Ирония судьбы

Мысль покончить с собой к сорокасемилетней Ольге пришла не сразу. В последнее время события в её жизни стали развиваться таким образом, что ускорение конца существования собственного бренного тела в этом суетном мир показалось ей вполне подходящим решением всех проблем.
 
А проблем у Ольги скопилось немало: неожиданный уход мужа к лучшей подруге, внезапное сокращение на работе, потянувшее за собой проблемы по оплате кредита, взятого на новенькую «Ауди». Кроме того, вчера вечером Ольга, на ещё незастрахованной иномарке, ухитрилась въехать в бок пафосному чёрному «Порше», чей молодящийся хозяин в белоснежной парке, брезгливо поджимая губы, в качестве компенсации за нанесённый ущерб озвучил такую сумму в валюте, что Ольга сразу поняла – без  второго кредита здесь не обойтись… А ещё для неё было невыносимым мучившее её последние полтора года осознание неизбежного перехода из статуса «девушки» в статус «тётки» неопределённого возраста. Ведь, несмотря на все косметические и фитнессцентровские ухищрения, теперь по утрам на неё в зеркало смотрела почти незнакомая особа с опухшим носом и  всё четче прорисованными морщинками вокруг глаз.  Ну, а про такие мелочи как постоянная поломка лифта, почти круглосуточный грохот перфоратора у новых соседей, плач новорожденного этажом ниже и протекавший на кухне кран и упоминать не стоило…

Вот и сегодняшним утром внезапный звонок с незнакомого номера ввёл Ольгу в состояние дикого стресса. Незнакомый, наглый мужской голос сообщил, что звонит ей коллектор,  и что её долг банку был перепродан коллекторской фирме. Далее незнакомец добавил, что  ей следует в двухдневный срок погасить долг да ещё с процентами, а иначе… иначе для начала они проколют шины этой самой «Ауди», а дальше подумают, чем ещё Ольгу можно будет огорчить.  Этот разговор стал для женщины той самой последней каплей, запустившей в ней страстное желание разом покончить со всем проблемами.

Приняв окончательное решение и выпив последний стаканчик кофе в  ближайшем кафе, Ольга уверенным шагом направилась к станции метро. Способ решения всех проблем, принятый на вооружение фанатичными поклонниками творчества Льва Николаевича Толстого показался ей в тот момент наиболее быстрым и эффективным. Не было ни капли страха, ни тени сомнения – она  жаждала только освобождения от всех проблем и вечного покоя.
 Последний синий вагон только что отъехавшего состава исчез в чёрном жерле тоннеля метро и она, подойдя к самому краю платформы, обернулась и медленно  окинула взглядом вокруг себя – абсолютно никому не было до неё никакого дела. Вдруг в этот момент её нога неожиданно соскользнула с мраморного края, и Ольга рухнула на рельсы.
 – А-а, человек упал на рельсы!! – тут же зазвенели голоса до того момента  безразличных пассажиров. – Сообщите скорее дежурному, пусть отключит ток!
Оглушённая падением, Ольга поднялась на ноги.
 – Бегите, женщина! Бегите скорее к той белой полосе! – стали кричать ей люди, указывая руками в сторону белой полосы у въезда в тоннель. В толпе замелькала униформа служащих метро.
Ольга, не глядя на них, наоборот двинулась в противоположную сторону, где во втором чёрном жерле тоннеля уже появился металлический отблеск железных рельсов и рассеянный жёлтый свет фар очередного поезда метро.
 – Сдурела тётка, видать, после падения! – неожиданно раздался мужской голос, и за её спиной послышался звук чьего-то прыжка. В этот же момент прямо перед  ней ещё один парень тоже спрыгнул с платформы и, схватив резким движением за шею, кинул в колею между рельсами.
 – Отпусти меня, идиот! Дай мне умереть!– вопли Ольги заглушил пронзительный вой гудка стремительно приближавшегося поезда и скрежет тормозящих по металлу колёс.  Она  попыталась вывернуться.
 – Лежи, дура! Держи её за ноги, мужик! – крикнул кому-то позади неё парень и с силой двинул Ольге в челюсть. Наступила темнота…

Ольга очнулась от едкого запаха нашатыря. Она открыла глаза и увидела вокруг себя толпу зевак, пару медиков, полицейских и служащих метро.
 – Я её к земле прижимаю, а она вырывается! – возмущённо восклицал отправивший её в нокаут парень, пытаясь оттереть с испачканной куртки грязь.
 – Да у женщины просто шок был. Вот и вырывалась, – со знанием дела возразила ему врачиха в синем костюме с красным крестом на нагрудном кармане. Она с сочувствием посмотрела на Ольгу, прислонённую к мраморной стене, и помахала перед её носом ваткой с нашатырём.

