Призвание варяга гл 75 Возмездие

Ночью по Новгороду пронеслась метель. И на утро город утопал в пушистых лилейных покрывалах. Ветки деревьев и кустов потяжелели. Крыши домов закрыли белые шапки. Лесенки сравняло с сугробами. Калитки замело. Каждый, кто выглядывал на улицу, восхищался прекрасной зимней сказкой. Кроме Рёрика, который шел к гриднице по колено в снегу и ругался на всех подряд, особенно на слуг, которые не успели расчистить дорог на княжеском подворье.

- Так как мы поступим с монахами? - осторожно уточнил Арви у Рёрика. Он заметил, что сегодня князь совсем не в духе. Почти не слушает своего тиуна. Вот и сейчас он, Арви, пол-утра рассказывает правителю о двух монахах, которые прибыли в качестве посланцев из Рима и желают аудиенции правителя. Тиун в своей великой находчивости уже успел опросить гостей. И, как он понял, они пришли, дабы напомнить князю о том, что однажды он принял христианство. И в связи с этим обстоятельством, интересно узнать, не восхочет ли он крестить и тот народ, во главе которого оказался...Если подобные желания посетят его, то монахи, посланные самим Папой, будут счастливы помочь владыке Новгорода в благой миссии. А сам Рёрик получит отпущение грехов и благословение самого Папы. Ему будут забыты проступки, связанные, в том числе, с его заслуженно-полученным прозвищем – «Желчи Христианства». - Князь пожелает принять посланцев Папы и заслушать их речи?

- Нет. Я же уже ответил…- раздраженно заметил Рёрик. - Мне пока не до того.

- Что ж…Как угодно, - на самом деле Арви имел противоположное мнение. Но видя, что князь не в настроении, не решился спорить. - Есть еще нечто, князь, что бы я имел намерение обсудить безотлагательно…

- Ну…- Рёрик сделал глоток воды из кубка. Ему показалось, что он хочет пить. Хотя возможно, это и не так. Ему уже который день неприютно. Но каждый раз оказывается, что это ни  жажда, ни холод, ни усталость.

- Дело в том, князь, что, по возможности, нам следует пресечь беспорядочное распространение сплетен об исчезновении княгини…- Арви вновь качнулся на носках, выжидательно глядя на Рёрика.

- Это и так понятно, Арви, - кивнул Рёрик, проведя ладонью по лбу.

- Боюсь, что не всем…- проскрипел тиун.

- Что это значит? – Рёрик нахмурился.

- Васса и ее подруга…- кашлянул Арви. – Они ходят по двору и заговаривают об этом почти с каждым, кто готов их выслушать. Жены простых дружинников, гости, даже слуги…- Арви заметил, как Рёрик поменялся в лице. – То есть , я хочу сказать…Неверные жены – это обычное…И разумеется, очень важно, чтобы сие происшествие не осталось скрытым от народа…Однако прежде того момента, как княгиня будет возвращена на место и отдана суду, никто не должен знать о наших неприятностях. Ведь в случае, если изменницу не поймают…И если она избежит наказания…То имени правителя будет нанесен непоправимый урон…

- Язык без костей…- процедил Рёрик, очевидно, подразумевая Вольну. – Это все? Или еще что-то?

- Еще…- Арви еле сдерживал довольную улыбку. Если Варвара раздражала его в основном лишь  воплями, то Вольна казалась ему омерзительной по своей сути. И он отлично помнил, что в списке врагов Умилы первой значится именно чернобровая красавица с зычным голосом. И вот теперь, когда Варвары не стало, следовало поскорее ослабить и влияние Вольны. В противном случае Умилу удар хватит, если Рёрик вдруг вздумает жениться на Вольне.
 
- Ну что там еще?..- недовольно поежился Рёрик. Слова тиуна о болтливости Вольны крайне разозлили его. И ему уже не терпелось поскорее покинуть гридницу, найти свою красавицу и заткнуть ее рот.

- Случилось некое происшествие между дружинниками…- сообщил Арви.

- Ну так пусть с ним разберется Ньер, - Рёрик встал на ноги, собираясь покинуть гридницу.

- Затруднение заключается в том, князь, что дело не совсем обычное…В нем замешан княжеский мечник, Хельми…- Арви указал в сторону окна. – Как стало известно, этой ночью он убил одного из дружинников…Юного, но отважного Нежко…

- Как это?! Зачем? – не понял князь.

- Я пока не располагаю подробностями, однако, кажется, по причине ревности…- доложил Арви. И видя вопросительный взгляд князя, тиун продолжил. – Дело в том, что ко мне в дом этим утром прибежала жена Хельми…Она плакала и просила защитить ее. Мы с Росой ничего не поняли из ее слов. Однако положение прояснилось, когда вскоре после нее в мою избу пожаловал некий Жарко…Он потребовал наказания для убийцы своего брата…Дело такое…Якобы мечник застал свою жену в объятиях убиенного и порешил последнего. Хотя не имел такого права. Ему позволяется наказывать токмо свою супругу…Согласно своду, я имею в виду...

- Жена Хельми с каким-то юнцом? – Рёрику не понравилось сообщение. Если бы это был сон, он бы сказал, что сон сей в руку. Однажды он видел жену Хельми. Она была совсем молода, на вид, кажется, не старше Варвары. – Как бы там ни было, я на стороне мужа. И куда катится это княжество…

- Вот именно…Сначала у нас пропала княгиня, теперь еще эта история с женой мечника…Можно сказать, человека, представляющего в полюдье самого князя…- подлил маслица в огонь Арви.

- А разве Хельми здесь? Я думал, он в полюдье…- в этом году Рёрик не отправился собирать дань с земель Новгорода лично. И без того хватало забот. От его имени в полюдье ушел Хельми.

- Да, так и было. Но, очевидно, что по какой-то причине он преждевременно вернулся домой…

- Все понятно, - мрачно произнес князь. – Ну а что говорит сам Хельми?
 
- Признаться, я не смог с ним поговорить…Он не пустил меня в дом, - наябедничал Арви. Хельми не просто не пустил в свой дом тиуна, но и обругал того бранными словами. Последнее обстоятельство легко объяснялось. Мечник был расстроен. Но как бы там ни было, Арви не желал терпеть оскорблений или находить им оправдания. – Так как нам быть с Жарко, который пришел требовать у князя справедливого суда?

- Он получит справедливый суд…- сумрачно изрек правитель.

****
- Что произошло, Хельми?.. – обратился Рёрик к одному из любимых дружинников, когда тот предстал перед ним. – Почему ты вернулся в Новгород?

- Мы обошли все земли и возвращались с данью…- начал Хельми угрюмо. – Нам осталось всего несколько деревень. И тут ко мне привели человека, который желал видеть князя. Этот человек представился купцом. Он сказал, что у него есть сведения о пропавшей княгине…- сообщил Хельми. Он был так расстроен собственным горем, что не заметил, как Рёрик изменился в лице. – Я не знал, что наша княгиня пропала. И сначала не поверил ему. Но потом выслушал его и понял, что лучше поскорее доставить его сюда. А так как сам я был сравнительно недалеко, то решил проводить его…Поскольку он уверял, что сие есть вопрос жизни и смерти.

