Слово. Серия 1. Книга 2. Страна городов

СЛОВО. Серия 1. Книга 2.

Тетралогия: Тайна происхождения человечества

Русский язык, что в последние времена становится все более очевидным, является первоязыком планеты. Значит и Библия была первоначально написана на русском языке?
Да. И это подтверждается сегодня со все большей очевидностью. Так что языком Библии является наш родной древнейший на планете язык! Мы же являемся тем единственным народом, который избрал на служение Себе Бог — Творец этого прекрасного мира.


На обороте обложки:
«Заберите у народа его историю, и через сто лет он
превратится в стадо, а еще через сто лет им можно
будет управлять».
(Йозеф Геббельс)
«Кто проклянет свое прошлое, тот уже наш».


Страна городов

Язык и местность суть два светоча, которые озаряют первоначальную судьбу народа лучше, чем мертвые хроники событий нынешней жизни его» [480] (с. 81).

Язык Библии

Завершающим днем творения является шестой:
«И увидел Бог, что это хорошо» [Быт 1, 25].
То есть все было создано прекрасно, и ничто не предвещало начала каких-либо противоречий между Творцом и тварью.
«Адам мог не пасть, и первобытный чувственный мир был на это вполне рассчитан. Это был бы лучший, магистральный путь истории. Чувственный изменяемый, тонко тленный мир вполне мог быть доведен человеком до высокой и прекрасной цели — полного нетления и блаженства. В том, чтобы тонко тленное облеклось в совершенное нетление, мог принять участие и человек. Для этой цели он и был создан» [185] (с. 43).
Но после вкушения Адамом запретного яблока:
«…такая возможность рухнула» (там же).
И, как объясняет преп. Макарий Великий:
«…через него воцарилась смерть над всякою душою (Беседа 11)» [256] (с. 138).
А потому:
«История пошла не по гладкой и прямой дороге, а покатилась по крутой, тернистой, нисходящей тропе» [185] (с. 43).
То есть Адам вместе с яблоком, предложенным ему Евой, скушал ад, за что и прозван: ад ам. Прозван, понятно, на том еще языке, который был в начале. И раз мы понимаем — как выглядит заложенное в прозвище значение, то значит и этот древний язык не нашим, то есть славянорусским, быть не может. Но и дальнейшие события подтверждают именно наше отношение к первоязыку человечества, который представляет собой Слово, Которое и было в начале и Которое было — Бог. 
Запретный плод предложила Адаму съесть Ева. Потому с тех пор и именуется: Ие ва (Ие имеет значение Бога [напр. Ие го(ло)ва], а ва — на санскрите — вредить). Потому данное Еве прозвище следует расшифровывать так: навредившая Богу. Что и зафиксировано всей последующей историей человечества:
«Лишившись руководства своим господином — человеком, “земля” попала под временную власть диавола и демонов его.
Так оказалось, что прекрасный, сотворенный Богом мир, погрузился в состояние зла, где царствует вражда, ложь, беззакония, страдания, смерть…
Ныне, по слову апостола, “весь мир во зле лежит” [Ин 5, 19]. Вот почему данное земное бытие, несмотря на божественное происхождение, есть сущая тюрьма для человеческого духа, юдоль скорбей, тесноты, печали и мрака» [20] (с. 393).
Далее события развивались так: Каин убивает Авеля, после чего все человечество рискует стать окаянным, то есть состоять исключительно из потомков братоубийцы. Но вот какие события препятствуют этому:
«И познал Адам еще [Еву], жену свою, и она родила сына, и нарекла ему имя: Сиф, потому что [говорила она] Бог положил мне другое семя, вместо Авеля, которого убил Каин» [Быт 4, 25].
И нарекла она его, судя по данной фразе, именем Сев (Сева). Что соответствует смыслу вышеприведенного текста — звук в звук.
Но по тем временам люди жили по 800 лет. Давно поседевшего прародителя неокаявшегося человечества его многочисленному потомству продолжать именовать Севой было как-то не совсем удобно. Поэтому к нему приросло более подходящее его положению имя: Сиф (старослав. сивый: седой). И это прозвище выглядит наиболее естественным еще и потому, что в тот момент, когда Сиф получил свое прозвище, среди его потомства он был единственным, у кого волосы оказались поседевшими. А мы прекрасно знаем, какого уважения достигал человек на Святой Руси, когда волосы его покрывала седина. И эта традиция, судя по всему, появилась в среде нашего древнего народа со времен патриарха не запятнавших себя в грехе братоубийства людей — Сифа.
Так что и расшифровка этого древнего топонима выглядит совершенно естественной и понятной исключительно на том языке, который вручил Своему созданию его Создатель.
Затем человеческая история вновь подходит к катастрофе, к которой привязывается имя прародителя оставшегося после потопа человечества, на протяжении сотни лет строившего ковчег. Все проходящие мимо него люди говорили: Бога нет, Бога нет (но Ие, но Ие). Потому за ним и закрепилось имя Ной (после потопа — Сисутьрус).
Его старшего сына звали Иафет: Ие вед. То есть знающий (старослав.) Бога. Но и второй наследник у старика Сисутьруса был под стать первому. Потому о нем сказано:
«…благословен Господь Бог Симов…» [Быт 9, 26].
И если старший брат поименован знающим Бога, то следующий за ним, чей Господь Бог благословен, — с им. А потому и поименован: Сим.
Все логично и все по-русски. То есть на языке Бога Слова, на котором и ведется испокон века Русское богослужение.
Но и проклятый хамский род раскрывает свое значение в совершенной точности исключительно на нашем же языке. За безчестный поступок Хама страдает его сын Ханаан (Канаам), который поименован так за свою страсть к еде. А потому имеет расшифровку: хана ам — тарелка пустая — следует подложить добавки (это полная аналогия значения чайханы: чай хана — следует подлить). Причем, похоже, что и у самого Хама до произведенного имим безчестного поступка имя было Ханаан:
«…проклят Ханаан; раб рабов он будет у братьев своих» [Быт 9, 25].
То есть не у своих дядьев, но у братьев — у Сима и Иафета. Сам же Хам известн тем, что посмеялся над отцом ха-, когда папа несколько вином –ам. От того Ха-ам.
Следующим поворотным моментом в истории народа, на чьем языке писалась Библия, является рассказ о происхождении Иакова-Израиля. Вот как звучит эпизод его появления на свет:
«Первым вышел красный, весь, как кожа, косматый; и нарекли ему имя Исав. Потом вышел брат его, держась рукою своею за пяту Исава; и наречено ему имя Иаков» [Быт 25, 25–26].
Что значит это, на первый взгляд, ни о чем не говорящее слово ис ав?
Когда дети учатся говорить, то называют животных теми звуками, которые те издают. Собак, в частности, они обычно именуют: ав-ав (аналогично смыслу расшифровки вышеприведенного имени прародителя человечества, скушавшего ад: ам-ам). Вот и прозвище ребенка, лохматого, как пес, получилось все от того же корня. Он был в шутку поименован выходцем из ав (ис ав). То есть — из собак.
Иаков же, ухватившийся за пятку первенца, и никак не желавший отдавать брату первородства, а значит и наследования отцу, судя по всему, в шутку же, за свое неуемное желание стать во главе Богом жалованного рода, что было Святой Троицей обещано Аврааму, стал именоваться Ие кова (Ие – Божье, кова старослав.: жалованье). Но смысл этого детского прозвища воплотился в жизнь. А потому Божье жалованье, изначально предназначавшееся старшему брату, Исаву, вопреки всем законам того времени, досталось младшему — Иакову (Божье жалованье — это обещание Святой Троицы произойти вочеловечению Иисуса Христа, Сына Божия [Слова воплощенного], из рода Авраама).
А вот как, вкратце, выглядит расшифровка всех имен, связанных с родословной Израилевых колен. Все 21 из 21 имеют совершенно осмысленный перевод на тот язык, на котором мы и сейчас читаем «Отче наш…»:
1. Рувим: Ру (Слава)[дат.] вима (алтарь [старослав.]).
2. Симеон: с им и он (с первым и второй).
3. Левий: левый (плод надежды будущей любви).
4. Иуда: Ие уда (старослав. — член тела) — Божья уда.
5. Дан: дан (дан Богом).
6. Неффалим: не валим (непобедим [старослав.]).
7. Гад: година (термин, означающий рождение ребенка [старослав.]).
8. Асир: перевернутое и искаженное Руса (Благословенный).
9. Иссахар: ис сохи Ра (дань из Божьих закромов [старослав.]).
10. Завулон: зову лоно (пожелание любви мужа).
11. Иосиф: Ие Сиф (подразумевается: Божий сев).
12. Бенони: благие они (бе = бес; но — отрицание).
13. Вениамин: вено аминь (конец вену — брачному договору [старослав.]).
14. Ефрем: Ие врем [от того — евреи].
15. Манассия: манна сия.
16. Лия: ли я (ответ на вопрос: их ли [дочь]? Я — их [старослав. реч. оборот]).
17. Рахиль: Ра хиль (чахлое солнышко [старослав.]).
18. Ваала: ва аль (красный [старослав.] (кровавый) вредитель [санскр.])
19. Зелфа: зельва (черепаха [старослав.]).
20. Яков: Ие кова (жалованье [старослав.] — Богом жалованный).
21. Лаван: хозяин лавы (переправы [старослав.]).
 (подробно см.: [490] и http://www.proza.ru/2014/07/10/1009).
Имена практически всех центральных действующих лиц Библии оказались прозвищами, данными этим персонажам на нашем языке, древнейшем на земле.
Потому, после нами утвержденного, следует решить и еще одну задачу, связанную с принадлежностью русского этноса к библейскому языку. Ведь если мы с такой легкостью определили принадлежность практически всех прародителей Израилевых колен к нам, то и само имя воплотившегося посредством Иудина колена Бога — Иисуса Христа, просто обязано быть также с легкостью переводимым все на тот же язык — на наш. Так можно ли хотя бы попытаться осуществить такой перевод?
Оказывается, что можно: стоит лишь себе хорошенько уяснить, что все вышеизложенное не плод галлюцинации, требующей для доказательства своей безплодности лишь слегка ущипнуть себя за левый бочок, но реальное и единственно верное доказательство самой прямой причастности самого древнего на планете языка к самому древнему народу, чье происхождение с кивы. То есть с камня, к которому некогда и причалил во времена Всемирного потопа ковчег си суть Руса (греки Ноя называли Ксисутрус). Потому народ этот был поименован скифами, а главный его город, после переселения этого народа из Малой Азии (Малой России — Малороссии) на Русскую равнину — Киевом.
Итак, пробуем перевести на язык этого древнего народа (языка) имя посланного в мир Слова — Сына Творца.
Вот каким термином заклеймили наше Слово воплощенное Его распинатели — туземцы древнего Ханаана:
«…Ешуа, как по-еврейски имя Спасителя…» [58] (с. 305).
«Шуя» на ст. слав значит — левый. А «Е» — Ие (Например: Е-русалим — Ие-русалим). В смысле Бог. Что рассмотрено. То есть смысл перевода с этого их «еврейского» единственен: ие шуа — левый божок. Так распинатели Христа глумятся над Его честным именем даже не на своем хананейском, то есть туземном наречии страны Ханаан, но, аккурат, на нашем же родном языке. Мы же, вместо чтоб дать им на такое отпор, тупо проглатываем это их на нашего Бога издевательство и делаем вид, что не нашего, мол, ума…
А молчанием, что распрекрасно известно, Бог предается. Вот мы и предаем Его, делая вид, что не понимаем своего же собственного языка, позволяя врагам куражиться над нашим Словом воплощенным.
Так выходит, если мы позволяем врагам эти безответные глумления, мы своего собственного Слова не знаем?
Кто молчит, тот, как получается, не знает. А очень зря.
Однако ж не вся заграница порочит имя Спасителя мира. Вот, например, как именуют Его в Западной Европе, где раньше жили славяне:
«…Иезус…» [58] (с. 305).
То же и на западе Восточной Европы — в Польше, например. Из дневника Марины Мнишек:
 от 17.05.1607  г.:
«…Иезус…» [469] (с. 90),
от 12.10. 1608 г:
«…Иезус!» [470] (с. 124).
Эта фраза легко раскладывается на свои составляющие вполне по-русски, в исполнении западноевропейцев, что и вполне естественно, лишь с некоторым малоросским акцентом: Ие з ус(т). Что подтверждает способ воплощения Иисуса Христа посредством передачи Архангелом Гавриилом Богородице Благой вести — Слова:
«РЕЧЕ ЖЕ МАРИАМ: СЕ РАБА ГОСПОДНЯ: БУДИ МНЕ ПО ГЛАГОЛУ ТВОЕМУ» [Лк 1, 38].
После чего:
«Слово стало плотью» [Ин 1, 14].
«…Сын Божий, Который родился от СЛОВА, объявленного ангелом пресвятой Богородице… Иисус родился от Слова Божия» [431] (с. 102).
Именно таким образом и произошло непорочное зачатие, главная отличительная деталь нашего Русского Вероисповедания от иноверных. И даже тех, которые считают себя христианами. Но, в силу неверия возможности непорочного зачатия, представляют собою врагов Христа — еретиков. Однако ж сама расшифровка на наш древний язык имени Христа совершенно четко сообщает нам смысл основных отличительных от всех иных вер Русской Веры — Православия: Ие с ус(т).
Именно по этой причине, что открывает правых в споре, ко всему прочему, и с раскольниками, это имя должно быть записываемо — Иисус. Произносится же имя нашего Бога, заметьте, даже вопреки написанию, все равно звук в звук нами вычисленному — Иесус (второе И непроизвольно переходит в Е). И такое вовсе неспроста:
«…в противном случае оно не будет иметь того таинственного значения, какое вложил в него сам Архангел Гавриил при благовещении Деве Марии о зачатии Христа» [88] (с. 327).
А вот как выглядит расшифровка еще в древней Псалтири зафиксированного и иного имени Сына Божия, Христос, явления Которого на той еще очень Древней Руси, что в Палестине, ждали, как минимум, тысячелетие.
 Начнем с окончания, которое наиболее походит на сокращенное звучание нашей цифры восемь — осемь (осм=ос):
«…888=криптографическое начертание имени Спасителя… составлено подобно и в противовес находящемуся в Апок. (13, 18) цифровому начертанию имени антихриста =666…» [36] (с. 1074).
И вот по какой причине:
«Осмиконечие = изображение, восемь концов имеющее, наприм. в кресте Христовом… когда окончится седьмой день, далее которого не простирается число дней в этой жизни… с восьмого снова начинается счет, что служит значением Воскресения и предызображением Жизни Вечной. В осьмой день Господь… воскрес (Нов. Скриж)» [36] (с. 390).
Вот почему Он запретил прикасаться  к Себе Марии Магдалине в день Своего Воскресения:
«…не прикасайся ко Мне…» [Ин 20, 17].
И вот почему, получается — по прошествии 8 дней, апостолу Фоме было предложено проверить свои сомнения осязанием ран, оставленных от гвоздей:
«…подай перст свой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои…» [Ин 20, 27].
Суббота является седьмым днем недели. А потому именно Христово Воскресенье, неделю, то есть первый день недели, в честь случившегося чуда, знаменуют числом восемь. Графическое отображение данного числа и представляет собой Крест Христов.
То есть окончание сообщает нам о Слове, воплощенном среди нашего народа, более чем достаточную информацию, чтобы укрепиться в мысли, что такое совпадение не может быть простой случайностью — ведь именно Воскресение Христа и является основным постулатом Русского вероисповедания. Что, между прочим, и закрепляется наличием аббревиатуры ХВ в любом православном храме. Где эти буквы и означают Христово Воскресение, что нами выясняется, заложенное в имени Бога Слова.
Но и некоторое укорачивание слова восемь выглядит отнюдь не спонтанно. Ведь осъ — означает сокращение осоу=осоударь. То есть государь. При раскладывании на составляющие: осоу дар. То есть дар некоего осоу.
Но что может это составляющее означать? Что за дар за такой?
Так ведь власть. Причем, высшая власть — власть от Бога, которая может быть распростерта лишь на единственную Державу — подножие Его Престола.
Таким образом, окончание имеет даже двойной смысл: высшая власть, державная власть Бога, представляющая собою возможность воскресения праведников  для Жизни Вечной.
Разбираем дальше. Корень: ХРИСТ=КРЕСТ. Тому примером полная тождественность терминов: крест-ьяне = христ-иане. Потому раскрытием смысла Христова Воскресения и является символ, отображающий Его Распятие — восьмиконечный Крест. Вся же фраза будет расшифрована так: высшая власть восьмиконечного Креста — Жизнь Вечная. То есть расшифровка имени Бога Слова, о Чьем спасении пророчествовал в своих псалмах еще древний пророк Славяно-Русский Царь Давыд, несет в себе сокращенную информацию, суть которой раскрывается в основных канонах Православия. В данном случае в пасхальном песнопении:
Христос воскресе из мертвых,
 смертью смерть поправ,
и сущим во гробех живот даровав.
Так что можете не щипать себя безпременно за левый свой уже и без того преизрядно при подобных же удивительностях до кровавых отеков защипанный бочок, дабы в очередной раз убедиться в реальности всего вышеизложенного. Ведь все нами здесь буквально в двух словах вычисленное было распрекрасненько видно и раньше. И требовалось лишь постоянно ну уж слишком сильно зажмуриваться, затыкая себе при этом еще и уши, чтобы всего этого стараться все также упорно продолжать не замечать в период прошедших с тех пор двух тысяч лет.
Таким образом, что нами выяснено, в имени нашего Русского Бога, Иисуса Христа, заложены самые центральные отличительные особенности Русского вероисповедания — Православия.
Сюда же добавим и прекрасно расшифровывающиеся исключительно все на тот же язык значения имен, данных Творцу в Библии.
Савваоф. На близких к санскриту наречиях (датск., напр.) звучит — Саббат. То есть Бог субботы.
Иегова. Раскладывается на составные, после чего в переводе не нуждается: Ие го(ло)ва. То есть солнце (голова Бога) на восходе. Именно в этот момент, в 7.15 (по нынешнему времени в 8.15) Иегова (или Ра) разгоняет лучами восходящего солнца бесов. Потому Русские храмы смотрят своими алтарями исключительно в ту сторону, откуда и появляется солнце (синагоги, кирхи, католические храмы — ориентированы, наоборот, на запад).
Кстати, так как бесы сегодня покидают мир сей не ранее 8.15, то все до этого момента завтракающие рискуют заглотить за своей трапезой те самые сущности инфернального порядка, которые во всеизвестной повести Гоголя «Вий» от восходящего Ра не успели улизнуть в свою преисподнюю. Доказывается это достаточно просто. Вот что сообщает о заходе солнца в Москве дореволюционный переводчик книги Павла Алеппского (год издания 1898):
«В мае солнце заходит в Москве в 8–8,5 час.» [415] (гл. 6, с. 22).
Взгляните на любой календарь, и вы убедитесь, что в мае дневное светило сегодня заходит на час позднее.
Так что вообще все смысловые понятия, заложенные в основные имена библейских и евангельских персонажей, совершенно четко звучат исключительно на нашем наречии, что теперь окончательно выяснили, — древнейшем на земле.
Но такое понятие появилось вовсе не сегодня. Вот что о нашем СЛОВЕ писал еще в начале XIX века президент Российской Академии (с 1814 по 1841 г.), специально основанной для изучения русского языка, адмирал А.С. Шишков:
«Корни привязывают нас к земле-матушке и возвращают на родину слова, во младенчество человека — к Адаму. Первым делом Отец поручил Адаму начать родословие. Праотец разработал почву в недрах своего естества и вырастил деревце языка, дав всему имена и названия, понятия и смыслы. Потому корнеслов в человеке — животворящая основа, и изменить его — все равно, что пересотворить Адама. Для Творца и ныне все человечество есть одна тварь словесная. И сколько б ни расплодилось на земле языков и наречий — корнеслов пребывает неизменным до конца света…
Слово стало плотью, чтобы Отцовским Языком оживить плоть всечеловеческую, а Духом Святым освятить и наполнить мир благодатью, дать один язык веры православной для всех народов. Язык от Христа Сына Бога, язык двухприродный, духовно-телесный. Язык как великое Древо жизни с могучими корнями, кои в каждом сидят корнесловом. Этим одним на земле духовно-телесным языком Тела Христова спасается ныне и присно Божий народ православный.
Лишь возрастая от корнеслова праотцовского — от матушки земли и народа коренного, облекаясь во Христа, верные могут усыновиться Отцом…
Язык богообщения у человечества один, как и Бог един… И священный язык, как Богочеловеческое творение, по истории возрастал и становился все краше. Венцом же сего творения стал церковнославянский, который Господь даровал великорусскому народу…
Посему святая вера в человеке, как двигатель спасения, а язык — личный водитель ее…» [343] (с. 396–398).


Русский Бог


«Слово Русский Бог выражает не одну веру в Бога, но еще какое-то особенное народное предание о Боге, давнишнем сподвижнике Руси, виденном нашими праотцами… Смешно сказать: английский, французский, немецкий бог, но при слове Русский Бог — душа благоговеет: …это образ Небесного Спасителя, видимо отразившийся в земной судьбе нашего народа. Россия шла своим путем, и этот путь не изменился с самого начала ее исторической жизни» [239].
Вот как выглядит семантическое озвучение пришедшего в мир Бога (см.: [30] или [225] Приложение):
ИИСУС — самое главное — энергия Бога.
ХРИСТОС — самого наиглавнейшего вершитель — русского возрождения.
Так к кому же Он пришел как ни к тому народу, чье самоназвание заложено даже в Его имени?!
Между тем, и Талмуд демонстрирует нам полную осмысленность навешанного иудаизмом на Иисуса Христа своего мнения о Нем:
ИЕШУ ГОНАЦРИ — русский, непорочный, искусственное господство принижающий Бог.
Таким образом, даже Талмуд не пробует нам перечить, сообщая об Иисусе Христе самое главное: кто Он. И именно эта извечно противоборствующая христианству религия сама сообщает нам, что Иисус Христос полностью чужд исповедникам иудаизма. И здесь нет ничего нового: Он не их — Он — Русский Бог!
Мало того, именно эта полная осмысленность навешанного ими на нашего Бога ярлыка полностью подтверждает принадлежность к одному и тому же языку человека Древней Руси и евангельских книжников и фарисеев. Так что в ту пору сами талмудисты смысл ими произносимого воспринимали исключительно через семантику. Потому так четко теперь раскрывается нам содержание столь древнего и загадочного термина.
Это же говорит и о том, что совсем не хананеи предприняли изобретение Талмуда: в ту пору они представляли собой жалких и безграмотных рабов, лишь недавно освободившихся из-под ярма белых израильтян. Потому всю эту затею могли осуществить гады, чей род являет собой высшую касту — “князей изгнания” — раввинов. Однако факт, что Талмуд написан именно на языке хананеев, подтверждает то обстоятельство, что секта фарисеев, некогда имевшая весьма обширную паству среди иудеев и иных славян, что зафиксировано еще в посланиях апостолов, по каким-то не дошедшим до нас причинам этой паствы очень быстро лишилась. Потому составление вавилонского Талмуда, что началось пятьсот лет  спустя эпохи путешествий апостолов, версталось исключительно «мушиными ножками». То есть на наречии народности, составляющей наибольшую часть адептов этой новой религии. А названа иудаизмом эта записанная устная традиция аморреев, туземных жителей склонов Ермона, рабов колена Данова, лишь затем, чтобы внушить некое свое наследие Древней Иудее. То есть Царству, где в городе Ие Руса лиме, средоточии в те времена Русской Земли, некогда стоял центральный храм ветхозаветного вероисповедания.
И выбор языка Талмуда позволяет подтвердить тот факт, что просто подавляющее большинство адептов иудаизма тех времен представляли собой то самое семя, которое Богом было определено для тотального истребления израильтянами — семя туземного населения земли Ханаан. И называть исповедников религии Древнего Ханаана следует: не евреями, так как в среде адептов иудаизма “князей изгнания”, то есть кровных потомков Иакова, их слишком незначительный процент; не иудеями, так как эта ветхозаветная вера Израилевых колен из Древней Иудеи теперь не исповедуется вообще никем; и даже не жидами, так как данный термин относится лишь к вероисповеданию, а к национальности имеет лишь косвенное отношение. Но следует называть адептов иудаизма хананеями: ведь именно на языке туземцев Палестнины, чья письменность, «мушиные ножки», позволяет наиболее приблизиться адептам этого вероисповедания к богу нечистот и нечистой силы — Ваалу, и записан Талмуд. Но ведь и сам Ваал, предмет поклонения туземцев, заимствован коленом Дана у местных племен на горе Ермон. Потому белые потомки некогда благословенного племени, наследуя религию своих же рабов, сегодня превращают себя в черных людоедов. Потому они просто обязаны именоваться уже не потомками Авраама, чей Господь Бог благословен, но потомками Ханаана, проклятого Ноем, чье божество представляет собой обезьяну Бога.
В данном же случае их лживое заявление, застывшее в осмеянии ими Христа на наречии, казалось бы теперь совершенно безвозвратно утерянном, чью семантику расшифровывает Гриневич, рассекречивает смысл пренебрежительного вражьего прозвища. Перевод этого никому теперь не понятного термина, некогда зафиксированного Талмудом, открыл нам национальную принадлежность Того, Кого сами составители этой враждебной Христианству доктрины некогда, как теперь выясняется, называли Русским Богом.
Однако имеется и более удивительное подтверждение самого прямого отношения нашей национальной принадлежности к распятому жидами Христу.
«Всем известен рассказ древних церковных историков, прежде всего Евсевия, об обращении Константина [в Христианство] по случаю видения перед решительной битвой с Максентием в 312 г. Креста с надписью “Сим победиши”» [291] (с. 9).
«Около полудня, когда день склонялся к вечеру (по-нашему около 3-х часов), император увидел выше солнца знамение Креста с надписью: “сим побеждай”. Ужас объял его и свиту. Ночью явился ему Христос с крестом же и повелел сделать подобие его и с этим знамением выступить против своих врагов» [291] (с. 11).
То есть с крестом, что и без комментариев понятно, — восьмиконечным — православным. Совсем не таким, каким пользуются католики латиняне. Ведь исключительно такого рода крест заложен даже в имени Христос: Крест осьм (восьмиконечный).
Однако ж нынешняя историческая наука, изображая Константина латинянином, даже не догадывается, что сама роет себе при этом яму:
«Во время сна Константин получил вразумление, чтобы он изобразил на щитах небесное знамение Бога. Константин… призвал художников и повелел им сделать это изображение… изобразил на щитах монограмму и вооруженный этим знамением выступил в поход [291] (с. 9).
Затем и всему воинству было явлено знамение, столь нам уже знакомое впоследствии по описаниям побед наших благоверных князей над многочисленными полчищами поганых:
«…видны были на небе войска, заявлявшие, что они посланы от Бога… помощь страшно сияла, и щиты, которые воины несли, блестели, а сами они говорили: “мы идем на помощь Константину”» [291] (с. 13).
После чего:
«Произошла битва с Максентием и Константину досталась победа» [291] (с. 9).
 А начертанными были этим якобы латинянином на щитах своего воинства следующие знаки:
«Монограмма Иисуса Христа — образуется преимущественно из соединения двух начальных букв греческого имени Христос [Xp…]… Происхождение М[онограммы] И[исуса] Х[риста], по мнению большинства христ[ианских] археологов, относится к временам апостолов, в доказательство чего приводится тот факт, что М[онограмма] И[исуса] Х[риста] состояла из греческих букв даже на Западе» [133] (с. 1600–1601).
Но с чего бы это апостолы стали бы на одном из наречий язычников, в данном случае греческом, изображать имя своего Бога? Почему столь странным образом они взяли бы за основу совершенно непонятный на западе Римской империи греческий язык?
 Здесь ответ на поверхности: эти «две первые буквы», Х(К) и Р, вовсе и не являются греческими. Это русские руны, которые в то время прекрасно понимало расселенное по всей Европе славянское население.
Первая руна, ХЪ=К, в семантическом переводе означает Воскресение, а вторая, РУ (Слава), — Иисуса Христа. Таким образом, первым значением нами разобранного текста будет принятие воинством Константина на свои щиты всеобще сегодня известной фразы из русского богослужения: Слава Воскресению.
Второе же значение этой рунической записи, даровавшей воинству Константина победу, если принять тождественность звуку РУ Слову воплощенному, будет следующим:
 рисунок 4
Христос Воскресе!
Именно эта нами расшифрованная фраза, некогда дарованная Константину, и является центральной в Православии: на иконостасах русских храмов она запечатлена в виде аббревиатуры — Х и В.
Что еще тут надо? Все более чем понятно, и остается лишь удивляться, что эти буквы, даже и теперь наши — К и Р, «историки» попытались приписать кому угодно, хоть черным людоедам, колдующим на крови своих жертв, но только не тому народу, на чьем языке эта запись имеет более чем осмысленное звучание.
И отнесли эту фразу на счет греков именно потому, что кроме нашего звука ХЪ эта руна похожа на греческое К, на чьем наречии, соответствующему роду немых — Нем-рода, Христа именуют «Кристом». Спрашивается — почему?
Да потому что любые самые примитивные и темные народности, только что снятые с дерева, всегда перед нашей чужебесствующей «элитой» российского общества, еще с XVI века полуинородной, имели куда как большее предпочтение, нежели люди Божьи — Русские, уже к XI веку все грамотные, о чем свидетельствуют обнаруженные берестяные грамоты, практически поголовно. Такая вот в отношении человека Русы, против которого и ведется всегда не прекращаемая ни на миг война, с давних пор сложилась традиция в населенном вавилонскими мутантами обществе. Но у греков, аналогично картавым хананеям, которые не могут для переписи на себя этой фразы произнести букву Р, чтобы приписать на свой счет звание законодателей Славы нашего Слова, не хватило в наличии звука Х. Потому теперь, когда мы произвели дешифровку ранее сокрытых от нас понятий, Слово само растолковывает: кто является Его настоящим наследником, а кто лишь вероломно пытается приписать свое родство с Ним.
Но не только во времена апостолов эта монограмма столь была в ходу. И, самое главное, не только в Западной Европе. Спустя и еще пару веков, в III–IV вв., когда Константинополь был официально латиноязычен, она появилась в этом городе:
«…в виде соединенных букв Х и Р; монограмма эта называлась монограммою Константиновой, потому что по повелению императора Константина, после видения им креста на небе, изображена была на полковых знаменах (Евсевий, О жизни царя Константина, кн. I, гл. 28 и след.), а потом и на монетах, как самого Константина, так и последующих императоров: Констанса, Магненция, Иовиниана, Валентиниана 1-го, Грациана, Валентиниана II, Феодосия, Гонория и Аркадия» [36] (с. 704).
То есть получается, что в полностью по тем временам якобы латиноязычной стране, чьи жители называли себя ромеями, в продолжение правлений аж десяти(!) правителей подряд флаг страны украшали буквы на иностранном никем по тем временам в Константинополе не понимаемом наречии(?)!
И это более чем странно. И полностью противоречит каким-либо логическим объяснениям.
А ведь именно на эти времена и распространяется чисто наше православное отношение по части нравственного поведения граждан Империи:
«Христианские императоры запрещали не только сводничество и проституцию, но и вообще всякие гомосексуальные отношения между мужчинами, которые карались смертной казнью» [9] (с. 319).
А исчезает монограмма со знамени этой державы именно в тот самый момент, когда государственным языком становится эллинское разговорное наречие. То есть именно то, на котором эти слова якобы и выведены.
Но слова эти, что самое интересное, сохранились в совершенно безызменном своем виде лишь у нас. Именно в наших церквях смысл этой монограммы по-прежнему запечатлен на каждом иконостасе, где подается теперь в расшифрованном виде: ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
У этой монограммы имеется и предшествующая ей запись:
«Распространенный в дохристианской древности обычай изображения монограмм на перстнях, печатях и других предметах подал христианам мысль монографического изображения Христа и креста. Древнейшую из таких монограмм представляет буква Х, означающая как Христа, так и крест, на котором Он был распят. Монограмма эта появляется на гробницах христиан, печатях и перстнях ранее III века. В третьем веке она осложняется присоединением буквы I в середине: монограмма эта означает I[исус] Х[ристос]» [36] (с. 703–704).
Смотрим в таблицу Гриневича. Греческая буква I полностью совпадает как с нашей же буквой И на кириллице, так и с руной, означающей все этот же звук. А вот семантика его будет значить: Бог.
То есть изначально, в I–II вв. по Р.Х., эта фраза на монограмме призвана была всем сообщить: БОГ ВОСКРЕС.
Очень похоже, что руны РУ, имеющей семантическое значение Бога СЛОВА — Христа, по тем временам в обиходе еще не отмечается. Но именно Иисус Христос сообщил имя Бога апостолам. Потому его знало лишь небольшое количество лиц, посвященных в эту тайну.
И вот когда эта руна впервые появляется на монограмме:
«В III–IV веке явилось дальнейшее видоизменение этой монограммы — в виде соединенных букв Х и Р…» [36] (с. 704).
И ведь самое интересное в данной истории, что эта якобы греческая монограмма появляется именно в тех странах, где о греческом наречии в ту пору вряд ли кто-нибудь имел вообще какое-либо представление. Ведь в 306 г., после смерти своего отца, Константин стал:
«…императором Галлии и Британии» [155] (с. 7).
Именно с войском этих областей под знаменем с изображением Креста и якобы греческой монограммы он сражался с Римом, который одолел:
«Став таким образом повелителем всей западной половины Римской империи…» [155] (с. 11).
С греческой, восточной, записью на своем знамени(?)…
Эта полная несуразица, говорящая о некоем якобы вмешательстве эллинов на Британские острова, говорит лишь о подтверждении нами высказываемой версии. Ведь Константин с этой монограммой вообще никогда не расставался:
«Нося на своем шлеме… монограмму “Христос” (Эта монограмма состояла из букв Х и Р, из коих первая покрывала вторую)» [155] (с. 12).
Этих греческих букв, которых по тем временам на Западе, где происходили описываемые события, заметим, никто не понимал…
Но именно на Западе и воссиял свет Евангелия. По этой причине в те времена:
«…жители Востока объяты были мраком ночи, а жители Запада — озарены светом самого яркого дня» [155] (с. 13).
А эту монограмму сообщил первому императору христиан Сам Бог, продолжив его царствованием Свою земную жизнь. Ну, во-первых:
«По плоти Иисус Христос не просто относился к Давидовой династии. Он был единственным законным наследником земного Богоустановленного престола…» [18] (с. 298).
А, во-вторых:
«Константин скончался… в самый день Пятидесятницы 337 года, на тридцать втором году своего царствования, будучи шестидесяти пяти лет от рождения» [155] (с. 31).
То есть Константин получил Царство ровно на тот срок, который прожил Сам Иисус Христос! Таким образом царю Константину была вручена та самая власть на земле, от которой, путем крестных мук, отказался Сам Бог. И Бог Того самого Слова, Которое, в виде монограммы, несущей Благую весть, и было начертано на знаменах Империи. Это государство, на чьем знамени на протяжение десяти царствований красовалась надпись, написанная по-русски, именовалось Вторым Римом (то есть Второй Румой).
А вот очередное доказательство полной абсурдности считать монограмму первыми буквами имени Христа — Хр (Кр).
В 355 г. появляется ее видоизменение. Она собой:
«…представляет букву Р, перечеркнутую горизонтально; около того же времени фигура эта появляется на монетах как восточных, так и западных» [36] (с. 704).
Что это могло изображать?
В случае совмещения формы креста с навязываемыми нам двумя первыми буквами Христа, Хр., — полный абсурд: Крест с ничего не значащей буквой р, поименованной второй в предполагаемом значении «Христос» этой аббревиатуры.
В случае же совмещения Креста с руной, означающей Иисуса Христа, фраза выглядит не просто достаточно осмысленно, но и прекрасно отображающей символику победившего в Европе Христианства: Христово Распятие.
 рисунок 5
И лишь позже руну РУ на Кресте заменит изображение распятого Христа, что еще раз подтверждает значение этой руны, которую теперь вывели из символа в образ, который она некогда олицетворяла. Это перевоплощение теперь изображали художники, вырезали из дерева резчики, вылепливали из глины скульпторы и т.д.
Но и это еще не все, что относит русского человека к Богом избранному народу. Имя Матери Иисуса Христа, исконно являющейся Небесной Покровительницей России, взамен убиенного (опять же — наследниками заклейменного проклятьем семени Содома и Гоморры) царя нашего, великомученика Николая II, в лице иконы Державной Богоматери (со скипетром и державой):
МАРИЯ — суть русского мироустроения [30].
В нашей же стране, находящейся под Ее покровом, сверх всего прочего Богородица именуется:
ПРИСНО ДЕВА — смешения источник не земной, русское воплотивший [30] [то есть соединение Самого Бога Слова с оставшимся верным Его СЛОВУ народом].
Наше кровное родство с Богородицею Она сама же и подтвердила в восьмидесятых годах восемнадцатого столетия. Одну и ту же фразу: «Этот — нашего рода», — Она произнесла в своем лучезарном явлении сначала Серафиму Саровскому при его чудесном исцелении, а затем и архимандриту Паисию, оказавшемуся также тяжело больным, во время посещения им Троице-Сергиевой Лавры [160] (с. 24).
Причем фраза эта была обращена присутствующим при ее посещении: в первом случае — к апостолам Иоанну Богослову и Петру, а во втором — к Иоанну Крестителю. Несомненная реальность этих посещений Высокой Гостьей в обоих случаях была подтверждена тут же наступившим исцелением.
Неопровержимым доказательством всего вышесказанного является запись фрагмента биографии нашего величайшего святого в богослужебной литературе — акафисте:
«Божественный свет осия жилище твое, преподобное, егда, боляще ти и на одре смертном лежащу, сама Пречистая Дева пришедши к тебе со святыми апостолы Петром и Иоанном, рече: сей есть от рода нашего, и главе твоей коснуся. Абие же исцелев, воспел еси благодарне Господеви: Аллилуиа» [154] (с. 15–16).
АЛЛИЛУИЯ: аль-ЛИ-ЛУ-ЙА(Ие) — кровавая предначертанность пути Господня [30], [225].
Но и повторно Богородица со все теми же своими спутниками навестила Серафима Саровского с целью такого же чудесного исцеления. Это произошло после жестокого избиения старца разбойниками. При этом своем посещении величайшего святого Земли Русской она своим спутникам вновь сообщила: «Сей от рода моего», — после чего и наступило столь ставшее удивительным для врачей исцеление старца Серафима, чье состояние ими было расценено как совершенно безнадежное [160] (с. 67).
Все попытки объяснения слова «род» какими-то иными значениями выглядят вопиюще неубедительно. Ведь во внутреннем содержании создавшего мир СЛОВА не имеется и намека на какую-либо возможность этим термином отображать духовное единство помимо кровного родства:
«Род инъ поколение позднейшее, грядущее [Пс 47, 14]. Въ родъ и родъ из поколения в поколение, всегда… Словом род в древних памятниках означаются: родственники и потомки, земляки и целый народ, как образующийся чрез нарождение…» [36] (с. 552–553).
В стародавние времена смерть понималась именно под этим термином. По представлениям наших пращуров:
«…жизнь по смерти была жизнью в среде усопших праотцев; “умереть” значило: удалиться в загробное царство, где собираются все отжившие родичи… “отойти к предкам”, вселиться в род» [36] (с. 552).
То есть попасть к своим родственникам. Потому Русь и является просто обязательно Святой, что именно ее родословная уходит своими корнями к святым, жившим многие века назад, которые своими жизненными подвигами утвердили свое родство с апостолами и Богородицей. Безпрерывность этого родства была предречена еще царю Давиду:
«КЛЯТСЯ ГОСПОДЬ ДАВИДУ ИСТИННОЮ, И НЕ ОТВЕРЖЕТСЯ ЕЯ: ОТ ПЛОДА ЧРЕВА ТВОЕГО ПОСАЖДУ НА ПРЕСТОЛЕ ТВОЕМ.
АЩЕ СОХРАНЯТ СЫНОВЕ ТВОИ ЗАВЕТ МОЙ, И СВИДЕНИЯ МОЯ СИЯ, ИМЖЕ НАУЧУ Я, И СЫНОВЕ ИХ ДО ВЕКА СЯДУТ НА ПРЕСТОЛЕ ТВОЕМ» [Пс 131, 11, 12].
То есть пророчества Давида сообщают о том, что никакого нарушения преемственности в будущем не предвидится. Это между тем лишний раз подтверждает, что как сам царь Константин, чьи десять наследников на своих боевых знаменах несли записанную русскими рунами фразу — «Христос Воскресе», что ему наследующие Царство русские правители имеют в своих жилах кровь самого царя Давида — провидца древности. Такую же кровь несет в своих жилах и народ-богоносец, которому объявляла о своем кровном родстве Богородица. И не понять этого могли только те, кто к этому родству отношения не имеет никакого.
И никакого прерывания родства Божьего народа, чьим родственникам уготована Жизнь, не просматривается и в наши дни. Что зафиксировано словами Богородицы. Имеющий уши да слышит. Именно к ним направлена эта фраза. Тем же, кто закрыл свои уши, чтобы ни в коем случае не узнать правды, эта простая истина не станет понятна никогда.
Между тем, если у нас в стране, чья история заинтересованными в том лицами сильно искажена, высказанная Серафиму Саровскому совершенно естественная деталь нашей родословной оказалась в диковинку, то на Западе этот неоспоримый факт сомнению не подвергается:
«Среди русских православных потомков древних скифов имеется давняя традиция утверждать, что Дева Мария происходила из их народа» [56] (с. 32).
Наша генетическая память прекрасно содержит в себе те простые и всем русским людям знакомые истины, которые Богородица лишь напомнила Серафиму Саровскому — нашему всея России чудотворцу. И напомнила для тех людей, которые, поддавшись пропаганде иудаизма и масонства, позабыв свое великое предназначение, позволили навязать себе чужое ложное мнение о своем прошлом, что и сбило их с дороги истинной, уведя к ценностям чуждым русскому человеку — призрачным и извращенным. Но они этого предупреждения услышать не пожелали. Сами ничего не поняли и другим эти слова истины услышать не дали, полностью извратив смысл переданного Богородицей через Серафима Соровского.
А так как война вышеназванных сил ведется исключительно против нас, носителей Веры истинной, то становятся понятными и способы ими нашего уничтожения. Ведь ни для кого не является секретом совершенно очевидная всем давно известная истина: народ, позабывший свое прошлое, не имеет будущего. Потому именно наше прошлое и подвергается всегда столь жестоким нападкам. И если  мы не желаем увидеть всему конец, который сегодня слишком явственно проглядывается, то должны, наконец, хотя бы для себя уяснить, что лишь единственный вариант спасения Русской Земли сегодня существует: донести до Божьего народа истину, которую два столетия подряд упорно пытаются не пропустить масоны и социалисты. А заключается она лишь в том, что именно мы являемся и всегда являлись тем самым Божьим народом из-за которого все никак не наступал всему конец за последние два тысячелетия.
Но нас, на сегодня, становится все меньше, и русские города начинают заполнять инородцы. Однако ж враги наши в толк не могут взять одной простой истины, что с нашим концом, то есть с концом Божьего народа, когда смысл существования населения на планете придет к завершению, в самую еще первую очередь, наступит конец и всем им…
А как же выглядела Богородица?
«Церковный историк Никифор Каллист сохранил для нас предание о внешнем виде Пресвятой Богородицы. Она была, читаем у него, роста среднего, или, как иначе говорят, немного выше среднего; волосы златовидные; глаза быстрые, с зрачками как бы цвета маслины…» [46] (с. 228).
У маслин цвет сине-зеленый. А золотые волосы нам могут напомнить только цвет волос нашего великого русского поэта Сергея Есенина, которого так и окрестила Айседора Дункан, в ознаменование цвета его волос, — «золотая голова». И другой такой нации, чьи белокурые волосы накрепко привязаны не просто к какому-либо цвету, но к ее самоназванию, — просто нет. Принадлежащие нашему народу волосы говорят сами за себя: русые — Русы Ие (Е [напр.: Ерусалим]). Что значит именно русские, а не какие-либо еще иные! Одно это напрочь перечеркивает возможность какого-либо ее родства с нацией вавилонских мутантов, проклятых хананеев, с таким удивительным нахрапом пытающихся приписаться к Ней в родственнички.
Евангелие от Луки прямо указывает на преемственность пророчеству архангела Гавриила именно нашего народа. Ведь после:
«…РАДУЙСЯ, БЛАГОДАТНАЯ: ГОСПОДЬ С ТОБОЮ: БЛАГОСЛОВЕННА ТЫ В ЖЕНАХ…» [Лк 1, 28],
звучит фраза, которая указывает, что дом Иакова является именно нашим домом, а потому и наследовать ему можем лишь мы:
«И РЕЧЕ АНГЕЛ ЕЙ: НЕ БОЙСЯ, МАРИАМ: ОБРЕЛА БО ЕСИ БЛАГОДАТЬ У БОГА:
И СЕ, ЗАЧНЕШИ ВО ЧРЕВЕ И РОДИШИ СЫНА, И НАРЕЧЕШИ ИМЯ ЕМУ ИИСУС:
СЕЙ БУДЕТ ВЕЛИЙ И СЫН ВЫШНЯГО НАРЕЧЕТСЯ: И ДАСТ ЕМУ ГОСПОДЬ БОГ ПРЕСТОЛ ДАВИДА ОТЦА ЕГО:
И ВОЦАРИТСЯ В ДОМУ ИАКОВЛИ ВО ВЕКИ, И ЦАРСТВИЮ ЕГО НЕ БУДЕТ КОНЦА» [Лк 1, 30–33].
И о каком столь настырно внедряемом в наше сознание якобы богоизбранничестве ортодоксальных талмудистов, слишком уж явных врагов Христовых, не то чтобы говорить, но даже заикаться после приведенной выше фразы вообще возможно?! Здесь, совершенно однозначно указано, что именно в дому Иакова (Израиля) воцарится Иисус Христос, и что именно Его Царствию не будет конца. И именно в этом дому!
И воцарится не хананейский Яхве, что нам настырно пытаются внушить, но исключительно лишь наш Бог — Иисус Христос!
Адепты же ортодоксального иудаизма уже два тысячелетия кряду, не просто отвергая Христа, но и возглавляя против Его народа, а, следовательно, и против Его Царства, ни на миг нескончаемую работу, имеющую цель подорвать его устои, давно доказали, что к данному пророчеству и близко не имеют никакого отношения! И, самое главное, что и не имели никогда.
Напротив, именно мы являемся подножием того самого Престола, о котором Приснодеве поведал архангел Гавриил. То есть именно в нашем дому, ДОМУ ИАКОВЛИ, сказано было, что ВОЦАРИТСЯ, не кто-нибудь там еще, а Сам СЫН ВЫШНЯГО, который будет пребывать в этом дому, то есть на Святой Руси, ВО ВЕКИ! И именно в нем Его Царствию НЕ БУДЕТ КОНЦА. И это сказано тогда еще Богоневесте Мариам, а впоследствии нашей Небесной Заступнице, когда Она еще только получила благую весть, принесенную архангелом Гавриилом. То есть две тысячи лет тому назад.
Иными словами: это мы являемся не только духовными, но именно кровными родственниками того самого библейского племени, которое названо было народом Израиля!
Тут уж, извините, либо Евангелию не верьте, либо точности исполнения пророчеств. И пророчеств не человека, а самого архангела Гавриила, принесшего благую весть, которая собою и предварила последующее Боговоплощение: Ие с уст (Иисус).
А ведь и у нас общеизвестен факт, что:
«…по традиции, мать Христа считается покровительницей России» [195] (с. 507).
Так в какие века упирается начало этой самой традиции, если за последнюю тысячу лет это отношение к нам со стороны Богородицы так и осталось неизменным?
Но вот еще что интересно: раньше Святая Русь прозывалась иноземцами государством Белого Царя.
«Царь — (древ.-слав. Цесарь [малоросское: це сарь — А.М.], лат caesar… Слово “царь”, по мнению В. Флоринского, происходит от санскр. sar — защищать, охранять, пасти, питать… Белый царь — русский царь. Наименование России “Белою”, а русского государя “Белым царем” весьма древнее… Существовало мнение, что прозвали Россию “Белою”, а русских государей — “Белый царь” восточные народы… Следует еще отметить тот факт, что, по достоверным свидетельствам, даже китайцы (в начале XVIII века) называли русского государя — “Белый царь”. Это показывает, как давно был известен этот титул в Азии» [36] (с. 800).
Вот, например, как поименовал Петра I посланец из Узбекистана:
«В речи своей посол называл Его Величество Белым Императором (Царем), каковой титул считают узбекские татары самым высоким и почетнейшим» [420] (аб. 79, с. 1081).
«Татарские народы издавна называют русских государей “ак дыша”, т.е. белый царь» [132] (с. 426).
Но и арабы о нас были того же мнения:
«…сиклаб [славянин — А.М.] значит белый человек» [253] (с. 38).
Так что расовое отличие от своих восточных соседей запечатлено даже в названии царя, правящего русским православным народом.
Тому подтверждением и свидетельства людей, сподобившихся лицезреть Богородицу. Все они сходны в главном: никто и никогда не видел Богородицы с карими глазами, смуглым цветом лица и черными волосами. Но, напротив, абсолютно все свидетельства в своей основе сходятся в следующем:
«…на иконе она темная, а я увидела светлую и голубоглазую» [3] (с. 342).
Причем, сегодня в этом могут убедиться не только очевидцы Ее посещения, но и вообще все. Ведь наши последние предантихристовы времена отмечены очень частыми появлениями Ее нерукотворенного изображения на стеклах икон. И даже имеется изображение на обыкновенном оконном стекле в жилом доме. Все эти образы имеют собой слишком явственную славянскую внешность нашей Заступницы Небесной, чтобы этого можно было как-либо не отметить. Все тоже следует сказать и об изображениях Иисуса Христа, запечатленных на этих чудесным образом проявившихся иконах, имеющего Славянские черты лица: Бога Славы — Его Отца.
Но проявляются, и не только на стеклах, нерукотворенные изображения и Русских святых. Например, что чудесным образом оказалось запечатленным на двери сарая, изображение Николая Чудотворца. Но и в его Славянской внешности, полностью всеми своими чертами отображающими причастность к усыновлению Богом Славы, нет никаких и мельчайших сомнений.
Однако ж вовсе не сегодня появляется возможность в доподлинном установлении нашего прямого родства к нашему Слову воплощенному. О том сообщал еще Публий Лентул, проконсул иудейский при царе Ироде, в своем донесении римскому сенату:
«В настоящее время явился у нас и ныне еще жив один человек, весьма добродетельный, имя Ему Иисус Христос… Волосы Его цвета ореха созрелого, без блеска и гладки до ушей, а от ушей до плеч и ниже кудрявы и блестящи, посреди головы разделяются они на две стороны, по обычаю Назареев. Чело гладкое и чистое… оно украшено легким румянцем… бороду имеет… густую, но не долгую, раздваивающуюся на конце… глаза Его небесного цвета… Рост Его высокий… плечи стройные…» [16].
То есть внешность Иисуса Христа в пересказе Публия Лентулы полностью соответствует палехским лубочным картинкам, изображающим русских людей нашей старины глубокой: короткая густая раздвоенная борода и «купеческий» пробор, да румяные щеки — тут и не надо ничего доказывать. Перед нами исконно русский человек без каких-либо натяжек, недомолвок или преувеличений.
И вот еще особенность. Иисус Христос ходил босиком. Подражая Ему, босиком ходили и Апостолы. И что же может означать это на первый взгляд совершенно чуждое нам слово?
Частица А — обычно использовалась как отрицание чего-либо. А вот что собой представляет славянорусское слово постолы:
«В “Толковом словаре живого великорусского языка” Даля про постолы говорится так: “поршни, кожанцы… из сырой кожи, лимарщины, либо из шкуры с шерстью”. То есть еще в XIX веке в России слово “постолы” не считалось устаревшим. А между тем они представляют собой наиболее древний вид обуви на Руси. Даже знаменитый лапоть, что называется, “отдыхает”... Они принадлежали кроманьонцу, захоронение которого обнаружено в Сунгири — знаменитому сейчас в научных кругах “сунгирьскому человеку”» [526].
 
