Глобальный террор цель Россия

http://www.d-show.co.uk/L-agent/Global_terror-ru.htm

Книга, на русском языке, издана в Великобритании, в 2017 году, ограниченным тиражом.

     Пишет мне, здесь, народ глупые комментарии. Типа, не может президент пригласить Героя в страну и о том что Систему не победить, тем более одному человеку.(Очень забавно, но эти глупые комментарии, кто-то уже удалил. Я,написав это предисловие, удалил только свои ответы).
     Что бы, как говориться, сразу поставить все точки над i, напишу так:
     Существует реальная угроза уничтожения населения страны, (по данным разведки) поэтому президент, лично, приглашает в страну человека, который уже решал сложные проблемы в нескольких странах.
     А ситуация, довольно простая. Террористы, на основе привычек и предпочтений россиян, придумали довольно оригинальный способ уничтожения населения страны. Герой ищет и находит, как это работает. А процесс уже запущен, по всей стране. Только благодаря Герою, трагедии удалось избежать.

Аннотация к книге
От издателя.

       Это фантастическая история, по словам автора, не основана на каких-либо реальных событиях, кроме нескольких историй из жизни самого автора.
       Однако, по мнению автора, основываясь на привычках и предпочтениях россиян вполне реально изобрести средство для уничтожения большинства населения страны. Описанные события могут произойти именно в России. Возможно в Белоруссии и на Украине. Но ни в какой другой стране Мира.
       Автор постарался создать приключенческий сюжет со всеми атрибутами жанра, с преследованием, погоней и стрельбой. Основная тема - о человеке "со стороны". Он плохо знаком с жизнью в России, но побеждает зло, потому что находит его там, где коренные россияне не догадываются искать.
       Главный герой, пожилой человек, гражданин Британии, известен тем, что был консультантом по предотвращению крупных неприятных событий в нескольких странах. Благодаря герою неприятности не случились.
       Президент России приглашает Героя в страну, для решения очень ответственной задачи. По данным разведки, в январе месяце в России начнется эпидемия гриппа, которая будет смертельна, для большинства жителей страны…
       Кроме самой истории, в книге вы найдете несколько замечаний Героя о хороших манерах, а также, описание необычных блюд европейской кухни, приготовленных из обычных продуктов.
       А к концу книги, автор нашел уместным добавить нетрадиционную, жесткую критику компаний "Apple" и "Microsoft".


Глобальный террор цель Россия

– Я, признаюсь, не люблю, когда иностранцы занимаются нашими делами, не смотря на их предыдущие заслуги. Но вы, господин Семенов, русский по национальности и мне симпатичны, поэтому я не буду возражать против вашей кандидатуры главного эксперта по данному вопросу.
– Хотелось бы посмотреть, как ты смог бы возражать, – с ехидством, нужно признаться, подумал я. – Приехал я в страну по просьбе самого президента России.
Произошло это так: в Лондоне во время разговора с послом Российской Федерации я отказался ехать в Россию, потому, что на конец года запланировал, некоторые, важные для меня, мероприятия. Тогда посол позвонил по телефону президенту и дал мне трубку. Без всякого сомнения, президент выбрал самую верную позицию, сразу заявив, что существует угроза вымирания всего населения страны. А посол говорил мне только о вознаграждении и ничего толком не хотел объяснить.
Впрочем, президент мог бы просто сказать, что хочет моего приезда, и я, естественно, не отказался бы. «Очень стрёмно», как говорил мой школьный товарищ, или, другими словами, весьма опасно отказывать в просьбе президенту такой страны.
Генерал-лейтенант ФСБ России Александр Васильевич Кравцов улыбнулся и встал из-за огромного, на пол комнаты, дубового стола.
– Значит, разговор закончен, – сообразил я и тоже поднялся на ноги.
– Полковник Васин ознакомит вас со всеми деталями, и непосредственно с ним вы будете работать, –  генерал указал рукой на полковника, с которым меня уже познакомили и которому почему-то не разрешили сидеть во время этого разговора.
 – Желаю вам удачи, – генерал протянул мне руку и добавил, понизив голос, – и всем нам тоже.

– Очень непонятная ситуация, – думал я. – Впрочем, если бы было все понятно, меня бы сюда не пригласили…
– Итак, – прервал мои мысли полковник, когда мы шли по коридору, – вчера вы только прилетели. Сейчас я расскажу вам о деле, а вечером приглашаю вас на ужин в ресторан вашей гостиницы. Там, доложу я вам, неплохая русская кухня и стиль обслуживания, как в советские времена. Даже водку приносят холодную, в запотевшем графине.
– А–ля восьмидесятые? Очень интересно. Хорошо, от русской кухни не откажусь. В какое время вы думаете ужинать?
– Я собираюсь заказать столик на семь часов вечера. А у вас есть какие-то дела в Москве?
– Нет, дел пока нет. Просто я привык планировать свое время.
– Если дел нет, то, может, мне стоит пригласить, для вас спутницу? А я с женой приду…
– Нет, спасибо. Женщину мне не нужно. А жену приводите.
– Ну… Как я думаю, о делах в ресторане мы говорить не станем. Мне не часто удается вывести мою Катерину в ресторан, так что, если вы не возражаете, она будет со мной.
– Не возражаю.

– Первое. Вот вам статистика заболеваемости гриппом в России, – начал полковник, когда мы вошли в его кабинет.
– В функции вашей конторы… э…э…э…, наверное, правильнее будет сказать службы… Извините, в функции вашей службы входит и отслеживание заболеваемостью гриппом?
— Раньше не входило. Но посмотрите отчет и поймете, что такие данные игнорировать никак нельзя.
Когда¬-то давно, лет десять назад, когда я был в России в последний раз, мне попадалась какая-то информация на эту тему в печати. Помнится, говорилось о пяти, может, о десяти процентах… Новые цифры меня ошеломили. Пик заболеваемости приходится на январь месяц. В прошлом году гриппом переболели более пятидесяти процентов всего трудоспособного населения страны. При этом заболеваемость мужчин почти в три раза выше, чем женщин. А у неработающих и пенсионеров - более восьмидесяти процентов, и почти поровну среди мужчин и женщин. Может, по этой причине в стране новогодние праздники длятся больше половины января? Занятный вопрос…
Смертельных случаев только от вируса гриппа не зарегистрировано, но при сопутствующих заболеваниях смертность увеличилась на десять процентов по сравнению с предыдущим годом.
Однако это не та причина, по которой при ФСБ, как сказал генерал, создали специальную группу из нескольких тысяч работников по всей стране. По данным разведки, вирус гриппа в следующем году будет смертельным. Какая террористическая группировка и каким образом готовит эту акцию - мне пока не сказали. Но если есть такая информация, то это очень серьезно, тем более, что времени почти нет, начался декабрь месяц.

Полковник Васин оказался очень деловым человеком. Часа за четыре мы разобрали довольно солидную кипу документов, причем мне не пришлось почти ничего читать. Игорь Иванович, как звали полковника, наверное, знал все эти бумаги наизусть, поэтому не вдавался в ненужные подробности, а сразу рассказывал и показывал самое важное. Впрочем, проделанные мероприятия и выявленные террористы, по моему мнению, никак не связывались с вирусом гриппа.
– Последнее, что нам нужно сделать сегодня на работе, это организовать вам  связь в любое время суток, – сказал полковник. – Обычный мобильный телефон, как правило, громоздкий и его можно забыть, попросту зарядить, ну или потерять. Я могу предложить вам два варианта. Или наручные часы, или медальон, который вешается на шею.
– Настоящие шпионские часы? – удивился я.
– Зачем вам шпионские часы?
– Вы же предлагаете.
– Нет, я предлагаю вам простой портативный мобильный телефон. У него нет никаких дополнительных функций, кроме набора одного номера и включения аварийного маячка - на случай, когда нужна помощь, а разговаривать невозможно. Номер, куда вы сможете позвонить, это наша диспетчерская. Единственное ограничение, только с вашей стороны можно его включить. Мы не можем вам позвонить.
– Совсем игрушка.
– Да, можно сказать, игрушка. Но ее вы можете не снимать ни под душем, ни в бассейне… И в режиме ожидания, без зарядки она будет работать не меньше месяца.
– Месяц без зарядки - это очень неплохо… Я, пожалуй, выберу часы, потому что не люблю, когда что-то болтается на моей шее.
Часы, я бы сказал, имели очень затрапезный вид, будто носили их много лет и очень неаккуратно. Стекло, может, не треснуло, но было сильно поцарапано, и ремешок разлохматился местами. Оформление и простенький циферблат обычных механических часов показался мне совсем не привлекательным. Толстый корпус тоже удивил. Может, такие корпуса и выпускали, но в начале или середине двадцатого века.
 Не успел я что-то сказать, как полковник начал объяснять:
– Это специальный «противоугонный» дизайн. Человек с деньгами даже не подумает их снять. А для очень жадных предусмотрено устройство, которое блокирует ремешок. Там трехмиллиметровый стальной тросик, так что отрезать ножом не получится. Сами понимаете, они разработаны для людей, идущих на особо сложное задание. У нас с вами таких сложностей нет, но и нет времени, чтобы изготовить специально для вас что-то красивое.
– Ладно, я надену эти часы, – согласился я, – объясните, как они работают. 

Супруги Васины ровно в семь вечера появились у входа в ресторан. Игорь Иванович в приличном светло-сером костюме и с галстуком-бабочкой на шее никак не походил на полковника, скорей на бизнесмена. В форме он показался мне лет пятьдесяти, а в этом костюме я не дал бы ему и сорока пяти.
– Господин Семенов, разрешите вам представить мою жену Катерину Валентиновну, – сказал Васин.
– Очень приятно, – сказала Катерина и протянула мне руку.
Мне пришлось сильно нагнуться, чтобы поцеловать ей руку, потому что она протянула ее для обычного рукопожатия. Но лучше больше нагнуться, чем выворачивать женщине руку, поднимая вверх, как это делают в дешевых кинофильмах, экономящих на консультанте, хоть что-то знающем о хороших манерах. 
– Рад познакомиться, – просто сказал я.
В тех же дешевых фильмах дальше последовали бы фразы «как вы хорошо выглядите», «какой у вас прекрасный наряд» или что-то подобное. Но для любой фразы подразумевается слово «сегодня». Значит, человека нужно видеть не в первый раз.
Хотя комплимент Катерина явно заслужила. Без всякого сомнения, она побывала сегодня в парикмахерской, судя по прическе. На ней было узкое темно - синее платье выше колен. Пожалуй, оно от французского дома “fcuk”. Туфли на высоких каблуках и сумочка тоже под цвет платья.
– Она, лет на десять моложе супруга, – подумал я, – не скажу, что красавица, но женщина, которая ухаживает за собой, поэтому обладает приятной женственностью.

Как только мы уселись, тут же появился официант, поставил на стол пузатый графин с водкой объемом на литр и кувшин с апельсиновым соком. Графин, действительно, сильно запотел, видимо его достаточно долго держали в морозильнике.
– Начнем, пожалуй, с борща и со сметанкой, – сказал Васин официанту и вопросительно посмотрел на меня.
– Можно, – согласился я, – и чуть уксуса бы добавить.
– Я принесу уксус отдельно, – сказал официант.
– А мне полпорции борща, пожалуйста, – попросила Катерина.
Официант ушел.
– А зачем к борщу уксус? – спросила Катерина.
– Давайте-ка по маленькой, для аппетита, – предложил Игорь и налил в рюмки.
– Я, извините, не люблю чистую водку, – признался я, – обычно делаю себе коктейль  с соком, например.
– Как желаете, – пожал плечами Игорь.
Я перелил водку из рюмки в фужер, добавил туда сока и сказал:
– Для начала, Прозит.
 Поднял свой фужер, отпил глоток и поставил на стол. Тут же подумал, что не прав, русские так не пьют. Они любят чокаться рюмками. Но семья Васиных никак не отреагировала на мое хамское поведение. Он сразу осушил свою рюмку, а она чуть пригубила. Но создалось какое-то неловкое молчание, как мне показалось. Придется что-то сказать…
– Прошу прощения, уважаемая Катерина, я не ответил на ваш вопрос. Уксус нужен  как приправа к борщу. Обычно если борщ не готовят из маринованной свеклы, то чего-то не хватает, мне так кажется.
– Необычные вкусовые ощущения? – спросил Игорь.
– Возьмите и попробуйте, – сказал я, – только уксус нужно добавлять осторожно, иначе чуть переборщишь и есть не захочется. Впрочем, необычные вкусовые ощущения можно получить самым обычным способом. Вы, к примеру, когда-нибудь ели сладкий куриный суп?
– Курица с сахаром? Это что-то новенькое. Никогда не пробовал, – сказал Игорь.
– Фу! – это не может быть съедобным. К мясу нужна соль, – заявила Катерина.
– Я же не говорю, что без соли, но суп можно сделать сладким, причем, без сахара. Если хотите, то расскажу.
– Сладкий и без сахара? – удивилась Катерина. – Вы меня заинтриговали. Хочу послушать.
– Давайте вначале борща попробуем с уксусом, – предложил Игорь, – уже несут.
– Я даже пробовать не буду, – заявила Катерина.

Я попробовал суп. Добавил немного соли, потом немного уксуса. Уксус оказался очень слабым, пришлось налить еще. Супружеская пара смотрела на меня с интересом. Наконец Игорь решил добавить немного уксуса, дал попробовать Катерине из своей тарелки, она не одобрила:
– Ну, я бы сказала, это на любителя.
– А мне понравилось. Даже, пожалуй, еще уксуса добавлю, – сказал Игорь.
– Очень забавно, вы, как муж мне сказал, не живете в России, а учите нас есть нашу еду, – рассмеялась Катерина.
– Дело в том, что я жил и бывал в некоторых странах, а у разных народов разные традиции. Вот я и попробовал разные варианты. Кстати, борщ это украинское национальное блюдо. Готовят его там так, что оторваться от тарелки можно только тогда, когда больше в себя не затолкнешь. Но готовят его из того, что вам не понравится.
– Неужели? Расскажите, пожалуйста, – попросила Катерина.
– Расскажу, но как-нибудь в другой раз, потому что некоторые подробности лучше не обсуждать за столом.
– Прямо страсти какие-то. Но я заинтересовалась и обязательно вам напомню, при случае.
– Давайте, я лучше расскажу вам про сладкую курицу?
– Курица тоже интересно, – сказала Катерина. Игорь, с полным ртом, закивал головой.
– Я люблю варить густые супы, а не бульоны. Сначала варю курицу как положено, с солью. Потом, когда курица готова, вынимаю ее, очищаю мясо от костей. Кости, естественно, в мусор, а мясо мелко режу, чтобы засыпать в последний момент. Пока я занимаюсь курицей, в бульоне варится мелко нарезанная картошка и тоже мелко нарезанный лук. Лука примерно столько же, как и картошки. Когда картошка с луком сварится, засыпаю мясо и прочие специи, можно томатную пасту, перчик, лавровый лист, если хотите. Через пару минут все готово.
– Так много лука, это разве съедобно? – спросил Игорь.
– Именно лук становится сладким, и весь суп тоже, – сказал я.
– Я вообще-то не очень люблю лук, но такое блюдо  хотела бы попробовать. Наша старшая дочь, Наташа, начала проявлять интерес к приготовлению пищи. Обязательно ей расскажу и сварим на выходных.
– Ты борщ обещала на выходные.
– А я сделаю и то, и другое.
– А вдруг не понравится?
– Ну, я в литровой кастрюльке попробую.
– Как хочешь… Кстати, Катерина варит борщ в десять раз лучше чем здесь, и через три дня, если у вас будет время... – обращаясь ко мне, сказал явно захмелевший Игорь, потом посмотрел на жену и спросил, – Да?
– Я, конечно, готовлю не так хорошо, как всегда любит говорить мой муж, но если у вас появится желание и время, господин Семенов, то приходите к нам на борщ.
– Обязательно приду, если ничто не помешает, – согласился я. – Вы сказали, старшая дочь, значит, есть и младшая?
– У нас двое детей, – сказала Катерина, – старшей, Наташе, четырнадцать, а сыну, Денису, десять.
– Полезная информация, нужно будет для них какие-то подарки купить, чтобы произвести хорошее впечатление, – подумал я, но вслух ничего не сказал.

Официант начал убирать пустую посуду, а я бросил взгляд на стол. Я выпил половину своего коктейля, Катерина выпила чуть больше половины своей рюмки. А Игорь умудрился одолеть почти половину бутылки водки и съесть весь хлеб. Официант принес, пожалуй, полбатона. Катерина не доела один кусок. Я с трудом дожевал один, даже с борщом. Но белый хлеб я не люблю. Куда в Игоря влезло столько хлеба? Чудеса! Видимо, алкоголь тому виной.