Отпустили Ольгу минут через сорок, убедившись, что пострадавшая пришла в себя и больше ни в чьей помощи не нуждается. Полицейские метро составили акт о несчастном случае и заставили Ольгу подписаться под ним.
Ольга, ощущая  лёгкое головокружение и ноющую боль в челюсти слева, нехотя направилась в сторону выхода. В этот момент в кармане её куртки вновь зазвонил  телефон. Ольга машинально поднесла телефон к уху и замерла на месте: « Тварь, верни долг! Иначе тебе каюк и твоим родичам тоже!». Уже знакомый, мерзкий, издевательский мужской голос произвёл на неё эффект опрокинутого ушата с ледяной водой. Тут же вспомнились все остальные причины для окончательного расчёта с жизнью и Ольга, резко  развернувшись, уверенным шагом двинулась вновь к краю платформы. Не раздумывая, она кинулась было под уже подходивший состав старого  образца, но запнувшись ногой об ногу, чуть подзадержалась и уже в падении непроизвольно боднула головой синий бок промчавшегося мимо неё вагона машиниста. В этот же момент Ольга вдруг почувствовала, как что-то схватило её за шиворот и потащило вдоль всей платформы.
 – Эй, держи женщину! – закричали люди, которых Ольга болтающимися ногами по инерции сносила по ходу движения состава. – Тётку за капюшон потащило!..

 – Всякое видал, – позже изумлённо покачал головой полицейский. – Но, чтобы человек капюшоном зацепился за ручку двери от кабины машиниста – впервые! Да, тётка, что-то не везёт тебе сегодня. Давай-ка я сам тебя до выхода провожу, и не вздумай больше сюда возвращаться. 
 – А может мне ехать надо, – попробовала слабо возразить ему Ольга, уже настроившаяся покончить с жизнью именно в метро.
 – Не-е! Сегодня, видать, не твой день, тётка. На автобусе поезжай или такси возьми. А в метро тебе сегодня вход закрыт, – с этими словами он достал свой мобильный телефон и щёлкнул Ольгу анфас.
 – А это ещё зачем? – не сильно удивилась та.
 – А затем, что я щас твою фотку всем нашим в чат кину, и в метро сегодня тебя никто не пропустит, – полицейский уткнулся носом в дисплей гаджета и сделал Ольге выпроваживающий жест: – Иди-иди отсюда, тётка!  Я  с тебя глаз не спущу, пока не исчезнешь отсель. И в метро сегодня даже и не суйся!
Под настороженные взгляды сотрудников метрополитена озадаченная Ольга вышла на улицу.

