Рассказ седьмой о выпытанных тайнах

Подземелья Тёмного замка сами по себе были неспокойным местом. Но нынче там стало страшнее и опаснее, чем было хотя бы вчера. В пыточной всё гремело и падало – идеального порядка, который был наведён нервной рукой новоявленного дворецкого уже не было. Потому что хозяйка этой комнаты решила навести свой порядок.
 Алекто была в ярости – она даже плакала. Не столько из-за обстановки, сколько от того, что её любимое место в замке теперь было… осквернено. И самое страшное – ей это понравилось. Нет, так не должно было произойти – это всё надо уничтожить! Место её оскорбления! И она достала свою девятихвостку.
  Мегера же предпочитала смотреть на развлечение своей сестры со стороны – из-за запертой звери через укреплённую решётку. Её это пугало – от своей сестрёнки она не очень этого ожидала. Та ломала пыточные инструменты только когда была в ярости, но… Так, теперь она и до дыбы добралась. Жаль – хорошая была.
- Мегера! – раздалось сзади.
 Тюремщица обернулась.
- Ох, слава нашей матери, ты здесь! – сказала она жнецу. Тот быстро шёл к ней, закинув косу на плечо.
- Чего такое случилось? В камерах, как никогда тихо! А парочка даже спросила меня, в чём дело! Всё подземелье на взводе! Что такое? -  Тан тоже выглядел обеспокоенным.
- Сестра бесится, не знаю, почему! А попробовала узнать – чуть не получила плетью по лицу.
- Ого! Что на неё нашло?
- Не знаю, братишка. Но хорошо, что ты пришёл. Я одна её не усмирю.
- Ээээ…
 Жнец отодвинул сестру от двери и внимательно присмотрелся к доскам. Те грохнули, а потом снова затихли. Кто-то злобно взвизгнул и ругнулся.
- Ого, ногой врезала! Вырваться хочет!
- Ага.
- А она не может выйти?
- Как видишь, эта штука достаточно прочная, и я ещё её заперла, - она поиграла связкой ключей в руке.
- Ну, и что будем делать?
- Как что – успокаивать по-семейному.
- А это как?
- Это ты у себя спроси! Желаю удачи? Желаю удачи!
 За весёлым семейным разговором, Тан не заметил, как Мегера открыла замок, подставила ему подножку и подтолкнула в пыточную.
- Позови, когда закончите! – и она снова закрыла дверь. Как хорошо, что у них есть старший брат, на которого можно положиться!
***
 Вагон уютно покачивался из стороны в сторону. За окном капал дождь, но здесь было тепло, сухо и уютно. Порфирий почти успокоился, а Хель довольно расслабилась. Им обоим нужен был отдых – весёлый поход на лобное место завершился успешно.
- Чаёк будете, ребята? – Харон дружелюбно щёлкнул челюстью.
- Да, давай. А кофе нет?
- Да какой тебе кофе! Ты и так бодрячком!
- Твоя правда. Давай чай, только с лимоном!
- А тебе, дружок?
- Лёд, пожалуйста.
- О! Кровь со льдом?
- Нет, нет просто льда. В грелке. Пожалуйста.
- А, это мы сейчас организуем!
 Поймав поезд лежачим способом, Хель и Порфирий переводили дух, отлёживаясь на сидениях. Хель – на спине, Порфирий – на животе.
- До сих пор болит? – спросила девушка.
- Да.
- Ну, тебя хоть не обезглавили!
- И то хорошо.
- Ага, хорошо…
 Девушка закинула руки за голову и откинулась. Эх, она устала! Но дуэль была знатной! Так и не терпится девчонкам рассказать! Но, незаконченное дело мешало ей до конца насладиться победой и приобретением  нового друга.
- Так, ладно, что мы имеем? Что же ты там такое раздобыл в подвале? – недовольно спросила она.
- Если честно, то много всего интересного. Даже то, что я не ожидал так увидеть.
- Да, и что же?
- Это… Это можно обсудить попозже и это не имеет к делу никакого отношения!
 Женское чутьё не подвело великаншу. Что-то Порфирий темнит – он определенно снова засунул свой любопытный нос куда не надо.