На второе мы все заказали по свиной отбивной. Мясо оказалось довольно жестким, пришлось больше жевать, чем говорить. Впрочем, разговор тоже не клеился, потому что не находилось общей темы.
На десерт принесли сладковатый кисель со взбитыми сливками. Его захотела Катерина, я тоже не возражал, а Игорь отказался.
 Заиграла музыка. Трое музыкантов и певица разместились на малюсенькой сцене. Перед сценой оказалось небольшое, свободное от столиков место, пар на десять, максимум пятнадцать, если они не будут сильно двигаться.
– Я хочу танцевать, – тут же заявила Катерина.
– Я, мягко говоря, несколько не в форме сегодня, – ответил Игорь, – вы же мне не помогаете победить водку.
– Зачем нам нужно ее обязательно победить? – спросила Катерина.
– Ну, так это… не брать же с собой…
– Это уже диагноз, – сердито сказала она. Потом  уставилась на меня и спросила:
 – Неужели в этом зале не найдется ни одного кавалера, способного пригласить меня на танец?
– Я давно не танцевал, – попытался отвертеться я.
– Этому невозможно взять и разучиться. Лучше бы сразу сказали, что не умеете.
– Не умею, – обрадовался я подсказке, – под такую музыку точно.
– Судя по всему, вы умеете только хипи-хипи-шейк!
Не знаю, почему это меня разозлило, но я тут же выпалил:
– А вальс или танго вам не слабо?
– Ну, тут, господин Семенов, вы попали в самую точку, – засмеялся Игорь, – она училась классическим танцам и даже выступала на каких-то там соревнованиях.
– Я готова, – выпрямив спину, сказала Катерина.
Мне пришлось встать и сказать:
– Уважаемый Игорь Иванович, разрешите пригласить вашу супругу на танец?
– Разрешаю.
Я поклонился и успел только сказать:
– Уважаемая Катерина…
Она вскочила на ноги, подхватила меня под руку, развернула к сцене и произнесла:
– Я уже здесь, уважаемый господин Семенов.
На площадке около сцены не было ни одной танцующей пары.
– Это очень хорошо, – подумал я, – сейчас я проверю, на что способна эта дамочка. Очень давно, но некоторое время мне пришлось даже преподавать танцы…
Однако на своих высоченных каблуках Катерина была на полголовы выше меня. Если она не умеет танцевать, то могут возникнуть проблемы. Помнится, был курьез с мамашей невесты, которая взяла всего пару уроков, а потом захотела показать всем на свадьбе дочери, как она классно танцует. Партнером, конечно, был я, не сумел удержать и завалился прямо на нее посреди зала. Правда, мамаша была если не выше, то уж точно тяжелее Катерины…
– Нет, не стоит мне устраивать проверку, тем более что с возрастом стал я не таким ловким.
Мы вышли на середину площадки и остановились, дожидаясь окончания мелодии. Как только это произошло, я громко спросил:
– Маэстро, вам не трудно будет сыграть какой-нибудь вальс?
– Легко, – ответил со сцены мужской голос.   
 Катерина оказалась изумительной партнершей. К концу танца мне пришлось признаться самому себе, что я не очень хороший партнер для нее. Впрочем, конечно, это возраст и отсутствие практики…
– Маэстро, танго! – крикнула Катерина, как только смолкла мелодия.
– Для такой пары, как вы, всегда пожалуйста, – ответили со сцены.
К концу этого танца Катерина, видимо, догадалась, что я устал, и помогла мне справиться с концовкой. Да уж, возраст… Я тяжело дышал, весь взмок, и даже в ногах появилась дрожь. Пришлось опереться на руку Катерины, чтобы дойти до столика. Но то, как мы танцевали, понравилось всем, кто был в зале. Правда, их было немного, поэтому раздались жидкие, непродолжительные аплодисменты.
Первым делом, плюхнувшись на свое место, я налил рюмку водки, выпил, не запивая и не закусывая. Потом откинулся на спинку кресла и подумал, что такие перегрузки явно вредны для моего здоровья.
– Что это было? – услышал я голос Игоря.
– Где? – спросила Катерина.
– Там. Это ты там сейчас танцевала с господином Семеновым?
– Мы с тобой пятнадцать лет в браке и ты не знал, что я умею танцевать? – рассмеялась Катерина.
– Знал, конечно, но чтобы так… Ни разу не видел.
– А где мне было танцевать, да и с кем? Кроме всего прочего, нужен хороший партнер.
– Спасибо вам большое, господин Семенов, – повернувшись ко мне, сказала Катерина, – я получила огромное удовольствие. Может, повторим?… Ну, не сейчас, но может, еще разочек – другой за этот вечер.
– Вы изумительно танцуете, уважаемая Катерина, – сказал я и неожиданно, для себя, добавил, – конечно, повторим.
Сказал и испугался сказанных слов.
– Вот же идиот, – пронеслось в голове, – минуту назад решил, что такие перегрузки вредны для здоровья и тут же согласился. Так и до инфаркта недалеко. Конечно, она классно танцует и я, дурак старый, хочу, оказывается, танцевать – будто в юность вернулся. Но, что-то нужно делать, еще два танца подряд я не выдержу, рассыплюсь на части… Значит, надо ограничиться одним танцем!
– Я предлагаю такой вариант, – начал я вслух, – мы можем танцевать хоть до конца вечера, но по следующей схеме. Один танец, потом перерыв, минут десять или пятнадцать, а только затем второй танец. Я, видите ли, уже не молод…
– Конечно, конечно, я согласна, – перебила меня Катерина, повернулась к мужу, умоляюще посмотрела ему в глаза и спросила: ты мне разрешишь, дорогой?
– Конечно, разрешу, иначе ты прямо сейчас уйдешь от меня, потому что такой счастливой я тебя не видел уже очень давно.
– Ну что ты, дорогой, я от тебя никогда не уйду, потому что люблю.
    
– Да уж, товарищ полковник, – подумал я, – видел, что на работе ты хорош, но нельзя же так. Как можно не знать, что жена у тебя танцует?

Я попробовал кисель со сливками и решил продолжить удивлять семью Васиных:
– Если вас еще интересуют необычные вкусовые ощущения, то могу рассказать об одном необычном блюде, на сладкое, которое я пробовал в Эстонии.
– Конечно, интересуют, – ответила Катерина.
– Вот представьте себе, такой же кисель, достаточно густой, чтобы в нем не растворялись сливки. Но вместо нежных взбитых сливок в кисель положили обычный творог.
– Ну и что? – спросил Игорь
– Кисель нежный, сливки тоже нежные на вкус. А творог в нежном киселе кажется настолько жестким, будто в него добавили что-то колючее.
– Неужели? Мне даже захотелось такое попробовать, – сказала Катерина. – А с чем творог, с сахаром?
– Только творог, без сметаны, соли и сахара.
– Это совсем просто, сейчас закажем.
 Игорь позвал официанта и объяснил, что нужно сделать.
Но сбегавший на кухню официант только развел руками: на кухне не оказалось творога, потому что ни к одному блюду творог здесь не добавляли.
– Придется самой варить кисель, – сказала Катерина, – но я обязательно это сделаю, чтобы самой попробовать и детей удивить.
   
Народу в ресторане прибавилось. Пары начали танцевать под современную музыку. Но как только мы с Катериной поднимались из-за стола, все пары разбегались, освобождая площадку, и нас начали приветствовать аплодисментами. Впрочем, ничего в этом удивительного, кто же не захочет посмотреть бесплатное танцевальное шоу очень высокого уровня. Быть может, я себе льщу, говоря об очень высоком уровне, но Катерина, без всякого сомнения, танцевала именно так. Танцевать танго для моего возраста, конечно, сложнее, но, как я думаю, смотрелись мы как пара очень неплохо.
Часам к десяти вечера мы еще один раз станцевали вальс и два раза танго.
Мы только вернулись с последнего танца, как опять заиграла музыка. И тут около нашего столика появился высокий крепкий парень лет около тридцати пяти. Одет он был, я бы сказал, несколько странно. Приличный костюмчик, галстук, но длинная рубашка навыпуск, торчащая из-под пиджака. В Англии так одеваются только школьники, как я думаю, таким образом демонстрируя пренебрежение к школьной форме.
– Ты, подруга, классно отплясываешь. Я тоже танцевать хочу. Надеюсь, эти пижоны возражать не станут, пошли, – сказал парень и хотел взять Катерину за руку. Но она отстранилась всем телом. Тогда он нагнувшись, хотел подхватить Катерину на руки. Она сидела у прохода и парень вполне мог бы это сделать, но тут Игорь чуть приподнялся, резко схватил двумя пальцами нос парня в клещи и потянул к себе.
– У-у-у-у, – взвыл парень и схватился двумя руками за руку Игоря, но, думаю, быстро сообразил, что оторвать руку можно только вместе с собственным носом.
Странная поза парня, нависшего над нашим столом, тут же привлекла внимание двух его друзей. Эту троицу я давно заметил, видимо, потому, что они пили только водку и не закусывали.
– Эй, что такое! – громко крикнул один из парней и оба тут же поднялись из-за стола.
Игорь никак не мог видеть этих двух, поэтому мне пришлось встать, чтобы преградить им дорогу.

Я никогда не умел драться и не учился этому. Даже в армии, потому что рукопашный бой не входил в подготовку технического персонала. Не учился я драться и потом, потому что не было в этом необходимости. В детстве, в школе и в армии ребята очень быстро понимали, что у меня, как говорится, «тяжелая рука», поэтому не приставали. Лет в шесть я выбил сразу три зуба мальчишке, который был старше меня, выше и тяжелее, потому что он хотел у меня отобрать мою вещь. А где-то на восьмом году учебы в школе одним ударом отправил в нокдаун одноклассника за то, что он решил научить меня боксу, хотя парень был каким-то разрядником среди юниоров. Меня уговаривали заняться боксом и заманивали в криминальные группировки, но мне не было это интересно. Я всегда старался жить с людьми в мире. Конечно, не обошлось и без инцидентов. Если мне не удавалось сразу урезонить противника, то били меня…
Интересно, как получится сегодня? С двумя я, конечно же, не справлюсь, но как-то задержать их придется.
Первый парень, который шел на меня, тоже был странно одет. К приличному темно -синему костюмчику и галстуку в тон, он надел белые кроссовки. Впрочем, не в цвете дело, а в том, что кроссовки - спортивная обувь, а в костюме и галстуке спортом не занимаются.
- Отойди, пока жив, иначе ноги переломаю и плясать больше не сможешь, – сказал парень и толкнул меня левой рукой, подставив свой бок.
– Он выше меня, но худой и весом не больше семидесяти килограмм, – прикинул я и заехал ему правой рукой в ухо. Как и следовало ожидать, парень повалился на соседний, не занятый посетителями столик, проехал по столешнице и свалился с другой стороны, прихватив с собой белую скатерть и вазочку с цветком.
– Если сразу не вскочил, значит, нокдаун как минимум, – констатировал я.
Второй был выше меня сантиметров на двадцать и весом под сто пятьдесят. Этакий ожиревший боров. Этот чудак нацепил приличный галстук на полосатую фланелевую рубашку. Откуда у него такая извращенная фантазия? Я сделал шаг вперед, а ожиревший боров совершенно неожиданно для меня отступил на шаг и испуганно спросил:
– Вы его чем это, молотком?
– Нет, не молотком, кувалдой, вот этой, – я приподнял правую руку, сжатую в кулак, – хочешь познакомиться?
– Нет-нет, не бейте меня, пожалуйста, –  толстяк начал испуганно пятиться назад.

Тут появился охранник из ресторана, а за ним еще двое из гостиницы. Парней вывели. Метрдотель ресторана, несколько располневший и с мокрой лысиной, уже нагнулся над нашим столиком, когда я садился на свое место. Игорь, видимо, успел рассказать о сути инцидента, потому что метрдотель извинился за недоразумение, обещал больше никогда не пускать этих ребят в ресторан и в конце предложил этот ужин за счет заведения. Игорь милостиво согласился. Судя по тому, что метрдотель называл Игоря по имени и отчеству, он хорошо знал, с кем разговаривает. 

Катерина вышла поправить прическу, как она сказала. А Игорь предложил мне выпить. Теперь, я не отказался от чистой водки. Мы чокнулись рюмками, и вдруг Игорь сказал:
Я читал в вашем досье удивительные вещи: вы участвовали в невероятных событиях, даже спасали президента Соединенных Штатов… Но хоть убейте меня, не понимаю, как эти события связаны с вами и в чем ваша задача в нашем нынешнем деле.
– Моя задача в тех делах, о которых вы читали, и в нынешнем деле состоит в том, чтобы найти ответы, причины или детали, которые не замечают самые лучшие специалисты. Потому что лучшие обычно имеют очень узкую специализацию. Кроме того, они могут не обратить внимание на что-то привычное для них.
– Несколько расплывчато, я бы сказал, но в целом понятно. Быть может, мы сами справимся, а если нет, то надежда только на вас. Но вам в любом случае плюсик, потому что вы участвовали в деле.
– Нет уважаемый. Если вы обойдетесь без моей помощи, то никакого плюсика, как вы говорите, за участие в деле, не появится в моем досье.
– Неужели без вас ничего бы не получилось?... Ой! Извините, пожалуйста, уважаемый господин Семенов, за этот глупый разговор…
– Думаю, что разговор правильный, – улыбнулся я, – раньше вы не понимали, а теперь наверняка знаете, зачем я нужен.

На воскресный борщ я не попал, так же, как и полковник, потому что в субботу с утра пораньше мы вылетели во Владивосток.

Прилетев во Владивосток, только разошлись по номерам в гостинице, как поступило новое распоряжение. Приказ ехать в Находку. Машина ждала у входа.
Разведка оказалась на высоте. Подозреваемое судно под флагом Панамы вошло в территориальные воды России на следующий вечер после нашего приезда. Погодка стояла, я бы сказал, явно не для прогулок. Дождь, низкая облачность и порывистый ветер.
Совсем стемнело, пока мы на большой скорости по мокрой скользкой дороге ехали в порт. На одном крутом повороте военный «газик» занесло и почти развернуло. Даже дух у меня захватило. Подумал, что перевернемся, но водитель справился с управлением.
- По внешнему виду это рыболовная посудина, - сказал капитан-лейтенант Платонов, координирующий наши действия с местными службами. Он был в форме морского офицера и в пилотке вместо фуражки.
- Может, капитан-лейтенант подводник? – подумал я, но спросить об этом не решился, да и какая для меня разница.
- Между тем, судя по обводам корпуса этого судна, как мне доложили, оно может быть очень быстроходным, - продолжал Платонов, - похоже на скоростную яхту.
- А зачем рыбакам такое судно? – спросил полковник Васютин.
- Затем, что это не рыбаки, а, скорее всего, контрабандисты, – ответил Платонов. - Но именно это судно в первый раз появилось в наших водах, поэтому ничего о нем мы не знаем.
- Если это судно, действительно, быстроходное, то, наверняка, будет проблема его задержать? – спросил я.
- И да и нет, - ответил Платонов, - сейчас волна до пяти метров высотой и быстроходность ему не очень поможет в любом случае. Но если из-за погоды мы не сможем поднять вертолеты, то они способны улизнуть. Вот если проторчат здесь до шести часов утра, то не уйдут ни в коем случае.
- Это по какой такой причине? – спросил я.
- Вызвали подводную лодку, она будет у нас только к утру, но перекроет им выход. Идет она с севера, поэтому чем дальше нарушители пойдут на север, тем ближе будут к подводникам. А высадиться им можно только севернее, потому что там меньше населенных пунктов.
- Серьезно вы подошли к вопросу, - сказал полковник Васин.
- А как же по-другому, если это те самые террористы, которых нам нужно поймать…

Сторожевой корабль береговой охраны показался мне очень уж железным. Потому что сделан был из толстых листов металла, соединенных огромными заклепками. Наверное, он был построен очень давно. Очень может быть, что ровесник «Авроры», во всяком случае, этот толстый металл и заклепки напомнили мне  корабль- музей.
Однако когда, выйдя их бухты, мы встретились с волнами в Японском море, этот корабль заслужил мое уважение. Непросто волнам, как оказалось, раскачать такое судно…
Как только мы втроем поднялись на борт, корабль отошел от причала. Меня с полковником пригласили в кают-компанию и предложили поужинать.  Капитан-лейтенант отправился на мостик.
- А почему нас на мостик не пригласили? – спросил я у полковника.
- Нечего нам там делать, пока, во всяком случае.
- Так интересно же, - хотел сказать я, но сообразил, что мой личный интерес никого не интересует, поэтому вслух сказал: «Вы, очевидно, правы. Я хотел бы постоять на палубе, пока мы не выйдем в море, и покурить, если вы не возражаете.
- Давайте постоим, - согласился Васютин, - только не на что здесь смотреть, кроме огней города сзади.
Я скрутил сигаретку, но из-за сильного ветра не сразу удалось прикурить.
- Все хочу у вас спросить… - начал Васин, - то, что вы курите, по запаху похоже на табак, но, может, он какой-то особенный?
- Вы имеете ввиду, не курю ли я «траку»? Успокою вас, такими глупостями никогда не баловался. Нет, соврал, в юности все же пробовал. Но затуманенный рассудок, как я считаю, это потеря времени, даже если становится весело.  Веселье можно найти другими способами, например, сходить в театр или в кино.
- А почему вы курите табак, а не сигареты?
- Ответить на этот вопрос непросто. Курильщики, скажу вам, вообще народ несколько странный, я не исключение. Одни предпочитают сигары, другие курят трубку, это очень жесткий удар по организму. Большинство курит сигареты, но если количество сигарет больше двадцати за сутки, то это тоже ничего хорошего организму не принесет. Я много курил, но с возрастом пришел к странному заключению, что нужно себя пожалеть. Отказаться от курения я еще не созрел, потому перешел на табак и кручу очень тонкие сигаретки с маленьким количеством табака. Кроме того, получается, что я меньше хочу курить, потому что нужно не просто достать сигарету из пачки, а подумать, стоит ли вообще скручивать эту самую сигаретку.
- Целая философия…
- Можно и так сказать. Люди вообще странные существа, курильщики не исключение…   
 
Довольно скоро корабль вышел из бухты и нас с головы до ног тут же окатило брызгами. Я наверняка предвидел такое, но неосознано, однако успел спрятался за спиной полковника. А ему досталось, как говорят, «по полной». Если бы не его длинный военного пошива плащ, то полковника целиком можно было бы отправлять в сушилку. А меня почти не намочило, только шляпу чуть не сорвало с головы, но я успел ее схватить.
Конечно, мы тут же спустились вниз. Плащ Васин отдал сушиться, но, как мне кажется, после морской соленой воды его для начала придется полоскать в пресной воде…
Кают-компания оказалась не очень большим помещением. Сюда нам принесли ужин.   
Я, признаюсь, с удовольствием съел две паровые котлеты с «рожками» - такое название здесь имели небольшие толстые макароны. А Васин, видимо, есть не хотел, потому что не справился и с половиной порции. Компот я выпил весь стакан, а Васин даже не попробовал. Сидели молча, потому что говорить не хотелось, во всяком случае, мне. Полистали журналы и газеты, которые здесь нашлись.
Через час примерно появился капитан-лейтенант. Он уселся к нам за стол, положил перед полковником фотографию, на которой был изображен небольшой кораблик, почти закрытый волной, и сказал:
- Значит так, судно «Кристина» вошло в наше территориальное море в шестнадцать часов и тридцать четыре минуты, с курсом на Владивосток. Через час повернуло назад и взяло курс на северо-восток. Огибая землю по дуге, оно держится примерно в четырнадцати морских милях от берега. - Капитан Платонов глянул на меня и тут же добавил: - Это примерно двадцать шесть километров.
Час назад они прошли, можно сказать, мимо нас. Мы сейчас идем за ним, и можем их догнать, если они повернут к берегу. На севере, в районе Маяка Островной их ожидали два пограничных катера, но теперь им пришлось отойти на север, потому что «Кристина» скоро подойдет к этому району, а спугнуть их никак нельзя, как вы понимаете.
- Может, это совсем не то судно, которое нам нужно? - спросил я.
- По данным разведки, судно именно с таким названием должно что-то доставить террористам или привезти этих террористов. А в остальном ничего подозрительного в  судне нет. Мы при других обстоятельствах не обратили бы на него никакого внимания. Сейчас из-за высокой волны и наступления ночи больше двух десятков кораблей держатся в открытом море.
- А как вы за ним следите? По радару? – спросил я.
- Да, за ними следит береговой радар. Ну и мы, конечно, можем видеть их присутствие по их работающему радару.
- Значит, свой радар они не включили, - подумал я, - хитро, но мне кажется, довольно опасно.
Хотел спросить об этом, но не успел.
- Разрешите обратиться? – спросил влетевший в кают-компанию матрос, подняв руку к бескозырке.
- Слушаю вас, - ответил Платонов.
- Мне приказано доложить вам, товарищ капитан-лейтенант, что судно «Кристина» выключило свой радар.
- Началось, - сказал Платонов, - а вы, уважаемый господин Семенов, сомневались. Теперь прошу вас подняться наверх, чтобы быть, так сказать, в курсе всех событий.

