Сколько стоит обручальное кольцо? - трагикомедия

Все авторские права на это произведение защищены законодательством Российской федерации

Евгений  Балакин
«Сколько стоит обручальное кольцо»
Трагикомедия

Ева
Гарольд
Миссис Мида Шлиц
Первое действие
 Моложавый мужчина в форме моряка гражданского флота вносит на руках молодую женщину в наряде невесты. В руках у неё – букет цветов, бутылка шампанского и два фужера.
Ева – Полный вперёд, мой капитан!
Гарольд – Подожди, Ева! Я только закрою дверь...
Ева – Нет! Пусть слышит весь дом! Я вышла замуж!! Я вышла замуж!!!
Гарольд – Ева, зачем тебе чья-то зависть!
Ева – Пусть завидуют! Мне плевать... Что им мешает быть счастливыми? Я знаю, что! Потому что настоящих капитанов так мало и на всех их не хватает! Полундра! Впереди рифы!
Гарольд – Поздно! Я сейчас затону, юнга...
Ева – Я буду твоим спасательным кругом!
Гарольд – Красиво, но вряд ли получится!
Ева – Почему, милый?
Гарольд – Потому что, чёрт возьми, штурвал слишком тяжёлый! Провалиться мне в трюм!
Ева – Боже, как мне нравятся твои выражения, Гарольд! Ну, потерпи немного. Ты должен сам донести меня до брачного ложа... Или как там у вас говорят, до порта приписки... И разгрузить. Это моё непременное условие, которое было оговорено в брачном договоре!
Гарольд – Мелкими буквами в самом низу? А я подумал, что это была просто такая фигура речи...
Ева – Ну уж нет! Все фигуры закончились после моего второго развода. Я презираю слабых и беспомощных мужчин! Им не место среди нас – женщин! Живые трупы! Толи дело ты, Гарольд! Лево руля!
Гарольд – Спасибо, милая... А то у меня из-за тебя ограниченная видимость. Кстати, Ева, а где брачное ложе? Пардон, порт приписки…
Ева – Его пока нет.
Гарольд – Как нет? А где оно? Он... Порт. И, вообще, где вся мебель, Ева? Почему здесь только один стул? Куда всё делось?
Ева – Выкинула. Успокойся, милый, я это сделал ради тебя. И ради себя тоже. То есть, ради нас! Сейчас должны привезти всё новое. Я заказала мебель от фирмы «Парниан». Потому что я не хочу, чтобы хоть что-то напоминало мне о моей прошлой жизни. Даже такие безделушки, как янтарная пепельница и китайская ваза.
Гарольд – Как?! Ева, ты выкинула китайскую вазу династии Цинь? Ту самую, которая ещё вчера стояла здесь, на старинном комоде сумасшедшей стоимости? Этой вазе, наверное, не одна тысяча лет! Куда ты её выкинула?!
Ева -  На свалку. Да какая разница куда? Это была дешёвая подделка. Я видела, на донышке было написано, сделано в одна тысяча девятьсот каком-то там году...
Гарольд – До нашей эры...
Ева – Короче, приехала машина и всё увезла.  На свалку! Так вот, Гарольд, первое, что я сделала, купила для нас самую дорогую кровать, которая только существует в этом мире и которую можно купить за деньги. Ну, или одну из самых дорогих. Магнетик флоатинг бед! Представляешь, она висит в воздухе благодаря перманентно противостоящим промышленным магнитам. Это так удобно. И она может подниматься на любую высоту! Ты не боишься высоты, Гарольд?
Гарольд – Ева, я же капитан! Высота – это то, к чему я всю жизнь стремлюсь! И сколько же она стоит эта кровать?
Ева – Пустяки! Один миллион шестьсот тысяч долларов.
Гарольд – Сколько?!
Ева – Господи, Гарольд, я же тебе уже сказала! Зачем повторяться? Я этого не люблю. Время – деньги!
Гарольд – Чёрт возьми, Ева, я знал, что ты богата, но, чтобы настолько!
Ева – Не преувеличивай, дорогой. Я всего лишь навсего финансовый директор небольшого коммерческого банка. Так, купюра в банкомате... Курочка по зёрнышку... А вот ты – капитан нефтеналивного танкера! Это звучит гораздо внушительнее. Капитан танкера! И вообще, когда я вижу морскую форму, я слабею. Это так для меня непривычно, слабеть... Я становлюсь совершенно беззащитной. Словно раскрытый сейф! Но почему-то мне это нравится. Пожалуйста, Гарольд, всегда оставайся в форме и не снимай её никогда...
Гарольд – Никогда?
Ева – Никогда!
Гарольд – Даже в кровати?
Ева - Даже в кровати! А ты проказник... Ладно, хотя бы фуражку оставь... (звонок телефона) Алло! Что? Кто это? А-а-а... Господин Голдстоун... Спасибо. Что? Отсрочка платежей? С какой радости? А при чём здесь вы? Это же моя свадьба, а не ваша... Нет! Ещё раз нет! Что, почему? Потому что это ваши проблемы. И нас совсем не интересует, где вы возьмёте наши деньги, чтобы их нам вернуть. А в счёт погашения одних только процентов пойдёт с молотка всё ваше движимое и недвижимое имущество. Вернее, всё, что от него осталось... Нет, это называется не так. Это называется дополнительное соглашение к договору. Прочтите его на досуге... Мне сейчас не до вас! Я начинаю новую жизнь, где таким, как вы не место! Неудачник... Гарольд, у меня уже были две безумные свадьбы, на каждой собирались толпы народа, а в итоге я банкрот. Я вложила весь свой капитал, я имею в виду всю себя в двух ничтожеств, которым были нужны только мои деньги. А ты другой... Ты другой! Ты выше нас всех, потому что ты стоишь на капитанском мостике и возишь нефть из Саудовской Аравии. Да, чёрт с ней, с этой нефтью! Послушай, а когда она кончится... Она же когда-нибудь кончится, и тогда тебе нечего будет возить в своём танкере. Ты станешь безработным?
Гарольд – Надеюсь, я до этого не доживу...
Ева – Бедненький! Дай я тебя поцелую, Гарольд! Ты меня любишь?
Гарольд – Люблю...
Ева – Надеюсь, сильнее, чем свой танкер. Я решила, что сегодня не будет никаких гостей, хватит, мы будем с тобой вдвоём – только ты и я. Ты будешь рассказывать мне о танкерах, о морских течениях, о созвездиях южного полушария, о муренах, о том, какая бывает нефть, о себе... Слушай, а я ведь почти ничего о тебе не знаю. Ты просто вошёл в этой форме в мою жизнь! Нет, ты протаранил её своим танкером, негодяй! Между прочем, когда я увидела тебя в первый раз, я подумала, что ты из налоговой полиции! Смешно, да? А ты оказался человеком, с которым я проведу остаток жизни в любви и радости... Мы будем вместе. Мы всегда будем вместе. Ведь так, милый? Ну, между твоими рейсами...
Гарольд – Ева, я здесь именно для этого.
Ева – Как мне повезло!
Гарольд – Мне тоже!
Ева -  Вот за это мы сейчас и выпьем! (телефонный звонок) Извини, дорогой... Алло! Да... Нет! Никакого кредита ему не давать! Я запрещаю. У нас коммерческий банк, а не благотворительный. Вся его собственность уже давно заложена... Я проверяла. Ну и что, что он ваш отец! Какое мне лично до этого дело! Хорошо... Если вы берёте на себя роль поручителя, мы дадим ему деньги под тридцать процентов. Что? Нет? Не звоните мне больше! Деньги, деньги... Всем нужны деньги. А нам с тобой не нужны. Потому что у нас с тобой их много... Это так приятно. За нас! За богатых людей! За тех, кого любят деньги! А ради интереса, Гарольд, сколько получает капитан нефтеналивного танкера?
Гарольд – Меньше, чем финансовый директор небольшого коммерческого банка...