Cкифские сапожки — постолы.      

То есть А-постолы — это люди без обуви. В Евангелии, когда Иисус Христос посылает Своих учеников в мир с проповедью СЛОВА Божьего, звучат такие удивительные слова:
“Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха, ибо трудящийся достоин пропитания” [Мф 10, 9–10].
То есть не берите с собой в дорогу: деньги, смену одежды, посох, обувь (советуется идти босиком) — «ДОСТОИН БО ЕСТЬ ДЕЛАТЕЛЬ МЗДЫ СВОЕЯ» [525] [Мф 10, 10].
«НИ ОБУВИ. Вот это и могло звучать как А ПОСТОЛИ (а-постолы). Частица “а” означает отсутствие, отрицание не только на языке греческом, но также и на санскрите. Как и на языке, который современные ученые называют “протосанскрит”… [который] был родным языком Христа. Едва ли кто-либо за мгновение до своей крестной смерти — даже Сын Божий — будет говорить на неродном языке. Христос, умирая, воскликнул: “Елои! Елои! Ламма савахвани!” [Мк 15, 36]. Ни слова из этой фразы не поняли ни злорадствовавшие евреи, ни палачи римляне. На санскрите же сие означает: “Изначальный! Изначальный! Самосияющий, [Тебе] — самопожертвование [Мое]» [526].
Причем, этот термин, Самосияющий, заложен в Символе Веры «Света от Света, Бога истинна от Бога истинна». Вот откуда идет традиция именовать Бога Отца — РА: РА свет; РА дуга; РА с ум и т.д.
Если же обратимся к средневековым гравюрам и древним иконам, то замечаем — пилигримы, то есть путешественники в Святую Землю, обычно и изображаются бредущими без обуви. То есть и в этом подражающие Христу. И несли они с собой восьмиконечный Крест (от Христос: Крест осьм).
Так что и само слово Апостолы является нашим русским. Они были прозванными так за то, что, подражая Учителю, ходили без обуви. Но и их духовные наследники — уже наших эпох калики перехожие подражали именно им (Григорий Ефимович Распутин из Сибири: в Киев и Почаев, Дивеево и Новый Афон — ходил босиком).
А вот, между тем, как выглядели русские люди во времена Алексея Михайловича. Чех Бернгард Таннер, участник посольства Польши в Московию (1678 г.), например, вот какими словами обрисовывает прически русских людей. Их:
«…волосы, по обычаю Жидовскому [? — прим. переводчика], были подбриты» [453] (с. 482).
А каким образом они могли быть подбриты, нам рассказывать не надо: они были подбриты «под горшок». Что, как теперь выясняется, всегда являлось, как это теперь ни покажется странным, «жидовским обычаем». То есть, что уже на самом деле, обычаем жителей Святой Руси, когда она находилась еще в Палестине, во времена земной жизни Иисуса Христа. То есть волосы у якобы «жидов», а на само деле — людей русских, подрезались в том самом месте, где они начинают завиваться. А потому, слегка загибаясь в сторону головы, выглядели в унисон с прическами русских детей во времена Некрасова:
И русых головок над речкой пустынной
Как белых грибов на полянке лесной.
А что значит румяный цвет лица?
Из-за такого цвета лица нас называли «краснокожими»:
«Лиутпранд, епископ Кремонский, посетивший Константинополь в середине X в., в своем труде “Antapodosis” упоминает о русских. При этом он сообщает, что русские получили свое наименование от греческого слова… “красный”… за особый оттенок цвета их тела (de qualitate corporis) (Liutprand. Antapodosis. V, 15). По сравнению со своим смуглым видом южан, византийцы и арабы могли считать, что славяне имеют красноватое тело (Ибн-Фадлан[922]: “Я видел русских купцов… тело у них красное”)» [192] (с. 503).
Вот еще вариант прочтения текста этого знаменитого путешественника:
«Они подобны пальмам [то есть все та же прическа — «под горшок» — А.М.], румяны, красны» [251] (с. 78).
Но вот где скрывается тайна этой столь казалось бы странной нашей «краснокожести». Иосиф Флавий:
«Этот человек получил название Адама, что значит на еврейском языке “красный”, так как человек был сотворен из красной глины» [567] (гл. 1, аб. 2).
Но вот смотрим, а потому удивляемся, как это имя переводится еще и на древнегреческий:
«Адам — первый человек… Имя А[дам] значит “красный”…» [132] (с. 63).
То есть, чтобы с больной головы в очередной раз все перевалить на здоровую, и греки, и «евреи» (то есть хананеи) — пытаются во все свои наречия имя Адам записать как обозначающее якобы красную глину!
Но подлог раскрыт: имя Адам переводится исключительно на Русский язык. А потому самозванцы и фальсификаторы, по такому поводу, могут теперь только нервно курить в стороночке…
Таким образом, выясняется, что: Ибн-Фадлан в свое время о наших купцах сообщал, что “тело у них Адамово”. Это еще раз говорит о том, что сами арабы и греки, являющиеся продуктом вавилонской мутации, имели иной цвет кожи, слишком явно отличающийся от той части Адамова потомства, которое проигнорировало возведение Вавилонской башни, а потому не только языка своего не изменило, но и внешне осталось в безызменности.
Но и волосы у Иисуса Христа такие же, как и у Его Матери — золотые. У русских женщин верх головы всегда был покрыт платком. Потому не имеющая блеска часть волос, являющихся у русского человека всегда прямыми, была сокрыта, и постороннему человеку могли быть видны лишь выбивающиеся из-под него ниспадающие на плечи ее золотые кудри. Сравним: «Волосы Его цвета ореха зрелого», то есть желтые, «от ушей до плеч и ниже кудрявы и блестящи», то есть — золотые! Как тут не вспомнить строчки Фестского диска, переведенные Гриневичем:
«…в кудрях шлемы; разговоры о вас…» [29] (с. 90).
Это о сверкающих медью шлемах, украшенных золотом кудрей русых волос!
Структура же их, когда именно от ушей они начинают завиваться, судя по всему, связана со структурой волос их матерей, которые заплетали свои никогда не стриженые волосы в косы, чем, в подтверждение всего вышесказанного, славна исключительно русская красавица.
А вот какие волосы имел царь Давид:
«…он был белокур…» [1 Цар 16, 12].
Корнелий Тацит о Древней Иудее:
«Люди здесь крепки телом и выносливы в труде» [556] (гл. 6).
Это евреи-то белокурые, крепки телом и выносливы в труде?
Да они в жизни никогда не трудились и белокурыми искони никогда не были, а только постоянно болеют и лечатся по санаториям. Но всему вышесказанному соответствует цвет волос и структура тела исключительно нашего народа — народа Руси (Русы).
А потому в дополнение к сказанному становится понятным — чьему роду было обещано Богом:
«ЗАВЕЩАХ ЗАВЕТ ИЗБРАННЫМ МОИМ, КЛЯХСЯ ДАВИДУ РАБУ МОЕМУ:
ДО ВЕКА УГОТОВАЮ СЕМЯ ТВОЕ, И СОЗИЖДУ В РОД И РОД ПРЕСТОЛ ТВОЙ.
ИСПОВЕДЯТ НЕБЕСА ЧУДЕСА ТВОЯ, ГОСПОДИ, ИБО ИСТИНУ ТВОЮ В ЦЕРКВИ СВЯТЫХ» [Пс 88, 3–5].
Да, именно Церковью святых является наша Русская Церковь! Тысячи новоявленных мучеников за прошедший век обрела в страшное предантихристово время именно она! И если память о первом тысячелетии нашего несомненного христианства у нас каким-то пока еще не отысканным способом оказалась все же оттяпана, то уж знание того, что по сию пору подножием Престола Господня является она же, у нас похитить пока так еще никому и не удалось. В образе иконы Державной — Владычица наша Небесная — по сию пору управляет Россией. Что опять-таки возвращает именно нас к вышеуказанной фразе, где именно В РОД И РОД переходит ПРЕСТОЛ. И даже после ритуального убийства Помазанника и его Семьи, ПРЕСТОЛ этот не опустел.
То есть все вышеизложенное могло быть предсказано русским царем Давидом лишь о нас. В подтверждение того:
«И ПОЛОЖУ В ВЕК ВЕКА СЕМЯ ЕГО, И ПРЕСТОЛ ЕГО ЯКО ДНИЕ НЕБА» [Пс 88, 30].
«СЕМЯ ЕГО ВО ВЕК ПРЕБУДЕТ, И ПРЕСТОЛ ЕГО ЯКО СОЛНЦЕ ПРЕДО МНОЮ…» [Пс 88,37].
А есть ли у адептов иудаизма их семени завещанная церковь, имеющая престол?
Их престолом может быть лишь престол сатаны, на котором способен воцариться именно ими и возводимый сегодня с помощью глобализационных процессов, возглавляемых «Мемфис Мицраим» и «комитетом 300», их мессия (месть сия: «вставай проклятьем заклейменный») — антихрист. И вот чего они этим хотят добиться. Каждый хананей, по их легенде, якобы:
«“…будет иметь тогда 2 800 гойских рабов” (Талмуд, Шаббат, 120, I; Санхедрин, 88, 2; 99, I; Яж. Шим., 56, 4, с. 359)» [192] (с. 344).
Так что все их «духовные ценности» выглядят более чем приземлено: месть белым людям со стороны бывших их рабов — аморреев-хуритов и хананеев. О какой при таких запросах святости можно хотя бы и пытаться заикаться?
 Но, в дополнение к сказанному, следует добавить, что они не приняли Христа. А вот что таковых и им подобным сообщается. Что:
«…ВСЯК ДУХ, ИЖЕ ИСПОВЕДУЕТ ИИСУСА ХРИСТА ВО ПЛОТИ ПРИШЕДША, ОТ БОГА ЕСТЬ:
И ВСЯК ДУХ ИЖЕ НЕ ИСПОВЕДУЕТ ИИСУСА ХРИСТА ВО ПЛОТИ ПРИШЕДША, ОТ БОГА НЕСТЬ; И СЕЙ ЕСТЬ АНТИХРИСТОВ, ЕГО ЖЕ СЛЫШАСТЕ, ЯКО ГРЯДЕТ, И НЫНЕ В МИРЕ ЕСТЬ УЖЕ» [1 Ин 4, 2, 3].
Так что все они избраны, даже те, которые из них из племени Авраамова, исключительно в качестве Иуд (предателей по отношению к Богу Славы — Славянам; к Богу Русе — Русским; Церкви святых — исповедничеством своим ушедшие к поклонению Ваал-Пеору — хананейско-аморрейскому туземному божку доизраильской Палестины), за что и получат соразмерное своим заслугам воздаяние.
Но и внешний вид проклятых в корне своем отличен от народа благословенного, Богом избранного для вочеловечения Его Слова:
«Во-первых, чисто этнически современное европейское еврейство — это потомки не библейских израильских колен, а принявших иудаизм тюрков, составлявших основное население Хазарского каганата… Во-вторых, сам иудаизм сложился только к III–IV векам в противостоянии Христианству, а потому не соответствует тому древнему Богопочитанию» [221] (с. 123).
То есть никаких синагог, что на сегодня впрыснуто ядом гремучей змеи в перевод на современный язык Евангелия, во времена Иисуса Христа в Палестине не было и быть не могло. А стояли там дохристианские еще сонмища, к вере нынешнего иудаизма не имеющие никакого отношения. И требы проводились пусть в то время не слишком-то и искренне, то есть по-фарисейски, но все же не к туземному хананейско-амморейскому Ваал-Фегору (Перуну), но ко Творцу неба и земли — Русе — Богу субботы.
А вот что сообщает о внешности своей расы еврей Вейнингер, некогда возненавидевший самого себя за родство с ней:
«На негров указывают так часто встречающиеся у евреев вьющиеся волосы, на примесь монгольской крови — чисто китайская или малайская форма лицевой части черепа, которая часто встречается среди евреев и которой всегда соответствует желтоватый оттенок кожи» [91] (с. 105).
Так что именующим себя евреями людям гордиться особо-то и не чем. Ведь родство с рабским проклятым племенем, в чьей религии заложена месть вообще ко всем людям на планете, не принадлежащим к их диаспоре, которых они именуют животными (гоями) и готовы всех поубивать, представься им хоть малейшая на то возможность. Причем, они не только грозятся это сделать. Ведь у нас, например, захватив власть в свои руки, они уничтожили, по разным оценкам, от 70 до 140 миллионов человек. Мало того, если отнять от долженствующего возрасти населения Царской России до 600 млн. человек, что вычислено было еще Менделеевым, 80 ныне пока еще проживающих у нас миллионов людей, по большей части непроизводительного уже или возраста, или здоровья, то уничтоженными дорвавшимися у нас в стране до власти нашими бывшими рабами (кто был ничем) следует считать 520 миллионов людей: или убитых, или не родившихся вследствие убийства их несостоявшихся родителей. Так что кровожадность хананеев,  не встречаемая у людей, но достойная лишь вложенной в этот род сатаной отличительной от людей Русы особенностью — просто патологическим звериным хищническим хамством, мы уже раз ощутили на себе. Но нами, что выясняется, урок оказался не усвоен. Потому из 140 млн. человек, после раздела 70 лет простоявшего слепленного раввинами голема, СССР, за 20 нынешних «мирных» лет «перехода к рынку» нами уже потеряно 60 млн. человек. И потери отнюдь не прекратились — процесс уничтожения страны Русы, подножия Престола Господня, все продолжается. Так что хананеи вовсе не шутят, намереваясь вообще всех нас поубивать. Остальную же часть человечества они прочипируют, сделав биороботами, и обратят в рабство. Все к тому и идет.
Таковы нравы зачинщиков строительства Вавилонской башни, перерожденных сатаной из Божьих творений в хананеев. Потому Бог Руса, предвидя грядущие от данного сорного племени бедствия, дал Своему избранному народу, Славяно-Русскому, особо важное по своей значимости судьбоносное задание: истребить это племя будущих богоубийц поголовно. Но израильтяне не справились с возложенной на них миссией. Потому и истребляемы теперь вавилонскими мутантами сами, причем, в самую еще первую очередь.
Вот что представляют собой приверженцы божества вовсе не с Сиона, как всеобще ошибочно усвоено, но с Ермона, где некогда стояло капище Ваал-Гаду (или Ваал-Пеору, где Пеор: «зверь змияка, Перун» [36] (с. 420) — гад по-нашему), и горы Броккен, куда нечисть со всего мира слетается на Первомай. Потому они и норовом и видом более приближены к ефиопам, уж вовсе не Божьим созданиям, мучающим грешников в аду. Потому и мессию своего ищут среди негров, в очередной раз подтверждая нам все выше изложенное.
Мы же являемся полной им противоположностью практически во всем — и внешне, и внутренне. Потому исключительно о населяющих подножие Престола Господня людях сказано:
«ВЫ ЖЕ РОД ИЗБРАН, ЦАРСКОЕ СВЯЩЕНИЕ, ЯЗЫК СВЯТ…» [1 Пет 2, 9].
Да, именно наш род для служения Правде избран. И именно наш древний язык — свят. А потому именно на нем ведутся церковные службы в стране, представляющей собою подножие Престола Господня!
А имеет какое-либо отношение к святости язык синагоги?!
Да уж, их язык, записывающийся «мушиными ножками», хорошо понятен только тем ангелам, у которых вместо ног — копыта.
Так что с ними все ясно. И ясно давно.
С нами же:
«РОД ИЗБРАН» — именно наш. Именно об этом сообщала некогда Богородица Серафиму Саровскому!
И нетленные мощи именно русских святых, у некоторых из которых даже сохранился в целости кожный покров, — полное тому подтверждение. Таких святынь даже на Афоне имеется не много. Но и здесь, помимо стопы матери Богородицы, праведной Анны, десницы Иоанна Предтечи и стопы Андрея, первозванного среди апостолов, имеются мощи святого, уже только прозвищем одним указывающего на свою национальную принадлежность. У:
«…Иоанна Русского полностью сохранились кожные покровы. Его рука, хранящаяся в Пантилеимоновом монастыре, так же, как и правая рука Иоанна Крестителя из монастыря Дионисиат, удивляет всех своим нетлением…» [103] (с. 188).
И такое нетление мощей встречается, в своей просто подавляющей основе, среди людей исключительно того народа, чья нигде не встречаемая «любовь к отеческим гробам» общепризнана и подводит черту под всем вышеизложенным.


Кто такие гунны

«…манипулирование исторической памятью русского народа средствами лжеистории является одной из самых больших угроз нашей национальной безопасности.
Людей, забывших свое прошлое, легко сделать рабами. Народ, предавший свое прошлое, легко уничтожить» [259] (с. 39).
Эта схема уничтожения своих врагов была прекрасно известна еще древним. Именно с тех пор и ведется нескончаемая борьба одними народами (а точнее единственным на земле настоящим народом — Божьим) в чаянии сохранения своей истории, а их врагами (его врагами), напротив, для скорейшего уничтожения ее. Итак, начинаем рассказ о тех сегодня уже почти полностью сокрытых лжеисториками от нашего рассмотрения процессов, которые вели мир к его сегодняшнему состоянию. Тому самому моменту, когда имя Бога, два тысячелетия продержавшись в имени Его народа, уже рискует быть стертым с лица земли, исчезнув вместе и с самим этим позабывшим свое прошлое этносом, тем и подведя мир ко вселенских масштабов катастрофе.
Вот что можно сказать о заселении мира после Вавилонского столпотворения.
Мы уже разобрали, что древнейшим языком планеты является и действительно наш. То есть языком Сима следует считать язык матерей, которые брались родоначальниками Израилевых колен исключительно из дома Арама — младшего сына Сима. Потому и язык израильтян, истинных хозяев Палестины, следует именовать арамейским. Но бытовал здесь еще и язык хананеев, ставших рабами у Израилевых колен. А потому при упоминании о жителях Прииорданья библейских времен, говорится о двух совершенно различных наречиях:
«В древности, насколько можно проследить по свидетельствам письменных источников, по археологическим материалам, унаследованным от далекого прошлого, названиям местностей и рек, сиро-палестинский регион был населен племенами и народностями, говорившими на северо-западных семитских языках, которые, в свою очередь, делились на две группы — хананейско-аморрейскую и арамейскую» [202] (с. 187).
То есть язык белокожего народа семитов, арамейский, совершенно однозначно отделен от туземных наречий ближневосточного региона, в которых:
«…отчетливо выделяются две подгруппы — хананейская (моавитский, аммонитский, финикийский (хананейский) и некоторые другие языки) и аморрейская (угаритский, собственно аморрейский языки). Еврейский язык занимает между ними промежуточную позицию. Исторически сложилось так, что он усвоил как хананейские, так и аморрейские элементы» [202] (с. 187).
То есть еврейский язык содержит в себе элементы языков именно тех народностей, которые, по замыслу разгневанного за их беззакония Творца, должны были быть стерты с лица земли израильтянами. И вовсе не случайно. Ведь при раскопках Угарита были вскрыты:
«…храмы богов Балу и Дагану» [208] (с. 201).
Разность же наречий туземного населения Прииорданья объясняется тем, что язык аморреев (хурритский), в отличие от хананейского, основан на родстве с потомками Иафета. В раскопанном археологами древнем Угарите, появление которого датировано XXIII в. до Р.Х., после тщательного исследования лингвистами было установлено, что в этом городе:
«…основную массу населения составляли угаритяне и хурриты — народность, говорившая на хурритском языке, близком к урартскому и к языкам Северного Кавказа» [202] (с. 187).
Иными словами: некогда проживающие на северной территории расселения израильского колена Гада аморреи оказались обладателями монголоидного наречия. Вот откуда у готов появляется их монголоидный язык.
Но не только они одни становятся носителями языка завоеванных ими туземцев. Ведь соседствующие с ними колена Дана и полуколена Манассии поучаствовали в разделе  соседнего царства Васан, которое в Псалтири совершенно однозначно отделено от царств хананеев:
«ИЖЕ ПОРАЗИ ЯЗЫКИ МНОГИ, И ИЗБИ ЦАРИ КРЕПКИ:
СИОНА ЦАРЯ АМОРРЕЙСКА, И ОГА ЦАРЯ ВАССАНСКА, И ВСЯ ЦАРСТВИЯ ХАНАНЕЙСКА: И ДАДЕ ЗЕМЛЮ ИХ ДОСТОЯНИЕ, ДОСТОЯНИЕ ИЗРАИЛЮ ЛЮДЕМ СВОИМ» [Пс 134, 10–12].
«Васан = имя страны цар. Ога… Иначе именуется страна эта Аиоф, Иаир и земля Рефаимов (т.е. исполинов). Находится в северной части заиорданской области (Алекс.)» [36] (с. 67).
«Рефаимы = исполины земли Ханаанской; жили в Васане… Во времена Моисея в их стране жили аморреи, но васанский царь Ог был из племени Рефаимов [Втор 3, 11]» [36] (с. 547).
То есть нам неизвестного рода-племени великаны, чья языковая и расовая принадлежность остались за кадром, только лишь правили проживающими в Васане аморреями.
Туземными жителями южной части расселения колена Гада, в отличие от заселяющих ее северную часть аморреев, являлись обладатели хананейского наречия — аммонитяне. От смешения этих двух этносов, оказавшихся объединенными одной страной — территорией колена Гада — и образовался язык идиш. Но этот смешанный язык мог прийти в данную область уже в готовом виде из соседней местности, где проживали так называемые иевусеи. Ведь эта область входила в страну царя аморрейского, который в 134-м псалме назван царем Сиона. Кто же жил в момент прихода израильтян в обетованную им Богом страну на месте нынешнего Иерусалима?
Вот как сказано о населяющем эту местность туземном населении, именовавшем себя иевусеями:
«…твой корень и твоя родина в земле Ханаанской; отец твой Аморрей и мать твоя Хеттеянка» [Иез 16, 3].
Нам же из книги Иисуса Навина известно:
«…среди вас есть Бог живый, Который прогонит от вас Хананеев и Хеттеев, и Евеев, и Ферезеев, и Гергесеев, и Аморреев, и Иевусеев…» [Нав 3, 10].
То есть все эти народности имели тех страшных богов, которые заимствовали у них, вместе с языком, нынешние ерманы, перенеся впоследствии свое капище с Ермона на гору Броккен.
Однако ж не мы сменили своего Благословенного Ноем Бога на хананейско-аморрейское идолище, но они. Не мы променяли свое СЛОВО на лающую ермонскую речь туземного племени Васана, но они. Что теперь достаточно отчетливо и выясняется:
«…идиш — смесь иврита [хананейского — А.М.], немецкого [аморрейско-хурритского — А.М.] и славянских языков» [28] (с. 157).
И вот какие аргументы лежат в основе конечной победы племен служанок над славянами, расселившимися на территории Европы после освобождения ее ото льда:
«Гадово колено было довольно многочисленное…» [138] (с. 164).
А после возвращения из странствий по Дальнему Востоку (где-то к концу V в. до Р.Х.), это Колено, занимающее во времена Иисуса Христа страну Перею:
«…расположено было на юг от скипии…» [138] (с. 165).
От Скифии. Потому как:
«Вефсан — древний палестинский город, в Галилее, в четырех верстах к югу от Тивериады и в двух верстах к западу от Иордана… После нашествия скифов переименован был в Скифополь и был одной из резиденций их» [138] (с. 136).
О нем упоминает и Страбон:
«Скифополь близ Галилеи» [309] (гл. 2, аб. 40).
«Скифополь был вторым главным городом Палестины» [38] (с. 344).
Вторым по величине после Иерусалима. Так что целая страна скифов, названная в Евангелии Десятиградием, была расположена на севере от колена Гадова, которое было не только многочисленным, но и:
«…отличалось воинственным характером» [138] (с. 164–165).
То есть агрессивным. И это очень согласуется с безсмертной привычкой этих самых готов (гадов), несмотря на периодическое получение от нас по зубам, все равно также настырно продолжать свою давно набившую оскомину агрессию на Восток.
И на карте Европы можно с удивлением для себя обнаружить топографические названия колен Израилевых.
У гадов-готов, например, — это Готланд.
Слово гот — это абсолютно однокоренное године значение. Так их стали называть еще задолго до того, когда гот стал звучать как год (следуя произнесению множественного числа — годы).
Точно таким же образом можно разглядеть и присутствие израильтян Данова колена на той же современной карте Европы. Страной расселения Данова колена является Дания.
«С начала IX в., с конца царствования Карла Великого, по берегам Западной Европы начинают рыскать вооруженные шайки пиратов из Скандинавии. Так как эти пираты выходили преимущественно из Дании, то они стали известны на Западе под именем данов» [49] (с. 144).
Между тем датчане:
«…произносят имя Бога-Отца Саваофа (Sabbaoh), а точнее Бога Субботы — Go`Sabbath…» [48] (с. 31).
Что указывает на сохранившуюся у этого народа традицию, оставшуюся еще с библейских времен.
В напутственной речи Моисея об этом колене сказано так:
«“Дан, молодой лев, который выбегает из Васана [Втор 33, 22] с покатостей Ермона, где он скрывается, подстерегая себе добычу”, указывает на силу и воинственность потомков Дана» [192] (с. 354).
А выбегает-то он не просто откуда, но с территории сопредельного колена Израилева, получившего эту землю еще в момент завоевания Палестины Иисусом Навином, когда:
«…Васан перешел в удел полуколена Манассии» [111] (с. 110).
Однако же теперь эта земля опустошена:
«Так исполнились и продолжают исполняться поразительнейшим образом пророчества Божии относительно страны Васанской, Галаада и других городов за их нечестие» [111] (с. 110).
А нечестием является отход от веры истинной в идолопоклоннические вероисповедания своих рабов — аморреев.  Эти же верования с палестинского Ермона были перенесены и в Европу. Там данами были покорены и онемечены славяне Скандинавии:
«В 1397 была заключена Кальмарская уния Д[ании], Швеции и Норвегии, в результате чего все скандинав[ские] страны оказались под властью дат[ских] королей» [168] (Т. III, с. 94).
И, судя по всему, главным предметом этой экспансии явилось через навязывание латиноязычного католичества тотальное искоренение нашего старославянского наречия, которое вплоть до начала XX в. еще было употребляемо в некоторых сельских местностях Скандинавии. Этим подтверждается обнаруженная на сегодняшний день удивительнейшая способность уроженцев глухих провинций этих местностей к изучению столь катастрофически сложного для иноязычников русского разговорного наречия.
Латинизацией же произведено уничтожение старославянских наречий морских (настоящих) Лииных галлов: Шотландии (Росслинг), Го[а]лландии (Фризландии), Португалии (Лузитании), Испании (Андалузии), Северной Германии (Рюгена, Венеты, Померании (Поморья), Ольденбурга, Макленбурга и т.д.).
«Дан — …Родоначальник особого колена Израильского, которое отличалось хитростью, коварством… основало город Дан, по соседству с филистимлянами, с которыми вело торговые сношения. Из этого племени вышел знаменитый художник Хирам» [138] (с. 184–185).
Ну, если уточнить, не совсем художник. Потому как этот самый Хирам, или Адонирам, является главным архитектором храма Соломона — родственником основателя масонства и продолжателем дела главного архитектора иного сооружения — Вавилонской башни — родоначальника немых: Немрода (нем-рода) [113] (с. 214–225).
А ведь масоны свою организацию называют орденом. Что этот термин может означать?
 «Ердань, или Ердан и Иердан (по Остр. Ев.) = река Иордан [Мф 3, 13], [Мк 1, 9]» [36] (с. 176).
Ие орден — Иордан.
И именно на его левобережье и располагалось некогда колено Дана. И именно с вершин горы, на склонах которой оно было расположено, эта река и вытекает. А ведь на Ермоне некогда и стояло языческое капище. Потому, очень похоже, эта река получила свое нынешнее название уже после прихода Израилевых колен в Палестину. Иордан: «Ие» род Дан — полная расшифровка предсказанного в Апокалипсисе воплощения именно из рода Дана именно лже бога (лже Ие) — антихриста. То есть полной расшифровкой этого термина является: Божьим родом (якобы) является род Дана. Вот почему масонство именует себя орденом! Вот в какой термин зашифровано вочеловечение лжехриста — антихриста.
Кстати, именно нами расшифрованная деталь и лежит в основе столь на первый взгляд странной схожести наименования организации орден, под которым приходили на Святую Русь полчища крестоносцев, с термином орда, столь печально знакомым нам по походам на нашу землю Батыя и Мамая. А также тому террору, который некогда развязала против нашего народа разоряющая на протяжении двух столетий наши земли Золотая орда, что теперь выясняется, лишь восточная часть ордена крестоносцев, получивших от нас по зубам на берегах Невы и на льду Чудского озера.
А смысл ведения ордой-орденом той страшной кровопролитной войны на тотальное истребление читаем теперь с полуслова. На Святую Русь приходили иноверцы, пытающиеся военной силой навязать нам, единственной с правой (правильной) славой Бога истинного Державе, подножию Престола Господня на земле, свои лжеверования с одной единственной целью — для воцарения антихриста. Именно по этой причине и приходило как с востока, так и с запада единое войско, именуемое родом Дана (мечтающего о воцарении из своей среды антихриста) — орденом ([И]орда[н]=орден). То есть приходил к нам тогда зверь. Именно по этой причине зверски выкашивалось на завоеванных обеими этими группировками попадающее им в лапы русское население Святой Руси.
Но каким же образом этих древних данов оказалось так много, что они даже составляли основной костяк обеих орд, нагрянувших некогда на нашу землю, как с востока, так и с запада?
При определении количества выставляемых на войну мужчин, что зафиксировано еще в библейские времена:
«…наибольшее число давало колено Дана» [138] (с. 385).
Так что чисто количественно даны подавляли своей людской массой вообще все Израилевы колена.
Но не одни они составляли нами рассматриваемое многочисленное воинство врага. В этот конгломерат потомков Израилевых колен, порожденных чернокожими служанками, также вошли Колена Ассира и Неффалима. Все они своей родиной считают склоны горы Ермон. Потому и называются — ерманами. Именно так, в простонародье, даже во времена 1-й мировой войны, наши русские солдаты их и называли.
Кстати, еще в средние века гора Ермон в Палестине немцами именовалась Гермоном. Некогда турецкий султан Малек-Ашраф, как свидетельствует побывавший у него в плену Иоганн Шильтбергер, именовал себя:
«…султан благородных сарацин… владетель Иерусалима… владетель Иордана… владетель Вифлеема… владетель Синая… владетель горы Гермон, окруженной семьюдесятью двумя башнями…» [431] (с. 67).
Так что палестинский Ермон сами германы называли Гермоном. Что в очередной раз подтверждает выдвинутую нами версию о происхождении этого рыжего картавого семени. Именно они являются теми полукровками славянами, которых покорили вторгшиеся сюда в прошлом их рабы аморреи-угариты — обладатели германского наречия. То есть туземного наречия обитателей горы Гермон.
Потому миф о некоей якобы Адольфом Гитлером выводимой стерильной белой европейской расе, германской, является лишь ни с чем не стыкующейся фантазией:
«И кельты, и германцы — народы, пришлые из глубин Азии» [254] (с. 16).
То есть обладатели смуглых тел и темных волос монголоидного наречия туземцев Васана.
И пусть в Германии не редко встречаются и блондины, однако же:
«Настоящие германцы кареглазые и круглоголовые» [254] (с. 12).
И такого вот покроя немцев, как выясняется, больше половины:
«Веками французы считали, что их соседи немцы — сплошь блондины. Потом этим заинтересовались ученые, и обнаружилось, что в Германии блондинов менее 50%, то есть меньшинство населения» [156] (с. 30).
Так что эти хваленые расисты, что уже на самом деле, представляют собой вовсе не ту расу, за торжество которой столь долго и настойчиво они воевали, усеивая трупами десятков миллионов людей территории белого континента.
«Голубоглазые и светловолосые германцы-долихоцефалы суть огерманившиеся венеды, потомки покоренных славян-россов, населявших до прихода готов всю континентальную Европу и Скандинавию» [254] (c. 12).
Вот как арабы именовали этих коренных жителей белого континента до вторжения  сюда полчищ полукровок — арийцев:
«…сиклаб [славянин — А.М.] значит белый человек» [253] (с. 38).
Это прекрасно согласуется и с иными сведениями о догерманском населении Европы:
«Известно, что славяне исконно жили на землях, простирающихся до нынешнего Берлина и далее к западу…» [112] (с. 668).
«Важный факт: немецкие расовые теоретики дружно отмечают, что в наибольшей степени нордические расовые черты среди всего немецкого народа чаще всего встречаются у саксонцев и в Бранденбурге, т.е. в местах исконного или значительного, по количеству, проживания славян в древности» [61] (с. 173–174).
Именно по этой причине, что слишком бросается в глаза и чего просто невозможно не заметить:
«…древние немецкие земли, города, селения, реки и немецкие семьи носят древнейшие славянские имена…» [112] (с. 668).
«На всей территории Альп и далеко за ее пределами наука, занимающаяся изучением топонимов, их происхождением и значением, обнаруживает необычайно много территориальных славянских названий…» [61] (с. 186).
А.С. Хомяков пишет:
«Рейнское устье представляет собой последние следы славянства на берегах Северного моря. Предположение о том, что морины (от море, теперь Зеланд) и менапии действительно принадлежали к вендскому поколению и были братьями жителей прилуарских, предположение, основанное на сходстве имен, торговом быте, мореходстве и градостроительстве, обращается в безспорную истину при подробнейшем исследовании предмета» [61] (с. 175).
«Известный ученый Г.Ф. Голлман обнаружил удивительное сходство древнерусского языка с древнефризским. Не забудем, что соседями фризов с юга были племена моринов, также изначально не германоязычных. И не здесь ли ключ к загадке личности Рорика Ютландского, конунга фризов, вассала франков, князя, которого некоторые отождествляют с Рюриком Новгородским» [61] (с. 191).
А вот что собой представляли франки:
«…в истории франков и их соседей саксов славянский мотив если не ведущий, то очень отчетливый. Филолог ХIХ века Е. Маевский обнаружил у франков 567 славянских наименований… само существование славян в королевстве франков безспорно и подтверждается большим количеством сел с характерной славянской планировкой и названиями. Археологами выявлены крупные массивы сплошного славянского расселения восточнее линии Бамберг — Гайда — Наба и в районах Эрфурта, Готы, Бургленгенфельда на Набе, Ансбаха на Резате и Альтмюля» [61] (с. 194).
А вот что сегодня полностью подтверждает все вышесказанное: как  принадлежность к славянству вообще всей белой части населения Европы, так и точное указание — где сегодня проживает остальная его часть:
«По многим расовым признакам русские являются самыми чистыми европеоидами. В частности, светлые (серые, серо-голубые, голубые, синие) глаза встречаются в 45% случаев (в Европе — 35%), темные волосы — 14% (в Европе — 45%), прямой профиль носа 75%» [211] (с. 321).
Но почему цвет кожи европейцев все-таки белый?
Очень похоже, что долгое соседство со славянами веками производило обеление поселившихся здесь потомков черных служанок — прежних жителей Галилеи Язык. И именно свободные нравы их женщин, а точнее — языческих обычаев, и лежат в основе столь массового смешения этого изначально цветного населения с белым, то есть русским человеком. И вот почему сами мы при этом не потемнели.  Смешение на западе Европы, судя по всему, происходило точно по сценарию этого смешения на востоке Европы. А вот как об этом сообщается антропологами еще дореволюционной России:
«…идеал у русского человека вовсе не таков, чтобы легко скрутить свою жизнь с какою-либо “поганью”, как и теперь еще сплошь и рядом честит русский человек иноверца. Он будет с ними вести дела, будет с ними ласков и дружелюбен, войдет с ними в приязнь во всем, кроме того, чтобы породниться, чтобы ввести в свою семью инородческий элемент. На это простые русские люди и теперь еще крепки, и когда дело коснется до семьи, до укоренения своего дома, тут у него является своего рода аристократизм, выражающийся в отвращении к инородкам. Часто поселяне различных племен живут по соседству, но браки между ними редки, хотя романы и часты, но романы односторонние: русских ловеласов с инородческими камелиями, а не наоборот… Мужчины, неохотно налагающие на себя брачные узы с представительницами низших рас, весьма благосклонны к их жертвам, когда они приносятся без всяких обязательств с их стороны» [229] (с. 137).
Вот каковы обычаи имеют народы, живущие на севере. Вот как описывает один из эпизодов своего путешествия по Лапландии француз Ламартиньер:
«Увидя нас и думая, что и муж вернулся с нами, она хотела было удалиться, но наш проводник сказал ей, что хозяин… не скоро вернется: она осталась, согласившись дать нам, одному за другим, доказательство своего расположения» [468] (с. 35).
А что это были за доказательства, сообщается в приложении:
«…очень многие авторы свидетельствуют о сохранявшемся долгое время в Лапландии обычае так называемого “гостеприимного гетеризма” — угощения чужестранца своей женой и пр. На этом вопросе подробно останавливается и Н. Харузин (см. стр. 241 и др.). Подобным обычаем, даже после его исчезновения, можно объяснять некоторую легкость нравов лапландок. Другой путешественник конца XVII ст. — Реньяр — пишет: “Лопари стремятся с такой поспешностью найти себе в жены девушек, которые лишились невинности, что даже предпочитают их, как бы они ни были бедны, богатым, если последние не лишены невинности... Однако следует делать различие; чтобы они пользовались успехом, необходимо, чтобы девушка была лишена невинности отправляющимися зимой в Лапландию иностранными купцами, а не лопарем... Они столь усердно изыскивают таких девушек, что когда приезжают зимой в Торнео и находят девушку беременной, они не только забывают свои выгоды и берут ее без приданого, но даже покупают ее у родителей” (см. Regnard, Voyage. Pag. 41 и 42). Этим обстоятельством можно, разумеется, объяснить смешанность типа лопарей: слишком много у них инородной крови. Известно, что подобная легкость нравов до сих пор сохраняется в некоторых местностях у черемис и вотяков» [468] (прилож. 13 к с. 35–36).
А ведь это примечание пишет издание 1911 года. То есть уже и к началу XX в. нравы бытовали в этих регионах в обращении с приезжими достаточно специфические.
«Лапландки… хорошо сложены, приятны в обращении, но немного курносы; если бы не ревность мужей, гнева которых боятся, они охотно предавались бы разврату: вот причина, почему мужья запирают их, лишь только появятся иностранцы» [468] (с. 35).
Вообще-то даже странно как-то — коль с таким упорством выискивают себе в жены обезчещенную иностранцем девушку.
И если француз Ламартиньер был удивлен такими нравами туземного населения монголоидных народностей севера, увидев такое впервые, то у нас этому давно уже никто не удивлялся. Потому как знают, что даже при неимении с кем сходить на сторону, у окружающих нас инородцев приняты вот, например, какие варианты кровосмешения, стирого настрого запрещенные у нас:
«Редко когда мачеха не грешит со своими пасынками, а жена старшего брата — с младшими братьями своего мужа» [483] (с. 137).
Понятно, каким-то мальчикам всегда предпочитались мимо проезжающие белые мужчины…
Таким путем шло у нас обеление язычников соседей — угро-финнов. Сами же мы от смеси с ними вовсе не страдали: Православие блуд отвергает еще в самом его зачатии — блудную девицу замуж никто не возьмет. Но и примесь чужой расы в рождаемых ею детях будет определен мгновенно. Мало того, что обнаружено на сегодня, даже блуд не закончившийся зачатием через некоторое время способен народившемуся ребенку придать черты инородца, тайно вступившего с женщиной в половую связь.
То есть именно Православие ставило серьезный заслон этому расовому смешению с соседями.
Потому понятно, к какой расе принадлежат столь ужасающе легкие нравы женщин, сегодня ярко проявляющиеся у нынешних европеек: немок и француженок, голландок и шведок. Но и история их необыкновенного обеления находится здесь же — легкость нравов принесла этим монголоидно говорящим племенам удивительную схожесть с настоящим белым человеком. Но лишь схожесть — нравы европейцев их истинные национальные черты выдают просто с головой.
Но все это происходило, повторимся, при наличии на Западе больших компактных городских поселений славян. Причем, русская дореволюционная расовая теория сообщает уже выше озвученное — именно славяне являются автохтонами Европы:
«…в свое время не существовало ни праславянина, ни прагерманца, ни прадатчанина и т.д., но на всем районе от западной половины Московской губернии и далеко в глубь Европы жило одно и то же длинноголовое курганное племя, давшее различные в антропологическом смысле современные расы путем примесей народов другого типа…» [229] (с. 167).
Примесей народностей из Галилеи Язык. Колен, рожденных служанками: Зельфой и Ваалой.
А вот что на эту тему сообщалось еще в самом начале XIX века, когда память о заселении Европы белыми людьми еще не выветрилась у населяющих ее народов. В том числе и у нашего:
«Славяне прежде всего жили в Сирии и Финикии; перешед оттуда поселились в Колхиде и Пафлогонии. А из Пафлогонии во время Троянской войны по сказанию Гомера в Европу перешли, и берегами Дуная и Средиземного моря до Италии овладели (Из древних летописцев и из Диодора Сицилийского гл.: 33 и 31)» [287] (с. 5).
«Потомки оных славян за 66 лет прежде Рождества Христова: будучи прогнаны Помпеем с берегов Каспийского и Черного морей, искали на севере и западе Европы безпечности, не обретая оной больше в своем отечестве» [287] (с. 6).
«Роллен и Миллот (том 3, с. 127) полагают в 67 году до Р.Х. “Помпей имея 500 кораблей и 125 000 человек рассеял их в 4 месяца (Мавроурбин с. 11). Они разделились надвое. Одни пошли к северу и заселили берега Балтийского моря на 250 миль германских и назвались венеты, а другие заселили берега Дунайские”» (там же).
Однако ж имеется и иное мнение о нашем народе, где они именуются племенем воинственным:
«“Славяне оскорбляли нападением мало не все народы во вселенной — овладели лучшими провинциями в Европе — и от них произошли сильнейшие народы: славяне, венеты, даки…” (Записки касательно Российской истории. Ч. I. С. 11/ Историография Мавроурбина архимандрита Рагужского с. 3–4)» [287] (с. 9).
То есть самыми первыми среди белых поселенцев Европы, некогда вторгшихся в ее пределы, являются славяне.
Но и впоследствии, уже во времена так называемого переселения народов, именно славяне держат руку на горле буквально на глазах разваливающейся, некогда ими самими и организованной в Великую державу, Римской империи.
Марко Фоскарино (XVI в.):
«Народ этот… под именем Готов, которые населяли прежде остров Исландию (В. Валич сп.: Irlandia) или Скандинавию, и слишком тысячу лет тому назад, под предводительством их царя Тотилы (Totila), известного как Москвитянам, так и в Италии, совершили удивительные подвиги, разрушив, по несчастному [определению] судьбы, город Рим и Римскую империю» [340] (с. 6).
А вот как в 433 г. характеризует договор Рима со скифами Приск Панийский:
«Когда Руа умер, а царство Уннское перешло к Атилле…» [355] (с. 20),
римляне поспешили продлить с этими «варварами» договор. И вот кто из двух договаривающихся сторон являлся настоящей империей, а кто никакой империи в ту пору, что выясняется, не имел. Договаривающиеся стороны постановили:
«…чтоб за сохранение договора Римляне платили Царским Скифам ежегодно по семи сот литр золота (эта дань простиралась ранее до трехсот пятидесяти литр). На сих условиях заключен был мир; в сохранении его и Римляне и Унны поклялись по обычаю своих предков» [355] (с. 22).
А потом еще и Олег им будет щиты на ворота прибивать.
А может быть Атилла и Олег были управителями одного и того же государства? Потому римляне платили дань, что следует из вышесказанного, еще до Атиллы и, что нам известно, все продолжали ее платить уже после царствования Олега. Вот у кого из двух этих древних государств в те времена была настоящая Империя.
Но отраженные моменты истории всегда повторялись лишь с единственным результатом: римляне-ромеи вели агрессию, а представители государствообразующей нации их усмиряли. Под 447 годом, у того же Приска, значится:
«Между Римлянами и Уннами произошло в Херсонисе сражение, после которого был заключен между ними мир через посланника Анатолия, на следующих условиях: выдать Уннам переметчиков и шесть тысяч литр золота, в жалованье за прошедшее время; платить ежегодно определенную дань в две тысячи сто литр золота…» [355] (с. 26–27).
Так что Рим, в попытке соперничания со славянской Державою неких Царских Скифов  только успевал на счета своего в постоянных конфликтах оппонента деньги вовремя перечислять. И уважали они своих соседей славян лишь потому, что боялись — грозен для них был славянский Царь Атилла:
«Римляне повиновались всякому его требованию; на всякое с его стороны понуждение смотрели, как на приказ повелителя» [355] (с. 30).
Вот почему они нас всегда боятся и ненавидят. Вот почему к сегодняшнему дню нашим доморощенным иностранцам, германофилам, внушили просто невероятную своей фантастичностью идею, что, мол, слово славянин у них якобы всегда означало — раб. Видать здорово им в эпоху Атиллы и его предшественников от нас по мордасам заполучать приходилось и умопомрачительнейшую столетиями дань платить. Вот причина, по которой эти извечные наши данники  в своих историях по истории переписали свое ничтожество на нас — своих извечных обидчиков и господ. Потому даже самого Атиллу, чтоб снять с себя былой позор и с нашей стороны полное презрение, переделали в татарина.
Однако ж исторические факты говорят совершенно о другом. При приеме у Атиллы, например, подавалось вино. И это происходило якобы у кочевников, которые, что уже на самом деле, кроме кумыса, что давно подтверждено практически всеми источниками, иных напитков не знают.
Но где же мы такое столь нам знакомое при встрече гостей встречали и встречаем по сей день?
Так ведь исключительно у нас:
«Это обыкновение выпить чарку другую перед обедом велось, и ведется поныне, исключительно у одних росо-славянских племен… иноплеменные европейцы не имеют сего обычая» [318] (с. 171).
Потому-то, что весьма справедливо подмечает Венелин:
«…вино у гуннов перед обедом указывает явно на происхождение их с русской стороны…» (там же).
И этот аргумент в пользу выдвигаемого нашего с этими странными гуннами единого обычая выглядит наряду и с иными отличиями этих «монголов» и от всех народов иных. Что роднит исключительно нас с ними:
 «…точно как остриженные в кружок головы, и бани, и мед, и квас и проч. Монголы ли гунны? О, историки!» (там же)
восклицает Венелин.
Кстати, тому не противоречит даже Лейбниц, который, что откапал в его многочисленных письмах в Ганноверской библиотеке В. Герье:
«…причислил гуннов к славянам…» [418] (с. 41).
Вот еще свидетельство. На сей раз средневекового автора, который с нынешней историей по истории гуннов, так же как чуть позднее Лейбниц, германофил, между прочим, до корней волос, к счастью, был еще не ознакомлен:
«…Хелмолд упоминает, что Россия от предков своих хунов и Хунигард называлась» [371] (с. 18).
То есть страною гуннов.
А вот что на данную тематику сообщает один из авторов средневековья, оставшихся анонимными. На противоположном от Италии берегу Адриатического моря, то есть на территории царства Атиллы, проживают (в XIII веке):
«…славы, ранее называвшиеся хуннами…» [432] (с. 218).
Приск:
«…человек, с которым я говорил, казался Скифом… голова острижена была в кружок» [355] (с. 54).
А еще, что также Венелиным подмечено в повествовании Приска, подаваемые дорогим гостям хлеб-соль.
А вот как выглядело жилище предводителя гуннов:
«Дворец Атиллы… был построен из бревен и досок, искусно вытесанных, и обнесен деревянной оградой с башнями. Внутри ограды было много домов: одни выстроены из досок с резною работой, другие из тесаных и выровненных бревен. Между постройками была большая баня, сложенная из камня, привезенного издалека. Внутри у стен стояли скамьи…» [336] (с. 128).
А еще отсутствие гаремов. Притом достаточно свободное положение женской половины, что встречалось лишь у нас — не знающих и в корне существующего у всех иных нашему народов скрытного или открытого прелюбодейства.
Вот чем отличалась трапеза Атиллы от его приближенных и римских послов:
«Пирующим подносимы были чарки золотые и серебряные, а его чаша была деревянная» [355] (с. 69).
И вот как выглядел Атилла:
«Одеяние у него было ненарядное и ничем не отличалось от прочих, разве только чистотою и простотою» [318] (с. 172).
«Ни висящий на нем меч, ни шнурки варварской обуви, ни узда его лошади не были украшены золотом, каменьями, или чем-либо драгоценным, как водится у других Скифов» [355] (с. 69).
И выходил он в этом простом своем одеянии, что также отмечает Приск, к простому народу. Что в особенности характерно, и такое поведение ни у каких деспотов Востока не встречалось и в помине. Но являлось вполне естественным лишь в обиходе русских князей.
То есть и здесь полная аналогия с нашими правителями.
На пирах у Атиллы:
«…пели былины, слушали смехотворные и вздорные речи юродивого (шута) скифа и ломание горбуна-грека…» [336] (с. 128).
Но и сама топонимика той местности, где властвовали гунны, нам подсказывает все то же:
«Везде, где только проживали гунны, там остались названия мест одни славянские; ни малейшего следу татарских. Таковы названия древнейших мест в Венгрии, Валахии, Молдавии, Юго-восточной России; в Болгарии же, Фракии, Македонии, Албании с прибытием гуннов славянские названия заступили место греческих и римских; неславянские же в упомянутых странах появились только после нашествия на оные венгров и турок из татарского мира» [318] (с. 176–177).
И в довершение всему вышесказанному выясняется, что:
«…Атилла был христианин…» [336] (с. 127).
Что косвенно подтверждается и тем обстоятельством, что гуннами не была разрушена часовня:
«блаженного диакона и первомученика Стефана, расположенной в Меце, где хранилась его драгоценная кровь, не подвергаясь (какой-либо) порче... часовня осталась невредимой, в то время как город был разрушен» [536] (с. 288–289).
Об этом сообщает церковный историк раннего средневековья Павел Диакон.
Так просто заканчивается история о татаро-монгольском происхождении Атиллы.
А вот откуда у историков, сочинявших все свои саги по истории, судя по всему, где-то в начале XVII века, появляется и само прозвище этих столько им бед наделавших объединенных Атиллой с их точки зрения варваров:
«хунну по-китайски хун-ну, или сюн-ну, значит злой раб, а гун-ну почтительный раб» [318] (с. 180).
Возможность же соотнести именуемых китайцами гуннами монголов с гуннами Атиллы еще в V в. столь же призрачна, весьма справедливо отмечает Венелин, как и попытка переправить подобным же образом какие-либо имена из пока не открытой Америки во все тот же Старый свет.
А появиться эта возможность у сочинителей историй по истории могла лишь тогда, когда, собравшись все вместе, они принялись переписывать мировую историю под себя. То есть русская руническая письменность, лишь единственный способ передачи информации в древнейшие времена, была переведена на новые языки, якобы древнейшие, но на самом деле — новодел XVI века — латынь (древнегреческий изобретен несколько ранее), и переписана заново. Потому оригиналов авторов античности нигде как нет, так и быть не может и в самой еще природе. А встали во главе всех этих переделок немцы. Судя по всему, именно у них и проходил это «исторический» со всего мира слет фальсификаторов.
Историю же Дальнего Востока под себя перекраивал великоханьский Китай. А историю Востока Ближнего — хананеи — потомки черных рабов, присвоившие Писание белых людей — Библию — своему афро-азийскому негроидному наречию — наречию туземного населения Ханаана, тем и внеся всю царящую и по сегодняшний день во всех головах всех народов сумятицу. Ведь Бог белых людей этими перекройщиками объявлялся рожденным среди чернокожего населения потомственных рабов, некогда Богом предписанных так и вообще к тотальному уничтожению…
Но война эта велась не только против Русского Бога, но и против Его народа. Потому имена славянские из всех древнейших историй старательно вымарываются и заменяются какими-то совершенно несуразными терминами. Все то же происходит и со всеми иными письменными источниками, включая и Библию, изрядно подправленную под себя народом, некогда заклейменным проклятьем.
Но вот в 30-е гг. XIX в. начинает разбираться в подтасованном немцами историческом материале австрийский русин Ю.И. Венелин. И сильно удивляется, каким же это образом греко-римляне смогли прохлопать у себя под самым носом столь долго с них с самих собирающую дань самую настоящую Русскую Империю раннего средневековья. И это тем более странно, что ему, причем по описаниям лишь еще одного автора, легко удается определить национальную принадлежность людей, населяющих ту древнюю страну Атиллы. Причем автор этот, что самое непонятное для Венелина, никаких наименований посещаемых им селений и городов вообще не приводит. Спрашивается, почему?
Да потому что при формировании немцами так называемой «мировой истории» происходила не только переписка античных источников на якобы древнейшие на планете языки, но и серьезная переделка их. И для обозначения славян либо изобретались новые какие-либо совершенно несуразные названия, например, гунны — якобы китайские рабы, либо просто умалчивалось о слишком известных наименованиях городов и селений, как, например, в цитированном выше сочинении Приска. Ведь он, возможно, все посещаемые им города и селения очень подробно упомянул. Но немцы, чтобы вычеркнуть из истории весьма досадную для них оплеуху, заполученную в те времена от государства славян, империю Атиллы переписали под никому неизвестных гуннов, якобы свалившихся на их головы чуть ли ни с Луны.
Но вот что означает по-нашему этот загадочный термин:
«Гунами на Дону называют старые одежды, лохмотья; в горной Галиции и в Карпатах у гуцулов под гунами разумеют верхнюю нарядную одежду» [336] (с. 129).
То есть данное прозвище привязано просто к одежде, согласуясь с наименованием людей, например, носящих черкески, — черкесами.
Причем, Павел Диакон так и вообще не видит разницы между гуннами и следующими потрошителями Западной Европы — некими аварами. А потому частенько пишет:
«гунны или авары» [537] (гл. 10).
Но вот что в ту пору произошло в Европе на самом деле.
Пересыхают пресные озера Древней Руси, находящейся где-то в ту пору либо в Месопотамии (как считает по результатам своих исследований В.В. Макаренко), либо на территории  Северо-восточной Африки. То есть природные условия для проживания белого человека здесь становятся затруднительными. Здесь требуется учесть, что 200 дней в году мы питаемся рыбой. А потому переселяемся туда, где рыбы этой, составляющей основную часть рациона приверженцев Бога Творца, будет нам достаточно. И достаточно вполне. Рыба же очень любит талую воду. Потому славяне переселяются на берега именно северных морей. А таковыми являются северные моря Европы и некогда гигантский морской бассейн, объединяющий Черное и Каспийское моря с ледникового происхождения морем, которое когда-то находилось на территории Западной Сибири. А оно в те времена просто кишело рыбой. Причем, талая вода из него заполняла И Каспий с Черным морем, и шла даже в Балтику. Вот к этим обильным рыбой местам и старались селиться славяне в те времена, скрытые от нас историями историков.