Ничего интересного, на капитанском мостике, так он, наверное, называется, я не заметил. При  тусклом свете от приборов и одной настольной лампы, я увидел капитана корабля, двух офицеров и матроса. Один офицер сидел с картой на столе и компьютером, а второй перед приборами, на передней панели. Матрос, очевидно, был рулевым. А за окнами полнейшая темнота. Только мелкие брызги ударялись в стекло после того как корабль клевал носом, проваливаясь на более высокой волне. Странное какое-то ощущение, когда не видно носа корабля. Будто парит это помещение непонятно где и почему, монотонно раскачиваясь вперед-назад и слева направо.
- Значит, и навигационные огни выключены, - подумал я, - для нашего дела это, конечно, неплохо. Но какая же здесь, к черту, безопасность мореплавания? Эта махина протаранит любое небольшое судно и даже не заметит…
- Так вот вы, оказывается, какой. Рад, нужно сказать, познакомиться. Я капитан этого корабля. Зовут меня капитан третьего ранга Стрельцов Владимир Сергеевич, - Капитан, стройный мужчина лет сорока, протянул мне руку и криво, я бы сказал, ехидно улыбнулся. - Наслышан  о вас, но не верю всем этим сказкам.
- Так вот почему ты ехидно улыбаешься, - подумал я, пожал его руку со всей силы, то есть очень недружественно, и сказал: « - И я рад знакомству.
Улыбка исчезла с лица капитана, и через секунду появилась бы гримаса боли, потому что у меня сильные мышцы, но я отпустил его руку. Капитан нахмурился и приветствовал Васина не рукопожатием, а по-военному, подняв к фуражке руку.
  - Лейтенант Ковыль, доложите им обстановку, - сказал капитан и отошел к переднему стеклу. 
- Интересно, будет ли он мне мстить, и если да, то каким образом? – подумал я, потому что заметил: капитан сразу начал массировать свою правую руку.
 - По данным с земли, судно «Кристина» идет курсом севернее мыса Островной, в направлении на остров Петрова вот сюда. Командование на материке считает, что их цель бухта Сокольская,  - лейтенант указал направление на карте ребром ладони.
- Нелогично, очень даже нелогично, - сказал Платонов.- Если им нужна бухта Сокольская, то они, думаю, еще час могли идти, не приближаясь к нашим берегам и не вызывая к себе интереса.
- А если они думают, что береговой радар их не видит? – спросил Васюткин.
- Конечно, не видит, почти с того самого момента, как они повернули к берегу, но их видит наш самолет радиолокационной разведки.
- Вижу, вы очень хорошо подготовились, – сказал Васин, - нам остается только ждать.
Мы втроем уселись в кресла, привинченные к полу, или, правильнее сказать, к палубе. Капитан остался стоять на прежнем месте, у окна. Минут двадцать ничего не происходило. Потом я заметил вдалеке мелькнувший огонек маяка.
- Это тот самый маяк, на мысе Островном, мимо которого сейчас проходит «Кристина»? – спросил я Платонова.
- Да.
- Есть новые данные, - тут же сказал лейтенант Ковыль. Два наших катера отошли за мыс Овсянкина, чтобы не препятствовать «Кристине» войти в бухту Сокольская. А эта «Кристина» изменила курс и идет к восточному побережью Мыса Островной.      
- Они что, с дуба рухнули? –  вскочил на ноги Платонов. - Как я понимаю, ветер дует с востока, и волны в этом месте идут прямо на берег, правильно? Платонов тоже ребром ладони показал направление.
- Так точно, товарищ капитан-лейтенант, - ответил лейтенант Ковыль.
- Тогда на восточном побережье полуострова, который загораживает дорогу волнам, сейчас настоящая мясорубка. Потому что основная волна идет во фронт и на нее накатываются волны, идущие вдоль берега с севера. Дальше бухточка, и там только по центру могут быть волны во фронт, а по бокам та же мясорубка.   
- Может, их цель именно это место и они на этой волне, которая, как вы говорите, идет во фронт, хотят высадиться? На обычных резиновых лодках, как я думаю, их должно просто выбросить на берег? – спросил полковник Васин.
- Очень рискованно, - сказал Платонов, - в случае неудачи они могут попасть в мясорубку и разбиться о скалы.
- Товарищ капитан-лейтенант, разрешите мне сказать? – попросил лейтенант Ковыль.
- Ну, давай, - разрешил Платонов.
- Я думаю, что они сейчас идут круто к волне, что им непросто. Но идут они сюда совсем не потому, что им нужно на север. Им, скорее всего, необходимо подобраться как можно ближе к маяку, потом они могут резко повернуть на запад. Тогда, имея скорость, обойдя полуострова, смогут повернуть на север и заскочат в более тихие воды, на западном берегу, а дальше будет бухта Киевка.
- Теоретически неплохой ход. Но когда такая масса воды огибает полуостров, то  неизвестно, что творится на этой тихой воде. Может, там водовороты покруче, чем волны в открытом море. Но если они пойдут в это место, то в бухте Киека, без всякого сомнения ,они смогут высадиться.
- Если у них есть связь с берегом, то они знают обстановку, - сказал Васин. - Значит, именно так и поступят.
- Что у нас с эфиром? – спросил Платонов.
- В этом районе полная тишина, - ответил Коваль. - Наш оператор все время сканирует эфир, не было ни одного сигнала. Правда, аппаратура у нас не видит мобильной связи, но таковой в этом районе не может быть даже теоретически.
- А если у них телефоны, работающие через спутник? – спросил Васин.    
- Тогда, по техническому обеспечению они нас превосходят, - сказал капитан корабля. - Мы не можем выйти в эфир, иначе спугнем их, но нам необходимо сообщить об изменении ситуации. В первую очередь, нужно возвратить к нам катера береговой охраны и сообщить пограничникам, что наших гостей нужно встречать в другом месте.
- Ну, там, имеют точно такую же информацию, - сказал Ковыль, - могут догадаться.
- Думать и принимать решения приказано нам здесь, - грозно сказал капитан Стрельцов, - поэтому нечего надеяться на кого-то там. Приказываю подготовить, зашифровать и послать короткое сообщение: «Вернуть катера к мысу Островной и направить сюда же пограничников по суше».
- Товарищ капитан, может, не надо выходить в эфир? – предложил полковник Васин, вытаскивая спутниковый телефон.

 Дальнейшие события на судне «Кристина», как я могу догадаться, происходили с невероятной скоростью. Оно действительно рванулось сперва на запад, а затем, обогнув полуостров, на север. Возможно, до бухты Киевка незваные гости даже не доходили, потому что очень быстро закончили делать то, зачем сюда пришли.
А у нас на корабле все происходило как в замедленном кино, то есть с задержкой по времени. Через сорок минут после того, как мы узнали, что судно «Кристина» повернуло на запад, пришло сообщение, что судно на большой скорости удаляется от берега.
- Они включили локатор, - доложил офицер, сидящий у приборов.
- Включить наш локатор, - скомандовал Стрельцов.
- Сообщение с берега, - доложил Ковыль, - нарушитель направляется в нашу сторону.
- Это и так понятно, - сказал Платонов, - против ветра и волн на большой скорости идти невозможно, естественно, они повернули в нашу сторону.
- Где они? – спросил Стрельцов.
- Минут пять назад, наверное, были прямо по курсу, а теперь уходят на юго-восток.
- Право на борт и полный вперед! – отдал команду Стрельцов. - Черт бы их всех побрал. В такой выгодной позиции находиться и прозевать… Что там вертолетчики, по-прежнему летать не могут?
- Так точно. По их прогнозам, еще часа три погоды не будет.
Корабль сильно накренился, подставив борт волнам. Заплясал, раскачиваясь из стороны в сторону, но вскоре качка почти прекратилась, и мы явно прибавили в скорости.
- Прожектор на воду. Искать нарушителя по нашему курсу, - крикнул Стрельцов в микрофон.
Очень яркий в этой кромешной темноте, луч прожектора начал плясать по волнам впереди корабля. Я встал и подошел к стеклу. Вот луч остановился. Довольно далеко среди волн я увидел плохо различимую мачту. Иногда показывалась часть надстройки судна «Катарина».
- Хорошо идут, и наверняка уйдут, - сказал оказавшийся рядом со мной Платонов.
- Предупредительный выстрел перед носом нарушителя, - скомандовал Стрельцов.
Тут же бухнуло здесь, а там, впереди, я не заметил даже всплеска воды. Видимо, снаряд взорвался между волн.
- Еще один предупредительный, - отдал команду Стрельцов.
Опять бухнуло, теперь я увидел там, впереди, всплеск от взрыва. Почти сразу погас прожектор.
- Что с прожектором? – спросил в микрофон Стрельцов.
- Взорвался, кажись. Стекло посыпалось, - раздалось из динамика.
- А второй прожектор?
- Не включается, товарищ капитан.
- Электрика на мостик! – крикнул капитан в микрофон, и уже спокойным голосом спросил у офицера, сидящего за приборами:
- Что с нарушителем? Курс не меняет?
- Может, вильнул чуть левее, круче к волне, но идет с прежней скоростью.
- Старшина первой статьи Ковальчук по вашему приказанию прибыл, - сказал запыхавшийся парень, появившийся на мостике.
- Что с прожектором? – спросил Стрельцов.
- Не могу знать, нужно осмотреть. Но если стекло посыпалось, то в нас, скорее всего, стреляли.
- Почему не работает второй прожектор?
- Нужно менять лампу, я докладывал мичману три дня назад…
- Бардак! Немедленно осмотреть первый прожектор!
- Есть осмотреть прожектор.
- Лейтенант Еременко, где наши подводники? - спросил Стрельцов.
- Сейчас свяжусь, - ответил офицер у приборов, - и пришло сообщение с берега, в котором сказано, что возможен прямой контакт с нарушителем.
- Без них знаю, -  раздраженно сказал Стрельцов и тут же спросил:
-  Лейтенант Ковыль, мы можем прибавить хода?
- Нет при данном курсе. Мы уже имеем максимально возможные обороты винтов, но нас тормозит боковая волна из-за нашей массы. А для их легкого суденышка это идеальный курс.
- А если мы изменим курс на более нам благоприятный?
- Значит, уйдем западнее, но в любом случае их не догоним, потому что скорость у них выше.
- Подводная лодка будет в нашем районе ориентировочно через один час и тридцать минут, - доложил Еременко.
- Нужно их направить не к нам, а на перехват нарушителя. Лейтенант Ковыль, произвести расчеты!
- Разрешите доложить, товарищ капитан? – спросил старшина Ковальчук, появляясь в дверях.
- Докладывайте.
- Прожектор разбит выстрелом. Имеется четкий след на металле, но самой пули я не нашел, поэтому калибр определить нет возможности.
- Вот же гады, хорошо стреляют и это при том, что их посудина прыгает по волнам, как взбесившаяся блоха!
- Ну, насчет взбесившейся блохи, товарищ капитан, вы явно перегнули, - рассмеялся Платонов. - Как я видел, идут они очень даже плавненько, видимо, у них хороший рулевой.
- Все у них хорошее: и судно, и рулевой, и стрелок… -  Стрельцов выругался, по-русски, матом, - А что у нас хорошего? Лейтенант Ковыль, докладывайте!
- Ничего хорошего. Примерно через полчаса они выйдут из нашей прилежащей зоны. Подводники могут их перехватить, но это будет далеко, хотя в нашей исключительной экономической зоне.
- Утоплю гадов! Ракеты к бою! – скомандовал капитан Стрельцов.
- Не стоит горячиться, уважаемый капитан, - начал полковник Васин, - если судно утонет, то у нас не будет абсолютно никаких доказательств того, что оно нарушило нашу границу. А если из команды кто-нибудь останется жив, то их придется взять на борт и они, наверняка, никогда не признаются, что нарушили границу, а будут настаивать на том, что подверглись незаконному нападению. А тогда уж, сами понимаете…
- Да, конечно, вы правы, - тут же согласился капитан третьего ранга Стрельцов.
- В этом нет ничего удивительного, - подумал я, - хоть он капитан корабля, но по званию всего лишь майор, разговаривающий с полковником.
- Я думаю, подводников нужно направить на перехват, - сказал Васин, на берег. Приказ срочно обыскать полуостров и найти доказательства присутствия людей и грузов, доставленных этим судном.
- Правильно, - подумал я, - помнится, по международной конвенции, территориальным морем государства или прилежащей зоной считается полоса до 12 морских миль или 22,2 километра. На этой территории можно задерживать любого нарушителя границы. А дальше находится исключительная экономическая зона, шириной до 200 морских миль, где без самых веских доказательств остановить никого нельзя. Значит, если на суше найдут доказательства, то можно будет задержать судно.
К рассвету подводники уже шли впереди судна «Кристина», не всплывая. А наш корабль, далеко отстав, следовал сзади. К полудню стало понятно, что наше преследование бессмысленно, потому что на берегу не нашли никаких доказательств пребывания там нарушителей границы.
«Кристина» уходила в сторону Японии. Подводная лодка тут же ушла, и мы повернули назад.
Пока шли в порт, я думал о том, какая цель была у нарушителей границы. Мы, изначально думали, что к нам прибудут террористы с некоторым количеством химикатов. Но высадка людей и разгрузка ящиков или контейнеров никак не могла занять так мало времени. Поэтому я пришел к выводу, что «Кристина» не привозила в Россию ни людей, ни что-либо еще. Они забрали кого-то или что-то!
У трапа, спускающегося на пирс, нас провожал капитан Стрельцов. Он пожал руку Платонову и Васину, а мне опять ехидно улыбнулся и поднял правую руку к козырьку фуражки. Мне тут же захотелось сказать ему что-нибудь обидное.
Я уже открыл рот, однако ничего остроумного в голову не пришло, поэтому я вдохнул воздух, закрыл рот и перед тем как сделать шаг к трапу, просто склонил голову в поклоне. Именно этот поклон спас меня как минимум от конфуза, потому что краем глаза  увидел ногу Стрельцова, подставленную, чтобы я о нее споткнулся. И я споткнулся, делая шаг, но успел схватиться правой рукой за поручень и устоял на ногах.
- Ну, точно детский сад какой-то, - подумал я, - значит, вот так ты мне решил отомстить! Впрочем, я сам тоже хорош, первый начал, так что незачем обижаться. Я обернулся к капитану, улыбнулся, подмигнул ему правым глазом, сам не зная почему, и пошел по трапу вниз.
- Здесь высота метра четыре и ступенек штук тридцать, жестокая шуточка у капитана третьего ранга, - подумал я. - Если бы я упал, то мог бы скатиться по трапу или сразу свалиться на бетон. Да уж, совсем не солидно для офицера. Лишился бы ты, капитан, сразу своего звания и, думается, навсегда…
- Что-то случилось? – спросил Васин, когда я спустился на причал. Очевидно, он видел, что я споткнулся.
- Да ничего страшного, - ответил я, - чуть зацепился за верх трапа.