- Слишком нервничаешь. Личное?
- Нет.
 Хель привстала и пристально посмотрела в его глаза.
- Это личное. Рататоск касается?
 Порфирий не ответил. Но грустный взгляд с неприкрытой мольбой сразу осёк любопытство девушки.
- Ладно, тогда и правда позже. Когда, ну… Ты сам разберёшься в своих… чувствах, что-ли? Эй, ну ты что?
 Порфирий вытер скулу.
- Не плачь.
- Прости, я… Я выяснил куда нам нужно ехать! – он резко поменял тему разговора. - Где здесь место, под названием Тартар? Нам надо туда!
 Звяк! На пол полетел поднос с чаем и кровью. Однако, Порфирий изловчился и успел перехватить кружки в полёте и те не разбились.
- Ох, дети, а зачем вам туда нужно? – спросил Харон, снимая грелку у себя с черепа.
- Там находится наш подозреваемый – и его надо допросить. Девятая штольня, третий колодец, под седьмым проходом налево.
- Нет, туда не ездим, - забеспокоился проводник.
- Я знаю, что там опасно, но!.. – начал протестовать вампир.
- Какие могут быть «но» если мы говорим о Тартаре?
- Это приказ короля! Я должен его выполнить!
- Мальчик, ты не понимаешь…
- Чего я не понимаю?
- Если ты туда зайдёшь, то оттуда ты уже не выйдешь.
- Вставайте оба, давай сюда кружки и немедленно говорите, в чём дело, - рассердилась Хель. – Мне это всё нравится меньше и меньше! Сейчас мы все успокоимся, выпьем чаю, и поговорим об этом! И все заткнулись!
***
 В книге, презентованной Госпожой, было весьма завуалировано рассказано о том, что такое Тартар. Это было не очень популярным и хорошим местом, как понял дворецкий.
 А из рассказа проводника, он понял, насколько сильно он ошибался по этому поводу. То, что было описано в книге, было милой сказочкой, по сравнению с тем, что там было в реальности.
 Вечная тьма, бесконечный лабиринт в толще гор, и обречённые, без надежды выйти на свободу и увидеть мрачные небеса Туманного мира. Если тебя отправили туда в каменоломни, то считай, что тебе повезло – есть ещё шанс, что ты выйдешь оттуда. А уж если король изволил назначить тебе срок – то ты вообще на каникулах.
 Самые глубокие штольни как раз для «элитных» заключённых – королей, богачей, опальных слуг богов.
 Харон рассказывал, а Порфирий в это время тихонько жался под одеялом, которое с верхней полки спустил ему проводник. Осознание того, что он мог очутиться в местной тюрьме для аристократов, заставляло его нутро сжиматься в холодный комок.
- Чёрт, жёстко, - сказала наконец Хель, облокачиваясь на стол. – Ну… Если мы от короля, то… Нам туда можно войти и выйти, если мы знаем куда нам идти, верно?
- Да! Так что… Эй, ребята! Не бойтесь вы так! Его вы такие кислые?
- Чай у тебя кислый! – огрызнулась девушка и с гневом посмотрела в окно.
 Дело оказалось куда серьёзнее, чем она рассчитывала. Ничего, она справится. Вон, и Порфирий рвётся в бой. Или это он дрожит под одеялом? А, нет, перестал!
 Девушка начала царапать чёрную резину обода окна. Она нервничала. Но не совсем по поводу Тартара. Её волновало то, что она скоро встретиться с отцом своего парня.
 Кажется, они торопят события. Они же только-только начали встречаться. И тут уже – с родителями знакомиться! Неудивительно, что он уже стал жнецом. У него папа – начальник тюрьмы!
 Хель хмыкнула, мигом допила чай и, завернувшись в одеяло, задремала. Бой на башне её вымотал.
 А Порфирий уже давно заснул. Страшная сказка про весёлое место, куда его отправил король, быстро усыпила его.
***
 Хотя дверь и была заперта, Мегера всё равно держала её снаружи и подпирала её изо всех сил. Изнутри грохотало, звенело, рычало и кричало. А потом всё затихло. Потом снова вскрикнуло, и в дверь воткнулся кусок косы.