- Где этот купец? – не удержался и спросил Рёрик, несмотря на то, что сейчас обсуждалось совсем другое дело.

- Здесь, на дворище, - ответил Хельми, который помнил, как пришел с купцом. Последующее было как в тумане. Но купец точно где-то здесь. - Наверное, отдыхает с дороги…Мы ведь вернулись ночью. И я решил дождаться утра. Оставив купца, я пошел домой. На улице было темно. А из-под ставен моей избы вырывался свет. Я сначала удивился. Ведь моя жена должна была спать в этом время. Я поднялся на крыльцо. Отряхнул снег...Потом прошел в сени. Пытался закрыть дверь, но обнаружил, что затвор за время моего отсутствия оказался сломан. Я знаю, что дворище охраняется, но почему-то подумал о ворах. Уже собирался раздеться…Но тут услышал возню и приглушенные голоса. Они доносились из горенки…Я не понял ничего. Вдруг дверь открылась, и мне навстречу вышла жена. Она была полураздета, выглядела заспанной и сказала, что я разбудил ее. Она протянула ко мне свои руки, желая обнять меня…Но тут я различил шум в опочивальне, за ее спиной…Я пошел туда и увидел, что летние ставни растворены. Я снова ничего не понял. Зачем растворять зимой...Не знаю, для чего подошел к окну. Однако когда я выглянул на улицу, то увидел, как кто-то вылезает из сугроба, что под моим окном, и торопится на дорогу…- Хельми замолчал, вероятно припоминая неприятный эпизод.

- Он врет! – заголосил вдруг какой-то мужчина, вышагнувший на середину горницы. – Может, моего брата и вовсе не было в той избе проклятой! А он сейчас все это придумывает, чтобы оправдаться!

- Ты кто такой? – Рёрик перевел взгляд на мужчину, прервавшего рассказ Хельми.

- Я Жарко! Брат Нежко, которого убил этот лиходей! - потерпевший ткнул пальцем в Хельми. На сей жест мечник никак не ответил. Он казался безразличным ко всему, что происходит теперь. Даже его рассказ был лишен чувств. Он говорил спокойно, не пытаясь приукрасить что-либо.

- Больше не вмешивайся, - строго обратился Арви к Жарко. - Тебе дадут слово. Продолжай, Хельми…Князь слушает тебя...- заверил Арви. И был прав. Рёрик внимательно слушал Хельми. Несмотря на то, что мечник говорил кратко, Рёрик уже ясно видел в своем воображении все произошедшее.

- Я сначала никак не мог поверить…- продолжал Хельми. - И мне понадобилось некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Однако когда я, наконец, осознал, что к чему, беглец уже выбрался на дорожку и побежал куда-то…А потом…- вздохнул Хельми, оглядев потолок. - А потом я погнался за ним. Догнал его. Даже не помню, как это было…Мы подрались. И я его убил, - Хельми не стал отрицать содеянного.

- Коли так, то лучше бы ты убил свою жену, а не моего брата! – вновь вспыхнул Жарко.

- Лучше бы, - не стал спорить Хельми. - Но когда я вернулся домой, ее в избе уже не было.

- Конечно, ее уже не было! – задымил Жарко. –Посмотри на себя! От тебя кто угодно убежит! Ты заслуживаешь самого строгого наказания! Убийца!

- Жарко…- Рёрик уже был темнее осеннего неба, словно это с ним самим произошли все эти неприятности. – Здесь только я решаю, кто и какого наказания заслуживает. А ты мешаешь мне разобраться в происшествии…

- Прошу прощения, князь, - затих Жарко, ожидая продолжения слушания.

- Да, жена Хельми действительно испугалась и убежала от него. И прибежала в мой дом! – Арви напомнил присутствующим о том, на чем они остановились.

- Она сейчас в твоем доме? – будто пробудился Хельми. Он вопросительно оглядел тиуна.

- Да, она вместе с Росой, - подтвердил Арви.

- А почему это она прохлаждается в твоем доме, а не находится здесь вместе со всеми нами?! – наехал Рёрик на своего тиуна. – Я же велел собрать всех, кто относится к этой истории!

- Я просто подумал, что…А впрочем…Я могу в любой момент отправить кого-либо за ней…- Арви не стал объяснять, что оставил жену Хельми дома только во избежание беспорядка здесь, в гриднице. Ведь ясно, что узри Хельми ее, то не был бы уже в состоянии что-либо разбирать. – Да тут идти всего ничего. Две дюжины шагов. Мой дом через три избы!

- Ну так отправляй за ней…- повелел Рёрик. – Хельми…Каким образом ты убил Нежко?

- Я точно не помню…- Хельми дотронулся ладонью до лба. – Кажется, он ударился обо что-то…

- Не он ударился! А это ты толкнул его! – подчеркнул Жарко, который был свидетелем убийства, проснувшись на рассвете от шума драки возле своего дома.  – И после того, как ты швырнул его о балясину, он больше уже не встал! Это именно твоя вина!

- Ты подтверждаешь, Хельми?

- Да…Все вроде так и было, - не стал отпираться мечник.

Арви поднял бровь, бросив чуть удивленный взгляд на Хельми. Тот мог бы сказать, что защищался. Или мог хотя бы заявить, что убиенный сам поскользнулся на льду и ударился при падении.

- Вот! Он сам сказал! – оживился Жарко, снова ткнув перстом в Хельми. – Он умышленно совершил убийство! Он заслуживает самого сурового наказания! На поток его! Разграбить его!

- Все не так просто, Жарко…- произнес Рёрик, откинувшись на спинку трона. – Твой брат ведь не был безвинен.

- Почему это не был, князь? – не согласился Жарко. – Он - не жена этому убийце, чтобы быть наказанным.

- Он не жена для Хельми, это так, - кивнул Рёрик. - Однако это не значит, что он не имеет отношения к случившемуся… Он был застигнут в объятиях замужней женщины. От которой ему следовало держаться далеко, - заметил князь нравоучительно. – Но твоему брату было мало свободных женщин. Ему понадобилась чужая. Арви, как мы называем человека, который покушается на чужое?

- Смотря, в каких обстоятельствах…- на миг растерялся тиун. - Похитчик, вор, посак … Разбойник… Тать, волочильщик, скрадыватель…- перечислял Арви, впопыхах перебирая все варианты, шедшие ему на ум. Однако по лицу Рёрика он видел, что предлагает не то, что от него хотят услышать. - Скотокрад…Женолюб …

- Итак, Жарко…– продолжал Рёрик, оборвав тираду тиуна. – Твой брат прелюбодей. Он покушался на чужое и был застигнут на месте преступления хозяином…За что и поплатился…

- Но свод гласит, что обманутый муж имеет право наказать токмо свою жену! - не отступался Жарко. -Пусть ее и убивает!

