Былое. Галка-нахалка...

                ГАЛКА-НАХАЛКА…

    – Галка, опять ты всё подъела? Вот пылесос! Смотри, растолстеешь, с лесов свалишься или нас к праотцам отправишь – обрушишь! – девки гоготали, утираясь влажными косынками – жара нынче выдалась несусветная.
    – Пссс, да вас и краном с лесов не свалишь, – полыхнув нагловатым голубым глазом, Галина нарочито медленно подбирала хлебом огуречный сок со сметаной в алюминиевой миске. – Ммм, удался нынче салатик…
    – Нахалка братеевская! Вчера морс клубничный выдула… – пихали тощую товарку в рёбра, хохоча. – Куда в тебя всё девается?..
    – Сгорает, не доходя!
    – Не в коня корм! Как у утки – съела и на вылет…
    Москва, стройка, обеденный перерыв, конец шестидесятых.
    – Ой, Галь, кажись твой… Мы испаряемся…
    Иван, Галин муж, показался на углу бытовки. Подошла, заговорила, но видно, не вышло беседы. Вернулась сама не своя, глаза на мокром месте. Девчонки сочувственно завздыхали: «Опять, ирод, настроение ей спортил…»
    Так и было: суров, неласков, скуп и глуп он был. Галя и сама была не рада, да на замужестве настояла мачеха – хотела поскорее сбыть с рук нелюбу, освободить квартиру для своих детей. Расписали быстро, когда вышли из ЗАГСа, пошли в разные стороны – Галка не могла совладать с отвращением к жениху: потасканный, с залысинами, невзрачный, одна заслуга – высокий рост да ладное тело. Сошлись позже, когда Иван снял комнату, сумел уговорить строптивицу попытаться жить семьей, мол, женатому доверия больше, можно на повышение рассчитывать. Получилось. Три года жили в относительном покое, получили квартиру однокомнатную, начали обживаться. А потом, став небольшим начальником на стройке, Иван загулял. Потерпев пять лет, взбунтовалась. Развод, скандал, ругань в отцовском доме – бабка, мать отца, не хотела принимать внучку «с довеском». Случай помог – пошла бабка Груня полоскать бельё на Москва-реку, да и утопла. Видать, бельё за что-то зацепилось, стала спасать… Вечер, никто не видел, не помог. Так в деревенском доме Галина и поселилась с Валеркой, сыном.

    Шли годы. Валерий вырос, поднимался второй брат – Галя сходилась с Иваном, да так и не сжилась, остался второй сын, Сашок. Мальчишки, любя мать, помогали во всём, даже бельё сами стирали и полоскали, огород на них был. А Галька опять пошла на стройку, в мобильные бригады, ремонтировать квартиры – калым там шёл приличный, хватало на жизнь. Всё наладилось, только не было женского счастья. Оно где-то заплутало…
    Но, как говорится, оно и на печке найдёт, если по судьбе дадено. Вот и Галю нашло. Случайно.

    Сашок нечаянно обляпал грязью незнакомцу светлый плащ – разогнался на велике и с ходу в лужищу въехал, окатив людей возле магазина братеевского. Все свои – поругали незлобиво. А один чужак не спустил – за ухо пацана взял да и привёл домой, вытребовав адрес. Его встретил старший, Валера, уж под два метра тогда вымахал, армия была на носу. Скандал быстро замял, попросту сняв с человека испачканную вещь.
    – Посидите, пожалуйста. Сашик, покорми гостя, чаем напои. Я к Степановне.
    Метнулся к соседке через дорогу, с ней быстро затёрли пятна, высушили утюгом – чисто.
    Пока возился у Степановны, домой вернулась с работы Галина. Так познакомились с Юрием. Отставник, военный пенсионер, в Москве недавно, вдов, дочь осталась во Владике – счастливо замужем.