 И снова всё затихло.
- Так, - Мегера смотрела на острую железяку перед своим носом. – Наверное, пора.
 Откинувшись, она негнущимися пальцами отперла дверь и зашла внутрь. И поняла, что им пора искать другую пыточную.
 Дыба была разорвана на четыре части, одна из которых оказалась забита в камин. Пыточные инструменты торчали из каменных стен с погнутыми рукоятками. По полу тут и там лежали угли из камина, вперемешку с золой. Девятихвостка сиротливо лежала рядом с жаровней. Посреди всего этого хаотического великолепия на полу  сидели Тан и Алекто. Дознавательница ревела ему в голое плечо – почему-то жнец был полураздетым.
 Часть его одежды попала под девятихвостку – футболка разлетелась на тряпочки, а брюки теперь  были по последней молодёжной моде – почти все из дырок. Ошалевший жнец двумя трясущимися мускулистыми руками обнимал свою сестрёнку и что-то бормотал. Бандана сползла ему на левый глаз, и теперь он походил на пирата, попавшего в кораблекрушение.
- Он!.. Меня!.. Не любит!.. – причитала Алекто, продолжая тыкаться лицом в плечо Тана. – Ну конечно, меня никто такую не полюбит!
- Тихо, тихо, сестрёнка, - тихо шептал он в ответ. И параллельно пытался понять – он ещё целый или нет?
- У него есть вот! Эта! Оборотень! – она шмыгнула носом. - Милая, красивая, добрая! Все таких любят! Не то, что я! С собачьей мордой!
- У тебя не собачья морда, ты красивая…
- Нет! Не ври! Гад! Убью!
- Не надо, не надо, - и он крепко обнял её.
- Ну, как успехи? – Мегера подошла поближе. 
- Переменны, - ответил ей Тан.
- В смысле?
- В том, что, по крайней мере, здесь она уже точно ничего не сломает.
- Ну и то хорошо.
 Алекто повернулась и злобно посмотрела на сестру.
- Да что ты понимаешь!
- Да как же тебя понять, когда ты ничего не объясняешь! Психовать начала и!..
- Она не просто так начала, - вздохнул жнец. – Тут дело серьёзное.
- До мерзости серьёзное!
***
- Что он с тобой сделал, что ты в него влюбилась?
- Не знаю! Понятия не имею! Он - дохляк! И слабак! И трус! Он постоянно издевается надо мной! И обзывает! И!..
- Как он это делает? – сердитым голосом спросил Тан.
***
 Ответ вызвал у жнеца бурю эмоций – и по отношению к Порфирию, и по отношению к сестре, и по поводу того, что его зря раздели. Только он их не показал.
- Сестра у тебя с головой всё точно в порядке? – спросил он помягче.
- Отстань!
- Знаешь, называть девушку «леди», помогать ей убираться в пыточной и не особо возражать и вырываться, когда тебя ведут пытать… По-твоему, он с тобой так флиртовал?
- Да, - последовал железный ответ.
- Ты уверена?
- А что это такое, как не?.. Он ко мне подкатывал!
- Да не. Это была простая вежливость. Он просто не такой дубина, как я, в плане этикета, - попытался смягчить обстановку жнец.
 И это сработало.
- Да, ты уж и правда – дубина стоеросовая, братишка, - ответила Алекто более спокойным голосом.
- Ну, это ты… Слишком преувеличиваешь! – слегка улыбнулся жнец.
«А вот и нет, мой мальчик-зайчик!» - прозвучал ехидный голос в голове парня.
- Госпожа Туман? – нервно вскрикнул он.
 И еле увернулся от удара кулаком.
- ТЫ ЧЕГО ОРЁШЬ МНЕ НА УХО?! – заорала на него Алекто.
- САМА НЕ ОРИ! СО МНОЙ ГОСПОЖА ГОВОРИТ! – не выдержал жнец.
- А, ладно, - махнула рукой дознавательница и встала, опрокинув братишку на пол.
«Какие милые семейные отношения! Сразу видно, что вы любите друг друга!»
- Да уж, эта любовь меня в могилу сведёт! А ещё мне холодно, – ворчал жнец, лёжа голой спиной на каменном полу.