Схема онемечивания славян Европы


Но в Причерноморье того времени также проживают, соседствуя со славянами, воинственные остготы. То есть немцы. Жить спокойно, то есть не задираясь, эти басурманы не умеют. А потому, когда наступает, наконец, предел славянскому терпению, наш Царь, именуемый Тилла (буква «А» прибавлена, по их обыкновению, греками), собирает войско и громит басурман. И так серьезно громит, что немцы, спасая свои жизни, бегут в соседнюю с ними Византию — за Дунай.
Византийцы, на свою голову, это сорное племя, что затем выяснится — похлеще цыган, принимают.
Вот после этого весьма необдуманного поступка древняя Империя, именуемая Римской, и подходит к своему концу. Немцы, как обычно и ведут себя все подобные им паразиты, обживаются, залечивают свои ободранные русским штыком «перышки», а затем начинают сосать кровушку из необдуманно впустившего их к себе головотяпа — Фракии Византии.
А когда византийцы, наконец, одумавшись, начинают их лупцевать, это цыганообразное племя перебирается отсюда в Италию и начинает грабительствовать уже там.
Империи же прекратить эти безчинства помогаем, опять же, — исключительно мы. Разбушевавшихся немцев громят болгары — волгар;. Ведь греки вместо буковки В произносят Б — потому-то и появляется столь для нас странное наименование славянского народа. То есть громят этих разбушевавшихся не в меру басурман, опять же, русские люди с Волги. Но басурман этих, немцев, то есть и по-русски слова не понимающих, по-хорошему, требовалось не громить, но уничтожать, как забравшихся в чужой дом паразитов. Потому и гибнет тысячу лет безбедно просуществовавшая нами же некогда и организованная империя. Потому именно мы и пытаемся ее от влезшего в нее короеда как-либо защитить.
Но, увы, не в коня корм. Ведь разъедающие ее бациллы, то есть когда-то весьма опрометчиво запущенные в нее немцы, все увеличиваются в числе. Здесь, судя по всему, повинна в тот момент принявшая массовый характер эмиграция всех остававшихся на тот момент еще в Африке, Аравии и Палестине Израилевых колен. То есть вслед за славянами, оставившими эти южные знойные страны из-за высыхания пресноводных морей, им столь необходимых, Европа пополняется полчищами немцев, стремящихся в самые уже здесь наиболее теплые места — на нынешние территории Франции и Италии. И, в конце концов, цивилизация древности, заполоненная изнутри, с черного практически хода, немытыми телами пришельцев, гибнет.
И вот как это происходило на Западе. Адам Бременский:
«Славония есть обширнейшая страна Германии… Эта страна плодороднейшая и наполнена оруженосным и воинственным народом… Итак, народы славянские, из коих самые крайние с запада, граничащие с заалбийцами, суть вангры, коих столица Алденбург, приморский город» [318] (с. 557).
Их язык, что также отмечается Адамом Бременским, не отличается от польского.
« “Далее, — продолжал Адам, — следуют (т.е. к востоку) ободриты, иначе называемые ререгами”.
…ободриты населяли герцогство Мекленбургское и Западную Померанию» [318] (с. 557).
«Далее продолжает он: “А ближе к нам живут палабы, коих главный город Рацисбург”.
Ближе к нам, значит ближе к Гамбургу. Итак ободриты жили подалее от Гамбурга, к востоку; ибо палабы жили поближе. Объясним сие. Полабы есть название славян, живущих по реке Лабе. Так ее называли сами балтийские славяне; так ее называют еще и теперь в Богемии, где она происходит, самые чехи. Лаба у латинских писателей превратилась в Albia, а после в Albis, а у немцев в Эльб, Elbe» [318] (560).
То есть наш славянский гидроним Лаба к сегодняшнему дню переименован немцами в Эльбу.
«Древний схолиаст Адама прибавляет: “Сих четырех народов, по их храбрости, называют волками, или лютичами, т.е. лютыми”…
Вообще сии волки, или лютичи, занимали значительную часть Мекленбурга, и всю Западную Померанию, и острова Рюген, Узедом и Воллин…
Гавеляне… суть славяне по обеим сторонам реки Гавелля, втекающей в Лабу… Дощане, на коих земле стоит Берлин, суть восточные соседи гавелян. Далее к востоку от дощан суть лебужане, по обеим сторонам Одеры, около Кистрина, отчасти на реке варт, и близ Франкфурта. Названы так от главного города Лебужа, он небольшой, стоит при Одере, между Кистрином и Франкфуртом. Стодеране лежат от гавелян к югу до самых пределов Лузации (Лужиц)» [318] (с. 562–563).
Но Адам Бременский вовсе не является единственным источником, сообщающем о некогда принадлежащей северной части нынешней Германии славянам. Наличие здесь в Западной Европе славянской страны городов подтверждает, веком ранее Адама Бременского, и «Баварский географ» (IX в.):
«Описание городов и областей к северу от Дуная. Те, которые расположены ближе к пределам данаев, зовутся нортабтрецы. Это область, в которой 53 города, поделенных между их князьями. Вильцы — [область], в которой 95 городов и 4 [меньших] области. Линаа — народ, у которого 7 городов. Рядом с ними расположены [те], кого называют бетеницами, смельдингами и морицанами, у которых 11 городов. Поблизости от них находятся [те], кого называют хех-фельдами, у которых 8 городов. Поблизости от них находится область, зовущаяся сурбы, в каковой области много [меньших областей], в которых 50 городов. Поблизости от них [те], кого называют таламшщы, у которых 14 городов. Бехеймары — [область], в которой 15 городов. У мархариев — 11 городов. Вулгарии — огромная область и многочисленный народ, у которого 5 городов, потому что их великое множество и им нет надобности иметь города. Есть народ, который называют мереханами, у них 30 городов. Вот эти области граничат с нашими пределами. Вот кто находится поблизости от их пределов. Остерабтрецы — [область], в которой более чем 100 городов. Милоксы — [область], в которой 67 городов. Пешнуцы имеют 70 городов. Тадеши [имеют] более 200 градов. Глопяны — [область], в которой 400 городов и более. Свиряны имеют 325 городов. Бушаны имеют 231 город. Шиттицы — [область], изобилующая народами и весьма укрепленными градами. Штадицы [область], в которой 516 городов и бесчисленный народ. Шеббиросы имеют 90 городов. Унлицы – многочисленный народ, 318 городов. Нериваны имеют 78 городов. Атторосы имеют 148 [городов], народ свирепейший. Эптарадицы имеют 263 города. Виллеросы имеют 180 городов. Сабросы имеют 212 городов. Снеталицы имеют 74 города. Сабросы. Атурецаны  имеют 104 города. Хосиросы имеют 250 городов. Лендицы имеют 98 городов. Тафнецы  имеют 257 городов. Сериваны — это королевство столь [велико], что из него произошли все славянские народы и ведут, по их словам, [свое] начало. Пришаны — 70 городов. Велунцаны — 70 городов. Брусы — во всех направлениях больше, чем от Энса до Рейна. Висунбейры. Кациры, 100 городов. Руссы. Форшдерен лиуды. Фрешиты. Шеравицы. Луколане. Унгаре. Вишлане. Шленцане, 15 городов. Луншицы, 30 городов. Дадошешаны, 20 городов. Мильцане, 30 городов. Бешунцане, 2 города. Верицане, 10 городов. [...] Фраганов, 40 городов. Лупигла, 30 городов. Ополины,20 городов. Голеншицы, 5 городов. Свевы не рождены, а посеяны. Бейры зовутся не баварами, а бойарами, от реки Боя» [497] (с. 15–16).
Так что сами немцы нам сообщают о существовании некогда славянских мощных воинственных поселений на берегах Северного моря. Однако ж славяне, в то же время, весьма странно о себе почему-то молчат. Венелин, выдающийся исследователь славянской старины, раскрывает нам эту загадку:
«Что ж тому виною? Не имеем ни одного тамошнего славянского писателя того времени. Может статься, что их было довольно, но их труды должны были быть преданы истреблению вместе с их языком. Все, что узнаем о сих славянах, взято из свидетельств их соседей…» [318] (с. 556).
«Если же приглядеться к данной проблеме внимательней, то на карте нынешней Европы можно найти тысячи и даже десятки тысяч тех неизгладимых следов, что оставили наши прямые предки в местах своего обитания. Да, те, кого принято называть славянами, славянорусами, венедами и т.д., а если быть более точными, просто русами, чувствовали себя на всей территории Европы как дома. Европа и была их домом, нашей родиной — мы просто забыли об этом. Но топонимика помнит. Исторические хроники и летописи можно исказить, дополнить, переписать. Но невозможно выправить и переиначить сотни тысяч названий городов, сел, рек, ручьев, озер, равнин, лесов, болот, гор» [386] (с. 263).
Так как же вышло, что проживающие в Европе еще до Р.Х. многочисленные германские племена не оставили по себе вообще никакой топонимики, а вся имеющаяся принадлежит нам — славянам?
«сами немцы называют себя “дойче”. Откуда же появился этноним “германцы”? И что он означает на самом деле? “Германцами”, а точнее, “германами”, называли северных варваров римские историки и более поздние раннесредневековые хроникеры, писавшие на латыни. Подразумевали ли они под “германами” подлинных немцев, “дойче”? Нет. По той простой причине, что “дойче”-немцы не проживали в те времена в Центральной и Восточной Европе, на землях нынешней Германии… Вышесказанное однозначно подтверждается топонимикой Европы, а также совершенно четкими указаниями средневековых хроникеров (см. Мавро Орбини и др.), которые писали прямо, что Европу заселяли те, кого позже стали обозначать этнонимом “славяне”. Так почему же римляне называли славян-русов “германами”?» [386] (с. 263–264).
Таким вопросом задается несколько недопонявший суть разбираемой им проблемы Юрий Петухов.
Нам же, в свете уже ранее разобранного, совершенно четко теперь становится видно, что германами античных историков являлись вовсе не славяно-русы, как ошибочно считает Юрий Петухов, но пришедшие сюда с горы Ермон колена полукровок: Ассира, Неффалима, Дана и Гада. Это полностью подтверждают и их языческие боги, имеющие внешность помеси двух рас: белой и черной. Здесь стоит лишь взглянуть на облик предоставляемых нам Петуховым этих богов и богинь. Все они, хоть и несут в себе черты белого человека, волосы от самых корней имеют кучерявые — как у негроидной расы. У русского же человека они, как и у их Бога, Иисуса Христа, до ушей прямые. И лишь затем переходят в кудри. Германы же собой представляют семито-хамитскую расу, то есть помесь белой и черной рас. Ведь они являются порождениями черных служанок — Ваалы и Зелфы. Да, города их, пусть и не слишком отчетливо, именовались все же на славянском наречии, которое в Древнем Израиле было общепринятым для всех Израилевых колен. Но с приходом немцев-«дойче», то есть каких-то монголоидов, скорее всего их же бывших слуг, аморреев, они, посредством окатоличивания, превращаются в картавых иноязычников: немцев и французов, датчан и англичан.
С чем, собственно, вполне согласен и Юрий Петухов:
«…исторически свободные русы-русы-норики (славяне этнические) завозили невольников-рабов германцев… В дальнейшем расплодившиеся германцы, бывшие рабы, сумели существенно повлиять на язык и культуру…» [386] (с. 281).
И вот чем объясняется этот явно просматривающийся в наименовании германов палестинский Ермон:
«Само слово “гер-” имеет основой своей… “яр-”, “ар”, то есть “ярый, ярий, арий”… В средневековую латынь, как и в латынь римлян, слово “яр-” трансформируется однозначно, как “гер-” (хронисты, к примеру, записывают славянское божество Яровита “Геровитом”, и т.д.)» [386] (с. 264). 
И этот революционный процесс перехода «кто был ничем» в господа Европы, то есть процесс перехода в господа слуг израильтян, аморреев, был наиболее характерен еще и тем, что именно у аморреев, в свое время, и был белыми обитателями Ермона заимствован культ поклонения ханаана-аморрейскому божеству — Ваалу-Перуну. Да, уйдя из Вавилонского плена, евреи раскаивались в своем идолопоклонстве, но надолго ли?
И вот, выясняется, что вовсе ненадолго. Вернувшись из дальних странствий и переведя своих ермонских языческих чудищ сначала на Олимп, а затем на гору Броккен, они подверглись экспансии своих бывших рабов, принявших к тому времени извращенный вариант христианства — латинство. То есть трактовку священного Писания, вместо всеобще принятого в то время богослужения на языке Бога, на близкое к аморрее-хурритскому наречие, которое представляет собою эсперанто европейских тюркоязычных народностей того времени. Это-то эсперанто монголоидноязычные революционеры, захватившие в стране белых людей власть (правда, чрезмерно картавых людей), затем и обязали выучивать при крещении в свою ересь этих позабывших Своего Бога славян-полукровок.
А от смешения бывших рабов с бывшими господами (не совсем, правда, и господского-то происхождения) и образовалась та самая нация, которую и принято сегодня именовать германской. То есть эту столь сегодня любящую о своем некоем-де превосходстве посудачить нацию следует все же выводить из смешения, что называется, бульдога с носорогом: белых израильтян, черных хананеев и желтых иафетян. То же касается и всех иных олатыненных и онемеченных европейских народностей. Нынешний «белый континент», что уже на самом деле, и даже в момент наибольшего саморекламирования в качестве стоящего впереди мировой цивилизации, белым вовсе не является.
И вот как именовались некогда  земли Западной Европы, самыми первыми подвергшиеся германизации:
«…вся страна… лежащая между реками Лабою и Одерою, к югу от Великогородской области, называлась славянами вообще Украиною; с тех же пор, как попалась под власть к немцам, стали называть ее Мархиею Украинскою, Marchia Ucrana, Marchionatus Ukranensis; немцы с этого сделали одно слово: Ucker-Mark» [318] (с. 564).
Но история, если ее итогов не учли, обычно повторяется. Не ждет ли все уже когда-то произошедшее с поморскими славянами и нынешних самостийников, изобретших себе все под тем же наименованием особую страну?
А вот что сказано о происхождении Ганзы — германско-славянского торгового союза тех времен:
«Прежде, нежели Любек и Гамбург, — сказано во Всеобщей истории торговли и мореплавания, — в 1241 году заключили сей знаменитый союз и приняты в оный в первый раз и другие славянские приморские города: Визмар, Росток, Stralsund, Гринсвалд, — были уже, несколькими столетиями прежде, некоторые славянские города, так знаменитые своей торговлею и столь славившиеся своим богатством и великолепием, что можно их сравнить с Карфагеном, Афинами и Коринфом. Сии города суть: Винета, Юлин, или Воллин, Великогород (Magnopolis, Megalopolis, Mackelburg), Ретра, Висби на острове Готланде, Аркона на острове Рюгене» [318] (с. 565–566).
А вот что сказано лишь про один из них — столицу венедов:
«Густров, столица прежде бывшего Венденского княжества… распространен князем Генриком Буревиным I около 1220 г. и более обогащен его наследником, Буревиным II, который заложил огромную церковь св. Циццелии в 1226 году. При ней находятся крипты, или гробницы, с мраморными статуями многих Великогородских (Мекленбургских) князей. Там же находится родословная всех князей Великогородских, вырезанная на мраморе» [318] (с. 575–576).
А вот какие славянские города здесь некогда находились: Тетерев, Робель, Варин, Плава, Краков, Златогорск, Любеч, Малхин, Грабов, Пархим, Леденица, Домица, Ставни, Ивенак, Пенцелин, Малхов, Добертин, Витапек, Трибеков, Боков, Додов, Кремин, Марница, Бобин и др.
Города Шверинского княжества: Зверин (Шверин), Кривица, Бойца, Бичов, Ренин, Радзов, Седлища, Гневен, Карин, Зареншин, Банцков и пр.
А вот как именуются города, подвластные древнему вендскому Ростоку: Доберан, Живан, Верле, Драгун, Гноен, Марлов, Рыбница, Тешен, Кольцов, Дружевица и др.
Старгородское графство: Стрелица, Старград, Новый Бранденбург (Бранибор), Миров, Ганчов, Подвал, Заделков, Немиров, Броды, Зерица, Гранцов.
«Ольденбург — это славянский Староград (Старигард)» [386] (с. 262).
Адам Бременский:
«Славянские племена весьма многочисленны; первые среди них — вагры… город их — приморский Ольденбург» [495] (гл. 21).
И не просто город на побережье, там располагается:
«славянский залив» [496] (гл. 5).
«Альденбург — это то же, что на славянском языке Старгард, то есть старый город… находясь во главе Славии, имел соседями народы данов и саксов…» [435] (с. 54).
«Брунсвиг — теперь город Брауншвейг (ФРГ)» [435] (прим. 40 к с. 164).
И вот с какими именами славянских народов связаны упоминания о нем. Гельмольд:
«…ободриты, кучины, полабы, вагиры…» [434] (с. 719).
«Существуют также и другие славяне, которые называются древняне… Их главные крепости следующие: Буковец, который теперь называется Любек, также Гам т.е. Гамбург и Бремен, который был их столицей и местом жительства» [514] (Пролог).
А вот как именовались города этого славянского округа:
«Деммин — Дымин.
Мекленбург — ранее назывался Рарог (Рерик), позднее — Микулин Бор.
Шверин — бодрический Зверин.
Ратцебург — древний город воинов — Ратибор.
Бранденбург — Бранибор.
Дрезден — Дроздяны.
Лейпциг — Липск, Липецк.
Бреслау — Бреславль.
Хемниц — Каменица.
Рослау — Русислава.
Прильвиц — Прилебица.
Регенсбург — Резно.
Мейссен — Мишно.
Росток — так и есть Росток.
Мерзебург — Межибор.
А вот современные немецкие города, о древних названиях которых вы и так догадываетесь: Любек, Бремен, Вейден, Люббен, Торгау, Клюц, Рибниц, Каров, Тетеров, Мальхин, Миров, Россов, Кириц, Бесков, Каменц, Лебау, Зебниц и т.д., и т.п. Сюда уместно добавить, что австрийская столица Вена — это славянский Виндебож, а г. Цвель — Светла. Сама же Австрия называлась до онемечивания княжеством Острия!» [386] (с. 262–263).
Так что даже и по сию пору, когда от былых поселений славян остались лишь видоизмененные названия, та страна городов выглядит достаточно солидно.
Но города бывали и очень крупными. Например:
«Древний Воллин был после Константинополя знаменитейший город Европы, и толикого могущества, что сильного датского короля Свенона, в тройной войной побежденного, наконец взял в плен и, получив от него выкупные деньги, ничего не опасаясь возвратил ему свободу. Многолюдность города доказывает то, что в одном 1124 году окрещено в нем Бамбергским епископом Оттоном 22 000 граждан» [318] (с. 568).
Крещено, заметим, в католичество. Вот он где конечный корень онемечивания здешних славян, погрязших в те времена в язычестве.
Адам Бременский:
«Самые сильные среди них — это живущие посредине ратари; город их, знаменитая на весь мир Ретра [Ретра располагалась на оз. Липс между Нейстрелицем и Нейбранденбургом (Мекленбург) — прим. редакц.], является центром идолопоклонства. Большой храм построен там для демонов, главным из которых считается Редегост… Говорят, что от города Гамбурга до этого храма 14 дней пути» [495] (гл. 21).
Так что католическая экспансия на погрязших в языческих заблуждениях местных славян-германцев рано или поздно, а должна была навалиться со всей силой в те времена имеющейся у Запада.
«За лютичами, которых иначе зовут вильцами, протекает Одер, самая полноводная река в земле славян. В ее устье, там, где она впадает в Скифское озеро, расположен знаменитый город Юмна [Волин располагался в устье реки Одер — прим. редак.], весьма оживленное местопребывание варваров и греков, живущих вокруг... Это, действительно, крупнейший из всех расположенных в пределах Европы городов, который населяют славяне вместе с другими народами, греками [русскими — А.М.] и варварами. Приезжие саксы также получают возможность там жить на равных… От этого города коротким путем добираются до города Деммина, который расположен в устье реки Пены, где обитают руяне. А оттуда — до провинции Земландии, которой владеют пруссы. Путь этот проходят следующим образом: от Гамбурга или от реки Эльбы до города Юмны [Воллина — А.М.] по суше добираются семь дней. Чтобы добраться до Юмны по морю, нужно сесть на корабль в Шлезвиге или Ольденбурге. От этого города 14 дней ходу под парусами до Острогарда Руси. Столица ее — город Киев, соперник Константинопольской державы, прекраснейшее украшение Греции» [495] (гл. 22).
С Грецией тех времен, наконец, понятно все. Это та часть славянского мира, где господствовала Русская Церковь. А так как не имеющих никакого отношения к язычеству славян латинянам требовалось как-то обзывать, то и придуман был этот столь теперь странно выглядящий термин — греки. Но настоящими русскими, что нами давно выяснено, являются исключительно они. А потому исключительно они и сохранили себя в этом злобном мире, где сила народа всегда определялась правильностью его вероисповедания. Причем, судя по высказыванию Адама Бременского, это язычество появляется у славян в отместку за насаждение латинства вместо Русской Церкви, обзываемой нашими врагами греческой:
«…к язычеству вернулись те, которые уверовали первыми [то есть славяне — прим. редакц.]» [495] (гл. 44).
И ведь кто-то же им это язычество навязал?
Самое-то интересное, что и Руси именно в те самые времена было навязано все то же чужебесие. Потому как Адам Бременский сообщает нам о периоде времени, о котором он ведет свое повествование:
«Между тем, счастливо миновал 1000-й год от воплощения Господня» [495] (гл. 42).
Вот славяне язычники, жители этой средневековой западеньки, как когда-то и мы с воцарением князя Владимира, занесшего к нам именно в эту же самую пору культ Перуна, с вероисповеданием ошиблись — за то и поплатились. Причем, очень жестоко: католичество быстро расправилось с этими адептами чужебесия, снабдив просто в считаные века эту язычествующую массу уже своим собственным языком и своими собственными законами. То есть именно внедрение язычества и помогло Западу обезпечить себе победу над славянством.
Не то же самое, один в один, происходит сегодня и на Украине?
А потом вот еще чем объясняется столь легкая победа крестоносцев в здешних местах:
«Богатства и излишества всего и “идолопоклонство отворили путь к неге, роскоши и разврату, коего неминуемым следствием были несогласия и разные раздоры, начали наносить благосостоянию города чувствительные удары, кои повторяемы были частыми пожарами. При сих бедствиях воллинцы стали выгонять иностранцев, а преимущественно слишком усилившихся россиян [в оригинале — греков, как во времена изобретения фальсификаций немецкой лжеисторией было принято именовать русских — А.М.], кои с женами и детьми возвратились в Россию, где основали княжество, еще ныне так называемое Волынское… Последующие еще раздоры причинили рассеяние и прочих иностранных купцов. Наконец, датский король Вальдемар, увидев увядающие силы сего страшного соперника своего, со всеми своими силами напал на него и в 1170 году, взяв приступом, разрушил до основания”.
Так кончилась сия столица Севера; разрушение ее было гораздо ужаснее гибели, нанесенной Сагунту Аннибалом, а Карфагену Сципионом» [318] (с. 569).
А вот и еще достаточно нам о чем-то говорящее наименование древнего здесь нашего города — Буков. Переселенцы уже из этой местности, судя все по тому же, и заселили впоследствии Буковину.
Но была и еще одна, кроме Волина и Великогорода, столица славянского Запада — Венета:
«В поморской стране (Померания) за 800 лет  тому назад на берегу моря стоял высокий и знаменитый город, называвшийся Винета, к которому стекались изо всех мест большие склады товаров для торговли… в Европе, не только на Балтийском море, не было ему подобного, так что в нем городские и прочие ворота были сделаны из чистой, красной меди. Через такое богатство жители сделались до того кичливы, что стали совершать открыто такие насилия и морские разбои, которых сам Господь Бог не захотел долее оставлять без наказания, так как у них в этом городе никогда не было христианской веры, а только языческое варварство…» [438] (с. 370).
Однако ж вот как закончила свое существование она:
«“Винета была из величайших городов Европы. Между славянскими не было ни одного ей равного… ее положение было весьма выгодно, имея сообщение не только с морем, но и со всей Славониею. Его жители были большею частью венеды или славяне, которые, однако, принимали к себе и иностранцев, преимущественно россиян, которых тогдашние писатели обыкновенно называли греками. Сие стечение разных народов, привлекаемых туда торговлею, приносило городу несметные богатства”.
Сей город посреди самого цветущего своего состояния, посреди своего блеска и величия постижен несчастием, коего никогда нельзя довольно оплакать, — несчастьем, нанесенным ему самою природою. “При сильной необыкновенной буре море оторвало довольно большую часть острова, причем потонул и целый город”. Миркелий говорит, что еще в его время (в XVII столет.) “при тихой и ясной погоде напротив селения Дамерова, в полмиле от берега, можно видеть в море улицы в прекрасном расположении, и что одни сии остатки Винеты шире и пространнее всей окружности Любека”» [318] (с. 570). 
И вот как велики были разрушения от произошедшего в этом районе описанного бедствия:
«…необыкновенная буря и величайшее наводнение, кои Ругию (Рюген) разорвали на части, и острова Руден и Гринвалдский, составлявшие часть ее, оторваны от нее…» [318] (с. 572).
Так что победило этот легендарный остров, Руян — Буян, судя по всему, море. Немцы же, что и понятно, в полной мере воспользовались произведенными стихиями разрушениями. Ведь у них у самих городов еще в ту пору не было, а потому гигантским цунами и землетрясениям разрушать было нечего. К тому же славяне жили на морском побережье, потому и пострадали. Немцы же, являясь варварами чисто сухопутными, обитали во внутренних районах страны. Потому именно они и оказались завоевателями в этой разрушенной бурями стране. Потому не им, как бытовало несколько ранее, но теперь они, после произошедшего, навешивали на оказавшиеся волею судьбы под их властью народности свои привычки, язык и вероисповедание.
«Начиная с X в., германцы, объединенные Карлом Великим в сильную монархию, наступательно двинулись на восток, покоряя и истребляя одно за другим многомиллионные славянские племена и под тяжелым гнетом своим шаг за шагом убили их народность и их язык. Вся нынешняя германская низменность есть сплошное славянское кладбище…» [336] (с. 23).
Низменность — это приморские территории, претерпевшие природные катаклизмы и врасплох застигнутые врагом.
И вот что сказано о главном городе славян Запада:
«Сеи град Венета приимал вся протчыя народы. Однако же егда тамо пребывали, не было попущено им житии по благочестию христианскому, его же ради затвердел в поганстве, даже до своего рассыпания» [361] (с. 63).
«Славяне защищали свои родные земли отчаянно и с героизмом, но искусственно разъединенные и разобщенные хитрым и дерзким врагом, действовавшим где силой, где интригой и подкупом, легли костьми среди своих полей и лесов и под развалинами своих сел и городов…» [336] (с. 23).
«Магистр чина Тевтонского, вооружился на Славян Прусов, и, одолев их тогда, первое ввел веру христианскую на языке Немецком, от чего погас аки весьма язык Славян Прусских» [361] (с. 68).
Тут следовало бы все-таки несколько уточнить, когда этот самый язык, немецкий, вообще появляется на свет Божий. А точнее, когда приобретает свою грамматику, на которой вообще можно было начинать кого-либо учить:
«…только в XVI веке образовался литературный или книжный немецкий язык... В основе этого… языка лег перевод Библии, сделанный Лютером, и первая грамматика немецкого языка, принявшая в руководство язык Лютера, вышла в 1578 году» [419] (с. 7).
То есть грамота эта, Филькина, ко временам Бориса Годунова еще только появилась! Но вот когда эта шушера чухонская приобретает вид некой национальности:
 «Только в XVIII веке начали упражнять их сочинениями на немецком языке» [419] (с. 8).
И вот что, в сравнении с нашими на 30 км в диаметре привольными городами, имели эти папуасцы. Причем, отнюдь не при царе еще Горохе, при нем, что нами выяснено, они имели лишь аулы, но уже в пору своего фавора — в XVII веке:
«В начале тридцатилетней войны в Лейпциге было 17 300 жителей; после… 12 300… в 1661 году, в Берлине, столице… было только 6 500, а в 1680 году только 9 800 жителей… только в 1679 г. введено там мощение и освещение улиц…» [419] (с. 18).
И что, в сравнении с этими казибошками, наш Киев или Господин Великий Новгород?
Сравнения, что нами выясняется, попросту нет.
Но вторжение этих грязных безграмотных варваров, собранных воедино какою-то никем пока не исследованной силой, во владения славянских цветущих обширных западных городов все-таки произошло. Пусть при помощи стихийных бедствий и какой-то религиозной болезни, именуемой язычеством. Но славяноязычный Запад с тех пор исчезает с лика планеты. А ему на смену приходят варвары, получившие грамоту на своем тарабарском наречии лишь ко временам гибели Ивана Грозного от наемных убийц.
Нам же в наследство, это чтобы как следует оценить случившееся онемечивание пусть картавых полукровок, детей Зелфы и Ваалы, но все же славян, остались лишь наименования в прошлом славянских городов. Да вот, например, какие удивительнейшие фразы из оправдывающих огерманивание славян од:
«…взяв заложников, Святополк вернулся в Любек» [435] (с. 123).
И что бы, спрашивается, князь с чисто славянским именем там делал?
Так ведь правил. Причем, правил целой славянской страной, находящейся на нынешней территории Германии. Потому странно такое слышать, но это факт из славянской истории. Но сегодня те славяне уже не знают — кто они. И уверены в том, что являются немцами. Вот как распрекрасно работает вражья пропаганда: она истребляет целые народы без войны. 
Но каким же образом произошел захват, в частности, страны, подвластной Святополку?
А все дело в том, что после его смерти власть в стране славян досталась датскому королю. Все дело в том, что мать отца Святослава:
«…происходила из датского королевского рода (см. гл. 19 прим. 251), поэтому Кнут считал себя в праве предъявить претензии на Бодрицкое королевство» [435] (прим. 40 к с. 125).
«И возложил император корону на главу его, чтобы был он королем у бодричей, и принял его в число своих вассалов» [435] (с. 125).
И здесь тем более ничего вроде бы и не было особенного, потому как женою кнута являлась:
«Ингебор, дочь князя новгородского Мстислава Владимировича, внучка Владимира Мономаха» [435] (прим. 46 к с. 127).
То есть эта королевская династия обещала быть русскоязычной. Потому вроде бы как, со стороны глядя, ничего личного. Просто одно из славянских королевств императором Священной Римской империи отдается под власть пусть не славянина, но династии, имеющей все же славянские корни. Дальнейшее же, что называется, являлось «делом техники»:
«После этого Кнут пошел в землю вагров и… совершил набег на землю славян, убивая и поражая всех, кто оказывал ему сопротивление. А… Пребислава и старшего в бодрицкой земле Никлота, он увел в плен и посадил их в Шлезвиге в темницу, одев им на руки железные оковы, пока они деньгами и поручительствами не откупились и его власти над собой не признали» [435] (с. 125).
Но Кнут вскоре был убит. И на его место заступил король Дании Эрик. Так славяне бодричи и оказались под властью инородцев. И пусть пришедшие на защиту славянства их новые вожди, Прибислав и Никлот, князья полабов, вагров и бодричей, и пробовали восстановить былое могущество своей некогда единой державы, но силы противостоящих сторон были слишком не равны. А потому вследствие интриг, заговоров, католического наступления на остающихся в язычестве славян полукровок, силовых нашествий в виде в том числе и крестовых походов, а где-то и вследствие природных катаклизмов, везде по-разному, в конце концов, пал в ту пору еще славянский Запад. Что повсеместно и заключает пишущий историю западной Славии, страны славян, Гельмольд.
Присланный в Вагрию епископ:
«…приступил с великим рвением к делу господню и призвал народ славянский к благодати возрождения, вырубая рощи и уничтожая нечестивые обряды. И так как замок и город, где находилась церковь и епископская кафедра были пусты, то он настоял… чтобы здесь была создана саксонская колония и, таким образом, священник мог бы иметь утешение в народе, язык и обычаи которого он знает…
Когда все это было так совершено, было признано удобным построить церковь и в Лютилинбурге и Ратеково (Ратеково — теперь Ратекау, недалеко от Любека)…
Таким образом, ширилось дело господне в земле вагрской, и в этом граф и епископ оказывали друг другу взаимную помощь. Около этого времени граф возвел снова замок Плуню и построил там город и рынок. И ушли славяне, жившие в окрестных селениях, и пришли саксы и поселились здесь. Славяне же постепенно убывали в этой земле.
Но и в земле полабской, благодаря настояниям епископа Эвермода и графа Генриха из Рацисбурга, было воздвигнуто много церквей» [435] (с. 191–193).
И там все происходило в точности к уже описанному в Вагрии. Затем следует очередное нападение на землю славян. И вот чем оно заканчивается:
«Опустошив всю страну, герцог… разделил землю бодричей и роздал во владение своим рыцарям… Зверин и Илинбург поручил Гунцелину; Микилинбург [Микулин бор — А.М.] отдал он Генриху, некоему благородному мужу из Скатен, который привел из Фландрии множество народа, и поселил их в Микилинбурге и во всех окрестностях его… И увеличились десятины в земле славянской, потому что стеклись сюда из своих земель тевтонцы, чтобы населить землю эту, просторную, богатую хлебом, удобную по обилию пастбищ, изобилующую рыбой и мясом и всеми благами…
В то время восточную часть Славии держал маркграф Адальберт… он поработил всю землю брежан, стодорян и многих других народов… Наконец, когда славяне мало-помалу стали убывать, он послал в Траектум и в края по Рейну, а потом к тем, кто живет у океана и страдает от суровости моря, а именно к голландцам, зеландцам и фландрийцам, и вывел из всех этих стран много народа и поселил их в славянских городах и селениях» [435] (с. 200–201).
Но все уже означенное являлось лишь частью трагедии славянства Западной Европы. Затем:
«Генрих, граф из Рацисбурга, что находится в земле полабов, вывел множество народа из Вестфалии, чтобы они заселили землю полабов…» [435] (с. 205).
А экспансия эта ползучая будет остановлена лишь там, где немцам как следует накачают по зубам. Что случится уже у нас — в Русской Земле. Здесь, несмотря на многовековую агрессию, рубежи Пскова и Великого Новгорода немцам так и не удастся преодолеть, что впоследствии и позволит даже перенести военные действия на территорию неприятеля. А если точнее, на территорию, некогда принадлежавшую славянам. Правда, в стране нашей и тогда все так и продолжалось засилие инородчины. Потому Берлин так и не заговорит на своем природном — русском языке: ни после победы русских войск Елизаветы над Фридрихом Великим, ни после победы русских же солдат в Великой Отечественной войне. Ведь никто даже после этой победы так и не попытается обнародовать труд того же Гельмольда, чтобы восстановить, наконец, историческую справедливость в отношении онемеченных славян вторгшимися в Поморье инородческими ордами.
А со времен выше описанной агрессии на славян Поморья, все славянское во все щели лезущими на их земли немцами постоянно уничтожалось. Потому славянских источников, повествующих о своей древности, мы в странах Западной Европы не встречаем. Но довольствуемся лишь тем, что о славянах сообщают немцы, в полной мере воспользовавшиеся случившимся с населением балтийского Поморья несчастьем.
А уже когда власть в стране русских, то есть в единственно в ту пору остающейся славянской стране — России, наконец, переходит в руки ставленников масонской закулисы, захватившей на тот день власть практически во всем мире, немцам предоставляется уникальнейшая возможность смело стянуть со славян «одеяло истории» и одеть его на самих себя. Все это происходит при воцарении на Руси, некогда этнически славянском государстве Атиллы, масонской династии Романовых (см.: [384]).
Потому, между прочим, становится в некоторой части понятным и язычество князя Святослава. Лев Диакон вот куда помещает страну вторгшихся в Византию славян-язычников. Они относят:
 «…свое отечество, к Киммерийскому Воспору» [358] (гл. 1).
А ведь вплоть до XI в. все европейские авторы в один голос утверждают, что Балтика соединена с Черным морем каким-то таинственным проливом. И именно в устье этого пролива, заметим, а вовсе не в наш стольный град Киевской Руси, помещают города своей родины вторгшиеся в окрестности Дуная язычники Святослава. Это очень похоже на то, что язычник Святослав в то время являлся князем вовсе не в нашем Киеве, но в том же Волине, бывшем аккурат в указываемое Львом Диаконом время одним из крупнейших городов Европы.
Существование же Киева, в качестве столицы Святой Руси на Русской равнине, судя по всему, следует перенести к каким-то более ранним временам нашей истории. И все непонятности возникли из-за того, что перекройщики истории произвели наслоения на события, входящие в разные временные рамки, породив собою столь обширное количество просто ничем, кроме предлагаемых нами вариантов, не объяснимых недоразумений.
И одним из них является то же окатоличивание славян Запада. Как бы они, спрашивается, насаждали там в XI¬–XIII вв. латинство, если саму эту латынь изобретут лишь в XIV столетии? И как бы славяне могли терпеть у себя на шее иноязычных королей, если те на своем собственном наречии могли что-либо накалякать безграмотной рукой кухарки лишь после того, как грамоту для них придумает, лишь несколько столетий спустя нами описываемых событий, Мартин Лютер?