Ева – У меня просто кое-что осталось от моих бывших. Свою свободу я дёшево не продаю. Ты не в счёт... Слушай, это какое-то сумасшествие. Всё произошло так быстро... Так неожиданно, особенно для меня... Всего одна неделя и я уже в третий раз замужем. Вы опасный человек, Гарольд... Гарольд... Я даже не помню твою фамилию... Какой-то ужас!
Гарольд – Смит.
Ева – Ага... Выходит я сейчас - Ева Смит... Мне нравится. И всё-таки вы опасный человек – Гарольд Смит! Налей мне ещё. Я хочу выпить за то, что с нами делает жизнь. Со мной она просто распоясалась. Она делает с нами всё, что захочет... А мы только делаем вид, будто мы что-то делаем. Это как в ресторане – свобода в рамках меню. Не знаю, как ты, а я уже проголодалась. Пойду на кухню... Гарольд, а как будет кухня по-вашему? А?
Гарольд – Кухня по-нашему?
Ева – Да. Кухня по-вашему...
Гарольд – Она будет... Э-э-э...
Ева – Камбуз! Я знала, за кого выхожу замуж и целый вечер учила ваш капитанский язык. Я выучила это слово. А ты забыл, мой морской волк! Забыл... Слушай, а почему это ты забыл?
Гарольд – Наверное, я выпил слишком много шампанского.
Ева – Но это же не кубинский ром!
Гарольд – Вот именно, не кубинский ром, Ева! Когда я пью что-нибудь слабее десяти градусов, меня развозит, как кальмара на суше.
Ева – Гарольд, завтра же я куплю тебе ямайский ром. «Эпплтон» годится? Семь тысяч долларов бутылка. Наверное, есть и подороже, но я плохо разбираюсь в крепких напитках. На нашем камбузе тоже пока ничего нет, кроме бутербродов и вина. Зато будем есть на полу... Ты не против?
Гарольд – Так даже будет вкуснее, дорогая.
Ева – О, Гарольд! Люблю тебя...
Ева уходит.
Ева (за кулисами) – Алло! Мистер О’Хара? Где моя мебель? Что? Что они с ней делают? Вы что, ежа проглотили? Я вас не понимаю… Говорите громче! Упаковывают? За это время можно было упаковать «Титаник»! А теперь слушайте меня! Если её не будет здесь через час, упакуют вас вместе с вашей конторой. Я вас разорю! Обещаю вам... (появилась) Дорогой, тебе бутерброд с чем сделать -  с тунцом или с русским осетром?
Гарольд – А с треской у тебя что-нибудь есть?
Ева – С чем? Извини, но с треской у меня ничего нет. Господи, зачем тебе треска, когда есть тунец с осетром? Я не понимаю тебя, Гарольд...  А-а, ты так шутишь? Принесу тебе и тот, и другой. (уходит)
Появляется Ева.
Ева – Гарольд, а тебе какое вино подать к рыбе?
Гарольд – Какое вино?
Ева – Да. Какое вино?
Гарольд – Ну, не знаю... Может быть, какое-нибудь. Да мало ли... А какое у тебя есть вино?
Ева – «Шевалье Монраше» и «Домен кош дюри».
Гарольд – Тогда на твой выбор. Мне всё равно, что пить. Кстати, у меня дома – целая коллекция «Шевалье Монраше». Я просто пью его, как воду...
Ева – Гарольд, а ты пил морскую воду?
Гарольд – Я – нет, а вот один филиппинец при мне выпил на спор два литра.
Ева – Он выиграл спор?
Гарольд – Выиграл. Но через два дня умер.
Ева – Бедный. А зачем он это сделал?
Гарольд – Видишь ли, милая, у него было пятеро детей, больная жена и старуха мать, но совсем не было денег. Таким образом он зарабатывал им всем на жизнь.
Ева – А сколько он выиграл денег?
Гарольд – Обычно ему платят пять долларов за литр. Но в тот раз ему предложили выпить два литра за пятнадцать, и он не смог отказаться от такой суммы.
Ева – Всего пятнадцать долларов?!
Гарольд – На пять американских долларов они живут целую неделю.
Ева – Не понимаю, как за такие деньги можно так рисковать своей жизнью.
Гарольд – Согласен, они странные... Но, если бы мы с тобой были такими же нищими, как они, я бы тоже выпил. Только ради тебя!
Ева – О, Гарольд! Ты такой самоотверженный! Пять долларов в месяц! Даже не представляю, как это можно. У меня только на одни зубочистки уходит несколько сотен. В месяц... (уходит)
У Гарольда звонит телефон.
Гарольд – Алло! А, это опять вы... Я помню! Повторяю, я помню! Давайте поговорим об этом позже... Потому что сейчас я не могу... Я занят! Чем? Занимаюсь любовью! И это гораздо приятнее, чем слышать ваш голос!
Проявляется Ева с закуской.
Ева – Ещё неделю назад всё это я ела в «Сублимоушн» на Ибице. Я там бываю, примерно, раз в месяц и мне уже слегка надоел этот ресторан. Там слишком много моих знакомых. С тобой мы полетим в Лондон и отобедаем в «Гордон Рамзи». Шеф-повар там, мой очень хороший приятель. Приятного аппетита, милый... Тебе кто-то звонил?
Гарольд – Да. Мой старпом... Отвлекает по пустякам. Ничего не может без меня, консультируется по каждому вопросу.
Ева – Старший помощник... А почему ты не уволишь его, если он такой бестолковый?
Гарольд – Не всё так просто, Ева... Он родственник кого-то из совета директоров в «Тикей гроуп». М-м-м! Прекрасный тунец!
Ева – Гарольд, это не тунец. Это – русский осётр.
Гарольд – В одном рейсе у меня коком тоже был русский.  Он делал потрясающее блюдо – пельмени со свининой, с хреном и с русской горчицей! Только для меня. Это было очень вкусно!
Ева – Гарольд, я научусь делать русские пельмени. Для тебя...
Гарольд - Так вот, что я тебе скажу, Ева. Осётр с «Шевалье Монраше» - выше всяких похвал!
Ева – Это не «Шевалье Монраше», мой бравый капитан гражданского флота. То, что ты сейчас пьёшь это - «Домен кош дюри»!
Гарольд – Да какая мне разница, что я пью! Главное, что я это делаю, сидя на полу с самой красивой, самой умной женщиной, какая только встречалась в моей жизни!
Ева – Так бессовестно льстить могут только мужчины. И только женщины могут так наивно этому верить. А сколько всего было женщин у капитана нефтеналивного танкера?
Гарольд – На моём корабле не было ни одной. Все они для меня не интересны, кроме...
Ева – Кроме статуи Свободы?
Гарольд – Кроме тебя!
Ева – Мистер Смит, я вам не верю...
Гарольд – Клянусь!
Ева – О, Гарольд! К чёрту эту летающую кровать! Я чувствую, что я её не дождусь... Я уже сама готова взлететь. Как же мне хорошо с тобой! А ты был женат? Ну, конечно, был...
Гарольд – Был. Один раз и так неинтересно...
Ева – А дети?
Гарольд – Мы не успели. Развелись через неделю...
 Ева – А неофициально?
Гарольд – Неофициально — это всё, что я делаю в этой жизни. Ева?
Ева – Да, Гарольд.
Гарольд – А свой домашний сейф ты тоже будешь менять, как и всё остальное в этой квартире?
Ева – Нет. Сейф я менять не буду. Не дождутся! «Дётлинг фортрис» - это самый защищённый сейф в мире. Двадцать две с половиной тысячи долларов! Я скорее поменяю квартиру, чем его. Кстати! Наш брачный контракт! Я положу его в сейф к моим бриллиантам... В такой компании, думаю, ему будет не очень скучно... Или как ты полагаешь, Гарольд?
Гарольд – А можно это сделаю я? Ты же не откажешь своему мужу в такой мелочи, дорогая?
Ева – Ну, не знаю, не знаю... Мой сейф, конечно, не Форт Нокс, но... Вообще-то, это не в моих правилах...
