Загадочная парочка

Возвращаясь с симпозиума по вопросам генетики, я застряла в дорожной пробке. Машины ехали  медленно, утомляя и без того  уставший мозг. Когда ночь окутала всё непроглядной тьмой, наконец-то  можно было вырваться на свободное шоссе, но усталость за  прошедший день  навалилась всей тяжестью; заломило в спине и по пальцам побежали  мурашки, и самое страшное —  стало  клонить в сон. 
Пришлось погромче включить музыку; сквозь шум в ушах слышался бодрящий голос Лепса, но все мысли были уже заняты поиском придорожного отеля.

***

...Когда увидела здание с вывеской  "Надежда", я уже не раздумывала.
Отель  являл из себя сооружение, которое перестроили из старинного замка и сочетал в себе нагромождения средневековых башен и современных построек.

Так как таких бедолаг, как я,  набралось немало, мне достался один из самых дешёвых и наименее роскошных апартаментов. Он находился в самом удалённом уголке здания. Его старинное убранство, сохранившееся не полностью, дополнялось современной мебелью, плазменным телевизором и мини-баром.

Над изголовьем новой двухспальной кровати красовалась репродукция с обворожительной блондинкой, оседлавшей спортивный байк. Она сразу бросалась в глаза, отвлекая внимание от антикварных картин, висевших на стенах, обтянутых гобеленами.

Засмотревшись на блестящий мотоцикл — мечту многих, сразу  отметила про себя, что сидевшая на нем красавица напрочь отогнала мою сонливость. Присев в хорошо реставрированное или сделанное под старину кресло,  пыталась понять, что же поразило меня в её лице. Вдруг она ожила и, мило улыбнувшись, жестом поманила  к себе.  Трезвон ключей, выпавших из моих рук, вернул меня в действительность.
"Чего только не привидится от усталости," —  подумала я и, отгоняя навязчивые мысли, поспешила в душ...

Удобно расположившись на прохладной простыни и слушая последние новости, вещаемые из плоской пластиковой коробки, я, неожиданно для себя, переключила внимание на многочисленные картины в рамах с потрескавшейся позолотой.
За стенами замка уже господствовала глубокая ночь, а я всё рассматривала неизвестных мне людей, запечатлённых художниками прошлого.

Особенно  понравился молодой вельможа. Его фигура, облачённая в рыцарские доспехи, была по пояс задрапирована золотисто-бордовой мантией. Небрежно наброшенная на плечи, она завораживала своей воздушностью и направляла мой взгляд  на холёное юное лицо воина. Он был похож на прожигателя жизни, живущего в своё удовольствие. Его глаза, подёрнутые мерцающей поволокой, и загадочная улыбка обольстителя, вызывали колдовское очарование...

"Угораздило же оказаться среди живописных портретов, не дающих уснуть, —  промелькнуло в моём сознании, —  а ведь завтра доклад у руководства".
Пришлось срочно выпить таблетку снотворного, чтобы всё-таки погрузиться в объятья Морфея.

Меня разбудил звонок горничной.  Остановившись в дверях, женщина испуганно посмотрев на репродукцию с блондинкой, дрожащим голосом пролепетала: 
 — Они ещё здесь.
И  больше ничего не сказав, она стремительно поспешила прочь.
Ничего не поняв, я вскочила, как  ужаленная и, поняла, что безнадёжно опоздала на работу. Пришлось быстро одеться и поспешить в ресторан.

Уже "дыша" непередаваемым ароматом бодрящего кофе, я случайно оторвала взгляд от моей изящной фарфоровой чашечки и.. выронив круассан, застыла с открытым ртом: мимо моего столика грациозной походкой проплывала.. красотка с репродукции!
Даже обтягивающие чёрные кожаные джинсы, подчёркивающие её идеальные формы, и красная туника были те же. Но это было ещё не всё: следом за ней шёл юный вельможа с антикварной картины — в той же мантии и с тем же выражением лица, так поразившим меня  несколько часов назад.
Звонкий голосок байкерши, обратившейся к официантке, подобострастно склонившейся перед молодой парой, вывел меня из оцепенения.

Не помню, как я вновь оказалась в "своём" номере, где уже хозяйничала уборщица, вытирая несуществующую пыль.
Увидев, как я в недоумении рассматриваю — репродукцию без блондинки и байка, а потом — и картину без молодого рыцаря, она, видимо, боясь моих расспросов,  направилась в душевую, на ходу скроговоркой крикнув:
— Пока они не вернулись, поспешите прочь!

Удивительно, но я послушалась её, так как впервые столкнулась с "живыми" картинами и испугалась, и  неприятное чувство не покидало меня до тех пор, пока  не вышла из отеля,  и только захлопнув дверцу автомобиля, и включив зажигание, я почувствовала облегчение.

Вдруг рядом остановился тот самый байк с репродукции на котором сидели блондинка и молодой вельможа.  Неожиданно они  рванули с места  прочь, будто маня  последовать их примеру. Завороженно смотря им вслед, мне захотелось тоже помчаться по автобану...

Час пик миновал и мне подумалось, что теперь ничего не помешает  добраться до своего офиса. Вдруг сквозь лившуюся из динамиков "Токкату ре-минор" Баха, прорвалось экстренное сообщение об образовавшейся из-за  дорожно-транспортного происшествия, автомобильной пробке, поджидавшей меня на пути следования.
"Надо бы позвонить шефу, — молнией  пронеслось в  голове, — затор в семь километров задержит надолго, а потом ещё пойдёт поток машин тех, кто будет возвращаться с утренней смены..."