- Это само собой, - подтвердил Рёрик. – Однако свод так же гласит, что каждый преступник будет наказан. Твой брат, как мы выяснили, и есть преступник. И он понес наказание. Радуйся. Законы соблюдаются…

- А какое же наказание понесет убийца?! – возмутился Жарко.

- Согласно своду, мечник заплатит в казну князя виру за жизнь твоего брата, так как совершенно очевидно, что убийство произошло в сваде, то есть не является умышленным, - встрял Арви, довольный своей речью. Он уже понял, какое решение принял Рёрик, и потому уверенно приводил доводы в защиту обманутого супруга.

В этот момент заскрипела дверь. Вошел стражник. Следом за ним шагнула молодая женщина. Несмотря на холодное время года, на ней была легкая одежда: накидка поверх платья и платок на голове. Вероятно, убегая из дома, она собиралась впопыхах. Многие не были знакомы с ней, но сразу догадались, кто она. Испуганное лицо и несмелые движения выдавали главную героиню разбираемой трагедии.

Лишь только она переступила порог, мечник сразу же утратил спокойствие и сделал попытку броситься на нее. Но его остановила стража, придержав за руки.

- Huora …- прорычал Хельми. У него было только одно желание – немедленно задушить предательницу. Одернув локти от стражей, он выпрямился, давая понять, что готов держать себя в руках. 

- Представься, женщина, чтобы все знали, кто ты есть, - обратился Арви к вошедшей.

- Я Искра…Жена мечника…- женщина бросила краткий взгляд на Хельми, который усилием воли старался не смотреть в ее сторону. Он стоял, молча стиснув зубы. Лишь желваки перекатывались на его щеках.

- Искра…Ты зажгла настоящий пожар...- князь обратил на жену мечника тяжелый взгляд.

Рёрик заметил, что внешне супруга Хельми чем-то едва уловимым похожа на Варвару. Она молода и мила. Ее русые волосы выбились из платка, и оттого она кажется чуть небрежной и легкомысленной.

– Это правда, что этой ночью ты и Нежко были вместе?

Женщина ничего не ответила, но заплакала почти сразу же после заданного ей вопроса. Вероятно, она не ожидала, что ее поступок будет иметь столь далеко идущие последствия. К тому же она была явно смущена. В гриднице не было других женщин, кроме нее. Зато все присутствующие здесь мужчины не питали к ней симпатии и однозначно осуждали ее, даже не зная обстоятельств, которые толкнули ее в объятия греха.

- Искра, ты должна ответить на вопрос, - напомнил Арви женщине, которая пыталась утереть слезы, которых становилось все больше. – Правда ли, что твой муж застал тебя и Нежко вместе, будучи занятыми прелюбодеянием?

- Да! – в слезах вскликнула Искра и отвернулась в сторону. Она не желала смотреть ни на кого из присутствующих. Все они уже наперед осудили ее, ничего не зная о ней.

- Вот и недостающие доказательства…– произнес Рёрик, обращаясь к брату убиенного. – Итак…Как уже было сказано моим тиуном, Хельми заплатит виру в казну в размере, установленном сводом…И на этом будем считать происшествие исчерпанным. Жарко, тебе понятно мое решение?

- Да…- угрюмо ответил Жарко. Который понял только одно. Возражать тут бесполезно.

- В таком случае можете расходиться…

- А что будет со мной? – раздался голос жены Хельми.

- С тобой…- Рёрик перевел взгляд на женщину. Ну почему она так похожа на Варвару? – Ты будешь наказана. На усмотрение твоего супруга.

- Этот бахнутый и ее убьет, - предрек Жарко напоследок.

- Если он ее убьет, то заплатит полувирье в казну…- Арви качнулся на пятках.
 
- Что? Нет! – жена Хельми бросилась в центр горницы, где на возвышении в кресле Гостомысла сидел Рёрик. – Князь, умоляю! Пощады! – зарыдала неверная, упав на колени. – Я хочу домой. Я хочу вернуться к родителям!

Арви с интересом наблюдал за сценой. Он заметил одну удивительную особенность: жена Хельми отчего-то похожа на Варвару. И дело тут не в наружности: все славянки чем-то похожи. Этих двух женщин объединяет что-то иное. Что-то еле уловимое, делающее их разные, на первый взгляд, лица - почти одинаковыми. Но внешнее сходство это только полдела. Кажется, эти две дчери Новгорода оказываются в родственных обстоятельствах. Одна уже уличена на месте преступления, а другая…Другая пока не найдена, но в случае ее возвращения ей будут выдвинуты те же обвинения, что и жене мечника. И да, по закону, обманутый муж, в данном случае – Хельми – сам вправе наказать свою супругу. Однако никто не отменял княжеской милости – разумеется, как правитель и верховный судья, Рёрик может вмешаться и избрать для виновницы иную меру. Очевидно, что эта молодая женщина виновна. Она того и не отрицает. Но также очевидно, что свирепый Хельми не простит нанесенного ему оскорбления и, вероятнее всего, изменница разделит судьбу своего павшего избранника. Допустит ли Рёрик подобный исход? Он может пожалеть ту, что так напоминает Варвару…Или для последней в его сердце тоже не найдется жалости?..
 
- Я каюсь. Клянусь, я больше никогда…- жена Хельми обращалась к князю и ко всем присутствующим, ища у них поддержки и понимания. – Я не знаю, как моя жизнь стала такой…Я всегда одна. День за днем. Мужа никогда нет рядом со мной. Да, я виновата…Но здесь не только моя вина. Он ведь…Он ведь никогда не любил меня! Это так горько! - в слезах прокричала жена Хельми. – Он никогда не был ласков со мной…Никогда не разговаривал со мной…Я лишь вещь в его доме…Его прислуга! Я всю жизнь свою несчастна. Мне лишь хотелось узнать, каково это быть любимой, - зарыдала женщина сильнее прежнего. Ей было очень жаль себя. Она плакала оттого, что понимала – она никогда не обретет счастье. Она чувствовала, что не создана для него. Судьба дала ей немало: и внешность, и достаток, и здоровье. Но она не дала ей любви.

- Твой поступок не имеет оправдания, - мрачно произнес Рёрик, глядя на жену Хельми. Ее речь совершенно не тронула его сердца. Ему даже на миг не сделалось жаль ее. Он видел перед собой не несчастную женщину, а только изменницу, переживания которой также никчемны, как и она сама. – Ты хочешь снисхождения. Но его не будет. Предупреждаю…Если твой муж простит тебя, то сам окажется наказан. Глядя на тебя, люди должны понимать, что есть плохо, а что хорошо.