Гарольд – Как сказал мой знакомый судья, правила надо нарушать. Иначе мы становимся их рабами, а судьи остаются без работы.
Ева – Гарольд, ты меня пугаешь...
Гарольд – Чёрт возьми, я просто не желаю видеть свою жену, хоть в чём-то несвободной!
Ева – Ну, Гарольд...
Гарольд - Даже если бы я хотел тебя ограбить, дорогая, что совершенно бессмысленно, у меня на это просто нет времени. Завтра я ухожу в рейс. Сингапур, Панама, Суэцкий канал...
Ева – Как, уже завтра?! О, Боже, так скоро... Но ты же вчера сказал мне, что только через месяц!
Гарольд – Ева, из-за тебя я уже начинаю ненавидеть свою работу и эту нефть!
Ева - О, Гарольд! Почему я соглашаюсь со всем, что ты мне говоришь? Когда-нибудь я буду об этом жалеть...
Ева открывает сейф, достаёт из сумочки договор...
-  На!
Звонок в дверь.
Ева – Должно быть, это привезли мою мебель. Наконец-то!
Уходит. Гарольд тут же достаёт из сейфа бриллиантовое колье, подменивает его точно таким же, но фальшивым. Раздаётся голос Миды Шлиц. Услышав её, Гарольд быстро прячется. Проявляются Ева и миссис Шлиц.
Ева – Дорогой, познакомься! Это Мида Шлиц, моя очень хорошая знакомая... Гарольд, ты где?
Шум воды.
Ева – Простите, он пошёл в гальюн...
Шлиц – Куда он пошёл?!
Ева – В гальюн... Ну, в смысле, мыть руки. Так на его корабле называют уборную.
Шлиц – А-а... Быстро же вы, милочка, овладели морской терминологией. Не удивлюсь, если у вас под этим платьем надета тельняшка... Как он, хорош собой? Или так себе... Вроде вас.
Ева – Ах, Мида! Я так вам благодарна! Так благодарна... Если бы не вы! Я без ума от него! Он такой! Такой... Не знаю, как вас и благодарить...
Шлиц – Ну, ну... Отблагодарите ещё. У меня ведь всё записано... Что ж, у вас получилось, Ева. Не ожидала, что так быстро... Теперь наслаждаетесь друг другом?
Ева – О, да! Но к сожалению, он уже завтра уходит в рейс. Сингапур, Панама, Суэцкий канал...
Шлиц – Это не очень большая плата за такого состоятельного мужа.
Ева – Но я буду безумно скучать без него...
Шлиц – Привыкните… Я привыкла. Мой муж – археолог. Я не видела его десять месяцев в году и ничего. Каждый раз знакомились заново, как у Ионеско в «Лысой певице». «Простите, мадам, но мне кажется, если я не ошибаюсь, я вас где-то видел. И мне тоже, мсье, мне тоже кажется, я вас где-то видела…» Ненавижу эту профессию! А потом он уехал в Африку и каждый месяц просил выслать ему денег.  На эти деньги можно было купить небольшое африканское государство. Он меня просто разорил... Я думала, что он прорыл всю Африку насквозь. А полтора года назад он вообще пропал. Просто исчез... Последнее известие от него было из Танзании. Возможно, его там съели аборигены. Как Кука... Бедный мой мальчик... И, кстати, его тоже звали Гарольд. Короче, так, дорогуша... Колье я забираю и всё остальное тоже... Это вам больше не понадобиться.
Ева – А давайте, я вам верну колье, хотя бы завтра, когда уедет мой муж...
Шлиц – Нет!
Ева – Ну, пожалуйста! Ну, что вам стоит! Завтра оно будет у вас...
Шлиц - Сколько раз вы его надевали?
Ева – Один раз я надевала его в театр, два раза в ресторан и один раз в музей на выставку современного искусства...
Шлиц – Целых четыре раза! Вы нарушили договор! Я разрешила вам надевать его только три раза. Почему вы надели его четыре раза?
Ева – Простите меня, миссис Шлиц, но я не смогла удержаться. Оно такое красивое...
Шлиц – И очень дорогое! Это будет стоить вам дополнительных денег. И где же вы его подцепили, этого вашего капитана?
Ева – Мы познакомились в музее современного искусства. Он сам подошёл ко мне...
Шлиц – Да? Наверняка, благодаря моим бриллиантам!
Ева – Извините, миссис Шлиц, но я и сама кое-что из себя представляю!
Шлиц – Боюсь, что только кое-что... Безработная актриса! Что может быть печальнее...
Ева – Забирайте своё колье! Забирайте и уходите! Мне оно уже точно не понадобится, вместе с вами! Таким, как вы, чтобы на них обратили внимание мужчины, нужны деньги и бриллианты, только этим вы можете удержать их рядом с собой! Меня он любит не за это! Он меня просто любит! И я уже жалею, что связалась с вами. Мы заплатим за ваши услуги!
Шлиц – Да уж непременно заплатите. Расписочка у меня в надёжном месте... Что-то ваш капитан долго из туалета не выходит. Наверное, по воде сильно соскучился или очередной приступ морской болезни...
Ева – Уходите!
Шлиц – Серьги.
Ева – Что?
  Шлиц – Серьги мои верните... И браслет тоже... До свидания.
Миссис Шлиц уходит.
Ева – Гарольд! Гарольд, что с тобой? Тебе плохо? Гарольд! Ты слышишь меня? Открой мне дверь!!!
Появляется Гарольд.
Гарольд – Всё нормально, дорогая... Прозвонил старший механик и сказал, что возникли проблемы с паротурбинной установкой...
Ева – С чем?
Гарольд - С двигателем у танкера. Пришлось в авральном порядке решать проблему... Поэтому я и уединился, чтобы вам не мешать... А кто это приходил?
Ева – Миссис Шлиц...
Гарольд – Пришла тебя поздравить?
Ева – Не совсем...
Гарольд – Вы так долго говорили... Ей что-то было нужно от тебя?
Ева – Так, пустяки...
Гарольд – А где мебель, Ева? Всё ещё везут?
Ева – Да... То есть, нет... То есть... Гарольд, её не привезут.
Гарольд – Что?! Не привезут мебель? Совсем?
Ева – Совсем... Послушай, Гарольд, я хочу сказать тебе одну вещь... Неожиданную... И, пожалуйста, не перебивай меня. И пообещай, что ты не будешь меня за это осуждать... Я этого не вынесу. Мне очень нелегко всё это далось. Дело в том, что я...
Гарольд – Ева, а где твои бриллиантовые серьги?
Ева – Что?
Гарольд – Я спрашиваю, где твои бриллиантовые серьги? Пять минут назад я их видел на тебе, а сейчас я их не вижу. И браслет... Зачем ты их сняла?
Ева - Гарольд, я не понимаю, тебе нужна я или эти чёртовы украшения?
Гарольд – Что за вопрос! Разумеется, ты... Но и... Это что, как-то связано с этой миссис Шлиц?
Ева – Именно об этом я и хотела с тобой поговорить... Почему ты не можешь просто выслушать меня и не перебивать!
Стук в дверь. Ева идёт открывать.
Голос Евы – Куда вы? Я не хочу вас больше здесь видеть! Вы слышите меня?
Голос миссис Шлиц – Где моё колье?
Гарольд быстро прячется. Появляются Ева и миссис Шлиц.
Ева – Ваше колье вы только что, при мне забрали вот из этого сейфа!
Шлиц – Да, забрала! Но это было не моё колье! Это была дешёвая подделка! Фальшивка! Думали меня обмануть?
Ева – Что?!
Шлиц – Не надо делать таких глаз! Как актриса вы играете на три с минусом, воровка! Я вам не верю!
Ева - Вы ненормальная? Как вы смеете мне такое говорить!
Шлиц – Смею! Ещё как смею! Меня ограбили! Вы это сделали! Вы! Я сейчас же вызову полицию, чтобы вас арестовали за мошенничество! Ещё раз спрашиваю, где моё колье?