« Как жаль, что не получилось. Но откладывать нет смысла. Что же делать?.. Я, конечно, боюсь высоты, а как же быть! Надо просто решиться. Несколько секунд и всё – вечный покой», – и Ольга направилась к ближайшей высотке. Здесь у подъезда стоял большой крытый грузовик с кучей всякой мебели – кто-то переезжал. Дверь в подъезд была распахнута и Ольга, прошмыгнув вовнутрь, кинулась к лифту.
 – Женщина, женщина! Вы к кому?! В какую квартиру?! – пронзительно закричала ей вслед пожилая консьержка.
Но двери лифта за Ольгой уже закрылись, и она, нажав на кнопку шестнадцатого этажа, глубоко вздохнула и начала мысленно готовиться к прыжку. Ольга с детства боялась высоты, и сейчас в глубине души этот её страх боролся с  нестерпимым желанием покончить с собой.
Выйдя на лестничную площадку, Ольга с досадой обнаружила, что доступ на крышу перекрыт мощной металлической решётчатой дверью с амбарным замком наперевес.
 – Ничего, ничего, – нахмурилась она. – Я и через балкон могу.
Ольга уверенно распахнула дверь запасного пожарного хода, выходившего  прямо на улицу, и полной грудью вдохнула холодный осенний воздух. Она  кинула взгляд на близлежащие крыши домов и осторожно подошла к краю балкона. Ольга, действительно, боялась высоты. Она глянула вниз. Где-то там, поодаль на газоне, копошились несколько дворников в синей униформе, похожей на униформу «скорой», сгребая пожухлую листву и запихивая её в чёрные, блестящие мешки. Они громко переговаривались на своём языке и дружно смеялись. Около  подъезда грузчики продолжали таскать чьи-то вещи.
Прямо под балконом белел широкий бетонный козырёк, на котором Ольге и предстояло закончить свой неудавшийся жизненный путь. Она вдруг представила себя на нём с нелепо вывернутыми  в разные стороны руками и ногами и расплывающимся, красно-бурым пятном под разбитой головой. Обычно так показывают самоубийц в фильмах.
 – Самой смешно: собираюсь покончить с жизнью и боюсь высоты, – бледными губами прошептала Ольга и, зажмурившись, закинула ногу на перила подъездного балкона. Перебравшись через них, она, не раскрывая глаз, приготовилась к прыжку. Влажные от волнения ладони судорожно  цеплялись за края перил: «Всё-таки высота не моё. Надо было хоть под машину кинуться. Раз и всё», – некстати возникла в её голове мысль, и она, разжав ладони, полетела вниз, затаив дыхание и рефлекторно сжавшись всем телом в ожидании страшного удара об бетон.
Внезапно, она ударилась спиной обо что-то плотное, но упругое  и её резко откинуло куда-то в сторону. Через мгновение Ольга со свистом рухнула на нечто пружинящее. Последнее под ней с треском лопнуло и зашуршало. Ольга тут же почувствовала знакомый запах прелых осенних листьев.
 – Вай, шайтан, шайтан!!! – пронзительно закричали вокруг неё мужские голоса. Ольга осторожно приоткрыла сначала один глаз, потом – второй и машинально сдула с лица осенние листья. На неё в ужасе смотрели смуглолицые дворники.
 – Ты откуда упаль? – спросил взволнованно один из них, протягивая женщине руку. – Из самолёт?
 – Какой самолёт?! – возразил ему другой дворник. – Из дома она упаль. С балькона, я сам видел.
 – Какой дом?! Гляди где дом и где эта женщин упаль! – опять воскликнул первый дворник, и указал рукой на расстояние между домом и чёрными мешками с листвой, на которые приземлилась Ольга.
 – Ага! А самолёт где? Ни один сейчас здесь не леталь!
Обескураженные дворники вопросительно уставились на Ольгу, сидевшую на лопнувших мешках и молча стряхивавшую с себя листья.
 – Эй, женщина! С вами всё в порядке?! – неожиданно раздались крики со стороны подъезда.
В сторону Ольги и дворников быстрым шагом двигалась пара грузчиков.
 – Как видите, – пожала плечами хмурая  Ольга и стряхнула с рукава куртки последний пожухлый листок.
Грузчики озадаченно оглядели её и тоже пожали плечами: – Вроде цела. А  с балкона-то  ты зачем прыгнула, тётка?
 – Вот! Я ведь правильно сказал – она с дома упаль! – радостно завопил один из дворников. – А ты – самолёт, самолёт!
 – Где дом и где она упаль! – упрямо повторил его напарник.
 – Так её же рикошетом от нашего матраса откинуло. У нас матрас на еврокровать в лифт не вместился, и пришлось его тащить по улице по пожарной  лестнице. На каждом этаже теперь придётся отмечаться, – недовольно пробурчал один из грузчиков и кивнул своему напарнику: – Пошли, раз всё обошлось. Тётка вон цела и, Слава богу. А прыгала-то всё-таки зачем?
 – Сорвалась нечаянно, – вздохнула Ольга и направилась к дороге. Нет, высота это не её случай.