Арви почувствовал, как его щеки дрогнули, а губы чуть было не вспыхнули улыбкой. Он вовремя опомнился, слава богам. Скалиться сейчас неуместно, даже учитывая высокую степень вины жены мечника. И все же эта предательница получит по заслугам теперь уж точно. Как получит и Варвара, если, конечно, удастся  ее когда-нибудь вернуть…

- Расходитесь…- повелел Рёрик, давая всем присутствующим понять, что все решения уже приняты и они неизменны. – Арви…Я хочу видеть того купца. Немедленно…

****
- Приветствую князя в добром здравии! Пусть боги всегда сберегают нашего великодушнейшего и щедрейшего правителя от дурного глаза, хворей и всех мирских напастей, - Вако склонился в поклоне, установившись в нескольких шагах от Рёрика, как ему было указано стражей. – Я  купец. Вако. Здесь меня все знают. Я ведь тут бываю нередко…Мои товары самые лучшие. И цена справедливая…

Рёрик бросил краткий взгляд на Арви, который тот перехватил и тут же истолковал.

- Покороче, Вако…- поторопил Арви, понимая, что князь в нетерпении, хоть и скрывает это. Он, Арви, сразу понял это. Еще тогда, когда Хельми произнес имя мятежной княгини. Лицо Рёрика в тот миг вроде бы оставалось невозмутимым. Однако взгляд…В том взгляде не было спокойствия. - С чем ты пожаловал?

- Так ведь с новостями…С новостями о княгине…Я знаю, где она…- прошептал Вако, глядя на Рёрика. Глазки торговца заблестели. Он уже предвкушал, как ценна окажется награда, которую он получит за свои сведения. Ведь прибыв на княжеское подворье, он первым делом выяснил, действительно ли, что жена князя исчезла. Оказалось, что это правда, все так и есть. И ее везде ищут, но не могут найти.

- Ну? – Рёрик даже чуть подался вперед, опершись на подлокотник дубового трона, выделанного в виде медвежьей лапы.

- Она в доме одного разбойника. Он похитил ее, - вполголоса сообщил Вако, предварительно оглядевшись, словно желая удостовериться, что здесь нет никого, кто бы уличил его во лжи.

- Похитил разбойник? – переспросил Рёрик, нахмурившись.

- Он хочет получить за нее выкуп, - пояснил Вако.

- Почему же никто не приходил ко мне за выкупом? Или, может быть, ты и есть тот самый посредник?

- О боги, нет! – Вако замахал полными ладонями в знак протеста. – Я тут исключительно с благими намерениями. Вернуть жену ее мужу. И только. А никого за выкупом сей лиходей пока не присылал лишь потому, что, скорее всего, решил выждать. Он человек неразумный и предположил, что сие отразится на цене. Ведь как он рассуждал?...- взялся растолковать Вако. – Если князь долго и безуспешно станет искать свою княгиню, то потом, уж точно, будет готов заплатить любые суммы, дабы вернуть ее себе обратно…

- Имя этого разбойника? И где его дом?

- Я все скажу, правитель, - пообещал Вако, сомкнув ладони в замок и потрясая ими в знак искренности и готовности. – Надумаешь строить дом — выбери прежде соседа…Так ведь говорят…А я вот всю жизнь свою провел возле этого душегубца…И видел собственными глазами все бесчинства, что он вытворял…Я человек небогатый, но трудолюбивый. А этот негодный, что похитил княгиню, он зажиточный – много награбил добра всякого. К тому же опасен он для меня, ведь мы с ним соседи. Он покуда узнает, что это я раскрыл его тайну, он ведь убьет меня. А если он сам этого не сделает, то сие свершат его подельники, коих немало. Полдеревни его дружки. И все такие же изуверы. Бедная княгиня наша…Как жаль мне было видеть ее несчастную, побитую…Этот разбойник ведь, будь он неладен, чуть что – сразу руку прикладывает. И так на всех. На всех! На жену, на детей, на соседей! Вот и пленницу избил не раз… Чтоб, наверное, не пыталась убежать. Я сам видел побои. Ох! Кабы я токмо мог, то помог бы ей. Да ведь не скроешься от него, этакого волка саблезубого…Испугался я не за себя, а лишь за княгиню. Ведь догнал бы сей злодей и убил бы и ее, и меня заодно…Я потому и приспел сюда…- Вако даже запыхался, пока сочинял всю эту речь. Вернее, сочинил-то он ее загодя. Но вот нужные слова подбирал с осторожностью, чтоб лишнего не сказануть, что могло бы и его самого сдать. – Я лишь к тому веду, что коли проведает он, разбойничья душа, что от меня князь узнал…Мне ж не жить. А я человек почти неимущий, мне и уйти некуда. Не он сам, так его дружки меня ж настигнут… А у него хозяйство изрядное…

- Не бойся ни этого разбойника, ни его подельников, - слова князя прозвучали как обещание расправы над врагами Вако. – И если твои речи подтвердятся, то ты получишь награду, конечно…

- Да я ведь не за ради награды! – Вако несколько раз многозначительно ударил себя ладонью в грудь. Лицедеем он был умелым и ему не составляло труда кривляться, приправляя свою игру нужными жестами и фразами. – Я токмо помочь жажду. Да ведь без денег не скрыться мне будет…Я лишь потому говорю, что в другой город надобно мне будет, чтоб уж никто из сих кровопийц не сыскал мя и не отмстил…А суммы это значительные…

- Награда тоже будет значительной. Говори, в конце концов, - вмешался Арви, видя что Рёрик уже начинает сердиться. Сначала это бесконечное разбирательство с братом Нежко. Потом еще болтовня купца.

- Зовут его Бык, он мой сосед…Живет в крайнем доме, самом ближнем к лесу…- объяснил Вако. – Вот, я ведь покажу все…- увидев на столе тряпичную карту, Вако устремился к ней. – Вот лес…По нему зимой не пройти. Да и летом не всегда просто. Только в обход. Дорога есть…- Вако пухлыми перстами водил по карте.

- Как только сей наглец сметь помышлять, чтобы требовать выкуп у князь! – возмутился стоящий возле Рёрика Ньер.

- Тем паче, когда совсем недавно казнили Емельяна…– заметил внимательный Арви.
 
- Бык – человек алчный. Он хоть у самого Перуна будет требовать выкуп, если возможность представится, - заверил Вако. И все же несмотря на пышные слова и ярко нарисованный образ злодея – в лицах слушателей сквозило недоумение. – А впрочем…- спохватился Вако, не желая, чтобы его речь зародила сомнения, – Впрочем, это ведь необязательно...Что выкуп он будет требовать у князя…Он мне лишь сообщил, что рассчитывает выручить суммы. Но ведь не только князь может заплатить за княгиню. Я думаю, злодей имеет умысел продать пленницу далеко…Она ведь не просто какая-то рабыня. А дочь Гостомысла, благородная кровь…К тому же, насколько мне известно, на востоке светловолосые женщины с голубыми глазами ценятся очень высоко. Бык может запросто передать нашу княгиню какому-нибудь властителю в гарем! Везде у него пути есть, так как торговлей он давно занимается…Сбывает награбленное! – подчеркнул Вако в надежде, что его слова будут проверены, но в спешке окажется не до детальных разбирательств. Любой малыш знает, что Бык - разбойник. А разбойников бывших не бывает! – Я ведь только потому в такой торопи и приспел, что пугался, кабы не опоздать! Он ведь, окаянник, мне не докладывается…Может, уже в этот самый миг, как мы тут толкуем, бедняжку везут куда-то в дальние края!

