О брюках, кино и Чайковском

    На каждой прогулке я внимательно разглядываю все, что встречается на пути. Это деревья: молодые стройные с изящным изгибом веток, старые мощные, огромного роста, напоминающие былинных богатырей, собак разной породы, которые, почуяв, что я их люблю, проходя мимо, успевают лизнуть мою руку.  Разглядываю также различных птиц, бабочек, стрекоз. И, конечно, обращаю внимание на прохожих. Сегодня я обратила внимание на женскую одежду, такую разнообразную и смелую, особенно нижнюю часть, то есть брюки. И вспомнила о далеких 60 х годах прошлого века, когда я была студенткой Иркутского художественного училища. Тогда самые смелые девчонки начинали носить брюки, простенькие, самодельные. Проход по улицам сопровождался оскорбительными репликами пожилых людей, которые, конечно, не знали, что брюки уже в 19 веке носила  подруга Шопена. Я сделала брюки из шаровар, в которых ходила на физкультуру. Просто ушила по бокам. В них я и поехала в колхоз куда (святое дело!) нас отправляли каждую осень. Однажды даже пианисток из музыкального училища привезли на картошку. Родители их, переживая  о сохранности музыкальных пальцев, приезжали в поле на «Волгах», но ничего поделать не могли. Да и девчонки, испытав вольницу, уверяли, что руки они берегут, копают в перчатках. Колхоз был недалеко от Иркутска, мы иногда на автобусе ездили в город. Однажды кто-то узнал, что в кинотеатре «Гигант» будут показывать только что вышедший фильм-оперу «Иоланта». Конечно, мы решили посмотреть его. Несколько девчонок приехали в город вечером, купили билеты и с предвкушением прекрасного зрелища подошли к контролеру. И вдруг с ужасом услышали: «В брюках нельзя!» Кинотеатр этот, расположенный на главной улице, только что был перестроен на современный лад, и его работники были преисполнены гордости и ответственности за внешний вид зрителей. Мы растерялись, но решили все-таки вежливо просить впустить нас. Контролер не реагировала. Мы рассказали, что приехали специально из колхоза на один вечер и не успели переодеться, и вообще, очень любим  Чайковского, и, наконец, среди нас есть пианистка. Нас впустили в последнюю минуту. Подошла администратор и в порядке исключения разрешила посмотреть кино. Замечательная музыка, пение и красочность фильма заставили нас забыть об унижении. Сейчас я вспоминаю об этом с улыбкой.


Рецензии