Шумел сурово брянский лес

         

      Мой отец иногда, хоть и очень редко и очень скупо, рассказывал мне о своем умении решать любые, порой просто не решаемые вопросы и задачи. В основном  о его делах я узнавал от его сослуживцев и людей, которые хорошо его знали.
Случалось, что ему кроме основной работы на заводе  поручали  дела и в масштабе всего города.

       Харьков был очень  сильно разрушен войной.  Людям остро не хватало жилья. Для города это была одна из самых сложных проблем. Однажды на завод приехал секретарь  обкома партии, и они с директором завода вызвали отца. Обрисовали ему проблему, которая в тот момент была такой важной.  Решать ее нужно было немедленно. Под строительство жилья для города и в значительной мере для завода выделялся огромный земельный участок на территории,  близко примыкающей к заводу и простирающейся чуть ли не до аэропорта. Там наметили строить не только государственное жилье, но и      привлекать к строительству индивидуальных домов  самих граждан. Многим необходимым  город , хоть и с большим трудом,   все таки мог обеспечить эту стройку.   
  Но на безлесной, разрушенной войной Украине  совершенно неразрешимой проблемой в то время  были лесоматериалы, вернее, их отсутствие. Поэтому-то  и понадобился человек, способный выполнить невыполнимое. Таким человеком, по мнению руководства, был именно он, Лев Евсеевич Гугель. Отец, как всегда, с удовольствием взялся за это дело. Он был человеком амбициозным. Чем сложнее задача, тем больше она была ему по душе. А доверие руководства всегда для него  значило очень много.
 
     Спустя много лет  отец рассказывал мне, что когда для него встал вопрос,  куда ехать за лесом, он крепко  призадумался. На Западной Украине во всю еще шла война с бандеровцами,  да и лес там был слишком дорогой, в основном,  ценных пород.
         Белоруссия, где много лесов, вся сама лежала в руинах. До  Сибири -  очень далеко, а с железнодорожным транспортом  огромная  напряженка.  Надо было искать что-то более подходящее.

     И тут на  ум отцу пришла песня! Ее часто пели у нас дома во время застолий:
«Шумел сурово брянский лес…» и что-то там про героев-партизан … Я её и запевал для отца и его гостей.

     И его осенило: Брянск, лесной край!  Сравнительно недалеко от Харькова. Поезда из Брянска в Харьков прибывают  на станцию Балашовка, расположенную  прямо в городе, вблизи от завода, и  на неё  выходят  заводские  подъездные пути.

     Так родилось решение ехать за лесом в Брянск.

     Когда отец появился в Брянском обкоме партии (а все серьезные дела решались только этим органом), там таких ходатаев, как  он, было полным - полно. Лес был нужен всем - полстраны разрушено!
      Но когда услышали, что товарищ  Гугель не просто из города Харькова, а представитель завода им. Малышева, там «сделали стойку». Завод вообще-то до войны был паровозостроительным, но фактически, тем более  в годы войны,  выпускал исключительно танки. Это считалось большим секретом, строгой военной тайной, о которой, правда, знала вся страна, особенно - ее враги!

      Официально завод значился  и был известен, как паровозостроительный. И так случилось, что незадолго до приезда отца в Брянск в центральной печати прошла серия публикаций о том, что на заводе им. Малышева начинается серийный выпуск первых отечественных тепловозов. Это означало, что происходит новый, качественный скачок в развитии транспортного  машиностроения.
     А Брянску с его лесной промышленностью тепловозы были нужны, как воздух! Поэтому появление гонца с такого завода было, как нельзя кстати.  В соответствии с классическими советскими традициями - одолжение за одолжение, «мы вам - вы нам» - брянское начальство сформулировало:

   - Вы нам гарантируете  безлимитное  получение тепловозов, а мы вам организуем зеленую улицу с лесом!
     Мой папа, я уже говорил, был человеком дела. Но дела сугубо конкретного. Он прекрасно разбирался во всем, что касалось его сферы деятельности - снабжения.  Высокая техническая политика, сложность и длительность  внедрения новой техники даже на собственном заводе  его не слишком интересовали. Он был просто далек от этого. Однако краем уха  слышал, что на заводе намечается выпуск тепловозов.  А главное:  он своими глазами видел стоящий напротив одного из цехов  новый тепловоз!
      Раз тепловоз на заводе стоит, значит, зацепка есть!   И мой отец, ничтоже сумняшеся,  немедленно соглашается:

- Будут вам тепловозы!

 Главное для него — добиться поставки леса!

      Он не имел ни малейшего  представления о том, что тепловоз, который стоит на заводе - это американский, полученный по ленд-лизу, прибывший в страну морем  и отправленный на завод для изучения на предмет производства таких или подобных машин в будущем!