    Через год родилась Светка – копия папа. Деревня долго гудела:
    – В её-то годы!
    – Не говори! Скоро Валерка бабкой сделает…
    – Парней бы своих постеснялась!
    А Галина расцвела! Даже полнота, что к сорока настигла, не смущала – летала, пела, сияла. Юрка оказался таким же светлым человеком – поддерживал и всё спрашивал, когда она решится выйти за него замуж? Стеснялась, отнекивалась…
    – Мам, тебе пора решать с этим вопросом. Возле остановки объявление висит, сносят нас скоро.
    Так Сашок поставил в затянувшемся споре точку.

    Дождались из армии Валерку – Морфлот обрадовался такому матросу. Сосватали ему невесту – Тосю Матвееву: высокая, кудрявая, со смешным курносым носиком. Только тогда, вздохнув, сдалась Галина – пошли и подали в ЗАГС заявление.
    – Слыхали? Про Гальку-то?
    – Нахалка! Такого мужика себе оторвала! А ведь он на шесть лет её моложе!
    – Ну, известно же: ни одна фря ещё своё счастье не упустила…
    – Так она свадьбу хочет настоящую! С фатой!
    – Ёпть… Невеста нашлась…
    – С тремя дитями…
    А Галка наплевала на все кривотолки: поехала с женихом в специализированный магазин и выбрала платье под ехидные смешки и косые взгляды юных новобрачных, недоуменно оглядывающихся на зрелую пару, придирчиво выбирающую аксессуары и постельное бельё.
    Справили свадьбу в кафе, с гостями и подарками. Даже куклу на «Волгу» прикрепили!
    – Галь… но куклу-то зачем?
    – Тонь, пойми. Хочу по-человечески выйти замуж. Первый раз свадьбы не было вовсе.
    Соседка только горестно кивнула, подумав о своём: «А у кого она тогда была-то?..»
    За тот год всё в семье Петровых резко поменялось: Валеру быстро расписали, выправив справку невесте, что она уже беременна (ей ещё не было восемнадцати), Саша окончил десятый, Светочка пошла в первый класс. А по весне следующего года все разъехались по своим квартирам: молодые не успели по сроку настоящей беременности, и получили однокомнатную, родители с Сашей и Светой въехали в трёхкомнатную, которую вскоре с доплатой разменяют, обеспечив Сашку своим жильём – однокомнатной квартиркой. Так получилось, что оказались в разных районах – отдалились невольно.
    Галина окунулась в радость материнства, растя долгожданную девочку.
    Валера с молодой женой и родившимся сыном зажил отдельно, но что-то расклеилось, закружилось в нехорошем вихре – стал пить и поднимать на жену руку. Всё закончилось быстро – выпал с седьмого этажа. Поговаривали, что спьяну вывалился, но экспертиза показала, что был трезв. Тося утверждала, что муж делал козырёк над балконом, видимо, сорвался. Она с сынишкой в тот момент была в детской поликлинике. Осталась вдовой в девятнадцать лет.
    Галина недолго горевала. Что-то в её душе так и не оттаяло, обида на первого мужа не ушла, не потому ли о сыне не убивалась? Или за маской Галки-нахалки укрылась, чтобы не показать истинную душу?
    Так ли, нет ли, но внука вскоре у Тоси заберёт со словами: «Живи с чистого листа. Без “довеска”. Навещай, но не забирай. Теперь он наш сын». Подумав, девушка согласится, выпрямив, наконец, согнутую неудачей и горем спину.
    С того дня всё пойдёт совсем другим путём: прямым, светлым, счастливым. Всё у них будет хорошо.

                Июнь, 2017 г.

                Фото из Интернета: Москва, 58-й год, пригород; работа журналистов журнала «Лайф».

                http://www.proza.ru/2014/02/12/1377


Рецензии
Как зарисовка штрихами, карандашный рисунок ... А жизнь идет

Убейсингха Патабедиги Ольга   18.06.2017 13:17     Заявить о нарушении
Так всегда получается, когда пишешь по воспоминаниям.
Спасибо, Ольга! Удачи и вдохновения!

Ирина Дыгас   18.06.2017 15:32   Заявить о нарушении