« Попробую отравиться. Надо зайти в аптеку и купить… а чего купить-то, чтобы отравиться наверняка?» – задумалась она, шагая к аптеке. – « Нужно какое-нибудь сильное снотворное. Уснула и всё. Только ведь без рецепта мне его точно не продадут. А что делать?»
И тут она очень своевременно припомнила соседского подростка Петьку, который пару недель назад в лифте шёпотом торопливо диктовал какому-то своему другану адрес аптеки, где без рецепта можно было купить всё.
Через короткое время Ольга уже держала в руках пачку популярного в народе снотворного средства. В пачке было сорок таблеток  и этого, по её мнению, должно было хватить для погружения в вечный сон. Дома Ольга налила в бокал воды и, встав в ванной перед зеркалом, спокойно выпила одну за другой все сорок зелёненьких таблеток. После чего прошла в спальню, легла на незаправленную постель и стала ждать. Через несколько минут она почувствовала, как всё вокруг неё начало погружаться в какой-то туман, звуки с улицы стали глуше и потянуло в сон. Ольга закрыла глаза и, судорожно глубоко вздохнув, провалилась в темноту…

Неожиданно резкий звонок  пробился в её сознание. Он звонил и звонил не переставая. Ольге хотелось спать и совершенно не хотелось нарушать это невыразимо приятное состояние блаженства и покоя. Но звонок продолжал будоражить её сон. « Кого ещё там чёрт принёс!» – она  с трудом приоткрыла глаза – в комнате было тихо и уже темно. Только будильник мерно и негромко отсчитывал секунды.
Ольга наощупь неверными шагами дошла в темноте до двери и повернула замок.
 – Уф-ф, жива, слава богу! – вихрем ворвалась в коридор подруга Светка. – А я уже вся обзвонилась. Трубку-то чего не берёшь?
 – Трубку? – рассеянно переспросила, глубоко зевая, Ольга.  Она машинально нащупала на стене кнопку выключателя и, нажав на неё, зажмурилась от ослепившего её электрического света.
– Так ты спала уже что ли?! Посмотрите на неё! Я переживаю, мчусь с другого конца города, чтобы убедиться, что с подругой всё в порядке. А она спит в своё удовольствие! А это ещё что?! – Светка с округлившимися глазами сунула Ольге под нос пустую упаковку от снотворного.
 – Снотворное, – опять зевнула Ольга и, пройдя в зал, опустилась на диван.
 – Всё-таки переживаешь, – сочувственно покачала головой подруга. – Теперь понятно, почему спала и звонка не слышала. Плюнь ты на этого козла! А Верку я, вообще, не понимаю! Она же всегда говорила, что на чужом несчастье счастья не построишь. А сама взяла и отбила у тебя мужика. Додуматься же надо было – увести мужа у лучшей подруги! Тут любому будет обидно.
 – Обидно, – безучастно кивнула Ольга.
 – Я смотрю, на тебя лекарство-то как хорошо подействовало – совсем не нервничаешь. Сколько выпила таблеток?
 – Все.
 – Все?! Как все? Это невозможно, – подскочила на месте Светка. – Ты должна была умереть!
 – Хочешь – верь,  хочешь – не верь, – пожала плечами Ольга.
Светка схватила со стола пустую упаковку и начала разглядывать её со всех сторон. Потом громко расхохоталась:
 – Так это же фирма «Перрейн». Они днём нормальные лекарства делают, а по ночам гонят подделку. Тебе, похоже, такая и досталась! А иначе я с тобой сейчас бы и не разговаривала. Вот повезло-то тебе!
Ольга взяла пустую упаковку от лекарства и, нахмурившись, покрутила её в руках:
 – Вот гады! И те, кто подделки делает и те, кто их в аптеках продают. А люди такие деньги за лекарства платят.
 – Времена такие, – вздохнула подруга Светка. – Не обманешь – не разбогатеешь…