 На следующее выходные, в Москве, мы оказались свободны от работы, и полковник Васин повез меня к себе домой на традиционный в их семье воскресный борщ.
- А вы знаете, уважаемый господин Семенов, - начал разговор полковник, - ваше предположение о том, что судно «Кристина» забрало людей с берега, полностью подтвердилось. Я получил это сообщение только сегодня перед тем как ехать за вами в гостиницу. Но именно это обстоятельство подняло весь приморский край, как говорится, «на уши»!
- Подняло на уши, это, как я понимаю, то же, что очень всех встревожило?
- Правильно…
- Для начала, - перебил я полковника, - давайте сделаем то, без чего я не могу явиться к вам в дом. А потом мы сможем поговорить.
- А без чего вы не можете явиться ко мне в дом?
- Как минимум без цветов для вашей прелестной жены.
- Без цветов? – очень удивился полковник. - Глупость какая-то! Никогда не дарил цветов и считаю, что это бесполезная трата денег…
- Вы серьезно? Вы не дарили Катерине цветы, когда познакомились?
- Не дарил. Как-то без этого обошлось… Да и цветов у нас просто негде  было достать. Я в то время на севере служил, а она после института там оказалась…
- Я думал, честно говоря, что без цветов даже познакомиться невозможно.
- Возможно и познакомиться, и даже жениться, без единого цветочка.
- Это как же?
- Мы через месяц после знакомства расписались там же, на севере.
- А потом?
- Жить вместе стали, а через год отправили меня на учебу в Москву, и она, со мной, естественно. Но это совсем другая история. Короче, хотите покупать цветы, покупайте, я  не возражаю.
- Я не знаю, где здесь цветочный магазин, может, мы остановимся по дороге.
- Тарас, остановись у какого-нибудь магазина, - попросил Васин.
- Слушаюсь, товарищ полковник.
- Для застолья я прихватил приличный армянский коньяк, - сказал я. - Для вашего сына, которого, как вы говорили, интересуют корабли, купил книжку по истории кораблестроения. А для дочери и вашей супруги я намерен купить по букетику цветов.
- Зачем такие хлопоты, тем более, с цветами… Но молчу, и как уже сказал, не возражаю.
- А я считаю, что все особы женского пола обожают получать в подарок цветы. Кстати, какие цветы любит ваша супруга, а какие дочь?
- Не знаю… - сказал полковник, - ну, честно, не знаю, потому что не спрашивал.
Большой цветочный магазин оказался всего в паре кварталов от гостиницы. Как я его раньше не заметил, ведь совсем недалеко книжный магазин, где я вчера купил книгу?.. Хотя это хорошо, что не заметил: купил бы цветы и пришлось бы с ними возиться, придумывать, где на ночь поставить, чтобы не завяли.
Перед тем как сесть в машину к полковнику, я снял свое тяжелое зимнее пальто и шляпу, чтобы было удобнее сидеть и не упариться в машине. Машина остановилась прямо у дверей магазина, поэтому я не стал надевать пальто, а выскочил налегке.
- Что-то вы, ребята, совсем здесь «мышей не ловите», - решил я, обойдя магазин и осмотрев очень богатый, но скучный набор букетов. Правда, и я специалист никакой, потому что всем цветам предпочитаю розы.
- Можно я сам составлю букет из роз разных цветов, - спросил я продавщицу.
- Ну, мы так не делаем, понимаете, у нас все букеты покупают.
- Тогда позовите заведующую, или как у вас начальство называется?
- Директор она называется.
- Значит, ее и зовите.
- Мария Ивановна, вас клиент спрашивает, - громко сказала продавщица в полуоткрытую дверь служебного помещения.
Директор магазина, Мария Ивановна, оказалась довольно стройной женщиной в возрасте после пятидесяти, пытающаяся выглядеть моложе при помощи косметики, которой явно переборщила. Первым делом она посмотрела на мои туфли. Потом ее взгляд поднялся выше, остановился на моем пиджаке или галстуке. Наконец она добралась до моего лица. Туфли у меня были модельные, с узким носом, очень неплохого качества. Костюмчик от Hugo Boss, коричневый, ближе к светлому. Как я уверен, редкой расцветки для Hugo Boss, потому что в их магазинах обычно присутствуют темные тона, а если светлые, то серые. И галстук, пожалуй, обычный, стоимостью в пять фунтов.
- Что вам угодно? - расплывшись в улыбке, спросила директор.
- Я хотел бы купить у вас два букета роз. Один из одиннадцати длинных роз, скажем так, темных оттенков. А второй тоже из одиннадцати роз, можно не таких длинных, но светлых оттенков. Однако ваш продавец сказала мне, что я не могу самостоятельно подобрать цветы для букетов.
- Вы очень хорошо говорите по-русски, но мне кажется, что вы иностранец.
- Да, вы правы. Но разве это имеет отношение к покупке цветов?
- Конечно, имеет, потому что иностранным гостям в нашем магазине всегда рады. У нас вы можете самостоятельно подобрать для букетов любые цветы, какие пожелаете. Пожалуйста, проходите, я покажу весь ассортимент, который мы имеем на сегодняшний день.
- Приятная женщина, оказывается, - подумал я, - но испортила о себе впечатление, так пристально изучая мою одежду.
В довольно большом помещении за дверью оказался целый склад самых разнообразных цветов в ведрах разного размера. Ведра стояли на полу и на трехэтажных стеллажах. За длинным столом молодая женщина ловко заворачивала букеты в прозрачную упаковку и обязывала их лентами.
- Люда, помоги мне, - сказала Мария Ивановна, - гостя нашей страны интересуют розы.
Через пару минут на столе оказалось не меньше десятка ведер с розами самых разнообразных оттенков. Честно сказать, я даже растерялся. Я люблю дарить женщинам цветы и всегда стараюсь сделать букет из цветов разных оттенков. Но обычно мне не попадались более четырех оттенков, которые друг с другом сочетаются. А здесь, пожалуй, можно набрать все двадцать два цветка, не повторяя оттенок!
- Вам нравятся наши цветы? – спросила Мария Ивановна.
- Конечно.
- И вы сможете сделать букеты?
- Без всякого сомнения.
- Как платить будте?
- Как хотите, дебит-картой или наличными.
- Я на следующей неделе собралась ехать в Париж.
- Париж посетить - очень хорошая идея. А если захотите подняться на Эйфелеву башню, то лучше на лифте, а не пешком по лестнице.
- А разве можно пешком?
- Можно, но не нужно, потому что даже до первого яруса с непривычки тяжело будет. Пешком, кстати, можно подняться до второго яруса, но, думаю, вам не захочется.
- Почему же народ идет по лестницам?
- Это дешевле стоит, и очередь меньше.
- А как дорого?
- Точно не скажу, потому, что давно в Париже не был. Лет десять назад цена была шесть евро пешком и двенадцать на лифте. В пролом году, помнится, кто-то говорил, что пешком стало семь евро, а сколько на лифте - не знаю. Эйфелева башня считается самой посещаемой в мире платной достопримечательностью. И стоимость постепенно растет.
- Спасибо за информацию, я подумаю, как поступить.
 Тут до меня дошло, почему она заговорила о Париже, и я предложил:
- Если хотите, я могу заплатить за цветы английскими фунтами.
- Лучше, конечно, евро, но и фунты тоже подойдут, - согласилась Мария Ивановна.
Я вытащил портмоне, достал пятьдесят фунтов и протянув Марии Ивановне, спросил:
- Надеюсь, хватит?
- Глазки у нее загорелись, потом, видимо, появились другие мысли, но, как я думаю, здравый смысл победил.
- Хватит! Но исключительно потому что вы мне симпатичны.
Так трудно делать два букета мне еще приходилось. Конечно, все двадцать два цветка разного цвета я не стал искать, в первую очередь, потому что мне не нравится желтый цвет.
- У вас здесь все в порядке? – спросил появившийся в дверях Тарас. Он оказался очень крупным парнем, пожалуй, метра под два высотой и метр шириной. А в машине он не показался таким огромным.
- Все отлично, только оказалось не так просто, как я думал. Но через пару минут я буду готов.
Тарас пожал плечами и вышел.
- Это кто? – испуганно спросила Мария Ивановна.
- Это водитель моего друга, к которому я еду в гости с этими букетами.
- А для кого цветы?
- Для его супруги и дочери.
- Тогда их нужно упаковать в разные пакеты и завязать разными ленточками. У нас есть большой выбор упаковок и ленточек, пожалуйста, выбирайте. А Люда быстренько  все завернет.
- Нет, мне не нужна упаковка, потому что я на машине и через полчаса уже вручу цветы. Вот ленточкой можно перевязать, чтобы руки не уколоть о шипы.
- Как же дарить цветы без упаковки? Она такая красивая, посмотрите…
- Уважаемая Мария Ивановна, кто вам рассказал о такой дикости, что цветы нужно дарить в упаковке? Упаковка абсолютно для любого товара предназначена только для того, чтобы не повредить товар при транспортировке. Цветы особый товар. Когда их дарят, то получатель должен видеть их в полной красе, а не завернутыми в то, что скрывает их красоту. Хотя бы это понятно?
- Как скажете, - согласилась Мария Ивановна и ловко перевязала низ букетов ленточками.

 - Почему вы так долго? - спросил полковник, когда я открыл дверь, чтобы сесть в машину.
- Очень хочу понравиться вашей жене, - сказал я, но тут же понял, что такие шутки Васин не понимает, потому что он уставился на меня пристальным взглядом. Усевшись на сиденье и захлопнув дверь, я добавил:  «Вашей дочери мне понравиться тоже очень хочется.
- Зачем?
- Надо же, - подумал я, - сам напросился на каверзный вопрос. Впрочем, достойно ответить я смогу:
- Вашу супругу, вашу дочь и вашего сына наверняка интересует, с каким человеком приходится работать ВАМ. Если я смогу создать впечатление хорошего человека, значит, они будут меньше беспокоиться о ВАС.
- А ведь вы правы, - улыбнулся полковник, - они знают, что я работаю с вами, и сын уже задавал мне вопрос, «это хороший дядька или плохой»… Да, уж… Тарас, что ты стоишь, поехали уже.
- Ну так что там в Приморье? – решив сменить тему, спросил я.
- Подождите с Приморьем, раз уж мы начали о цветах, то, может, вы мне расскажите, какой букет для кого и почему они разного цвета. Я в этом ничего не понимаю.
- Ну ладно, расскажу о цветах. Как я считаю, если букет из цветков одного цвета, то это скучно. Он подойдет, скажем, для официальной церемонии или для кладбища. А если сделать букет из цветков разных оттенков, которые сочетаются друг с другом, то это уже индивидуальный подход. Это говорит о том, что человек не просто пошел в магазин и купил букет цветов, а постарался собрать красивый букет, то есть вложил в него что-то от себя.
- А что значат оттенки, которые сочетаются?
- Я не люблю пестрые букеты, то есть темно-красный, красный, желтый, оранжевый и белый в одном букете. Для вашей супруги как матери семейства я собрал букет из темных тонов. Самый светлый цветок в этом букете примерно такой же, как самый темный цветок в букете для вашей дочери. Она девушка, а, значит, для нее нужны нежные тона от красного до белого.
- Здорово! Никогда не думал, что цветы это так непросто. И сколько вы за них заплатили?
- Пятьдесят фунтов.
- Пятьдесят фунтов? Тарас, сколько стоят розы?
- Не знаю, я не покупал.
- А в Англии какие цены?
- От пяти до десяти за дюжину.
- Тогда вас просто обокрали! Тарас, поворачивай назад, к магазину.
- Не волнуйтесь так, товарищ полковник, я сам предложил эти деньги.  Нужно ехать, я нас и так задержал, а ваша супруга уже ждет.
Полковник взглянул на наручные часы и сказал:
- Хорошо. Тарас, едем домой. С этим мы потом разберемся.
- Не нужно разбираться. Женщина собирается во Францию и немного лишних денег ей совсем не повредит. Лучше расскажите, что же там, в Приморском крае?
Полковник откинулся назад, сел удобнее на сидение и начал рассказывать:
- Вначале вернемся к концу следующего дня. Когда мы уже улетели, были найдены два армейских плота, изодранные прибоем. Довольно далеко от полуострова, поэтому нашли их не сразу. Даже если в каждом было по два человека, то ушли от нас четыре человека. А в таких плотах могут поместиться не менее шести человек, и он выдержит в любой шторм. Скорее всего, плоты были привязаны друг к другу, поэтому их выбросило на берег в одном месте. Предполагают, что эта связка плотов поджидала прихода «Кристины» уже в море, поэтому она смогла так быстро повернуть от берега. Но это еще полбеды. После того как нашли плоты, самым тщательным образом обследовали все побережье и не нашли абсолютно никаких признаков присутствия людей на берегу. Это последнее обстоятельство очень встревожило всех. Если люди умеют не оставлять следов  своего пребывания, то это профессионалы, а была их большая группа.
- Может, эти плоты сбросила «Кристина», передумав высаживаться на берег?
- Исключено. Во-первых, это наши армейские плоты. А, во-вторых, за те пять-десять минут, которые судно находилось вблизи берега, невозможно подготовить плоты к плаванию. Плоты - это очень хорошая зацепка, поэтому проверили все воинские части и склады в Приморском крае, никакого результата. Правда, нашли одного без вести пропавшего десять дней назад лейтенанта. Но он к складам не имеет никакого отношения. Потом нашелся утопленный в реке военный грузовик, на котором могли доставить эти плоты. Но нашли его почти в ста километрах от полуострова.
- С грузовиком дело объяснимое, доставили груз, отогнали подальше и вернулись на другом транспорте.
- Так же и наши считают. Но! Угнан этот грузовик из той части, в которой пропал лейтенант, и найден всего в десяти километрах от этой части. Может, этот грузовик совсем к делу не относится, хотя по времени все сходится. Только свидетелей нет. Короче, здесь тоже тупик.
- Плохо дело. Что-то происходит. Странно. Очень странно… Как и наша странная экскурсия по Японскому морю.
- Как вы сказали? Экскурсия по Японскому морю? – полковник рассмеялся - Вот уж не думал, что наша операция по задержанию нарушителей границы покажется вам экскурсией.
- А как по-другому это можно назвать? Вы никогда не пробовали зарабатывать деньги в Интернете, скажем, на Форексе?
- Да нет, даже интереса не было.
- Хорошо, тогда я вам объясню. Можно открыть счет, положить деньги и распоряжаться ими в реальном времени. А можно открыть «демо» счет, то есть демонстрацию работы, или экскурсию. Даже денег своих вам не потребуется, но работать вы сможете не в реальном времени, а с некоторой задержкой, минут, на тридцать, наверное.
Эта экскурсия на Форексе очень напоминает нашу экскурсию в Японском море, потому что сообщения мы получали не в реальном времени, а с очень большим опозданием.
- Это связано с некоторыми техническими трудностями, - начал полковник, замолчал, потом тяжело вздохнул и сказал:
- Должен признать, вы правы, но я могу объяснить причину.
- Не интересна причина, если дело не делается… Впрочем, так уж и быть, рассказывайте, вдруг эта информация мне пригодится. 
- Дело в том, что самолеты радиолокационной разведки, очень возможно, потому что я не знаю наверняка, постоянно курсируют вдоль нашей границы. У них есть вполне определенные задачи и множество целей, за которыми нужно следить. Наш нарушитель, в данном случае, был для них второстепенным объектом. А задержку объяснить очень просто. Информацию на самолете шифровали и отправляли на землю. На земле расшифровали, читали, докладывали куда нужно, получали приказ, опять шифровали и отправляли нам.
- Если такое случится еще раз, я буду требовать прямой связи с самолетом.
Полковник внимательно посмотрел на меня, но ничего не сказал.
- Интересно, о чем он подумал? Впрочем, какая разница? Но теперь, как мне кажется, полковнику Васину не нужно будет напоминать, как поступать в аналогичной ситуации.

- Очень рада вас видеть, - сказала Катерина, открыв дверь квартиры и сразу отступив назад, - проходите, пожалуйста.
Полковник пропустил меня вперед, поэтому я первым вошел в квартиру, пряча за спиной букеты цветов.
- Здравствуйте. Вы прекрасно выглядите сегодня, - сказал я, хотя без прически, с распущенными волосами и без макияжа ее лицо выглядело очень бледным. Да и домашний халат на ней был совсем не парадным.
- Ну что вы.  Смутили меня, я еще не успела подготовиться, дети, кухня, не хватает времени, - сказала Катерина, дотронулась до волос правой рукой, поэтому очень естественно протянула свою руку сверху вниз, как делают это, если хотят предложить руку для поцелуя.
- Молодец, - подумал я, - о хороших манерах, она, оказывается, знает.
Я поймал ее руку,  теперь мне не пришлось сильно нагибаться, чтобы ее поцеловать. Но ее ногти, с облезлым лаком…
- Ну, так же нельзя, - подумал я, однако вслух сказал другое. - Я впервые в вашем доме, поэтому хочу произвести на вас самое благоприятное впечатление. Этого мне не нужно было говорить, потому что вы сами об этом сможете догадаться. Но я решил не скрывать от вас свои корыстные цели!
Катерина улыбнулась, видимо, не зная, что ответить. В проеме двери я увидел голову их четырнадцатилетней дочери. Она проскользнула в прихожую и облокотившись на стену, скрестила руки на груди.
- Для вас, уважаемая Катерина, - протянув оба букета левой рукой, тут же разделил, убрав светлый, - и ваше дочери. Эту прелестную девушку, как я могу догадаться, зовут Наташа? Это вам.
Я протянул букет в сторону девушки.
Дети такого возраста, как я давно заметил, относятся ко всем мероприятиям, которые проводят взрослые и на которых им приходится присутствовать, как правило, со скучающими лицами. Наташа в этом отношении ничем не отличалась от своих сверстников. Но так было с того момента, как она появилась в прихожей, до той секунды, пока я не протянул ей цветы. Ей, без всякого сомнения, понравилось, получить в подарок букетик цветов, как взрослой.
Десятилетний Денис тоже оказался в восторге от красочной книги.

В общем и в целом сразу сложилась у нас дружеская обстановка. Даже Наташа просидела за столом весь вечер, позабыв о своем компьютере. Что не случалось очень давно, по словам Катерины.
 Неожиданно, во всяком случае, для меня, Наташа задала вопрос:
- Как вы думаете, в какой стране лучше получать образование?
- По большому счету, не страна и не престижность учебного заведения определяют уровень образования и образованности после окончания учебы, а отношение человека к учебе. Но если вы хотите жить и работать в какой-то определенной стране, то лучше получить образование именно в этой стране. Например, я получил образование во Франции, а переехав в Англию, не смог найти работу по специальности, потому что работодатели не брали на работу тех, у кого нет английского диплома.
- А что значит отношение человека к учебе? - тут же спросил Денис.
- Закономерный вопрос, - сказала Катерина, - он у нас немного ленится, поэтому троечник.
- Ну, мам, всего-то две тройки.
- Могу вам рассказать историю, - сказал я, - в которую не верит никто, кому бы я  ее ни рассказывал. Честно сказать, если бы мне ее кто-то рассказал, я бы тоже не поверил, но это было со мной лично. Хотите послушать?
- А она страшная? – спросил Денис.
- Нет, не страшная. Она о человеке, который не хотел как следует учиться.
- Нам, очень-очень интересно, - сказала Катерина, - рассказывайте.
- Лет тридцать назад приехал я в Англию и нашел работу официанта. Подумал, что на этой работе нужно разговаривать, поэтому я смогу подтянуть свой английский. Ресторан был небольшой и принадлежал выходцу из Греции. Иногда в этот ресторан забегала дочь хозяина, девушка лет не больше двадцати и необычайной красоты. У гречанок встречаются очень выразительные лица. Что-то европейское, с изюминкой востока. Конечно, я тут же влюбился, но никак не решался с ней познакомиться. А однажды, даже не помню, как это произошло, мы начали разговаривать. Я немного рассказал о себе, она что-то говорила. В конце концов я спросил, чем она занимается. Она ответила, что учится уже третий год и будет… тут, она называет слово, которое я не знаю. Но узнать интересно, поэтому я попросил написать это слово, чтобы дома я смог  посмотреть перевод. Она взяла ручку, салфетку со стола, задумалась, пошла к своей тете, которая сидела за соседним столиком и спрашивает, как правильно написать это слово. И тетя написала.
Слово lawyer, конечно, пишется непросто, и в написании некоторых слов на английском языке могут быть проблемы. Но чтобы не знать, как правильно написать название специальности, которой учишься третий год, это уже слишком.
 - Конечно, вы тут же ее разлюбили, - сказал Денис.
- Угадал.
- А у слова какой перевод… то есть, как перевести? – спросила Наташа.
- Слово lawyer в переводе юрист.
- Потрясно! Вот, оказывается, какими могут быть юристы в вашей Англии, - рассмеялась Катерина.
- Да нет, не может такого быть, - сказал Игорь.
- Конечно, такого не должно быть, но было. Хотите верьте, хотите нет.

