Необходимо-достаточное в творчестве А. К. Толстого

Необходимое и достаточное в творчестве А. К. Толстого

           1850 год. В «Дирекцию Императорских Театров» гг. А.М. Жемчужников и А.К. Толстой (граф) представляют комедию под названием «Фантазия». Комедия была принята к бенефису Г. М. Максимова, спектакль состоялся в императорском Александрийском театре 8 января 1851 г. На премьере присутствовало августейшее семейство. Император Николай стоически вытерпел до конца. На следующий день по Высочайшему повелению представление «сей пиесы на театрах было воспрещено». Она была опубликована впервые только через 33 года в 1884 году, уже после смерти г-на Толстого.
           Критика, случайно заметившая это представление, встретила пьесу неодобрительно. Говорили, что это была единственная пьеса, в которой играл г-н Максимов, и которую не доиграли (что было ложью). Журналы писали, что пьесу затопали и зашикали зрители, аплодисменты вызвали лишь слова «кому в голову могла прийти фантазия сочинить такую глупую пьесу?». Провал! Никто не разглядел в произведении сатиру на современные нравы. Зрители явно жаждали другого и не поняли, что же именно им показали. (У меня почему-то в голове возникла аналогия с другой премьерой – Чеховской «Чайкой»... А ещё – с провалом первой симфонии Сергея Рахманинова...)
           А между прочим, как видно просвещённым нам через много лет после той драки, «Фантазия» – предтеча театра абсурда.
           Хотя авторы в далёком 1850 году имели иную цель – пародировать современные им драматические произведения о нравах в обществе и рассчитывали именно на скандал. Например, авторы ждали результата представления в квартире неподалёку, а курьер сновал между этим домом и театром. Как не вспомнить пророчество А.С.Пушкина: драма в России культивировалась в придворном театре, поэтому «вместо публики встретит она тот же малый ограниченный круг и оскорбит надменные его привычки... Перед нею восстанут непреодолимые преграды для того чтобы она могла расставить свои подмостки, надобно было бы переменить и ниспровергнуть обычаи, нравы и понятия целых столетий...».
           В общем, казалось, авторы просто всовывали голову в лоток гильотины и открывали защёлку. Но ведь Алексей Константинович Толстой и будущий император вместе воспитывались, слились в политической и интеллектуальной элите, они прекрасно представляли себе устройство политической, социальной и литературной жизни. Может, поэтому всё сошло с рук? Может, и Николай понимал значение высмеивания чиновничьих нравов России? Но разве мог он, гарант государственной системы, оставить это без наказания? Нужно было осудить хотя бы форму подачи, ежели цензура не нашла ничего крамольного в тексте!
           Но авторы «Фантазии» не остановились. К тому времени одному из соавторов пьесы – графу А.К.Толстому – было 33 года. В литературном мире его знали по ужастикам «Упырь», «Волчий приёмыш», «Семья вурдалака», «Встреча через триста лет» (две последние – на французском языке). По большому счёту пора и остепениться, если уж дожил до возраста Христа. Что же случилось? Неужели эта пьеса – не реализованное по сих пор юношеское балагурство?
           Говоря традиционно, Алексей Константинович Толстой с молоком матери впитал особый взгляд на юмор: его учителем был А.А.Перовский (он же Погорельский в литературе), который предсказывал в своих новеллах появление Гоголя (например, «Двойник, или Мои вечера в Малороссии»). С присущем ему чувством юмора он публикует острейшие журнально-пародийные тексты, высмеивавших архаистов, ополчившихся на Пушкина. В шалостях, домашних забавах Адлерберга, Алексея Толстого и Жемчужниковых отчётливо видна и стихия смеха, царившая и в «Арзамасском обществе безвестных людей» начала XIX века (В.А.Жуковский, К.Н.Батюшков, А.С.Пушкин). В последствии атмосферу этого кружка В.А.Жуковский отразил в серии комедий, собранных в его «Арзамасских протоколах».
           Компания родственников (Толстого и Жемчужниковых) сочиняет для начала целую серию анекдотов-сцен, которые тут же по-хулигански разыгрывают. Как ещё расценить выходку: стучаться в мундире офицера императорской свиты ночью в двери петербургских архитекторов, передавая якобы повеление Николая I явиться наутро во дворец в связи с тем, что Исаакиевский собор провалился? Его величество были весьма этой шуткой недовольны...
           Из дружеской переписки Алексея Константиновича видно, что из этих домашних упражнений шутников «золотой молодёжи» той поры родилась ни много ни мало – пародийная комедия. Вся дружеская атмосфера Толстого и большой семьи Жемчужниковых была пронизана жизнерадостностью и неприятием косного, казённого, твёрдолобого. И как естественный итог: шутовство, и розыгрыш проявились в колоссальной фигуре Козьмы Пруткова. Но журнал «Современник», где «пробует перо» этот персонаж, – вполне официальный литературный рупор, а шалости прочно оккупируют этот серьёзный журнал прутковщиной!

