Когда мы были молоды

   Зима 1982 год. Прошло десять лет как мы окончили Рижское ВВИАУ имени Якова Алксниса. Поскольку наш выпуск был первым и приурочен ко Дню Советской армии, 23 февраля 1972 года, то и мы решили к этой же дате приурочить нашу встречу на 10-летие выпуска. Собрались выпускники со всех уголков страны от Калининграда до Комсомольска-на-Амуре и от Тикси до Ташкента. Мы были молодыми и самоуверенными. Большая половина из нас уже занимала высокие должности в научных институтах, на крупных авиационных предприятиях, в учебных заведениях ВВС.

   Мне выпала роль одного из организаторов этой встречи. Мы за полтора года начали искать адреса (они непрерывно менялись), готовить приглашения, согласовывать программу встречи, фотографов, гостиницы, ресторан и прочее.

   Поселились большинство в гостинице «Виктория», а рядом был ресторан «Стабурагс», вот в нем и решили отметить 10-летие выпуска. Все шло как и было задумано, вечер был в разгаре: тосты, выступления, благодарности преподавателям, воспоминания, в другом зале танцы, беседы, разговоры с преподавателями — всё шло своим чередом. И вдруг главный распорядитель подошел к нам и сказал, что рядом в кафе, тоже «Стабурагс» заехали Раймонд Паулс и Алла Пугачева (она была в Риге на гастролях) и предложил, чтобы мы послали туда делегацию из 3-х человек и попросили их зайти к нам. Нет, не выступать, а просто зайти и засвидетельствовать своё несколько-минутное присутствие. Для нас это был бы, как подарок. Не будем же мы просить их даже речь какую-то произнести, не надо нам было этого.

   Мы посовещались со всеми и решили пригласить их только зайти, чтобы вручит им цветы, так как они «отработали» концерт и просить большее было бы просто неразумно. Когда мы попытались даже пройти в кафе, то сначала нам это не удалось. Но потом я пошел на хитрость: взял несколько роз и сказал, что у меня есть поручение от офицеров выпуска 1972 года училища имени Якова Алксниса (в Риге училище знали все) вручить цветы Маэстро и Примадонне. Меня пропустили, а со мной вошли и другие два наших офицера. Я подошел к столику, положил на него цветы для Аллы и сказал, что офицеры выпуска 1972 года приглашают на свой вечер уважаемых наших артистов, чтобы от имени офицеров и их семей поблагодарить лучших из лучших.

Они выслушали молча, перед ними стояли чашечки наполовину выпитого кофе, за ручки которых они держались. И когда я закончил эту фразу, то сразу понял, что пришли мы сюда напрасно, наши уважаемые звезды эстрады были не в восторге. Ни одна мышца у них на лице не дрогнула, чтобы высказать своё отношение к происходящему. Затем, Раймонд что-то попытался сказать, но только махнул рукой. Алла сказала, как отрезала: - Нет, мы не можем, у нас нет времени. Тогда я попытался еще раз исправить положение, сказав, что мы просим зайти к нам, только чтобы вручить цветы и не будем их задерживать. Но получил уже очень невежливый отказ. Поняв, что из приглашающих мы становимся «просителями», я сказал: «Тогда, извините!» - повернулся, подтолкнул к выходу двух других ребят и мы вышли из кафе.

   Сразу идти в ресторан не хотелось, было не по себе и мы остановились перед входом, по ходу обсуждая, что произошло. Ребята закурили. Так мы стояли минут десять. И тогда из кафе вышли Раймонд и Алла (цветы Алла несла в руке), как-то очень медленно, словно ещё раздумывая, перешли дорогу, там стояли две светлые «Волги», сели каждый в свою машину и машины одновременно, словно на параде, сдали назад, скоординировано развернулись и рядом поехали в сторону улицы Кришьяна Барона. После этого мы пошли к нашим и рассказали, что произошло. Реакция была мгновенной, но не очень долгой. Минут через 15 все это забылось и вечер встречи выпускников набирал обороты.

Как к этому относиться? И тогда и сейчас я относился и отношусь к этому одинаково. Все эти люди хотят, чтобы их уважали и их «защищали», но сами уважать бесплатно (за просто так) они никого не хотят. Мы могли и заплатить, но тогда так не принято было. А отказаться, это их право.




   


Рецензии