Глава 10. Две недели

- Как же давно всё это было, - думала Юля, закрывая окна на веранде. Уже почти стемнело, а дачный посёлок накрывала грозовая туча. Шумела листва на кустах сирени, погромыхивал гром, изредка сверкала молния – то сиреневая, то розовая, а то слепяще белая…
Юля поднялась к себе в спальню прилегла, укрывшись пледом, и моментально провалилась в сон.
Ей снился Лёшка, обсыпанный сахарной пудрой, бабуля с колясочной зелени, и доктор, грозивший пальцем – надо просто жить! Киш-миш, как сказал бы папа.
Но тут над всем посёлком раскатился эхом очередной раскат грома, Юля вздрогнула и  поняла, что давно уже не спит, а просто подсознание подкидывает эти страшные воспоминания. Жалит, как шершень из разворошённого палкой гнезда в дупле старого дуба, который рос недалеко от старой дачи.
Где-то далеко ворчал гром. Предыдущий день был жарким, и ночь собрала облака в грозовую тучу.
Она очень боялась грозы. Даже в московской квартире поскорее закрывала все окна-форточки и выключала телевизор и компьютер. Гром заворчал ближе, и Юлька уже собралась встать и закрыть окна, но предыдущий день, проводы Гули и разговор с Николаем так утомили её, что не хватило сил подняться. Незаметно она всё же уснула.
Ей снилась старая беседка на проданной даче. Ярко светило солнце, но в один момент небо заволокло тучами, стало темнеть, и поднялся сильный ветер. Девушка хотела убежать в дом, но увидела, что беседка её стоит в чистом поле. Молнии сверкали одна за другой. Раскаты грома были похожи на какой-то странный тяжёлый топот. Вдруг крыша беседки поднялась, и Юля увидела это страшное лицо старой гадалки. В эту щель влетела шаровая молния, стала крутиться над столом. Раздался громкий хлопок, потом треск, и молния взорвалась, осветив всё вокруг неестественным сиреневым светом.
Сразу же утих ветер, рассеялись грозовые тучи. И Юлька увидела на столе мятую мокрую бумажку. Она аккуратно взяла её в руки и прочитала – ДВЕ НЕДЕЛИ. В тот же момент бумага вспыхнула у неё в руках и рассыпала в пепел. И снова послышались раскаты грома…
Юлька, наконец-то, проснулась и села на диване. Сердце стучало, словно хотело выскочить из груди. За окном бушевала гроза, хлопали створки окна. Она протянула руку и закрыла наглухо окно. Гром  стал тише, но так сверкало, что и настольную лампу Юля не стала включать. Дождь стучал в окно почти до самого рассвета.
Она повернулась лицом к спинке дивана и накрылась с головой пледом, чтобы не видеть, как сверкает молния.
До утра она так и не уснула. Воспоминания не давали ей покоя. Она просто лежала с закрытыми глазами. Ей было, о чём вспомнить.
Она  давно  уже  перестала  ходить  в  какие-нибудь  компании. Излишнее  внимание  чужих  мужей  только  подчёркивало  её  одиночество.  Она  танцевала,   смеялась, рассказывала что-то о  своих  путешествиях.  Но  приходила  домой  и  каждый  раз  впадала  в  истерику.  Холодная  и  пустая  кровать  издевалась  над  ней.  Она  уж  и  матрас  себе  купила  водяной  новомодный  с подогревом,  результат  был  нулевой.  Ей  было нужно  другое  тепло.
Юлька  понимала,   что  с  ней  что-то  не  то. Никакие  массажи,  таблетки  и  психоаналитики  не  помогут,  пока  не к кому  прижаться  ночью. 
И  она  возненавидела  ночи.  Оттягивая  момент,  она  старалась  найти  себе  какое-нибудь  занятие. Потом  глотала  таблетку и проваливалась  в  ночь  безо  всяких  сновидений,  чтобы  утром снова  стать весёлой и независимой  деловой  женщиной  без  всяких  проблем.  Да  ей  и  не  верил  никто,  что она совершенно  одинока. 
Хотя, именно  такие  женщины  и  бывают  одиноки.
Звонок будильника прервал эти воспоминания. Она вздрогнула и открыла глаза. Повернувшись на другой бок, Юлька увидела, что среди осколков чашки, которую она выронила из рук, лежит роза. Собственно не роза, а наполовину раскрывшийся бутон. Девушка наклонилась и аккуратно взяла его в руки, поднесла к губам и нежно поцеловала, решив, что  старуха гадалка прислала ей весточку от Лёшки.