           А что же А.К.Толстой после сногсшибательного полёта кометы Козьмы Пруткова на небосклоне литературы и драматургии?
           Он пишет исторические романы, драматическую трилогию, сатирические поэмы, проникновенные лирические стихи-новеллы («Средь шумного бала, случайно...», «То было раннею весной»). Он – член-корреспондент Петербургской Академии наук Он стал известным писателем и... отошёл от творческого трио. Похоже, Козьма Прутков постепенно становится ему неинтересным: главное сделано. Да и другие «родители» Пруткова стали иными: Алексей Жемчужников теперь чиновник, Владимир Жемчужников служит в министерстве путей сообщения... В. Жемчужников писал: «Козьма Прутков должен был умереть, потому что мы, три его присных или клевретов, проживали в разных местах и уже не были такими молодыми веселыми и соединялись воедино лишь изредка». Пруткову Толстой отдал много своих сил: более половины произведений Козьмы Пруткова, особенно в поздний период, – авторства А.К.Толстого.
           С пародийно-сатирическими целями Толстым и Жемчужниковыми было отлито кривое зеркало на всю литературу разом, на отношения читателя и писателя, театра и зрителя. И универсальный персонаж Пруткова был посмертно включён в пантеон русской литературы и... забыт.
           В начале XX века сатириконцы вытащили Пруткова из могилы забвения. Его стали ставить в Театре миниатюр и «Кривом зеркале». Реакция последовала незамедлительно: симптомы оказались характерными и через полвека, а чиновники такими же, как при «беспросветном царизме». Прутков вернулся к читателю только в конце XX века, а уже в XXI идет на сцене Театра Ермоловой та самая «Фантазия»...
           А что для нас такого в персонаже Пруткова?
           Я отлично знаю отношение более-менее маститых литераторов к тем, кто пишет хуже. К сожалению, «борьба с «графоманством» выплёскивается за пределы литературного поля и становится чем-то похожим на борьбу с неграми за свою свободу. Как это нужно делать правильно – блестяще продемонстрировали граф Толстой и Жемчужниковы. Борьба должна вестись только литературными средствами, а не заклинаниями и плевками. «Бросая в воду камешки, смотри на круги, ими образуемые; иначе такое бросание будет пустою забавою».
           Что ещё? При всей значимости творческих находок А.К Толстого в литературе и драматургии, первыми на ум мне почему-то приходят произведения Пруткова. Наверное, это и есть то необходимое и достаточное, ради чего и творил русский классик. Всё остальное – существенно дополняет созданное им, но не заслоняет главного. В общем, «смотри в корень!»*

Сетябрь, 2017

Использована статья «Козьма Прутков и комедия в русской литературе» Елены Пенской.
-----------------------------------------------
* Авторство фразы «Зри в корень» приписывается К. Пруткову ошибочно. В «Плодах раздумья» – фраза «Смотри в корень». Это у А.С.Шишкова одна из глав «Славянорусского корнеслова» называется «Зри в корень: сын всегда говорит языком отца».


Рецензии