«Ну раз уж так, то… Не пора ли тебе навестить своего драгоценного папочку?»
- НЕТ! – рявкнул Тан и резко сел. – НЕТ!
«А жаль. Ведь там, где он заседает и сидит тот, кто виноват во всём этом безобразии с големом. Да и девушка твоя там! Ну, что-то заболталась я с тобой, пора мне!»
 Жнец покраснел от злости. Бедро и синяки ещё немного ныли после того инцидента. Уж очень он хотел поговорить наедине с тем, кто заварил всю эту кашу. Но…
 Проблема в том, что он очень не хотел видеть своего отца. Причины были и серьёзные – и его сестрёнки притихли, потому что поняли причину мрачного настроения брата.
- Что такое? – спросила Мегера.
- К бате мне надо, - злобно выдохнул жнец, пряча глаза.
 Молчание.
- Зачем? – выдохнула тюремщица.
- Надо. Там, ну, сидит тот, виноватый. И... Короче, туда мне нужно! Всё! Я сказал! – он хлопнул по коленкам и встал. – Я пошёл! Точнее, полетел! И!..
 Тут он осмотрел себя, обломки на полу, клочки чёрной футболки и замер.
- И… У меня сейчас есть маленькая проблема, - сказал он изменившимся голосом.
***
 Две сестры посмотрели на своего брата в недоумении. Но драгоценные семейные узы не позволяли им промолчать.
- Ну чего? Лети, если нужно! – подёрнула плечами Мегера.
- Ага. В таком виде. Без косы.
- А что? – поддержала её Алекто.
- А ничего! Даже у меня есть!..
- Стыд? Стыдно в таком виде, да? Тебе стыдится нечего – ты отлично выглядишь!
- Это я знаю, но… К отцу на ковёр и перед Хель, без косы – несолидно, как то! Да и…
- Полуголым, да?
- И, кроме того, там снова дождь. Да и королю не понравится, если я полечу туда вот так. Дресскод, всё-таки.
- Ладно, поищем тебе, что-нибудь.
- А разве здесь ещё что-нибудь целое осталось? – удивился жнец.
- Ты не поверишь, какими запасливыми могут быть тюремщики!
- И дознаватели!
- Вдруг что-то сломается!
- Или не будет хватать кандалов!
- Подожди, мы скоро, братик! – и обе девушки вышли из пыточной.
 Жнец сложил руки на груди и стал ходить взад-вперёд по комнате. Мысли путались и самые неприятные из них так и лезли в голову. И напоминали ему о том, что он был очень нежеланным и нелюбимым ребёнком. И что его постоянно сравнивали с братом-близнецом. И только Аид смог найти ему место при себе. Да и…
 Ну и что там говорить – мысли о куче братьев и сестёр, которые росли, как трава в поле, без присмотра отца и матери. И поэтому они сами научились заботиться о себе и друг о друге. А потом и разбрелись куда угодно – и не найдёшь их нигде.
 Кстати о сестрах. Вот они и вернулись.
***
 В руках у Мегеры блестела здоровенная коса с древком, перетянутым кожаными ремнями с большой кожаной петлёй, чтобы можно было закидывать косу на плечо. Клинок в два раза длиннее и шире обычного, загибался острым крюком, на лезвии темнел желобок, а обух был утяжелён металлической пластиной с шипами.
- Вот это зверь, - выдохнул Тан. – Это мне?
- Ага. Мы знаем, что ты подарки не любишь, но… Специально для тебя заказывали у одного родственника.
- А, у Гефеста, что ли?
- Ну да.
 Он взвесил оружие в руке, подбросил, вытащил из потолка, снова кинул, сбил ей уцелевший светильник на стене и поймал отрикошетивший подарок.
- Мне нравится! Она страшная! И тяжёлая! И в моём стиле! Спасибо, сестрёнки!
- Мы знали, что тебе понравится.
- А теперь – одежда, - Алекто встряхнула кусок чёрной ткани у себя на руках.
 Та вспылила, и из неё выбежали несколько пауков, а потом выпал крысиный скелет.
- Это… что?
- А сам смотри!