После традиционного борща, в который только я и Игорь добавили уксуса, настало время второго. Катерина назвала его русским национальным блюдом. Это были жареная картошка и котлеты по-киевски.
- Котлеты по-киевски у Катерины, конечно, не получились, - подумал я. - Потому что кусочек масла, который кладется внутрь фарша, должен расплавиться, но остаться внутри. Об этом, конечно, я промолчал.
- Почему картошка называется русским национальным блюдом, - спросила Наташа, - если ее привезли в Европу из Америки где-то пятьсот лет назад, а в России  начали выращивать только двести лет назад.
- А ты думаешь, за двести лет не могут появиться какие-то традиции? – спросил Игорь.
- Не знаю. Какие могут быть традиции, если это  все та же обычная картошка?
- В разных странах, доложу вам, есть традиционные способы приготовления пищи, и блюдо с той же картошкой могут приготовить так, как не делают ни в какой другой стране мира, - сказал я.
- Как? Можете рассказать? – тут же спросила Наташа.
- Конечно. Например, в странах Балтии любят картофельные блины, которые в России называются, мне кажется, тертуны.
- Тертуны? Никогда не слышала, - сказала Наташа.
- Это картошка, которую на терке трут, сливают воду и жарят? – спросила Катерина. - Что-то я слышала.
- Все правильно, так их и готовят. Если крахмала в картошке мало, то добавляют яйцо и муку. Но это самый простой вариант. В Литве любят блюдо, которое называется «Кугелис». Готовят его в духовке, как пиццу, и начинка, как у пиццы, бывает из любого мяса. Только вместо обычного теста делают  картофельное.
- Это надо же такое придумать?!– удивилась Катерина. - Никогда не думала, что  бывает картофельная пицца. А в духовке можно приготовить запеканку, моя мама ее любила делать. Брала картофельное пюре, мясо тоже любое вареное, через мясорубку  прогоняла... А один раз с рыбой, помню, сделала. Но запеканка - это не пицца, делают ее многослойной, добавляют между слоями майонез и прочие приправы…
- Постойте, постойте, если литовцы научились делать тесто из картошки, значит, они могут сделать и пельмени? – спросил Игорь.
- Наверное, маленькие пельмени с картофельным тестом трудно делать или литовцам лень долго копаться. Поэтому делают их большими. На пол ладони размером и называется это блюдо «цепелины».
- Офигеть! – вдруг сказала Наташа.
- Дочь, что это такое? – спросила Катерина.
- Извини, мам, вырвалось, но это же действительно… У меня даже слова другого нет.
- Если нет слов, то лучше промолчать, - нравоучительно произнесла Катерина, повернулась ко мне, улыбнулась и спросила:
- Вы так много знаете о разных блюдах, быть может, вам стоит открыть собственный ресторан?
- Блюда национальной кухни часто бывают очень специфичны. Поэтому никто, кроме людей, которые уже их пробовали, употреблять их  не будет.
- Почему, я бы попробовала то, о чем вы только что рассказывали.
- Может, да, а, может, и нет. Потому что кроме самого блюда могут быть соусы и приправы, которые вам не понравятся.
- Ну почему же, если это съедобно.
- Если съедобно, говорите? Хорошо, если нам еще раз удастся посидеть за этим столом, то я вам приготовлю блюдо всего из трех продуктов и хлеба. По отдельности вы эти продукты ели, но на одной тарелке не видели никогда. Думается, есть не станете.
- Очень интересно, - сказала Катерина, -  уже начинаю с нетерпением ждать следующей встречи.
- Кстати, вспомнила. Вы прошлый раз обещали рассказать мне, из чего готовят борщ на Украине.
Мы еще сидели за столом, но есть уже закончили. Однако все равно я решил, что не стоит рассказывать всю правду:
 - Традиционно на Украине мясо хранится в глубоких подвалах, вырытых недалеко от дома. Перед тем как мясо отправляется в подвал, его солят и коптят. Но подвал - это же не морозильник, и продукты не могут там храниться вечно. Поэтому когда мясо не пригодно для обычного употребления, то его используют для приготовления борща.
- Нужно так понимать, что мясцо уже с душком? – поморщившись, спросила Катерина.
- Правильно.
- Мерзость какая!
- Мерзость очень подходяще сказано, - подумал я, - бывал в этих подвалах, иногда там такой запашок, и на мясе разве что червяки еще не ползали. Но об этом я, конечно, промолчал.
 
- Вставайте! Вставайте! Господин Смирнов! - с утра пораньше, в понедельник, полковник Васин начал барабанить в дверь моего номера.
Пришлось встать и открыл дверь.
- С Кавказа пришло тревожное сообщение, - войдя в номер, сказал Васин, - собирайтесь. Через два часа мы должны вылететь.
- Тревожное сообщение? Как это понимать?
- По данным разведки, к нам в страну готовится переброска крупной партии груза, и очень возможно, отравляющих химикатов.
- Согласен, это серьезно… Я буду готов через пять минут.

Дорожная суета, машина, самолет, автобус. Но на пограничной заставе мы оказались к обеду.
Блюдо «макароны по-флотски» оказалось вполне съедобным. Я съел всю свою порцию, а Васин  почему-то не стал доедать.
 После обеда старший лейтенант Иванченко, заместитель начальника заставы, отвел нас в кабинет с картой, на стене и начал объяснять:
- На данный момент положение следующее. По информации разведки, как вы знаете, готовится переброска крупной партии товара на нашу территорию. Какой именно товар - до сих пор неизвестно. Однако известно, что для его перевозки должны использовать две грузовые машины. Эти машины на территории Грузии, могут подъехать  на расстояние около километра до нашей границы. Примерное место находится вот здесь.
Старлей ткнул пальцем в карту и продолжил:
- Там небольшой лесочек, и при наступлении сумерек, а тем более ночью никакого движения не будет видно, даже с близкого расстояния.
Скорее всего, они собираются пойти на нашей стороне вот в это ущелье. Больше некуда. Потому что две гряды, образующие ущелье, расходятся на грузинской стороне в разные стороны. 
До нашей границы, как я уже сказал, примерно километр, но местность труднопроходимаяиз-за крутого спуска в ущелье, то есть вьючных животных они наверняка не будут использовать.
Возможное начало сегодня или завтра, ночью. Пока у меня все.
- Предпринятые вами меры? – спросил Васин.
- Взвод солдат уже закрепился в ущелье и готов встретить нарушителей как с нашей, так и с грузинской стороны. Кроме того, у нас хорошие отношения с грузинской стороной и они помогут нам в задержании нарушителей границы, если не удастся это сделать на нашей территории.
- Вы что, поставили их в известность о нашей операции?
- Нет, конечно. Но мы регулярно поддерживаем контакт, в основном, конечно, по мелочам:  ну там животное домашнее границу перешло…
- Мы можем присоединиться к взводу в ущелье? – спросил Васин, посмотрев на меня, - То есть я хотел спросить, я могу присоединиться к взводу?
- Почему же вы меня бросить хотите? – жалобным голосом, чтобы было похоже на шутку, спросил я.
- Потому что в вашем возрасте тяжело по горам лазить, - серьезно ответил полковник.
Однако старший лейтенант, по всей видимости, считающий это мероприятие легкой прогулкой и не посчитавший меня очень старым, тут же ответил:
- Если вам хочется, то  идите вместе. От того места, куда сможет добраться машина, до ущелья не так далеко. С полкилометра, пожалуй, нужно идти пешком, только горку перейти.
- Справитесь? – спросил меня Васин.
- Конечно, справлюсь, тем более, что взводу в ущелье, возможно, понадобится любая помощь.
- Почему вы так считаете? – насторожился полковник.
- Да что вы, какая помощь. Сами справятся, там одни контрактники, ребята не первый день на границе, - заверил Иванченко.
- Будем надеяться. Но, нарушителей границы может быть очень много. И если они будут с оружием, то взводу даже самых отчаянных ребят придется очень несладко. Например, если придет человек сто.
- Почему сто? – почти в один голос спросили оба.
- Местность плохо проходимая, товар понесут на себе и больше пятидесяти килограмм нагружать не будут. А мы имеем две грузовых машины, в которых можно привезти даже больше пяти тонн, которые унесут сто человек.
Полковник и старший лейтенант посмотрели друг на друга. Потом полковник взглянул на меня и сказал:
- Что-то здесь не так!
- Вот и я думаю, что не так. Два грузовика это очень большой вес, значит, по логике вещей, не должны они быть нагружены тем товаром, что понесут через границу.
- Или они привезут товар и людей, которые пойдут через границу, - сказал старлей.
- Вы можете послать еще людей в ущелье? – спросил полковник?
- Нет… У нас просто нет людей… Но я сейчас же свяжусь с командованием. Если начнется заварушка, то будет поддержка с воздуха и десант, может быть…
 
  Человек в гражданской одежде на границе -  это очень подозрительно. Даже если он одет в военную форму, но не имеет оружия, то тоже вызовет пристальный интерес. Так мне объяснили. Поэтому пришлось мне одеться как все. Дали мне настоящий автомат, правда, без патронов. На мой вопрос по поводу патронов полковник Васин улыбнулся и пожал плечами.
- Ладно, - подумал я, - не буду спорить. А если начнется «заварушка», как сказал старший лейтенант Иващенко, то, наверняка, мне тоже дадут пострелять.               
Военный «газик» с трудом добрался до места у горки, через которую нам предстояло перейти. Дальше пошли пешком я, Васин и два солдата с автоматами, как охрана или сопровождение. Не знаю, как правильно это назвать.
В ущелье нас уже ждали и сразу усадили на постеленный брезент, недалеко от командира отряда лейтенанта Соколова.
Из-за тучек иногда выглядывало солнце и припекало, надо сказать, потому что находился я в заветрии. Сидеть без дела скучно. Курить ужасно хотелось, но меня сразу предупредили, что этого делать нельзя, так же как и болтать. Темнеть начало часа через два, потом наступила бы совершенная темнота, однако небо очистилось от туч, появились звезды и луна. Я начал дремать и почти успел заснуть, но тут меня очень невежливо, как мне показалось, толкнул в бок полковник Васин и прошептал на ухо:
- Сообщение с той стороны. Два грузовика, явно нагруженных, прибыли на место.
- Значит, началось.
- Теперь нужно смотреть во все глаза. С нашей стороны кто-то должен встречать.

Прошел как минимум еще час. Лейтенант Соколов, сидевший в наушниках, в двух метрах правее Васина, подполз к нам и прошептал:
- Товарищ полковник, сообщение с той стороны: никакого движения в сторону границы до сих пор не наблюдается. Может, они ждут, что за товаром придут от нас?
- Но у нас тоже никакого движения. Что-то здесь не так…
- Будем ждать…
Лейтенант не стал ползти назад, а остался сидеть с нами рядом.
Минут через десять я не услышал диалога, только ругать лейтенанта. Кто-то доложил командиру. Соколов снял наушники и прошептал:
- Идут, гады, по самому верху гребня, прямо у нас с вами за спиной.
Я обернулся назад. Действительно, силуэты двух человек, видные по пояс, отчетливо вырисовывались на фоне неба. До них километр, не меньше, прикинул я. Через минуту стало видно еще два силуэта, потом еще три. Минут через пять я насчитал уже пятнадцать.
- Много народа… Может быть, мы еще не всех видим, - сказал Васин, - значит, много товара могут принести, только почему они идут по верху, до грузовиков большой крюк получится.
- Оружие я видел только у двоих, хотя могут прятать и под одеждой. Но в любом случае это вооруженные люди, пытающиеся перейти границу. Что делать будем? – спросил лейтенант.
- Нужно ждать, когда они с товаром возвращаться будут, - ответил полковник.
- Они здесь не пройдут, потому что идут прямо на наш секрет. Там три контрактника, два пулемета и снайпер.
- Можно с ними связаться?
- Связаться можно. Но ребята уйти не смогут. Хорошая позиция, и к ним незаметно не подойдешь, но и они незамеченными не уйдут. Через пару минут положат первых, а остальные, скорее всего, будут спускаться сюда, к нам, потому что с той стороны даже кусты не растут…
Однако ни через пару минут, ни через десять ничего не произошло. Силуэты пятнадцати человек медленно поднимались по гребню, потом начали исчезать, спускаясь уже, как я полагаю, на грузинской территории.
- Черте что! Извините, товарищ полковник. Связи с секретом нет. С той стороны докладывают, что машины до сих пор стоят и никакого движения. Нужно послать людей, проверить, что там с нашими, что в секрете были…
- Подождем до утра, - приказал полковник, - если случилось плохое, то ничем не поможем. Но если эти пойдут назад с товаром, то спугнем.

К рассвету стало очень холодно. Лейтенант с кем-то связался и доложил обстановку:
- На той стороне машины двинулись с места, выезжают на дорогу. Никакого контакта с нашими нарушителями у них не было. Разведчик, отправленный на перехват нарушителей, доложил, что, скорее всего, не успел их засечь до того, как они вошли в селение. А там искать бесполезно, если их встречали.
- Да… Машины это явная дезинформация, чтобы отвлечь наше внимание, - сказал полковник, - но проверить их все же нужно. Как вы поступаете в подобном случае?
- Разведка могла бы их остановить, но тогда придется объяснять, по какой такой причине наши военнослужащие находятся на чужой территории. Поэтому командование, как я уверен, уже отправило официальный запрос на машины, подозреваемые в контрабанде.
- Посылайте людей проверить ваш секрет и вызывайте машину, мне нечего здесь больше делать.

Проснулся я только к обеду и увидел мрачного Васина, читающего какие-то бумаги. Решил спросить:
- Что-то интересное пишут?
- Пишут? Да какая разница, что пишут… Полный провал операции и полнейший бардак в этой воинской части! Уверяют, что быть такого не может. Но три контрактника из секрета испарились. Никаких следов борьбы на месте не обнаружено. Туда уже эксперт сходил. Так что ушли сами, со всем оружием и вещами. Хотя странно, конечно, у двоих жены и дети…
Собирайтесь, мы возвращаемся в Москву. Меня начальство вызывает и хвалить уж точно не будет…

На следующее утро, я застал все такого же невеселого Васина, шагающего взад- вперед по кабинету. Увидев меня, полковник остановился и сказал:
- Я честно вам скажу, ничего не понимаю. Может, у вас есть какие-то мысли на этот счет?
- А какие сведения поступили с Кавказа?
- Да ничего нового. К машинам придраться никак невозможно. Ехали они, груженные картошкой в мешках. Маршрут согласно документам. Не местные, поздно выехали и решили остановиться на ночлег. Съехали с дороги от маршрута всего на шесть километров в сторону.
Деревню, куда могли скрыться нарушители, прочесали. Всех жителей проверили и дома обыскали, судя по отчету. Никаких посторонних не найдено и никто их не видел.
- Даже так? Как же грузины на такую серьезную проверку решились? Или ничего не сделали, а просто написали красиво?
- Думаю, сделали, потому что им террористы тоже не нужны. А наши, естественно, довольно подробную информацию предоставили о пропаже трех наших пограничников и несколько снимков, сделанных якобы камерой наблюдения.
- Плохо дело… Почему они ушли и даже не попытались вернуться?
- Вот и я не понимаю. Мы ждем прихода в страну, а они уходят… 

Через два дня, рано утром, Васин опять барабанил в дверь моего номера.
- Вот теперь, кажется, именно то, что мы ждали! – сказал полковник.
Я посмотрел на часы, было без десяти минут семь часов утра.
- Что случилось?
- Час назад из Санкт-Петербурга пришло сообщение. Некто что-то высыпал в водохранилище на северо-востоке.
- Что высыпал?
- Химики и биологи уже занимаются анализом воды, результата пока нет.
- Человека задержали?
- Нет, поэтому нам с вами рекомендовали отправиться в Санкт-Петербург.
- Я буду готов через пять минут.
- Жду вас в машине.

- Есть какие-то новости? – спросил я, садясь в машину.
- Пока нет.
- Мы летим регулярным рейсом?
- Нет, спецрейсом, самолет уже готов.
- Даже так?
- Дело государственной важности, иначе нельзя.
- Я не думаю, что этот инцидент именно то, что нам нужно.
- Почему?
- Очень уж все просто. Кто-то что-то высыпал в одно единственное водохранилище, и в одном городе. Даже если через этот резервуар снабжается водой не один район, а целый город, то угроза одному городу. А мы с вами ждем значительно большего.
- Возможно, это только начало?
- Если так, то вам нужно усилить охрану всех водохранилищ, по всей стране.
- Такой приказ уже отдан.
- Очень оперативно. Не ожидал.
- По правде сказать, уже два месяца на всех водохранилищах охрана увеличена вдвое. Потому что именно через водоснабжение можно нанести наибольший вред населению.
- Разумно, однако с одним единственным НО. Представите себе, какое количество людей необходимо для того чтобы оперативно, не больше чем за десять дней, до конца года оказаться хотя бы рядом с каждым водохранилищем.
- Много, конечно.
- Я бы сказал, что нужна целая армия. А если агенты ФСБ даже не слышали о такой армии, то ее не существует. Следовательно, нападения с этой стороны ожидать не стоит.
- А почему вы сразу так не сказали?
- Как так?
- Ну, я сказал, что мы ожидаем нападения на водохранилища. А вы могли бы сразу сказать, что этого не может быть, потому что нужна целая армия для такой диверсии.
- Вы что же думаете, товарищ полковник, что я провидец или гений какой-то? К такому выводу я пришел только что в разговоре с вами.
- Значит, что? Нам даже лететь не стоит?
- Почему? Приказ есть приказ, значит, летим. Тем более, что я не был в городе на Неве, наверное, лет пятнадцать.

Погода стояла совсем не декабрьская. Было, может, пару градусов ниже нуля, и дул неприятный ветерок, но вовсю светило солнышко. Я с удовольствием прогуливался по городу. Как и в Москве, два человека ходили за мной по пятам, а я делал вид, что их не замечаю.
Прошелся просто так по Невскому проспекту. Дошел посмотреть на Неву. А потом мне пришла в голову мысль, что неплохо бы поискать подарок для Дениса, ну и для себя, может, что-нибудь найду.
В каком-то торговом центре мне преградила дорогу девица явно «легкого поведения». Выглядела она, надо признаться, очень неплохо, не дешевая, как говорят, «вокзальная шлюха». Очень «аппетитная штучка», как сказал бы один мой знакомый. Но я терпеть не могу проституток и никогда не пользовался их услугами, чем всегда вызывал удивление моих знакомых.
Девица схватила меня за плечи и, пытаясь обнять, предложила развлечься. Начала на-немецком, тут же перешла на английский. Я даже растерялся от такой бесцеремонности и попытался ее оттолкнуть, но это оказалось непросто.
- Отстань, дура! – сказал я по-русски.
Девица сделала очень удивленное лицо, отпрянула назад и, промолвив «сам дурак», гордой походкой пошла в сторону.
Целый день, до темноты, ходил я по магазинам. Ничего не купил, но устал сам и вымотал, надо полагать, моих телохранителей.
В гостинице, через несколько минут после моего прихода, в дверь номера постучали. Я открыл.
Загадочно улыбающийся Васин попросил разрешения войти. Усевшись в единственное кресло, он положил на журнальный столик мое портмоне и сказал:
- Не нужно знакомиться с девицами на улице. Проверьте, пожалуйста, все ли на месте? Хотя, уверен, что все в порядке.
Если сказать, что я был удивлен, значит, ничего не говорить. Не успел я открыть рот, Васин продолжил:
- Благодаря нашим ребятам взяли эту девицу с поличным. Местная полиция давно за ней охотилась и никак не могла поймать.
Я взял портмоне, посмотрел: действительно, ничего не пропало.
- Но, как я понимаю, в полиции нужны показания потерпевшего, то есть меня.
- Да бросьте вы! В полиции оказалось достаточно показаний и наших ребят. Но если вам очень хочется прогуляться в полицию, я не возражаю.
- Не хочется. Но, признаюсь, удивлен оперативной работой вашей службы.
- Да, ребята молодцы. Но, может быть, закончим с этим вопросом и перейдем к тому, ради чего сюда приехали?
- Конечно, почему бы и нет.
- Тут я ничего не понимаю. Водохранилище, куда что-то насыпали, уже два года находится в реестре водоснабжения как запасное. То есть вода в город из него не поступает. Но самое странное, что пробы воды, взятые в разных точках, несколько отличаются качеством и примесями…
- Что же здесь странного, если резервуар большого размера.
- Вы не дослушали. Пробы разные, но самая чистая вода именно в том месте, в которое что-то насыпали.
- И никаких химических добавок?
- Совершенно никаких.
- Это уже похоже на загадку… Хотя в любом случае этот человек не наш клиент.
- Почему?
- Васин! Вы как ребенок. Почему да почему. Сами догадаться не можете? Мы ожидаем террористическую атаку в буквальном смысле на днях. А этот человек если и доставляет хлопоты, то только охране.