Ева – Это уже переходит все границы! Гарольд! Гарольд, куда ты опять делся! Твою жену оскорбляют! Иди сюда и выстави за дверь эту... эту даму! Гарольд!!!
Шлиц – У вас, наверное, и мужа-то никого нет! Кому нужна такая! Выдумали его, чтобы не позориться! Воровка вы и обманщица!
Ева – У меня есть муж! Есть! Гарольд! Немедленно выходи, засранец, или между нами всё будет кончено!
Шлиц – Как трогательно! Первое выяснение отношений... Если через пять минут у меня не будет моего колье, через десять здесь будет полиция! И заберите свою фальшивку!
Миссис Шлиц уходит. Появляется Гарольд.
Ева – Ну? Что на этот раз?
Гарольд – Винт...
Ева – Какой ещё винт? От мясорубки?
Гарольд – Гребной винт. Диаметром шесть с половиной метров... С помощью него происходит движение танкера. Вперёд и назад...
Ева – Гарольд, даже если бы этот винт раскололся, покосился, отвалился мне нет до этого никакого дела! Почему ты всякий раз уходишь в этот чёртов туалет стоит сюда кому-то прийти?
Гарольд – Моряки говорят не туалет, а гальюн...
Ева – Мне плевать, как они говорят! Эта миссис Шлиц посмела обвинить меня в воровстве! Представляешь?! Она сказала, что я украла её бриллиантовое колье! И в момент, когда мне нужна была твоя помощь, как мужа, как мужчины – тебя со мной нет! Почему?
Гарольд – Ева, как она могла сказать тебе такую чушь? И вообще, какое отношение может иметь эта миссис Шлиц к твоим бриллиантам?
Ева – Потому что это её бриллианты!
Гарольд – Как?! Ты сказала, что это её бриллианты?!
Ева – Да, Гарольд! Именно так я тебе и сказала! Это её бриллианты! И серьги, и браслет, и колье! Я взяла их у неё, чтобы найти себе богатого мужа. Для того, чтобы на моём пальце появилось вот это обручальное кольцо!
Гарольд – А как же финансовый директор банка? Летающая кровать, китайская ваза династии Цинь?! Выходит, ты меня обманула?
Ева – Да... Я обманула тебя, Гарольд. Мне стыдно, но я бы всё тебе рассказала. Немного позже... Прости меня, пожалуйста... Это был мой выбор. Потому что у меня вообще ничего нет, кроме меня самой. Я всю свою жизнь хотела выйти замуж за богатого, обеспеченного мужчину! Чтобы у меня всё было... Дом с бассейном, дорогие машины, стильные вещи... Разве я этого е заслуживаю? Чем я хуже других? Может мне в жизни повезти? Мне надо было любой ценой обратить на себя внимание. Любой ценой! И я придумала всю эту историю о моём богатстве, взяла бриллианты у миссис Шлиц на случай, если...  А потом я встретила тебя и... И влюбилась...
Гарольд – Ты всё придумала!?
Ева – Ты такой красивый, Гарольд!
Гарольд – Получается, что меня разыграли, как дурака... Провели, как какого-то осла!
Ева – Но ведь ты женился на мне не из-за этих мёртвых камней? А? Ты же говорил, что любишь меня... Или нет? Что ты молчишь, Гарольд? Ты же не думаешь, что это я взяла её колье и подменила этой фальшивкой? Что я способна на такое?
Гарольд – Конечно, я так не думаю, Ева... Я абсолютно уверен в этом! И я люблю тебя, и не отказываюсь от своих слов...
Ева – О, Гарольд! Обними меня!
Они обнимаются. Ева, что-то почувствовав в кармане его кителя, вынимает оттуда бриллиантовое колье.
Ева – Это что?!
Гарольд – Где?
Ева – Вот это!
Гарольд – Вот это?
Ева – Да! Вот это!
Гарольд – Я думаю, что это бриллиантовое колье... Слушай, они так похожи...
Ева – Очень! Гарольд, откуда у тебя оно? О, нет... Я поняла! Ты что, взял его из сейфа, пока я ходила открывать дверь?! Ты... Ты просто его украл?!
Гарольд – Нет! Это было не просто...
Ева – Но ты это сделал?
Гарольд - Да... Я это сделал.
Ева – Боже!
Гарольд – Я не хотел! Но так получилось...
Ева – Так получилось?!
Гарольд – Да. Так получилось...
Ева – Я вышла замуж за клептомана!
Гарольд – Прости, прости, Ева... Мне так неловко от всего этого...
Ева – Ничего не говори, Гарольд! Не надо. Я поняла... Я поняла. Бедный мой! Представляю, как ты страдаешь... Это должно быть так ужасно! В первый же день нашей совместной жизни...
Гарольд – Я изо всех сил стараюсь с этим справиться... Никто даже не представляет, чего мне это стоит, каких нечеловеческих усилий! Я лечусь от этого, Ева! У меня даже началось некоторое улучшение...
Ева – А этот дурацкий сейф всё испортил. Он тебя спровоцировал, Гарольд! Вот почему ты сам хотел положить туда брачный договор!
Гарольд – Да. Наверное...
Ева – Ты это сделал для того, чтобы украсть... О, прости, милый, я не так выразилась...
Гарольд – Ничего, я привык... Не извиняйся, дорогая. Это болезнь. Очередной приступ... Ты не представляешь, как трудно мне это скрывать на танкере от своей команды! Чтобы никто об этом не узнал, я вынужден что-нибудь красть у самого себя. По мелочам... Часы, запонки, кредитные карты... Примерно раз в неделю...
Ева – Почему ты сразу не сказал мне об этом? Ах, да... Я ведь тоже не была с тобой до конца откровенной... Но я всё равно люблю тебя, Гарольд! Знай это... Мы справимся. Кстати, у меня есть знакомая, муж у которой постоянно забывает, как её зовут. Особенно по утрам... Он дальнобойщик. И ничего, счастливо живут! А ты мог бы ради меня украсть целый танкер?
Гарольд – Легко...
Ева – О, Гарольд! Я никому не скажу об этом, милый, никому! Можешь быть уверен. Сейчас сюда заявится миссис Шлиц, и я отдам ей это колье... Гарольд!
Гарольд – Что?
Ева – А почему ты не просто взял колье из сейфа, а положил вместо него фальшивое? Выходит, это не было неконтролируемым действием с твоей стороны... Выходит, ты к этому готовился?
Гарольд – К сожалению, Ева, планирование – это самая тяжёлая форма клептомании.
Ева – Это ужасно...
Стук в дверь.
Ева – Это она! Нарочно стучит в дверь! Есть же звонок...
Гарольд – Подожди, Ева!
Ева – Что? Ты куда? Опять?!
Гарольд – Нет...  То есть да. Дело в том, что после каждого приступа этой болезни мне надо сразу же хотя бы десять минут поспать. А ещё лучше – полчаса. Это очень важно для моего здоровья, иначе начнутся необратимые изменения в мозгу. Так мне сказали врачи...
Ева – А нельзя это сделать немного попозже?
Гарольд – Ты хочешь провести остаток дней с идиотом?
Ева – Не хочу! Но где ты собираешься спать? Здесь же нет кровати…
Гарольд – Зато есть ванна...
Ева – Ну уж, нет! Никакой ванны! Исключено! Я тебя туда не пущу! Гарольд, я должна показать тебя миссис Шлиц! Она не верит, что у меня есть муж! Пусть она в этом убедится и лопнет от зависти!
Стук в дверь.
Ева – Иду! Гарольд, пожалуйста, попробуй заснуть на стуле или ложись на пол!
Гарольд ложится на пол и закрывает лицо фуражкой. Заходит миссис Шлиц, от неожиданности вскрикивает.
Шлиц – Что это?!
Ева – Вы можете говорить потише! Не что, а кто. К вашему сведению — это мой муж! Капитан нефтеналивного танкера Гарольд Смит! Теперь вы довольны?