- Ты утверждаешь, что Бык похитил княгиню и насильно уволок в плен…- Арви шагнул вперед, заложив руку за руку. – Однако нам доподлинно известно, что она убежала сама и никто ее не умыкал…- тиун пока не стал озвучивать то, что по основной версии, Варвара убежала не только сама, но еще и не одна, а с любовником. 

- Ну так…Ну так ведь…- на миг застопорился Вако. – Ну так, может, вначале так и было: она сама убежала…Но молодой женщине просто в беду угодить…Я же не говорю, что именно он похитил ее. Я лишь говорю, что домой он ее не отпускает. И желает выгоду извлечь из сего обстоятельства, что в его подлых руках такая ценная пленница оказалась…Это мне доподлинно известно.

- Может, княгиня все же убегать одна, а не с Бивой…- предположил Ньер.

- Что? С кем? – Вако смутно припомнил рассказ Быка о том, что Варвару кто-то привел в деревню. Может, речь идет как раз о том человеке?..- Я лишь говорю…Княже! Я лишь хочу сказать, что, возможно, княгиня и убежала сама, да в неопытности угодила в логово злодея! А может, ее похитили по поручению Быка…- нашелся Вако. – Как бы там ни было, теперь уже неважно, каким образом она у Быка оказалась. Важно, что Бык не отпускает ее. И кроме того, жестоко обращается с ней. Сие лишний раз подтверждает то, что он собирается сбыть ее куда-то…

- Ньер...Собираемся…- Рёрик встал на ноги и двинулся к дверям. – Ты пойдешь с нами…- на ходу бросил князь купцу.

- Правитель…Как же…- засуетился Вако. Он отчетливо понимал, что ему нужно оставаться в тени. По крайней мере до тех пор, пока с Быком не будет покончено. – Если изувер узрит меня, что ж станется со мной горемычным? Прошу покорно меня оставить тут…Дабы истязатель ни в коем разе не…- замахал Вако ладонями.

- Ты с нами пойдешь, я сказал, - повторил Рёрик.

- Правитель…Но ведь не все это! – всплеснул руками Вако. Его мозг старался быстро придумать причину, по которой бы его сосед оказался опасен настолько, чтобы с ним не возились. – Бык душегубец изрядный. Множество народу замучил, убил, в рабство продал. Любой слова мои может подтвердить. Но опаснее всего то, что не один он к тому же в избенке своей окаянной. Много там всяких людей бывает. Но ты на сие не смотри, правитель. Это все одной свиньи мясо. Дружки его…Кровопийцы. О пленнице знают. Стерегут...

- Ну ясно…- Рёрику и так было понятно, что людей с собой лучше взять побольше в такое путешествие.

- Правитель…Токмо хуже всего одно обстоятельство…- на ходу уже прокричал Вако.
 
- Какое?!

- Бык сказал, что коли нагрянет к нему кто в избу за пленницей, он ее на месте и убьет. Сразу! Горло перережет! Так и сказал! "Душу заберу, горло перережу!". Сказал, что раз ему не жить, то в таком случае и ее он с собой заберет…Вот так-то!

****
Знал ли Вако загодя или угадал по случайности, но сегодня в доме Быка, и правда, устраивалось застолье. К Быку пришли гости – други всей его жизни. Сегодня они придавались воспоминаниям минувших лет, обсуждали нынешнее и строили планы на будущее. В центре стола, на широком расписном подносе, стояла большая деревянная братина, выделанная в виде лебедя, склонившего головку. Вокруг сосуда были разложены пять черпачков, украшенных узорами. Но не только медом потчевал своих гостей Бык. На расшитой узорами скатерке было разбросано множество плошек со всякой снедью. Берегиня славилась своим мастерством собрать стол. Здесь были и ароматные хлеба, и грибы, и яйца, закуски из овощей и кореньев, и множество подлив. От большого горшка поднимался пар. Внутри него грелась репка, сдобренная маслом.

В избе было весело и шумно. Гости дарили хозяину подарки. Звучали тосты в его честь, прерываемые былинками.

- Я знаю, что пуще любого дара, любишь ты хороший трутовик, - держал речь один из гостей, которого звали Власом. В руках его был мешок, полный древесных грибов. Один из них - самый крупный, в локоть шириной - он даже показал присутствующим. И действительно, при виде такого подношения Бык заулыбался. – На вид это лишь простой кузовок с дюжиной березовых копытец…- продолжал Влас, вертя в руках корзинку, чтобы всем было видно. - Но если бы ты знал, с каким усилиями я добыл их, то понял бы, что они ценнее любого златого кувшина! – шутил рассказчик. - Пошел я в лес…Тебе же за подарком…- начал свою историю Влас. – Ни одного гриба. Что и понятно. Видно, все ты ободрал давно...- хихикал Влас. - Уже отчаялся совсем. И вдруг...Вижу, гриб на березе. И не высоко совсем…Я к нему. А в шаге от этого, но уже на другом дереве, гляжу – другой! Я к тому, а там уже и третий на глаза попался! Так прыгал я от березки к березке, от губки к губке, пока корзинка моя ни потяжелела. Остановился я перевести дух, смолу пожевать. Огляделся…И не могу найтись, где оказался. Не видать ни опушки, ни березняка уже даже…Чаща лишь какая-то…Понял я, что заблудился! Дело к ночи шло. Уже луна на небе показалась. Я дороги так и не обнаружил, хотя плутал долго. Плутал и все тебя ругал с твоими грибами! - обращаясь к Быку, шутливо продолжал рассказчик. - И тут смотрю, о боги, на пне дед какой-то сидит, бородой густой-прегустой заросший. Лапоть чинит…

-  Не поверю я, что есть дед, у которого борода гуще твоей! – пошутил кто-то из гостей. И хоть Влас был еще не стар, но борода его, и правда, пышной волной спускалась на грудь.

- Да тихо ты, давай дальше! – вмешался кто-то из гостей, кто жаждал дослушать былинку.

- Заговорил я с дедом…Дорогу спросил…А он залился смехом. А потом ответил, что не выпустит меня из леса, потому как я губки березовые ободрал! И понял я тогда, что это леший, такой - какой он есть! Чтобы отпустил он меня, немало мне пришлось претерпеть лишений! Но это уже другая история! – рассказчик протянул хозяину дома кузовок с трутовиками под смех и шутки друзей.

- Ну и ну…В таком случае, я тоже расскажу, как дело было! – гость по кличке Белка собирался подарить Быку медную чашу. И теперь он тоже желал сопроводить свой дар соответствующей речью. – Просыпаюсь я как-то среди ночи от шороха. Поднимаю веки, смотрю – жена спит, даже рот открыла во сне. Откуда же тогда шорох?! Подумал я…Она одна у меня в ночи любит щеки набивать…Встал я с кровати и двинулся в темноту. Заглянул за печку, а там…Сидит на припечеке коротышка, весь в саже измазанный, и крадет мед из кадки. Руку мохнатую в сосуд запускает и прям так и ест, даже ложку не возьмет. Сразу понял я, что это домовой. Поскольку много раз терялись вещи в избе моей, а находиться – не находились!