Два дня мы просидели в гостинице. Васин регулярно получал сводки на свой компьютер. Мы их изучали, но совершенно ничего, относящегося к нашему делу, по-прежнему не было. А на улице оба дня бушевала метель с сильным ветром и снегопадом. Если смотреть в окно, то редко удавалось рассмотреть даже силуэты зданий на противоположной стороне улицы. Я обычно гуляю по утрам, но в такую погоду у меня не появилось ни малейшего желания даже высовываться на улицу. Даже курил я очень редко, потому что приходилось курить в своем номере, приоткрыв окно. А ветер пытался вырвать оконную раму из моих рук. Очень уж неблагоприятные условия…
Может, из-за такой погоды постояльцев в нашей гостинице и посетителей ресторана становилось все меньше. К вечеру второго дня мы с полковником оказались единственными, кто ужинал в ресторане. Меня это удивило, а Васин ничего подозрительного не захотел увидеть. Поэтому разговор на эту тему не состоялся.
На третий день полковник начал стучать в мою комнату рано утром. Когда я открыл, он сообщил:
- Поймали голубчика, собирайтесь, машина сейчас будет у подъезда.
- Неинтересно.
- Опять неинтересно! Почему?
- Я же вам уже объяснял, это может быть все что угодно, но только не террористы, которых мы ищем.
- Так что, вы не поедете?
- Если человека поймали, значит, дело закрывается и нам нужно возвращаться в Москву. Вы поезжайте, а я сбегаю в магазин, когда он откроется. Кое-что я присмотрел. Если еще не продано, то хочу купить.
- Хорошо. Я позвоню, в какое время мы вылетаем.

Только к пяти часам дня самолет взлетел. Васин сидел нахмуренный и явно не имеющий желания разговаривать. Я решил его не беспокоить. Он молчал весь полет до Москвы, но когда мы пересели в машину, Васина прорвало:
- Черт знает что! Приезжаю я к водохранилищу, и здесь мне докладывают, что из-за террористической угрозы двое суток вся городская администрация «на ушах стоит». Спрашиваю, почему не доложили раньше. Отвечают, что только вчера начали поступать отрывочные сведения, а к данному моменту сложилась следующая ситуация: полиция несет службу в усиленном режиме. Все воинские части в городе и области приведены в боевую готовность. Мэр готовился объявить чуть ли не военное положение. А население покидает город…
- Ну, как я догадываюсь, ваша служба может страху напустить…
- ФСБ здесь ни при чем, хотя кто-то проболтался. Видимо, сказал, что специально по этому делу прилетел из Москвы полковник ФСБ, это я, с международным экспертом, это вы. Вам очень повезло, что вы со мной не поехали. Меня как полковника народ побоялся трогать, а вас, гражданского, разорвали бы на части.
- Ну, прямо так бы и разорвали?
- Честно скажу, не знаю. Но в один момент уже думал, что бить начнут.
- Где, у водохранилища?
- Да нет. Мэр города попросил меня приехать в администрацию. Должен был приехать и губернатор области, но пока я ехал в мэрию, доложили, что губернатора не будет. А в кабинете мэра встретили меня десятка два разъяренных людей.
- Так. Если рассуждать здраво, то мэр такого большого города может быть в курсе возможной террористической атаки. Вдруг из Москвы прилетает спецборт, о котором мэру докладывают максимум через пять минут после нашей посадки. Естественная реакция,: если мы прилетели, то дело очень серьезное…
- Вот именно, - перебил Васин, - не само дело, а наше присутствие взбудоражило весь город. А тут непогода нагрянула. Где-то линию электропередачи оборвало, где-то водопровод прорвало, где-то теплотрассу, еще где-то что-то перестало работать. Слухи поползли, что террористы в городе орудуют и население, все, кто мог, выехало, из города…
Все это они хотели на меня повесить. Я, по их мнению, ерундой занимаюсь, а в городе хозяйничают террористы.
- Как же вам живым удалось оттуда уйти?
- Пришлось немного покричать и построить их по стойке смирно.
- И мэра тоже?
- На мэра я старался не смотреть, хотя все, что я сказал, относится к нему, в первую очередь.
- Отлично! Я был уверен, что вы можете за себя постоять. Догадываюсь, что вы им сказали, но хочу услышать от вас.
- Сказал, что занимаюсь работой, которую мне поручили. А все они, что здесь собрались, порученной работой заниматься не хотят. Вместо этого распустили слухи о террористах, которые напали на город.
Кроме того, спрашиваю, когда ваш город стал самостоятельным государством? По какому это указанию вы воевать собрались и привели войска в боевую готовность?
Потом сказал, что за панику, которую они организовали среди населения, придется отвечать всем и каждому. А если выяснится, что кто-то заработал на этой панике хотя бы один рубль, то будет сидеть до конца жизни.
Ну, и в заключение спросил, есть ли у кого-то ко мне вопросы. Каких не оказались, и я ушел.
- Вот теперь я очень жалею, что с вами не поехал. Очень хотел бы услышать вашу пламенную речь и посмотреть на реакцию тех, кто ее слушал.
- Завтра с утра, мне придется ее повторить «на ковре» у начальства. Не думаю, что там надумают меня хвалить.
- Может, мне с вами пойти, так сказать, поддержать?
- Во-первых, это не положено. А, во-вторых, вы даже не сможете быть свидетелем, потому что не присутствовали.
- Жаль. Но, как я думаю, нужно нам с вами сделать кое-какие выводы. Во-первых, больше не летать специальными, а пользоваться исключительно регулярными рейсами. А, во-вторых, вам не стоит пугать народ своей формой полковника.
- Только из-за формы, как я уверен, народ сгоряча меня сегодня не поколотил. Не буду снимать.
- Тогда наденьте сверху какое-нибудь гражданское пальто, чтобы народ не пугать.
- Это, возможно, неплохая мысль. Может, мой армейский плащ без погон, в котором я ездил в Приморье?
- Какой плащ, зима на дворе. Вам нужно простенькое гражданское зимнее пальто.
- У меня такого нет.
- Придется купить.
- Хорошо, я подумаю.
- Вы еще не сказали мне, кого же вы поймали?
- Даже рассказывать неинтересно, потому что вы оказались правы.
- Не стесняйтесь, рассказывайте.
- Жил был человек. Тридцать два года охранял это самое водохранилище. Заметил, что в одном месте вода не замерзает даже при самых больших морозах, потому что рядом проходит теплотрасса. Когда настали трудные времена, на его зарплату стало трудно прожить, и решил он рыбу развести. Какая-то рыба всегда водится в водохранилищах, ее чайки заносят. Но это не та рыба, подумал человек и купил на последние деньги, как говорит, живых карпов. Время прошло и теперь карпов достаточное количество, чтобы вылавливать их по одной штуке два-три раза в неделю. Он теперь пенсионер, приходит, карпов вареной крупой подкармливает и ловит сачком. Вот и вся история.
- Что теперь будет с этим пенсионером?
- Не знаю, пусть местные разбираются.
- Я бы оставил пенсионера в покое.
- Ну да! Да из-за этого рыбака любителя!...

Через день пришло сообщение с Кавказа. Найдены трупы всех троих пропавших пограничников.
- Место захоронения найдено почти случайно, - начал Васин. - Солдат обратил внимание на рисунок дерна, который чем-то отличался, а под ним оказалась мягкая почва… Место было подготовлено заранее, как говорит эксперт. Значит, опять мы профессионалов упустили.
- Что же эти профи дерн хорошенько не уложили?
- Ночь же была, видимо, свет не захотели зажечь. Но не этом дело, а в том, что переход границы готовился заранее. Они знали, где кто находится и кого нужно устранить. Очень возможно, что даже знали о том, что мы внизу в ущелье и что ничего не предпримем, потому что секрет на их пути.
- Из этого можно сделать вывод, что есть утечка информации.
- Вот именно… Хотя может быть и другой вариант, если у них есть серьезная техническая поддержка, например, через спутник…
- Очень странно все это. В приморье тоже недешево кому-то обошлась вывозка людей с территории страны. Я бы сказал, что люди для кого-то очень ценные, и вывезти их нужно было срочно, так же как и в этом случае.
- Загадка. Что-то происходит, только что именно?

 К концу дня получили сообщение из города Самара о том, что на следующий день, не раньше полудня, мимо города вниз по течению должно пойти судно с большим грузом, который везут террористы, скорее всего, в Астрахань.
Мы вылетели первым, утренним регулярным рейсом.
В Самаре температура воздуха была около нуля. Но ужасная сырость и пронзительный северный ветер, который забирался под одежду, совсем не располагали к прогулкам. Полковник Васин поехал в управление. Я поначалу решил пройтись по городу, но минут через десять передумал и вернулся в гостиницу.
День тянулся бесконечно долго, потому что мне нечем было заняться. Посмотрел, как всегда, почту на смартфоне. Почитал новости в мире и в России, ничего интересного на глаза не попалось. Пожалел, что когда вышел на прогулку, не дошел до книжного магазина, чтобы купить хоть какую-нибудь книгу. В одиночестве пообедал в ресторане гостиницы. Опять поднялся в номер и лег на кровать.
Когда начало темнеть, зазвонил телефон. Полковник Васин сказал, что гости прибыли, он сейчас заедет за мной в гостиницу. Поэтому мне желательно подойти к выходу. Так я и сделал.

По длинным улицам, спускающимся вниз, к Волге, как я думаю, можно ездить, не включая двигателя. Так не считал псих водитель, который вез меня с полковником.  Когда машина катится под горку, то сидеть неудобно. Особенно в военном «газике». А когда она несется на полной скорости под эту горку, подпрыгивая на неровностях дороги, то создается очень неприятное ощущение, будто ожидаешь, что вот сейчас передок зацепится за что-нибудь и будем мы кувыркаться. А в этой машине даже ремней безопасности нет…
С большим облегчением я выбрался из машины, когда она остановилась. Васин, не сказавший ни слова за всю поездку, как я думаю, испытывал аналогичное ощущение. Но несмотря на то, что мы очень спешили, все равно почти опоздали.
У небольшого домика, очень похожего на обычный сарай, стояла группа из пяти человек в масках, защитной форме и с автоматами. Два полицейских, один в военной форме и один гражданский, в светло-зеленых куртках.
Человек в военной форме сделал шаг нам на встречу. Но его тут же остановил полицейский, вышедший вперед.
- Конечно, субординацию нужно соблюдать, - подумал я, - полицейский в звании майора, а военный всего лишь лейтенант.
Полковник, в своем светло-сером гражданском пальто, одетом на военную форму, чтобы народ не пугать, как я ему посоветовал, не выглядел начальником. Но, по всей видимости, майор уже был с ним знаком. Поэтому пошел нам навстречу. Когда мы встретились, майор протянул Васину руку и сказал:
- Мягко сказать, неверная информация.
- Где это судно? – спросил полковник
- Да вот буксир в конце причала.
Метрах в двадцати, в конце деревянных мостков, чуть покачиваясь, стоял самый обычный буксир. Я уже видел такие буксиры, они таскают баржи по Волге. Но в этом буксире что-то было не так. Только что именно?
- Мой помощник знает эти буксиры лучше всех, - сказал майор, - потому что в юности работал на них. От него ничего не скроешь. Но на этом ничего нет. Даже намека на контрабанду. Документы тоже в порядке. Они идут в Астрахань, за баржей с зерном.
- Ничего нет, даже намека на контрабанду, – повторил полковник и спросил: «А разве так бывает?»
- Ну, как таковой контрабанды у нас вообще-то нет, - несколько смутился майор, - мы так называем перевозку груза без документов на него.
- А что обычно возят?
- Да как всегда, сигареты и водку. Бывает, возят парфюмерию, одежду. Если из Астрахани  идут, то икру, само собой…
- А здесь совсем ничего?
- Пусто внутри.
- Внутри пусто, а снаружи? – спросил я, потому что понял, что мне не понравилось в этом буксире.
- Как это снаружи? – удивился майор.
- Очень глубоко сидит, будто сильно загружен.
- Точно, - обернувшись и посмотрев на буксир, сказал майор,
- Ну-ка, ребятки, пошли-ка назад, - громко сказал майор, - нужно посмотреть, что они под брюхом прицепили.
Вдруг человек в светло зеленой куртке упал на колени и уткнулся головой в деревянный настил.
- Что такое? – спросил майор, наклонившись к упавшему.
- Язва, будь она не ладна. Но ничего, скоро отпустит, - прохрипел человек.
Через пару секунд затарахтел запускаемый двигатель и буксир медленно начал отходить от причала.
Все рванулись по мосткам, даже мы с полковником сделали шагов пять в том же направлении. Но по воде люди не бегают, и нырять в холодную воду никто не захотел. Майор, нужно признать, быстро сообразил, что пробежался зря. Повернул назад, прыгнул в моторную лодку, но двигатель по какой-то причине не запускался.
Буксир уходил в темноту, налево вдоль берега по течению реки. Майор ругался матом, пытался завести двигатель, но тот только чихал. Пятеро с автоматами и второй полицейский уже сидели в катере и напряженно ждали.
Сообразив, что двигатель не запустится, майор выскочил на мостки и прыгнул во второй катер, стоявший с другой стороны настила. Пятеро автоматчиков и полицейский не двинулись с места, пока не услышали работающий двигатель, но потом очень шустро  перебрались на новое место, и катер двинулся по реке.
- Лейтенант Гаврилов, - отдав честь, представился человек в военной форме, единственный оставшийся рядом.
- Почему вы не приняли участие в погоне, - спросил Васин.
- Во-первых, это прерогатива полиции, а я здесь только в качестве наблюдателя. Во-вторых, катер и так сильно перегружен. Кроме того, я считаю, что мне необходимо срочно доложить вам о самом неприятном инциденте за сегодняшний вечер.
- Где вы научились докладывать так неконкретно?
- Я конкретно докладываю. В суматохе, вызванной отходом буксира, сбежал капитан этого буксира.
- Когда, куда сбежал и где он находился до побега? – спросил, повысив голос, полковник.
- Стоял вместе с нами, когда вы подошли.
- Это мужчина в светло-зеленой куртке? – спросил я.
- Да. Как я думаю, он подал сигнал на буксир, упав на колени.
- Капитан буксира не был арестован? – спросил полковник.
- А за что его арестовывать? Документы в порядке, незаконного груза не обнаружено. Майор полиции, как я думаю, уже готов был извиняться за задержание судна и причиненные неудобства. Но минут десять тянул время, видимо, вас ожидал.
- Если вы все видели, почему не задержали капитана?
- Как все, побежал к буксиру, а когда посмотрел назад, то капитана уже не было.
- Наблюдатель, черт побери!... У вас есть еще какая-нибудь информация для меня?
- Никак нет.
- Тогда продолжайте наблюдать.
- Пошли, - сказал мне, Васин, - я вернусь в управление, а вас довезу до гостиницы.
- Что-то мне не хочется ехать с этим водителем, - признался я.
- Страшно было? – рассмеялся Васютин. - Я тоже давно не испытывал таких острых ощущений, но теперь нам в горку. Страшно не будет.
    
Час, наверное, я пролежал в постели, уставившись в телевизор. Показывали старую, довольно забавную комедию «Двенадцать стульев». К началу я не успел, но до конца досмотрел.
- Чем же теперь заняться? Может, сходить на ужин? – подумал я. - Да, закажу какую-нибудь рыбу, если она есть, и, наверное, бокальчик пива мне не повредит…
Странно, когда в ресторане города, расположенного у большой реки, готовят только морскую рыбу. Хотя это, быть может, просто бизнес. Морская рыба дороже, во всяком случае, в меню. Стоимость была не дешевле котлет, то есть кебаба, как написано.
Впрочем, приготовили рыбу очень хорошо, и я с удовольствием ее поедал. Развлекался, честно признаться, поведением посетителей. Здесь можно было увидеть все, что не нужно делать за столом.
Я даже подумал, что это готовая съемочная площадка для какой-нибудь французской комедии. Почему ассоциировалось именно с французской - даже не знаю, видимо запомнились места из их фильмов. 
Кто-то ел, уткнувшись носом в тарелку и хлебал суп так громко, что почти заглушал чавканье других, не знающих о том, что при еде нужно закрывать рот. Но общий звуковой фон, конечно, был из русских нецензурных выражений. Про локти на столе и размахивания ножами и вилками можно даже не говорить, потому что в Москве и Петербурге я это тоже видел. Так же было десять и двадцать лет назад, когда я бывал в России. Ничего не изменилось и в поведении выходцев из Азии. Здесь были двое, с удовольствием поедающие плов руками.
В Англии, кстати, стране, придумавшей столовый этикет с множеством ножей, вилок и ложек для разных блюд, тоже можно увидеть странности. Как-то попал я в такой дом. Хозяева не пользовались никаким столовым инструментом, ели руками, потому что такая у них традиция. Но при этом называли себя настоящими англичанами, потому что имели английское гражданство.
 
