Там, где детство. Часть 1. Женька. Глава 7

                Подружки


Спальный корпус школы-интерната занимал строение, которое в прошлом принадлежало монастырю. Монастырь был длинный, но одноэтажный, поэтому с годами его перестроили на двухэтажный госпиталь – просто надстроили еще один этаж.   Небольшие кельи совместили, и они превратились в палаты. В шестидесятых годах  надстроили еще и третий этаж, после чего здесь стал размещаться  спальный корпус школы-интерната. Палаты превратились в комнаты, где проживало по пятеро ( а то и шестеро) воспитанников и воспитанниц. Через дорогу  соорудили новое двухэтажное здание, в котором собственно и находилась сама школа. Это была десятилетка, в которой еле вмещались все классы. Для большего удобства немного погодя, в  конце семидесятых, было сооружено еще одно одноэтажное здание, примыкавшее к основной школе – там  проходили уроки начальной школы.

Первый этаж и подвальные помещения спального корпуса периодически напоминали о своем изначальном предназначении. С гулких потолков подвала сыпались жирные мокрицы, а стены густо затянуло мхом. Первый этаж тоже  напоминал склеп. Несмотря на то, что стены были тщательно заштукатурены и  покрашены, все же штукатурка  иногда ( со временем все чаще) отваливалась, и на обитателей когда-то   братских келий ( по легенде монастырь был мужским), а теперь девчачьих комнат смотрели выразительные бородатые лики святых. В комнатах было постоянно сыро, как в погребе, несмотря на сезон: зима ли была на улице или лето.

Когда Женька попала в интернат, то ее вместе с еще тремя девчонками сначала поселили в десятую комнату. Там она не смогла найти общий язык с  сокомнатницами, поэтому  была переведена в пятнадцатую. Тогда еще Марины в комнате не было (девочка появилась два года назад), и Женьке с ее лидерским характером не составило труда завести свои порядки. Ее даже единогласно  выбрали старостой комнаты. И не пожалели, потому что со своими обязанностями она вполне справлялась. Женька сразу стала известна на весь интернат как забияка, проказница и выдумщица. Все знали, что она красиво поет, умеет танцевать и врет на каждом шагу. Хотя, сама сказочница  свои  рассказы враньем не считала. Если бы за ней не закрепилось прозвище Цыганка, то скорее всего ее стали бы звать Шахерезада. Не любила жить серо, скучно и пресно, поэтому развлекалась, как могла, а фантазии хватало на многое.

Будучи еще пятиклассницей, Женька вечерком игралась с девчонками мячиком в комнате. Вдруг мяч сильно ударился о стену, и на месте  удара мяча образовалось небольшое серое пятно, с которого на девочек смотрели  большие нарисованные глаза. Зрелище, нужно сказать, страшноватое, особенно к вечеру. Девочки испугались, а Женька позвала Ваську. Мальчишка не растерялся и дорисовал  образу усы и рога. Стало не страшно, а смешно.  Недельку все любовались  на испоганенный лик, а потом кастелянша заштукатурила  и покрасила  злосчастный  кусок стены. Так девочки узнали о происхождении интернатовского  строения.   А когда  Женька вечером  испугалась летучей мыши,  с перепугу наплела, что в интернате есть привидения. Соврала. Но все поверили и теперь по вечерам боялись даже в туалет по одному ходить. Прошло время, и все призабылось, но  изобретательная  Женька выдумала другое. Посмотрев  фильм «Остров сокровищ», она выдвинула  теорию, что в  интернате должен где-то  быть зарыт клад, потому что в давние времена монастыри  имели клады – значит и здесь есть, никуда деться не мог!  Началось как игра – закончилось печально. Искали клад все или почти все. Бегали по подвальному помещению, выстукивали  стены, а потом  начали  откровенно ковыряться и разрушать. Руководству это не понравилось и быстро эпидемию «кладоискания»  переместили на улицу. Теперь рыли в саду и округе, как заправские кроты. А Женька  своровала в кладовке  большую простыню и вечером, в полутьме, как привидение, бегала по саду. Пошли слухи, разговоры и  ахи-страхи дошли до  директрисы. Когда  Ангелина Анатольевна вместе с воспитателями  открыли охоту на привидение, Женька  прекратила так забавляться. Вообще притихла.  Записалась в школьный хор  и в танцевальный кружок, где и пропадала все свое свободное время. А Васька с Воцой ( лучшим другом) продолжили поиски клада. Они нашли какое-то  старое заколоченное строение недалеко от  интерната, где обнаружили небольшую комнатку с костями. Там же мальчишки отыскали несколько  странных монет и перстень с фиолетовым камнем. Сначала хотели  продать, но потом спрятали. Монеты все же предложили местному  нумизмату. Тот  расщедрился аж на десятку. Большую часть денег спустили в тире, а  еще  Васька купил Женьке клипсы, о которых девчонка мечтала очень давно, и две удочки - себе и Воце. Ценность удочек Женька понять не могла.