- Ага, в прошлый раз карту потерял, тоже на всех подряд валил! – вспомнил кто-то.
 
- Я не растерялся, за шиворот коротышку ухватил, - продолжал рассказчик. – Взмолился дух домовой, чтобы отпустил я его. А взамен сию чащу мне из под полы рубахи длинной явил!

- Это твоя чаша?! Или он тоже ее у кого-то украл перед этим?! – хихикал кто-то.

Варвара сидела на чурбачке возле печи и грелась, иногда прислушиваясь к разговорам за столом, а иногда беседуя с хозяйкой дома. Берегиня суетилась тут же рядом. Время от времени убегала, дабы подать что-то гостям или наоборот что-то унести. Дети давно спали. Из них остался бодрствовать лишь Бычко, поскольку по возрасту он уже не относился к малышне.

- А кто этот Вако? Друг твоего мужа? – из памяти Варвары никак не шел отталкивающий образ торговца. Она помнила, как он предлагал поскорее сбагрить ее в далекие края. Несмотря на то, что потом он уверял ее в противоположном, она была уверена в том, что слышала.

- Не друг он нам…- Берегиня терла песком глубокую деревянную кадку, в которой по краям налипло тесто. – Много раз я мужу об этом говорила. Но он меня никогда не слушает…

Несмотря на то, что Берегиня, как и всегда была занята делом и не сидела за пиршественным столом, сегодня на ней было нарядное облачение. Помимо расшитых орнаментами юбки и рубахи, ее украшали необычные золотисто-красные серьги и кулон, отличающиеся особой выразительностью узора самого материала и теснения на нем. Все это своими собственными руками смастерил для нее муж. Не один вечер он потратил на то, чтобы выделать из капризного березового гриба мягкую замшу, а затем изготовить из нее украшения. Наверное, это и было тем проявлением любви, которого, на первый взгляд, не хватало в суровом облике хозяина дома.

- Отец велел мясо подать…- послышался голос Бычко. Покинув пирующих, он подошел к матери и заглянул ей через плечо, интересуясь, чем она занята на этот раз.

- Ах да, запамятовала я совсем уже…- Берегиня бросилась к печи, где в углях, завернутое в холст и глину, запекалось мясо с чесноком и пряностями.

- А тут что? – полюбопытствовал Бычко, заглядывая в кадку, которую недавно отмывала мать.

- Не гляди в дижу, - обратилась Берегиня к сыну, - усы и борода не вырастут…

- Ох, - вздохнул Бычко. Заботливое замечание матери лишь подчеркнуло то, что он все еще желторотый юнец. Которому следовало отправиться спать вместе с малышней!

- Лучше пойди на крыльцо, забери студень в дом…- Берегиня приготовила холодец с чесноком из свиных обрезков. Несмотря на то, что подобное кушанье обычно брали в дорогу, в этом доме оно подавалось часто и без всякого путешествия.

- Да…- Бычко вздохнул, бросил взгляд на Варвару и поплелся в сторону сеней. Ему было невероятно скучно. Он вроде бы уже и не ребенок. Но и не зрелый муж, которому занимательно сидеть за отцовским столом и слушать разговоры о торговле, урожае и соседях. Ведь, несмотря на веселые былинки и шутки, в основном беседа шла о серьезных вещах, которые пока не увлекали Бычко.

За окном взвыл ветер. Залаял пес. Но никто не обратил на это внимания. В горнице было слишком шумно от смеха и голосов, перебивающих друг друга. Да к тому же, гавкнув пару раз, собака смолкла.

- Многих лет хозяину этой избы и его домочадцам…– лились пожелания.

- Долго нам жить и богов не гневить! – поддержал кто-то из гостей.

- Да как их не гневить-то?! Лишь те не грешат, кто в земле лежат!

Дверь в избу распахнулась неожиданно резко. Порог переступил какой-то мужчина. За ним вошел следующий. А за тем – еще один. Потом другой. В горницу хлынули вооруженные люди. Бык и его гости устремили взгляды на внезапных пришельцев, даже не успевая и подумать, не то что предпринять что-то. Все происходило слишком быстро. Некоторые пирующие бессознательно повскакивали с лавок, другие продолжали трапезничать, не успев столь быстро найтись. Хозяин дома понял, в чем дело лишь тогда, когда увидел, как его другов безжалостно режут. Шутливый Влас был давно пьян и не успел ни встать, ни оглядеться. Ему перерезали горло. Остальных закололи одного за другим. Проворнее всех оказался Белка. Он успел добежать до печи и вооружиться кочергой. Но эта мера не помогла. Он сопротивлялся недолго. Его нехитрое оружие уступало оружию нападающего.

Обычно быстрее всех оказывался Бык. Но в этот раз и он не успел проявить свою находчивость. Пока он защищался, отражая атаку спереди, кто-то обхватил его со спины. Холодное острое лезвие коснулось его шеи. То был всего лишь миг. Но он показался Быку долгим. Он о многом успел подумать. Легка нечаянная смерть. Он долго жил не по-человечески, а по-волчьи. Затем он пытался встать на путь исправления. Он уже давно никого не трогал, а некоторым даже помогал. Но не все грехи прощаются. И не все злые дела можно поправить добрыми. Расплата все равно наступает.

Варвара вскрикнула, зажав рот ладонью. В ее глазах стоял ужас. Только что она слушала этих людей, их рассуждения и песни, и вот сейчас они все вдруг оказываются мертвы. Их перерезали так быстро и легко, что это видится невероятным. Всего несколько мгновений и украшенная изба превратилась в багряное месиво плоти и крови. Никто не успел даже возопить. В избенке царило зловещее безмолвие. Даже Берегиня, и та, не кричала. Она лишь в каком-то оторопелом изумлении наблюдала за происходящим, словно не осознавая всего. Она пришла в себя лишь тогда, когда с улицы кто-то втолкнул в избу Бычко. Увидев, во что превратилось жилище за время его короткого отсутствия, он тут же бросился к матери. Но кто-то из визитеров уже ринулся следом за сыном Быка. Берегиня закричала, кинувшись к ребенку. Но ее грубо оттолкнули в сторону, вероятно, чтобы она не путалась под ногами. Разумеется, ничто не могло остановить мать. И она вновь устремилась к Бычко. Тогда ее попросту схватили.

- За что?! – единственное, что прокричал Бычко. Оказавшись в углу, он искал взглядом по сторонам, пытаясь найти хоть какое-то орудие, которым можно было бы защититься от внезапного нападения. Но ничего подходящего не находилось. Берегиня рыдала и пыталась вырваться. Она стремилась защитить сына, хотя не могла этого сделать. А тем временем к нему уже рванул какой-то детина с обнаженным мечом. С массивного лезвия на пол струилась вишневая кровь. Это был лик самой Недоли, неотвратимости жестокой судьбы.

