Плащ с подкладкой

Реальное фото из описанного в рассказе времени 30.11.2005 05:42 двор автобусной станции "Виктория".      

         Не думаю, что кто-то захочет поступить, так как я. Однако, так уж получилось, что приехал я в чужую страну, не имея здесь ни родственников, ни знакомых и с пустыми карманами. То есть, в буквальном смысле, у меня не было даже одного английского фунта. Для большего «комфорта», в моем положении, нужно добавить, что я попал сюда  в конце ноября 2005 года.
          В Лондоне, зимой, как оказалось, не бывает очень холодно. Правда в отдельные дни температура воздуха может опускаться до нулевой отметки, даже ниже нуля и тогда, при здешнем влажном климате, можно почувствовать себя очень неуютно.
          Однажды, когда термометр показывал около нуля градусов и дул порывистый северный ветер, все обитающие здесь аборигены запрятали лица в шарфы, оставив открытыми только глаза. А, некоторые, даже нацепили спортивные, вязанные шапочки, которые оставляли открытыми только глаза и рот. Для, меня, человека, не привыкшему к этому маскараду, скажу я вам, впечатляет!!! На встречу тебе спешит толпа народа, будто весь город собрался сегодня грабить банки…
          От увиденного мне стало очень смешно, я тихо засмеялся, прикрыв рот рукой, что бы не было видно моей улыбки и глубоко вдохнул воздух носом.
          И… я сам не поверил тому что произошло. Кончик моего носа, как показалось, тут же превратился в сосульку. Эта сосулька решила отделиться от моего тела, я почувствовал сильную боль, такую сильную, что из глаз брызнули слезы. Я остановился, зажал кончик носа двумя руками и стал дуть на него теплым воздухом изо рта. Думаю, что все идущие мне на встречу, теперь смеялись надо мной. Но мне совершенно не было, до них, никакого дела, нужно спасать нос... Через минуту кончик носа отогрелся, я осторожно убрал ладони и понюхал воздух. Как оказалось, нос по-прежнему мог дышать, но делать повторную попытку сильно вдохнуть воздух, мне как-то не захотелось.
          Единственным, более менее, теплым общественным местом, которое я отыскал, оказалась автобусная станция «Виктория». Здесь можно сидеть на стульях и подремать, потому что спать человеку необходимо. Кстати, таких как я, бездомных, обитающих на этой станции, иногда собиралось до десяти человек. В основном, это люди отчаявшиеся устроиться в Лондоне и ожидающие деньги от родственников, что бы вернуться на родину. Пожалуй, я один, не мог рассчитывать на помощь и постоянно искал работу.

          В тот вечер, было примерно плюс пять градусов. Я дремал на стуле, в здании автобусной станции "Виктория". Примерно в девять часов вечера, появился этот странный приезжий. Молодой, темнокожий парень, лет двадцати, может чуть больше. Появился и, как я думаю, обратил на себя внимание абсолютно всех, кто здесь находился. При себе он имел небольшой чемоданчик, типа «дипломат», а, из одежды, только кроссовки, светлые брюки и белую майку, с короткими рукавами и рисунком - рекламой, какой-то компании. Из какой страны, мог приехать, на автобусе, этот гражданин, я не смог себе представить.  В декабре месяце, и во всей Европе, как мне кажется, жары не наблюдалось. Однако, не обращая внимания, на удивленные взгляды, парень направился к телефону автомату и начал куда-то звонить.
         Мне, наконец, удалось провалиться в сон и как помниться ничего не снилось. Разбудили меня около двенадцати ночи, когда здание станции закрывают и всех посетителей выгоняли на улицу. Из здания вышли все, только темнокожий парень в своей очень летней одежде, никак не хотел выходить. Он спорил, просил, но все оказалось бесполезным. В конце концов, он оказался на улице. Дело в том, что в здании установлено множество камер наблюдения и, все участки просматриваются, поэтому любого постороннего, естественно очень быстро заметят. Обслуживали станцию, как я знал,  темнокожие граждане. Они явно сочувствовали несчастному темнокожему. Но, оставить его в здании не могли. Это грозило потерей работы, никто не хотел рисковать.
          Парень оказался на улице и остался стоять около закрытых дверей.
          Минут через пять, как мне показалось, его темная кожа начала приобретать синеватый оттенок… Без всякого сомнения, через шесть часов, когда здание станции откроют, парня придется вносить в здание, потому, что он превратиться в ледяную скульптуру. И что же делать? Я вспомнил, что на мне надет плащ, который вполне можно назвать всесезонным. Для холодной погоды имелась подкладка, которая пристегивается.
          - Ну что ж, - подумал я, - придется помочь парню.
          Сняв плащ, я отстегнул подкладку и надел ее не себя, а плащ отдал темнокожему.
          Подкладка не имела рукавов, но на мне был надет пиджак, то есть рукава были. Под пиджаком, только рубашка, поэтому, не застегивающуюся на груди подкладку пришлось прижимать руками. Темнокожему, в плаще, тоже не было очень весело, но через шесть часов он все же не превратился в сосульку.
          Мы, компания из четырех, таких же бедолаг, как я, в основном, болтали. Иногда  пытались согреться, приседая и отжимаясь. Один, очень находчивый, нашел где-то одеяло и, завернувшись, пытался спать, на асфальте. Сказал, что не холодно, если постелить под одеяло картон. Но, неизвестно откуда взятое одеяло, возможно с блохами, мне лично не нравилось.
         Темнокожий парень, к нам не присоединился, а по-прежнему стоял около тех дверей, от куда его выгнали. Я, естественно, не все время смотрел в его сторону. Вдруг парень пропал.
         - Ну все, я попался, - подумалось мне, - остался я в идиотском положении, в своей не совсем цивильной одежде. Даже работу пойти искать не смогу.
          Однако, я зря расстраивался. Парень, скорее всего, сходил в туалет и вернулся, минут через пять.