Когда одна клипса из подаренных сломалась, Женька  ревела в три ручья. Да что там ручьи, это был плач народов. Успокоилась после того, как  Васька пообещал купить другие.

- Вот нароем с Воцой еще монет, продадим  коллекционеру, он на них шизонулся, и куплю еще лучше. Только не реви, - просил Васька.

- А я не хочу клипсы. Хочу сережки! – заявила  егоза.

- Для сережек нужно уши проколоть… - намекнул парень.- Это больно!

- Ага. Мне Аза проколет, а она это умеет делать не больно, - была более чем уверена Женька. И правда, как только табор пришел в городок, Женька уже была не только с проколотыми ушами, но и с  серьгами.

- Во, смотри, сам  Миро подарил. Цыганские! – хвасталась Женька, выставляя напоказ большие звенящие серьги, заметно оттягивающие мочки ушей.

Такие серьги носить Женьке в интернате воспитатели запретили. Девочка могла надевать их лишь как дополнение к танцевальному наряду и  наедине сама с собой, чтобы полюбоваться перед зеркалом. А для ежедневного ношения она использовала  маленькие, самостоятельно переделанные со сломанных клипс. За ее пышными волосами их почти не было заметно. Немного позже Васька подарил ей еще одни маленькие сережки, но подаренные Женька не носила, боялась потерять, потому что они ей очень нравились, больше, чем когда-то клипсы.

***
После большой перемены, как только отзвенел звонок и в коридорах  растаял детский гул, в 8-Б класс вошел географ Антон Павлович – гордый красавец и беда женских сердец всего городка. Он очень любил шутить, но его шутки больше походили на издевки. Он и  двойки ставил шутя.  Смуглое лицо  и густые усы географа уже не одну  женщину свели с ума, но  Антон Павлович был уже пять лет как вдовцом и воспитывал двоих сыновей сам.

Войдя в класс, Антон Павлович поздоровался, разложил свои учебники, выслушал отчет  дежурного по классу Мишки  Скворцова, раскрыл журнал и отметил в нем отсутствующих.

-  Ага, чуть не забыл, в нашем классе новенькая, - вспомнил Мишка.

- Новенькая? – внимательно окинув класс и, отыскав взглядом  новую девочку, сидящую  рядом с Женькой за партой,  географ прищурился. Женька, изучившая все привычки  Антона Павловича, быстренько толкнула Оксану под бок и шепнула:

- Встань и назовись. Видишь, познакомиться хочет.

- Оксана… Лятошинская, - послушно поднялась  девочка и представилась.

- А что у вас, барышня, по географии было? – откровенно спросил географ. – Какой бал?

- Пятерка в  прошлом году, - несмело ответила девочка.

- Это хорошо, значит, географию уважаешь и учишь. Может, и Романову подтянешь, а? – перевел свой острый взгляд  учитель на  соседку новенькой. – Только боюсь, как бы она  не испортила нового хорошего ученика…

- А чего это я испорчу? – чтобы Женька да и смолчала.

- Того, Романова. Ваша соседка может сесть, а ты порадуй меня, расскажи параграф, который я задал на домашнее изучение. У тебя же ни одной оценки пока нет.

- А чего я? Так у многих нет оценок, четверть только началась, - не сдавалась Женька. Да, географию она не  выучила, но двойку получать не хотела, поэтому искала способ выкрутиться. Можно было попроситься выйти и до конца урока не появиться. Прикол в том, что географ мог и на перемене заставить рассказывать параграф, он такой.