Призвание варяг


А вот как, в свете разобранного, трактуется история о «призвании варяг»:
«В отличие от Новгорода настоящий русский Старгород находился в районе теперешних западногерманских земель Ольденбург и Макленбург и примыкающего к ним балтийского острова Рюген. Именно там и находилась Западная Русь, или Рутения. Что же касается варягов, то это не этноним, обычно ошибочно ассоциируемый с норманнами, а название профессии воинов. Воины-наемники, объединенные под общим названием варяги, были представителями разных народов западнобалтийского региона. Западные руссы тоже имели своих варягов. Именно из их числа был призван родной внук новгородского князя Гостомысла — Рюрик, сын его средней дочери Умилы, выданной замуж в район Западной или Старгородской Руси. Он пришел в Северную Русь со столицей в Новгороде, так как мужская линия Гостомысла угасла еще при его жизни» [254] (с. 2–3).
Вот что пишет на эту же тему историк еще XVIII века Ф. Туманский:
«Кто были издревле в России Государи не известно. В пятом веке начали владеть князья Словенские, от рода которых был и Буривой, отец Гостомыслов. Тогда же почти вся Россия говорила языком словенским; но имя руссов гораздо прежде было у греков знаемо. Хотя писатели иностранные давали ей имена: Скифии, Сарматии, Роксолании, Венеции, Бармии, Гордорики, Острегардии, Холмогардии и проч., однако ж народ русский еще гораздо до Рурика был славен (Татищева история. Часть I. Стр. 5). Оный ездил по морям за торговлею в Норвегию, Данию, Швецию, Индию, Сирию и до Египта (Ежемесячные сочинения 1755. Апрель. Стр. 309)» [222] (с. 3–4).
Мавроурбин архимандрит Рагужский:
«…Вандалы и Славяне были единого тогожде народа…» [361] (с. 81).
Адам Бременский:
«…область славян, самая обширная провинция Германии, населена винулами, которых некогда называли вандалами» [495] (гл. 21).
Вот что сообщает о национальной принадлежности варягов С. Герберштейн (начало XVI века). Он, судя по всему, также еще не был тогда знаком с навязанной нам впоследствии нелепой «норманнской теорией». Он считал, как, судя по всему, и вся Европа еще во времена царствования отца Ивана Грозного, что варягами являлись жители Вагрии, проживавшии некогда на южном побережье Балтийского моря. Эти славяне-вандалы, с его слов:
«были могущественны, употребляли, наконец, русский язык и имели русские обычаи и религию» [124] (с. 63).
Мавроурбин:
«Обретается в летописях Российских, что пришед в несогласие Русси, ради обрания нового Князя, послали в вагрию город, и в провинцию, в прошлых временах зело славную Вандалов, стоявшую в нынешней ближности Любеки: дабы имети какова-либо правителя от одного народа, им во всем единообразного» [361] (с. 81).
В том числе и в вопросе религиозном. То есть избираемый правитель должен был быть одного с нами вероисповедания.
И вот что выясняется по части как их религии, так, следовательно, и нашей на то время собственной. Известна:
«…легенда о том, что Рюрик был захоронен в тайном месте в золотом гробу» [61] (с. 282).
Между тем, этот:
«…гроб не вписывается в известный нам языческий погребальный ритуал Севера» (там же).
Рейтенфельс:
«В древнейшие времена, говорит Геродот, существовал обычай у русских народов, что они своих умерших… царей… хоронили в холмах. Такого рода холмы и поныне еще можно видеть в разных местах Московии, в Польше и даже в Швеции и Дании» [409] (гл. 11, с. 303–304).
Этой отличительной особенности от европейских варваров жителей Древней Иудеи, как выясняется — Древней Руси, удивляется и Корнелий Тацит:
«Тела умерших они не сжигают, а …зарывают в землю» [556] (гл. 5).
Именно так и был, в отличие от язычников Западной Европы, похоронен русский князь Рюрик.
Таким образом, если озвучить как уже имеющимся, так и продолжающие прибавляться факты о появлении Христианства на Руси задолго до князя Владимира, то станет понятно, что призвание Рюрика происходило вообще на территории одной и той же огромной страны, в те времена простиравшейся далеко на запад.
Да, не однородным было ее славянское население. Потому и историки сообщают об этой чересполосице. Причем, не отделяя от язычествующих в то же время проживающих практически почти там же православных христиан, но якобы шарахающихся от одной веры в другую одних и тех же людей:
«Затем, с изменением с течением времени общественных нравов, цари у них то хоронились, то сжигались, в разных местах различно, смотря по тому, что повелевало грубое суеверие» [409] (гл. 11, с. 304).
Но все здесь различие было по коленам Израилевым: дети служанок, плохо дружные с буковкой «Р», были подвержены суевериям. Именно они сжигали своих покойников. Однако же исключительно упомянутые Рейтенфельсом русские исповедовали веру нашу, Русскую, — Православие. Именно они и заботились об обязательном предании своих покойников земле. И, по возможности, исключительно на родной земле. Ведь именно наша любовь к отеческим гробам общеизвестна.
К тому же народ русский самими же немцами считается единственным из всех иных уже изначально с христианской душой. Вальтер Шубарт:
«Русские были христианами до того, как приняли христианство… Русский носит в себе христианские добродетели, как постоянные национальные черты. Не будет преувеличением говорить о врожденном христианстве Русской и славянской души. Именно Россия обладает теми силами, которые Европа утратила или разрушила в себе. Задача России в том, чтобы вернуть душу человеку» [231] (с.169).
Так что русский человек, что подмечено и самими немцами, впоследствии якобы нас чем-либо просветителями, уже изначально являет собой истинного христианина, что и подтверждает даже сам способ захоронения русского князя — по-христиански — в гробу.
И что князем был вовсе не какой-то немец, а именно русский человек не перечит и рассказ Герберштейна. Так как проживающие на территории нынешней Германии:
«…вандалы тогда не только отличались могуществом, но и имели общие с русскими язык, обычаи и веру, то, по моему мнению, русским естественно было призвать себе государями (Herrschaften) вагров, иначе говоря, варягов, а не уступать власть чужеземцам, отличавшимся от них и верой, и обычаями, и языком» [261] (с. 61).
Вот чем венчает свои умозаключения о происхождении Рюриковичей Герберштейн:
«На основании всего этого мне представляется, что русские вызвали своих князей скорее из вагрийцев, или варягов…» [124] (с. 63).
И это вновь — вовсе не попытка придать желаемой гипотезе некоторую тень действительности. Ведь посол Священной Римской империи был прекрасно ознакомлен с предметом, о котором писал:
«Как дипломат, Герберштейн побывал во многих западноевропейских странах, в том числе и прибалтийских (в Дании, в Швеции), был знаком с их историей, что и позволило ему установить параллель между Вагрией и Россией, а не между Швецией и Россией» [124] (с. 63).
«…посланцы новгородских и других северных племен были направлены к варяжскому племени Русь, жившему в западном углу Прибалтики, эти варяги были славянами; за князем этих славян была замужем дочь новгородского князя Гостомысла Умила; за ее сыновьями, чтобы возобновить угасшую по мужской линии династию Гостомысла, и явились посланцы. Это племя Русь иначе называлось еще ругами» [63] (с. 49–50).
Именно они и владели в ту пору островом Рюген. Что теперь забыто. Но не везде:
«…оказывается, имеется книга француза Мармье “Письма о севере”, изданная им в 1840 году в Париже, а затем в 1841 году в Брюсселе (X. Marmier, “Les Letters sur le Nord”). Этот французский исследователь, не имеющий, к нашему счастью, никакого отношения к спору антинорманистов с норманистами, во время посещения им Макленбурга, т.е. как раз той области, откуда был призван Рюрик, записал среди легенд, обычаев и обрядов местного населения также и легенду о призвании на Русь трех сыновей князя славян-ободричей Годлава. Таким образом, еще в 1840 году среди онемеченного населения Макленбурга бытовала легенда о призвании. Это призвание запомнили не только на Востоке или, вернее, в Северной Руси, куда они пришли, но помнили это и на Западе, откуда они вышли» [254] (c. 4).
Таким образом, память о «призвании» все же сохранилась. Сохранилась и точная дата падения последнего оплота русского человека на Западе, теперь далеком от нас:
«…остров Рюген был окончательно раздавлен как самостоятельная русская единица в 1168 году…»  (там же, с. 3).
То есть еще эпоха объединения Руси Андреем Боголюбским застала в целости этот самый последний бастион славянства на Западе. Но о продолжающемся сопротивлении славян повествуют и хроники начала XV века. В повествовании, например, бургундского рыцаря Гильберта де Ланноа, говорится, как прусские немцы:
«…вторгнулись в Померанию, где грабили и жгли четыре дня и четыре ночи. Пятьдесят сел было предано пламени и множество скота захвачено в добычу. Число сел, сделавшихся добычею этого разбойничьего набега, подтверждает сказания старинных летописцев о многолюдности и богатстве поморских славян, которых в это время не могли еще истребить немецкие рыцари» [430] (с. 9–10).
Здесь описываются «подвиги» тевтонов 1412–1414 гг. То есть даже два с половиной столетия спустя падения Рюгена славяне в Померании еще жили от немцев вполне обособленно.
И вот почему почти половина нынешнего населения Германии составляют люди с русым цветом своих волос:
«…немецкий Drang nach Osten, стерший с лица земли множество славянских племен Средней Европы, сделал немцев, особенно восточных, полуславянами» [91] (с. 531).
А о том, что в Поморье раньше жили исключительно славяне, сообщает и Гельмольд:
«Славянские народы весьма многочисленны. Они живут по берегам Балтийского моря» [434] (с. 713).
Вот еще очередное свидетельство о славяноязычии природных жителей Померании. На этот раз из биографии одного из сочинителей россказней о некоем якобы коварстве и тирании Ивана Грозного:
«Как уроженец Померании, Шлихтинг знал, кроме немецкого, и “русский” (славянский) язык, а потому в Москве попал, “в качестве слуги и переводчика”, к “итальянскому врачу”, бывшему на службе у царя» [436, с. 5].
То есть еще ко временам Ивана Грозного, то есть ко второй половине XVI века, что подтверждают сами же немцы, в этой области Германии разговаривали исключительно на русском языке. Однако ж навязанное католичество предписывало знать также и латынь. Что, в конечном итоге, и легло в основе случившейся с местным славянским населением германизации.
К нынешним же временам остались от местных славян лишь некоторые воспоминания об их былом самоназвании:
«Винды. — Так называются словенцы в Хорутании, Крайне и Истрии; англо-саксонские варианты этого имени, Wienedas, Weonodas, обозначают вендов, или славян, живущих к югу от Балтийского моря… под именем Vender (др.-норм. Vindr) в Скандинавии, особенно в Дании, в течение средних веков (XI и XII столетий). Также и финские племена на берегах Балтийского моря и Ботнического залива… употребляют его еще и теперь в применении к России…» [36] (с. 922).
А ведь венеты — это потомки колена Вениаминова, некогда на землях Палестины составлявшего вместе с коленами Левии, Семиона и Иуды Царство Иудейское. Столицей же этого Царства был славяно-русский город Ие Руса лим.
И вот что, в свете нами разбираемого деления потомков Иакова Израиля на колена, следует сообщить об изначальном заселении ими Европейского континента. Все говорит о том, что обосновались в Европе сначала, покинув ставшую к тому времени слишком знойной  Палестину, где к тому времени стали пересыхать реки и гигантских размеров моря-озера, русскоговорящие русоволосые Колена морских галлов — галлов Лии — галилеяне. Именно они ну никак не могли жить без наличия морских и речных накопителей воды. Они и питались морем, то есть рыбой, и использовали водяные артерии в качестве средств связи между своими городами.
Но где в России имеется обозначение данного топонима, означающего морских, Лииных, галлов?
Это старинный западнорусский город Галич — столица княжества, чьи жители некогда и именовались — галичанами или галицийцами.
Подтверждение тождественности наших галичан с французскими галлами находим в записках арабских путешественников еще тех времен, когда в Европе основным разговорным языком являлся наш — старославянский. На нем разговаривали в том числе и франки, чья главная реликвия, Евангелие на русском языке, некогда хранилась в их столичном в ту пору городе Реймсе. На этом Евангелии и впоследствии, чисто традиционно, присягали все французские короли (оно сожжено масонами революционерами во времена их прихода к власти в стране).
Ибн Хаукаль сообщает, что:
«…из Андалуса купцы вывозят в Магриб и Египет рабов, взятых в плен в войнах с франками и галицианами…» [252] (с. 51).
А вообще вот как именовалась Европа времен Александра Македонского:
«…Аруфа (Европа)…» [252] (с. 58).
Вот как арабы делили землю на обитаемые части. Ибн ал-Факих ал-Хамадани (903 г.):
«[Первая —] Аруфа, а в нее входят ал-Андалус, ас-Сакалиба, ар-Рум, Фиранджа и Танджа, до границы Египта и Лубии» [447] (с. 72).
Причем, имеется более чем четкое объяснение даже и самой этой странной приставочки — А, стоящей перед ласкающим слух русского человека звука — Руса. У арабских писателей о нашей древней стране частенько проскакивает:
«…в рукописи: Аль-Русия вместо Арусия…» [253] (с. 31).
Так что экзотическое на первый взгляд наименование Европы некоей Аруфией, на самом деле, никакой из себя экзотики не представляет. Сюда лишь следует присовокупить поправку на инородческую шепелявость, чтобы совершенно четко в наименовании белого континента услышать наше отечественное сладкое слово — Русь сия. 
«…последняя миграционная волна была этнически близка населению, которое, освоив эту огромную территорию, жило здесь уже не одно столетие до прихода “последней волны”. Народы на этой территории жили достаточно мирно, поскольку территория была огромной и давала возможность всем народам найти свой угол, устроиться, а сильные в военном отношении народы, которые могли бы развернуть конкурентную борьбу за эти территории, оставались на Ближнем Востоке, а точнее в пределах Древней Европы. Соответственно, города были невелики размером и строились скорее всего из дерева» [66] (с. 152).
Самым же крупным городом тех времен, что теперь выясняется, была Ладога, куда первым делом и пожаловал Рюрик:
«Именно в Ладоге в VIII–IX веках были две первые каменные крепости на Руси. Значит, не врут легенды и придания старины. Рюрик пришел княжить в крупнейший город Северной Европы» [61] (с. 259).
Здесь, правда, имеется некоторое несоответствие со временем появления этого города. Судя по всему, он, как и Новгород, не может быть ранее XI в. Судя по всему, где-то в это время очень существенно падает уровень мирового океана, а потому появляется много новых земель, пригодных для освоения человеком. С этого момента и начинают отстраиваться наши северные русские города.
И вот почему славяне раньше были расселены в основном именно в приморской местности. Вот для каких нужд у них имелись тысячи городов:
«Главным занятием новгородских и приморских Руссов была торговля с соседними странами. Азиатские товары туда доставлялись Волгой…» [336] (с. 53).


Вселится Иафет в шатрах Симовых


«Те славяне, которые отреклись исповедовать веру свою на собственном языке, суть на самом кривом пути, ведущим их к тому, что некогда перестанут они быть славянами. Имеяй уши слышати, да слышит!» [343] (с. 220).
Но вот агрессивные народы, заброшенные в Европу с последней миграционной волной, повязанные каким-то единым руководством, нагрянули нежданно на мирные города своих в прошлом соотечественников.
А ведь и действительно, захлестнувшая славянскую Европу эта католическая волна — орда-орден:
«…была очень воинственной и агрессивной, была спаяна орденской дисциплиной и действовала по согласованному плану. “Князья-мигранты” захватывают многие европейские страны, где практически одновременно — где-то к началу XVII в. — меняются правящие династии. Это только контур тех событий, которые позволяют понять ситуацию становления современной России и новой Европы» [66] (153).
Но перед вторжением на нынешнюю территорию Европы многочисленное колено Дана, судя по всему, уже никак не могло уместиться на доставшейся ему ранее небольшой территории на склонах горы Ермон. Где следует искать поселения этого Колена после возвращения из странствий по территории Китая и Монголии, куда ушли 10 Колен после окончания пленения их ассирийцами?
Остатки культуры, сходной колену Дана, сегодня обнаружены на территории Северо-Восточной Африки. Потому проживание этого Колена тех времен следует соотнести с территорией Судана. Где топоним Дан предваряет именно на нашем древнем наречии звучащая приставка:
«Осоу — сокращенное слово государь…» [36] (с. 392).
Которое, ко временам протопопа Аввакума, что следует из его писем, было сокращено до искомого нами: су.
«“Су” — обычная для той эпохи форма сокращения от “государь/осударь/сударь”» [572] (с. 306).
Иными словами, су Дан на нашем наречии XVII века означает: государство Дан. Что, между прочим, является точной копией и нынешнего названия страны этого народа — Danmark [168] (т. 3, с. 94).
И пусть в жилах воинственных пришельцев и текла некоторая доля славянской крови (Авраама и соседствующего с их средневековым аграрным сектором городских русских поселений), но старославянский язык, заложенный даже в названии их как минимум тысячелетнего государства, к тому времени был ими уже забыт. Ведь отвергнув своего Бога, для вознесения молитв Которому и требовался наш древний язык, они, к тому времени, перешли к почитанию б-га чужого — идолища своих рабов — угаритов-аморреев:
«…бога-громовержца, подателя дождя и воителя Силача Балу, поражающего землю молнией-копьем» [202] (с. 190).
Что же это нам такое до боли знакомое напоминает?
А Перуна. И при всем при этом:
«Есть веские основания думать, что угаритское Йаву тождественно… Яхве» [202] (с. 190).
Так что и Явь, что выясняется, вовсе не составная часть Святой Троицы, как пробуют нас в том заверить язычествующие, но божок угаритов-аморреев, на чьих землях некогда и расселились дети служанок, Зелфы и Ваалы, чья родословная восходит к Израилевым коленам: Гада и Неффалима, Асира и Дана. В этой же компании оказалась и часть потомства Рахили — полуколено Манассии (а ведь Иосиф, его предок [его и Ефрема], является сыном египетской жрицы, чьи корни к белой расе вряд ли имеют какое-либо отношение). Сами же угариты — это расселившиеся затем в Паннонии угры.
Но что значит их странное название?
У гари то. То есть поименованы они местом своего жительства у какой-то гари. А ею, судя по всему, и является главный храм поклонения их родовому божку, перекочевавшему затем к расселившимся здесь же ерманам. Этот же божок затем и оказывается на горе Броккен, куда со всего света на Первомай (в ночь с 30 апреля на 1 мая) ежегодно слетается нечисть со всего мира.
Так каким же все-таки образом монголоидное наречие рабов колен Израилевых, угаритов, становится во главу языков европейских народностей?
Здесь следует присмотреться к переведенной Гриневичем с наших древних рун на наш современный язык фразе с наскальной записи, обнаруженной в Сибири:
«Мое чудо — и я “ствола” РА, корня солнцеподобных, от “ветви” РА. И какие были рысичи! Какой был “кулак”! Теперь страдаем от распрей, от драк быстротечных, от каких-то смертельных болезней. Тюрки же были “ствола” РА слуги» [31] (с. 71).
То есть аммореи-угариты, слуги израильтян, — это и есть тюрки — слуги рысичей с наскальной сибирской надписи. И именно тюркские наречия, каковыми и являются языки европейских народностей, лежат в основе собранного из них эсперанто — латыни.
О чем все это говорит?
О том, что тюрки свергли власть белых людей в каком-то царстве, располагавшемся некогда на территории современной Монголии и южной Сибири. Именно эти полчища затем и вторгаются в Европу. Понятно дело, своих бывших перемешанных с белыми людьми монголоидно говорящих рабов никто поначалу всерьез за опасных соседей не воспринял. За что затем и пришлось поплатиться. Выходцы с горы Ермона, перенесшие оттуда свое капище на гору Броккен, доказали свое вероломство с лихвой. А в особенности при изменении своего социального положения. Ведь всем вылезающим из грязи всегда безпременно хочется угодить исключительно в князи. Вот в чем основа этого все непрекращающегося их «натиска на Восток».
Вот по какой причине именно немцам доверяют писать мировую историю после захвата ими власти практически во всем мире. Они и перекурочили ее так, что на сегодня и сами в ней запутались окончательно. Ведь лишь одни только берестяные грамоты, обнаруженные в русских городах времен средневековья, полностью перечеркивают ими изобретенную историю о некоем «городе Глупове», в который они попытались превратить своими сагами нашу страну.
Но время и постоянные нестыковки их доктрин потихоньку расставляют все по своим законным местам.
Возвращаясь же к нашему повествованию, следует отметить, что какая-то часть славян с Запада, со временем, испытав на себе все несправедливости от наглого цветного населения западной части Европы, просто ушла — благо было куда — на европейский восток. Точно так, собственно, как русский человек вынужденно покидает территории придуманных большевиками «республик» и сегодня. Его оттуда просто выживают инородцы. Как, судя по всему, выживали и всегда. Обеление же цвета кожи этих полу хананеев, полу аморреев произошло из-за длительного их проживания на торговых путях славян (подробно см.: [385]).
Но, что и понятно, бытовали и прямые завоевания монголоидами белых людей. О чем и сказано в Библии относительно их прародителя — Иафета:
«…да вселится он в шатрах Симовых…» [Быт 9, 27].
Здесь, скорее всего, имеет под собой основу версия Венелина, что некоторая часть проживавших на территории нынешней Померании славян, о чем и свидетельствует, например, языческий храм Ретро, являлась перунопоклонниками. Потому-то они, собственно, столь категорично и разделяют свое население на местных славян и иноземных купцов, проживающих среди них, — руссов. Которые, судя по всему, свое прозвище имеют от имени исповедываемого ими Бога — Русы. Это имя узнали от Иисуса Христа апостолы. А потому свою паству так и нарекли, в честь усыновления исповедников Христианства, — Русскими. Потому и Европу тех времен именовали Аль-Русой. Ведь и на территории нынешней Англии, и на территории Франции, и на территории Скандинавии — везде жили не просто славяне (исповедники дохристианского Бога Славы — Творца небу и земли), но именно православные славяне. То есть Русские. Потому и направленность агрессии католических орденов становится более понятной. Их экспансия была всегда устремлена в одну и ту же сторону — исключительно против Веры Русской — Православия.
Однако ж начата была эта война со внедрения на некоторую часть славянских территорий язычества. Именно эти славяне изгоняют проживающих среди них Русских людей, то есть православных, за пределы своих стран. Потому Русское население и покидает Поморье: одни, галлы, уходят в Галицию, другие, ранее проживающие в княжестве Великогородском в городе Боков, на землю нынешней Буковины и т.д.
Поредевшее же население Поморья, что является более чем явной за их поведение карой Божьей, постигают природные катаклизмы: землетрясения и наводнения. Что оставляет в прошлом прекрасно защищенное стенами крепостей уже поредевшее после случившихся раздоров на религиозной почве население этих территорий практически беззащитным. Чем не преминут тут же и воспользоваться их заклятые враги, объединенными силами поочередно нападающие теперь на эти разрозненные языческие островки, сильно ослабленные от немилосердия повернувшейся к ним вдруг спиной природы.
И вот еще что сгубило этих в совсем недавнем прошлом столь грозных для соседей славян. Они, не принявшие Христа, потому оставшиеся в дохристианском миропонимании земного общежительства, являлись многоженцами.
Откуда у них имелась такая традиция?
Лютичи, судя по наименованию своего племени, были не в меру воинственны. А кто постоянно ведет все нескончаемые войны, тот имеет и нескончаемые среди не только своих врагов, но и среди своих воинов потери.
И здесь многоженство, когда уцелевшие в набегах воины приносят в свое логово богатую добычу, для этих пиратствующих молодчиков являлось как раз более чем прекрасным подспорьем — вдов, оставшихся без кормильцев своих семейств после удачного набега, разбирали и одаривали награбленным добром победители. Потому многоженство в такой воровской ватаге, не причиняя вреда неимущим, которых в этой волчьей шайке вообще не было, являлось весьма удобным вариантом общежительства. В случае же поражения ушедшей на промысел артели, жителей городов, пусть несколько и поредевших в количестве, от вагров защищали неприступные стены их обширных и многолюдных городов.
Но когда пиратские города эти вдруг внезапно оказались разрушенными стихиями и даже затопленными водой, то их население, численность которого сильно превышало необходимое для противостояния врагу в поле войско, оказалось полностью беззащитным перед нахлынувшими в их страну полчищами врагов.
Потому немцы, поубивав немногочисленных мужчин, забирали женщин и девочек себе, а мальчиков продавали в рабство. Вот, кстати говоря, единственный вариант для объяснения событий тех лет, который хоть как-то наиболее сносно может объяснить странность онемечивания славян Европы. Причем, даже гаплогруппа этих полуславян Западной Европы будет не наша. А сообщается она поколениям исключительно по мужской линии. Второй вариант онемечивания — право первой брачной ночи, столь долго являющееся узаконенным на Западе. Может быть, первый мужчина, имевшийся у женщины, сообщает свою национальную принадлежность и всем остальным ее детям?
Но и сам образ жизни среди варваров, судя по всему, также мог давать о себе знать, сообщая бывшим славянам гаплогруппу того народа, по порядочкам которого они жили на протяжении многих веков. Хотя, с другой стороны, может быть именно язычникам, и без того именуемым лютыми, то есть лютичами, гены этих варваров по каким-то странным законам того времени были более близки, чем людям православным? И, может быть, сама их гаплогруппа, несмотря на их русый цвет волос и славянский язык, была от нашей все же сильно отлична и тогда?
И вот как выглядели в данном плане их завоеватели, судя по всему в те времена большими массами прибывающие в Западную Европу:
«В языческой Дании воины считали позором закончить свои дни от болезни в постели» [18] (с. 194).
Но и их соседи по захваченному Поморью мирной кончине также предпочитали насильственную смерть. А потому, если смерть от руки врагов все так и не приходила:
«…германские варвары кончали с собой» [18] (с. 194).
Но и практически все иные неславянские их соседи по Европе поступали со своими душами ничуть не лучшим образом:
«…как только кельт вступал в возраст, следующий за полным физическим расцветом, он кончал жизнь самоубийством» [18] (с. 194).
Так что у захвативших Европу пришельцев, практически у всех, что и роднит их необыкновенно, существовали:
«Обычаи, которые предписывали престарелому или больному человеку покончить с собой…» [18] (с. 194).
Все эти обычаи, кроме всех этих перечисленных людоедов, вторгшихся в Европу, существовали именно у монголоидов. Ведь именно у них если дедушка затягивал свое отправление в геенну, то его «ласковый, милый» внучок легко помогал ему в этом не простом процессе насильственного прерывания жизни:
«О древнетюркском происхождении готов свидетельствуют и такие этнографические признаки, как, например, убийство своих стариков» [254] (c. 12).
То есть уничтожение «лишних ртов» — это у них в крови. И теперь вполне понятно, почему:
«…готы представляли одно из угро-финских племен, в значительной степени сохранивших свой аглютинативный грамматический строй…» (там же, с. 12).
У эвенков был обычай расправы с «лишними ртами» следующим способом. Стариков и старух:
«сажали на льдину и отталкивали, отправляя на смерть. А у эвенков было такая традиция, как нотрган: когда отец переставал ходить на охоту, старший сын затягивал на его шее аркан. У норвежцев были придуманы специальные лыжи, чтобы старики уходили на них как можно дальше и не могли вернуться обратно» [542] (гл. «О соответствии времени и месту»).
И вот как достаточно просто, в свете пока лишь языкознания, объясняется все вышеизложенное:
«Древние германцы… жили в лесных шалашах и юртах и занимались лишь войной и охотой, мало имели понятий о торговле, ремеслах и промышленности, а также об архитектуре; не знали и письменности; следовательно, не могли иметь в своем языке тех названий, которые необходимы, для выражения понятий о предметах, качествах и действиях, народам оседлым и более культурным. Все это германцы в течение веков должны были поневоле заимствовать от культурных соседей и, главным образом, от славян и римлян» [336] (с. 24).
И вот кто кого в данном регионе научил самому главному — искусству выделки железа. Вот что на эту тему нам сообщает А.С. Шишков, президент Российской Академии Наук:
«Я нашел сделанную мною выписку из немецкой книжки о дрезденских рудокопных заводах.
Сочинитель ее говорит, что рудокопство началось в те времена, когда в стране сей обитали славянские народы…» [343] (с. 237).
Потому немцы, впоследствии, приписали себе как умение добывать железную руду, так и умение строительства городов и крепостей, в так называемом готическом, а на самом деле славяно-языческом стиле. Перекройке на их монголоиднозвучащее наречие подверглись и захваченные ими населенные пункты:
«Славянские названия местностей, сел и городов германцы переделали, по созвучию, на свой лад: Брани-бор, в стране Лютичей, в Бранденбург, Микулин-бор в Мекленбург, Гам-бор в Гамбург, Поморье в Померанию. Стрелов в Стрелиц, Лужицу в Лаузац,  …Русиславу в Руслау, Прусаков в Прайсен, Вельбор в Вилленберг, Выструг в Истербург, Острог в Остерроге, Кролевец в Кенигсберг, Колобрег в Кольберг, р. Лабу в Эльбу, Рину в Рейн» [336] (с. 24).
В военном дневнике государственного секретаря А.С. Шишкова, записанного в 1812–1814 гг. во время движения русских войск по землям Германии, числятся следующие наименования населенных пунктов, прежде славянских, переименованных в немецкие: 
«…из Хомутово Комметау, из Липецка Лейпциг, из Кралев-градец Кениг-гретц, из Болеслав Бунслау, из Борислав Бреслау, из Будисын Будисин или Бауцен. В историческом описании сего последнего местечка повествуется, что построитель его дал имя ему буди сын, по той причине, что жена его в это время была беременна, и он желал появления сына» [343] (с. 190).
Но и под сотню иных уже упомянутых выше чисто славянских наименований топонимики — в очередной раз подтверждают правоту всего изложенного нашими дореволюционными историками об иафетянах германцах, вселившихся, что пророчествовала еще Библия, в шатры Симовы. То есть монголоидноговорящие безграмотные грязные варвары, арийцы, вселились в благоустроенные города славян — города господствующей расы послевавилонской цивилизации. А их общий язык стал представлять собою производное из варваризированного худым выговором наших слов мутантами, вторгшимися в пределы Поморья-Померании славянского нашего языка. Принятие же этими славянами католичества, отнявшего у них связывающее с Богом СЛОВО,  и сделало их немцами:
«Известно, что во времена Карла Великого многие в Германии славяне мало-помалу до того исказили язык свой, что совсем ему разучились. Отсюда возник немецкий язык. Словари немецкие представляют на всех страницах обломки исковерканных слов словенских» [343] (с. 218).
Так что сама эта их цивилизация, то есть западная, что уже на самом деле, представляет собой лишь варваризированную вторгшимися монголоидами цивилизацию славянскую. Точнее то, что от нее только-то и осталось после этого вторжения.
А всему виной отход этой части славян от своего Бога Русы сначала в поклонение божку их бывших рабов аморреев, Ваал-Пеору, а затем, с началом католической экспансии, в латинское чужебесие. Вот Шишков, председатель Российской Академии Наук, и предупреждает всех славян, которые изменяют славянству и принимают чужеземную веру:
«Те славяне, которые отреклись исповедовать веру свою на собственном языке, суть на самом кривом пути, ведущим их к тому, что некогда перестанут они быть славянами. Имеяй уши слышати, да слышит!» [343] (с. 220).
Западнее Дании морское побережье Северного моря продолжает еще одна страна галлов. Это Го(а)л-ландия, которая еще мореходнее той самой страны, чье самоназвание расшифровывает ее древнее значение: Порт галлов — Португалия.
До сих пор второй по величине город этой страны так и называется — Порту. Вот оттого и получается — Порту-ГАЛИЯ.
Профессор А. Портнов при описании удивительнейших однокоренных с нашими русскими словами названий в некоторых испанских провинциях, где кроме галлов некогда проживали еще лужичи и вандалы, сообщает:
«Как ни странно, следы вандалов можно найти даже на современных картах. Так, нынешнее название Андалузии, провинции Испании, является слегка измененным славянским словом “Вандалужия”, что в переводе означает “Свет вандалов”. Возможно, от древнеславянского корня “луж” — белый, светлый произошло и древнее название Португалии — Лузитания, “Светлая страна”.
Кроме того, сохранилось свыше сотни слов вандальского языка, практически неотличимых от русских. Среди них “баба”, “брат”, “беда”, “дыня” (арбуз), “гора”, “груша”, “кобыла”, “курва” (проститутка), “луг”, “мед”, “вода”, “сестра”, “волк”, “видети”, “звати”, “плясати”, “почивати”, “працовати” (работать) и т.д.»
Сюда же следует добавить и древний порт предполагаемого речного сообщения с Порту — Фарсис (Тартес):
«Кто это летят, как облака, и как голуби — к голубятням своим? Так, Меня ждут острова и впереди их корабли Фарсисские, чтобы привезти сынов твоих издалека и с ними серебро их и золото их, во имя Господа Бога твоего и Святого Израилева…» [Ис 60, 8–9].
Но и самый большой город Пиренейского полуострова в древности именовался исключительно на нашем наречии. Ведь Кордова — это лишь сокращенное от изобилующего в той местности растения — кора (или корень) дуба.
Вот что об этом растении в данной местности сообщает Страбон:
«Плодов это дерево приносит так много, что после созревания все побережье по эту и по ту сторону Столпов покрыто желудями» [301] (гл. 1. аб. 7).
Так что это вовсе не случайное словосочетание, но наименование главенствующего над поросшей дубами местностью города. Местностью, где дуб являлся не только самым лучшим кормом для животных, но, вероятно, представлял собой основное сырье какого-то сегодня забытого, но в давнюю пору очень важного для туземных жителей промысла. При всем притом Страбон местных жителей именует галатами, да и ограничивающие Пиренеи заливы также названы им Галатскими:
«…прежние историки называют Иберией всю страну за Роданом и за перешейком, заключенным между двумя Галатскими заливами, тогда как современные историки считают границей Иберии Пиренеи и называют одну и ту же страну синонимически Иберией и Испанией» [301] (гл. 4, аб. 19).
Вот, между тем, что сообщает об этом народе Татищев:
«Святой Петр учил галатов, самых настоящих славян…» [184] (Гл. 3).
Бартоломей Английский (XIII в.):
«Рутия, или Рутена… расположена по границе Малой Азии, гранича с римскими пределами на востоке, с Готией на севере, с Паннонией на западе, а с Грецией на юге. Земля же огромна, а речь и язык [ее] такой же, как у богемов и славян. И она в некоторой части своей называется Галацией, а жители ее некогда галатами назывались. Говорят, что им направил послание апостол Павел» [508] (с. 86).
А ведь память об этом все еще сохранялась у нашего народа и в эпоху Ивана Грозного. Вот что сообщает по этому поводу австрийский посол Даниил Принц. В Московии:
«Св. Петра почитают первоверховным Апостолом и приписывают своим Церквам [семи Асийским — Российским — А.М.] истинное его преемствование, утверждая, что только они одни сохранили Евангельское учение чистым» [356] (с. 35).
Так что и здесь просматривается достаточно твердая наша убежденность, что древние галаты, некогда проживающие в Малой Азии (Малой России — Малороссии), это мы.
А вот что сообщает Страбон о таких же галатах, но уже проживающих в его время в ином месте — в Лузитании — стране белых людей:
«…племена, живущие у реки Дурия [Дуэро]… принимают паровые бани, нагреваемые раскаленными камнями, купаются в холодной воде и едят ежедневно только хлеб, соблюдая чистоту и скромность» [301] (гл. 3, аб. 6).
А вот какое место после своего римлянами «покорения» они, вместо чтоб стать при этом рабами, занимали в римском войске:
«…все галаты по натуре воинственный народ… и лучшая часть конницы у римлян состоит из этого племени» [302] (гл. 4, аб. 2).
И не просто лучшая, но исключительно привилегированная часть римского воинства, что нам распрекрасно известно, аккурат и представляла собой всадников. То есть самыми привилегированными в римском войске являлись, что сообщает нам Страбон, галаты — славяне.
Но и на востоке, где Рим некогда заменяла на посту главного города римской империи Никомидия, жили, по словам все того же Страбона, восточные галаты. На территории Малой Азии они населяли:
«…Галатию, или так называемую Галлогрецию» [307] (гл. 5, аб. 1).
Так что и центр цивилизации тех времен Греция некогда представляла собою славянскую страну. Причем, как свидетельствует ибн Хордадбех (начало IX в.), вообще вся Европа вкупе именовалась нашим именем, начиная с Андалузии:
«Обитаемая часть земли разделена на четыре части. В их числе Аруфа (Европа) [аль-Руса — А.М.], в которой расположены ал-Андалус, [земли] ас-сакалиба [славян — А.М.], ар-Рум…» [433] (с. 125).
И т.д. Так что белый континент арабами еще в IX веке именовался Русой. То есть страной с преобладающим населением славян. Потому так часто и встречаются славянские наименования местности: как на западе Европы, так и на ее востоке; как на юге, так и на севере. Но и как может быть иначе, если в те времена весь этот континент именовался сладким словом — Русь?
Причем, именно Православие характеризует это наименование белого континента. Ведь вот еще когда Русой обязана была именоваться, например, Великобритания:
«…сюда заносится христианство, которое распространяется в городах уже в конце II в., главным образом, в римских, и когда в IV в. сами императоры становятся христианами, уже существуют епископские кафедры (лондонская, иоркская, линкольнская)…» [133] (с. 1250).
Так что совершенно независимо от Рима и Константинополя, уже на самой заре нашей эры, славяне на Британских островах исповедовали веру во Иисуса Христа правой Славой. То есть ПРАВОСЛАВНО — по-нашему, по-русски.
Похожее наблюдается и на соседнем с Британией острове, чья Церковь аналогичным же образом приняла Православие в самые первые века.
«Монашество тоже рано стало распространяться в Ирландии; предполагают, что оно уже развилось в конце IV в. Ирландская же церк. официальн. существовала, по неоспоримым данным, уже в первой половине V в., равно как и ирландское епископство…» [133] (с. 1251).
Так что Православие на Британских островах несомненно древнее и Римского, и Константинопольского. Но и вообще в то время на Западе, где только распространялась власть самой первой королевской династии, Меровингов:
«…духовное окормление осуществляли монастыри, устав которых был именно восточно-православным, а не латинским. На это обращает особое внимание английский медиевист Дж.-М. Уоллес-Хэдрилл в книге “Длинноволосые короли”. Он же указывает на то, что язык двора был каким-то особым, непонятным как для римлян, так и для галлов. Каким — он не говорит (это было бы слишком опасным для карьеры оксфордского профессора!); ну а мы вспомним замечание Егора Классена. Вспомним и то, что при посещении Франции Петру I показали хранившееся в Реймсе Евангелие (уничтоженное затем во время революции 1789 г.), читавшееся при коронации древних монархов, язык которого никто не понимал. Язык оказался... славянским» [221] (с. 124).
Но кем являлись проживающие здесь же и в то же время кельты? И почему образованное франками государство не поименовано славянским?
«“славяне”, несшие “словесное служение” или служение “славы”… А кельт (а также хетт, галл, галат), собственно, есть колдун, халдей (klt — khld). Характерно, что ни славяне, ни кельты государственности как таковой так и не образовали — это сделали у них русы, они же франки. При этом, что особенно важно подчеркнуть, никто никого не завоевывал, поскольку речь идет не о разных народах, а о разных сословиях внутри этнически единого, хотя и разделявшегося в племенном отношении народа, населявшего тогда север Европы. Не говоря уже о том, что все, в общем-то, понимали речь друг друга — ведь язык — это и есть народ» [221] (с. 120).
Не менее удивительным выглядит мнение и Святослава об этническом населении Римской империи. Когда он совместно с болгарским царем Борисом выступил в поход против Византии:
«…цель войны — по словам самого Святослава — была прогнать византийцев с Балканского полуострова, так как они “не имеют права на Европу” [323] (с. 56). Взгляд Святослава на политическую и историческую обстановку на Балканах, на то, какие народы являются исконными жителями этих земель, противоположен современным историческим концепциям» [321] (с. 306).
И к какой нации принадлежали жители Византии X века, так пока и осталось не расшифрованным. Скорее всего, здесь имеются в виду полчища немцев и эллинов, покидающих в те времена территории Африки и Ближнего Востока, где изменившиеся климатические условия уже не предоставляли им возможности прокормить свое необычайно возросшее в числе народонаселение.
Вот еще мнение на данную тематику, на этот раз из арабских источников. Население Европы, по их мнению:
«…составляют юнайцы (древние греки), Рум (римляне и византийцы), славяне, ифранджа (франки) и соседние с ними народности на севере. У этих народов был один общий язык и один царь (Де Саси. Сказания мусульманских писателей, с. 140)» [253, с. 30].
И в этой славянской державе, что и понятно, богослужение велось на нашем старославянском языке. И именно такой вид богослужения, в отличие от католического, и именуется — Русским Православием.
Вот еще удивительнейшая параллель. Католический французский монах Сульпиций Север в начале V в. заявляет:
«Мир создан Богом и с тех пор прошло почти шесть тысяч лет» [552] (гл. II).
Между тем вот что сообщает о разнице православного и католического летоисчисления, например, посол католической Австрии в Московию Даниил Принтц (1575 г.):
«В счислении лет от сотворения мира… по нашему счислению [по католическому — А.М.] 5 537, у них [то есть у нас — у русских — А.М.] 7 085» [356] (с. 43).
Следовательно, Сульпиций Север имел вовсе не католическое вероисповедание, но именно наше — православное. А ведь и он, как и затронутые выше ирландцы и англичане, жил на Западе: в Испании, а затем и во Франции. 
А вот откуда берет свое начало католичество и его язык — латынь:
«А как же германцы? — спросите вы. Тем более что все учебники повсюду относят франков к германцам, да и русь охотнее всего — к скандинавам, следовательно, опять-таки к германцам. Ответ на этот вопрос оказывается очень простым, и на него также просто отвечал Венелин, Егор Классен (сам, кстати, по происхождению немец) и другие: в те времена никаких германцев просто не было. Собственно о германцах, то есть о немцах-“дойче”, можно говорить лишь начиная с XI века, когда распалась империя Каролингов и начала возникать “германская нация”, язык которой в окончательном виде сложился только при Лютере. Мы ведь не называем Киевскую Русь Украиной, а Золотую Орду Татарстаном… Ну, а Тацит? — возникнет естественный аргумент. Правильно, можно ответить и на это, именно Тацит впервые вводит латинское именование Германии для всей Северной Европы, а мы, воспитанные в конечном счете на латинской культуре, естественно, считаем, что так было всегда, чуть ли не при праотцах. Позднеримским (как раз времен Тацита) культурным наследием овладели Каролинги, а потому при  распаде их государства и возникает Германия, как, впрочем, и Франция. Латынь же, как писал французский автор А. Шампроке (вслед за знаменитым в XVIII веке аббатом Эспаньолем), есть “своего рода занавес, опущенный перед мировой сценой путем подлога, подмены фонетики”. Иными словами — нечто позднее, своего рода международный жаргон тогдашнего времени» [221] (с. 120–121).
Вот все вышеизложенное и стоит в основе крестовых походов латинян на Западе: все они имели исключительно единственное свое предназначение — для борьбы с Православием. А основу крестоносных полчищ латинян и составляли даны. И так как Ирландия в Западной Европе была покорена ими последней, то именно в эпосе этой страны и сохранились воспоминания о своем не таком уж и далеком прошлом.
Кстати, именно здесь и зиждутся корни столь казалось бы странной к ирландцам ненависти со стороны англичан, как выясняется, имеющих происхождение правящих привилегированных классов своего общества именно от племени данов:
«В исторических хрониках, найденных в Ирландии, есть сведения, что на ирландской территории появилось сильное поселение, которое называлось “Tuatha de Danna”, означающее “племя Дана”, которое прибыло на кораблях и изгнало со своих земель поселения местных жителей — ирландцев… Но впоследствии, как пишут британские историки… колено Даново было большей частью истреблено» [28] (с. 187–188).
 И вот куда подевались остатки наголову разгромленных ирландцами полчищ данов:
«…часть колена Данова ушла в Англию, о чем имеются записи в исторических летописях» [28] (с. 192).
Есть и такие высказывания:
«…значительная часть англичан происходит от данов» [242] (с. 90).
Но и сам язык Туманного Альбиона раскрывает нам значение этого древнего переселения:
«В древнеанглийском “dan” означает “господин, мастер” (параллель с “мастером” в масонских ложах)» [28] (с. 188).
Совершенно созвучно нами обнаруженному выглядит и расшифровка наименования английской столицы: Лондон — лоно Дана. Так что и здесь это Колено когда-то вело кровавую борьбу с Православием.
Но и сейчас наше в далеком прошлом духовное родство с туманным Альбионом просматривается достаточно отчетливо. О своих православных корнях сообщил автору книги «Сокровенный Афон» подвизавшийся в одном из Святогорских монастырей простым монахом английский лорд:
«…все мои предки до XI века были православными, как и прочие англичане. И только после завоевания Британии нормандцами вынуждены были перейти в католичество. Это был крестовый поход папы против Православия в Англии» [103] (с. 166).
И лишь насильственный переход в католичество этого нам единокровного славянского племени и явился причиной преобразования фризы-фряги-вряги — во враги, которыми со временем стали окатоличенные в прошлом наши мореходы — варяги. Здесь же зарыт и секрет славы английского военного флота.
Между тем несколько прояснилось и с происхождением племен готов, союзных данам, некогда совместно с ними проживавших в азиатских степях. Ведь сам термин гот — это все тот же год. И их самоназвание вполне гармонирует и с санскритским гуд. То есть картавые племена готов — это и есть потомки израильского колена Гада, которые являются детьми служанки Лии — негритянки Зелфы. Потому идиш, местечковое наречие обращенных в иудаизм хазар, так схож с наречием немцев.
Мало того: гады и готы, имеющие однокоренное название, жили одно время практически в одной стране:
«…в Крыму Византия… учредила Готскую митрополию, в которую вошло семь епархий, находившихся на хазарской земле» [129] (с. 59).
Это произошло еще в те времена, когда Византия изъяснялась, как официально принято считать, на латыни (но, скорее всего, на нашем языке — старославянском [арамейском]):
«В 4 в. Г[оты] приняли христианство» [168] (Т. 2, с. 628).
То есть гады Хазарии, принявшие христианство, латиноязычными ромеями (византийцами) поименованы готами. Вот откуда готы и понесли в Северную Европу этот католицизм, на первый взгляд, совершенно непонятно, откуда туда занесенный. На самом же деле иначе и быть не могло. Ведь латынь им была все же куда ближе, нежели наше столь сложное для их генного строения организма славянское наречие. И лишь Православие в совершенно неизмененном со времен Христа и апостолов виде проповедывало древнейшее на земле СЛОВО, доставшееся нам в наследство.
Однако ж, похоже, дата принятия готами христианства указана не верно. Да, существовали в IV веке в Крыму христианские церкви. Только принадлежать они могли в ту пору лишь тому народу, именем которого это море было в ту пору всеми именуемым. А именовали его тогда Русским. Все то же, судя по уже отмеченным пускай и точечным известиям, происходило в ту пору и в Западной Европе: территории нынешних Испании и Франции, Англии и Ирландии в ту пору своим вероисповеданием имели Русское Православие.
Латинство же, совместно с его носителями, готами и данами, появляется в Западной Европе лишь семь столетий спустя (по иным же источникам — не ранее XIV в.).
А вот как слуги Израилевых колен, аморреи-угариты, совершенно отчетливо были некогда отделены от своих господ:
«Истахри писал, что хазары делятся на белых и черных» [129] (с. 46).
«…у всех тюрок такое деление обозначало, прежде всего, деление на две социальные категории. Черные хазары были податным, зависимым населением, белые — свободным» [129] (с. 47).
А вот как сами потомки этих хазар о себе сегодня сообщают:
«Распространенная еврейская легенда не помнит “хазарского” царства, а помнит царство “красных” евреев» [332] (с. 137).
А раз были красные, то, стало быть, обязаны были быть им в противоположность и белые Израилевы колена. То есть мы.
«Под каким же этнонимом скрываются “белые”? Может быть, русские? От “рус”, “русый”, что значит светлый, белый» [333] (с. 122).
То есть белыми хазарами, что нами выяснено, в отличие от белых евреев — единоверцев Ефрема, являлись представители полукровок — раввины колена Гадова — предводители черных хазар тюрок. Именно они нынешними адептами хамитических религий именуются «красными хазарами». То есть уже тогда будучи объединены цветом своих флагов со всеми и иными полукровками из числа Израилевых колен. В том числе и с теми же рыжими картавыми датчанами.
И вот какие имеются подтверждения принадлежности к Израилевым коленам богатых захоронений этих белых (называющих себя красными) хазар:
«…все черепа из ямных могильников относятся к европеоидной расе…» [129] (с. 76).
И вот еще что удивительное:
«…то, что считали древнегерманским, на самом деле было “идиш”» [63] (с. 190).
То есть наречие у готов и у «черных хазар», что теперь подтверждается, было единым. Но что здесь удивляться, если идиш и представляет собой смесь немецкого, славянского и хананейского? А потому не следует удивляться и тому, что именно нынешний немецкий вышел из идыша, а вовсе не наоборот, как считалось ранее.
Через Испанию же в Западную Европу проникает и еще одна ветвь талмудистов. Эта волна, судя по всему, представляла собой племя хананеев, при завоевании их израильтянами назвавших себя некими иевусеями, чьей родиной являются окрестности города Иерусалима (при них — Иевус [Иерус]), — гора Элефантина в пределах нынешнего города Асуан. А они теперь себя именуют сефардами — именем ассирийского города Сефарда, на чьих плантациях в годы вавилонского пленения им несколько сотен лет кряду и пришлось трудиться в качестве рабов (Подробно см.: [74]).


