы моду смотрели. В шкафчиках много красивой посуды. Блестит. Книжки. Как у нас в библиотеке, только за стеклянными дверками. А в зале – ковер на стене – медвежья шкура, прикиньте? Папа Снежаны привез, - загадочно сказала Женька и добавила: У Снежанки есть своя комната, там ее магнитофон и книжки, игрушки. Кровать удобная без пружин, шкафчик. А на подоконнике цветы. Она кактусы разводит. Никогда они у нее не цвели, а она мечтает, чтобы зацвели.

Женька такую девочкам сказку разрисовала, что те никак не могли уснуть этой ночью. Лена, Вика и Оксана вспоминали свои дома. У девочек щемило сердце. Катя и Марина представляли свои будущие дома по Женькиным рассказам. И не понятно, кому из них было сложнее: тем, что знали, что такое дом, или тем, которые его только лишь представляли. Тишина залегла необычная. Первой сорвалась Оксана. Всхлипывания перешли в тяжелое рыдание. Девочки обступили ее кровать:

- Успокойся! Ты чего? – спрашивала Маринка.

- Маму вспомнила, - сквозь всхлипывания проговорила девочка.

- Э-э-э, дорогуша, если так реветь будешь, с ума сойдешь, - успокоила Марина. – Закругляйся, а то и мне реветь уже приспичило. И в тубзик заодно. Кто со мной?

Только Марина с Катей ушли в туалет, как заревела Вика.

- Ну-у-у, сейчас устроите, блин, тут хор ревух, - категорически заявила Женька. Давайте лучше в карты сыграем, - и вынула колоду из-под матраса.

- А Крыса? – предупредительно вспомнила, чья смена дежурства, Оксана. Она перестала плакать, только всхлипывала.

- Да мы тихонько… При свечке…

Зажгли большую свечу, подождали, когда вернутся Марина с Катей, и сели на Маринкиной кровати играть. Игра действительно отвлекла, но лишь на некоторое время. Когда разошлись по кроватям – раны снова ожили. Теперь не плакали, но души, сердца все равно обливались кровью.

И только когда часы в коридоре отбили второй час ночи, Женька раскрыла свой дневник. По живому она записала события, которые так разбередили ее душу. А потом приписала стих, сочиненный по дороге, пока возвращалась с гостей в интернат.
Там, где детство мое живет,
Там любовь, и мечта, и печаль,
Колыбельную мне не поет,
Мама нежная, не поет, а жаль…

Не печет мне печенье она,
Не зовет меня «доченька»,
Манит сердце мое волна
Непонятно какого берега.

Там, где детство мое живет,
Там все просто, наивно, легко,
Жаль, никто меня не поймет,
По ту сторону интерната, никто…

Женька спрятала тетрадь и приготовилась спать. Яркая луна нагло глядела в окно, маня своим серебряным светом. Засыпая, Женька приготовилась смотреть цветной приятный сон. В последнее время ей снились красивые сны. И в этих снах обязательно был большой черный пес. Он всегда отгонял от Женьки во сне то бешеных котов, то мышей, то разных непонятных существ. На этот раз псу пришлось душить огромного удава. А Женька помогала в этом. Впервые после пробуждения Женька ощутила радость от того, что все виденное во сне – фантом, созданный на некоторое время мозгом. Аза рассказывала, что собака во сне – это друг, чем больше пес – тем надежнее друг, но что значит удав? Большой, толстый, наглый, скользкий и противный?  Женька и без Азы понимала, что вряд ли что-то хорошее…


Продолжение следует...


Рецензии
Добрый вечер, Ксения!
Женька и не могла себя вести по другому. Жалко девочку...
А Вы, Ксения, один из самых талантливых авторов и не только Прозы.ру.
С большим удовольствием читаю Ваши романы.
Женьку давно видела, но не бралась, так как помню с каким нетерпением ожидала я Вашего "Хочу ребёнка"!)))) Я же его читала неизвестным читателем с телефона.

Марина Белухина   11.07.2019 21:49     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Марина!
Вы там где-то сказали, что Женька - боец. У нее сильный характер, прорвется)
Очень приятно, что своей писаниной доставляю Вам удовольствие.
Если что, Женька сначала была, Катька "родилась" потом. Причем есть прототип, намного прикольней, чем в романе)))

Ксения Демиденко   12.07.2019 19:13   Заявить о нарушении
Ещё какой боец! Это я говорила ещё до эпизода с Натальей Ивановной. Здорово она с Крысой тогда расправилась! Это не каждому дано, даже та же Марина вряд ли способна на такое геройство)))

Марина Белухина   12.07.2019 21:36   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.