- А вот я решил  вас, Евгения Константиновна, спросить. Учитель, имею право, или вы так не считаете? – вел дискуссию географ, буравя своим  едким взглядом зарвавшуюся ученицу. Другая бы под таким пристальным взглядом  побледнела или  зарделась, как свекла. Женька хладнокровно  прикидывала в уме, что бы учудить, чтобы выбраться  с урока географии без двойки. В обморок она уже падала, в носу ковырялась до кровотечения… О, придумала!

- Я бы выучила, Антон Павлович, но  открыла учебник, а там какая-то зараза страницы выдрала, прикиньте? Это же уму непостижимо! Книга испорчена. Что делать?

- Я предполагал, что у вас появятся проблемы, Романова. Вот, возьмите мой учебник  и до конца урока, будьте так любезны, прочтите второй параграф. Там всего три листика. Думаю, успеете, - учитель  подошел к парте, за которой сидела Женька, и положил перед ней  свою книгу.  А там все страницы были на месте. Хотя, если бы учитель решил проверить Женькин учебник, он бы тоже обнаружил там  все страницы.  Пришлось Женьке читать, пока географ мучил других   восьмиклассников. Прочла за  пятнадцать минут, а потом ждала, когда же  требовательный  учитель спросит ее. Но Антон Павлович не спросил. Удивленная и возмущенная таким  невниманием к ее персоне, Женька не удержалась и под конец урока выкрикнула:

- А меня не спросили…

Учитель смерил взглядом юную красотку и ответил:

- Я спрошу тебя тогда, когда ты не будешь этого ждать. Материал пригодится, на следующем уроке по теме самостоятельная, - закрыл журнал и начал задавать домашнее задание.

- Братва, у  «А» класса была контрабанда по математике, - принес «хорошую» новость на перемене Леня Огуречников ( в классе просто Огурец). Все засуетились, обступили Огурца, расспрашивая, что да как.

- Блин, я в этой математике ни бум-бум, - призналась Женька. – А ты шаришь? – спросила у Оксаны.

- Я была отличницей. Помогу! – пообещала девочка. Пришлось Оксане делать два варианта контрольной. Задания  были на повторение материала, изучаемого в седьмом классе, поэтому Оксана быстро справилась с двумя вариантами и незаметно подсунула соседке по парте решение ее варианта. Женька благодарно улыбнулась и переписала  четыре задания из пяти.

- А последнее  почему не написала, ведь время еще оставалось? – недоуменно спросила Оксана.

- Не поверят, что я  такая умная. Списывать тоже нужно уметь, - заявила гордо. – Ты не думай, я в долгу не останусь, если чего – я твоя должница. Хорошее помню,- заверила Женька.

- А не  хотелось бы научиться? Я могу объяснить, - предложила Оксана.

- Ну и на кой мне эта математика в жизни? Я торговкой или бухгалтером быть не собираюсь. Я хочу быть актрисой. Там математика не нужна! – сформулировала свою позицию на жизнь и ушла.

На следующий день  раздали тетради.  Женька узнала, что получила по контрольной трояк с минусом. Оксана  расстроилась больше. Она отыскала свои записи в черновике, где решала  Женькин вариант, и сравнила с  написанным в тетради  подруги – небо и земля.

- Ты неправильно списала, - расстроилась девочка.

- Да вижу я. Цифры малек перепутала. Ничего страшного, аж не два, - успокоила Женька Оксану. – Мне главное не два, а то в кино не пустят.

- А могла быть и четыре…- сложно было понять  отличнице Женькино равнодушие к оценкам. 

После ужина Васька нашел Женьку в изоляторе печальную.  Васька знал, что когда ей ставало плохо, девочка убегала  ото всех  в какое-нибудь  уединенное место. На этот раз в  пустом изоляторе на кровати, подобрав под себя ноги, она была похожа на загнанного в угол зверька. Девочка смотрела куда-то в стену, но  присутствие  парня почувствовала, повернулась и  сказала:

- Ты говорил, что убежим. Когда?

- Хоть завтра, - прорезал воздух ответ мальчишки.

- Правда? – не веря своим ушам, переспросила Женька. Васька только утвердительно качнул головой.

- А подготовиться?

- Все уже готово. Я знал, что ты захочешь убежать…

- И бутылки сдал?

- Сдал. Червонец дали.

- Как червонец? Мы же насчитали  одиннадцать? – оживилась проказница.