Католическая экспансия

И вот как далее развивалась католическая экспансия ерманов (данов) и готов (гадов) на славянские народы в Северной Европе:
«В нач. 11 в. датские конунги (короли) Свен Вилобородый и Кнуд I Великий покорили всю Англию… В 1066 норманны во главе с герцогом Вильгельмом I Завоевателем, разгромив 14 окт. 1066 в битве при Гастингсе англосаксов, захватили Англию, незадолго перед этим освободившуюся от власти датчан, где снова установили свое господство» [168] (т. 5, с. 635).
Но откуда же появляются в Европе эти самые даны, столь агрессивные и многочисленные? И почему совместно с ними постоянно выступают также вторгнувшиеся и также неизвестно откуда готы?
Оба этих народа, некогда проживавшие на левом берегу Иордана, судя по всему, были связаны какой-то тайной организацией, какими-то силами извечно направляющей адептов данного вида ереси против славянства. То есть дети чернокожих служанок, совместно с туземным монголоидно говорящим населением, поклоняющимся Ваал-Пеору, связали себя какой-то тайной организацией, направленной против законных чистокровных детей Иакова-Израиля, поклоняющихся уже своему Богу — Русе в городе Ие Руса лиме. Именуется же данная организация, объединившая некогда рабов и свободных той местности, по реке, на берегах которой все противостоящие Русе народы и проживали. А река эта и есть Иордан. Что, судя по всему, происходит от Ие род дан (Дан). Представляла же собою эта организация тот самый конгломерат народностей, который мы привыкли называть Великой Степью. Ведь орден и орда — это практически одно и то же. Вместе с ними, судя по всему, в этой экспансии принимали участие и колена Ассира и Неффалима. Они проживали в стране, именуемой:
«…Галилея языческая…» [Мф 4, 15].
Она располагалась:
«…поблизости Тира и Сидона, заключающая в себе колена Асирова и Невфалимово…» [36] (с. 120).
И все они проживали на склонах одной горы — Ермона.
Так какого бога принесли в покоренную ими Европу внезапно вторгшиеся многочисленные воинственные племена ерманов, представляющих собою арийцев — полукровок Израилевых колен?
«Ваалу приносились человеческие жертвы… В позднейшие времена, как говорят историки, боготворение Ваала господствовало во всей древней Скандинавии и, как предполагают, было общим на Британских островах. Доселе еще сохранилось много суеверных обрядов в Ирландии и Валлисе, очень напоминающих древнее поклонение Ваалу. Поклонение Ваалу было главным и притом обычным грехом древних Евреев» [111] (с. 101–102).
В высокогорной местности Ермона и был сооружен левобережными Израилевыми коленами целый город для поклонения ему:
«…“Ваал-Гад”, по имени Ваала, находящегося здесь; затем греки назвали его “Панеада”, ибо греки отождествляли своего бога Пана с Ваалом» [138] (360).
Отождествляет же самих греков к данной местности, то есть к вершине Ермона, и наименование истока реки Иордан:
«Река Иордан берет начало из ключа Панеады» [316] (гл. 15, аб. 71).
Так что имя греческого Пана на аморрейском Ермоне вполне узаконено и топонимикой истоков главной реки Палестины.
Вот как выглядел Пан:
«В средние века Пана считали демоном, а фигура его дала начало известным изображениям черта — ведь греки изображали Пана бородатым, с косматыми ногами, заканчивающимися раздвоенными копытами, с острыми ушками и кривыми рогами на голове» [121] (с. 110).
А ведь подобные существа оказываются даже там, где и в самой природе о рогах нет вообще никакого представления:
«…австралийским туземцам известен великий дух зла, рогатый и хвостатый Варругура, живущий под землей. Однако среди местных животных нет с рогами» [201] (с. 8).
На изображающей Ваала статуэтке на фоне звезд, что лишь одно отвергает возможность записать этого Гаваонского повелителя мух и испражнений под именем кумира, якобы собой олицетворяющего солнце, указан безбородый мужчина с рогами. Это полная копия силуэта Астарты, при изображении которой те же самые рога обычно замаскированы под лежащий на голове месяц. Так что месяц Астарты маскирует собою рога чудища ерманов —  Ваал-Гад.
В этом городе, находящемся на склонах Ермона:
«…Иеровоам поставил одного из золотых тельцов и установил ему торжественное богослужение [3Цар 12, 29; Ам 8, 14], хотя идолослужение и господствовало здесь до него [Суд 18, 17–19, 24–31]» [111] (с. 186).
«Илу и Силач Балу часто предстают в облике быка, но и Яхве представлялся своим почитателям тельцом, хотя Ветхий завет резко осуждает поклонение тельцу» [202] (с. 190).
Итак, вся эта нечисть, Ваал=Яхве=Бел=Гот=Гад=Пан, — выражает собою название капища их кумира, «находящегося здесь». Вот какого монстра раввино-германы колен Дана и Гада передислоцировали с вершины ливанского Ермона на европейскую гору Броккен!
А идолопоклонникам было что переносить:
«Ермон (выдавшаяся вершина горы) [Втор 3,8; Нав 12, 1] — название возвышенной горы в цепи Антиливанских гор к с.-в. от Палестины… она называлась также и Сионом [Втор 3, 9; 4, 48]. Об означенной горе неоднократно упоминается в Ветхом Завете и дважды, как полагают некоторые, под названием Ваал-Ермона [Суд 3, 3; 1Пар 5, 23]… на вершине горы находятся развалины храма — вероятно, остаток от времен боготворения Ваала…» [111] (с. 242).
Таким образом, не только ерманизм, но и сионизм, вышли именно отсюда. И это остатки именно их капища все так и продолжали о себе напоминать вплоть до недавнего времени.
«В Библии прямо утверждается, что тогдашние евреи не стеснялись идолопоклонства и роднились с идолопоклонниками. Пророки их за это сурово порицали… факт порицания и показывает массовый характер прегрешения в поклонении Перуну (Бааль Пеору)» [28] (с. 196).
«Ваал-Фегор (Пеор или Фегор, отверстие или раскрытие, напр. рта и пр. [пример, следует отметить, для б-га блуда слишком щадящий — А.М.]) — название маовитской горы и языческого божества, боготворимого в Фегоре или Пеоре» [111] (с. 102).
Так что Фегор, при малоросском «съедании» звука Г и замене позднейшего грецизма Ф на праславянское выговаривание этого звука как П, легко преобразуется в свое первозданное значение: Пеор. Именно отсюда происходит наименование как страны Гадов — Перея, так и Перия — обиталище бесов под греческим Олимпом. И именно к поклонению этому чудищу с Ермона ведут корни традиций не только перебравшегося на гору Броккен ерманизма и рвущегося к строительству своего капища на Сионе сионизма, но и так называемого «русского язычества», услышавшего про этот «звон» из нашей же древности, но даже и в снах своих самых кошмарных не осознающего — «где он».
Но и с незавоеванной израильтянами стороны Ливанских гор у местных финикийских хананеев божество было все то же:
«Жители Финикии боготворили Ваала…» [111] (с. 732).
А они, что уже отмечалось, являлись хананеями. И это их божество, Ваал-Гад, общее со всеми ермонистами, так и осталось зафиксировано в нынешнем разговорном наречии. У англичан и теперь слово «гад» значит «бог».
Вот представители языческой части Галилеи некогда и «просветили» соседствующих с ними кельтов — валлийцев, от которых эта зараза и распространилась далее — в Ирландию. Православие на некоторое время поклонению этим культам поставило барьер. Однако же затем, под ударами колен Дана, Гада, Ассира и Неффалима, на Британские острова были вынуждены переселиться, вытесняемые ваалопоклонниками, славяне: колена Левия — юты и галилеяне колена Завулонова — фряги.
И бороться против нашего языка, то есть народов, единственно знающих СЛОВО, — правых славян очень удобно было именно католичеством, которое, вроде бы и не отрицая Христианства, навязывало славянам иноязычие.
Но наше Православие и их католицизм — это не две ветви одной веры: это разные религии.
И если первая мировая империя Персидских царей была уничтожена войсками Александра Македонского, прозванного за столь с точки зрения Запада героический подвиг «Великим», то вторая империя, собранная императором Константином, подверглась уничтожению варварскими ордами Карла, именно за произведенные им разрушения и нападки на славян прозванного все теми же силами таким же «Великим»:
«В противоположность Восточной Православной Церкви, Западная церковь нарушила постановления отцов этих соборов и внесла в учение о Святом Духе изменение. В начале V века некоторые учители Западной Церкви при определении личного свойства Святого Духа начали утверждать, что Он исходит вечно не только от Отца, но “и от Сына” — Filioque, откуда и учение их названо филиоквистическим» [138] (с. 202–203).
«Вопрос… с особенной страстностью обсуждался на Западе в VIII столетии, и император Карл Великий… созвал в 809 году под своим личным председательством собор для рассуждения о присоединении к символу веры “и от Сына” — Filioque. На этом соборе было постановлено утвердить символ веры с этой прибавкой. От лица императора и собора было отправлено в Рим посольство… Но папа не дал своего согласия… и приказал начертать никеоцареградский символ веры на двух серебряных досках… в храме Святого Петра с надписью: “я, Лев, поставил это по любви к Православной вере и для охранения ее”. Однако, несмотря на отказ Льва III признать прибавку Filioque законной, она получила распространение во многих местах Испании, Италии и Германии… Когда было допущено это прибавление в самом Риме, точно неизвестно, во всяком случае не ранее 1014 года» [138] (с. 202–203).
То есть отход Запада в иноверие прослеживается еще с V века. Но окончательно отмежеваться от Православия ему удалось лишь половину тысячелетия спустя. Вот что по этому поводу сообщает священномученик Иларион Троицкий, русский богослов начала XX в.:
«С 1054 года не стало двух отдельных христианских церквей, потому что двух церквей быть не может… Отпадение Рима от Церкви есть наличный факт, которого не нужно замалчивать и сводить к нулю» [192].
Православный противо-католический катехизис (Харьков, 1916) гласит:
«На католиков должно смотреть как на отлученных Православною Церковью еретиков, которые… не называются даже христианами…» [192].
А потому и именуются все эти вероисповедания языческими. Андрей Устюжанин:
«Бывают и ситуации, когда родители еще пребывают в язычестве и никак не соглашаются на брак своего сына или своей дочери с христианином… Возьмите, например, государя Николая Александровича Романова и его будущую супругу Александру Феодоровну — ведь родители были против их брака» [187] (с. 58–59).
Так что разрешенный сегодня переход из католичества в Православие лишь таинством миропомазания, что в очередной раз обличает нынешнюю апостасийную РПЦ МП в отходе от канонов Православия, является не правильным.
Но католицизм всегда проявлял по отношению к нашему вероисповеданию повышенную и никогда не стихаемую агрессивность. Вот что собою представляют эти столь нам всем известные «крестовые походы» средневековья, якобы направленные против мусульман:
«Из истории известно, что Византия неоднократно обращалась на Запад за военной помощью, обороняясь от турок-сельджуков. Этим и воспользовалось папство, чтобы расширить влияние католицизма и добиться подчинения Риму Православной Церкви» [58] (с. 175).
Вот что происходило в ту пору, следуя не туманным россказням советских школьных программ, усиленно вбитым в наши мозги оседлавшими нашу историческую науку марксистами, но на самом деле:
«Лавина людей с нашитыми на одеждах крестами ринулась на Восток. По пути “благочестивые воины католического Христа” разграбили и сожгли Белград. Их путь отмечали насилия, грабежи и убийства. 1 августа 1096 года 60-тысячная армия Петра Отшельника достигла стен Константинополя и расположилась лагерем. Петр Отшельник выполнил свою миссию.
Но вот что обращает на себя внимание: когда первые толпы крестоносцев пришли к столице Византии, помощь была уже не нужна — непосредственная военная опасность, грозившая со стороны мусульман, миновала» [178] (с. 218).
Однако и изначально этот католический крестовый поход был задуман совсем не для того, чтобы оказывать помощь братьям по вере. Но с целью совершенно противоположной:
«Крестоносцы с ужасающей жестокостью опустошили окрестности. Их жертвами были… православные христиане. Картины убийств и пыток будут не столь впечатляющими, если не знать, что посланные Ватиканом убивали и пожирали христианских младенцев, которых поджаривали на копьях, как дичь на вертелах. Отличались немцы и французы.
Кровавым кошмаром отмечен путь Первого Крестового похода. В трехстах километрах от Иерусалима дорога паломников проходила через город Махаль-Нумен. В середине зимы 1098 года крестоносцы захватили город. “Наши солдаты варили язычников в котлах, детей насаживали на копья и запекали”, — так повествует о происходившем хроника I Крестового похода. Те, кого хронист называет “язычниками”, не заслуживающими жалости и вполне пригодными — вместе с детьми — в снедь для армии крестоносцев, были восточные христиане…» [178] (с. 218).
Но и последующий путь этих «благодетелей» был отмечен все тем же:
«Пока именовавшие себя “рыцарями и воинами Христа” шли к Иерусалиму, все изменилось. Египтяне уже изгнали турок. К тому времени “спасать” христиан было не от кого… Но 20-тысячное войско — только добралось до стен святого города — осадило Иерусалим» [178] (с. 219).
То есть вновь прослеживается полное взаимодействие липовых «союзников» с воинством врага: защитники Иерусалима были готовы ко всему, кроме одного — удара в спину. Что и совершило пришедшее под христианскими знаменами войско западных, что выяснилось уже потом, басурман:
«Хронисты победителей с удовольствием рассказывают о лужах крови, по которым ходили воины Христовы» [178] (с. 219).
То есть басурманы, именующие себя католиками.
Следующее вторжение крестоносцев инициировал Бернард Клервосский. Вот какими деяниями он себя прославил:
«Бернарду Клервосскому принадлежит честь авторства устава Ордена тамплиеров; этот “святой” именовал тамплиеров “законными палачами Христовыми”.
Об истинной духовности этого “святого католика”, так сказать, “богобоязненного и набожного монаха”, свидетельствует тот достоверный исторический факт, что именно Бернард Клервосский разрабатывал планы крестового похода на Православную Русь. С этой целью он поручил краковскому епископу Матфею представить необходимые сведения о Руси…
На соборе 1147 года во Франкфурте именно Бернард Клервосский призывал католиков: “Уничтожить либо народ славянский, либо его веру!” Что означало фактически одно и то же. Это не было пустой угрозой: немецкие крестоносцы по благословению “святого Бернарда” полностью вырезали славянский народ вендов, живших на землях между Эльбой и Одером» [178] (с. 221–222).
«Когда в XII–XIII веках вышвырнутые мусульманами-тюрками из Палестины европейские крестоносцы ринулись в новый крестовый поход, на сей раз против “язычников” (балтских славян) и “схизматиков” (славян православных), то делалось это тоже под флагом “приобщения”. В итоге балтских славян вырезали, а остатки сделали крепостными, заставив забыть родной язык, культуру и Веру. Затем их обратили в католичество, и теперь они называются “прусскими немцами”» [84] (с. 84). 
То же они сделали и со всеми иными славянами, некогда проживающими в Западной Европе — онемечили покоренных. Непокорных ждала следующая участь:
«В Палестине одним из ревностных исполнителей воли “богобоязненного и набожного” Бернарда был Рейнольд де Шатьен — столь же “благочестивый и богобоязненный”, как и настоятель Клервосской обители. Вот некоторые исторические факты, вполне характеризующие методы и цели “освобождения” крестоносцами Святой Земли. Рейнольд де Шатьен — “набожный воин, рыцарь-крестоносец”. Замыслив разграбить Кипр — остров населяли православные христиане, — он, однако, не мог осуществить задуманное — не хватало денег. Для решения этой проблемы Рейнольд де Шатьен нашел очень простой способ — он захватил в плен Антиахийского патриарха; старца, обнажив, привязали на самом солнцепеке и обмазали медом. Альтернативой медленной мучительной смерти от укусов насекомых были, естественно, деньги. На полученное в обмен на жизнь патриарха золото Рейнольд организовал военную экспедицию на Кипр. Остров был совершенно разграблен, немногим уцелевшим православным священникам “благочестивый рыцарь” приказал изуродовать лица — отрезать носы…» [178] (с. 221–222).
«Третий крестовый поход окончился столь же безславно, как и первые два. Именно этот крестовый поход связан с именем Фридриха I Барбаросса, который возглавил стотысячную армию, собранную, чтобы идти на Восток. Естественно, Фридрих Барбаросса, исполняя благословение святейшего престола, начал вести военные действия против Византии, то есть убивать и грабить православных христиан. Вскоре после перехода через Гавр Фридрих I утонул при переправе через небольшую и мелкую речку Салефу. От армии, лишившейся своего предводителя, в конце концов остался незначительный отряд. Но история III Крестового похода на этом не завершилась. Эстафету Фридриха Барбаросса принял английский король Ричард и его любовник — одноглазый король Франции Филипп II Август. Кстати, благородный рыцарь — “освободитель” Святой Земли Ричард покровительствовал евреям, но как только он отправился в крестовый поход, в Англии начались стихийные погромы.
По пути в Палестину Ричард разорил православный Кипр. Следующим “славным” деянием английского короля стала осада приморского города-крепости Акра, населенного христианами. Обманом овладев Акрой, Ричард встретил неожиданное затруднение: с одной стороны, официальной целью было “освобождение Иерусалима”, с другой — рыцари не имели достаточно сил и средств, чтобы содержать плененный гарнизон Акры. И английский король, благородство, мужество и храбрость которого потом в течение столетий англичане, а вместе с ними и вся Европа, будут воспевать в балладах, приказал жителей города приковать к стенам, а потом этих людей методично, с жестоким равнодушием перебили всех до одного — сначала воинов сдавшегося гарнизона, затем — их жен и матерей, и наконец детей. Их просто перерезали, — беззащитных православных, прикованных цепями к городским стенам, залив Акру кровью. Это стало еще одной “славной победой” крестоносцев в деле “освобождения Святой Земли”. Но самое характерное заключалось в том, что крестоносцы так и не пошли на Иерусалим. А Ричард, английский король, кстати сказать, ни слова не знавший по-английски, отплыл в Англию…» [178] (с. 222–223).
Вот обобщенно о вышеизложенном:
«Борьба с мусульманами у Рима началась с крестовых походов в ХI веке. Но под видом освобождения восточных христиан от неверных Рим везде, где только мог, насаждал латинство» [58] (с. 169).
А где не мог, что и понятно, оставлял после себя лишь выжженную пустыню. Вот чем прославил себя в деле борьбы с сарацинами 4-й Крестовый поход, направивший собранную по всей Европе рать вновь что-то уж больно в не совсем сарацинские земли — в православный Константинополь:
«Город пал. Причина стара как мир — предательство. Грабеж и насилия были ужасающими. Константинополь, захваченный крестоносцами, представлял собой жуткую картину святотатственной вакханалии и кощунств. Убийство православного христианина крестоносцы почитали актом добродетели… Победу Ватикана Дандоло запечатлел финальным актом трагедии Византии — на императорский престол он повелел возвести обнаженную блудницу — апокалиптический символ торжества сил зла над Церковью Христа [Откр; Апок 17, 1–16].
В IV Крестовом походе не погиб ни один мусульманин. Константинополь пал. Ватикан торжествовал, считая, что Византия сокрушена и Православие (то есть Христианство) исчезнет с лица земли. Об Иерусалиме крестоносцы больше не вспоминали. Цель Крестовых походов наконец была достигнута…
Впрочем, цели ордена крестоносцев вполне отражает их символика: члены ордена носили на одеянии мальтийский крест из красного атласа, нашитый поверх шестиконечной звезды иудеев (…идеолог народничества П.Л. Лавров гордо называл революционеров-“народников” “крестоносцами Социализма”)» [178] (с. 224–225).
На сегодняшний день эта их символика историками упрятана слишком далеко. Однако ж истинное лицо католического ордена тамплиеров упрятать просто невозможно:
«Сконцентрировав в своих руках огромные богатства, тамплиеры бросили их на дело борьбы с Христианством.
История крестовых походов позволяет понять, как “культурные” немцы середины XX столетия по Рождестве Христовом, оказавшись в России, были способны, радостно улыбаясь, фотографироваться на фоне виселиц с трупами — русских “унтерменшей”… Как эти носители “западной культуры”, наследники Фридриха I и Лютера, могли молиться Мадонне и насиловать и убивать русских баб? Очень просто. Точно так же, как и в поверженном Константинополе, сердце Второго Рима, в 1199 году… Спустя семь с половиной веков, в 1941-м, в России католицизм не успел засвидетельствовать методы устроения царства наместника Божия на земле столь откровенно, как в XIII столетии в разоренной Византии. В России этого не произошло лишь потому, что немцы не смогли завоевать всю страну, а на оккупированных территориях фашисты на первых порах действовали так, чтобы привлечь население на сторону “германских освободителей”.
В своей исторической речи 29 июля 1941 года папа Пий XII приветствовал нападение Гитлера на Россию, благословив фашистов на искоренение “схизмы” на Востоке, то есть Православия. В Югославии, православной стране, покоренной фашистами за считанные дни, этот новый Крестовый поход XX века сразу проявил неизменную сущность католицизма — с предельной откровенностью методов и целей, которые, кстати сказать, Ватикан устами папы неоднократно и недвусмысленно одобрял на протяжении II мировой войны. Но Россия сполна испытала цену папских благословений, которые в 1812 году несло в Московию “воинство двунадесяти языков”, — Европа, отвергшая Христа, ополчилась на Православную Россию. Это был настоящий Крестовый поход XIX века, плацдармом для которого стала наполеоновская Франция» [178] (с. 225–226).
Разгром, которому подверглась величайшая русская святыня России, ее сердце — Москва, целенаправленностью святотатств, может, даже и превышал кощунства католиков при захвате ими Константинополя:
«В Высокопетровском монастыре французы устроили скотобойню. Монастырский погост весь был покрыт спекшейся кровью; в соборном храме, превращенном в мясную лавку, лежали части забитых туш; на церковных паникадилах и вколоченных в иконостас гвоздях висели внутренности животных. В Спасо-Андрониковом, Покровском, Знаменском монастырях французы покололи иконы на дрова, в них стреляли, используя в качестве мишеней. Престолы и жертвенники церквей французы превратили в настилы для пьяных кутежей. Храмы Заиконоспасского, Покровского, Новоспасского, Симонова, Крестовоздвиженского, Донского, Рождественского и других московских обителей французы — “добрые католики” — обратили в конюшни.
Особенно пострадал Кремль — святыня государственности и веры России» [178] (с. 226].
Вот что сообщается о произведенном там латинянами разгроме:
«“Собор совершенно неприятелем разграблен. Не только оборваны [оклады] со всех святых икон, не оставляя и верхние оклады в иконостасе — со всеми их украшениями, но и местные, около больших столпов большие иконы, древностию своею прославлявшиеся, похищены или истреблены… Ковчеги святых мощей, сосуды, кресты серебряные, подсвечники выносные и малые, лампады, большое паникадило, блюда, ковши… тоже похищены. Не осталось никакой утвари” (РГИА, Ф. 796. Оп. 93. Д. 635. Л. 136).
В Успенском соборе французы устроили горн для переплавки золота и серебра… Сам собор захватчики превратили в конюшню — пол был покрыт навозом, в иконостасе — вбитые гвозди для сбруи. Многие иконы варварски изрезаны, у иных изображений святых французы выкалывали глаза… Кремль был завален мусором и грудами камней… Наполеон, отступая, приказал маршалу Мортье взорвать весь Кремль… но после первых взрывов неожиданно разразился ливень [и это осенью! — А.М.], порох в подкопах отсырел, запальные фитили гасли. Когда уничтожали Никольскую башню, взрыв снес верхнюю ее часть, но непостижимым образом икона Святителя Николая осталась совершенно не тронута, не оказалось даже трещины на стекле, прикрывавшем образ, и на лампаде перед иконой» [178] (с. 227–228)
Все это особый знак, которого просто нельзя не заметить. Потому-то вышеописываемому басурманскому нашествию, казалось бы, рядовому, всегда приписывалось некое чисто мистическое значение:
«Слово антихрист некоторые относили к римскому папе, другие к Магомету, а некоторые наконец даже к Наполеону I» [111] (с. 51).
«Там, где прошла армия “просвещенной” Европы, оставались пожарища, оскверненные храмы и монастыри… Граф Сегюр в своих записях отметил характерную деталь, своего рода символ целей крестового похода Европы на Россию: отступавшие из Москвы французы тащили гигантский крест, сброшенный, как пишет Сегюр, с кремлевской колокольни Ивана Великого. Может быть, завоеватели “не ведали, что творят”? Нет. Они очень хорошо осознавали цели войны против России» [178] (с. 229).
Это подтверждает и символика, доставшаяся вторгнувшемуся воинству Запада по наследству еще от Бернара Клервоского:
«1812 год стал временем нового крестового похода. На плащах французских офицеров были нашиты масонские символы и мальтийские кресты — наследие тамплиеров…» (там же).
Но и полутора столетиями позже разыгравшаяся война имела все тот же смысл:
«…крестовый поход Гитлера на Восток был очередной попыткой уничтожить Православную Россию, которая все-таки жила под пурпурной, кровавой коростой советских знамен с пентаграммой на алых полотнищах богоборцев…» [178] (с. 356).
Эти цели особенно заметны по Югославии, где немцы возложили уничтожение православных сербов на их католических соседей.
И так было всегда. Что и еще в очередной раз указывает на сущность католицизма. Ведь сразу после случившегося ухода Рима в язычество преподобный Феодосий (ок. 1036–1091), игумен Киево-Печерский, так предписывает держаться относительно приверженцев этих лжеучений:
«…верой же латинской не прельщаться, обычая их не держаться… и берегать своих дочерей: не отдавать за них и у них не брать… ни брататься с ними, ни кланяться им, ни целоваться, ни есть или пить с ними из одной посуды, ни пищу их принимать…» [192] (с. 46).
Вот сколь серьезен этот разрыв: даже есть из одной посуды с католиками еще современникам этого события уже строго воспрещалось!
Вот что сообщает писавший о нас в смутные времена польский писатель немецкого происхождения Рейнгольд Гейденштейн:
«Они считают варварами или басурманами всех, кто отступает от них в деле веры, даже и тех, кто следует обрядам Римской церкви, и отвращаются от них, как от какой-то язвы, считая непозволительным иметь что-либо общее с ними; вследствие такого убеждения явился обычай, что всякий раз, когда князья выслушивают иностранных послов, они имеют пред собою таз с водою, чтобы ею тотчас обмыть руки, как бы оскверненные от прикосновения иностранцев» [450] (с. 28).
А вот какие кары ожидали тех, кто вступал в интимную связь с иноверцами:
«По российскому закону, “русским подданным Православного исповедания брак с нехристианами вовсе запрещается” [574] (с. 1213), а такое брачное сопряжение не признавалось “законным и действительным” (там же с. 1257). Дети, рожденные в таком союзе, признавались незаконнорожденными, не имели прав на наследство и титул, а сама связь признавалась прелюбодейной. Христианину, в нее вступившему, даже в то время полагалось четыре года отлучения от Причастия» [182] (с. 11–12).
Вот как данный пункт общежительства определяется 72 правилом VI Вселенского Собора в Труле:
«Недостоит мужу православному с женою еретическою браком совокуплятися, ни православной жене с мужем еретиком сочетаватися. Аще же усмотрено будет… незаконное сожитие расторгать» [182] (с. 10).
Но и в дальнейшем мало что в этом вопросе изменилось. Ведь даже Алексей Михайлович, чьи симпатии Западу прослеживаются с достаточной своей очевидностью, древним этикетом общения с инородчиной, которую чуть выше обозначил имеющуюся у нас в наличии еще при Иоанне IV поляк немецкого происхождения Гейденштейн, прилюдно пренебречь не мог. Вот как вел он себя, отдавая дань русской традиции, с западными послами:
«…подав руку для целования, потом прилюдно (при тех же послах) омывал ее, подчеркивая, что всякое прикосновение иноверца считается оскверняющим» [206] (с. 22).
И вовсе не зря. Ведь вот в какую безмерную пропасть, отделяющую это учение от нашего, вылилась та самая якобы незначительная «размолвка», которая некогда и породила раскол:
«…папским престолом вслед за деканонизацией Николая Угодника и Георгия Победоносца был канонизирован Томас Мор…
Теперь “борцов с коммунизмом” уже не смущает, что при советской власти этот “блаженный” не без основания рассматривался как один из основоположников социалистических теорий. Он сделал дело. Вымостил свой участок дороги для машиаха. И современные “христианские политики”, старательно воплощая апокалипсический идеал Талмуда, вправе просить у “блаженного Томаса” молитв о скорейшем устроении мирового правительства, введении единой религии и соблюдении прав меньшинств» [19] (с. 93).
Так что латинская ересь теперь достаточно явственно показывает рожки, выбивающиеся из-под ее головного убора.
Потому участие в папской агрессии именно прежних жителей Ермона удивительным вовсе и не выглядит. Ведь из странствий 10 Колен после плена Вавилонского, судя по всему, они вернулись уже с другим богом, нежели Тот Бог, который у языка, то есть у расы народа Сима, — благословен. А потому именно они и навязали никакого подвоха не ожидающим от них своим в прошлом родственникам этого троянского коня в лице католической латиноязычной экспансии.
И как бы нам ни было обидно слышать о закабалении родственных нам славянских народов монголоидноговорящими иноязычниками, но от пророчества никуда не денешься. И если сказано, что вселится Иафет в шатры Симовы, то тут уж ничего не поделаешь. И белый человек со временем, осваивая чухонские обычаи своих картавых монголоидноговорящих завоевателей, ерманов, сам постепенно становится таким же, как и они — чухонцем…
А о том и пойдет разговор далее. Ведь средневековый феодализм — это не какая-то якобы являющаяся неким процессом развития «переходная эпоха». Это обыкновенное варварство. То есть если и эпоха, то эпоха ужасающей деградации туземного населения Европы до полупещерного уровня варваров, захвативших их города. Причем, это варварство грязное и отвратительное, безжалостное и невежественное, где похоть и разврат плавно переходят в массовые казни и кровавые пытки в казематах, обязанные закономерно завершиться плахой, костром или виселицей. И не окажись у них инквизиции, им бы вообще конец. Ведь эпидемия сатанизма — это вполне закономерный финал их латинской безжизненной веры, которая еще с 1054 г. перестала быть Христианской.
И здесь стоит лишь учесть тот факт, что центр сатанизма перекочевывает в Западную Европу именно со времен Средневековья:
«Одна из ночей в году — со времен Средневековья — называется европейцами Вальпургиевой. В известный час нечисть со всего света слетается в Германию на гору Броккен. Слетается на смотр. Чтобы стройными рядами поклониться сатане… Наступает же Вальпургиева ночь перед первым днем мая…(…германцы считали, что в эту ночь валькирии уносят души погибших героев в блаженную Вальгаллу)» [19] (с. 146).
«В ночь с 30 апреля на 1 мая в древности отмечался “праздник” дьявола — день переходил в Вальпургиеву ночь… Это самая важная дата во всем календаре сатанизма» [178] (гл. 495).
Который, в то же самое время, является и календарем коммунизма.
Но еще Феофан Затворник в свое время предупреждал о неизбежности водворения и у нас их дьяволопоклоннической ереси:
«Западом и наказывал и накажет нас Господь… а нам в толк не берется. Завязли в грязи западной по уши, и все хорошо. Есть очи, но не видим; есть уши, но не слышим, и сердцем не разумеем. Господи, помилуй нас! Посли свет Твой и истину Твою!» [112] (с. 55).
Не понимаем мы этой смертельной опасности. Не разумеем даже тех столь ужасающих обстоятельств, что не только вообще вся Западная Европа, но и конкретно — напавшая на нас в самой последней войне вражеская держава состояла на половину из славян, не так-то уж и давно потерявших чувство опасности перед инородчиной, а потому со временем подвергшихся онемечиванию:
«С западными народами надлежало бороться со всем напряжением борьбы, так как здесь подчинение угрожало духовной целости и грозило русскому народу участью тех славянских племен, которые жили в теперешней Пруссии, но, потеряв свою веру, так онемечились, что забыли свой язык, свое племенное происхождение и погибли как для Православной Церкви, так и для всего славянства» [265] (с. 136).
Однако ж, что нами уже разобрано, участи онемечивания через католичество подверглись не только славяне Пруссии. Но славяне большинства иных нынешних стран Европы, в том числе Франции и даже Испании. Что прекрасно просматривается, например, еще лишь из письма Антония Поссевина герцогу Тосканскому. Он сообщает о возможностях, которые предоставляют в деле пропаганды католичества типографии:
«Судя по теперешним событиям в Московии [смутные времена — А.М.], незатруднительно будет воспользоваться ими, чтобы заняться рутеньским языком, и сим способом ввести в это государство просвещение… В течение 40-летнего моего пребывания вблизи Пиренейских гор и Бискаии, я удостоверился, что кальвинисты, для введения своего еретического учения в Беарнской провинции и в Испании, основали типографию этого столь трудного языка, и довольно известно всем, какое зло они причинили во всей Европе печатанием книг… потому надо употребить то же самое средство…» [359] (с. 42–43).
То есть, воспользовавшись прекрасным опытом протестантов, приступить к совращению в католичество православных славян Европы. А ведь это еще начало XVII века! Вот когда, судя по донесению папского агента, половина Европы все еще продолжала разговаривать на русском языке, столь трудном для понимания его инородцами. Но взялась за дело вражья желтая пресса и результат обасурманивания славян теперь просто шокирует. Через какие-нибудь 400 лет славяноязычных европейцев на западе уже более не числится вообще.
То есть вместо нашего Божьего языка, общего когда-то у всех славян, протестантская типография печатала «разговорный» то есть наиболее употребляемый для определенной местности. Таким образом, через некоторое время печатный станок вытеснил распространяемые славянами переписываемые ими от руки молитвы. Потому, вскоре, молитвы становятся обыкновенной болтовней, а болтовня теперь именуется «молитвами». Несколько сотен лет такого пресса — и никаких славян на территориях Западной Европы больше нет…
А после уничтожения нашего языка, не имея в своем регионе никаких препятствий со стороны наследников СЛОВА, латинизированная апостасийная Европа приступила теперь и к дальнейшему выстраиванию апокалипсических взаимоотношений между людьми. И Римский папа возглавляет уже завершающее мировую историю вероисповедническое движение — ересь ересей — экуменизм. А потому вполне закономерно их сытая цивилизация приближается к концу.
Однако конец, что наиболее обидно, придет не только самим зачинщикам, но вообще всем! Всемирный Потоп — тому грозное предупреждение.
Но как бы ни был кто в чем повинен, лечение всегда необходимо начинать с себя самого. А чтобы его начинать требуется знать диагноз.
Вот и продолжим его изучение на основе сравнения нашей исконной великой русской культуры, основанной на постулатах дарованной нам Богом веры, имеющей свое прямое отношение именно к тому Слову, которое и есть Бог, с их варварским средневековым феодализмом.