На первой же автозаправке, показавшейся на обочине дороги, моя машина свернула в её приветливо распахнутые "объятья".
Кафе, приютившееся неподалёку от бензоколонок, манило запахами свежей выпечки  и вскоре я сидела в уютном помещении, и наслаждалась вкуснейшим бисквитом, и ароматным "Capuchino". Перед этим я, конечно, позвонила на работу и обговорила мою проблему, а потом "набрала" соседку чтобы, та покормила мою кошку и, так как больше беспокоиться обо мне было некому, решила спокойно обдумать всё случившееся за последние сутки.

Мои размышления прервал громкий разговор за соседним столиком. Только что прибывшие, трое молодых парней, в ожидании заказа, эмоционально обсуждали случившуюся на дороге аварию, происшедшую на их глазах часом ранее. Говорили они про байк и машину, не вписавшихся в поворот и упавших в реку, и я услышала примерно следующее:
— И ведь не боятся же  на байке рассекать на такой скорости!
— Да, лихачи! И ведь живы остались! Чудеса!
— Девушка очень красивая, а парень — вылитый барон — и одежда у него необычная!
— Может, артисты со съёмок? Говорят, что где-то поблизости фильм снимают…
— Может, и артисты, но ходят слухи, что раз в год здесь случается такая авария и обязательно, как в этот раз, вслед за мотоциклом с обрыва падает одна машина.
— И я слышал, что те, что на мотоцикле, всегда остаются живы, а те, кто в машине, погибают…
— А в этот раз  молодая женщина, что была в машине, выживет?
— Этого пока никто не знает...

В груди ёкнуло и учащённо забилось сердце. Уставившись на цветочный натюрморт с шикарными алыми розами, висевший  передо мной на белоснежной стене заведения, я вспомнила байк, остановившийся рядом со мной на автостоянке у отеля.   То, что за соседним столиком говорили про моих "знакомых,"  у меня уже не вызывало сомнений.

Несмотря на предостережения горничной, что-то толкнуло меня, вернуться в отель и расспросить всё про загадочную парочку. Самое неожиданное поджидало в регистратуре. Пожилой портье, не спрашивая ни о чём, выдал мне ключ от того самого номера. Сгоряча я не придала этому значения, но когда оказалась у заветной двери, меня пронзило током — ведь портье не потребовал ни паспорт, ни оплату, и даже не назвал номер апартамента, хотя видел меня впервые. Но отступать было поздно...

Дрожа от страха, я медленно прошла к старинному креслу и, как и в первый раз, моё внимание привлекла репродукция с блондинкой. Да и красавчик—вельможа, окутанный золотисто-бордовой мантией, всё таким же пронзительным взором всматривался в пространство настоящего из своего далёкого прошлого…

Подсознательно я чувствовала опасность и уже жалела, что вернулась в этот загадочный отель. И будто подтверждая мои опасения, комнату озарила яркая вспышка, длившаяся мгновение, но этого было достаточно, чтобы красавица-блондинка и юный вельможа ожили, и, покинув свои картины, двинулись в мою сторону. От такого поворота событий у меня всё внутри похолодело.

— Кто вы? Что вам нужно? — хотелось мне закричать, но чем ближе подходили неизвестные, тем всё меньше мне хотелось их видеть, и тем более  с ними общаться, а когда рядом с ними оказался ещё и пожилой портье, который что-то говорил байкерам, указывая на меня, я поняла, что совершила непоправимую ошибку, явившись сюда.

Реплика юного вельможи: "У неё есть крестик!» — вернула меня в действительность и позволила двигаться. Инстинктивно схватившись за крестик, висевший на цепочке, у меня на груди,  я увидела, как стремительно приближавшийся ко мне старик-портье вдруг замер, будто натолкнувшись на невидимую стену. Его бледное морщинистое лицо с мелкими  чертами не вызывало ни страха, ни отвращения.  Выбившийся из-под фирменного картуза, клок седых волос, полностью закрывая лоб, нависал над косматыми бровями, из-под которых смотрели чёрные бездонные глаза, искрящиеся странными отблесками, что придавало его лицу жутковатое выражение неодушевлённости.

Глядя в них, я поняла, что не должна ни в коем случае разжимать пальцы, державшие крестик. Какая-то сила вдруг заставила окаменеть троицу, а меня подняла с кресла и переместила: сначала к репродукции, а потом к пустому полотну. Как мне удалось снять их со стен и бросить
в ванну, а затем поджечь, я помню смутно. Только, когда на дне ванны остался лишь пепел, я увидела, как три фигуры, стоявшие в комнате, растаяли и превратились в серые облака, которые, поднявшись к потолку, бесследно исчезли.

***

Обессиленная, я упала на кровать и провалилась в чёрную пустоту…  Боль в левой ладони  заставила открыть глаза. Надо мной склонился незнакомец.
— Разожмите пальцы, — попросил он.
Но это оказалось не так просто, и когда все-таки это у меня получилось, мужчина в белом халате, взяв из моей руки крестик, с изумлением произнёс:
— Крестик оказался вашим спасителем! Вот и не верь в чудеса! Ведь вы уснули за рулём и упали в реку…


Рецензии