- Три бутылки битыми оказались. Я не спорил, - объяснил Васька.

- И что, завтра  уже можно будет  убежать? – с надеждой спросила Женька.

-Уже сегодня. После пересменки. Последним автобусом, - знал бы  паренек, как обнадежил девочку. – Но ты же понимаешь, что когда вернемся, нам по шее дадут?

- Мог и не говорить. Я понимаю.

Настроение  баловницы сразу изменилось в лучшую сторону. Она мчалась в свою комнату, предвкушая  часы, а если повезет, то и дни свободы. В коридоре, где копошилась малышня, Женька наткнулась на Оксану.

- О, пошли со мной, - и, схватив удивленную девочку за руку, привела в  комнату, быстро вынула  половину альбомного листка, на котором была нарисована русалка, и протянула  его Оксане, - Держи! Обещанное.

- Спасибо! – благодарила девочка.

- За что? Вот чудная! Только вот что… не показывай рисунок Ваське, ага?

- Хорошо, не покажу, - Оксана прислонила к груди рисунок, как реликвию, после чего спрятала его в  свою тетрадку. Ближе к вечеру ушла в сад и, уединившись на скамеечке, принялась рассматривать подаренный Женькой рисунок. Оксана понимала, что Женька взяла над ней шефство  и помогала адаптироваться в сложной интернатовской жизни с того  момента, как увидела ужас в глазах новенькой от созерцания традиционных будничных картин из жизни сирот и полусирот.  Оксана не знала, чем заслужила такое доверие первой красотки интерната, но ей и самой очень хотелось подружиться с этой девочкой, войти в ее интересный необычный мир.

С тем, что ее разлучили с братиком, Оксана  почти  смирилась, хотя и чувствовала  постоянно какую-то  пустоту в сердце, которую раньше заполняло тепло любви к меньшему братику, а теперь там была злоба, ненависть. К кому? Да хотя бы к судьбе, которая  забросила ее в это печальное место.

- За что? Что плохого я сделала в своей жизни? Господи, за что? – так рассуждая о своем бытии, девочка не заметила, как откуда-то  появился Васька. Оксана засмущалась и покраснела от неожиданности, но успела прижать  к себе рисунок, чтобы мальчишка не увидел.

- Чего сидишь в гордом одиночестве, новенькая? – глаза парня  прикипели к  альбомному листику в руках девочки. Он бесцеремонно  отклонил край  листика, убедился, что  это именно тот рисунок, который  вчера сам же рисовал, спросил,  - Нравится?

- Очень. Это я взяла у Женьки перерисовать, - начала оправдываться или, скорее всего, выгораживать Женьку Оксана, но Васька не хотел слышать оправданий, поэтому перебил:

-   Да ладно. Хочешь, и тебе тоже нарисую такой же?

-  А можно? – не веря в такую удачу, спросила  осмелевшая девочка.

- А почему бы и нет? Ты Женьки  нигде не видела? – откровенно говоря, Васька был удивлен тому, что Женька сама проявила инициативу относительно дружбы с новенькой. До сих пор  она ни с кем из девочек особенно не сближалась. И парень решил присмотреться пристальней к вроде бы обыкновенной девчонке.

- Перед обедом видела, а потом – куда-то делась, - ответила Оксана.

- Если увидишь ее случайно, то передай, что я ее искал, - юноша ушел, осматриваясь вокруг, а Оксана, красная, как переспелый помидор, сидела еще несколько минут и не могла  пошевелиться.

- Он разговаривал со мною. Обещал нарисовать, - шептала она, прижимая к себе рисунок. Так радуются дети новой игрушке, ценность которой понимают лишь они.


Продолжение http://www.proza.ru/2018/01/08/2317


Рецензии
Как приятно читать о подростках. Почему - то вспомнила свою юность. Наверно, ты, Ксения, так всё правдиво описываешь, что можно представить это. Спасибо. Галина

Галина Шандро   15.10.2019 18:06     Заявить о нарушении
Доброе утро, Галина!
А мне приятно читать благодарные отзывы)
Хорошего дня! Удачи!

Ксения Демиденко   16.10.2019 09:37   Заявить о нарушении
Спасибо. А Вам, Ксения, творческих успехов!

Галина Шандро   16.10.2019 11:43   Заявить о нарушении
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.