Проводив через пару часов успокоившуюся подругу домой, Ольга подошла к окну и посмотрела на освещённые окна соседних домов. За каждым из них шла жизнь со своими радостями и печалями. Внезапно зазвучала музыка с её мобильного телефона, и вновь её сердце бешено застучало при виде уже ненавистного знакомого номера, с которого звонил коллектор. Ольга не стала отвечать и растерянным взглядом обвела комнату.
«Повеситься? А почему бы и нет… Видок, правда, говорят, у висельников ещё тот… Только  мне-то какая уже будет разница?» – Ольга достала из шкафа вешалку с платьем и сняла с него поясок. – « Так, теперь главное найти, на чём повеситься. Люстры не подойдут – сами на соплях держатся. На батарее – низко – ложиться на пол придётся… Остаются ручки дверей. Где-то я читала, что при этом встают на колени и как бы падают вперёд на пол – петля-то и затягивается на шее».
Ольга хмурясь, встала на колени перед межкомнатной дверью и крепко привязала один конец пояска к латунной ручке двери; второй обмотала вокруг шеи. Глубоко вздохнув напоследок, она, не раздумывая, кинулась плашмя на пол. Тут же почувствовала, как крепкий поясок мгновенно  железным обручем впился ей в шею, не давая дышать. У неё потемнело в глазах, но неожиданно железная хватка обруча ослабла и вырванная с корнем ручка двери гулко и очень больно ударила Ольгу по голове.
 – Ну, что за чёрт! – с  досадой вскрикнула она, надрывно закашлявшись. В горле першило и саднило кожу на шее, стёртую пояском. Ольга села у двери и, потирая пальцами ушибленное место на голове, чуть не заплакала – ну почему у неё всё получается через одно место?!
Неожиданно её взгляд упал на старенький, любимый фен. Она, не обращая внимания на продолжавший звонить мобильный телефон, схватила фен и решительно направилась в ванную комнату. Там, заткнув сливное отверстие ванны пробкой, пустила большим напором воду и присела на крышку унитаза. Беседа со Светкой в какой-то степени поколебала её решимость покончить с собой. Но повторное появление ненавистного номера коллектора на дисплее её мобильника вновь вызвало в ней страстное желание решить все проблемы разом. Ольга подключила фен к розетке и положила его на край стиральной машинки. Ей показалось, что ванна медленно наполняется водой, и она решила сходить на кухню, чтобы в последний раз попить кофейку. Выходя из ванной комнаты, Ольга неловко хлопнула дверью и, лежавший на краю стиральной машинки фен, неожиданно слетел в воду. Тут же послышались страшный треск, шипение, заморгал и погас свет.
 – Вот чёрт! – раздосадовано воскликнула Ольга и, не шевелясь, постояла несколько мгновений, давая возможность глазам привыкнуть к темноте. Она осторожно подошла к окну и увидела, что рядом стоявшие дома тоже  погрузились во мрак. В их чёрных окнах замелькали  огоньки от зажжённых спичек, свечей, фонариков.
 – Наделала я делов – полрайона без света оставила. Когда ещё они восстановят свет,  – пробормотала она и стала поспешно одеваться. – Пойду, брошусь под машину. Благо шоссе тут под боком.