Шлиц – А что вы с ним сделали? Почему он лежит на полу?
Ева – Потому что... Вообще-то, миссис Шлиц, это не ваше дело. Мы живём в свободной стране, и он волен делать всё, что не запрещено законом. И мы не обязаны перед вами отчитываться! Вот ваше колье! Забирайте его и уходите!
Шлиц – Не спешите, милочка! Я должна ещё проверить мои ли это бриллианты... Один раз вы меня уже обманули.
Ева – Ну? Убедились?
Шлиц – Всё это как-то очень странно... Почему вы сразу мне его не отдали?
Ева – Мне хотелось вас разыграть.
Шлиц – Хорошо розыгрыш! Я чуть было не вызвала сюда полицию...
Ева – Я вас больше не задерживаю.
Шлиц – А это, правда ваш муж? Он выглядит, как-то подозрительно...
Ева – Мой муж прекрасно выглядит и не вам об этом судить! И, кстати, ему очень идёт морская форма! Мне все об этом говорят!
Шлиц -  Я не об этом. Он в таком положении...
Ева – Мне нравится такое положение! Вы слышали, я вас больше не задерживаю.
Шлиц – Мистер! Эй, мистер! Вам плохо?
Ева – Оставьте в покое моего мужа! И перестаньте кричать, вы его разбудите!
Шлиц – Он что, спит!? Прямо здесь, на полу! Он у вас что, больной?
Ева – Нет, он абсолютно здоровый! Но в данный момент ему необходим отдых!
Шлиц – Нет, я всё-таки вызову сюда полицию!
Ева – Зачем?
Шлиц - Откуда я знаю, что это ваш муж? И вообще, что я должна подумать? Захожу, на полу лежит мужчина без признаков жизни... Может, вы его убили, а мне говорите, что это ваш муж!
Ева – Видите это обручальное кольцо на моей руке? Так вот у моего мужа точно такое же кольцо! Можете в этом убедиться.
Шлиц – Он дышит...
Ева – А почему это вас удивляет? Любой нормальный мужчина дышит! Видимо, вы очень давно не общались с мужчинами...
Шлиц – Вас это не касается... Почему у него фуражка на лице?
Ева – Вы меня замучили своими вопросами! Почему да почему! По кочану! Вы уйдёте уже, наконец, отсюда!
Шлиц – О, Боже! У него родинка на том же месте, что и у моего мужа...
Ева – Что?! На каком ещё месте? Где вы её разглядели?
Шлиц - На мочке левого уха. Какое совпадение!
Ева – Простая случайность!
Шлиц – И он, примерно, такого же телосложения и роста...
Ева – Вы на что намекаете? Вы в своём уме? Это – мой муж! Мой! Вашего съели аборигены в Танзании. И правильно сделали!
У Гарольда звонит телефон. Он не реагирует, Ева тоже.
Шлиц – Телефон!
Ева – Слышу... Ну и что.
Пауза. Звонки.
Шлиц – Может что-то срочное... Скажите ему, пусть ответит.
Ева – Сейчас он не может.
Шлиц – Тогда сами ответьте... Как жена. Мало ли кто ему сейчас звонит...
Звонки. Ева вытаскивает телефон у Гарольда.
Ева – Алло! Что? Это его жена... А вы кто? Что вы от него хотите? Скажите мне, я передам... Нет! Сейчас он не может... Потому что занят... Да, именно этим!
Миссис Шлиц подкрадывается к Гарольду и заглядывает под фуражку.
Ева – Отойдите от моего мужа! Слышите? Не смейте его будить!
Шлиц – Гарольд!? Господи, Гарольд, это ты?! Что ты здесь делаешь? Где ты был, чудовище, столько времени? Я вся извелась, не зная, что и думать, а он преспокойно здесь полёживает! Устроил тут маскарад! Немедленно открой глаза, Гарольд, и не делай вид будто ты меня не слышишь! Гарольд, я тебе говорю!!!
Миссис Шлиц начинает хлестать его по щекам. Тот никак не реагирует.
Ева – Что вы делаете? Вы его убьёте, сумасшедшая! Не трогайте моего мужа!!!
Шлиц – Вашего?!
Ева – Да, моего! Он должен выспаться, иначе в его мозгу начнутся необратимые изменения!
Шлиц - Не смешите меня, милочка! Необратимые изменения начнутся у вас! Этот человек - мой муж! Человек, которому я за три года отдала всё, кроме своей крови! Гарольд, почему ты здесь, а не в Танзании? Что вы с ним сделали? Почему он молчит? Всё, я забираю его отсюда!
Ева – Что значит, забираю! Что значит, забираю?! Это вам не вещь!
Шлиц – И не подумаю!
Ева – Ваш муж был археолог, а мой – капитан нефтеналивного танкера! Вы хотя бы в состоянии почувствовать разницу, невозможная женщина?
Шлиц – Не смешите меня, милочка! Он такой же капитан, как я канарейка! Передо мною мой муж! Почему-то в морской форме... Но я это выясню. Прочь с нашей дороги, самозванка!
Ева– Гарольд! Проснись! Приди в себя, чёрт бы тебя побрал! Ах, так! Ну, хорошо! Лучше я останусь вдовой, чем отдам тебя этой ведьме! (бьёт Гарольда по щекам)
Шлиц – Не смейте бить моего мужа! Вы испортите ему лицо!
Ева – Это мой муж! Что хочу, то и порчу! Меня он простит! Гарольд, очнись, бревно бесчувственное! (бьёт по лицу)
Гарольд – Ну, всё! Хватит! Ева, ты сломаешь мне челюсть! Я всё-таки хочу, чтобы про нас когда-нибудь сказали: они жили долго и счастливо...
Шлиц – Гарольд!
Гарольд – А это кто? А это - Мида Шлиц, собственной персоной! Какие нежные воспоминания! Ты всё-таки нашла меня. Знакомься, Ева, это моя...
Шлиц – Моя! (Еве) Слышала, как он меня назвал! Можешь выкинуть свою фату на помойку!
Гарольд – Ева, это моя бывшая жена.
Шлиц – Что?! С чего это вдруг бывшая? Когда это мы успели с тобой развестись?
Гарольд – Нас развела жизнь, милая... А она знает, что делает. И потом не забывай, у тебя кончились деньги. А с ними и моя любовь. Прости за откровенность...
Шлиц – Подлец!
Гарольд – Ну, я бы так не сказал. Как можно обвинять собственную природу. Никогда не хотел быть книжкой в библиотеке. Только стоишь, пылишься, зажат справа и слева. И самое главное, в тебе уже ничего нельзя изменить! Ничего! Даже запятую нельзя переставить. Это такая скука! И потом, тебя любой может порвать... Незавидная участь, согласитесь. Ева, чтобы ты знала – меня преследуют страсти, меня раздирают пороки, я не признаю руля и тормозов, для меня свет в конце туннеля – это не солнце, а плазменный резак, режущий брюхо самого прочного сейфа! И, чёрт возьми, я совсем не виноват, что девяносто девять процентов женщин готовы любить меня такого без памяти. Мида, когда у тебя были деньги, ты казалась мне даже привлекательной...
Шлиц – Мерзавец!
Гарольд – Кстати, когда я рассказал вождю племени матумби о нас с тобой, он дал мне очень мудрый совет...
Шлиц – Какой?
Гарольд – Он сказал, что если женщина не в состоянии обеспечить своего мужа всем необходимым, то от такой женщины надо уходить. У себя они их там обычно просто съедают... А потом он трижды стукнул меня по лбу берцовой костью бабуина и сказал, что я свободен. Так что, Мида, тебе придётся смириться. Но он не знал, что свобода – это моё естественное состояние. Так что, Мида, поздравь меня и мою молодую жену с законным браком!
Шлиц – Я ненавижу тебя!
Гарольд – Ненависть к другому человеку может плохо отразиться на твоих почках.
Шлиц – Я подам на тебя в суд!
