Глава 3. Колхоз

 начало здесь http://www.proza.ru/2017/05/08/1131
   
ГЛАВА 3.  КОЛХОЗ

 В Советском Союзе сентябрь время сбора урожая корнеплодов, капусты. В этом месяце на заводах и фабриках, в проектных институтах заметно редели коллективы тружеников. Рабочих и инженеров отправляли на помощь колхозам собирать урожай. Ехать мало кто хотел, жить в походных условиях не меньше двух недель, но при этом,  получая среднюю зарплату, нравилось только молодым. Ну и, естественно, все первокурсники ВУЗов дружно отправлялись "на картошку". Нам повезло. Нас отправили "на морковку". Длиннющий барак в Любани мы делили с первокурсниками Театрального института. Бедных театралов поднимали на час раньше нас и мучили построением и зарядкой, нам же никакой зарядки не требовалось. Позавтракав, мы отправлялись на поле пешком. А еще театралы топали на обед туда и обратно, и возвращались на пару часов позже нас, так как нам вместо обеда привозили на поле бидоны с парным молоком и хлебом!  И Валечка Смирнова, стоя на телеге, разливала огромным половником тёплое молоко. И красавица лошадь разрешала потрепать себя по холке. Красота! Погода хорошая, добрая половина  первокурсников между собой знакома с двухгодичных подкурсов. Правда, там особой дружбы не наблюдалось, все мы были в какой-то степени конкуренты, а уж на экзаменах тем более. Получив студенческие, мы уже стали одной семьей.

    Курировал нас  молодой преподаватель. Звали его Борис Борисович Казаков. И была у него собачка, пёсик по имени Лахыр. Такая замечательная, лохматая, мне по пояс будет, азиатская овчарка. Ей бы отару сторожить. А она нас пасла. Пока мы сидим на ящиках, морковкам хвосты обрубаем, хрустим немытой, просто ножом поскобленной, витамины накапливаем на зиму, всё хорошо. А вот "в кустики, в лесок ", ни за что! И бегали мы от него! В общем, приходилось и Быр Быру бегать за нами, нас от Лахыра сторожить. "У Быр Быр был Лахыр".

  Вечером театралы устраивали костёр. Мы частенько к ним присоединялись.  Очень запомнился высокий мальчик, который без конца рассказывал одесские анекдоты, заикался страшно, и было непонятно, как он вообще поступил на актёрское отделение. У него случился лёгкий роман с нашей девочкой с «тканей».
Мальчика звали Серёжа.
   Вначале 80-х, увидев его в одном из спектаклей театра "Ленсовета", была приятно удивлена. Сергей Мигицко. Да, один из ведущих актеров театра. В рязановском  фильме "Андерсен. Жизнь без любви" он исполнил роль знаменитого сказочника... 

    Спали мы на топчанах, которые тянулись вдоль обеих сторон барака сплошными рядами. Здравка слева, справа оказалась девочка тоже из моей группы. Она звалась Татьяной. И поначалу мы очень настороженно отнеслись друг к другу. У меня особым кодом в то время был  Пастернак,  Теннеси Уильямс и  Гарсиа Лорка, и тот, кто их знал, становился "моим человеком". И вот в один из вечеров, у костра, когда я читала что-то из Пастернака, Таня продолжила. А потом продолжила и из Лорки.  Это был знак! А дальше всё закрутилось так, что и подачи делали, и живописали, и рисовали, и готовились к экзаменам, всё вместе.
 Ох, сколько гитар оказалось в нашем бараке. Играть по-настоящему умели не многие. Но для походных условий знать несколько примитивных аккордов не составляло труда, остальное делали голосом. Или хором голосов.
     Ира Медлинская пела:
И я была девушкой юной,
 Сама не припомню когда.
Я дочь молодого драгуна
 И этим родством я горда!"
     Самое удивительное, что у  моих однокурсников, оказывается не только у меня, этот романс связан только с Ирочкой Медлинской. Я, недавно посмотрев старый фильм, так была удивлена, что это поёт Татьяна Доронина, а не Ирочка. А сколько раз пришлось Ирке делать "голливудскую улыбку", чтобы я на простой "смене-8" запечатлела покадровую съёмку её потрясающей улыбки. (Это только у профессионалов были фотоаппараты с рапидной съёмкой) Сколько терпения проявили мы обе. Она в роли манекенщицы, которой нравится фотографироваться, и я, которой нравится снимать!

    Городские мальчики и девочки в деревне. Днём, отработав норму -- 20 ящиков "обесхвостенной" морковки на брата, мы, конечно, уставали, но молодость берёт свое. Вечера были отдыхом. Сидя на ступеньках входа, перебирая струны гитары, Саша Корзников пел "Я в весеннем лесу, пил берёзовый сок", а Саша Шишкин подыгрывал ему, песен Шишкина я, правда, не запомнила.
   Мальчики к костру театралов редко подсаживались, у них другая романтика. Ночь. На "слабо" пройти через кладбище и вернуться. Атеисты, а всё равно страшно.   Деревня. Ночь. Кладбище. 

 И, если с Таней мы долго приглядывались друг к другу, то со Здравкой подружились сразу, на каком-то тонком эмоционально-душевном уровне бросившись в объятия, да  с ней невозможно было не подружиться. Она хорошо говорила по-русски. Но с очень смешным акцентом. Делала ударения не там, и кивала головой, если не соглашалась, а при согласии говорила да, но головой мотала отрицательно, вот эти "да" и "нет" давались ей очень тяжело. В остальном проблем с языком не было. Она была открыта для всех. Для дружбы, любви, восторженная девочка. Да мы все были восторженные чудаки, счастливые первокурсники. Счастливые уже о того, что сбылась мечта обучаться любимому делу. Месяц в колхозе пролетел незаметно. Оправившиеся после экзаменационных передряг, выгулявшись на свежем воздухе и здоровой пище, мы были готовы приступить к занятиям.
А 30 сентября выпал снег. И наступила настоящая осень.  Здравствуй, альма Матер!




продолжение http://www.proza.ru/2017/05/14/39


Рецензии
Мы тоже убирали морковь, только в Парголово и на втором курсе. Нам тоже на поле привозили молоко и батоны. Количества молока на человека не помню, а батон выдавался один на двоих. И молоко было далеко не теплое.
Морковь, это не черноплодная рябина, которую мы убирали на первом курсе, и где уже через пару рядов от края посадки ветер практически не чувствовался. А морковь - поле, открытое всем ветрам. Вроде бы и день ясный, солнечный, и температура плюсовая, но за несколько часов до обеда на этом открытом ветру так продрогнешь, что холодного молока и даром не надо.
Поэтому уже на второй день работы в колхозе, мы знали - где в Парголово школа и когда её столовая заканчивает кормить октябрят и пионеров. 50 копеек за всё удовольствие и тебе - горячее первое, второе (в котором гарнира и подливы - немеряно!). Плюс, тот самый компот, который так любил лучший друг Шурика - Федя ("Надо, Федя, надо"...).
Кстати, про наше Парголово у меня есть небольшой рассказ из цикла "Старые фотографии" - http://www.proza.ru/2016/04/18/1713


Константин Кучер   05.06.2019 19:27     Заявить о нарушении
Спасибо за приглашение, Константин!
Обязательно загляну к вам.
С уважением и благодарностью, Эль

Эль Ка 3   05.06.2019 23:27   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.