Две недели она ходила, как кошка, у которой отняли котят. Делала всё машинально, почти ничего не ела. Только пила чай иногда. А чашку так и не мыла, просто ставила на стол в кухне.
Строители закончили работу, она расплатилась с ними. И всё-таки попросила их построить ещё и беседку, нарисовала, какой была та, сломанная ею беседка на старой даче. Денег за беседку они с нёё не взяли. Бригадир заметил, что с ней что-то не так, спросил, не надо ли чем помочь. Она отрицательно покачала головой
Потом выбирала и покупала мебель. Она давно уже решила перебраться из города в новый загородный дом.
Дни мелькали один за другим, вечером она валилась с ног и без всяких сновидений проваливалась в сон. И эти две недели подходили к концу…
И наступила суббота.

День  был  пасмурный  и  очень  душный.  По  горизонту  бродили  фиолетовые  тучи. Июнь выдался жаркий и грозовой. Иногда  издалека  раздавалось  урчание  грома,  усиливался  ветер,  но  долгожданного  дождя  для  избавления  от  духоты  и  пыли  всё  не  было.
Нежнейшая  сирень  всевозможных  оттенков,  посаженная  по  периметру вокруг  дома, поникла  от  предгрозовой  духоты,  но  от  этого  запах  её  только  усилился.  Он  заполнил  всё  комнаты  дачи,  всё  пространство  вокруг  дома. Запах  стал как  будто  бы   концентрированным.  Он  терзал  душу,  приводил  её в состояние  полного  изнеможения  от  того  возбуждения  и  ожидания,  которое  вполне  могло  закончиться  чем-то  наподобие  смерча  или  урагана. 
Она  подсознательно  чувствовала, что  сегодня должно  что-то  случиться,  это  тревожило её,  потому  что  ритм  её  жизни,  пусть  и  совершенно  одинокой,  был  настолько  отлажен,  что  она  боялась  любых  перемен. Да  и  сколько  раз  уже  точно такие же  предчувствия  её  обманывали!
 Прошло  уже  две  недели  со  дня  их  нечаянной  встречи. Он не  появлялся.   Она  сознательно  исключила  возможность встречи,  отказав  в  визитке  и  оставив  барменше  контрамарку. Но  прекрасно  понимала,  что  тот,  кто захочет  её  найти,  найдёт...   Она  лгала самой себе,  что  не  ждёт  его. 
 


Рецензии
Хорошо написано, Ирен! По нарастающей, в унисон с надвигающейся грозой. Есть пара моментов спорных, скажем так. Вот глянь, если интересно:
"...она ощутила необыкновенную лёгкость, представив себя, освободившейся от преследующего её кошмара женского одиночества" - это понятно. Но затем идет:
"Одинокой же, по сути, она не была никогда. Не было недостатка в комплиментах, внимании со стороны мужчин. Но всё они почти сразу ставили её на ту ступень, где внимание и комплименты относятся к её уму, деловым качествам, талантам… Собственно женщина в ней их, мужиков, не интересовала". Нет, нет и нет! Мужская природа такова, что сначала - женственность, потом все остальное! Против Природы не попрешь...
Слоники на картинке замечательные! Где ты их раскопала только - не помню, чтобы с узорами их делали, обычно они просто фарфорово-матовые были...

Михаил Танин   11.07.2017 23:40     Заявить о нарушении
Мерси. Замечания учту. Но есть ведь ещё понятие - одиночество в толпе....

А слоники! Кто ищет, тот всегда найдёт.

С теплом,
Ирен

Рута Юрис   12.07.2017 09:00   Заявить о нарушении
От це дiло! Це гарно! Совсем другой коленкор - связка от мело- к драме гораздо правильнее получилась и по-мудрому все на свои места уставилось... Молодца!

Михаил Танин   12.07.2017 22:40   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.