Гарольд – Кстати, у тебя всегда были очень хорошие бриллианты! Я думал, ты продала это колье Еве.
Мида (Еве) – Вот! Я говорила, что этому проходимцу нужны не вы, а моё колье!
Гарольд – Извини, Мида, но на моей жене оно смотрится гораздо лучше, чем на тебе. Между прочем, я оставил тебе эти камни не для того, чтобы ты сдавала их в аренду. Это неэтично.
Шлиц – Негодяй!
Гарольд – Не знаю, не знаю...
Шлиц – Это мои бриллианты. Что хочу с ними, то и делаю! Они остались мне от первого мужа! Это единственное, что ты у меня не украл!
Гарольд - Я всегда говорил, что коммерсант из тебя никакой. Прощай, моя доверчивая девочка.
Мида – О, Гарольд... Она же нищая! У неё ничего нет. Ты всё равно её бросишь, как и меня...
Гарольд – Ты не права. На этот раз я полюбил...
Мида – О, я несчастная...
Мида уходит, рыдая.
Гарольд – Вот и всё! Путь свободен. Нам больше никто не помешает...
Ева подходит к сейфу, достаёт брачный договор и медленно рвёт его.
Гарольд – Что ты делаешь, Ева!?
Ева – Я?
Гарольд – Ты!
Ева – Не видишь разве? Рву бумагу...
Гарольд – Но это не просто бумага!
Ева – А что это?
Гарольд – Это... Послушай меня, Ева. Я объясню. (звонит телефон у Гарольда)
Ева – Зачем?
Гарольд – Что зачем?
Ева – Зачем ты мне будешь что-то объяснять? Я всё поняла...
Гарольд – Что ты поняла? Что? А-а, понятно... Мы решили поиграть в благородство! Мы оскорбились! Ну как же, я такой подлец, а ты чиста! Чиста, как ангел... Да – по общепринятым понятиям я подлец, но и ты не ангел...
Ева – У тебя телефон звонит. Ответь...
Гарольд – Алло! Кто? Подите к чёрту! Что слышали! Ева, в жизни вокруг каждого из нас всё время появляются какие-то люди. Всякие! Разные! И большинство из них нам неприятны. Хотим мы этого или не хотим. И мы вынуждены либо терпеть и приспосабливаться, либо должны научиться их использовать. Или будут использовать тебя! Нет другого! Тех, кто по-настоящему хорошо к тебе относится – единицы! Личное благополучие и благополучие семьи – вот самый главный интерес! Всё остальное – словоблудие. И ещё! В любом человеческом обществе царствует насилие – моральное, нравственное, физическое, государственное, в конце концов.  Один человек всегда будет подчинять себе другого. И это даже не обсуждается. Это – закон жизни! Насилие и ложь! Поэтому, после того, что ты рассказала о себе, у тебя нет никакого права обвинять меня в чём-либо. Чем ты лучше меня, Ева? Ты такая же... Любой ценой к своей цели. Ты же этого хотела?
Ева – Уже не хочу.
Гарольд – Ева...
Ева – Что?
Гарольд – Я люблю тебя...
Ева – Капитан нефтеналивного танкера... Проблемы с паротурбинной установкой... Необратимые изменения в мозгу... Всё врал, причём профессионально, со знанием дела. И ты даже не клептоман... Обычный жигало.
Гарольд – Ошибаешься, Ева. В отличие от обычного жигало, я всегда женился.
Ева – Зачем?
Гарольд – Они сами этого хотели!
Ева – Зачем ты их бросал?
Гарольд – А моя свобода?
Ева – Твоя свобода? А разбитые сердца?
Гарольд – Я их не любил. Всё равно это кто-то сделает... Не я, так другой.
Ева – Ты обирал их до нитки.
Гарольд - Зато я давал им пусть не долгое, но ощущение счастья. Иные за всю жизнь ничего подобного не испытывают... И за это они были мне благодарны...
Ева – А сколько счастья ты отмерил для меня?
Гарольд – На всю оставшуюся жизнь. И это – правда! Это не какие-то там пустые слова! Пошли отсюда! Я больше не хочу возвращаться к прошлому. Я забуду всё! Ради тебя... Помоги мне, пожалуйста, сделать это, Ева. С тобой у меня получится.
Ева – А кто мне поможет всё это забыть? Мида Шлиц? Ладно... Это всё лирика. Пора заняться делом... Гарольд, в этом сейфе осталось кое-что моё. Будь добр, подержи мою сумочку...
Гарольд – Это не просто лирика! Ты моя жена!
Ева – Очередная...
Гарольд – Ева, клянусь, я буду хорошим мужем! Ты никогда об этом не пожалеешь...
Пока Гарольд держит сумочку, Ева быстро приковывает его наручниками к сейфу.
Ева – Боюсь, что этого я никогда не узнаю... Гарольд Шлиц... Смит... Ставски... Крауз... Лу... Пастржак и прочая, прочая - вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством. Вы понимаете свои права?
Гарольд – Зачем ты это сделала, Ева?!
Ева – Ещё раз спрашиваю, вы понимаете свои права?
Гарольд – Я понимаю только то, что меня предала женщина, которую я люблю. Ева, ты моя жена!
Ева – На вашем месте я бы этого не говорила...
Гарольд – Ева! Но это свинство! Так нельзя... 
Ева - Алло! Сержант Кранке? Это я... Всё готово. Да, конечно... Я записала всё, что он сказал... Высылайте машину... Нет, на этот раз не сбежит. Не может оторваться от чужого сейфа. Ну, то есть, занимается любимым делом... Дверь в квартиру будет открытой...
Гарольд – Так хладнокровно... Так цинично. Браво! Выходит, я попался... Не ожидал, что в полиции работают люди, владеющие навыками актёрской игры. У вас в полицейской академии стали преподавать систему Станиславского? А, Ева? Ты, наверное, была лучшей по этому предмету? Кадет такая-то, а ну-ка рваните нам что-нибудь из Шекспира! Отлично, кадет! А теперь что-нибудь из Чехова... Из вас получится хороший полицейский! А что, очень удобно, выперли из полиции, пошла работать на профессиональную сцену. Хотя начинать придётся с «Кушать подано!» Потому что в некоторых местах со мной, Ева, ты явно не дотягивала до нужного уровня. Получалось не очень убедительно. Особенно ты переигрывала, когда говорила – «Нет! Пусть слышит весь дом! Я вышла замуж!! Я вышла замуж!!!» Или – «Я буду твоим спасательным кругом!» Или вот, самая бездарная фраза в твоём исполнении – «Боже, как я счастлива! Гарольд, дай я тебя поцелую! Ты меня любишь?» Чувствуешь, Ева, какая чудовищная фальшь? Не верю! Да ты и сама эта знаешь... И потом с такой простой, невыразительной внешностью, Ева, ты будешь обречена вечно играть кухарок, неудачниц и прислугу. А если ты вдруг ни с того ни с сего возомнишь себя второй Сарой Бернар и захочешь сыграть Офелию или там леди Макбет, то тебе придётся пройти через все круги театрального ада! Через кабинеты директора, главного режиссёра, продюсера и, в зависимости от твоего поведения, при условии, что ты будешь себя хорошо вести, ты получишь эти роли. Может быть… В театрах, Ева, просто сумасшедшая конкуренция. Как, впрочем, и везде... Поэтому многие мудрые женщины, чтобы успеть получить от жизни всё, ищут себе не хорошую работу, а богатых мужей. Меняют любовь на деньги...  Они точно знают, что им надо. И я их за это не осуждаю. При этом они могут быть глупы, тупы, могут думать, что Авраам Линкольн – это марка автомобиля, что бином Ньютона – это последняя модель холодильника, а Микеланджело Буонаротти – это итальянский порноактёр. Но все эти недостатки у них с лихвой компенсируются другими, так сказать, достоинствами, которые для богатых мужчин являются более важными, чем их ай кью. Но ты-то совсем другая, Ева! Ты умна, развита, а значит, для тебя важнее не материальное, а духовное. Поэтому финансовое благополучие ты легко променяешь на настоящее чувство, на любовь. Ведь так, Ева? А я – это всего лишь навсего криминальная субстанция, служебное задание... Театральный этюд. Эпизод... Но вынужден признать, что в некоторых мизансценах со мною ты была очень откровенна и убедительна. И что мне оставалось делать? Поверить и заглотить наживку... Кстати, а кто твой муж, Ева? Ты же замужем? Он тебя любит? Ты счастлива? Наверное, какой-нибудь бравый полицейский сержант, правильный и беспорочный. Тебе с ним не скучно? Чем он покорил твоё сердечко, Ева? Скажи мне... Я хочу стать похожим на него... Ты его так же целуешь, как и меня? Кстати, мне нравится, как ты целуешься, Ева... Я бы сравнил это с...