Евразия: область расселения Израилевых колен


В свете всего вышеизложенного, а также еще предстоящего изложению, на сегодняшний день становится вполне очевидным, что:
«Практически все народы, населяющие современную Европу, на самом деле — это выходцы с Ближнего Востока и из Северо-Восточной Африки» [66] (с. 392).
Но сначала, чтобы уточнить принадлежность Израилевых колен к определенной местности (опае — ст.сл. возвращение: Европа — возвращение евреев), разберем структуру их нынешнего расселения по материку Евразия. И помогут нам в этом цвета государственных флагов, которые были установлены для колен еще во времена скитаний по пустыне. Ведь на биваках они располагались в следующем порядке:
«Племя левитов несло священнические обязанности и ему была вверена скиния, для чего оно располагалось в 40-летнем странствовании по пустыне в центре К[олен]. На севере от него шли колена Дана, Асира и Неффалима, на юге Рувима, Симеона и Гада, на западе Ефрема, Манассии и Вениамина и на востоке Рувима, Симеона и Гада. Каждому из четырех частей полагалось особого цвета знамя, а каждому колену к тому же особое изображение в виде быка, дерева, орла, волка и т.п.» [133] (с. 1415).
А ведь как шли, так впоследствии и расселились в земле, им обетованной. Здесь стоит лишь переориентировать колено Симеона с юго-востока на юго-запад, пополнив восточную сторону полуколеном Манассии, а на западе, к вышеназванным, прибавить колена Иссахара, Завулона и Иуды.
Каковы цвета знамен расселенных теперь по миру колен?
Начнем с племени антихриста. Цвет его знамени известен — он красный. Ведь все вихри антихристианских революций развивались именно под ним.
Так каковы же цвета знамени у колена Данова — Дании?
Цвет знамени этой страны — красный! Так что и здесь — все сходится.
Но, может, много раньше он был иным?
При описании родословной Николая Рериха, некогда привезшего Ленину сатанинское приветствие от гималайских махатм, сообщается как раз об исконных цветах страны, в жилах народа которой течет кровь как основателя масонства, Адонирама, так и будущего рвущегося в мир антихриста:
«Семейные предания уводят… в Зеландию первоначальную, датскую…
…во времена викингов и скальдов, во времена, когда легкие скандинавские ладьи под красными парусами шли великим путем из варяг в греки» [134] (с. 3).
Однако ж сегодня на этом красном знамени стоит белый крест. Каково этого цвета на датском знамени происхождение?
Первоначально колено Даново поселилось на западе Палестины. А ведь именно с этой стороны во время шествия по пустыне располагались колена Рахили, чьи цвета знамен должны иметь белый цвет, отображающий невинность. Ведь их обожествляемая теперь мать на легендарной своей свадьбе, когда ошибочно вместо нее женой Иакова-Израиля стала ее подслеповатая сестра, так и осталась в невестах.
Кстати, этот же цвет подтверждает былую принадлежность к славянству, до отхода 10 Колен в веру Ефрема, то есть в евреи, и будущих приверженцев поклонения культу своей матери Рахили, переименованную в некую такую Славу, все то же соотвествие данному цвету при выборе жертвенных животных.
О ней говорится как:
«“о великой царице и госпоже, матери всякого целомудрия” (Агаф., с. 602–603)…» [36] (с. 612).
То есть сходство славянской Славы, полной копии Ра хили, проведшей свою первую брачную ночь без жениха, просто филигранное.
Мало того, оставшейся в невестах прародительнице Ефремова колена, уведшего в поклонение своему родовому божеству 10 Израильских колен:
 «…посвещали белых быков, белых козлов, белых коней, белых мулов и пр. (с. 29–30)» (там же).
Так что даже в эту атрибутику вкладывался смысл, полностью тождественный истории, произошедшей с Рахилью. Цв;та невинности выбирались даже жертвенные животные, посвящаемые этому в те времена новому божеству. Славян, что нами выяснено в книге «Язык русских», евреев колен: Ефрема, Гада, Дана, Рувима, Неффалима, Иссахара, Завулона, Ассира, Манассии и часть колена Симеона.
И вот как чтили культ своего божества, единоименного, чтобы ввести в заблуждение даже и избранных, славянскому Богу Славы, жрецы новообразованного Израильского царства на горах Ефремовых:
«…веровали в единое божество Славу. Они представляли его себе богинею девою…» (там же).
И вот где коренится основная их ошибка:
 «Ей же придавали они и название матери… В отличие от матери земной, ее звали божеской матерью» (там же).
То есть вместо колена Иуды эти славяне-евреи (впоследствии европейцы) на роль Богоматери, в силу каких-то до нас не дошедших лжепророчеств, избрали свою прародительницу Рахиль — любимую жену Иакова, тогда как пророки настоящие предсказывали, и предсказания эти сбылись, что Христос будет произведен на свет от семени Давидова колена Иуды — сына Лии — родной сестры Рахили.
Вот еще подтверждение вовсе нешуточности ими обожествления своей прародительницы. Ведь у европейцев, некогда проживающих на территории Израиля, где в древности, по В.В. Макаренко, и находилась Эллада:
«…ранее еллинского закона существовал культ Славы… Тут же находим и любопытное в своем роде указание, о древнейших династиях, исповедовавших культ божества Славы, и, вместе с тем, производивших род свой от этого божества…» [36] (с. 613).
То есть здесь достаточно четко сообщается о коленах Израилевых (Манассии и Ефрема), чьим родоначальником являлся Иосиф. Именно они и являются основоположниками веры евреев в саму Ра — Славу — ефремовскую-еврейскую лжебогоматерь.
От того и путаница в определении истинного славянства, то есть людей Бога Славы, истинного Творца небу и земли, и лжеславянства — идолопоклонников «еврейской богоматери», богини Славы, которое столь затем плавненько и перейдет в поклонение матери иной — колен Дана и Неффалима — Ваалы. И синтез этих двух совмещенных богинь превратится в единое божество, но уже мужского рода. И будет именоваться, в соединении, для нас достаточно необычно — Ваал-Перун. То есть, иными словами, «Слава Ваалу» — божку, что уже на самом деле, нечистот и нечистой силы.
Так что исключительно ошибочно увлекшиеся нами рассматриваемой на горах Ефремовых «Славой» евреи и именуются впоследствии европейцами. Что подтверждается их богослужебной практикой:
«Культ этой богине Славе в глубокой древности был распространен у всех арийцев…» (там же).
То есть европейцев как славяно-хананейского (колен, произошедших от служанок), так и не славянского происхождения. А ведь именно эти эрзац европейцы, какие-нибудь угариты или аморреи, заменив поклонение Славы-Ваала-Перуна католичеством, и навязали проживающим в Европе варягам, жителям в прошлом Галилеи язык, это весьма странное эрзац христианство. И тому способствовало сразу два фактора: обрушившиеся на приморские города варягов стихийные бедствия и, что уже отмечено ранее, еще ветхозаветная склонность этих исповедников эрзац Славы к многоженству. Нынешняя же отнюдь не славянская гаплогруппа этих европейских полуславян лишь подтверждает пророчество, изреченное о них Библией:
«…да распространит Бог Иафета, и да вселится он в шатрах Симовых» [Быт 9, 27].
 Потому не чрезмерно-то и белые на самом деле европейцы, именующие свою часть света не иначе как исключительно белым континентом, своим языком имеют язык иафетян — наречие, что уже на самом деле, вовсе не белого человечества, полностью избежавшего Вавилонскую мутацию. Но наречие племени желтого. И прищуренного, судя по всему, не иначе как от нестерпимого света Вавилонского огня, вызвавшего языковую и расовую мутации всех им подвергшихся людей планеты.
Но как предсказано, так и свершилось: желтые слуги славян, аморреи-угариты, воспользовавшись природными катаклизмами, обрушившимися на славянское в те времена Поморье, вырезали всех способных носить оружие мужчин, а женщин разобрали себе в жены. А точнее — вселились в их шатры. То есть в европейские славянские города, наличие которых и считают по сию пору основным отличием своей культуры. Так что и сами эти с узенькими оконцами их дома, именуемые сегодня готическим стилем архитектуры, что так пришлись «к костюмчику» безграмотным пришельцам, что выясняется, придуманы не ими самими. Но лишь заимствованы у погрязших в язычестве, за что и подвергшихся генной метисации иафетянами, славян полукровок варягов.
И вот как выглядят сегодня эти остатки славянского язычества, которое нынешние неопаганисты пытаются навесить вообще на всех славян:
«На о. Рюгене, по-славянски — Руяне, в г. Стопень-камень (ныне Штубенкаммер) также было три чтимых храма: Сварогу, Волосу и Перуну» [336] (с. 52). 
Так закончила существование Европа славянская языческая, сменив свое древнее заблуждение более модернизированным обманом — католичеством.
Итак, что нами выяснено, белый цвет своих знамен имеют Колена, расположенные на западе. Те же, что находятся на севере, — красные. Именно эти Колена и замешаны в вечно раздуваемых не без их деятельной поддержки революций: в Дании и Англии, во Франции и России.
Но и все иные цвета народов Палестинского региона вполне согласуются с имеющимися об их обитателях сведениями.
Цвет колена Гада, которое и представляет собой высшую касту — раввинов — элиту проклятого народа, взявшего на себя честную кровь Христа, выглядит достаточно соответствующе своему внутреннему значению: голубые тона на белом фоне. Фон означает ту часть их территории, где некогда проживали иевусеи. Это место находится на правом берегу реки Иордан. Потому фон знамени с цветом Самарии совпадает. Все же остальные изображения исполнены в голубых тонах, что соответствует тонам способа грехопадения городов Содома и Гоморры, чью религию колено Гада и обязано было взять на вооружение. Тут уж ничего не поделаешь — таков официальный цвет флага нынешнего государственного образования хананеев под украденным у Божьего народа названием — Израиль.
Шведы, хоть и приняли за основу разговорную монголоидную речь готов, но с произношением буквы Р проблем не испытывают. Цвета же их флага — желто-голубые. Это заставляет предположить, что они имеют отношение именно к колену Рувима. И второе: цвета знамен располагающихся на Юге колен — желтые.
Земли же эти, после разгрома Александром Македонским Персидского Царства, были перезаселены именно хананейской народностью, возвращающейся на места своего прежнего обитания из рабства в Сефарде и Сузах. Вот почему в прошлом русский город Вифлеем ко времени Рождества Иисуса Христа был заполонен возвратившимися из плена безчисленными толпами хананеев. И именно они заставили переселиться проживавших здесь ранее израильтян колена Иуды много севернее. Переместились на юг, потесненные расселившимися в Десятиградии скифами, впитав в себя все ту же окраску, и израильтяне колена будущих князей изгнания — Гада. То есть официальным их цветом является синий (голубой), но настоящий их цвет, что подтверждается множеством на эту тему доказательств, — желтый.
Каковы же цвета знамени у самого мореходного в мире народа — варягов?
Флаг страны морских — Лииных галлов, из колена Завулонова, чьи ладьи более тысячелетия курсировали по маршруту «из варяг в греки», имеет цвета красно-бело-синий. А это тона флагов Франции, Нидерландов и Югославии, где и проживали колена Иссахара и Завулона. Но если знакомство «с тростью писца» более присуще именно колену Иссахара, то следует предположить, что именно сербо-хорватские поселения Иллирии стали прибежищем славянского народа этого колена. Побережье же Франции и Фризландию, то есть метрополию варягов, заселили представители колена Завулона.
У Асира же, судя по всему, цвета флага должны иметь исключительно красно-белые тона. Таков цвет именно швейцарского флага, что сообщает о господстве в этой стране в свое время именно немецкой части ее жителей, именуемой ерманами. Абсолютно аналогичные цвета имеет и соседствующая со Швейцарией страна — Австрия. Это относит приальпийских пришельцев с Ермона к колену Асира.
Цветом колена Левия является черный, так как именно такие тона преобладают в одежде священников. Основным же местом их богослужебной деятельности всегда являлся город Иерусалим. Там же рядом находился и столь известнейший город левитов — Ютта.
А ведь именно под такого цвета знаменем и выступал против татар Дмитрий Донской. Перед самой битвой Великий князь:
«Укрепив полки, снова вернулся под свое знамя черное…» [351] (с. 260).
Какие еще цвета должны присутствовать при обозначении данной местности?
Это место в Палестине относилось к юго-западу. Значит, знамя у жителей данного региона из колен Левия, Иуды и Вениамина должно иметь черно-желто-белую окраску.
И вот находим подтверждение:
«…русскими цветами знамени являются черный, желтый и белый…» [2] (с. 19).
А как же быть с нашим нынешним петровским «триколором»?
Находясь между красным (севером) и белым (западом) центральным своим цветом, это знамя имеет синий цвет, что и соответствует отображению на нем главенства колена Гада! То есть на наших сегодняшних знаменах запечатлена власть над нами раввинов — «князей изгнания» — некогда жителей малоросских местечек!
Но так оно, к сожалению, и есть. Так что и здесь: все в самую точку…
Но это вполне закономерно: ведь масоном был и навязавший нам этот самый «триколор» Петр I, и временное правительство, как первый его вариант, с масоном Львовым, так и вариант второй — с масоном Керенским во главе. И правительство нынешнее исключением в вопросе выбора флага ничуть не является: основатель нынешней «демократии» Ельцин — тоже масон. А потому над нами снова реет все тот же «триколор».
Теперь про обитателей Самарии, чьи тона знамен должны быть белыми, что символизирует цвет платья обожествляемой ими невесты, которою и была некогда их мать, получившая от них статут небожительницы с именем Сама Ра.
Такие тона несут знамена Финляндии, где белый флаг имеет синий крест. А ведь этот тон креста указывает на полуколено Манассии, некогда проживавшее на Васане. То есть в восточной части Палестины, где и знамена имеют синий цвет. Но и сама их языковая группа, угро(хуррито)-финская, несет название исключительно того наречия, на котором некогда и разговаривало туземное население завоеванной этим коленом земли, что полностью и подтверждает произведенную догадку.
Однако ж частицу белого цвета в знаменах Польши здесь затрагивать не стоит. Ведь:
«…польские писатели… сами зовутся сарматами…» [184] (Гл. 17).
Странно как-то такое высказывание выглядит. Ведь поляки нами всегда считались славянами. И говорят похоже. И даже вероисповедание пусть и не такое же, но похожее. Так в чем же столь существенная между нами разница?
Мы их когда-то завоевали и принудили принять с нами единое вероисповедание. А происходило это еще в той Древней Руси, которая располагалась на территории Палестины:
«Иоанн Гиркан покорил их окончательно, принудив обрезаться и исполнять все обряды закона Моисеева; с тех пор они составляли с иудеями один народ» [36] (с. 210).
Один, да не один: сарматы как не стали славянами в те древние времена, когда народ наш именовал себя потомками колена Ие уды (Божьей уды), иудеями, так не стали и теперь, когда, в честь правильной славы Слова, мы именуемся православными.
Вот что может означать нынешнее название их страны — Польши, в бытность их проживания на юге именуемой Идумеей, некогда покоренной нами. У нас, например, имеется такой город — Юрьев-Польский. Где:
«Польский — обитающий или растущий в полях…» [36] (с. 452).
От того и сам термин, поляки, просто обязан означать собою людей, напрямую своим наименованием увязанных с основным родом их хозяйственной деятельности. А так и получается:
«Происхождение племенного термина поляне от “поле”, т.е. “жители полей”, ни в ком из исследователей не вызывает сомнений» [247] (с. 203).
Но и наименование поляков ляхами имеет практически тот же смысл:
«Наиболее популярным является сейчас объяснение термина лях или лех от слов “ляда”, “лядина” (пустошь, заросль и т.п.), имеющегося во всех славянских языках. Таким образом, лях — это человек, живущий на пустошах, в зарослях и, стало быть, занимающийся охотой и скотоводством…» (там же).
Потому становится более чем очевидным, что:
«Поляки скорее всего потомки едомитян» [66] (с. 56).
Но ведь и Идумея Исава располагалась именно в полях. Потому Польша означает собой место обиталища степняков — сарматов (или сарацинов). Родословная поляков, как совершенно не безпочвенно считает исследователь географии русской истории В.В. Макаренко:
«…идет от Исава, поэтому они не очень-то любят не только евреев, но и русских… у нас с поляками есть какая-то необъяснимая напряженность в отношениях: вражда славян между собою» [66] (с. 57).
Эту напряженность, связанную с их необычайной заносчивостью, за что Польша уже претерпела несколько разделов, следует отнести к древней истории, когда предок поляков Исав продал свое первородство Иакову за еду.
Но они, судя по всему, так все и продолжают считать достойными Ие ковы (Божьего жалования) исключительно себя. Но также, по привычке, именуя себя сарматами (Сара мати), они вскрывают заведомую тщетность своих претензий на богоизбранность.
Это подмечено достаточно давно. Еще Павел Алеппский говорил о поляках, что: 
«…нет ни одного народа на свете равного им в славолюбии, гордости и тщеславии» [277] (с. 192).
Но и сам их образ жизни для нас, славян, просто не свойственен ни под каким соусом. Ведь если мы сами ни на кого никогда не нападали, но только защищались от вражьих нападений, то поляки, что выясняется, вели совершенно иного рода образ жизни:
«Одной из важнейших целей войны была добыча большого количества пленников и поселение их как рабов во владениях князя, богатого рыцарства или костела. Торговля рабами в Польше практиковалась уже с древнейших времен. Значительный класс рабов увеличивался также за счет осужденных преступников… этот слой населения, в первые века количественно очень значительный, по свидетельству польских историков, играл в сельском хозяйстве, особенно  имениях имущественной знати, крупную роль» [247] (с. 245).
Что может быть общего у законов этой уже изначально примитивной пещерной рабовладельческой страны, где своих же соотечественников они, при малейших правонарушениях, превращали в безсловесный скот, с нашей Русской Правдой?
Да ничего и в самом своем еще зачатии. А потому и следует здесь все же поверить на слово самим полякам, уверяющим, что они вовсе не славяне, то есть Божьи люди, некогда проживавшие в обетованной им Богом Славы земле, но сарматы, потомки брата Иакова, продавшего свое первородство за похлебку. А потому и порядочки имеющие пещерные, вполне свойственные своему прародителю — Исаву.
Вторым кардинальным их отличием, полностью увязанным с вышеобозначенным, является странная традиция женитьбы мужчины лишь после того, как он заработает средства для обезпечения своей будущей семьи. А этот возраст обычно равен 40 годам. То есть два десятка лет кряду он вкалывает на дядю (а возможно и на собственного папочку, теперь лишь пожинающего дивиденды) практически на положении раба!
Так у них принято. Что здесь можно еще добавить об истинной пещерности их дикой польской «цивилизации»?
Они как привыкли жить при рабовладении, так и продолжают жить в этой весьма пикантной «системе общежительства» и по сей день.
Все тоже можно сказать и о представителях Дальнего Востока, куда, судя по всему, некогда и отправились из вавилонского плена десять колен Израилевых.
Русский исследователь этого региона этнограф и путешественник Григорий Ефимович Грум-Гржимайло:
«Исследовав Памир, Забайкалье, Монголию, Приморье, Китай, пришел к выводу о том, что исходным биологическим типом, создавшим культуру в этом регионе, был длинноголовый светловолосый человек. На основе анализа старинных китайских летописей показал, что и у истоков китайской культуры стояли европейцы» [211] (с. 95).
Однако ж и много ранее это было понятно в Европе по некоторым признакам, сообщающим о том, что нынешнее население Китая пришлое и культуры своих здесь предшественников не понимает. Еще Лейбниц в свое время определил, что:
«…у них существовала некогда более глубокая философия, следы которой сохранились в символах, сделавшихся теперь непонятными для самих китайцев» [419] (с. 364).
То есть Китай унаследовал европейскую символику, в которой совершенно не разбирается сам. Что также подтверждает принадлежность этой древней культуры к европейцам. Причем и:
«Мумии из северных провинций Китая наглядно свидетельствуют об этом» [229] (с. 41).
«Строительные и инженерные навыки также были получены китайцами у инорасовых соседей, среди которых китайские летописцы особенно выделяли многочисленное рыжеволосое племя “ди”. Ди принадлежали к числу автохтонов Китая, дав ему династию Джоу (1122–225 гг. до н.э.).
Археологические раскопки в районе реки Селенги подтвердили наличие двух расовых антиподов — короткоголового типа (цефалический показатель 93,6) и длинноголового (цефалический показатель 68,4)» [211] (с. 96).
А вот что писал на эту тему И.А. Сикорский:
«Япония представляет типический пример смешанной расы, составленной из трех основных рас человеческого рода — черной, желтой и белой. Эти расы поочередно переселялись на острова, окруженные водой, жили смежно, постепенно смешиваясь. Процесс смешивания еще далеко не закончился у них: рядом с безбородыми представителями желтого и черного происхождения в Японии живут чистокровные потомки белой расы (айносы) с роскошной волосистостью лица и огромной бородой (типический расовый признак белых). Катрфаж называет их “русскими из-под Москвы”… а Бельц (Baelz) признает их за племя, близкое к славянскому или тождественное» [229] (с. 308–309, 299).
Айны жили на Хоккайдо и Сахалине. Вот что сообщает Избрант Идес, судя по всему, о них же, этих русских из Подмосковья, но уже проживавших в XVII веке на Шантарских островах.
На берега Тугур и Уда, впадающих в Охотское море:
«…ежегодно приходят народности с лежащих в море поблизости островов, которые с берегов рек можно различить простым глазом. Пришельцы хорошо одеты в дорогие разноцветные платья, под которыми у них шелка, примерно так же, как и у богатых персов. Они довольно большого роста, длиннобороды и выглядят благообразно… Они утверждают, что Якутия ранее принадлежала им» [382] (с. 286–287).
То есть параллельно с пребывающим еще в каменном веке населением Даурии, Сибири и Чукотки существовали народы, имеющие по тем временам очень высокий уровень развития. Что это за когда-то исчезнувшая никем так пока и не изведанная цивилизация?
Вот мнение на эту тему современного исследователя расселения народов мира В.В. Макаренко:
«…часть народов, сейчас проживающих в юго-восточной Азии или на Дальнем Востоке, когда-то ушли с ближневосточной прародины» [66] (с. 200).
Вот конкретно об одном из них:
«…японцы отлично знают, что они не автохтоны, а откуда-то пришли на Японские острова. Так что у них, как и у нас, тоже стоит вопрос: откуда пошла Япония» [66] (с. 69).
Причем, память о том времени, когда Япония пошла, совпадает с разыскиваемым нами исходом «евреев» из Палестины — точка в точку. А их империя, вместе с императорской властью правящей династии, как они объясняют:
«…непрерывно существует 2 500 лет» [220] (с. 35).
То есть один в один с исходом 10 колен из Ассирийского плена. Потому пробуем помочь разобраться им в столь интересующем их вопросе: откуда есть и пошла Японская земля.
Страна неких загадочных самураев имеет белый цвет своего знамени, сообщая о своем кровном родстве Финляндии. А ведь их странно звучащее на востоке название уже на западе, то есть в Палестине, выглядеть странным не будет. Оно полностью соответствует палестинской Самарии. Но и само наименование образованной этими израильтянами Японии явно заимствовано все оттуда же. Ведь именно в окрестностях Иордана одним из городов скифского Десятиградия значится Иппона. И это вовсе не игра звуков. Ведь впоследствии данное название города перекочевало еще и на запад — в Африку — в одноименный город, в котором впоследствии прославился своей деятельностью в IV в. блаженный Августин.
Но и не только в наименовании двух городов и одной страны остался запечатленным этот топоним. Татищев сообщает о некогда известном в Европе племени:
«…Яподы, потому что с галлами иллирианами один народ был, безспорно славяне, но сие имя давно угасло…» [184] (Гл. 13).
Угасло в Европе, но сохранилось в Японии. Ведь даже японская столица, что подтверждает отношение яподов именно к славянам, своим названием вновь отправляет нас все к тому же древнеарамейскому наречию: то кива (Токио). Что значит камень. И именно тот самый, с которого некогда сошли те самые люди, которые си суть Русь.
Второй вариант. По преданию, после разрушения Иерусалима войсками Тита:
«Вместе с остальными святынями были увезены золотой семисвечник, золотая трапеза предложения хлебов, киот Завета…» [61] (с. 73).
И не исключено, что именно эта святыня, не представляющая собой для ворвавшихся в храм язычников никакой финансовой ценности, была увезена оставшимися в живых израильтянами на Дальний Восток, где киот был помещен в главном городе, получившем от этой святыни и свое наименование — то кио.
Причем, и еще более древней столицой Японии считается Киото. И уж ее наименование с древней святыней израильтян совпадает вообще — звук в звук: киот то.
А ведь место своего изначального пребывания нами разбираемые славянские яподы (или самураи) разнесли не только по всей Японии, но и по всему пути своего следования в страну восходящего солнца. Ведь совершенно аналогичное древней Самарии наименование имеет один из крупнейших нынешних городов России, который расположен на речке с одноименным названием Самара.
Но это вовсе не игра звуков или случайность, что подтверждает топонимика и иных мест с очень древней историей:
«Есть еще и вторая Самара — “Самара град”, крепость на месте нынешнего Новомосковска, в 29 километрах к северу от Днепропетровска…» [8] (с. 114).
А стоит этот город на речке, и по сию пору называемой точно также — Самара. Причем:
«Казаки называют Самару святой рекой» [510] (с. 13).
Но и во Франции это наименование оставило свой след во времена пребывания здесь славян: нынешняя река Сомм, что в Соммском департаменте, некогда именовалась Самарой [242] (с. 136).
А вообще это слово изначально наше. Что подтверждает Классен:
«…Самара — славянское имя…» [242] (с. 122).
Так что имя самураев к монголоидам отношения не имеет никакого.
Много схожих со славянскими слов имеет и японский язык. Но и древняя японская письменность очень близка слоговой праславянской:
«…японская слоговая азбука… связана прежде всего с европейским письмом, причем с самыми древними его образцами, чей возраст насчитывает несколько тысяч лет… Естественно, что последующее заимствование китайской иероглифики и китайской культуры скрыло этот факт» [66] (с. 207).
Но прослеживается и обратная связь. То есть возвращение некоторой части этого народа на родину:
«…есть основание считать, что какая-то родовая линия от основы, которая сегодня в основном, а может быть, исключительно представлена японской культурой, ушла в свое время на запад, где в конечном итоге и растворилась, но оказала свое влияние на культуру восточного Средиземноморья и не только» [66] (с. 278–279).
Теперь определимся с японским флагом. Его основной фон белый. Солнце же на нем изображено красным. Это совершенно не соответствует нынешнему наименованию Японии страной восходящего солнца. Ведь восходящее солнце следовало бы изображать золотым, каким оно и выглядит на самой крайней части востока, где чисто территориально сегодня и располагается эта страна. Но почему же солнце на японском знамени изображается красным?
Для соотнесения древней символики самураев вновь обратимся к истории Ветхого Завета.
Что собой представляет боготворимое коленами Ефрема и Манассии имя своей прародительницы, Рахили?
Хилое Ра. Иными словами, слабое солнце. А ведь слабым оно бывает исключительно на закате!
То есть солнечные лучи, слабея, как раз и напоминают собою их легендарную мать. Потому на знаменах самураев солнце имеет исключительно красный цвет. И теперь становится до конца понятно, почему на белом знамени страны солнца вроде бы как и восходящего оно изображено именно в момент своего заката.
Вторжение Израилевых колен в Китай отмечено, прежде всего, удивительнейшим сходством наименования их древнейшей из известных философий к корням все того же наречия — нашего:
«Китай — религия китайцев — конфуцианство… Древнейшие религиозные верования конфуцианства изложены в священных книгах, собрание которых приписывается Конфуцию. Так назвали его католич. миссионеры, настоящее его имя Цзы из рода Кунъ, отсюда Кун-фу-цзы. Он род. около 550 г. до Р. Хр.» [133] (с. 1316).
А ведь «из рода Кун», так как куна является денежной единицей Древней Руси, по-нашему бы означало: «из купеческого рода». Да и выглядел он вовсе не азиатом:
«На всех канонических изображениях Конфуция рисуют с весьма пышной бородой, что свидетельствует как минимум о высоком проценте европеоидной крови» [211] (с. 188).
«…Г.Е. Грумм-Гржимайло проанализировал старинные китайские летописи и пришел к выводу, что исходным расовым субстратом, создавшим культуру северного Китая, безспорно, был европеоидный. Этот тезис прекрасно доказан в его монографии с характерным названием “Почему китайцы рисуют демонов рыжеволосыми? (К вопросу о белокурых народах Средней Азии)” (СПб., 1899)» [229] (с. 41).
И вот что происходит в этой стране именно в момент исхода 10 колен Израиля из плена Ассирийского на Дальний Восток:
«Учение Конфуция дало мощный импульс культуре Древнего Китая… Эта эпоха стала временем быстрого культурного и материального развития Китая. Была унифицирована письменность, увеличилось число городов, появилась целая сеть каналов, соединивших все царства Китая. Почти все орудия труда изготавливались из железа» [180] (с. 422–423).
И не просто изготавливались, но именно начали изготавливаться из железа лишь с момента проникновения сюда Израилевых колен: 
«…факты — упрямая вещь, а они свидетельствуют, что китайцы стали пользоваться железом только в VI–V вв. до Р.Х.» [69] (с. 198).
Так что и здесь все сходится один в один с приходом сюда 10 Израилевых колен.
А вот еще отголосок все на ту же тему:
«…те, кого в древности называли богами, выглядели высокими, белокожими, русоволосыми и голубоглазыми! Кстати, именно так выглядят найденные еще в прошлом веке мумии в Китае… “С конца 1970-х годов археологи стали извлекать останки засохших тел из захоронений среди солончаковых песков на границе бассейна реки Тарим в китайской части Синьцзяна”. Археологов, которые познакомились с этими сенсационными находками, поразило то, что мумии по строению черепа не относились ни к китайцам, ни к тюркам, они явно напоминали европейцев. У них были большие глазницы, высокие переносицы, широкие скулы, русые или рыжие волосы и бороды, а рост у некоторых достигал 198 см. Примечательно, что власти Китая “говорили об этих находках достаточно скупо”, так как “возможно, что для них свидетельства пребывания в доисторическом Китае европейцев выглядели неудобными…”» [260] (с. 73–74). 
Свидетельства о пребывании в этой стране белых людей уже в куда как более ближние к нам эпохи умалчивались ничуть не менее. Но вот одно из них находим в достаточно пухлых дневниках Берхгольца. На вопрос герцога Голштинского к вернувшемуся из Китая капитану Измайлову, следует довольно странно звучащий для сегодняшней версии о истории Китая ответ. Дневник Берхгольца от 24 февраля 1722 г.:
«Его высочество спросил у капитана, действительно ли китайцы так безобразны, как они изображают себя на своем фарфоре? Но он отвечал, что, напротив, они очень недурны и считают даже унизительным рисовать себя на фарфоре; что фигуры на нем представляют у них фигуры калмыков и татар, с которыми они в большой вражде» [374] (с. 350).
То есть нынешний облик китайцев, что следует из данного ответа, представляет собой помесь белых людей с калмыками и татарами (по уже сегодняшней версии — монголами).
Вот еще их отличие от представителей сегодня монолитно буддистского Китая:
«…у них нет никакой религии, но много есть из них, которые носят кресты… В Богдойцах есть наклонность к христианской вере…» [375] (с. 78).
Кресты же на шее, насколько известно, еще с древнехристианских времен носим только мы.
Однако ж и само СЛОВО этих хозяев Китая времен Петра I относит этот этнос исключительно к нам же:
«Язык Богдойский имеет много сходства с обыкновенным языком Персидским, а также и азбука Богдойская весьма похожа на Персидскую, но только пишут и читают они сверху на низ, как Китайцы, а букв в азбуке их более шестидесяти» [375] (с. 79).
Так ведь аккурат таковое их количество в нашей древней рунической звуковой азбуке. То есть даже и здесь все один в один с нами.
Но куда же на сегодняшний день исчезли эти таинственные богдийцы, носящие на шее кресты и использующие для общения древнюю русскую руническую грамоту?
«Замечают, что Богдийцы, или иначе Восточные Татары, по обладании Китаем, начали перерождаться и теряют свою прежнюю храбрость» (там же).
То есть, овладев Китаем, они просто растворились в многочисленном завоеванном народе. А потому эта прослойка населения Китая, как народ, со временем, исчезают из поля зрения историков.
Но не до конца. Под заголовком «Еще сто лет назад праславяне жили на территории современного Китая» значится:
«Результаты сенсационного наблюдения описал член-корреспондент АФН Н.М. Соловьев.
В ходе изучения деятельности так называемой Желтухинской республики, существовавшей в конце XIX века на правом, относящемся к Китаю, берегу Амура (республика Шартуга), исследователь выяснил, что русские переселенцы столкнулись в совершенно необследованных районах бассейна Амура с некими европеоидными племенами, изъяснявшимися на каком-то праславянском диалекте русского языка» [86] (с. 37).
Так что и сами носители той древнеизраильской культуры оказались обнаружены именно в той местности, куда некогда и отправились в свое дальнее путешествие, уходя из ассирийского плена.
Кстати, и само наименование этой величайшей из дальневосточних рек, вовсе не китайского происхождения. Путешественник XVII в. Витзен, в письме Лейбницу, сообщает, что:
«…название реки Амура не китайское, а русское…» [418] (с. 35).
Но как оказались некогда эти первые русские переселенцы на территории нынешнего Китая?
А территория эта, как сообщает Адам Бранд в составе посольства России посетивший в 90-х гг. XVII века Китай, была в ту пору нашей:
«…от реки Аргуни до деревни Цицикарской вся земля принадлежит Китаю, во владение к которому она перешла несколько лет назад» [382] (с. 172).
Вот когда конкретно это произошло:
«Еще несколько лет назад большая территория по знаменитой реке Амур находилась под властью московского царя. Однако же, в 1689 г. сюда приезжал великий посол Федор Алексеевич Головин, чтобы предотвратить возникающие здесь военные столкновения, по приказу его царского величества он уступил китайцам по договору эту территорию, на которой стоит укрепленный город Албазин» [382] (с. 169).
То есть по одному из первых указов Петра I мы отдавали огромнейшую территорию, находящуюся в излучине Амура и Аргуни вплоть аж до нынешнего города Цицикар.
Вот еще следы той цивилизации. Избрант Идес, проследовавший мимо Нерчинска в конце XVII века, отмечает следующее:
«В этой области были недавно найдены колеса повозок, обитые железом, и большие жернова, из чего я заключаю, что нучжу… занимались в русской Даурии еще в древности торговлей и мастерством. Поэтому тунгусы и пользуются здесь повозками с обитыми железом колесами, чего не найти ни у монголов, ни у других народов» [382] (с. 161).
То есть вещественные доказательства присутствия представителей цивилизованного народа на территории Даурии имеются. Так что Желтухинская республика очень не зря имела с этой территорией соседство.
Вот еще следы той высокой цивилизации:
«Примерно в 8 милях от Аргуньского, откуда я выехал 5 августа, в реку Аргунь впадает река Серебрянка… Примерно в двух немецких милях выше по течению находятся серебряные рудники. В былые времена нючжу… [“нючжу, или дауры” [382] (с. 285)] добывали много серебра, и еще теперь можно видеть много шлака там, где ранее плавился металл; но разработки эти из-за чего-то заброшены в течение стольких лет, засыпаны обломками гор» [382] (с. 162).
Покорившие же Китай таинственные маньчж-уры (Mensch-Уры [люди, ушедшие из Ура Халдейского]) имеют желтый флаг с черным иероглифом посредине. Что, между прочим, достаточно четко указывает нам на смысл наименования этой странной праславянской республики на Амуре. А так как именно колено Иуды, из которого вышла Богородица, Сама Серафиму Саровскому сообщившая о прямом отношении нашего величайшего из русских святых к Своему роду, имеет черно-желто-белый цвет своего знамени, то его южные соседи должны быть уже лишены белого цвета, что полностью и соответствует флагу завоеванного конфуцианством и маньчжурами Китая. Он напоминает цвета израильского колена Симеона и наименование амурской страны с проживающим там славянским населением — Желтухинская.
Но и иные источники все вышеприведенное также подтверждают:
«На востоке от будущих китайцев в древности и была империя Руссов-Чжурдженей, территориально занимавшая сегодняшние: юг всей Сибири, Хабаровский и Приморский края, Амурскую область, а также Манчжурию. Китай же был провинцией чжурдженей в I–XIII веках, даже согласно официальной истории Дальнего Востока» [32] (с. 11).
Все вышеизложенное вполне увязывается и с утверждениями В.В. Макаренко:
«…японцы с китайцами на каком-то этапе принадлежали к единой с европейцами древней культуре» [66] (с. 211).
А вот как были утеряны знания о тех временах и деяниях:
«Одно из наиболее известных событий царствования Цинь Ши-хуана — это сожжение книг, предпринятое с целью подавить независимую от государственной идеологии мысль и истребить исторические источники, трактующие события прошлого отлично от того, что возвещали официальные инстанции…
Жертвами тотальных преследований оказались не только книги: по приказу императора 460 конфуцианских ученых были живыми закопаны в землю…» [180] (с. 426–427).
Но колена Израилевы не только учили туземные народности Дальнего Востока истокам своей культуры, но и сами учились. И учились тем диким повадкам у местных народностей, находящихся на пещерном уровне развития, которые затем и принесли с собой в Европу в виде именно там и воспринятой системы общежительства. И именно отсюда, вместе и со многими иными дикостями, они вывезли в Европу столь «милую» привычку туземного населения убивать своих состарившихся родителей.
Но и не только это:
«Начиная с VIII в. в Китае большое развитие получил водный транспорт…
Нагруженные товарами речные и морские флотилии представляли большой соблазн для купцов-пиратов, которые грабили друг друга. Яркой иллюстрацией ко всему этому служат следующие слова из песни “Гукэ” (“Купец”), относящейся к описываемому периоду: “Лучше добиться выгоды, чем славы”. Погоня за славой не всегда приносит успех, в погоне за выгодой никогда не прогадаешь. Компаньоны должны стоять друг за друга. При продаже товаров сумей обмануть. Сумей обмануть таможенника на заставе, так вырастает капитал, и не потерпишь убытка… Изучи тайные знаки торговцев. И не считайся даже с земляком (“Очерки истории Китая”, М., 1959, с. 231)» [83] (с. 199–200).
Избрант Идес:
«Они не имеют понятия о грехе. Если они совершили какое-либо мошенничество и их при этом поймали за руку, то, по их понятиям, приговор судьи — небольшой стыд перед знакомыми, а безобразие и безчестность совершенного ими поступка нисколько их не безпокоит» [382] (с. 293).
Но вероломные повадки представителей племен Китая чем-либо из ряда вон выходящим не являются — ведь никакой четырехтысячелетней культуры у аборигенов местных земель, как теперь выясняется, вовсе не было. А все придуманные об их выдающейся культуре басни, что становится очевидным, полностью фальсифицированы:
«Был исследован гороскоп, составленный во времена первого китайского императора Хуан-Ди, якобы жившего около 2 637 г. до нашей эры.
Оказалось, что такое положение звезд и планет — равно как и отправная точка введенного на его основе летосчисления — могли иметь место не ранее… 1 323 г. нашей эры! Получается, что ошибка в астрономических датировках отбросила реальную историю Китая на три с половиной тысячи лет назад, в прошлое» [8] (с. 188).
Далее:
«Всем известен “древнейший” 60-летний китайский цикл: пять групп по 12 лет — год Петуха, Собаки, Крысы и т.д. Оказалось, что он основан на периодических сближениях Юпитера и Сатурна, однако существуют определенные расхождения в положении двух планет. Снова проведены скрупулезные расчеты, показавшие, что… цикл этот мог быть принят только в промежутке меж 1204 г. и 1623 г. нашей эры» [8] (с. 188).
Так что наше сегодняшнее попугайничание этим их якобы столь древним гороскопам — полная глупость: более тысячелетия спустя Рождества Христова они сидели еще на дереве и спешить слезать с него явно не стремились.
Но ведь и их иероглифы отнюдь не являют собой остаточное явление некой особой древней цивилизации. «Дряхлость» обнаруженных на сегодняшний день текстов этой весьма примитивной техники изложения сказанного в письменном виде не слишком-то и удалена от сегодняшнего дня:
«У китайцев, оказалось, нет документов, написанных ранее XVI века нашей эры» [8] (с. 187).
Кстати, кроме этих, вероятно, с иностранных языков переведенных книг, в Китае вообще не имеется ничего, подтверждающего его древность:
«Хотя традиционно считается, что китайская цивилизация одна из древнейших, тому нет никаких реальных подтверждений, кроме литературных сочинений. И потому мы вправе назвать эту цивилизацию “литературной” (то есть в большей степени вымышленной)» [386] (с. 371).
Однако ж и она, что выясняется, появляется не ранее XVI века. Тут, что самое смешное, лишь наскальные надписи, переведенные Гриневичем, могут отнести эти примитивные картинки, читаемые всеми по-разному, к временам, предшествующим появлению Чингисхана в Орхонской долине Монголии.
Но ведь и сам их язык особой древностью не блистает:
«“Китайский язык по своей структуре — молодой язык… ему никак не может быть четыре тысячи лет” (Успенский Л. Слово о словах. Почему не иначе? — Л.: Дет. лит., с. 318–330)» [8] (с. 194).
Так что его сложность лишь усложняет общение на нем, но отнюдь еще не украшает. А носителей этого примитивного наречия не украшают и истории, подобные следующей:
«Известный кораблестроитель академик Крылов еще в 30-е годы вспомнил скандальную историю с мнимым “изобретением” китайцами таблицы логарифмов, о чем поторопились оповестить миру иные горячие головы. Когда эти “древнекитайские” таблицы вновь перевели с китайского, оказалось, что они целиком списаны с первого издания таблиц Дж. Непера, шотландского математика, как раз и выпустившего сей труд в 1614 г. — естественно, в Европе. Доказательства плагиата железные, поскольку в китайском тексте обнаружились все те же опечатки, что были в книге Непера…» [8] (с. 194).
А вот что сообщается о вероисповеданиях этих любителей плагиата:
«если божество долгое время оставалось глухим к мольбам японских крестьян о дожде, то, в конце концов, “те низвергали его изображение и с громкими проклятьями швыряли головой вперед в смердящее рисовое поле. «Поваляйся немного здесь, — говорили они, — и посмотрим, как ты будешь чувствовать себя через несколько дней на палящем солнце, которое сжигает все живое на наших потрескавшихся полях». При подобных же обстоятельствах фелупы из Сенегамбии сбрасывают своих фетишей и тащат их по полям, проклиная до тех пор, пока не пойдет дождь.
Большими специалистами по части взятия приступом царства небесного являются китайцы. Когда они нужду в дожде испытывают, они изготовляют из бумаги или из дерева огромного дракона, изображающего бога дождя, и целой процессией таскают его повсюду. Если дождь и после этого не идет, мнимого дракона проклинают и разрывают на куски. В других случаях китайцы угрожают богу и бьют его, если тот не дает дождя” [575] (с. 88–90)» [193] (с. 193–194).
Так что кроме варварства в этих дальних странах израильтянам заимствовать было нечего. Они его и заимствовали, приняв теперь и в свой обиход все дикие порядки туземного населения, влачащего на тот период полупещерное примитивное существование. Эти-то порядки взаимоотношений и были завезены израильтянами в Европу.
А они и по сию пору там прекрасно уживаются с их мнимым христианством — католичеством:
«“В конце 1893 года над Сицилией из-за отсутствия дождей нависла страшня угроза гибели урожаев… Освященные свечи днем и ночью горели в церквах. На деревьях висели пальмовые ветки… В селении Солапарута, в соответствии с древним обычаем, сор, выметенный из церквей, в Вербное воскресенье, был рассеян по полям. Все оказалось тщетным. Жители Никозии, с обнаженными головами, босые, носили по всему городу распятия и стегали друг друга железными прутами. Ничего не помогало.
…В конце концов, крестьяне начали терять терпение. Большинство святых подверглось изгнанию. В Палермо жители выбросили святого Иосифа из церкви в сад, чтобы он самолично убедился, как обстоят дела, и поклялись оставить его на солнцепеке, пока не пойдет дождь. Других святых, как непослушных детей, повернули лицом к стене, с третьих сорвали их великолепные одеяния и изгнали далеко за пределы их приходов. Им угрожали, их грубо оскорбляли, окунали в лужи. В городе Кальтанисетта у архангела Михаила оторвали золотые крылья и заменили их картонными; с него сняли также пурпурную мантию и вырядили в тряпье. Его вообще раздели догола, всячески оскорбляли, затем заковали в цепи и угрожали повесить или утопить. “Дождь или веревка?” — орала разъяренная толпа, потрясая кулаками перед ликом святого” [575] (с. 88–90).
В поступках жителей Сицилии наглядно проявился рецидив языческих верований» [193] (с. 194–195).
И эта их культура полностью аналогична как китайской, так и схожей ей языческой религией, например, калмыков:
«Если зима сурова, то (калмык) не обмазывает (своего) идола, но ставит его на дерево, приговаривая: “мерзни, себе, мерзни без еды и питья: ведь сам ты не даешь нам ни того, ни другого”; ибо в случае суровой и продолжительной зимы (калмыки) во всем испытывают недостаток» [364] (с. 60).
Вот какие основы несет в себе язычество, полностью, что выясняется, идентичное религии папства. А каково вероисповедание, таковы и нравы.