  Алекто расправила в руках ткань, которая оказалась, на проверку, балахоном, причём порванным до состояния плаща, причём сильно поношенного плаща. Рукава срезаны по локоть, а то что осталось, лохмотьями свисало вниз. Торс балахона выглядел не лучше. Всю эту красоту подпоясывала чёрная верёвка, а венчал всё это – капюшон, похожий на колпачок гнома.
- Это! Что! – с придыханием повторил он.
- Одежда! Одевай!- и она кинула ткань.
- Рванина! – рыкнул из-под балахона жнец.
- Как раз для тебя!
- Это вот так вы меня любите, да?
- Всё для тебя, братишка!
 Тан хмыкнул и стал натягивать на себя рваную тряпку. Наконец, ему это удалось – он никак не мог понять, куда надо совать руки. Теперь, дело осталось за головой.
 В капюшон она отказывалась пролезать. Что-то ей мешало. Такое холодное, круглое, на ощупь. Похоже на череп.
- Да что за!.. – чуть не ругнулся жнец, окончательно запутавшись в накидке.
 С его макушки раздалось знакомое щёлканье. Жнец замер.
- Номер 10? – спросил он.
 Положительное щёлканье.
 Тан вздохнул, завёл руку за голову и как следует наподдал по капюшону сзади. Череп Номера 10 пробкой вылетел оттуда и, ловко перевернувшись, приземлился на руки Мегере.
- Ты здесь откуда взялся? – недоумевал жнец, наконец, вставляя голову в воротник.
 Череп прощёлкал фразу, что-то вроде: «Было скучно!»
- А где всё остальное от тебя?
«Принцессы».
- А. Окей.
 Череп умоляюще посмотрел на жнеца – тот уже взвешивал в руке здоровенную косу.
- Чего тебе?
 Щенячий черепастый взгляд.
- Со мной хочешь?
 Череп, как мог, кивнул.
- Ладно, давай сюда.
 Номер 10 подпрыгнул и Тан подхватил его. Кое-как подобрав ошмётки на левом плече, он закрепил череп там. Номер 10 держал зубами ткань и выглядел очень важно. Он гордился собой. Не каждый череп и скелет имеет права помогать самому Мрачному жнецу! Тот факт, что другие скелеты в страхе разбегались от Тана, его не особо волновал.
- Ну-ка дай на тебе посмотреть, братишка! – в один голос сказали девушки.
 Парень закинул косу на плечо и принял грозный вид.
- Как звезда!
- Смерти!
- Грозно!
- Страшно!
- Настоящий ужас, летящий на крыльях ночи!
 Тан, хлопнув себя по лбу и обернулся назад. В накидке появилось ещё две дырки – широкие чёрные крылья, как у ворона - падальщика, раскрылись у него за спиной.
- Не пора ли тебе пора? – спросила Мегера.
- Да уже. Ой, давно! – Тан рванул к двери. И застрял в ней.
- Эх, пришла пора подрезать тебе крылышки, - хмыкнула Алекто, снова взвешивая в руке девятихвостку.
***
 В комнате принцесс было весело. В большом ящике лежала блестящая бумага, сложенные свечи, пахло хвоей. Девочки хихикали и занимались очень ответственным делом.
- Макария, а куда все делись?
- По делам ушли.
- А по каким?
- Важным! Мне папа сказал!
- А, ты к папе ходила?
- Ну да. Он сказал, что Порфирий и Хель может сегодня не вернутся, а если вернутся – то очень поздно.
- Ну… А я так хотела, чтобы они с нами отпраздновали…
- Я тоже, Мелания… Ну ладно! Давай вон ту гирлянду! Мы должны успеть всё сделать к их приходу!
 Девочки-принцессы бегали вокруг туловища Номера 10 и украшали его как новогоднюю ёлку. На рёбрах висели игрушки и мохнатая мишура. Цербер весело тявкал и бегал вокруг своих маленьких хозяек, постоянно застревая лапами в блестящем дождике. На него было надето сразу три новогодних праздничных колпачка.
 Несмотря на вечно плохую погоду за окном, девочки решили устроить себе и остальным праздник. Они принцессы и имели на это полное право.


Рецензии