Ева – Не надо меня ни с кем сравнивать! Я не замужем...
Гарольд – Не замужем?! Как? Я не верю! Неужели никто не хочет твоей любви, Ева? Твоих объятий, твоих губ? Близости с тобой? Это чудовищная несправедливость! Видит Бог, я хотел это исправить... А может, ты боишься мужчин? Скажи мне. Всякие бывают... Нет! Нет, ты не производишь такого впечатления. Скорее, наоборот! Скорее, наоборот... А может, мужчины бояться тебя? Пусть боятся, я не боюсь... Мне нравятся женщины в свадебном платье и с наручниками в сумочке. Ева, как тебе хорошо в нём! А ты можешь покружиться? Ты знаешь, когда в церкви ты надевала мне кольцо, я был по-настоящему счастлив... Ради нашего бракосочетания полиция арендовала церковь и священника? Хотя, нет! Нормальный священник на такое не пойдёт... Если только он не присваивал себе пожертвования прихожан и его не схватили за руку... Однако, сколько хлопот я доставил полицейскому управлению. Получилось недурное шоу! А сколько вам пришлось потратить денег налогоплательщиков. Ева...
Ева – Я не хочу разговаривать с подозреваемым.
Гарольд – Ты довольна собой? Тем, что ты сделала? Только, прошу, без патетики...
Ева – Это моя работа.
Гарольд – Я ж просил, Ева... Я хочу услышать не полицейского, а женщину в свадебном платье.
Ева – Это моя работа.
Гарольд - Мы могли бы стать счастливой парой...
Ева – Не могли. Ты делаешь женщин несчастными.
Гарольд – С тобой всё было бы по-другому, Ева!
Ева – Поэтому, первое, что ты сделал – украл колье.
Гарольд – Потому что я знал, что оно не твоё.
Ева – Что ты знал?!
Гарольд – Что это было не твоё колье.
Ева – Ты не мог этого знать, Гарольд! Не мог...
Гарольд – Я знал... Но, как оказалось, не всё. Видишь ли, Ева, я не хочу напрасно тратить свою жизнь на искательниц толстых кошельков, вроде меня самого. И потом мне совсем не безразлично, с кем я буду жить два или три года. Больше я просто не выдерживаю... Поэтому я самым тщательным образом изучаю, так сказать, подходящую кандидатуру. Особенно её финансовую сторону... Женщина, имеющая меньше миллиона наличными вряд ли может рассчитывать на мои чувства. Даже если её шею украшает бриллиантовое колье стоимостью в пятьдесят тысяч долларов...
Ева – Ты следил за мной?
Гарольд – Интересовался...
Ева – Тогда я не понимаю...
Гарольд – Не понимаешь, как женщина или, как полицейский?
Ева – Я не буду тебе отвечать...
Гарольд – Потому что, когда я тебя увидел, понял – плевать, есть у тебя миллионы, нет у тебя миллионов – мне нужна ты! Ты и никто больше!
Ева – На два-три года?
Гарольд -  Ты дороже денег... Иногда с мужиками такое происходит. А потом я вдруг узнаю, что ты совсем не та, за кого себя выдаёшь. Что ты связалась с Мидой, с её бриллиантами. Я подумал, что это какое-то нелепое совпадение! Что это - просто игра случая. Это немного усложняло дело и со стороны могло даже показаться забавным, но только не для меня. Я смотрел на тебя, когда ты изображала из себя богачку, говорила мне о своей любви и думал, а что будет с тобой, когда ты узнаешь, кто я на самом деле... Это было так мучительно... Я боялся потерять тебя, Ева. Но у меня всё равно ещё оставался шанс, всё равно оставалась надежда. Встретились два не очень удачливых человека, каждый сыграл свою роль, а потом, когда выложили все карты... Нет козырей, зато есть любовь... А сейчас у меня ничего не осталось. Ты обманула дважды, а теперь ещё и забираешь последнее – мою свободу…
Ева – Гарольд...
Гарольд - Зачем нужно было всё это представление?! Зачем надо было разыгрывать всю эту свадьбу, устраивать здесь мне сцены, демонстративно рвать свидетельство о браке!? Зачем!? Вы же всё обо мне знали!
Ева – Гарольд...
Гарольд – Я не хочу тебя видеть.
Ева – Гарольд, скажу тебе, как полицейский. Ни одна из твоих бывших жён не дала на тебя обвинительные показания. Ни одна! И это, несмотря на то, что ты всех их оставлял, можно сказать, в одном нижнем белье. Из-за этого прокуратура не может завести на тебя уголовное дело. Налоговая полиция давно уже ищет тебя по всей стране. Было решено спровоцировать встречу Миды Шлиц с тобой и твоей новой женой... Ну, то есть, со мной. Обычно женщины в подобных случаях, при виде соперницы, ведут себя вполне адекватно и не щадят своих бывших... И в этом смысле, я выполнила своё задание...
Гарольд – Продолжай...
Ева – Но, как женщина, я поняла, что не рассчитала своих сил... Гарольд! Прости меня, пожалуйста! Пожалуйста... В какой-то момент, я даже не могу точно сказать, когда, всё пошло не так. Всё пошло наперекосяк... Я влюблялась в тебя с каждым часом всё сильнее и сильнее. Я ничего не могла с собою сделать... Это было похоже на встречу с торнадо – тебя подхватывает, как пёрышко и куда-то несёт, и ты не знаешь, то ли в небо, то ли в бетонную стену! По утрам я изо всех сил пыталась заставить себя не думать о тебе, а по вечерам умирала от одной только мысли, что мне надо ждать целую ночь, чтобы увидеть тебя... Были мгновения, когда я просто забывала о том, кто я и что должна сделать. Я растворялась в твоих словах, твоих глазах, губах и у меня уже не было сил о чём-то думать ещё, кроме тебя, Гарольд... Мне сейчас очень трудно... Помоги мне...
Гарольд – Расстегни наручники.
Ева – Нет...
Гарольд – Пожалуйста...
Ева – Нет...
Гарольд – Сними с меня эти чёртовые наручники, Ева!!!
Ева – Я не могу этого сделать... Не заставляй меня, Гарольд. И не кричи так на меня!
Гарольд – Прости... Не буду. Не буду... Я просто сорвался... Ева, ты хороший полицейский! Ты очень хороший полицейский... Ты всё сделала правильно... Я уже простил тебя, Ева... Я это забуду. И тебя постараюсь забыть. Это будет трудно, но я очень постараюсь сделать это, обещаю тебе... И ты забудешь.
Ева – Нет!
Гарольд – Да. Все мои дела потянут лет на восемь... В полиции накопают ещё что-нибудь лет на пять... Ты за это время выйдешь замуж и родишь троих детей...
Ева – Нет!
Гарольд – Ну, может, двоих... У тебя будут красивые дети, Ева...
Ева – Нет! Гарольд...
Гарольд – Что?
Ева – Если я отпущу тебя, я поступлю очень плохо?
Гарольд – Мне всё равно...