Вдруг появился официант и поставил рядом бокал с пивом. Куда девался мой, еще не допитый, я не заметил.
- Я не заказывал еще пиво, - сказал я, обернувшись к официанту.
- Так ваше закончилось, вот я и поменял бокалы.
- Оставалось там немого, - подумал я, - но, вроде, должно было хватить, чтобы запить рыбу. Однако официант поднял над подносом бокал, в котором пива оставалось, действительно, на полглотка. Правда, у него на подносе стоят еще пять бокалов. Может, он показывает не мой? Глупости, зачем ему это надо… Хотя он же официант, поэтому ему хочется продать больше этого самого пива.
- Ладно, я возьму пиво, - сказал я, - и принесите, пожалуйста, счет. Больше я ничего заказывать не буду.
Доев рыбу, я запил ее пивом. Потом выпил еще несколько глотков. Что-то больше это пиво мне не лезло, я явно захмелел, во всяком случае, голова закружилась.
- Нужно идти в номер, - решил я, оставил на столе деньги, немного больше, чем было в счете. Встал, сделал несколько шагов и начал падать…

Давно забытое состояние, как с большого похмелья, с тяжелой головой и сухостью во рту, первые ощущения. Потом странное чувство, что справа у меня жара, а слева холод. Я открыл глаза. Оказалось, что я лежу на спине и в каком-то очень старом здании. Стены, сделанные из кирпича, освещались мерцающим светом, как от открытого огня. Переходили стены в сводчатый потолок, в котором почти посередине оказалась огромная дыра. Выше виднелись какие-то криво стоящие балки и сломанные доски. А еще выше чистое голубое небо.
Я повернул голову направо. Здесь, в метре от меня, горел костер. А за ним, уставившись на меня, сидели два человека. Одного из них я сразу узнал. Это был капитан буксира, хотя он сменил на черную свою светло-зеленую куртку.
- Очухался, тогда давай поговорим, - сказал капитан.
Я хотел сесть, но, пошевелившись, понял, что не смогу этого сделать, потому что руки у меня связаны. Подняв руки, я увидел два толстых пластмассовых ремешка-замка, которыми обычно крепят то, что не должно двигаться. Оба были около запястья.
- Глупость какая-то, и одного ремешка хватило бы, - подумал я.
Однако руки у меня затекли от неудобного положения, или потому что были сильно затянуты, отчего появилось в кистях неприятное покалывание.
- Руки развяжите, - попросил я.
- Перебьешься, - ответил капитан. Встал, подошел ко мне, приподнял, развернул и усадил спиной к ржавой металлической бочке, стоявшей рядом.
- Но воды хоть можно, у меня все внутри пересохло, - сказал я.
- Воды можно. 
Капитан пошел назад, к тому месту, где сидел, вернулся. Всунул мне в руки пустой пластиковый стакан и налил в него коричневую жидкость из бутыли с этикеткой «Пепси-кола».
- Пить мне не стоит, - подумал я, - опять чем-нибудь отравят.
Пить очень хотелось, но я сидел, уставившись на стакан и не пил.
- Не боись, травить тебя я пока не собираюсь. 
Капитан приложился к горлышку бутылки и начал пить.
Я проглотил всю жидкость и, конечно, не напился. Проще утолить жажду обычной водой, чем всеми этими подслащенными жидкостями.
- Теперь рассказывай, кто ты такой? – спросил капитан, усевшись рядом со вторым человеком.
- Так, - подумал я, - если он не знает, кто я такой, значит, не знает и кто такой полковник. Но что-то он может знать о нас, например, информацию из гостиницы, может быть, что-то из полиции. Значит, врать я могу, но не завираться, не нужно.
- Я гражданин Великобритании и зовут меня Виктор Смирнов.
- Это мы знаем. Зачем в Самару приехал?
- Я прилетел в Москву к своему знакомому, можно сказать, другу. А ему срочно нужно было лететь в Самару, вот он и взял меня с собой.
- Друг- это полковник Васин Игорь Иванович?
- Ого, - подумал я, - многовато у них информации. Но раз он не сказал «полковник ФСБ», значит информация неточная.
- Он бывший полковник, теперь на пенсии, - соврал я.
- Молодой еще для пенсии.
- Он по выслуге лет вышел на пенсию, служил где-то далеко на севере.
- А откуда у вас в друзьях появился полковник, который служил далеко на севере?
- Он брат моей жены, которая умерла два года назад, поэтому мой родственник, ну, можно сказать, что друг, – опять соврал я.
- А что делает бывший полковник на пенсии в управлении полиции? – спросил второй человек,  в шапке-ушанке, одетой так, что почти закрывала глаза. Он до сих пор молчал.
- Он теперь в полиции Москвы, консультант какой-то.
- И прилетел, чтобы нами заняться? – спросил капитан.
- Кем это вами? – спросил я и тут же подумал, что ляпнул не по делу. - Мы прилетели, только сегодня утром. Как Васин сказал, нужно ему встретиться с другом, майором… вот из головы вылетела фамилия. Но вы, наверное, знаете, тот майор, который с вами на причале был.
- Карамов?
- Наверное, Карамов, не помню я фамилию. Васин его целый день разыскивал, а к вечеру сказали, где он находится. Вот мы и приехали на причал.
- Зачем ему нужен был Карамов?
- Не знаю. Васин мне не говорил.
- Однако что-то здесь не так, - начал человек в шапке, - могу поверить, что вы случайно на берегу оказались, потому что искали Карамова. Но как вы объясните то, что полковник вас взял с собой, а не попросил подождать его возвращения в Москве? Кроме того, откуда у полковника в отставке, даже ели он еще где-то работает, достаточно денег, чтобы возить друзей из Москвы в Самару?
- Ну, во-первых, я сам оплатил эту поездку, - сказал я и отчаянно пытался придумать ответ на первый вопрос, может, болезнь?
- Сколько?
- Что сколько? – спросил я.
- Сколько стоит билет на самолет?
- Не знаю, - честно признался я, - я вообщ плохо разбираюсь в ваших ценах. Поэтому дал Васину пятьсот фунтов и он везде расплачивается.
- У вас я нашел сто семьдесят пятьдесят фунтов и девять тысяч двести рублей. Зачем тогда вам рубли, если полковник расплачивается?
- Так я читать и считать умею, если Васина нет, то я и сам могу заплатить, например, в ресторане.
- Хорошо, и в это поверю, - сказал человек в шапке, - а почему вы поехали с полковником в Самару, а не подождали его в Москве?
- Мне назначена операция на сердце, двадцать восьмого декабря, в Хаммерсмитт госпитале, в Лондоне. Так что времени у меня немного. Может, не выживу.
- Сочувствую, - сказал, человек в шапке и тут же спросил: - Постойте, у вас же кристмас, - праздники до Нового года, какая операция?
- Это у вас, как я слышал, Новый год длится весь январь, а в Англии всего пару дней, 25 и 26 декабря.   
- Похоже, что правду говорит, - сказал капитан.
- Похоже. Я уж думал, что ФСБ нам на хвост село. Тогда где-то крыса завелась. Но это он, как ты говорил, подсказал полиции, что судно перегружено.
- Так это же даже дураку видно. Мы медленным ходом подошли и волна нас наклонила, темнота к тому же. Может, потому полицейские сами не догадались. Наверняка нас кто-то на открытой воде приметил, когда светло было, и доложил в полицию, что идем мы с перегрузом. Потому по рации и приказали причалить. Я говорил, что не нужно так грузиться, а вы приказали все забирать, вот и попались. Недалеко ушли, а могли бы здесь часть оставить.
- Теперь поздно горевать. Времени у нас нет, потому приказал все грузить. Ладно, может, еще вернемся, тогда заберем, если полиция не найдет.
- Найти могут, но не должны, ребята в хорошем, глубоком месте сбросили и успели удрать. Молодцы, вот только буксир жалко…
- Кстати, покажи-ка мне на карте это место.
Человек в шапке достал из внутреннего кармана карту. Капитан развернул и ткнул пальцем.
- Так это совсем недалеко от причала. Может, увидели?
- Нет. Во-первых, темно было. А, во-вторых, я не первый день этим занимаюсь, поэтому чтобы сбросить груз, в воду лезть не надо. Лебедкой веревку вытаскиваешь, и все быстро получается.
- Ну что же, тогда неплохо сработали.
- Так что нам с этим фруктом делать, может, выкуп потребовать?
- Какой выкуп? Всем нам нужно уйти до Нового года.
- Ну, так, может с его кредиток хоть деньги снять?
- Ты что, совсем сдурел? Его уже, наверняка, ищут. А он друг полковника, который вась-вась с полицией. Ты деньги не успеешь в банкомате получить, как тебя уже повяжут!
- Ну, тогда что с ним делать, может, сразу «загасить»?
- Пусть посидит здесь пару дней, вдруг пригодится. Кормить, кстати, не забывай. Я сейчас в одно место съезжу, а когда вернусь, будем думать, как нам лучше выбираться.
- Я же говорил, что лучше всего по реке, и смогу договориться.
- Вернусь - поговорим. Времени нет, мне пора идти.

Начальник в шапке-ушанке ушел. Тут же появились двое крепких парней в спортивных штанах и толстых теплых куртках с капюшонами. Парни сразу подошли к костру и начали отогревать руки.
Я, в одном пиджачке, сидел теперь дальше от костра и  мне стало прохладно. Я огляделся. Помещение, скорее всего, подвал, оказалось большим залом, пожалуй, квадратным, со стороной метров семь, если не больше.
- Ну что, лодыри, тунеядцы, кто хочет поработать? – спросил капитан.
- Где-то я слышал это выражение, - подумал я, - но не мог вспомнить, где именно.
 - Значит, так, ты Витек, идешь за пиццей, - продолжил капитан, возьмешь, как всегда…
- Я только смену отстоял, может, мне в тепле посидеть, а Вася сходит?
- Хорошо, Вася, возьми пять штук, а мне ничего не надо. Был бы сейчас не такой зверский холод, разрешил бы я взять вам по паре баночек пива.
- Так холод пиву не помеха, если у костра, да с пиццей, - тут же ответил Вася.
- И я так думаю, - сказал Витек, - и Сашка от пива не откажется.
- Хорошо, уговорили. Значит, шесть пива, мне водки двести пятьдесят, ну и три бутылки пепси.
Капитан протянул деньги и Вася вышел.
- Васька вернется не раньше чем через минут сорок, нечего нашему гостю здесь так долго сидеть, поэтому, Витек, возьми его и закрой под замок.
- Запросто, - сказал Витек, - подхватил меня под мышки и оторвал от земли.
- Силен парень, - подумал я,- с таким даже при самых благоприятных для меня условиях я не справлюсь. Разве что под руку что-то попадется, типа бейсбольной биты.
Витек повел меня по темному коридору, освещая дорогу фонариком. Наконец он остановился около деревянной двери с навесным замком. Открыл замок и втолкнул меня в темноту.
Пахло здесь сыростью и мочой. Но темнота оказалась относительной. Когда глаза привыкли, первым делом я увидел небольшое окно, метрах в двух от пола. Оно было закрыто четырьмя стеклянными кубиками, через которые проникал свет, но не изображение. В семидесятых годах, помнится, было популярно закрывать такими кубиками окна туалетов, ванных комнат и делать перегородки.
Ну, раз здесь и так пахнет мочой, то и мне можно облегчиться. Хорошо хоть руки впереди связаны. Потом я подошел ближе к окну и начал прислушиваться, надеясь услышать хоть какой-то звук. Но будто вату мне в уши напихали, ни малейшего звука я не услышал.
- Ты кто такой? - вдруг раздался тихий и, как мне показалось, безжизненный женский голос.
Со страху, говорят, можно наложить в штаны. Со мной именно это чуть не случилось. Я медленно повернулся назад, пытаясь рассмотреть помещение. Размер его, если в квадратных метрах, был метров двадцать пять. Ничто, напоминающее женщину, мне на глаза не попалось. Здесь вообще ничего и никого не было, кроме охапки сена в одном углу.
- Я здесь, - немного веселее сказал голос. Но определить, с какой стороны шел звук, мне не удалось, и я еще раз начал вертеть головой во все стороны.
- Что ты крутишься? Здеся я!
На этот раз над сеном я увидел поднятую вверх руку и пошел в эту сторону.
- Что ты здесь делаешь? - спросил я.
- То же самое, что и ты. Си-жу я в тем-ни-це сы-рой, - нараспев сказала женщина.
- Почему? За что тебя сюда посадили?
- А тебя за что?
- Хорошо, давай я начну, иначе мы друг другу только вопросы задаем. Зовут меня Виктор, приехал я в Самару с другом…
- Мы сейчас в Самаре? – перебила она.
- Да.
- Далеко. Ой, как далеко!
- А ты откуда?
- Я - то?… Я из Питера… Мама там больная осталась, с дочкой моей пятилетней. Как они там, без меня…
Женщина начала всхлипывать. Я никак не мог ее утешить, потому стоял и молчал. Становилось очень холодно, а единственное, что я мог сделать со связанными руками, это постараться закрыть грудь воротником пиджака.  Наконец женщина тяжело вздохнула и спросила:
- Ты что дрожишь?
- Да, немного прохладно.
- Тогда садись ко мне. Мне хоть одеяло дали, чтобы не замерзла.
Я сел, женщина прижалась ко мне, закутала нас в одеяло и повалила меня на спину. Теперь из-под одеяла торчали только ноги и наши головы.
- Если и теперь холодно, то можно засунуть рот под одеяло и надышать туда воздуха, я всегда так делаю. Но вдвоем, как я думаю, ты скоро согреешься.
- Постараюсь, - сказал я и, действительно, через пару минут  сумел сдержать дрожь, а потом и расслабить напряженные от холода мышцы. Сразу вернулось обоняние. Пахло от этой женщины совсем не по-женски, перегаром, сигаретами, чем-то кислым и давно не мытым телом. Было ей лет двадцать пять, может, чуть больше, но худое лицо с резкими чертами больше подошло бы мальчишке лет пятнадцати, а женской красотой от нее даже не пахло, если так можно сказать.
При любых других обстоятельствах меня не заставили бы даже стоять рядом с этим существом, но теперь я вынужден был терпеть, стараясь не дышать носом.
- Зовут меня Клара, - начала говорить женщина, - попалась я, как последняя дура…  подписала контракт с модельным агентством из Польши. Выдали они мне аванс, на эти деньги мне нужно было купить одежду и билет на самолет. Почти все деньги ушли на одежду, они помогали мне выбирать одежду и в аэропорт отвезли. Но в аэропорту, как в кино, «поскользнулся, упал, очнулся, гипс», ничего не помню, когда очнулась, ни вещей, ни документов. А деньги отдавать нужно. Пришли два амбала, сказали, что придется отрабатывать, и попала я в публичный дом. А потом меня просто продали этому свинье Вадику. Он возит меня из города в город уже три месяца, а потому что я два раза пыталась бежать, стал закрывать под замок. А ты как здесь оказался?
Пока она говорила, я подумал, что при таком лице и фигура у нее должна быть соответствующая. Очень на любителя, даже в самом дешевом публичном доме, а про модельное агентство - это полная чушь. Хотя… кто их знает, этих современных модельеров.
- Меня вечером усыпили, - ответил я, - сегодня я ответил на все их вопросы, но отпускать меня они не собираются. Правда, «гасить» еще пару дней, быть может, не станут.
- Бежать нужно.
- Каким образом?
- Не знаю, ты мужчина, ты и должен придумать.
- В этой комнате есть хоть какой-то тяжелый предмет?
- Нет, конечно.
- А битое стекло?
- Зачем?
- Перерезать эти ремешки.
- Стекла тоже нет. Но даже если бы у тебя были свободны руки, что бы ты делал?
- Мог бы драться.
- Ты что, умеешь драться?
- Нет, драться никогда не умел.
- Тогда мы никак не убежим.
- Хоть бы палку какую найти.
- Есть палка, сейчас достану.
Она вытащила руку из-под одеяла, прошуршала сеном где-то над моей головой и сунула мне в руку карандаш, с одной стороны заточенный и с резинкой на конце второй стороны.
- Это единственная палка, что здесь есть, - рассмеялась она.
- А ведь это то, что мне нужно. Часы все еще были на моей руке. Видимо, хорошо сработал «противоугонный дизайн». Но со связанными руками я никак не мог дотянуться, чтобы нажать сразу в двух местах и включить маячок. Даже до одного места я с трудом мог дотянуться. Пока отвечал на вопросы, я уже пробовал, спрятав руки между поднятыми коленями.
Можно попробовать нажать пальцем в одном месте и карандашом, зажатым в зубах, во втором. Датчик должен сработать на нажатие, объяснял  Васин, но когда я пробовал нажимать, не чувствовал какого-то движения, отчего у меня создалось впечатление, что он срабатывает только от прикосновения пальцев, как экран, на смартфоне. Если так, то карандаш не поможет.
Может, попросить эту женщину нажать во втором месте? Она, в конце концов, должна же хотеть выбраться из этого подвала. Если не придумала свою историю. А если придумала? У меня все равно выбора нет!
- Давай-ка встанем и я тебе что-то покажу.
- Показывай здесь.
- Здесь темно, ничего не видно, нужно подойти к свету.
- Хорошо, - она легко выпуталась из одеяла и встала не ноги. На ней оказался надет теплый толстый свитер, а под ним, наверняка, еще, и ,может, не один. На ногах широкие брюки, и тоже, может быть, не одни. Фигура как у толстой бабы… Она и без одеяла, как я думаю,  могла бы здесь спать, не рискуя простудиться.
Я, с большой неохотой вылез на холод. Сразу захотелось вернуться в тепло. Но раз начал, нужно завершить. Мы подошли к свету.
- У меня к тебе просьба. Я не могу дотянуться своими пальцами до того места на этих часах, куда мне необходимо нажать. А ты это можешь сделать.
- Если я нажму, что после этого будет?
- К нам придут на помощь и вытащат из этого подвала.
- Ты не шутишь?
- Какие могут быть шутки.
- Значит,.у тебя в часах радиомаяк?
- Да. Давай покажу, куда нажать.

Вдруг в глазах потемнело и я еле устоял на ногах. Такого удара в челюсть от женщины, тем более от этой, я никак не ожидал. В полутьме я даже не понял, чем она меня ударила, рукой или ногой. Когда я посмотрел в ту сторону, куда она метнулась, то услышал шипение включенной рации. Через секунду она уже орала, да так громко, что могла бы обойтись без рации:
- У него радиомаяк! Бегом сюда!
В это время я присел, чтобы быть в тени от света из окна, чтобы она не видела, что я делаю. Отчаянно, до боли развернув руки, нажимал пальцем с одной стороны и тыкал карандашом с другой. Я помнил, что должна быть вибрация, но ее не было. Тогда я перевернул карандаш другой стороной и еще пару раз успел нажать, вибрации все рано я не почувствовал. Пришлось выбросить карандаш изо рта, потому что резко отворилась дверь. Вошли двое, здоровяк Витек и капитан.
- Попался голубчик, - сказала женщина,- наш шеф, как всегда прав. Села нам на хвост ФСБ!
- Он не успел включить маяк? – спросил капитан.
- Маяк у него в часах, и он не может достать, потому попросил меня.
- Отлично, пошли, посмотрим на твои часики, - сказал капитан.
Витек грубо схватил меня за руки и выволок следом за собой из комнаты. Женщина и капитан шли сзади.