Страна городов и феодальная Европа


«Первые века Христианства во всем блеске и величии доказывают целым рядом разительных фактов бытие Божие и безсмертие души человеческой, средние — делают шаг назад, Христианство перемешивают с язычеством, вместо истинной веры вселяется в людей суеверие, и широко практикуется колдовство, процветают разные демонические науки» [119] (с. 101).
Именно по этой причине, а не какой-то иной, придуманной впоследствии лжеисториками, Русь тех времен нами самими именуется Древней. Мы всегда считали унизительным период нашей внесомненной святости именовать словом средневековье, изображающим, что на самом деле, серость и мракобесие.
Так в чем же заключаются основы их языческой культуры?
Своеобразен лик культур западных цивилизаций. Говорят, в Голландии местные жители тротуары перед своим домом вылизывают со стиральным порошком. Да так чисто, что прямо посреди улицы можно запросто сесть чуть ли ни в белых штанах на голый асфальт, абсолютно не опасаясь при этом хоть как-нибудь замараться.
«Вот Европа, вот культура!» — с восхищением и нескрываемой завистью воскликнет вечно преклоняющийся перед Западом обыватель. И, как всегда, ошибется.
Обратимся к истории возникновения столь необычайной привычки у западных народов. Вот что представляла собою, например, Германия еще тех времен, когда предки немцев жили за пределами Римской империи:
«Тацит в 60 году по Р.Х. говорит, что германцы не знают еще городов…» [242] (с. 53).
Так что города появляются в наличии у германцев лишь после их этими варварами захвата. Что происходило уже спустя половину тысячелетия после описания быта германцев Тацитом. Однако же, если приплюсовать сюда еще тот факт, обнаруженный Венелиным, что сама эта их «готическая» архитектура принадлежит вовсе не им, но прежде проживающим в Померании славянам язычникам, то станет понятно, что варварство этого народа имеет куда как более глубокие корни.
«Поморие, приморие, страна и земля, по морскому берегу простирающаяся; иностранцы из поморие сделали померания» [343] (с. 232).
А вторгшиеся на пострадавшие после вселенских размеров катастрофы славянские земли эти пришельцы с юга на отошедшие в их владения территории распространили и свои порядки, а точнее — безпорядки. Ведь в городах они никогда до этого не жили. А потому туалетами пользоваться, что и понятно, не умели. Назначение водопровода и канализации в доставшихся им городах им были тоже не слишком ясны. А потому, захватив доставшееся им даром жилье, немцы-арийцы, не имея и самых малых позывов к стремлению к чистоте, поначалу заросли по самые уши грязью. Ведь с помоями в доставшихся им жилищах они расправлялись достаточно легко — через окно выкидывали их на улицу. Причем, никакими самыми драконовскими мерами уличить их в этом никто, при самом на то великом желании, никогда бы и не смог. Ведь если кто и выбросил содержимое мусорного ведра или «ночной вазы» прямо из окна на улицу, то разобрать, кто это сделал в густонаселенном средневековом городе, являлось делом практически невозможным: улицы узенькие, дома многоэтажные…
Но грязь всегда чревата возникновением эпидемий, которые периодически и случались. Договориться же по-хорошему с соседями мешал чисто западнический эгоизм: мой дом — моя крепость. Вот и приходилось учителям нашего столь уважающего Запад монарха (Петра I) по утрам убирать горы мусора и кала, скинутого на улицу кем-то из невежественных соседей, и под надзором городских властей чистить мостовые. А чтоб никому не было обидно, соседские помои убирали по очереди. Таким вот образом Западная Европа осваивала азы столь удивляющей нас сегодня культуры. И теперь выдраенный со стиральным порошком тротуар, где-нибудь, например, в Голландии, нам удивителен и непонятен.
Ничуть не менее удивительным является и сидящий у них в крови, например у жителей Прибалтики, их «германский порядок»: на практически пустынной улице пешеходы терпеливо будут дожидаться, когда для них зажжется зеленый свет.
Но удивляет это только на первый взгляд: под пятою немцев этот народ находился добрую (точнее — очень недобрую) половину тысячелетия. А какими средствами эта «учеба» осуществлялась, можно себе легко представить лишь по тому простому факту, что славянское племя пруссов было вырезано этими «учителями» вообще под корень:
«Пруссия образовалась на базе нем. феод. земель — Бранденбурга и гос-ва Тевтонского ордена, возникших в результате захвата нем. феодалами в союзе с католич. церковью славянских и литовских земель, истребления балтийского племени пруссов» [168] (т. 6, с. 613).
Так что раз эти самые «учителя» сообщают, что на красный свет пешеходу ну никак нельзя, то стой до конца — не то постигнет судьба некогда проживавшего здесь народа, давно уже, в назидание потомкам, поголовно вырезанного.
Да и в самой Германии: их в крови сидящая привычка к порядку нам весьма удивительна — безбилетников в городском транспорте практически нет.
Но удивляться этой привычке немцев тоже особо не стоит. Просто некогда Адольф Гитлер порешил «упорядочить» оплату проезда на городском транспорте, объявив, что безбилетные пассажиры будут расстреливаться. Свое обещание фюрер с пунктуальностью, присущей германскому народу, выполнил…
С тех пор немцы являются для нас столь удивительнейшим авторитетом для подражания — безбилетники отсутствуют: видать «учеба» пошла впрок.
Причем, стоящие вокруг вас граждане постоянно интересуются — взяли ли вы билет. Тоже как-то для нас не сразу и понятно — откуда еще и такая их привычка. Так вот выясняется, что Адольф Гитлер, когда вновь даже и под страхом смерти стали объявляться безбилетники, приказал расстреливать вообще всех пассажиров, среди которых оказались граждане, не имеющие билетов. Вот почему немцы и по сию пору желают себя обезопасить — они не уверены, что Гитлер не вернется в их страну в любой момент…
Так что чистенькие, с иголочки, тротуарчики, которые у них теперь и действительно блестят, — это лишь цветочки тех звериных нравов, за которыми скрывается настоящая личина ужаса, породившего в Западной Европе этот их порядок, основанный на крови и костях.
А как же было у нас?
Земля Русская по тем временам этими самыми северными варварами именовалась страной городов вовсе не случайно.
«Характерной чертой быта Древней Руси было множество городов, их насчитывались сотни, что, в первую очередь, говорит об оседлости, развитии ремесел и торговли, но эта черта была совершенно чужда Скандинавии, насчитывавшей в те времена всего 7 городов. Это обстоятельство и давало повод скандинавам называть Русь “Гардарики”, т.е. “страной городов”» [63] (с. 60).
«…Gaard — значит город, Gaarda — города, rikr — царство» [242] (с. 54).
Так что расшифровка термина, означающего Русь периода средневековья, правильнее будет звучать, что в переводе со скандинавского, даже не страна, но именно Царство городов.
Но и немцы подтверждают отнюдь не голословность этого нашего в древности поименования:
По данным географического баварского отрывка IX–X в. “Descriptio civitatum et regionum”, у племени ободритов, или бодричей, в это время было 53… города-крепости; у племени велетов, то же вильчан или вильцев — 95; у глинян или линян — 7; у сорабов, которых цитируемый источник называет surbi, было 50 городов; лужичи и мильчане имели по 30 городов; додешане — 20, какое-то племя, фигурирующее в этом источнике под именем osterabtrezi, имело свыше 100 городов [249] (с. 34).
Вот сколько прекрасных благоустроенных городов досталось немцам на территориях нынешних германских земель: Померании, Ольденбурге, Мекленбурге и т.д.
Но и на востоке славянские страны состояли почти сплошь из одних городов:
«Археологические изыскания проф. Самоквасова на территории северянской земли вскрыли наличие здесь не менее 300 городищ… По летописным же данным, в Северянской земле было 72 города, известных по имени, но так как летопись, говоря о том или ином городе, не всегда называет его имя, то можно предполагать, что число городов на территории Северской земли в действительности было еще больше» [249] (с. 292).
Профессор Самоквасов, стоявший на точке зрения, что:
«общественная жизнь русских славян началась городом, а не хутором» [250] (с. 47),
и что:
 «из городов уже, по истечении многих лет их существования, русское народонаселение стало занимать открытые местности и образовало села и хутора» (там же),
установил на основании археологического материала и показаний письменных источников, что:
«в России дотатарского времени существовали многие тысячи городов по безспорному фактическому материалу» [250] (с. 48).
Потому уж вовсе и не является чем-то из ряда вон выходящим то обстоятельство, что:
«Баварский географ в 866 году насчитывает у славян до 4 000 городов…» [242] (с. 52).
А вот у шведов, в то же время, — 7. Так кто из нас кого, и, самое главное, чем, мог просвещать?
И вот как управлялась наша состоящая из городов страна:
«каждый городок с прилегающим к нему участком земли составляет территорию автократической общины, управляемой общинным собранием и городским начальником, над которым нет высшей власти, кроме веча общины» [250] (с. 58).
Да, у нас и действительно на тот момент имелось именно Царство. Которое и состояло, что и вполне естественно для самой в том мире культурной страны, из городов. А города, что лишь нам и было свойственно, управлялись исконно лишь нашим русским органом народного управления — вечем.
Так как же с мусором поступали у нас?
Очень просто. Его на улицу никто перед своим домом не вываливал, потому что дом у каждого был свой, и убирать в таком случае приходилось бы самому.
Вот как описывает устройство, например, Москвы в 1535 году итальянец Павел Иовий:
«При каждом почти доме есть свой сад, служащий для удовольствия хозяев и вместе с тем доставляющий им нужное количество овощей; от сего город кажется необыкновенно обширным» [43] (с. 143).
Может быть наши древние архитекторы, в силу своей отсталости, как нас теперь уверяют, не умели строить высокие дома из камня?
Отнюдь: сила фортификационных сооружений древности нам и сейчас предстает во всем своем великолепии и совершенстве в сохранившихся фрагментах древних городов и крепостных сооружений тех дальних эпох. Чего стоят одни Змеевы валы.
Да и впоследствии наши крепости всеобще признаны лучшими в мире. Чего стоит только Смоленская цитадель, в свое время в течение двух лет выдерживающая долгосрочную осаду поляками. А ведь плод трудов того же русского архитектора — Московская крепость Белый город, безжалостно срытая вакханалией дамочек на Российском троне, своими размерами была и еще в несколько раз больше Смоленской крепости — лучшей во всей Европе. Ведь по своим показателям, в том числе и подземным сооружениям, она не имела аналогов подобного рода фортификационного строительства.
Так что законодателями в данной области, что охватывает даже период последних запечатленных многими источниками веков, что обнаруживается, являлись мы.
Причем даже наши враги признавали за нами эту нигде более не встречаемую способность строить и оборонять свои крепости от посягательств неприятеля. Вот что об этом сообщает в своей книге о Московии посланник шведского короля Петрей:
«Валы, несмотря что они довольно насыпаны землей, имеют у них еще стену из толстых бревен, крепко вбитых в землю, а на них и кругом лежит очень много больших деревьев, которые русские с небольшим усилием могут сталкивать вниз. Когда же подойдет неприятель и полезет на стены, они скатывают деревья и бревна, которые по их тяжести часто причиняют много вреда и убивают много народа. У них не легко взять крепость ни пушками, ни огненными ядрами, ни другим употребляемым для того оружием, если только у них есть войско, пища и питье для необходимого содержания, что и дознано в прошлые годы шведами под Кексгольмом, Нотебургом и Ивангородом, а поляками под Смоленском. Я так думаю, что если бы у русских не было недостатка ни в воде, ни в пище, неприятели и теперь еще не взяли бы этих городов» [262] (с. 413).
Сюда же следует прибавить и подземную часть наших крепостей, не пустившую взорвать врагам стены наших выше перечисленных крепостей.
Так что по части защиты от врага, что швед Петрей сам и признает, наши русские города-крепости являлись всегда образцом для подражания иноземцами. Однако ж не они ставятся нам в пример нынешней лжеисторией, а города тех народов, которые и сами осознают, что именно нас по части способности защищаться следовало бы всегда ставить в пример. И именно у нас копировать манеру построения защитных сооружений.
Но почему же так сильно не походили наши привольно раскинувшиеся города на иноземные сгрудившиеся многоэтажки с узенькими, грязными улочками глубоко внизу?
Дыма без огня не бывает. И домишки в западных средневековых городках сгрудились из-за желания многих горожан, в целях своей личной безопасности от случайного вражеского нападения, жить постоянно под защитой крепостных стен.
Кроме раскиданных тут и там подобных городов-крепостей вся Западная Европа уставлена колоссальных размеров неприступными каменными гнездовьями средневековых феодалов.
От кого же защищались эти феодалы, с изощренным упорством возводя неприступные упирающиеся в небо строения?
Да от своего же народа, который они обирали ничуть не хуже разбойников с большой дороги! Поэтому-то горожане, несмотря на высокую стоимость своего жилища, из-под защиты крепостных стен выбираться не стремились. Крестьяне же, не имея никакой правовой защиты от собственного феодала, с завидным постоянством обирались до нитки. И французская Жакерия — лишь незначительный нам известный эпизод того возмущения, которое постоянно клокотало в сердцах сельского населения Западной Европы.
И замки начинают появляться не на пограничных с другими народами территориях, а в глубине страны в самой что ни на есть глуши, упрятанные в неприступных складках местности, куда испокон веков не ступала нога неприятеля. Так от кого же, скажите, в таком случае они предназначены были защищать своих обитателей? Да еще каждый второй с привидениями, а это значит, что от судьбы не уйдешь: от своего негодующего народа можно спрятаться в каменные казематы, но от алчности своих родственников уйти, к сожалению, удавалось не всем. Вот и убивали друг дружку, вечно деля почему-то постоянно плохо делящееся наследство, а трупы замуровывали в каменных мешках. Вот и бродят теперь их души неприкаянно по ночам.
На территории же России, к вящему огорчению любителей старины, никаких замков нет. Да и узких городских улочек с вытянутыми вверх средневековыми домишками в готическом стиле у нас также нет (русскоговорящие язычники, от которых перепал немцам готический стиль архитектуры, Русскими себя не считали). А может, на территории нашей нынешней державы и средневековья никогда не было?
Да нет, было. И внешних врагов всегда было в преизбытке.
Исключая сербов, которые на вопрос: «Сколько вас?» — отвечают: «Вместе с русскими 200 миллионов», — у России друзей нет. Зато все остальные — потенциальные враги.
И так было всегда.
Но почему в такой извечно напряженной ситуации, с постоянно грозящими нам войной соседями, наши далекие предки не настроили себе орлиных замков и тесных каменных городов?
А все очень просто. Мироустроение Русской Земли основывалось на добровольном подчинении верховной княжеской власти. Полное же отсутствие замкового типа крепостей, способных отгородить эту власть от народа, — полное тому подтверждение! Но лишь на границах с басурманами, постоянно грозящими Русской Земле войной, воздвигались грандиознейшие защитные сооружения, не имеющие аналогов в мировой истории.
Меж собой же в наших землях никаких усобиц никогда не велось, чему подтверждением — полное отсутствие циклопических громад каменных крепостей.
Вместо них русские люди жили раздольно в раскинувшихся на многие километры привольных посадах своих городов. Лишь наш менталитет способен был дать возможность людям жить в мире, где царствовал один закон — Русская Правда.
И своей человечностью наш закон в корне отличался от беззакония, и тогда творившегося на Западе:
«…в “Русской Правде” имеются основные черты законодательства, совершенно чуждые скандинавскому. Смертная казнь, как правило, заменялась высоким денежным штрафом, пытки вообще не применялись.
Береговое право, господствовавшее во всей Западной Европе, согласно которому потерпевшие крушение становились со всем своим имуществом собственностью владельца берега (старавшегося, к слову сказать, подчас ложными сигналами вызвать кораблекрушение), заменялось противоположным: потерпевшим должна была оказываться всякая помощь…» [63] (с. 59).
Подтверждением удивительнейшей законопослушности наших граждан, основанной не на розгах, плахе и виселице, а на взаимной порядочности, является полное отсутствие у имеющей столь глубокие корни нации каких-либо намеков на каменные города-крепости. Способность ладить друг с другом, не собираясь в страхе за пожароопасность громоздить себе каменное холодное жилище, является еще одним подтверждением колоссальной человечности древней культуры наших предков, целиком и полностью основанной на Православии — уже изначальной основе менталитета русского человека. И вот почему нам не требовалось возводить каменных домов с железными дверьми и узенькими окошками — это чтобы жулик в них не пролез:
«В традиционном русском обществе воровства не существовало.
“Честность же и товарищество среди них таковы, что они, совершенно не зная ни кражи, ни обмана, не запирают своих сундуков и ящиков. Мы там не видели ни замка, ни ключа, а сами жители были очень удивлены, заметив, что вьючные ящики и сундуки епископа запирались на замок. Платья свои, деньги и разные драгоценности они содержат в открытых чанах и бочках, не боясь никакого обмана, потому что его не испытывали. И что удивительно, их стол никогда не стоит пустым, никогда не остается без яств. Каждый отец семейства имеет отдельную избу, чистую и нарядную, предназначенную только для еды” (путевые заметки католического епископа Оттона Бамбергского после посещения славян в 1124–1127 гг.)» [211] (с. 65).
Исповедникам  же примитивистских людоедских языческих культов, что навешано сегодня историями историков на наш народ, ни при каких обстоятельствах не удалось бы создать столь обширные деревянные города, как, например, Господин Великий Новгород, который некогда достигал 30 км в диаметре!
Но у нас были еще Руса, Псков, Киев, Ярославль, Суздаль, Смоленск…
Кроме самого Новгорода, великими именовались: Ростов и ставший от этого термина каким-то уж очень таинственным для такого прозвища северный русский город — Устюг.
А от кого, спрашивается, призваны были защищать своих обитателей башни на Северном Кавказе?
Все дело в том, что по своей страстной любви к феодализму, то есть мой дом — моя крепость, народы восточные от народов западных далеко не ушли. Вот и понаставили высоко в горах по всему Кавказу домов-крепостей представители данных народностей, что еще более отделило их друг от друга.
Кавказ — это квинтэссенция людской разобщенности, где не просто каждый зажиточный человек забрался под защиту холодного камня, отнюдь не без основания опасаясь алчности своих единокровных соседей, но подобное сделал и последний бедняк, понимая, что башня является его единственным спасением в их столь злобном и жестоком мире. Вот уж где поистине: человек человеку — лютый волк! А потому и кровная месть у них оказалась столь, как нигде более, неизбежна, поскольку иного спасения от постоянно грозящих смертью соседей просто нет! Вот и продолжаются веками и тысячелетиями эти кровавые разборки со своими же соседями.
Потому ответом на обзывание нас классиками марксизма-ленинизма тюрьмой народов служит то обстоятельство, что русский человек никого не трогает лишь в том случае, если никто не трогает его. Однако же спустившиеся с гор из феодального общества люди этого понять не могут. Для них, если ты никого не трогаешь, значит, чувствуешь свою слабость, а потому должен быть тронут ими. В нашей называемой ими «тюрьме» мы разрешали жить каждому народу так, как он привык: нужно горцам резать другу дружку — режьте на здоровье, только нас не трогайте. А коль уж затронули, то должны получить такое суровое наказание, после которого повторять подобное уже никто не захочет.
Не желаете выдавать убийц — вырежем аул! Да, жестоко. А по-другому с ними просто нельзя. Именно сейчас решили (за нас) по-другому, но чем это кончится — не знает никто.
Однако ж рецепты как осознания случившегося, так и выхода из данной нам навязанной ситуации, все же имеются и сегодня. Вот пример:
«Русские слишком добрые но именно для того они и строили свое государство. Чтоб иметь возможность быть добрыми.
Два пути — вернуться в первобытную дикость и побеждать в уличных пьяных драках — вернуть себе государство и жить не трясясь за своих детей т.к. обезьяны будут в огороженном загоне. Если брать пример с США, Японии или Европы, то второй путь предпочтительней. Там есть те же обезьяны что и здесь но действует экономическая сегрегация… 70 лет нас заставляли брататься с животными. Это потихоньку проходит. Не так быстро как хотелось бы, но пройдет совсем. Само. А вот государство вернуть само собой не получится…
В СМИ давно втирают мысль что вся кавказская дедовщина от армии и до бытовухи в городах — результат того, что русские сами виноваты что потеряли первобытно-общинную родо-племенную солидарную креативность, а вот Кавказ “не растерял”, оставшись в полуобезьяньем социальном устройстве, строя взаимоотношения с прочим миром по законам стаи. Дескать не хотите жить как мартышки с вожаком, иерархией, дикой стаей налетая на “чужого”, так сами ж виноваты. А наводить в стране порядок согласно современному цивилизованному западной модели законодательству власти не желают. И в силу тупости, отрицательного отбора на верхние этажи россиянского гос. управления, при котором именно представители “стай” прорываются наверх и “диктуют моду на мораль”, т.с. “аристократия помойки”, ну и воры — соответственно» [576].
Так что и сейчас весь примитивизм этой их культуры навязываемой нам волчьей стаи более чем очевиден. Но в те еще времена он был и еще более отчетливо от нашей культуры отличим.


Их нравы


Вот что писал о них Адам Олеарий:
«Кормятся они скотоводством, чем больше всего приходится заниматься женщинам. Мужчины же ездят верхом, совершают набеги, крадут и грабят кругом и нисколько не совестятся красть даже у собственных друзей, сестер и братьев детей и продавать их персам или туркам. Поэтому никто из них и не доверяет другому» [278] (с. 418).
Потому и строят башни. И не только от соседей, что выясняется, но даже и от членов своей собственной семьи: братьев и сестер!
Но брат, что выясняется, может распродавать в рабство не только детей своих братьев и сестер. Но и самих сестер. Олеарий сообщает, что на пути из Персии в Москву, находясь проездом в Астрахани:
«…персидский посол купил себе в жены нагайскую татарскую девицу у ее собственного брата — мурзы, сидевшего под арестом; он дал за нее 120 талеров наличными [60 руб.] и лошадь за 10 талеров [5 руб.]. Этот посол был человек лет 70, но еще довольно сильный» [278] (с. 442).
То есть поиздержался братик, сидючи в тюряге, а потому и запродал свою прелюбимую им нежно сестричку проезжающему мимо богатенькому стариканчику в качестве наложницы. Ну как от таких вот братиков этим самым сестричкам, оставшимся пока на свободе, башен не строить?
Но торговать у них принято было не только братьям нежно любимыми своими сестричками. Но даже отцам торговать сыновьями. Ногайские татары, например, во времена царствования Бориса Годунова, вот как «нежны» были к своему потомству:
«…многие улусы запустели… оскудели так, что отцы детей своих продавали в Астрахани» [350] (гл. 70, с. 288).
Но и тремя десятилетиями ранее их нравы, отмечает посетивший эти края иной иностранец, англичанин Энтони Дженкинс, были все такими же:
«Когда я был в Астрахани, я мог бы купить много красивых татарских детей, целую тысячу, если бы захотел, у их собственных отцов и матерей, а именно мальчика или девочку за каравай хлеба, которому цена в Англии 6 пенсов…» [426] (с. 173).
Но это не какие-то особые моменты истории этих диких народностей, связанные с какими-то особыми условиями, вызванными то ли катаклизмами, то ли войнами, то ли особо голодными годами, что можно сразу предположить по приведенным высказываниям очевидцев. Так относились к своим детям в данной местности всегда. Вот, например, что говорится о жителях Сарая во времена Золотой орды. Шихаб ад-дин Абу-л-Аббас Ахмед ибн Али ал-Калкашанди (1355–1418):
«В некоторые годы из-за недостатка пищи они продают своих детей» [530] (с. 71). 
То есть не из-за того, что есть нечего вообще, а лишь из-за некоторой недостаточности привычных продуктов питания. То есть чтобы дать овце как следует подрасти, они могут продать лишнего с их точки зрения какого-нибудь из своих детей. И такое читается нормальным. Ведь несмотря даже на это, как считает ал-Калкашанди:
«они относятся к лучшим из тюрков по характеру из-за своей верности, смелости, избегания вероломства… безупречности достоинств» [530] (с. 71). 
То есть своими детьми, как получается, торгуют у них именно лучшие, обладающие эдакою «безупречностью достоинств». Вот тебе и на…
Что же можно ждать от худших из тюрок?
Стефан Какаш, путешественник в Персию (1602 г.), подтверждает слова арабского писателя:
«У них один продает другого: отец своих детей или жен… Точно также они поступают и с дочерьми своими, обменивая их на скот…» [368] (с. 27–28).
Вот пример такого обмена, например, самоедами:
 «Когда самоеды вознамерятся жениться, то выискивают себе невесту по-своему и затем торгуют ее и уславливаются в цене за нее с ее ближайшими родственниками, точно так, как это бывает у нас при покупке коня или вола…» [376] (с. 36).
Но и с женами они особо не церемонятся:
«…самоеды, живущие на морском берегу и в Сибири… продают своих жен, когда они надоедят им» [376] (с. 36).
А вот что сообщается о жителях Приволжских степей:
«…у этих народов… существует обычай жениться только на девушке, своим отцом лишенной девства. Они утверждают, что надобно быть сумасшедшим, чтобы не воспользоваться подобным случаем, что каждый сажает дерево с намерением сорвать с него плод» [369] (с. 69).
Так что папы не брезговали в этом вопросе, то есть по части продления удовольствия от ими выращенной дитяти, вообще ничем. Вплоть до кровосмесительного насилия над собственным чадом. Что ж они, зря кормили его столько лет, чтобы не попользоваться случаем, коли никто такого скотства здесь не запрещает еще и в самом его зачатии?
Вот что сообщается о туземном населении Казани:
«Что касается посада, то торговля в нем довольно развита. Ей способствуют более всего Татары, Черемисы, доставляющие сюда все, что есть у них, даже собственных детей обоего пола, которых уступают за какие-нибудь 20 ефимков всякому желающему купить их» [369] (с. 73).
Однако ж и на восток от Уральских гор порядочки бытовали все такие же. Вот, например, какое подношение производила за убийство соседа повинная в ссоре сторона у тунгусов:
«Если обвиняемая сторона признает свою вину и готова дать удовлетворение, то они договариваются о годовщине, обычно состоящей из одной или двух девушек и нескольких оленей» [483] (с. 135).
То есть за отсутствием финансовых средств выплачивается эквивалент стоимости убитого мужчины: пара-тройка оленей, приправленные дамами стороны провинившейся для сексуальных услуг потерпевшей стороны. Судя по всему, одна получше, или парочка страшненьких. Вообще бойкая торговля людьми азиатскими народностями велась до самого недавнего времени:
«Москвитяне привозят с собой [к Соленому озеру] товары всякого рода. Калмыки же в обмен предлагают рогатый вьючный скот… продают также… своих свойственников и своих собственных детей. Если проданные в рабство начинают горевать, то калмыки говорят им: “Ступай, бедняга, и не грусти, тебе будет там лучше” (Юрий Крижанич, История Сибири [цит. по кн.: А. Титов, Сибирь в XVII веке. М., 1890]). Торговля рабами была прекращена Сперанским (см.: Г.Н. Потанин. О караванной торговле с Джунгарской Бухарией в XVIII столетии [“Чтения в Обществе истории и древностей российских”, М., 1868], с. 61)» [382] (гл. 3, прим. 29 к с. 85).
Так относились они к своим близким родственникам: отцы, словно рабами, в розницу приторговывали своими собственными сыновьями, дочерей же, вообще и за людей не считая, обменивали на скот и даже насиловали перед этим для них весьма выгодным обменом. Братья же приторговывали своими «нежно любимыми» сестричками. Мужья не брезговали и торговлею своими женами — лишними, по их мнению, ртами на тот день, когда поиздержатся невзначай чрезмерно.
Но что же такого они могли вытворять с людьми вовсе им не родными, а волею случая повстречавшимися им в пустынной степи? А в особенности, если их больше и вооружены они лучше?
«…у них существует обычай хватать иностранцев и продавать их в рабство» [369] (с. 105).
То есть пещерный образ жизни туземного народонаселения степей являл собой в то время еще первобытно-рабовладельческие формы отношений, отстав от Европы и России в развитии на просто невообразимое количество времени.
А вот что говорится о нравах, царящих на турецких землях. Жители окрестностей Трапезунда, например, как сообщает турецкий писатель Эвлия Челеби, в качестве некоего «оброка» выплачивают Стамбулу дань, среди всякой иной сельскохозяйственной продукции, и живым товаром:
«каждый год посылают 40–50 мальчиков и девушек, тысячу пар носков из козьей шерсти, тысячу пар полотняной подкладки и тряпки для дворцовой кухни» [488] (с. 34).
А вот каким является предмет товарообмена в Мингрелии:
«…в июле и в пору уборки урожая на торговых судах сюда привозят соль, посуду, оружие и обменивают на девочек и мальчиков» [488] (с. 48).
Вот что представляли собою южные порты Черноморского побережья Кавказа в не столь уж и далекую эпоху — во времена царствования первых Романовых в России. То есть во времена существовавшего у нас народоправия, во времена Русских соборов, южные наши соседи представляли собой торгующими оптом и в розницу людьми рабовладельческие государства. То есть находились еще в своем развитии на уровне каменного века.
А чуть южнее, у турок и армян, бывали, пусть и не числят они себя в подобного же рода дикарях, вот какие времена. В 1185 г.:
«Начался столь сильный голод, что люди поедали умерших и всякую падаль. Многие продавали своих детей. Из одной только области Шабахтан было продано в Донайсар, согласно записям, двадцать две тысячи мальчиков и девочек, которых отправили как рабов в Вавилон» [529] (с. 54).
Но и на Северном Кавказе, как и в Закавказье, практиковались такие же нравы. Вот что сообщает об обычаях, например, кабардинцев француз Ферран:
«…они обязаны ежегодно платить хану дань, состоящую из трехсот невольников, 200 молодых девиц и 100 юношей, не старее 20 лет. Часто беи, для примерного поощрения отцов и матерей, отдают хану своих собственных детей» [372] (с. 49).
«Они большие мошенники и воры. Одно село нападает на другое в открытую, похищая детей и мужчин хотя они могут это делать и тайком, если захотят — а затем тут же на берегу моря они продают пленных работорговцам» [509] (с. 18).
«Если они имеют более одной жены, то они продают некоторых своих сыновей так же, как они продают свой скот, ибо, как говорят они, в этом случае они много не поедят» [509] (с. 16).
«Как татары занимаются продажей членов собственной семьи, так и этот бедный народ творит то же самое» [509] (с. 18).
«Вообще же в Черкесии торгуют мужчинами и женщинами, как будто это обыкновенный товар» [373] (с. 112).
Но бывает там и вот какого рода товар:
«Если соседи враждуют и ссорятся, спор улаживается вождем деревни или князем, которых там несколько, если это важное дело, виновного продают…» [408] (с. 90).
«Народ этот очень вороватый. Не ворующим в этой стране даже девиц не дают, говоря: “Это не джигит”. Поэтому ночью, надев черные одежды, грабители отправляются на свой промысел. Они похищают и забирают девиц, юношей и даже солидных людей… их хватают, берут в плен и продают османам или татарам» [487] (с. 60).
«абаза [абхазы — А.М.] воюют между собою, похищают детей и жен, продают в неволю и этим живут. По мнению, [бытующему у] этого народа, человек, не занимающийся грабежом, — жалкий неудачник. Потому они и не допускают таких в общество и не дают им [в жены] девушек» [488] (с. 51–52).
«…у черкесских племен села враждебны друг другу. Так что нет недостатка в постоянных междоусобных войнах и распрях... А… племена абхазов враждебны по отношению к этим кочевым племенам черкесов. [Так что] у них в конце концов нет ни одного дня, свободного от битв и столкновений — каждый день с разных сторон приходят враги» [487] (с. 67).
На глазах у рассказчика:
«…беи двух кочевых племен затеяли меж собой жестокую битву, и ни один из двоих не спас жизни. В этой местности повсюду разбросаны скопления таких холмиков. Весь Черкесстан покрыт могильниками» [487] (с. 69).
Вот какая характеристика у народов Кабарды:
«Путешествовать по этим областям очень опасно. Людей здесь убивают за один платок и за одну луковицу…» [487] (с. 83).
Ничем не отличались в этом отношении и ногайцы. Когда они захватили в плен 800 человек на казацких наших землях и когда даже турецкий хан потребовал у них, воизбежание серьезных неприятностей с севера, все же вернуть пленников, то вот что ответили на это ногайцы:
«…Черные Ногайцы весьма уважают хана, но не зная другого ремесла… они не могут возвратить требуемых пленников; в вознаграждение же Московского Царя они позволяют Москвитянам везде захватывать столько Ногайцев, сколько им угодно» [372] (с. 48–49).
То есть плевать им на всех своих соотечественников, которые хотя бы на сантиметр ниже их самих ростом. Гори все кругом огнем, лишь бы им самим в том разору не было — что ухватили, то их. Но и восточные соседи ногайцев мало чем от них отличались. Вот например, что сообщается о жителях восточного побережья Каспийского моря:
«…здешний народ не употребляет денег; все они — воины и скотоводы, предающиеся воровству и убийствам» [426] (с. 174).
Все то же следует сказать и о прививших им ислам турках:
«Те крайне ошибаются, кои мнят, что они такие же люди, как и прочие; ибо они только что видом на людей похожи, а в существе весьма от них различны» [465] (с. 60).
Ибо нет в их поступках и обычаях ничего человеческого. И если у нас, например, существует таинство брака, то у турок, в противовес ему, существует закон, по которому, когда муж:
«…оставит свою жену, буде она нелюба ему покажется, то должен заплатить ей 50 левков, то есть 30 рублей пени; ибо там всякий муж имеет право свою жену бросить или отослать от себя, заплатив по договору деньги» [501] (с. 123).
То есть не существует у турецких мусульман и приблизительно никакого религиозного таинства брака, но лишь коммерция — только-то и всего: заплатил — купил; попользовался, надоела — заплатил и бросил.
Но и соседствующие с ними народности Средней Азии не слишком-то от турок чем и отличаются. Вот, например, какие обычаи бытуют во времена Ивана Грозного в Хорезме:
«Каждый хан или султан имеет по крайней мере 4 или 5 жен, не считая молодых девушек и мальчиков, так как жизнь они ведут порочную» [426] (с. 179).
То есть даже гаремов себе не заводят, не утруждая себя в излишних расходах на вовсе, по большому счету, не нужных им безчисленных детей, но занимаются содомией. Причем, с обеими полами.
Рожденные же этими ханами дети представляют собою атаманов многочисленных здесь разбойничьих шаек:
«Когда между этими братьями идет война (а редко бывает, чтобы ее не было), то побежденный, если только он избежит смерти, бежит в степь с теми, кто за ним последует, живет в пустыне поблизости от колодцев с водой и разбойничает и грабит торговые караваны и всех, кого может одолеть, продолжая таким образом свою злодейскую жизнь, пока не сможет собрать силы и получить помощь, чтобы снова вторгнуться во владения которого-нибудь из своих братьев» (там же).
То есть и здесь варварство просто какого-то пещерного уровня. Ведь если кто-либо из многочисленных потомков какой-либо династии не правительствующий грабитель, то самый обыкновенный разбойник с большой дороги. И такой образ жизни без изменений на протяжении тысячелетий.
А вот что говорит все тот же Энтони Дженкинсон о правителях Бухары:
«Деньги у них серебряные и медные… Цену же серебра король поднимает и снижает для своей прибыли каждый месяц, иногда даже два раза в месяц; он не печалится об угнетении народа, так как не рассчитывает царствовать более двух или трех лет, когда его или убьют или изгонят» [426] (с. 184).
То есть и здесь варварство просто фантастическое: сменяющие друг друга на протяжении веков многочисленные правители даже чувствуют себя лишь временщиками, а потому грабят подвластное им народонаселение ну ничуть не менее жестко, чем грабители с большой дороги. Ведь все труды многочисленных верноподданных постоянно сжирает рукотворная инфляция, с завидным постоянством проводимая руководством страны.
Но и восточнее в те времена проживало подобного же рода народонаселение:
«Киргизские же татары держатся в степях вокруг Красноярска и причиняют живущим поблизости в деревнях русским много вреда, ибо народ этот очень разбойничий и угоняет у русских скот, а иногда и кое-кого из людей, за что русские часто отплачивают им вдвойне» [382] (с. 89).
«Казаки в свою очередь заставляют дорого расплачиваться за это, так как уводят или уничтожают сотни людей и лошадей из их орд» [382] (с. 282).
То есть украли лошадь — угонят или убьют десять, украли человека — убьют за него пятьдесят. В следующий раз неповадно будет.
Так что общежительствовать с такого вот образа мировосприятия соседями, кроме грабежей иных средств обогащения испокон века не знающих, всегда можно было лишь единственным способом — крепко держа руку на их горле.
«В послании венгерского епископа Стефана Вацкого парижскому епископу (от 10 апреля 1242 г.)… говорится о том, что на стороне монголов сражаются племена мордвы; последние уничтожают всех людей без разбора, и никто из них не считается полноправным мужчиной, пока не убьет человека (Английские источники, с. 127, 154). Видимо, об этом же обычае сообщает Ибн Фадлан, когда характеризует башкир: “Мы остерегались их с величайшей осторожностью, потому что это худшие из тюрок, самые грязные из них и более других посягающие на убийство” (Ахмед ибн Фадлан, с. 130)» [481] (с. 296).
Согласно средневековому огузскому эпосу:
«юноше не давали имени, пока он не отрубил голову, не пролил крови» [482] (с. 33).
Таковы были изначально нравы наших восточных соседей угро-финнов. Понятно, соседствуя с ними русский человек не мог позволять себе расслабляться, всегда неизбежно давая агрессору соответствующий его хищническим устремлениям отпор. Вот, например, что происходило здесь во времена Екатерины II. Неплюев И.И., губернатор этого края, пишет:
«…башкирский народ с начала подданства царю Ивану Васильевичу, по их природному зверству, прежде бытности моей в разные времена бунтовал 6 раз; а киргизцы начали производить набеги за границу как для погубления россиян, так и для вспоможения башкирцев» [406] (с. 431).
Что и требовалось пресечь в самом еще зачатии. А потому одним из пунктов программы по урегулированию этого очередного 7-го по счету со времен Ивана Грозного бунта является:
«К находящимся команды моей армейским трем драгунским полкам — Московскому, Троицкому и Ревельскому, чтоб немедленно внутрь Башкирии вступили и тамо делали поиски, не щадя не токмо жилищ, но самых башкирцев, жен их и детей для укоренения страха к недопущению сему злу распространиться» (там же).
А также:
«…разослал я во всю Башкирию грамоты, коими прощались все бунтовщики, кроме зачинщиков… буде же и за сим милосердым объявлением оный башкирский народ останется в возмущении, то с оным и с женами их поступлено будет как с злодеями, без пощады и малолетних их детей» [406] (с. 432).
Потому, когда нагрянули царские войска, бунтовщики кинулись уносить ноги за Яик. Но не многим и это удалось:
«…башкирцев с женами и детьми перебралось более 50 000 душ. При перелазах за Яик многие побиты» [406] (с. 433).
А чтобы башкиры не объединились с киргизами, кочующими за яицкой линией укреплений, Неплюевым было отослано к ним разрешение забирать у пересекающих Яик башкир их имущество, а также жен и детей. Потому как прекрасно знал нравы и этого басурманского племени:
«киргизский народ, будучи кочевой и степной, ко всякому воровству и грабительству наклонный, не внимал никаким увещаниям, а пользовался сим случаем, чтоб наживаться» [406] (с. 432).
Лишенные имущества своими вероломными соседями башкиры, что и понятно, кинулись мстить киргизам. Так эта зверская резня и положила конец в Приволжских и Приуральских степях тлеющей здесь веками опасности. О чем Неплюев сообщает:
«Сие происшествие положило таковую вражду между теми народами, что Россия навсегда от согласия их может быть безопасна» [406] (с. 435).
И лишь такая политика возможна царского правительства возвратила здешним землям мир. То есть сами, что сообщалось туземному населению, они могут резать и грабить другу дружку сколько им будет угодно. Но нас не тронь.
Но бытовали в ту пору и такие народности, которым вовсе не требовалось заводить себе врагов, чтобы заниматься их убийствами и погромами. Вот, например, каким способом снискания себе «хлеба насущного» характеризуются северокавказские черкесы:
«Самые знатные среди них не обрабатывают землю, но стараются набрать небольшую кучку людей и ночью грабят, угоняют скот и похищают людей как у друзей, так и у врагов, ибо воровство — врожденное свойство этого народа… Воровство у них не наказывается или очень мало и редко, а если воруют ловко, то это даже хвалят» [408] (с. 90).
О кумыках и их соседях в горах Кавказа:
«…кумыки живут у подножья гор… потому, что так им легко скрыться в горах, когда их преследуют за грабеж, которым они занимаются; при малейшей опасности они угоняют свой скот в горы, потому что их соседи татары, черкесы, грузины и менгрелы грабят друг друга, когда только могут» [408] (с. 95).
Вот еще одна из статей их и их соседей по берегу Каспийского моря «народных промыслов». Вот почему в здешних водах наши купцы обычно пересекали это море на гигантских бусах, предпочитая их утлым лодчонкам местного персидского купечества:
«Путь на малых судах опасен тем, что если струг прибьет непогодою к берегу в Дербенте и в Тарках, то с находящихся на нем купцов взимают большие пошлины, а если струг прибьет к пустому месту, то люди усминского и кай датского князей нападают на купцов, убивают их и товары отнимают. На берегу постоянно идут грабежи» [463] (с. 72–73).
То есть таким видом подработки занимались практически все обитающие на берегах Каспия народности Кавказа. Но и обитатели черноморского побережья имели практически единую с ними болезнь:
«абазги (абхазы) претерпевали несносные притеснения от великой жадности своих властителей. Оба царя их, заметив красиво и хорошо сложенного мальчика, тотчас же отнимали его у родителей и, потом, оскопив, продавали по выгодной цене в Римскую империю. Отцов же немедленно предавали смерти…» [480] (с. 428).
А вот что следует сказать о грузинах.
Да, как сообщает Павел Алеппский, был у них когда-то царь Теймураз, потомок Царя Давида. То есть имеющий принадлежность к народу Русы, а потому поддерживающий в этой варварской стране хоть какой-то относительный порядок:
«Что же касается остальных четырех князей, находящихся в Грузии, то они не древнего рода, и, кроме того, эти последние продают своих детей и подданных иностранцам…» [414] (гл. 6, с. 86).
Подданные, о чем чуть выше уже сказано, сами воры и сами воруют и продают людей. И такие у них проживали христиане. Что говорить о проживающих здесь язычниках и мусульманах, которые воровство и убийство и изначально еще считали исключительно за великую доблесть?
Иоганн Таубе, побывавший на Кавказе проездом, добавляет:
«И если один человек сильнее другого, так что тот не может от него защититься, он его убивает и пользуется всем его добром, и этот сильный, который убил другого, провозглашается храбрым и благородным. И нет в стране ни суда, ни права, ни верховного судьи» [437] (с. 59).
Вот, между прочим, по какой причине у всех этих многочисленных восточных народностей процветает многоженство. Мужчин, своих соседей соплеменников, они, если оказываются хоть на вершок сильнее их или богаче, с легкостью вероломно убивают. Потому и женщины у всех у них всегда имеются в переизбытке. То есть живут все они, как свидетельствует турецкий путешественник Эвлия-Эфенди, словно скорпионы в банке:
«все их жилища находятся в лесах и каждая деревня опасается другой» [485] (с. 180).
Вот что подытоживает о нравах жителей Кавказа барон П.К. Услар:
«Торг невольниками составляет неотъемлемую принадлежность Кавказа с самых древних времен и, притом, сопровождаем был злодеяниями, перед которыми бледнеют все даже преувеличенные рассказы о торговцах черным мясом по берегам Африки» [480] (с. 428).
Кстати, не всегда в качестве живого товара. Но именно человеческого мяса. О чем свидетельствует арабский путешественник Ибн-Баттута (XIV в.):
«Однажды к султану манса Сулайману пришла группа людей из числа тех суданцев, которые едят людей, и вместе с ними их эмир… Султан почтил их и подарил им в знак гостеприимства служанку. Они же ее зарезали и съели. Затем они вымазали себе лица и руки ее кровью и пришли к султану благодарить его. Мне рассказали, что они обычно делали так каждый раз, когда приходили к султану. Мне рассказали также о них, что они говорят, что самые хорошие куски мяса тела женщины — это кисти рук и груди» [505] (с. 564).
А ведь похищенные и перепроданные кавказскими народностями люди могли оказаться в рабах и того же султана Сулеймана. И их вполне могла поджидать участь служанок, «каждый раз» уступаемых в подарок, что называется «с барского плеча», все тем же черным людоедам, столь обожающим лакомиться грудью и кистями рук несчастных пленниц!
А потому прославленный генерал Ермолов вот какую тактику, раскусив местные нравы, применял при покорении Кавказа:
«…с ними я, прямо из человеколюбия, бываю жесток неумолимо. Одна казнь сохранит сотни русских от гибели и тысячи мусульман от измены» [577]; [211] (с. 131).
Так обстояло дело среди окружающих нас со всех сторон варварских народностей.
Но и в далеком Китае, что отмечают проделавшие туда нелегкий путь путешественники, царили нравы ничуть не лучше уже перечисленных. На пограничных в XVII в. землях Даурии, близ Цицикара, китайские:
«Писцы и сановники, состоящие на службе у хана и присылаемые сюда или в другие места Татарии, имеют право, данное им указом хана, когда хотят повеселиться в саду Венеры, забирать у жителей по своему вкусу для своего удовольствия жен и молодых девушек. И я часто сам видел, как они увозили прекраснейших женщин на повозках, как на бойню» [382] (с. 177).
Что, в свою очередь, наводит на полную аналогию этих восточных варваров с варварами западными. Ведь право первой брачной ночи средневековых феодалов идет с данным видом интимных услуг со стороны подневольного народа рука об руку.
Однако ж все перечисленные нравы были еще лишь цветочками в сравнении с нравами крымских татар. Вот, например, как они развлекались с пленными поляками во времена совместных с казаками походов на Польшу:
«И так как количество пленных и добычи было вне пределов всякого счета, то не осталось почти ни одного человека, кто, предварительно отобрав лучших из ангелоподобных девушек и подобных райским юношам мальчиков, не убивал бы ежедневно по десять и по пятнадцать пленников» [489] (с. 41).
Вот с каким зверьем нам довелось в свое время быть соседями. Потому следует знать — что можно от них ожидать сегодня, если вновь позволить восстановить Бахчисарайский фонтан…
Библиография
Язык Библии…………………………………………….1
Русский Бог……………………………………………..7
Кто такие гунны……………………………………….21
Схема онемечивания славян Европы………………..32
Призвание варяг……………………………………….43
Вселится Иафет в шатрах Симовых…………………47
Католическая экспансия………………………………57
Евразия: область расселения Израилевых колен……67
Страна городов и феодальная Европа………………..80
Их нравы………………………………………………..86
Библиография…………………………………………..93