- Нет! Нельзя! – очнулась, наконец, Варвара, узнав в нападающем одного из дружинников Рёрика. Бросившись между Бычко и атакующим, который уже занес свой ужасающий клинок над юным сыном хозяина избы, она закрыла собой паренька и придержала гридя за запястье. Разумеется, это ее действие не могло слишком сильно помешать гридю, но все же заставило его немного замешкаться. Он обернулся, словно советуясь с кем-то. Варвара вслед за ним также обратила свой разбитый взгляд в сторону дверей.

На пороге стоял Рёрик. Рядом с ним были Ньер и Прохор. Варвара только сейчас заметила, что, оказывается, он здесь. Его лицо было непроницаемым. А глаза светились ледяным блеском. В них не было никаких чувств, словно он не человек вовсе.

- Нег, что же это…- растерянно прошептала Варвара, глядя на князя. Вновь она возле груды безжизненных тел. А нападающим опять оказывается он. – Остановись...

В этот миг из-за спины Прохора выглянул Вако. Торговец рыскал глазами по полу горницы. Когда его взгляд уперся в бездыханное тело хозяина избы, он ощерился довольной улыбкой. Бык лежал на полу. Его рубаха поменяла цвет и стала алой. А глаза были все еще открыты. И они, будто исполненные страдания, смотрели на Вако. На это он и рассчитывал, когда всю дорогу повторял о том, как опасен разбойник Бык и как важно, поскорее прибить его, пока он не успел заколоть свою благородную пленницу. И теперь все получилось, как нельзя лучше. Бык валяется на полу среди своих дружков, и все они уже никогда не встанут с этих досок. Сама княгиня – с побоями на лице, которые лучше любых слов подтверждают его рассказы о том, что ее неоднократно избивали в этом доме. А самое главное, благодаря его усилиям и уму, отныне он единственный крупный купец в этом селе. И еще вдобавок награда его ждет значительная.

Вако уже грезил себя на корабле, ранее принадлежащему Быку и его сыновьям. А что тут такого! За его неоценимую помощь ему ведь могут княжеским указом передать имущество сего коварного изменщика!

Сладостные мечтания Вако были прерваны. Он услышал голос, назвавший его имя.

- Вако…Что же ты молчишь?! – теперь уже заорала Варвара в ужасе. Он догадалась, что именно купец привел сюда Рёрика, как, впрочем, и было задумано. Но вот того, что произошло потом – задумано не было точно!

Вако никак не ожидал, что Варвара обратится к нему. Как так получилось, что она заметила его? Как так получилось, что он неосторожно заглянул в избу, когда вознамерился этого не делать?..А княгиня…Да разве она запомнила его? Они виделись всего один раз. И разве ей должно быть дело до какого-то разбойника, которого, по большому счету, покарали за все его прошлые преступления? Как бы там ни было, первостепенно она должна радоваться встрече с мужем и тому, что скоро окажется дома...К чему все эти разбирательства?.. 

- Мой муж мирный купец! – твердила в слезах жена Быка. – Он ничего не сделал!

– Нег, прекрати это! – на сей раз возгласы Варвары были обращены к Рёрику. Один из дружинников как раз добивал какого-то не желающего помирать гостя. – За что ты так?! Зачем?! Нежели ты столь сильно ненавидишь меня, что готов растерзать любого, кто был ко мне хоть немного добр! В чем бы ты опять ни винил меня, эти люди ничего тебе не сделали! – под конец зарыдала Варвара, которую захватили неуправляемые чувства.

Рёрик ничего ей не ответил. Теперь в его оттаявших очах сквозило удивление. Он перевел взор на купца. Но Вако не желал замечать вопроса во взгляде князя.
 
- Правитель, я лучше на улице пожду…- промекал Вако, желая поскорее смотаться, пока не вскрылась правда. Он уже собирался прошмыгнуть в сени подальше от неприятностей. Но завершить задуманного ему не удалось, поскольку в дверях уже кто-то стоял, загородив проход. А Вако столкнулся с недобрым взглядом князя. – Бык был жестоким терзателем и бесчестным лиходеем…Это все знают…- невнятно забормотал Вако в ответ на невысказанный вопрос князя. - Он заслужил то, что получил...Он был разбойником!

- Бык, может, и был разбойником! – в слезах закричала Варвара, перебив скороговорку Вако. – Однако это не он предлагал требовать за меня выкуп! И это не он хотел продать меня в рабство! Он желал вернуть меня домой без всяких условий и наград! А ты пытался ему в этом помешать! - Варвару охватил гнев против купца, который сказал, что хозяин дома заслужил все произошедшее. - И что бы он ни совершил в прошлом, ко мне он был добр! Он приютил меня, накормил и обогрел! Но в этом и заключалась ошибка. Чтобы остаться в живых, ему следовало захлопнуть передо мной дверь той морозной ночью! – в последних словах Варвары крылся упрек, который предназначался Рёрику. То зрелище, что развернулось на ее глазах этим вечером, она толковала по-своему. И была убеждена, что головы ей не сносить, коли так дело пошло уже с самого начала. Но сейчас ее отчего-то не заботила собственная участь. Наверное, оттого, что она снова оказывается в горнице, устланной трупами. И если уж себя ей не спасти, то, по крайней мере, она может хотя бы произнести последнее слово, которого ее никто не лишал.

Рёрик не знал всех тонкостей жизни сельского купца. И конечно, он не был осведомлен об отношениях Быка и Вако более, чем рассказывал о них последний. И все же смысл он уловил. Этот хитрый прохиндей Вако решил устранить своего соперника руками княжеской власти. И это только полбеды. Плохо сейчас лишь то, что хозяин дома, оказывается, не так уж плох. Возможно, его прошлое не было идеальным. Немногие могут похвастаться безупречным жизнеописанием. И несмотря на свои прошлые проступки, упомянутый Бык, как выяснилось, позаботился о своей княгине и хотел вернуть ее домой.

- Княгиня не представляет себе, в каком ужасном доме нашла приют...Это логово настоящего зверья...- постарался объяснить Вако, пятясь к выходу. Он сейчас не понимал только одного – почему они еще разбирают обстоятельства смерти какого-то безродного бандита! Неужто им больше нечего друг другу сказать! Или неужели это самое важное! Разве большому человеку есть дело до маленького! Так почему тогда молодая княгиня никак не закроет свой рот?! - Княгиня слишком мало знает об этом человеке, чтобы защищать его…

- Я знаю только то, что он был готов оберегать меня от таких, как ты! – заорала Варвара на Вако. Ее переполняли ярость и отчаяние. Она понимала, что если бы не ее появление в этом доме, то не случилось бы сегодня и этой трагедии. Она есть причина того, что произошло. И ей никогда не загладить этого, даже если она убьет Вако до того, как прибьют ее саму. – Ты негодяй и мерзавец! Я все о тебе знаю! – Варвара, и правда, уже знала о Вако кое-что. Берегиня делилась с ней своими сомнениями о том, что не следовало ее мужу обращаться к Вако с какими-либо просьбами. Конечно, хозяйка дома не могла даже предполагать того,что произойдет. Она лишь по-женски чувствовала, что лучше избегать соседа и не иметь с ним дел.  – Подлый злобный завистник! – Варвара схватила с плеча Берегини льняное потиральце, которым та брала горячее из печи, и полетела к Вако.