Ева – Нет! Не обманывай меня! Тебе не всё равно! Тебе не может быть всё равно! И не надо перекладывать всю ответственность на меня! Я знаю, ты уже сейчас ненавидишь меня! А за что? За то, что я выполняю свою работу! За то, чтобы на свободе было меньше таких, как ты! Это я должна тебя ненавидеть! Я! Потому что ты дерьмо, дерьмо, дерьмо!!! Гарольд... Не слушай меня! Пожалуйста, не слушай! Это говорю не я... Это кто-то во мне, маленький и злобный... Мне плохо! Мне сейчас очень плохо... У меня такое чувство, будто я сама, своими руками убиваю нас обоих... Скажи мне что-нибудь, Гарольд! Скажи, только не молчи... Я люблю тебя...
Гарольд – Это моё самое главное несчастье! Меня любят женщины! Любят слепо, как мать своего ребёнка! Даже арестовать, как следует не могут. Возьми это кольцо, Ева... Пока оно на моей руке, я буду думать, что всё это правда... А это было просто смешное криминальное шоу. Со скрытой камерой... И вот наступил финал. Всего одна жертва, господа! Всего одна жертва! Всем участникам спасибо! Призовой фонд – человеческие жизни... В любом случае это кольцо будет напоминать о тебе, Ева, а я этого не хочу. Возьми его или я его выброшу!
Ева - Это жестоко, Гарольд...
Гарольд – Это ты мне такое говоришь?! Я что, по-твоему, кровожаднее тебя, Ева? У тебя какое-то странное представление о жестокости... Это кольцо тебе ещё пригодится для отчёта... Так ты возьмёшь его или нет?!
Ева – Возьму... Не кричи.
Ева близко подходит к Гарольду, то хватает её.
Гарольд – Дай мне ключ!
Ева – Гарольд, мне больно! Что ты делаешь?! Ты сломаешь мне руку!
Гарольд – Скорее всего... Где у тебя ключ от наручников? Где он? Дай мне его быстрее!
Ева – Господи! Какая же я дура! Сколько я ещё буду тебе верить...
Гарольд – Где этот чёртов ключ?!
Ева – В сумочке...
Гарольд – Доставай!
Ева – Я не могу это сделать одной рукой!
Гарольд – Даже не пытайся вырваться, Ева! Тогда я тебе точно что-нибудь сломаю!
Ева – О, Гарольд! Ты никогда ещё не держал меня так крепко... Мне так хорошо… Так приятно. Я люблю тебя, Гарольд... Даже такого.
Гарольд – А я себя ненавижу... Ты можешь это сделать побыстрее!
Ева – Могу...
Ева достаёт из сумочки ключ от наручников и бросает его в сторону.
Гарольд – О-о-о... Зачем ты это сделала?
Ева – Не отпускай меня, Гарольд!
Гарольд - Зачем ты это сделала, Ева!?
Ева – Поцелуй меня...
Гарольд – Ты ненормальная...
Ева – Тогда я тебя поцелую... Я поняла... Я буду ждать тебя, Гарольд! Сколько надо, столько и буду тебя ждать... Ты веришь мне?
Гарольд – Господи, за что! Неужели тебе доставляет удовольствие видеть всё это?
У Евы звонит телефон.
Ева – Погоди, Гарольд... Я должна ответить.
Гарольд – Отвечай кому хочешь! Хоть чёрту в преисподней!
Ева – Алло! Кто это? Сержант Ланге?  Да, сэр! Прикован наручниками к сейфу. Нет, сэр, ведёт себя очень спокойно... Через пятнадцать минут? Да, сэр! Поняла, сэр... Есть, сэр! Гарольд, у них сломалась машина. Пока вызовут другой патруль у нас есть минут пятнадцать-двадцать... Вот что я придумала! Только ты не отказывайся... Это очень важно для меня. У нас с тобой была свадьба, но не будет брачной ночи... Понимаешь меня, Гарольд?
Гарольд – Ты хочешь брачный день?
Ева – Да!
Гарольд – А почему нет? После всего того, что здесь было – это просто невинное развлечение.  Только сними наручники...
Ева - Этим можно заниматься и в наручниках... Я хочу тебя, Гарольд! Возьми меня прямо здесь и сейчас... У нас так мало времени!
Гарольд – Постарайся не разочаровать меня, Ева. Я сейчас в таком положении, что от меня мало что зависит...
Ева – О, Гарольд...
Заходит миссис Шлиц.
Шлиц – А! Вы всё ещё здесь! Не можете оторваться друг от друга... Как это похоже на тебя, Гарольд – одни животные инстинкты! Так вот, знай, альфа-самец, – я вызвала сюда полицию, и она будет здесь с минуты на минуту! Тебя арестуют вместе с этой авантюристкой, твоей, так называемой, женой!
Гарольд – Мида! Как хорошо, что ты пришла! Тебя послало само небо! Посмотри, возле твоей правой ноги лежит ключ от наручников. Видишь его?
Шлиц – Ну и что?
Гарольд - Пожалуйста, Мида, дай мне этот ключ! Умоляю тебя! Ты видишь, в каком я положении? Дай мне этот ключ!
Шлиц – Почему я должна вмешиваться в ваши игры? Я не собираюсь этого делать! Мало ли что ещё вам двоим взбредёт в голову...
Гарольд – Мида!!! Во имя всего святого! Ради того, что между нами было, дай мне этот ключ!
Ева – Не смейте его брать, миссис Шлиц! Я вам запрещаю это делать! Этот человек арестован и должен предстать перед судом!
Шлиц – Человек?! Что значит человек?! Гарольд, почему она говорит о тебе в третьем лице?
Гарольд – Не задавай вопросов, Мида! Просто дай мне этот ключ и всё!
Ева – Не трогайте ключ! Слышите меня? Если вы отдадите его, то станете сообщницей преступника!
Шлиц – Я, кажется, поняла... Гарольд, наконец-то ты попался? Тебя развела полиция... А ну, отойди от моего мужа, мерзавка! И ты ей поверил! Да она мне сразу показалась подозрительной... Да ещё с такой внешностью! Вот он ключ! И я отдам его своему мужу, даже если мне придётся отвечать за это перед судом!
Гарольд – Быстрее, Мида! Дай мне его!
Ева – Вы пожалеете об этом, миссис Шлиц! Вы для него – только средство! Вы всегда были для него только средством! Таких, как вы, он только использовал, а потом бросал! И даже сейчас, несмотря ни на что, он любит меня! Меня, а не вас! Он сам мне в этом признался! Если не верите, спросите у него!
Шлиц – Гарольд! Я не отдам тебе этот ключ до тех пор, пока ты не скажешь, что эта особа – гадкая, мерзкая обманщица! И что ты её никогда не любил! И что, как женщина, она тебе совершенно неинтересна! Ну?! Что ты молчишь? Я жду!
Гарольд – Мида... Единственное, что я тебе могу прямо и честно сказать, так это то, что с сегодняшнего дня мне совершенно неинтересны все женщины! Все женщины мира! Теперь они мне просто безразличны. К сожалению, мы очень разные. Мы с разных планет... Мужчины и женщины! Отсюда все наши проблемы...  Если тебя этот ответ устраивает и, если ты хоть немного меня любишь, дай мне ключ...
Ева – Нет!!!
Шлиц – Да!
Миссис Шлиц подаёт Гарольду ключ и тот снимает с себя наручники.
Гарольд – Свобода... Я снова дышу! Нет ничего дороже её. Милые дамы, поверьте, это день я буду вспоминать всю свою жизнь. У меня больше нет иллюзий. Благодаря вам... Остались очень мало времени, поэтому в нарушении этикета я, с вашего позволения, выйду через окно. Так мне будет спокойнее…
Ева – Гарольд, остановись! Если ты сделаешь ещё шаг, я буду стрелять!
Гарольд – Что?! Что ты будешь делать, Ева?! Господи, эти женские сумочки! Чего только там нет... Прощайте.
Шлиц – Нет!!!
Ева – Да!
Выстрел. Гарольд падает.
Конец
Декабрь 2017 год
Барнаул Алтайский край


Рецензии
На это произведение написано 40 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.