          Когда станцию открыли и я сам уже, отогрелся, то попросил вернуть мой плащ. Еще через пол часа парень исчез, по всей видимости, за ним кто-то приехал.
          Денем, я был занят поисками средств к существованию и совсем забыл о темнокожем парне. Вечером, вернувшись на автобусную станцию и только-только устроившись подремать, мне о парне напомнил другой темнокожий. Один из местных уборщиков, как мне показалось именно тот, который буквально силой вытолкнул ночью раздетого парня, на улицу.  Осторожно прикоснулся к моему плечу, уборщик попросил идти с ним.
          - Надо же, - подумал я, - вчера своих на улицу выталкивал, я теперь и мне поспать не дает.
          Я пытался сопротивляться, сказал, что никуда идти не хочу. Но уборщик был настойчив, сказал, что меня просит придти его босс. Догадавшись, что он не отстанет, пришлось встать и плестись за ним.
          Около местного платного туалета, оказалась дверь в небольшое служебное помещение. Здесь уже сидели пять уборщиков и, очевидно, их начальник, тоже темнокожий, улыбающийся гражданин лет под пятьдесят.
          Начальник начал что-то говорить, но очень быстро, так что, с моим, не очень хорошим английским, я почти ничего не понял. Единственно, было очевидно, что я, оказывается, хороший человек. Начальник и его подчиненный, как я понял, решили не то, что бы отблагодарить меня, а просто помочь. Потому, что мне приходиться ночевать здесь на станции то, наверное, у меня проблемы с продуктами питания…
          В заключение босс достал из-под стола большой целлофановый пакет и протянул его мне, предлагая посмотреть внутрь… Пакет, оказался наполнен упакованными бутербродами и было их там, не менее десяти.
          Поблагодарив, и забрав пакет, я пошел искать друзей по несчастью, которые, так же как и я ночевали здесь, на станции. Всем им, так же как и мне требовалось питание, а десяток упаковок с бутербродами, это явно слишком много, для одного, даже очень голодного человека.
          На следующий, или через день я нашел, наконец, работу. Паршивую, неквалифицированную, но за которую платили. Теперь предстояло накопить достаточно денег, чтобы бы заплатить за ночевку хотя бы на кровати, в общей комнате…

          Мне пришлось обитать на  станции «Виктория» еще недели две. В конце-концов, ко мне подошел начальник станции. Долго извинялся, а потом попросил, как можно скорее уйти в другое место. Сказал, что из-за меня здесь постоянно обитает человек пять - шесть, с которыми он никогда не справятся, не сможет выгнать, опять же из-за меня. А меня он выгнать не может, потому, что тогда, его работники, обещали объявить забастовку…
         Дело в том, что мне больше не пришлось ходить за бутербродами в служебное помещение. Каждый вечер, когда я появлялся на станции, один из уборщиком, тут же приносил мне мешок с бутербродами. А я, так как не мог все это съесть сам, раздавал их всем нуждающимся. То есть подкармливал бездомный братию.
         В первый же день, я понял, откуда берутся бутерброды. Все они имели дату реализации до сегодняшнего дня. То есть в этот день был последним днем. На станции было четыре или пять кафе. Уборщики договорились со всеми кафе и собирали то, что те собирались выбросить.
          Пришлось срочно искать жилье. На следующий день я заплатил за аренду койки в комнате, для троих. Это, я уже смог себе позволить.

          Года через два, я опять оказался вечером, на автобусной станции «Виктория», потому, что встречал знакомого. Удивительно, но темнокожие работники меня не забыли. Во всяком случае, трое человек мне приветливо улыбнулись и даже поклонились. А я, честно признаться, даже не помнил их лиц. Но лицо их босса я запомнил. Он появился через минут пять, как я устроился на стуле. Спросил, как мои дела и не нужна ли мне помощь. А потом, похвастался. Сказал, что запаслись они одеждой и теперь могут помочь плохо одетому человеку. Но за последние два года, таким оказался лишь один белый мужчина…


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.