Настоящая любовь

  Мое письмо короткое. И как ни странно, оно о любви. О любви, которой люди посвящают тома высказываний, мудростей и как сейчас модно- научных и практических пособий. И только я готов о ней сказать совсем немного.  Может быть, я не умею красиво говорить? Возможно.
 «Тома любовные», как правило, расписываются  в оправдании отсутствия самой «главы трона» в жизни   людей. Если быть откровенным, слов о любви много -  а ее в сердцах людских не наблюдается. А сейчас и подавно: понятие «л.ю.б.о.в.ь.» стала продажным брендом. Более ничего.
 А какая моя любовь? Моя любовь тихая и кроткая. Она добрая и не злонравная. Она не меркантильная и приземистая. Она не игра в одни  ворота. Она не ищет любви взамен. Она существует не «за», а «вопреки». Ее невозможно убить - она в сердце моем. Она не подвластна страстям. Моя любовь выше многих  чувств на земле….
 Моя любовь уже две недели находится на искусственном жизнеобеспечении. Она в коме после автокатастрофы.  Врачи говорят, что ее не спасти. Я каждый день после колледжа прибегаю к ней и сижу до конца дня у ее койки. Целую ей ручки и надеюсь, что сам  вижу все это лишь во сне.
  История моей  любви удивительна. Я всего пару раз видел эту девочку в колледже. Но только сейчас понимаю, что люблю ее. И также внятно понимаю, слушая доводы врачей, что девочку  не спасти. Но люблю и верю. Очень   боюсь, что оборвется ее жизнь и, может быть, моя. Но не боюсь продолжать ее любить. Эта любовь сильнее физической смерти.
 Я рос обычным парнем. У меня были девушки, одна краше другой. Мне стукнуло восемнадцать,  я даже не знал, что такое любовь. Вообще представить не мог, как на такое можно купиться! Всегда думал, что любовь-это проявление слабости человека. И только сейчас понимаю, какая сила кроется за моим чувством, к девочке, которую внезапно для всех и для себя самого полюбил.
 Очень часто мы допускаем слабину. Мы вообще склонны подстраховываться. Мы боимся своих чувств. Мы боимся их выпустить зазря. Мы лживы и меркантильны. Мы разучились жертвовать и созидать. Мы не любим, где трудно. Мы хотим «сливки». И ни за что не отвечать. Наша любовь сильна лишь сама к себе. Мы - эгоисты.
 До девочки допускают самых близких. Допустили и  меня.  Пришлось соврать, что я ее парень. Бог мой! Когда она откроет глаза, то удивится тому,  что к ней приходил каждый день  мальчишка,  имени которого она возможно даже и не знает!
 Ее отец, измотанный и изможденный горем, все-таки попытался осведомиться у меня, как я с ней познакомился. Пришлось соврать и тут. Да и ему мои выдумки  было не очень важно проверять. Я и ее семья, все мы ждем одного - что она откроет глаза.
 Две недели. Уже две недели как я люблю. Ее. Такую, какая она сейчас есть. Без тоналки и накладных ресниц.  Без меркантильной выгоды и мимолетных потребностей. Без пошлости и секса. Даже без ее взаимной любви ко мне.
 Она лежит. Вроде бы дышит, а порой, как будто нет…Бледная и измученная. Оставить ее одну, бросить и испугаться связываться с безнадежностью – для меня смерти подобно. Я  сижу и сжимаю ее ручку. Мы вдвоем ведем борьбу с ее смертью. Вдруг мы победим? Тогда сам бог пожмет плечами и благословит нас на всю оставшуюся жизнь!
 Моя любовь меня окрыляет. Ее не стесняюсь и не бегу от нее. Я рад, что в свои восемнадцать знаю, что такое любовь. Я одарен ею! И понимаю, что мне дан шанс почувствовать это, шанс, который выпадает одному из тысячи. Именно  поэтому, любви так мало и любить так сложно. Именно поэтому, мало кто вообще любит и умеет любить.
 Когда она откроет глаза, я расскажу ей все. Она выздоровеет, и мы пойдем гулять. Я возьму себе лимонад, а ей - мороженое. Все девочки любят мороженое!
 А это письмо я хочу отправить в редакцию  модных и глянцевых журналов, где «звезды» эстрады и шоу-бизнеса  любят трясти своим  нижним бельем . Где женщины любят хвастаться о своих браках по расчету со многими мужьями, а мужчины - своими красочными изменами. Не то, чтобы я хочу отослать данное письмо, дабы похвастать чем-нибудь…Просто не хочу видеть, как другие молодые люди, глядя в обложки этих журналов, перестают  верить в более крепкие чувства! И пусть тем,  кто эти журналы печатает, тем, кто в них печатаются и тем, кто их покупает - станет стыдно!  Меня зовут Андрей А. Мне восемнадцать  лет. И я знаю, что такое настоящая любовь и умею любить.


Рецензии