       Малышевские конструкторы только начинали изучать его, чтобы разработать свою техническую  документацию. Затем предстояла  длительная подготовка производства: нужно было умело всё «содрать» с иностранного образца. Так что от этого экспоната, красовавшегося на территории завода,  до тепловозов, которые завод сможет выпускать, было еще — как до неба!

       Но, повторяю, отец ничего этого не знал и такими «деталями» не интересовался. Областное брянское руководство тут же направляет его в Суземский  район и дает туда команду:
    «Обеспечить поставку леса для Харькова».
А в этом Суземском районе  свои, местные проблемы. У них нет тракторов для трелевки леса, нет грузовых машин, много всякого другого, чего нет.

     Такие задачи отцу были под силу. Суземский  район с его помощью действительно  решил многие свои проблемы. В итоге отец прослыл не только в этом районе, но и в Брянске,  человеком слова.

      Этим делом он занимался почти целый год. Для Харькова оно  было настолько важным, что за отцом  закрепили  не только персональную  машину самого директора завода, но и персональный самолет У-2!  По тем временам для снабженца  это было немыслимо!  На этом персональном самолете он неоднократно мотался из Харькова в Брянск и обратно.

       И лес в Харьков пошел! И строительство первого харьковского  послевоенного жилого массива тоже пошло!
      А брянчане,  выполнив свои обязательства, приехали за тепловозом! (Тем более, что в печати продолжались далекие от реальной  жизни публикации по поводу выпуска харьковских тепловозов)
     Целая делегация из Брянска  ввалилась в приемную директора завода — решать вопрос о поставке тепловозов городу Брянску.
     Директором завода тогда был Сергей Нестерович  Махонин, старейший танкостроитель, генерал-майор,  человек государственного ума и масштаба. Он был одним из создателей танка  Т-34 и впоследствии стал заместителем  министра оборонной промышленности по танковому производству.
     Когда секретарь доложила ему, кто эти люди и по какому вопросу прибыли  -  получать на заводе тепловозы!  - он понял все, схватился за голову и заорал во весь свой директорский голос:

  - Л-ё-о-ва! 
И секретарю  -   «Гугеля ко мне»!
     Отца он знал прекрасно, ценил его как талантливого снабженца и просто, как к человеку,  хорошо к нему относился. Он знал, что для Гугеля, чтобы решить поставленную перед ним задачу, все средства хороши!  Как говорят, «сначала решим, потом разберемся!»

     Сердобольная секретарша, которая очень тепло относилась  к отцу, тут же «стукнула» ему, что директор  разъярен:  приехали из Брянска за тепловозами!

    Отцу стало дурно.Зная крутой, бешеный нрав «красного директора», решил в тот момент не попадаться ему на глаза. И на какое-то время исчез. Благо, завод большой…

      Брянские представители были важными персонами. Поэтому по заведенному на заводе порядку к ним приставили сопровождающего.  Обычно это был помощник директора по быту. Тот проводил их в директорскую столовую. Там они выпили,  хорошо  закусили. Затем их разместили в хорошей гостинице, чтобы отдохнули.

      Отец у директора появился  уже во второй половине дня. Тот  был не один, со своими главными помощниками - конструкторами. И отец предстал перед этим  высоким синклитом. Стояла мёртвая тишина. Заводская интеллигенция с интересом  ожидала расправу  с «самим» Гугелем.
Но не тут-то было!  Батя неожиданно для всех сразу  сам  перешел в наступление:

     - Второй год на заводе стоит без толку этот тепловоз. Я и решил, что он никому не нужен. А вопрос для города и народа нужно было решать. И я его решил. А что такое для завода один тепловоз? Это же не лес рубать и обеспечивать людей жильем! И потом, что - больше тепловозов нет? Давайте отдадим его, раз уж я пообещал!
 
   Ему начали объяснить, Что это за тепловоз, для Чего он нужен.  Но отец стоял на своем:

   - За два года, что он здесь стоит, можно было уже сто тепловозов сделать. Что это за работа! Бумаги нельзя оформить скорее?

   От этой его наивной, большевистской убежденности, что все можно сделать, надо только работать (а работа, как всегда, действительно была затянута, и отец, не зная этого, попал в точку!), от такого дилетантского напора   высокие, технически  грамотные руководители  только руками развели. А отец продолжал гнуть свою линию:

   - Я вопрос решил. Лесом город обеспечил. Надо работать!
     Махонин, безнадежно разведя руками, заключил:

   - Лёва, я тебя прошу об одном: не обещай никому танков! Сядем вместе!...