- Разбить эти часы к черту, и делу конец, - сказал Витек.
- Нет, если там есть ФСБ-шная начинка, то ее нужно сохранить, а потом изучить, так шеф говорил. Для этого у меня в машине специальный ящик с глушилкой имеется, - сказал капитан.
- Ну, что же, будем резать или расстегивать? - достав нож, спросил капитан.
- Не расстегивается, если не знать как. И ремешок не перерезать ножом, он армированный, - сказал я.
- Тогда я отрежу тебе кисть.
- Давайте я его сам аккуратно сниму.
- И включишь маяк?
- Нет там никакого маяка. Посмотрите на эти часы, им сто лет в обед исполнилось. А ношу я их, потому что подарок отца. Он сам их сделал, любил собирать разные забавные вещицы с секретом.
- Ты же просил меня куда-то нажать, чтобы его включить, - сказала женщина.
- Извини, обманул. Я человек несколько в годах и с молоденькой женщиной давно рядом не лежал. Подумал, вдруг ты поверишь, что я супер шпион, тогда напоследок, может, у меня с тобой что-нибудь получится.
- Да ни за что я бы с тобой не стала спать.
- Ты бы не стала. А несчастная женщина, про которую ты мне рассказывала, обязательно захотела отблагодарить своего спасителя.
- Что-то мы долго здесь заболтались, а маяк, быть может, включен.
- Так давайте снимать. Самый простой способ, если вы так боитесь, закройте часы своей ладонью. Когда я расстегну ремешок, часы окажутся в вашей руке, и я никуда не нажму.
- Хорошая мысль, - сказал капитан и накрыл часы своей рукой, - Витек, режь-ка ремешки.
Я из-за неудобного положения руки провозился с минуту, но расстегнул ремешок.
Капитан повертел часы в руке, осмотрел, со всех сторон и сказал:
- Корпус, похоже, фабричный, а задняя крышка точно самоделка, на каких-то хитрых винтах прикручена. Но на всякий случай отнеси-ка, Витек, эти часики в глушилку. Видел черный ящичек в багажнике?
- Видел.
- Открывается он номером 3355.
- А этот как? – кивнув на меня, спросил Витек.
- Куда он денется. Да, и захвати в багажнике ремешки, чтобы нашему суперагенту руки связать.
Витек, взяв часы, зашагал к выходу. Передо мной стоял капитан, моего роста, но весом побольше. Женщина, которая может драться, стояла левее, за капитаном. Умел бы я драться, даже не задумывался бы!!! Однако это единственный удобный случай попробовать выжить, тем более, что руки у меня свободны.
- Дорогая, знаю, что у тебя где-то припрятана бутылочка. Может, выпьем по этому поводу?
 Говоря эти слова, капитан начал поворачивать голову к женщине.
Вот теперь он уже не увидит, что я замахиваюсь. Самая большая моя проблема - это то, что я не умею бить быстро, а пока размахнусь, любой боксер увидит и уклонится от моего удара.
Каким бы ни был хорошим бойцом капитан, он просто не увидел моего удара, а я со всей дури заехал ему кулаком сверху вниз, как бьют по столу, и в темечко. Женщина стояла на метр впереди, мне нужно было достать ее во что бы то ни стало, я сразу так решил. Капитан еще только начал падать, а я прыгнул вперед и тем же способом, правым кулаком, ударил ей в лоб наотмашь. Она, скорее всего, остолбенела от удивления, поэтому даже не попыталась уклониться. Мой удар отбросил ее назад, я заметил, что даже ноги оторвались от земли. А потом тело Клары, если ее действительно так звали, плавно так легло на спину, чуть прокатившись по земляному полу. Нокаут два раза, и это без всякого сомнения. Никогда в жизни у меня не получалось так ловко справиться с двумя противниками. Я, как бы это сказать, сам у себя поднялся в глазах. Оказывается, на что-то еще способен.
Но сейчас появится Витек, и будет мне тоже нокаут. Я начал обыскивать капитана в надежде найти оружие. И нашел советский пистолет ТТ с двумя запасными обоймами.
- Вот теперь могу я немного повоевать, - подумал я. В ту же секунду в дверях появился Витек и уставился на меня очень удивленной физиономией.
- Или ручки поднял, или мне тебя «гасить» придется, - как более веское доказательство, что я шутить не собираюсь, снял пистолет с предохранителя и передернул затвор. Я подумал, что у этого бандита может быть патрон в стволе, поэтому я передергивал затвор, повернув пистолет так, чтобы патрон выскочил вверх. Когда-то давно я тренировался ловить выскочивший патрон, это мне легко удавалось, но сегодня поймал его с большим трудом.
Однако этот мой фокус произвел на Витька нужное мне впечатление. Он сразу вскинул руки вверх, уронил связку ремешков и застыл, будто его мгновенно заморозили.
- Оружие есть?
Витек кивнул головой.
- Доставай аккуратненько, двумя пальчиками, чуть дернешься и сразу будешь трупом.
Между нами было всего два метра. Я взял пистолет двумя руками и направил его прямо в лоб.
Витек, как в замедленном кино, начал медленно расстегивать свою куртку, потом также медленно запустил правую руку внутрь, затем начал ее вынимать.
- Даже не думай, - еще раз предупредил я.
Рука с пистолетом показалась из-под куртки. Витек, действительно, держал его только двумя пальцами.
- Бросил на пол и отошел, к костру.
В это время я заметил краем глаза, что женщина начала приходить в себя, то есть зашевелилась. Если у нее есть оружие, то будет нехорошо.
- Пошевелись! - приказал я, и Витек пошел к костру быстрее.
Я подобрал пистолет, засунул во внутренний карман. Посмотрел на капитана, он не подавал признаков жизни. А женщина уже пыталась сесть. Мне пришлось пробежаться, чтобы оказаться рядом и надолго не поворачиваться спиной к Витьку, у которого могло быть другое оружие.
- Ну, что, подруга, доставай свое оружие!
- У меня нет оружия.
- В это мне не верится, придется тебе раздеваться.
- Какого черта, не буду я раздеваться!
- Варианта у тебя только два. Или ты достаешь все свое оружие и привязываешь себя к Витьку, рука к руке. Или я снова отправлю тебя отдыхать, чтобы обыскать. 
- Ой, больше по голове не надо, - простонала женщина и вытащила два ножа.
- Хорошо, пока поверю, что больше у тебя ничего нет. Иди, привяжись к Витьку.
- Чем?
- Я принесу, когда ты дойдешь.
- Что-то очень уж долго лежит капитан, - подумал я, - может, притворяется и ждет, когда я ближе подойду. Я прошел в метре от него. Скорее всего, я прав, капитан лежал на животе и правой рукой уже шевелил, потому что на полу остался след.
Поднял с пола брошенную пачку ремешков, вытащил из нее десяток и, подойдя ближе, бросил их в сторону Витька. Женщина, пошатываясь, медленно шла, но еще не добралась.
 Ну и положеньице у меня. Трое еще не связанных, из них двое, возможно, еще с оружием. Скоро придет еще один, с пиццей, и в любой момент может появиться тот, кто караулит на улице. Придется мне занять оборону у бочки и ждать, как говорят, «с моря погоды». Маяк, скорее всего, не сработал, помощи не будет. Убежать я отсюда тоже никак не смогу. Я вернулся к телу капитана. Оно лежало в том же положении. Связать бы ему руки, но я боялся подойти.
Какой-то шорох послышался в коридоре, я пробежался к проему двери и замер. Ничего не подозревающий Вася с пакетами в обеих руках вошел в комнату, повернул налево, к костру и остановился.
Я оказался у него за спиной. Но ударить через капюшон, когда непонятно в каком положении голова, я не решился, поэтому размахнулся и голосом как можно ниже позвал:
- В-Вас-ся.
- Он обернулся и тут же, как Клара, получил кулаком в лоб.
Пистолет с одной запасной обоймой оказался во внутреннем кармане. Этому я могу руки связать, что и сделал.
Женщина дошла до Витька и они о чем-то начали болтать.
- Мне б связать капитана, только каким образом. Если бы Витек не помешал… Впрочем, Вася не тяжелый, могу поднять, бросить на капитана и самому завалиться сверху. Быть может, придется побороться, но есть шанс, что я свяжу их вместе. А если капитан будет очень сопротивляться, то придется приложиться ему по голове рукояткой пистолета. Значит, я не должен выпускать из виду эту голову.
Приподнять Васю оказалось нетрудно, но подходил я к капитану осторожно. Очень боялся, что он схватит за ноги или неожиданно вскочит. Но ничего этого не произошло. Капитал только тяжело простонал, когда на нем оказался Вася. Я привязал сначала одну, а потом и вторую руку капитана к рукам Васи.
Тяжелый нокаут получился, но человек живой, хотя бы в тюрьму меня в России не посадят, - подумал я, -  здесь разобрался. Теперь нужно решать с остальными двумя.
Взяв в обе руки по пистолету, я пошел к парочке у костра.
- Для начала нужно проверить пистолет Витька, - подумал я,- это, кроме всего прочего, должно показать этим двум, что я намерен говорить серьезно.
Вытащил обойму, патроны есть. Запихнул обойму на место и передернул затвор. В стволе ничего не было, но теперь есть.
- Ну что, дамы и господа, почему еще не связаны? – спросил я, направив на них оба пистолета.
- Вы Васю чем по голове, пистолетом? – спросила Клара.
- Да нет, так же как и тебя, кулаком.
- Меня тоже?
- Да.
- Я думала, у меня мозги выпрыгнут, а шишки не нашла. И вот Витек говорит, что даже синяка нет.
- Ну и что с того?
- Страшный вы человек, сказал Витек. Вот у меня ножик еще остался, я сам  отдаю, только не надо меня по голове бить.
- Брось не землю, мне под ноги.
Витек аккуратно подбросил нож, и он упал рядом с моей правой ногой. Я поднял и засунул за ремень.
- Если сейчас посмотреть на меня со стороны, - подумал я, - любой точно скажет :«вооружен и очень опасен». Два пистолета в руках, один во внутреннем кармане. Боковые карманы пиджака оттопырены от запасных обойм, и за ремнем три ножа. 
- Почему вы до сих пор не связались?
- Да мы и так можем смирно посидеть, – сказала Клара.
- Конечно, мы не разбойники какие-нибудь, а случайно в эту банду попали, - добавил Витек.
- Это будете рассказывать в полиции. Если на вас людских жизней нет, то  накажут, но не строго.
- А нами полиция будет заниматься, а не ФСБ?
- Откуда мне знать, я же иностранец, и сюда с другом приехал.  Ладно, хватит болтать, привяжитесь друг к другу руками, мне еще вашего Санька дождаться нужно. Вот еще что, почему я не нашел ни одного мобильного телефона?
- Конспирация у нас такая. Шеф выдает телефон когда надо, и сразу забирает, чтобы мы никому не звонили и, даже случайно не выдали наше местоположение.
- Мой телефон тоже он забрал?
- Конечно… А вот и сам шеф…

-Что за бардак, развалились здесь!
Услышал я за спиной и сразу повернул голову. Человек в шапке-ушанке, с кожаным портфелем в левой руке, стоял в метре от входа.
Если он рванется к двери, то окажется в укрытии. Может вести огонь, и будет в более выгодном положении, чем я, потому что спрятаться мне негде.  А если побежит, я его не догоню, потому что не знаю этих коридоров. Значит, выбора нет, нужно стрелять первым, но только по ногам, иначе посадят меня в этой стране надолго, – пронеслось в голове. Я резко развернулся и выстрелил сразу с двух рук.
Человек в момент выстрелов уже развернулся и делал шаг к двери, но я попал. У него подкосились ноги и он начал падать на бок.
Вдруг я, подхваченный под мышки, взлетел в воздух, да так резко, что выронил пистолет из правой руки.
- Вот и верь после этого людям, «мы смирно можем сидеть и не бейте меня по голове», подумал я, - хотя, судя по тому, что Витек не пытался меня душить, а только поднял, значит, он не с «шефом», следовательно, пытался прикрыться мной от выстрелов.
Почувствовав, что голова Витька уперлась мне в плечо, я перехватил правой рукой пистолет за ствол и врезал рукояткой в то место, где должна была находиться голова Витька. Без сомнения, попал, потому что Витек сразу отпустил меня. Оказавшись на земле, я быстро нагнулся, поднял пистолет и побежал не оглядываясь, потому что смотрел только на лежащего человека. Он лежал на боку, спиной ко мне, пытался ползти к двери, но, главное,  я не видел его рук, в которых могло быть оружие. Между нами было метров пять. Я решил сохранить это расстояние, пробежался вдоль левой стены, оказавшись с противоположной стороны зала, сразу присел, когда увидел руку с пистолетом.
- Быстренько выбросил! – крикнул я, направив на противника оба ствола.
Он сразу оценил ситуацию и захотел жить. Попасть в человека, присевшего на колено, как минимум в два раза сложнее, чем в стоящего. А он распластался передо мной во всю длину, то есть мне попасть легче. Кроме того, у меня два ствола против одного у него, и не направленного в мою сторону.
Он отбросил пистолет, но не более чем на метр. При желании может быстро достать, значит, нужно его держать под прицелом.
- Помоги, иначе я кровью истеку! - прохрипел совершенно лысый мужчина, теперь без шапки-ушанки!
- Даже не мечтай. Но сам можешь сделать жгут из своего шарфа.
Я посмотрел в сторону костра. Витек лежал на спине, над ним присела женщина.
- Я не могу затянуть.
Лысый уже сидел, пытаясь завязать ногу шарфом.
Хитер, заманиваешь меня к себе, но я на такие штучки не куплюсь.
- Жгут - это тонкая полоска, поэтому нужно резать твой шарф.
- Чем?
- Вот только не говори, что у тебя ножичка нет.
- Ах…
Лысый выругался матом, достал нож и начал резать шарф.
Я, как, оказалось, очень правильно сделал, что не встал с колена. В дверях появился молодой парень с пистолетом в руках. Я направил на него пистолеты и сказал:
- Бросай Санек, отбегался.
- Парень обвел взглядом зал и, по всей видимости, решил удрать, потому что пистолет не бросил. Всего два шага влево и он скроется. Что бы этого не произошло, я выстрелил в стену, рядом с головой парня. Он тут же присел, выронил пистолет и рванувшись в сторону, исчез.
- Ну, хотя бы без оружия, - подумал я, – не денек сегодня, а настоящая заварушка, в стиле Джеймса Бонда. Никогда не хотел быть Бондом. Но жить, конечно, еще хочется. Скорей бы это все закончилось!

- Ой-ой–ой, я больше не буду, - почти сразу услышал я. В дверях показалась спина, а потом и весь Санек. Он хватался двумя руками за чью-то руку, державшую его за горло. 
- Господин Семенов, вы здесь? – громко сказал незнакомый мне мужской голос.
- Да, Семенов здесь. Кто вы такие?
- Капитан спецподразделения Ковальчук.
- Чем докажете?
- Подождите минуту. Заскрипела рация, но то, что там говорили, я разобрать не смог.
- Полковник Васин Игорь Иванович передает вам привет, - сказал Ковальчук, - он уже в дороге, но прибудет сюда не раньше, чем через час. Будем ждать?
- Спросите полковника, как имя его водителя.
Информация о семье, может быть, уже есть у террористов, а о водителе может и не быть, - решил я.
Опять заскрипела рация.
- Имя водителя Тарас.
- Хорошо, заходите.
Тут же в зал вбежало человек десять в камуфляже, масках и с автоматами. Капитан Ковальчук внимательно осмотрел помещение и подошел ко мне.
- Вы из спецназа ФСБ?
- Нет, я гражданский.
- Гражданский? С позывным господин Семенов?
- Это не позывной, меня так зовут, я гражданин Великобритании.
- Опс! Прошу прощения. Все понял, это не мое дело. Больше задавать вопросов не буду, кроме одного. Вам не холодно в пиджачке?
- Пока здесь бегал, не было холодно, а теперь чувствую, что прохладно.
- Женя! – крикнул Ковальчук, быстренько доставай одеяло.
- Вы бы, товарищ капитан, забрали у меня это железо, - сказал я, начав выкладывать на пол пистолеты, обоймы и ножи.
- Впечатляет, - сказал капитан, - только не говорите мне, что никогда не служили.
- Служил, конечно, но в молодости.

Я по своей наивности полагал, или все-таки, правильнее сказать, очень хотел думать, что самое трудное позади. Сейчас меня отвезут в гостиницу, где я для начала помоюсь, потом хорошо поем, выпью грамм сто водки и лягу спать. А потом, может, завтра, я буду отвечать на все вопросы. Не тут-то было. Допрашивал меня только полковник Васин, но допрашивал так дотошно, что мне пришлось вспомнить все события буквально по минутам. Но больше всего меня поразил факт, что с того момента, как я первый раз нажал карандашом на часы, до того момента, как появился капитан Ковальчук, прошло всего сорок восемь минут. А я был уверен, что не меньше трех часов.
Как оказалось, меня отвезли почти на двести километров севернее Самары. Так как я пропал, то все службы находились в полной готовности Получив сигнал маячка, вертолет с командой капитана Ковальчука вылетел без промедления.

На следующий день вечером мы уже летели назад в Москву. Полковник появился перед самым отлетом, молчал, пока мы не взлетели, а потом, начал рассказывать:
- Эта террористическая группа, как мы думали, таковой не является. Возглавлял ее бывший капитан спецназа Потопов Юрий Антонович, воевавший раньше в Афганистане и на Кавказе.
- Это тот, лысый, который ходил в шапке-ушанке?
- Да. Все, и я в том числе, удивляемся, как вы вообще остались в живых после встречи с ним. При последней попытке задержания, полгода назад, в Москве он убил четверых, тяжело ранил двоих и скрылся. Вам повезло, что стреляли первым и попали сразу в обе ноги. Всего два выстрела, с двух рук, из двух пистолетов, это впечатляет!
- Знаю, знаю. Для прицельной стрельбы с двух рук нужны не только тренировки, но и талант, которого у меня нет. Потому я и говорил, что повезло.
- Жаль, что о вас нельзя рассказать моему сыну, он недавно книжку прочитал «Август сорок четвертого» и пристал ко мне с вопросом, могу ли я стрелять с двух рук, «по-македонски».
- Книжка тяжело читается, как я помню, для мальчишки, во всяком случае.
- Осилил, как видим. А все потому, что его друг сказал, мол кино с таким же названием «полная лажа».
- Так что вы ответили на вопрос сына?
- Пришлось сказать правду. Сказал, что пробовал, но плохо получается.
- Однако мы отвлеклись, так что там с Потоповым?
- Переквалифицировался в наемного убийцу и работает по заказам, поступающим через Кавказ, но кто на самом деле командует - до сих пор неизвестно. Убирал бизнесменов, административных работников и даже политиков, которые мешали заказчикам продвигать своих людей, а люди эти не с Кавказа. Он пока молчит, но, по нашим данным, на его счету может быть не менее десятка громких убийств. А если копнуть глубже, совсем неизвестно, что всплывет.
- Серьезный бандит. А эти, что были с ним?
- Только женщина с ним уже год. А остальных он завербовал всего месяц назад,
чтобы перевезти оружие и взрывчатку.
- Нашли?
- Конечно, нашли. Сразу начали искать самое глубокое место по пути движения буксира. Такое было только одно. Но там, доложу я вам, целый арсенал. Автоматы, пистолеты, снайперские винтовки и почти тонна тротила. Но все очень хорошо, герметично упаковано и могло бы пролежать в реке не один десяток лет.
- Как они груз крепили, сеткой?
- Да, рыболовной сетью. Наши эксперты сказали, что крючки ниже ватерлинии были приварены не меньше двух лет назад, так что капитан давно промышлял незаконными перевозками. Но недолго этому капитану оставалось жить на белом свете, если бы вы не вмешались.
- Почему?
- Потому что в портфеле, который принес Потопов, оказались пять тысяч долларов и бутылка отравленной водки. Видимо, для начала хотел обрадовать всю команду, а потом отравить, предложив выпить.
- Жестокие нравы… Хорошо, что арестованы. Но все это не радует, потому что они не те, кто нам нужен.
- Ну почему же, одно хорошее известие я получил. Командование просило передать вам благодарность.
- Это вам, как человеку военному, можно сказать: «Благодарю за службу» и вы будете довольны. А мне лучше в денежном выражении и с компенсацией за моральный урон, с риском для жизни!
- Что вы имеете ввиду?
- Я здесь совсем не для того, чтобы бороться за собственную жизнь, драться, стрелять и ловить ваших бандитов. Этот инцидент - полный «прокол» в работе всего вашего ФСБ, и ваш, товарищ полковник, в первую очередь!


Здесь 50% общего объема, примерно

Общий объем, не полных 8 авторских листов


Рецензии
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.