- Правитель, прошу оградить меня от подобных нареканий...- Вако решил, что лучшая тактика защиты для него - отстаивать свое имя. - Я хотел как лучше...Молодую княгиню умышленно запутали...Наверное, чтобы она не пыталась сбежать...

- Заткнись, прохвост! - Варвара размахнулась и ударила купца мокрым концом тряпицы прямо по лицу. – Из-за тебя…Из-за тебя я причина гибели всех этих людей! – потяжелевшим полотенцем Варвара вновь залепила Вако затрещину. Замешанное на гневе расстройство вылилось в лавину ругательств. Никому и ничего она здесь не сможет объяснить. Скорее всего, в самое ближайшее время она присоединится ко всем, кто сейчас лежит на полу в перемешанных потоках крови. И коли уж ей так мало осталось, пусть напоследок она сделает хоть что-то правильно!

Вако с радостью обнаружил, что дорога к двери свободна. Она нырнул между дружинниками, держа путь в темные сенцы. Он решил, что чем быстрее скроется с глаз скандальной женщины, тем скорее окажется в безопасности. Отирая лоб, он поймал себя на мысли о том, что понял, почему ее никто не искал!

И все же он не успел скрыться. Не сделав и пары шагов, он столкнулся с князем.

- Прошу меня извинить...- Вако отпрянул от Рёрика, словно обжегшись.

Губы князя были по-прежнему сомкнуты. Он так и не произнес ни слова. Но взгляд сверкнул страшной молнией. Последние его сомнения рассеялись. Этот наглый торговец не просто обманул и запутал своего князя. Он вынудил его, Рёрика, свершить неоправданно жестокий поступок.

Берегиня все еще пыталась вырваться, стеная и рыдая во весь голос. Варвара все еще осыпала Вако оскорблениями. А единственное желание, которое в данный миг одолевало Рёрика – это покарать торговца за его подлое вранье. Можно было бы устроить суд, разобрать вину Вако детально и назначить строгое наказание.

Князь потянулся к поясу, где у него был кинжал. Да, суд устроить можно. Можно и вину найти, и наказание измыслить. Но он, Рёрик, не желает ждать так долго. И не хочет никакого иного наказания, кроме того, что он сам уже выбрал для этого паскуды. Кажется, князь не обязан сам осуществлять подобные меры в отношении своих провинившихся подданных. Любой дружинник с радостью возьмет на себя почетное бремя. Но нет, на сей раз лучше самому. Это единственное, что сможет хоть частично восполнить то, что сегодня оказалось потерянным навсегда.

- Правитель, молю…- Вако попятился, уткнувшись лопатками в грудь Прохора. Торговец явственно предчувствовал беду, хотя и не мог поверить в то, что ему может что-то грозить. Ведь он же все предусмотрел наперед! – Я лишь хотел помочь…Я же не предполагал, что…Да кто может поручиться за разбойника…Нельзя ему верить…Это все потому…

Вако не успел договорить. Его пронзила острая боль. Он опустил голову и оглядел свой живот. По полотну нарядной рубахи расплывалось алое пятно. Вако растерянно дотронулся до него пухлыми ладонями. Он знал, что такие раны не просто опасны. Они смертельны. И сейчас он не мог поверить, что конец неотвратим.

Торговца скрутило от боли. Он застонал и повалился на пол, согнувшись. Но тут же заметил рядом с собой тело хозяина дома. Бык был мертв. Но его глаза по-прежнему оставались открыты. И теперь они будто усмехались над соседом.

- Заберите ее…- подразумевая Варвару, кивнул Рёрик Ньеру. После чего развернулся и вышел на улицу.

- Что? Куда?..- Варвара так разнервничалась, что у нее никак не получалось сосредоточиться. Она хотела что-то сказать Рёрику, но вспомнила обо этом лишь тогда, когда дверь за ним захлопнулась. - Я не понимаю…Почему он ушел?...Он, что?..- утирая слезы, Варвара пыталась собраться с мыслями, но они разлетались в стороны, как напуганные птицы. - Разве он не хочет допросить меня…Или он, что...Он уже сделал все выводы и без моих слов...Он убьет меня?..

- Княгиня оказаться под допрос позже. И не здесь. И не с ее муж, - объяснил Ньер, поскольку всем остальным гридям не было предписано вести бесед с женой Рёрика. В руках старшего дружинника уже была шубейка Варвары, которую кто-то из гридей принес сюда, дабы поторопить княгиню со сборами. - Другие лица допросить княгиня…А сейчас княгиня выходить отсюда и отправляться в Новгород…

- Какие еще лица?..- рассеянно спросила Варвара, даже не проследив, был ли дан ответ на ее вопрос. - Я не могу уйти…Я должна остаться…- Варвара без разбору озвучивала бессвязные думы, роящиеся в ее голове. Она видела заплаканную Берегиню, которая рыдала над телом мужа, и не знала, как той помочь. Она понимала, что сейчас ничем не может облегчить ту боль, что придавила жену Быка. Но и уйти так просто, как ни в чем не бывало, ей казалось неправильным. А тут разговоры о допросах и еще о чем-то не вполне сейчас понятном.

- Княгиня необходимо идти…- голос Ньера вырвал Варвару из дум, напомнив о том, что ее ждут. – Княгиня надеть мех…- Ньер протянул Варваре ее шубу.

Облачившись в верхнюю одежду, Варвара обреченно пошла к выходу. Приостановившись у порога, она повернула голову и оглядела залитую кровью избу. Берегиня продолжала рыдать возле мужа. Рядом с ней теперь уже был сын. Он пытался успокоить мать, но ничего не мог сделать. Горе Берегини оказалось слишком велико. Несмотря на то, что Бык не был ласковым мужем, она любила его больше собственной жизни.

- Берегиня…Прости, - попросила Варвара, ощущая, как слезы вновь подступают к ее горлу. Оглядев в последний раз этот дом, Варвара переступила порог и вышла на заснеженную улицу.

Гл 76 Перед судьями http://www.proza.ru/2017/12/08/159


Рецензии
Такая трагическая глава, дорогая Анна! Сильно написано! Смутило сходство девушки с Варварой. Я уж подумала, не они ли это? Но Варвара не изменяет своему характеру! Такая же деятельная! Буду ждать, простит ли её Рёрик. С уважением,

Элла Лякишева   04.12.2017 10:16     Заявить о нарушении
Спасибо, Элла ! :) Я рада, что глава получилась запоминающейся! Сходство Варвары и девушки - случайное, возможно, где-то субъективное в глазах некоторых героев.

Лакманова Анна   04.12.2017 16:48   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.