Она опять на ощупь пробралась к входной двери и вышла на лестничную площадку – света нигде не было. Только в темноте было хорошо слышно, как на этажах матерились мужики у щитков, пытаясь подключить электричество, и как жалобно молили о помощи, застрявшие в лифте. Ольга своим ходом спустилась по запасному лестничному ходу и, выйдя на улицу, пошла в сторону шоссе. Уже на подходе к нему, Ольга поняла, что и здесь у неё ничего не получится: несмотря на позднее время шоссе в обе стороны сплошь светилось красно-белыми фарами – уже ставшие привычными для москвичей дорожные пробки  лишили Ольгу возможности кинуться под колёса – автомобили двигались в час по чайной ложке.
 – И что же тебе не сиделось в своей области со своими оленями! – зло пробормотала она, с досадой глядя на то, как медленно двигалась по шоссе эта бесконечная, сверкающая красно-белыми огнями автомобильная река.
« И тут облом! Да что же у меня за день такой?!» – лениво возмутилась Ольга – снотворное всё ещё продолжало гулять у неё в крови. Она двинулась опять в сторону дома: – «По-моему, где-то дома оставался мышьяк. Светка приносила, когда в квартире в прошлом году вдруг завелась крыса. Очень эффективное средство, если верить нашим русским классикам».
Дома вокруг неё по-прежнему стояли чёрными монолитами, в окнах которых мелькали отсветы свечей и фонариков. В подъезде было темно и непривычно тихо. Чертыхаясь и тяжело дыша,  Ольга  медленно поднялась на свой восьмой этаж  и, осветив  фонариком на телефоне замочную скважину, вставила туда ключ. Дома она, сняв обувь, тут же направилась в кладовку, и свет от телефона выхватил из темноты знакомый пакет с надписью «Мышьяк». Ольга, схватив его, направилась на кухню и при неярком свете насыпала столовой ложкой белый порошок в стакан с водой, хорошенько помешала. Подойдя к окну, посмотрела на светящиеся огоньки отдалённого района Москвы, и, вздохнув, сделала первый глоток.
 – Кх-м-м… – только и произнесла она, поперхнувшись и закашлявшись. В голове мелькнула мысль: « А почему никто из классиков не писал, что мышьяк такой сладкий?!» Ольга с трудом допила невыносимо приторную жижу из стакана и, подойдя к дивану, легла на него и стала ждать режущих болей в животе, тошноту и долгожданную смерть, как описывали классики.
Минут через сорок в её голову закрались первые сомнения – она вообще не чувствовала никаких неприятных ощущений. В этот момент ей на мобильный телефон позвонила Светка:
 – Ну, как ты там?
 – Нормально, – машинально ответила Ольга. – А у нас в доме свет погас. Да и в соседних тоже.
 – Напряжение не выдержало, – авторитетно заявила подруга. – Представляешь, какое количество всяких электроприборов включается в Москве каждый вечер!
 – Представляю, – согласилась Ольга и неожиданно спросила: – Свет, а ты знала, что мышьяк очень сладкий на вкус?
В трубке наступило молчание.
 – Значит, ты всё-таки надумала покончить с собой из-за этого козла! – задумчиво произнесла подруга. – А я ведь как только увидела упаковку из-под снотворного, так сразу и подумала. И пока ты заваривала нам чай на кухне, мышьяк твой спустила в унитаз, а в пакет насыпала сахару…  Жди, я сейчас к тебе приеду!
 – Свет, не нужно, не приезжай… – начала, было, Ольга, но подруга уже отключила свой телефон.
« Сейчас приедет, начнёт уговаривать меня… нет, не хочу никого видеть», – раздосадовано тряхнула головой Ольга и, натянув на себя куртку и сапожки, направилась к выходу. В этот момент наконец-то дали свет и со всех сторон донеслись радостные вопли заскучавших без телевизоров и компьютеров жильцов обесточенных домов. Ольга на улице окинула взглядом засиявшие окна многоэтажек и, пожав плечами, двинула, куда глаза глядят.

