Немцы, такса и грузовичок

Я болею за немцев. Все болеют за немцев, скажите вы. За немцев болеть легко и приятно. Футбол такая игра… Не только футбол. Бегают, прыгают, бьют и скачут все. А побеждают почему-то немцы. Так вот я болею, как раз за «почему-то». За то, КАК они побеждают, эти немцы.
Есть одна история. Настолько старая, что те, кто ее слышал, забыли. А те, кто не слышал, успели забыть тех, кто ее слышал. Но я все равно расскажу.
В 1931 году «Мерседес» закрыл гоночный отдел. Автоспорт давал бешеную рекламу стране. Но, во-первых, требовал бешеных же инвестиций. А, во-вторых, страны по сути не осталось. Веймарская республика доживала последние дни. Слабая, никому не нужная, она пугала людей угрозой хаоса и общей катастрофы. Ее смерти ждали, как ждут смерти далекого родственника, за которым вынуждены ухаживать по болезни.
В Италии, напротив, автоспорт цвел и креп. Муссолини сполна пользовал победы итальянских машин во славу режима. Денег на драйв дуче не жалел. Поэтому очередная «Милле Милья», гонка в тысячу миль по дорогам Италии обещала стать очередным триумфом «Альфа-Ромео». Альфа выставила целых 30 машин. В распоряжении Энцо Феррари, который руководил итальянской конюшней, помимо суперкаров отправили 17 фур с запчастями и 90 высококлассных механиков. Их расположили по трассе почти за каждой кочкой. Победа была в кармане. 30 болидов, бесконечный караван с матчастью и Энцо Феррари в незримом пурпурном плаще императора моторов. Энцо Феррари уже тогда был великим. Он всегда был великим. Но…
Но на гонку заявились немцы. Бывший шеф гоночного отдела «Мерседеса» Альфред Нойбауэр выкупил у фирмы один автомобиль. Потом позвонил заводскому гонщику Караччиоле. Потом нанял несколько безработных рабочих и в долг арендовал грузовик. Команда вышла игрушечной. Босс, четыре механика, пилот, его жена. И такса. И грузовичок. И все. Они собрались вместе и поехали в Италию.
Нет, не все. Команда называлась «Мерседес». Значит, каждый из ее членов был лучшим в своем деле. Включая таксу жены пилота. Об этом и сказал Нойбауэр по прибытии. Он сказал, - Если каждый из нас выполнит работу так, как он может, мы победим. – И добавил нечто странное, - Мы победим потому, что хорда короче дуги.
Четыре механика, пилот, его жена и такса, переглянулись. Грузовичок удивленно пыхнул. Но Нойбауэр знал, что говорил. В гонке длиной в 1600 километров, надёжность по умолчанию важнее скорости. Поэтому-то Феррари не считал бедных бошей реальными противниками. – Пусть Альфредо Бог, а Караччиола дьявол, - заметил Энцо, - у них не хватит людей, чтобы обслужить машину на трассе. А без качественного обслуживания это несерьезно. Они сойдут на первом пит-стопе.
Он был прав. Что могут сделать четыре немецких механика против императорского обоза итальянцев? Даже не императорского. Фуры с деталями для «Альфы» напоминали бесконечный караван восточного паши. Только вместо злата и пышных красавиц Феррари собрал отряд точных профессионалов, жестких и страстных; и мириады запчастей, чью беспорочность проверяли тщательнее, чем проверяют девственность султанских наложниц. Каждый километр трассы Энцо распределил между группами рабочих. При поломке итальянские гонщики получили бы помощь в считанные минуты. А на стационарных отсечках их ждал идеальный сервис.
Итальянцы смеялись над немцами. Смеялись над Нойбауэром, имевшим вид провинциального сутенера и замашки вселенского диктатора. Зачем он привез в Италию эту странную компанию?
Но штука в том, что хорда действительно короче дуги. Когда босс «Мерседеса» разложил перед своими карту со сложным кольцом трассы, команда быстро поняла замысел Нойбауэра. После старта механики «Мерседеса» должны были сразу ехать внутри кольца, по хорде, навпростець, как говорят украинцы. Тогда они успеют встретить гонщика на следующем пит-стопе. Если, конечно, механики немцы. Потом, снова в грузовик и - к очередной отсечке. И так до финиша. До победы.
- Ты понял? – спросил босс старшего техника Карла Кумпфа, - пусть сегодня твой грузовик даст скорость гоночного болида.
Инструкции Караччиоле Нойбауэр сформулировал так же кратко, - Если тебя нагонят итальянцы, сильно не сопротивляйся, но старайся пропускать их парами.
- Да, - засмеялся Караччиола, - если 2 итальянца окажутся на дороге рядом, они забудут и обо мне, и о родной матери. Пока не выбьют друг друга.
Так и получилось. Выверенный до миллиметра, до секунды маршрут механиков «Мерседеса», позволил им везде успеть. А итальянские гонщики, которых пропускал, но не отпускал Караччиола, толкались, плевались, даже останавливались, чтобы на обочине врезать оппоненту-соотечественнику. Ведь итальянцу невыносима сама мысль, что его победит другой итальянец.
И «Мерседес» выиграл. Один против 30.
Босс, четыре механика, гонщик, его жена. И такса. И грузовичок.
Немцы…
Нойбауэр пережил войну. В начале 50-хх он вновь возглавил гоночную команду «Мерседес». И снова побеждал. Но однажды его болид вылетел с трассы и убил нескольких зрителей. И Нойбауэр, чтобы не провоцировать ненависть к немцам, ушел. И увел команду из гонок.
Он правильно сделал. Победы не оправдывают преступлений. Ни людей, ни народов. После Гитлера нужно было время, чтобы победы немцев (пусть на гоночной трассе) не вызывали ненависть.
Слава богу, сегодня чемпионству «Мерса» радуются на 5-ти континентах...
Да, а таксу звали Мориц.


Рецензии
Точно. Хорда короче дуги!
Еще не знаю как это применить. Но именно эта мысль мне нужна сейчас.

Убейсингха Патабедиги Ольга   06.01.2018 05:15     Заявить о нарушении