    Отец промолчал. Как настоящий снабженец, такого он даже директору пообещать  не мог…

       На этом пар выпустили и стали думать, как выходить из положения - не обидеть Брянск. На следующий день приняли хорошо отдохнувшую  делегацию. Объяснили, что в связи с обострением международной обстановки (Фултонская речь Черчиля, железный занавес, начало холодной войны и т.д. и т.п.) по решению вышестоящих органов страны резко увеличился план по выпуску основной продукции   (разумеется, танков!) и работу по организации производства тепловозов пришлось приостановить. В этом нет ни вины завода, ни Льва Евсеевича  Гугеля. Получалось, что виноват международный империализм!
     А свои обязательства перед Брянском завод выполнит в первую очередь…
      Против таких доводов гости возражать не могли. Тем более, что им пообещали   помочь мотовозами, маневровыми паровозами ( и действительно,по этим и по ряду других вопросов  им  помогли).  Расстались  в общем по- доброму. Отец еще долгие годы успешно сотрудничал с Брянском. Лес  шел уже  не только для  города, но и для нужд завода!
     А операция «тепловоз» на этом благополучно закончилась. В городе Харькове очень скоро вырос новый огромный жилой массив. Он получил название  «Поселок  имени Герцена». И все знали, что во многом этот поселок построен благодаря Гугелю. Спустя много лет, к 70- летию отца, его наградили орденом «Знак Почета». Но особенно  ему была приятна всё-таки грамота от городских властей за строительство поселка  имени Герцена!


Рецензии
Просто замечательно! Огромное удовольствие получил от рассказа и, конечно, вспомнилось своё производственное прошлое. Я не Гугель к сожалению, но тоже проворачивал дела и что ещё роднит - тоже получил "Знак почёта"! Правда скоро шестилетний сын его потерял. Нацепил на майку и побежал во двор удивлять приятелей. Пришёл без ордена. Сохранился только документ. И вот однажды, уже проживая в Воронеже случилось так, что мама потеряла самую дорогую свою медаль "За оборону Сталинграда". Даже орден "Красной Звезды", полученный за раненного командира роты, которого отстреливаясь, вытащила на брюхе, не был так дорог, как эта медаль. Во её-то она и потеряла. Я написал в министерство обороны, но они дубликатов не выдают и отказали. Вот тогда я пошёл на воронежский птичий рынок, где можно было купить даже танк. Нашёл и медаль и орден, но если медаль стоила две тыс. руб, то за орден просили до десяти. Медаль купил, а без ордена живу не тужу. Мать обманул, сказав, что прислали из Москвы. Видели бы вы, как она плясала от радости! Сейчас эта медаль вместе с другими наградами и гвардейским знаком висит у меня дома на стене, пришпиленная на георгиевскую ленту.
У вас, Владимир Львович, был потрясающий папа во всех отношениях! Рад бесконечно каждой встрече с Вами! Таким отцом приятно гордится! А история замечательная - написана просто, увлекательно. Перед глазами проходит тяжелейшая эпоха послевоенного времени, о которой надо писать и говорить, что вы изумительно делаете! Здоровья вам, дорогой Владимир!

Вадим Гарин   01.11.2018 19:56     Заявить о нарушении
Дорогой Вадим! Извините за задержку с ответом. Главное, что меня радует: мы с Вами на одной волне. Не передать, как это важно в наше трудное время…
…Да, я очень любил своего отца, хотя между нами никаких объяснений в любви не было. Всё объяснялось реальными поступками или, как понимал мой папа, делами. Для него они были критерием истины, в том числе, и истинных отношений. Если что-то было неясно и требовало до-выяснений, говорил: «Давай поговорим «ты-на-ты». Это был его вариант где-то услышанного «tet-a-tet». «Заграничных» языков он, естественно, не знал, но стихийно перевёл правильно )
В этом году мы снова отдыхали в своём «имении»- Новых Санжарах. на Полтавщине. Там в музее санатория Нацгвардии Украины (бывший санаторий ВВС СССР, затем Минобороны СССР) обнаружили на информационной стенде, посвящённом истории санатория, рассказ о моём отце и, в целом, о нашей семье. Отца там помнят, хотя в живых из его многочисленных друзей, в том числе, деловых людей осталось очень мало.
Нашим гостям, приезжающим на выходные, вслух читали «Страсти по красному петуху». Кто знал отца и кто не знал – от души хохотали.
С интересом читал Ваши воспоминания и о Вашей маме и вообще о том, нашем общем времени, таком неоднозначном, таком трудном…
Спасибо. Вадим, за отклик!
Будьте здоровы и благополучны!

Владимир Гугель   11.11.2018 14:55   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.