 Проходя мимо известного банка с зелёными неоновыми буквами на вывеске, Ольга обратила внимание на небольшую очередь около зелёных банкоматов. «А ведь там могут стоять грабители, поджидающие того, кто снимет много денег», – подумала она и машинально нащупала рукой в кармане банковскую карточку: – «Тем более, что нам кинули вчера зарплату».
Ольга уверенным шагом направилась в сторону дверей банка, за которыми темнели человеческие фигуры. В отделении было светло и тепло. Ольга окинула взглядом присутствующих: пятеро мужчин и одна девица под руку с молодым человеком. Ольга сразу обратила внимание на двоих парней, стоявших у окна. Лет под тридцать – коротко-стриженные, бледные, с синими от татуировок кистями и мрачными исподлобья  взглядами. Один из них пристально глянул на Ольгу, раз, другой. Она почувствовала лёгкое возбуждение, холодок пополз у неё по спине: « Вот они! Те, которые помогут мне сделать то, что почему-то никак не получается у меня самой. Видно же сразу что  уголовники и пришли сюда раздобыть деньжат по-быстрому. Только нужно им показать, что денег у меня куры не клюют. Сниму всё. Надеюсь, что сорок тысяч им сейчас очень нужны ».
Наконец подошла её очередь и в помещении осталась только она и эти двое мужиков уголовного вида. Один из них прямо буравил её взглядом, и на его губах змеилась странная улыбка. Ольга достала из банкомата карту и восемь красненьких бумажке по пять тысяч рублей. Она, встав лицом прямо перед мужиками,  начала  неторопливо рассматривать каждую из них на свет, якобы проверяя на подлинность. Мужики замолчали, не сводя с неё глаз.
Ольга демонстративно сунула деньги в карман и направилась неторопливо к выходу. О чём-то пошептавшись, мужики двинулись следом. « Вот оно! Наконец-то!», – волнение вдруг охватило Ольгу: – « У этих-то уж точно всё должно получиться!»
Она кинула взгляд назад – к её удивлению, вышедшие следом уголовники, неожиданно разделились и только один из них пошёл следом за ней – тот самый – со змеиной улыбкой на губах.
Ольга неторопливо шла по ночной, пустынной улице. Едва слышным эхом среди тёмневших многоэтажек отдавались её шаги и шаги опасного незнакомца. Ольга с волнением ожидала нападения, но пока ничего не происходило – незнакомый уголовник также неторопливо шёл за ней и едва слышно что-то насвистывал. «Ждёт удобного момента», – догадалась Ольга, подходя к своему подъезду: – « Только ведь в подъезде камера». Камера видеонаблюдения нисколько не смутила незнакомца. Он, исподлобья поглядывая на Ольгу, зашёл вместе с ней в большой грузовой лифт и прислонился к стенке.
«Чего же ты ждешь?!» – мысленно воскликнула она, с удивлением и нетерпением глядя ему в глаза. Уже знакомая змеиная улыбка была ей в ответ. Двери лифта распахнулись и Ольга, выходя, обернулась на незнакомца. Тот пожал плечами и, вздохнув, вышел вслед за ней на лестничную площадку.
 – Ну?! – не выдержала Ольга и с возмущение посмотрела на незнакомца.
У того редкие брови от удивления поползли вверх: – В смысле?
 – В прямом смысле! Нападать-то когда будете? Грабить? Убивать?! – Ольга решительно шагнула к мужчине.
Тот  от неожиданности даже попятился назад: – Зачем грабить-убивать?
 – Ну, вы же для этого шли за мной всю дорогу?! Так давайте, делайте быстрее своё дело. Только у меня одна просьба – можно ножом сразу в сердце? Ну, чтобы не мучиться и сразу умереть? А деньги у меня вот в этом кармане, знаю, что видели, куда я их положила.
 – Ну, ты, мамаш, даёшь! – растерянно пробормотал незнакомец с уголовной внешностью. – Я-то как раз наоборот охранял тебя всю дорогу. Видел, как ты у банкомата деньгами светила и решил, что любой может на тебя напасть и деньги отобрать. Ты ведь там, в банке, так мне мою матушку напомнила. Жалко тебя стало, вот и решил до дому проводить…
 – Да вы, да ты!!! Как ты посмел вот так меня обнадёжить и обмануть?! Я же так хочу скорее умереть!  – неожиданно разрыдалась Ольга и сползла спиной по стене на корточки, обхватив лицо ладонями.
 – Да ты чё, мамаш?! Когда я тебя обманул?! Падлой буду, если у меня хоть на минуту такая мысль в голове появилась! Я же наоборот тебя по-человечески до дома охранял. Ты ведь и вправду так мне мою маманьку напомнила, – засуетился вокруг неё вконец озадаченный мужик. – Давай-ка, мамаша, открывай двери и домой. И валерьяночки попей для успокоения нервов. А то вон  я тоже из-за тебя весь нервный стал. Есть кто дома-то?
 – Нет у меня никого, – всхлипывая, сквозь слёзы, произнесла Ольга.
 – Понятно, – вздохнул мужик. – Тогда пошли к тебе. Чайком угостишь, да расскажешь мне всё – что это вдруг тебе так срочно помереть потребовалось.
В квартире Ольга ещё пуще разрыдалась и выложила незнакомцу всё, что у неё накипело на душе.
 – Мда-а-а, мамаша… – вздохнул озадаченный мужик. – Довела тебя жизнь до ручки. Деньгами-то я тебе пока точно помочь не смогу – сам только что с зоны откинулся. А вот коллектора твоего приструним на раз. Давай звони ему, забивай стрелку.
 – Какую стрелку? – изумлённо подняла на него зарёванные глаза Ольга.
 – Да встречу назначай – побазарить хочу с ним, мозги вправить. Да не боись, мамаш, всё будет хорошо, – вновь улыбнулся ей своей змеиной улыбкой откинувшийся спиной к стенке незнакомец. – Возьму, мамаш, над тобой шефство, вроде как над своей матушкой. Моя-то пять лет назад нитхинолом траванулась нечаянно, царство ей небесное. Не дождалась меня из зоны. А ты, я смотрю, одинокая, порядочная, интеллигентная, мухи не обидишь. Вот тебе и достаётся.  Я же тебя беречь стану, ребят своих к тебе приставлю для помощи по дому там или в шею кого погнать. И бывшему твоему накостыляем, чтобы жизнь мёдом не казалась. Так что не боись, мамаш, всё у тебя сейчас ништяк будет – живи и радуйся. Сам бог послал мне тебя, а тебе меня.
Ошарашенная Ольга не сводила глаз с тонких, почти обескровленных губ незнакомца, на которых змеилась странная улыбка…


Рецензии
спасибо автору!! посмеялась от души

Ирина Ностальгия   10.07.2018 17:11     Заявить о нарушении