Библиография


1. Архиепископ Аверкий. Четвероевангелие. «Сатисъ». С.-Пб., 1995.
2. Аграшенков А.В., Блинов Н.М. Бякина В.П. и др. Мир русской истории. Энциклопедический справочник. Вече. М., 1997.
3. Аксенов А.П. Я — не колдун. Я — знахарь. «Сталкер». М., 2001.
4. Аркон Дарол. Тайные общества. Крон-пресс. М., 1998.
5. Барсков Я.Л., Боровой А.А., Гершензон А.М., Довнар-Запольский М.В., Кульман Н.К., Мельгунов С.П., Тарле Е.В., Херасков И.М. и др. Масонство в его прошлом и настоящем. Издание «ЗАДРУГИ» и К.Ф. Некрасова. Репринтное воспроизведение издания 1914 года. Том I. СП «ИКПА»., М., 1991.
6. БИБЛИЯ — книги Священного Писания ВЕТХОГО и НОВОГО ЗАВЕТА. Библейские общества. М., 1995.
7. БИБЛИЯ — книги Священного Писания ВЕТХОГО и НОВОГО ЗАВЕТА на церковнославянском языке. Российское библейское общество. М., 1997.
8. Бушков А. Россия, которой не было. ОЛМА-ПРЕСС. ОАО ПФ «Красный пролетарий». М., 2005.
9. Блох И. История проституции. История нравов. «АСТ-ПРЕСС» фирма «РИД». С.-Пб., 1994.
10. Безнин М.А., Баландин Н.И., Башенькин А.Н. и др. Старинные города Вологодской области. Кириллов. Краеведческий альманах выпуск 2. «Русь». Вологда, 1997.
11. Бобринский А. Из эпохи зарождения Христианства. Православный Свято-Тихоновский Богословский институт. М., 1995.
12. Библия сиречь книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Острог.1581.
13. Валишевский К. Петр Великий. «Современные проблемы». М., 1912.
14. Вашкевич Н. Н. «Системные языки мозга». Разгадка Ноева ковчега. Белые альвы. М., 2007.
15. Виноградов А. Тайные битвы XX столетия. Олма-пресс. М., 1999.
16. Воробьевский Ю. Путь в апокалипсис: Шаг змеи. М., 1999.
17. Воробьевский Ю. Неожиданный Афон. Наступить на аспида. М., 2000.
18. Воробьевский Ю. Падут знамена ада. М., 2000.
19. Воробьевский Ю. Соболева Е. Пятый ангел вострубил. Издательский дом «Российский писатель». М., 2003.
20. Воробьевский Ю. Русский голем. «Российский писатель». М., 2004.
21. Воробьевский Ю. Террорист номер 0. М., 2006.
22. Гершензон А.М., Довнар-Запольский М.В., Кульман Н.К., Мельгунов С.П., Тарле Е.В., Херасков И.М. и др. Масонство в его прошлом и настоящем. Издание “ЗАДРУГИ” и К.Ф. Некрасова. Репринтное воспроизведение издания 1914 года. Том I. СП “ИКПА”, М., 1991.
23. Гершензон А.М., Довнар-Запольский М.В., Кульман Н.К., Мельгунов С.П., Тарле Е.В., Херасков И.М. и др. Масонство в его прошлом и настоящем. Издание “ЗАДРУГИ” и К.Ф. Некрасова. Репринтное воспроизведение издания 1915 года. Том II. СП “ИКПА”, М., 1991.
24. Голицын Ю. Тайные правители человечества или тайные общества за кулисами истории. «Золотой век». «Диамант». СПб., 2000.
25. С.И. Головин С.И.. Всемирный потоп миф, легенда или реальность? Паломник, М., 2000.
26. Голощапова З. И. Кучинский остров Андрея Белого. Серебряные нити. М., 2005.
27. Голубовский Д.А. Тора. Брейшит. Пятикнижие Моисеево. В начале. Книга 1. Голубовский Д.А., комментарии, оформление. М., 2005.
28. Грачева Т. В. Невидимая Хазария. «Зёрна». Рязань, 2009.
29. Гриневич Г.С. Энциклопедия русской мысли том 1. Праславянская письменность. Результаты дешифровки. Общественная польза. М., 1993.
30. Гриневич Г.С. Энциклопедия русской мысли том 8. «В начале было слово…». Славянская семантика лингвистических элементов генетического кода. Общественная польза. М., 1997.
31. Гриневич Г.С. Праславянская письменность. Результаты дешифровки. Том II. Летопись. М., 1999.
32. Гусев О. Магия русского имени. «ЛИО Редактор». СПб., 2001.
33. Денисов Л. Явления умерших живым из мира загробного. «Сатис». СПб., 1994.
34. Дмитриев И. Путеводитель от Москвы до С.-Петербурга и обратно. Университетская типография. М., 1839.
35. Домострой. «Советская Россия». М., 1990.
36. Протоиерей Дьяченко Г. Полный церковнославянский словарь. «Отчий дом». М., 2000.
37. Дьяков И. Великая Гражданская война 1941–1945. «Самотека». М., 2008.
38. Емеличев В. Чудеса в Православии. Олма-Пресс. М., 2002.
39. Емельянова Л. Бог говорит избранникам своим… ПЦБ «Благовещение». Великие Луки, 2008.
40. Жизнь — как она возникла? Путем эволюции или путем сотворения? Издательство WITCHTOWER BIBLE AND TRACT SOCIETY OF NEW YORK, INC. INTERNATIONAL BIBLE STUDENTS ASSOCIATION Broklyn, New York, U.S.A. 1992.
 41. Жеребцов А. Тайны алхимиков и секретных обществ. «Вече». М., 1999.
42. Маршал Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Том 1. Издательство агентства печати новости. М., 1978.
43. Забелин И.Е. История города Москвы. «Столица». М., 1990.
44. Замойский Л. За фасадом масонского храма. Политиздат. М., 1990.
45. Захаренков В., Шутов М. Русская бездна. ТОО «Природа и человек». М., 1997.
46. Земная жизнь Пресвятой Богородицы. АНО “Православный журнал “Отдых христианина”, М., 2002.
47. Караев Н.И. Учебная книга древней истории. «Просвещение». «Учебная литература». М., 1997. 
48. Кеслер Я.А. Азбука и русско-европейский словарь. Издательство «Крафт+». М., 2001.
49. Ключевский В.О. Курс русской истории. Сочинения в девяти томах. Том I. «Мысль». М., 1987.
50. Ключевский В.О. О русской истории. «Просвещение». М., 1993.
51. КНИГА ПРАВИЛ СВЯТЫХ АПОСТОЛОВ, СВЯТЫХ СОБОРОВ ВСЕЛЕНСКИХ И ПОМЕСТНЫХ, И СВЯТЫХ ОТЕЦ. Репринтное воспроизведение 1893 г. Киевская обл., г. Бровары, 2002 г.
52. Кожинов В. Правда сталинских репрессий. ООО «Алгоритм-Книга». М., 2006.
53. Колосовская Ю.К., Павловская И.А., Штерман Е.М., Смирин В.М. Культура Древнего Рима. Том I. Издательство «Наука». М., 1985.
54. Колосовская Ю.К., Павловская И.А., Штерман Е.М., Смирин В.М. Культура Древнего Рима. Том II. Издательство «Наука». М., 1985.
55. «Комсомольская правда» 3. 10. 1985.
56. Коннер Д. Христос не был Евреем. «Энциклопедия русской цивилизации». М., 2004.
57. Крылов А., Тырин Ю. Старатель. Еще о Высоцком. Аргус. М., 1994.
58. 109. Кутузов Б.П. Церковная «реформа» XVII века. ИПА «ТРИ-Л». М., 2003.
59. Кутузов Б.П. Византийская прелесть. Издательство «Три -Л». М., 2003.
60. Архиепископ Лазарь. О грехе блуда. Почаевский листок.
61. Ларионов В.Е. Православный ключ «коду Да Винчи». Издательство «Дар». М., 2006.
62. Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. «Март». М., 1996.
63. Лесной С. Откуда ты, Русь? «Алгоритм». «Эксмо». М., 2006.
64. Лосский Н.О. Характер русского народа. Книга 2. Посев, 1957. Франкфурт-на-Майне. Издательство «Ключ». М., 1990.
65. Линдсей Д. Ганнибал. Издательство иностранной литературы. М., 1962.
66. Макаренко В.В. Ключи к дешифровке истории древней Европы и Азии. ООО Издательский дом «Вече», М., 2005.
67. Манягин В. Г. Правда Грозного царя. «Алгоритм». «Эксмо». М., 2006.
68. Манягин В.Г. Третий Рим. Белый дом. МОО Святая Русь. М., 2002.
69. Манягин В.Г. История русского народа от потопа до Рюрика. Эксмо. Алгоритм. М., 2009.
70. Мартыненко А.А. Противостояние. Имя Бога. ЭЛИА-АРТО. М., 2006.
71. Мартыненко А.А. Противостояние. Петр Первый. ЭЛИА-АРТО. М., 2006.
72. Мартыненко А.А. Противостояние. История народа Русы — история мировой цивилизации. ЭЛИА-АРТО. М., 2007.
73. Мартыненко А.А. Противостояние. Слово — оружие Русы. М., 2008.
74. Мартыненко А.А. Противостояние. Исследуйте Писание. «Восход-2». М., 2008.
75. Мартыненко А.А. Русский образ жизни. «Восход-2». М., 2008.
76. Мартыненко А.А. Зверь на престоле или правда о царстве Петра Великого. «Библиотека Сербского Креста». М., 2009.
77. Мартыненко А.А. Тайные маршруты Древней Руси. «Библиотека Сербского Креста». М., 2009.
78. Мартыненко А.А. Победа русского оружия. Помощь по-американски. М., 2009.
79. Мартыненко А.А. Победа русского оружия. Барбаросса и/или Сталинград. М., 2009.
80. Мартыненко А.А. Победа русского оружия. От Курска и Орла… М., 2009.
81. Мартыненко А.А. Проклятье Древнего Ханаана. Красная чума. М., 2009.
82. Мартыненко А.А. Три нашествия. Лекарство от красной чумы. М., 2009.
83. Маховский Я. История морского пиратства. Издательство «Наука». Главная редакция восточной литературы. М., 1972.
84. Медведев В.С., Хомяков В.Е., Белокур В.М. Национальная идея или Чего ожидает Бог от России. Издательство «Современные тетради». М., 2005.
85. Международный научный журнал «Organizmica» 2006 г. №1.
86. Международный научный журнал «Organizmica» 2006 г. №2.
87. Международный научный журнал «Organizmica» 2006 г. №3.
88. Мельников Ф.Е. История Русской Церкви со времен царствования Алексея Михайловича до разгрома Соловецкого монастыря. Том 7. «Лествица». Барнаул, 2006.
89. Мельников Ф.Е. Краткая история древлеправославной (старообрядческой) церкви. Том 1. «Лествица». Барнаул, 2006.
90. Мень А. Мир Библии. “Книжная палата”. М., 1990.
91. Меньшиков О.М. Письма к русской нации. Издательство журнала «Москва». М., 2002.
92. Меняйлов А. Дурилка (утонченные приемы скрытого управления). Записки зятя главраввина. «Крафт +». М., 2003.
93. Милые сердцу песни России. Диамант. С.-Пб., 1995.
94. Минин Ю.П. Разгадка русской азбуки — смысл жизни. Издатель Воробьев. М., 2001.
95. Мирек А. М. Красный мираж. ООО «Можайск-Терра». 2006.
96. Мирошниченко О. Ф. Тайны русского алфавита. Епифанов. М., 2007.
97. Митрополит Алексий — святитель Московский и всея России чудотворец. Свято- Троицкая Сергиева Лавра 1998 г.
98. Михайлов О. Суворов. «Молодая гвардия». М., 1973.
99. Молитвослов. Сретенский монастырь. М., 2000.
100. Морозов А. Ломоносов. «Молодая гвардия». М. 1961.
101. Муравьев Н.А. Путешествие по святым местам русским. Часть I. Типография III отд. собств. Е.И.В. Канцелярии. С.П.Б., 1846. Репринтное издание. «Книга» — СП «Внешиберика». М., 1990.
102. Муравьев Н.А. Путешествие по святым местам русским. Часть II. Типография III отд. собств. Е.И.В.Канцелярии. С.П.Б., 1846. Репринтное издание «Книга» — СП «Внешиберика». М., 1990.
103. Игумен N. Сокровенный Афон. Даниловский благовестник. М., 2003.
104. Настольная книга для священнослужителя. Том 2. Издательство Свято-Успенской Почаевской Лавры. 2005.
105. Настольная книга для священнослужителя. Том 3. Издательство Свято-Успенской Почаевской Лавры. 2005.
106. Святой Александр Невский. Православный Свято-Тихоновский Богословский институт. М., 2001.
107. Непомнящий Н.Н. Энциклопедия загадочного и неведомого. Самые невероятные случаи. «Издательство «Олимп», «Издательство АСТ». М, 2001.
108. Нечволодов А. Сказания о русской земле. Книга 1. Государственная типография СПб., 1913. Репринтное издательство: Уральское отделение Всесоюзного культурного центра «Русская энциклопедия», «Православная книга». 1992.
109. Нечволодов А. Сказания о русской земле. Книга 3. Государственная типография СПб., 1913. Репринтное издательство: Уральское отделение Всесоюзного культурного центра «Русская энциклопедия», «Православная книга». 1992.
110. Нечволодов А. Сказания о русской земле. Книга 4. Государственная типография СПб., 1913. Репринтное издательство: Уральское отделение Всесоюзного культурного центра «Русская энциклопедия», «Православная книга». 1992.
111. Архимандрит Никифор. Иллюстрированная полная популярная Библейская энциклопедия. Типография А.И. Снегиревой. Остоженка. Савеловский переулок собств. дом. М., 1891. Издательский центр «ТЕРРА». М., 1990.
112. Николай II: Венец земной и небесный. Лествица. М., 1999.
113. Нилус С. Близ есть при дверех. Типография Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Сергиев Посад, 1917.
114. Нилус С. Великое в малом.
115. Орешкин П.П. Вавилонский феномен. «ЛИО Редактор». СПб., 2002.
116. Острецов В.М. Масонство, культура и русская история. Издательство «Крафт+». М., 2004.
117. Остромирово Евангелие. 1076-1077. «…писанное в 1056 и 1057 годах в Новгороде диаконом Григорием для Посадника Остромира, сродника В.К. Изяславу…»
118. Епископ Павел. От святой купели и до гроба. Типография Уссурийской Свято-Троицкой Николаевской обители. 1915.
119. Архимандрит Пантелеимон. Тайны загробного мира. Благовест. М., 1997.
120. «Первый и Последний». №4. М., 2007.
121. Парандовский Я. Мифология. Издательство «Детская литература». М., 1971.
122. Паршев А.П. Почему Россия не Америка. «Крымский мост — 9Д», «Форум». М., 2000.
123. Пензев К. Русский Царь Батый. «Алгоритм». М., 2006.
124. Перевезенцев С.В. Русский выбор: Очерки национального самосознания. Издательство Русский Мир. М., 2007.
125. Перминов А.А. МИРОЗДАНИЕ окончательная теория. Новая физика. Философия. «Одна восьмая». М., 2007.
126. Платонов О.А. Терновый венец России. История русского народа в ХХ в. Т. 1. Родник. М., 1997.
127. Платонов О.А. Терновый венец России. Тайна беззакония. Иудаизм и масонство против Христианской цивилизации. Родник. М., 1998.
128. Платонов О.А. Святая Русь. Энциклопедический словарь русской цивилизации. Православное издательство «Энциклопедия русской цивилизации». М., 2000.
129. Плетнева С.А. Хазары. Издательство «Наука». М., 1976.
130. Подобедова О.И. Древнерусское искусство. Издательство «Наука». М., 1980.
131. Покровский В. Он выбрал Крест. «Покров». М. 2006.
132. Полный богословский энциклопедический словарь. Том I. Издательство П.П. Сойкина. Типография СПб. Стремянная, 12, собств. д. Концерн «Возрождение». 1992.
133. Полный богословский энциклопедический словарь. Том II. Издательство П.П. Сойкина. Типография СПб. Стремянная, 12, собств. д. Концерн «Возрождение». 1992.
134. Полякова Е. Николай Рерих. «Искусство». М., 1985.
135. По Москве. Издание М. и С. Сабашниковых. М. 1917. «Изобразительное искусство». М., 1991.
136. Порфирьев И.Я. Апокрифические сказания о ветхозаветных лицах и событиях. Издательство «Индрик». М., 2005.
137. Поселянин Е. Русская Церковь и русские подвижники XVIII в. Издание книгопродавца И.Л. Тузова. Гостиный двор. С.-Пб., 1905.
138. Православный библейский словарь. Северо-Западная Библейская Комиссия. СПб. 1997.
139. Православный церковный календарь на 2004 год. ООО «Авенир-Дизайн». Кострома, 2003.
140. Пранов В. Закон выживания подлейших. Издательство «Десница». М., 2002.
141. Прокофьев И.И. Древняя русская литература. «Просвещение». М., 1988.
142. Прошин Г., Раушенбах Б.В., Поппэ А., Херрман Й., Литаврин Г.Г., Удальцова З.В., Рыбаков Б.А., Крянев Ю.В., Павлова Т.П.. Как была крещена Русь. «Политиздат». М., 1989.
143. Псалтирь. Трифонов Печенегский монастырь. Ковчег. Новая книга. М., 2000.
144. Российский статистический ежегодник. Государственный комитет Российской Федерации по статистике. М., 1999.
145. 71. Рудаков А. Краткая история Христианской Церкви. Московское подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. М., 1999. Печатается по изданию Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. 1879.
146. Священник Рожнов В. О тайне воскресения России. Курск, 2001.
147. Архиепископ Никон (Рождественский). Житие преподобного Сергия Радонежского. Издательство Свято-Тихоновского Богословского института. М., 2000.
148. Дениэл Ранкур-Лаферьер. Россия и русские. Научно-издательский центр “Ладомир”. М., 2003.
149. Сарфати Дж. Несостоятельность теории эволюции. «Паломник». М., 2002.
150. Иеромонах Софроний (Сахаров). Преподобный Силуан Афонский. Житие, учение и писания. Лучи Софии. Минск, 2005.
151. Свидетели истины Божией. Николо-Перервинский монастырь. «Русский Хронограф». М., 1993.
152. Святой Александр Невский. Православный Свято-Тихоновский Богословский институт. М., 2001.
153. Святый преподобный Серафим Саровский чудотворец. Его жизнь и подвиги, с приложением наставлений для монашествующих. Издание русского Св. Андреевского Скита на Афоне. Одесса, 1903. Издательство «P.S.» Московская патриархия. М., 1990.
154. Акафист преподобному и богоносному отцу нашему Серафиму, Саровскому чудотворцу. Издание: обители и приходы Русской Православной Церкви, а также Ново-Дивеевский женский монастырь Smith Road Spring Valley, N.Y. 10977.
155. Святые равноапостольные Царь Константин и Царица Елена. «Скиния». М., 1995.
156. Семанов С. Н. Русское возрождение. «Самотека». М., 2008.
157. Иеродиакон Авель (Семенов). Схиархимандрит Христофор. М., 2007.
158. «Сельская жизнь» 3. 10. 1985.
159. Селянинов А. Тайная сила масонства. Отечественная типография. Шпалерная 26. С.-Пб., 1911.
160. Житие старца Серафима. Типография И. Ефимова, Большая Якиманка, д. Смирновой. М., 1884.
161. Игумен Симеон. Россия, пробудись! Старцы о глобализации и об антихристе. ООО «Империум пресс». М., 2005.
162. Синельников В. Тайна Библии. Издание Сретенского монастыря. М., 2000.
163. Словарь древнерусского языка (XI–XIV вв.). “Русский язык”. М., 1989.
164. Смирнов Г. Рассказы об оружии. «Детская литература». М., 1979.
165. Смолицкая Г.П. Топонимический словарь Центральной России. Армада-пресс. М., 2002.
166. Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев). Самодержавие духа. «Царское дело». СПб. 1995.
167. Митрополит Иоанн (Снычев). Последняя битва. Православный благовестник. Киев, 2002.
168. Советская Военная энциклопедия. Тт. 1-8. Военное издательство МО. М., 1976.
169. Де Соссюр Ф. Курс общей лингвистики. Едиториал УРСС. М., 2004.
170. Соколов Ю.Ф. Выдающиеся российские полководцы глазами современников (IX–XVII вв.). Институт военной истории МО РФ. М., 2002.
171. Епископ Сергий (Соколов). Священное Писание Ветхого Завета. Учебное пособие для 3-го класса Православной Духовной Семинарии. Сергиев Посад, 1996.
172. Соколова Л.В. Литература Древней Руси. Биобиблиографический словарь. «Просвещение». «Учебная литература». М., 1996.
173. Солженицын А.И. Двести лет вместе. Часть 1. Русский путь. М., 2001.
174. Солженицын А.И. Двести лет вместе. Часть 2. Русский путь. М., 2001.
175. Соловьев С.М. Сочинения. Книга VIII. История России с древнейших времен. Тома 15–16. «Мысль». М., 1993.
176. Солоневич И. Народная монархия. «Наша страна». Буэнос-Айрес, 1973.
177. Солоухин В. Время собирать камни. Издательство «Правда». М., 1990.
178. Ставров Н. Вторая мировая. Великая Отечественная. Том I. «Август-Принт». М., 2006.
179. Ставров Н. Вторая мировая. Великая Отечественная. Том II. «Август-Принт». М., 2006.
180. Ставров Н. Вторая мировая. Великая Отечественная. Том III. «Август-Принт». М., 2006.
181. Священник Даниил Сысоев. Летопись начала. «Аксиос». М., 2003.
182. Священник Даниил Сысоев. Брак с мусульманином. Церковь. Каноны. Общество. Издательство пророка Даниила на Кантемировской. М., 2007.
183. Тарасов К. Память о легендах белорусской старины голоса и лица. Издательство «Полымя». Минск, 1984.
184. Татищев В. История Российская.
185. Священник Тимофей. Серия «Русский учитель». Выпуск II. Эволюция или тление? Наука о сотворении мира (богословский взгляд). М., 1997.
186. Успенский Л.В. Имя дома твоего. Очерки по топонимике. Армада-пресс. М., 2002.
187. Протоиерей Андрей Устюжанин. Как вести себя верующему. Даниловский благовестник. М., 1999.
188. Уткин А. Забытая трагедия. Россия в Первой мировой войне. «Русич». Смоленск, 2000.
189. Учение Священного Писания и отцов Православной Церкви об антихристе. Московское Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. «Фавор». М., 2001.
190. Мытарства преподобной Феодоры. «Лествица»М. «Диоптра». С.-Пб. 1998.
191. Мытарства преподобной Феодоры. «Лествица» * «Диоптра». М. С.-Пб., 2001.
192. Фомин С. Россия перед вторым пришествием. Свято-Троицкая Сергиева лавра. Сергиев Посад, 1993.
193. 118. Фрянов И. Я. Загадка крещения Руси. «Алгоритм». М., 2007.
194. Христианское учение о злых духах. М., 1990.
195. Чернобров В.А. Энциклопедия загадочных мест Земли. Вече. М., 2000.
196. Черный В.Д. Искусство средневековой Руси. «Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС». М., 1997.
197. Чудеса и видения. Православный приход Храма Казанской иконы Божией Матери в Ясенево при участии ООО «Синтагма». М., 2001.
198. Чудотворные иконы и 60 исцеляющих молитв. «ЛОГОС-МЕДИА». М., 2007.
199. Шамир И. Проклятие избранного народа. Тайны современной политики. Алгоритм. М., 2006.
200. Игумен Иосиф (Шапошников), Шипов Я.А. Московский Патерик. Издательство «Столица». М., 1991.
201. Шахнович М.И. Мифы о сотворении мира. Издательство «Знание». М., 1968.
202. Шифман И.Ш. Ветхий Завет и его мир. «Политиздат». М., 1987.
203. Энциклопедия «Исчезнувшие цивилизации». Этруски: италийское жизнелюбие. Терра — книжный клуб. М., 1998.
204. Энциклопедия для детей. Том 6. Религии мира. Часть 1-я. «Аванта+». М.,1999.
205. Янин В.П., Арциховский А.В. Новгородские грамоты на бересте из раскопок 1962 — 1976 годов. М., «Наука»., 1978.
206. Измайлова И.А. Петр I. Убийство императора? «Нева». СПб., 2005.
207. Ирзабеков В. Тайна русского слова. Данилов благовестник. М., 2008.
208. Источниковедение истории Древнего Востока. «Высшая школа». М., 1984.
209. Платонов О.А. Заговор против России. Бич Божий: эпоха Сталина. «Алгоритм». М., 2005.
210. Гофман О. Русская книга мертвых. Издательский дом «Питер». СПб., 2003.
211. Иванов А.А. Что необходимо знать русским. Справочник русского человека. «Самотека». М., 2008.
212. Игумен N. Об одном древнем страхе. Как и кого «портят» колдуны. Даниловский благовестник. М., 2007.
213. Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. «Эксмо». М., 2006.
214.Сологуб В.Д. Договор с преисподней. М., 2007.
215. Доктор Ландовский. Красная симфония (Откровения троцкиста Раковского). «Вестник». М., 1996.
216. Даль В.И. Записка о ритуальных убийствах. Петроград. 1913.
217. Кузьмин И.О. Материалы к вопросу об обвинениях евреев в ритуальных убийствах. СПб., 1913.
218. Лаурент А. Дамасское убийство. Харьков. 1913.
219. Патриарх Никон. Трагедия русского раскола. Издательский Совет Русской Православной Церкви. М., 2006.
220. Иванов В.Ф. Русская интеллигенция и масонство от Петра Первого до наших дней. ФондИВ. М., 2008.
221. Карпец В.И. Русь Меровингов и корень Рюрика. ООО «Алгоритм-Книга». ООО «Издательство “Эксмо”». М., 2006.
222. Туманский Ф. Жизнь и деяния государя императора Петра Великого. СПб., 1788.
223. Грачева Т.В. Когда власть не от Бога. Издательство «Зёрна-Слово». Рязань, 2010.
224. Мартыненко А.А. Русский образ жизни. Жизнь без лекарств. «Профессионал». М., 2009.
225. Мартыненко А.А. Икона зверя. Трилогия: Подземная река. «Профессионал». М., 2010.
226. Непомнящий Н.Н. Загадки истории. «Вече». М., 2007.
227. Тайны XX века. №9 март 2010.
228. Щербаков В. Все об Атлантиде. Общество по изучению тайн и загадок земли ЛАРГЕ. М., 1990.
229. Авдеев В.Б., Ешевский С.В., Сикорский И.А. и др. Русская расовая теория до 1917 года. «ФЭРИ-В». М., 2004.
230. Жуков Д.А. «Оккультный рейх» главный миф XX века. «ЯУЗА-ПРЕСС». М., 2009.
231. Шубарт В. Европа и душа Востока. Русская идея. М., 1997.
232. Попов В. Война в условиях мира. Вологда, 1999.
233. Народы России. Энциклопедия. М.: Большая Российская энциклопедия. 1994.
234. Классен Е.И. Новые материалы для древнейшей истории славян. М., 1999.
235. Трехлебов А.В. Тайна праславянской цивилизации. Археологические и письменные памятники Древней Руси и результаты их дешифровки. Вып.20. М., 1998.
236. Юрганов А.Л. Категории русской средневековой культуры. М., 1998.
237. Известия Акад. Наук. Отделение литературы и языка. Том IV, выпуск 2, М., 1945.238. Правила Православной Церкви с толкованиями епископа Никодима. Т.1. Репр. изд. 1911 г. (СПб.). М., 1994.
239. Жуковский В. Святая Русь. Письмо князю П. А. Вяземскому 23-го июля (5-го августа) 1848 г. Кронталь, близ Содена.
240. Мифы древних славян. Саратов. 1993.
241. Свт. Кирилл Архиепископ Иерусалимский. Поучения огласительные и тайновводственные. М., 1991.
242. Классен Е. И. Древнейшая история славян и славяно-руссов до рюриковского времени. «Белые альвы». М., 2008.
243. Иванов И. Культ Перуна у южных славян. ООО Издательство «Ладога — 100». М., 2005.
244. Истрин В. Александрия русских хронографов. М. 1893.
245. Сенина Т. Имяславцы или имябожники? Спор о природе Имени Божия и афонское движение имяславцев 1910–1920-х гг. М., 2001.246. Во дни поста. Рецепты православной кухни. Иваново, 1996.
247. Державин Н.С. Происхождение русского народа. Минск, 2009. 248. Любавский М. История западных славян. М., 1918.
249. Котляревский А. Древности права балтийских славян. Ч. 1, Прага, 1874.
250. Самоквасов Д. Я. Северянская земля и северяне по городищам и могильникам. М., 1908.
251. «Путешествие Ибн-Фадлана на Волгу». Перевод и комментарий под ред. акад. Крачковского. Изд. АН СССР. М.–Л., 1937. 
252. Гаркави А.Я. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских (с половины VII до конца X века). Типография Императорской Академии наук. С.-Пб., 1870.
253. Гаркави А.Я. Дополнение к сочинению Сказания мусульманских писателей о славянах и русских. В типографии А.О. Цедербаума. С.-Пб., 1871.
254. Емельянов В.Н. Десионизация. «Витязь». М., 1995.
255. Башилов Б. История русского масонства. Выпуск 14-й и 15-й. Масонские мифы о петербургском периоде Русской истории. Пушкин и масонство. «Русло». М., 1995.
256. Вертьянов С. Происхождение жизни: факты, гипотезы, доказательства. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2009. 
257. Дуглас Рид. Спор о Сионе. Журнал «Кубань». Октябрь-декабрь 1991. Краснодар.
258. Миронова Т. Крест и меч. М., 2008.
259. Грачева Т.В. Память русской души. «Зёрна-слово». Рязань, 2011.
260. Брагин М., Брагина И. Откуда прилетели боги. «РИПОЛ классик». М., 2008.
261. Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии. МГУ. М., 1988.
262. Петрей П. История о Великом княжестве Московском. М., 1997.
263. Матвей Меховский. Трактат о двух Сарматиях (Краков, 1517). М-Л. АН СССР. М., 1936.
264. Латиноязычные источники по истории Древней Руси. Германия IX-первая половина XII вв. М.-Л. 1989.
265. Фарберов А. И. Спаси и сохрани. Свидетельства очевидцев о милости и помощи Божией в Великую Отечественную войну. «Ковчег». М., 2010.
266. Башилов Б. История русского масонства. Выпуск 1-й и 2-й. МПКП «Русло» — ТОО «Община». М., 1992.
277. Аболенский И. Московское государство при царе Алексее Михайловиче и Патриархе Никоне, по запискам архидиакона Павла Алеппского. Типография С.Т. Еремеева. Киев, 1876.
278. Адам Олеарий. Описание путешествия в Московию. Русич. М., 2003.
279. Змеев И.А., Плаксин А.А., Сорокин Н.И. и др. Города Ленинградской области. Ломоносов. Лениздат. Л., 1968.
280. Иванов В.Д. Трилогия о начале Руси «Повести древних лет».
281. Мухамад ибн Мусо ал-Хоразмий (783–850). «ФАН» НАШРИЕТИ. Ташкент, 1983.
282. Мартыненко А.А. Запретные темы истории. Киров, 2011.
283. Мартыненко А.А. Тайная миссия Кутузова. Киров, 2011.
284. Толстов С.П. Древний Хорезм. Издание МГУ. М., 1948.
285. Мазуринский летописец. ПСРЛ. М., 1968.
286. Аристов Н. Я. Промышленность Древней Руси. С-Пб., 1866.
287. Мурзакевич Д.Н. История губернского города Смоленска от древнейших времен до 1804 года. Типография при Губернском Правлении. Смоленск, 1804.
288. Курц Б.Г. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствование Алексея Михайловича. Типография И.И. Чоколова, Б.-Житомирская 20. Киев, 1915.197. Святитель Лука (Войно-Ясенецкий). Наука и религия. Дух, душа и тело. М.; Ростов-на-Дону, 2001.
289. Серебрянский Н. Древнерусские княжеские жития. Кострома, 1914.
290. Авдиев В.И. История древнего Востока. Ленинград, 1953.
291. Болотов В.В. Лекции по истории древней Церкви. Том 3. Типография М. Меркушева. С.-Пб., 1913.
292. Латышев В.В. Вестник древней истории. Известия древних писателей о Скифии и Кавказе. Издательство Академии наук СССР. М., 1948.
293. Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX–XII вв.). Аспект Пресс. М., 1998.
294. История древнего мира. Т. 1. Ранняя древность. Знание. М., 1983.
295. Беккер К.Ф. Мифы древнего мира. От древней Иудеи до падения Римской империи. «Надежда». Саратов, 1995.
296. Геродот, «История». Книга 1. Библиотека «Вехи». 2008.
297. Геродот, «История». Книга 2. Библиотека «Вехи». 2008.
298. Геродот, «История». Книга 6. Библиотека «Вехи». 2008.
299. Геродот, «История». Книга 7. Библиотека «Вехи». 2008.
300. Дионисий Галикарнасский. Римские древности. М., 2002.
301. Страбон. География. Книга 3. Париж, 1587.
302. Страбон. География. Книга 4. Париж, 1587.
303. Страбон. География. Книга 5. Париж, 1587.
304. Страбон. География. Книга 6. Париж, 1587.
305. Страбон. География. Книга 7. Париж, 1587.
306. Страбон. География. Книга 8. Париж, 1587.
307. Страбон. География. Книга 12. Париж, 1587.
308. Страбон. География. Книга 15. Париж, 1587.
309. Страбон. География. Книга 16. Париж, 1587.
310. Аммиан Марцеллин. История. Книга 21. Киев, 1908.
311. Аммиан Марцеллин. История. Книга 23. Киев, 1908.
312. Аммиан Марцеллин. История. Книга 24. Киев, 1908.
313. Аммиан Марцеллин. История. Книга 25. Киев, 1908.
314. Ксенофонт. Анабасис. Xenophontis Expeditio Cyr recensuit Guilelmus Gemoll. Editio minor. BibliothecaTeubneriana Lipsiae, 1910. Книга 1. Библиотека «Вехи». 2003.
315. Ксенофонт. Анабасис. Xenophontis Expeditio Cyr recensuit Guilelmus Gemoll. Editio minor. BibliothecaTeubneriana Lipsiae, 1910. Книга 3. Библиотека «Вехи». 2003.
316. Плиний. Естественная история. Книга 5. Государственное издательство географической литературы. М., 1953.
317. Мартыненко А.А. Проклятие древнего Ханаана. Профессионал. М., 2012.
318. Венелин Ю.И. История Руси и славянства. Институт Русской цивилизации. М., 2011.
319. Розанов В.В. Обонятельное и осязательное отношение евреев к крови. М., 1999.
320. Козлов Н. Генополитика. М., 2010.
321. Табов Й. Когда крестилась Киевская Русь. Издательский дом “Нева”. С.-Пб., 2004.
322. Дьяков И.М. Значение Эблы для истории и языкознания. — Древняя Эбла. М., 1985.
323. Диакон Л. История. Наука. М., 1988.
324. Ценов Г. Седмичните дни като белег на старо християнство у славяните. Преглед, № 4, 1907.
325. Блаженный Августин. О граде Божием. Т. 3. М., 1994.
326. Дичев Т., Николов Н. Зловещий заговор. «Витязь». М., 1994.
327. Поссевино А. Исторические сочинения о России XVI в. М., 1983.
328. Башилов Б. История русского масонства. Книга 2-я. Выпуск 3-й и 4-й. МПКП «Русло» ТОО «Община». М., 1992.
329. Ключевский В.О. Статьи. Сочинения в девяти томах. Том VIII. «Мысль». М., 1990.
330. Интеллектуальный форум. М., 2000. №1.
331. Грачева Т. В. Святая Русь против Хазарии. «Зёрна». Рязань, 2009.
332. Кестлер А. Тринадцатое колено. СПб., 2001.
333. Козлов Н. (Щедрин А.А.) Царская жертва. М., 2010.
334. Истархов. Удар русских богов.
335. Буксгевден С. Венценосная мученица. М., 2006.
336. Савельев Е.П. Древняя история казачества. Новочеркасск, 1915.
337. Конн Л. (Cohnn L.). Турки и монголы. Париж, 1806.
338. Марко Поло. Книга о разнообразии мира. Книга I. Цит. по книге: Джованни дель Плано Карпини. История монгалов., Гильом де Рубрук. Путешествие в восточные страны., Книга Марко Поло. «Мысль». М., 1997.
339. Марко Поло. Книга о разнообразии мира. Книга II. Цит. по книге: Джованни дель Плано Карпини. История монгалов., Гильом де Рубрук. Путешествие в восточные страны., Книга Марко Поло. «Мысль». М., 1997.
340. Марко Фоскарино. Донесение о Московии второй половины XVI века. Императорское общество истории и древностей российских. М., 1913.
341. Андреев А.И. Время Шамбалы. Издательский дом «Нева». СПб., 2004.
342. Казанцева О. Украденная азбука. «Цветущий посох». М., 2009.
343. Славянорусский корнеслов. Язык наш — древо жизни на земле и отец наречий иных. СПб., 2005.
344. «Деловой Подольск». № 2 (26). Подольск, 2012.
345. Донесение д. Иоанна Фабра его высочеству Фердинанду, Инфанту Испанскому, Ерцгерцогу Австрийскому, Герцогу Бургундскому и Правителю Австрийской Империи, о нравах и обычаях Московитян. Часть 1//Отечественные записки, Часть 25. № 70. 1826.
346. Донесение д. Иоанна Фабра его высочеству Фердинанду, Инфанту Испанскому, Ерцгерцогу Австрийскому, Герцогу Бургундскому и Правителю Австрийской Империи, о нравах и обычаях Московитян. Часть 2//Отечественные записки, Часть 27. № 75. 1826.
347. Трактат Иоганна Фабри «Религия московитов»//Россия и Германия. Вып. 1. Издательство РАН ИВИ. 1998.
348. Вебер Ф.Х. Преображенная Россия. Цит. по: Петербург Петра I в иностранных описаниях. Издательство «Наука». Л., 1991.
349. Амброджо Контарини. Путешествие в Персию. Цит. по: Барбаро и Контарини о России. Наука. М., 1971, Библиотека иностранных писателей о России. Т. 1. СПб., 1836.
350. Книга, называемая новый летописец. Цит. по: Хроника смутного времени. Фонд Сергея Дубова. М., 1998.
351. Сказание о Мамаевом побоище. Цит. по: Воинские повести Древней Руси. Лениздат. Л., 1985.
352. Хожение Даниила, игумена Русской земли. Цит. по: Книга хожений. Записки русских путешественников XI–XV вв. Советская Россия. М., 1984.
353. Слово о полку Игореве. Цит. по: Воинские повести Древней Руси. Лениздат. Л., 1985.
354. Якоб Ульфельдт. Путешествие в Россию. Языки славянской культуры. М., 2002.
355. Приск Панийский. Сказания Приска Панийского. Цит. по: Ученые записки второго отделения Императорской академии наук. Книга VIII. Вып. 1. СПб., 1861.
356. Даниил Принц из Бухова. Начало и возвышение Московии. Императорское общество истории и древностей Российских. М., 1877.
357. Лев Диакон. История Льва Диакона. От кончины императора Константина до смерти императора Иоанна Цимисхия. Кн. 9.
358. Лев Диакон. История Льва Диакона. От кончины императора Константина до смерти императора Иоанна Цимисхия. Кн. 8.
359. Критический разбор неизданных документов, относящихся до истории Димитрия, сына Московского великого князя Иоанна Васильевича, составленной бывшим профессором Варшавского и Виленского университетов, каноником Севастианом Чиямпи. Цит. по: Архив исторических и практических сведений, относящихся к России. Книга 1. СПб., 1860.
360. Путешествие в Московию барона Августина Майерберга, члена императорского придворного совета и Горация Вильгельма Кальвуччи, кавалера и члена правительственного совета Нижней Австрии, послов августейшего римского императора Леопольда к царю и великому князю Алексею Михайловичу, в 1661 году, описанное самим бароном Майербергом. Императорское общество истории и древностей Российских. М., 1874.
361. Книга историография початия имене, славы и разширения народа славянского, и их цареи и владетелеи под многими имянами, и со многими царствиями, королевствами, и провинциами. Собрана из многих книг исторических, чрез господина Мавроурбина архимандрита Рагужского. СПб., 1722.
362. Ричард Ченслер. Книга о великом и могущественном Царе Русском и великом князе Московском и о владениях, порядках и произведениях сюда относящихся. Цит. по: Известия англичан о России XVI в. // Чтения в императорском обществе истории и древностей Российских. № 4. М., 1884.
363. Полное описание России, находящейся ныне под властью двух царей-соправителей Ивана Алексеевича и Петра Алексеевича. Цит. по: Рассказы очевидцев о жизни Московии конца XVII века//Вопросы истории, №1. 1970.
364. Юст Юль. Записки датского посланника при Петре Великом. Цит. по: Лавры Полтавы. Фонд Сергея Дубова. М., 2001.
365. Томас Рандольф. Путешествие Томаса Рандольфа (1568–69). Цит. по Известия англичан о России XVI в. // Чтения в императорском обществе истории и древностей Российских. № 4. М., 1884.
366. Вздорнов Г.И. Искусство книги в Древней Руси. М., 1980.
367. Тверские летописи. Древнерусские тексты и переводы. Тверское книжно-журнальное издательство. Тверь, 1999.
368. Стефан Какаш и Георг Тектандер. Путешествие в Персию через Московию 1602–1603 гг. Императорское общество истории и древностей Российских. М., 1896.
369. Ян Стрюйс. Путешествие по России голландца Стрюйса // Русский архив. № 1. 1880.
370. Сидоров Г.А. Родовая память. Томск, 2011.
371. Страленберг Ф.И. Северная и восточная часть Европы и Азии. Шток-Хольм, 1730. Цит. по: Записки капитана Филиппа Иоганна Страленберга об истории и географии Российской империи Петра Великого. Северо-восточная часть Европы и Азии. АН СССР. М.-Л., 1985.
372. Ферран. Путешествие из Крыма в черкесию, через земли ногайских татар, в 1709 г. Цит. по: Русский Вестник. Апрель. Т. 6. № 4. 1842.
373. Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII–XIX вв. Эльбрус. Нальчик, 1974.
374. Берхгольц Ф.В. Дневник. Цит. по: Неистовый реформатор. Фонд Сергея Дубова. М., 2000. 
 375. Авриль Ф. Путешествия. Сведения о Сибири и пути в Китай, собранные миссионером Ф. Аврилем, в Москве, в 1686 году. Цит. по: Русский вестник, № 4. 1842.
376. Корнилий де Бруин. Путешествие в Московию. Цит. по: Россия XVIII в. глазами иностранцев. Лениздат. Л., 1989.
377. Перри Д. Состояние России при нынешнем царе. Цит. по: Чтения императорского Общества Истории и Древностей Российских. № 2. М., 1871.
378. Мейерберг барон. Путешествие его по России. Извлечение из рукописного сочинения. СПб., 1827.
379. Сидоров Г.А. Тайный проект вождя. «Родовичъ». М., 2012.
380. Никоновская летопись. Цит. по: Отражение истории Казанского ханства в Никоновской (Патриаршей) летописи // Эхо веков. № 1/2. 1999.
381. Чарльз Уитворт. О России, какой она была в 1710 году. Цит. по: Россия в начале XVIII в. Сочинение Ч. Уитворта. АН СССР. М., 1988.
382. Избрант Идес и Адам Бранд. Записки о русском посольстве в Китай (1692–1695). Цит. по: Избрант Идес и Адам Бранд. Записки о посольстве в Китай. Глав. Ред. Вост. Лит. М., 1967.
383. Бахрушин С.В. Остяцкие и вогульские княжества в XVI–XVII веках. М., 1935.
384. Мартыненко А.А. Патриарх Тушинского вора. ООО «Профессионал». М., 2013.
385. Мартыненко А.А. Тайные маршруты Древней Руси. ООО «Профессионал». М., 2013.
386. Петухов Ю.Д. Тайны древних русов. Вече. М., 2011.
387. Придо Т. Кроманьонский человек. М., 1979.
388. Хождение в святую землю московского священника Иоанна Лукьянова (1701–1703). «Наука». М., 2008.
389. Пыляев М.И. Исторические колокола. Цит. по: Старое житье. СПб., 1897.
390. Грачева Т.В. Последнее искушение России. Зёрна-Слово. Рязань, 2013.
391. Толстой П.А. Путешествие стольника П.А. Толстого по Европе (1697–1699). Серия «Литературные памятники». «Наука». М., 1992.
392. Мартыненко А.А. Имя Бога. ООО «Профессионал». М., 2013.
393. Мартыненко А.А. История народа Русы. ООО «Профессионал». М., 2013.
394. Гершензон М. Судьбы еврейского народа. Цит. по: “22”: Общественно-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СССР в Израиле. № 19. Тель-Авив, 1981.
395. Гиляров К. Тайна Таньи. М., 1999.
396. Фиштейн Е. Из галута с любовью. Цит. по: “22”: Общественно-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СССР в Израиле. № 27. Тель-Авив, 1982.
397. Шамир М. Сто лет войны. Цит. по: “22”: Общественно-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СССР в Израиле. № 27. Тель-Авив, 1982.
398. Даймонт М. Евреи, Бог и история. М., 1994.
399. Климов Г. Божий народ. Советская Кубань. Краснодар, 1999.
400. Изуверское убийство: Разоблачения греческого монаха Неофита, бывшего иудейского раввина. Пер. В.А. Комарова. СПб., 1913.
401. Кардель. Адольф Гитлер — основатель Израиля. «Русский Вестник». М., 2004.
402. Джон Белл. Путешествия из Санкт-Петербурга в различные части Азии. Цит. по: Исторические путешествия. Извлечения из мемуаров и записок иностранных и русских путешественников по Волге в XV–XVIII вв. Краевое издательство. Сталинград, 1936.
403. Блок А. Памяти Леонида Андреева. Цит. по: Александр Блок. Собрание сочинений. «Советский писатель». Л., 1932.
404. Хождение Богородицы по мукам. Цит. по: Библиотека литературы Древней Руси. Т. 3. СПб., 2000.
405. Моро-де-Бразе. Записки бригадира Моро-де-Бразе (касающиеся до турецкого похода 1711 года). Пер. с франц. А. Пушкина // «Современник», т. VI, 1837, № 2, с. 218–300. Цит. по: А.С. Пушкин. Собрание сочинений в 10 томах. Т. 8. ГИХЛ. М., 1962.   
406. Неплюев И.И. Записки. Цит. по: Империя после Петра. Фонд Сергея Дубова. М., 1998.
407. Пыпин А.Н. История русской литературы. Том III. СПб., 1907.
408. Витсен Н. Черкесия. Цит. по: Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII–XIX вв. Эльбрус. Нальчик, 1974.
409. Рейтенфельс Я. Сказание светлейшему герцогу Тосканскому Козьме Третьему о Московии. Книга II. Цит. по: Утверждение династии. Фонд Сергея Дубова. М., 1997.
410. Рейтенфельс Я. Сказание светлейшему герцогу Тосканскому Козьме Третьему о Московии. Книга III. Цит. по: Утверждение династии. Фонд Сергея Дубова. М., 1997.
411. Рейтенфельс Я. Сказание светлейшему герцогу Тосканскому Козьме Третьему о Московии. Книга IV. Цит. по: Утверждение династии. Фонд Сергея Дубова. М., 1997.
412. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 2 (От Днестра до Москвы). Книга 5. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 4 (183). 1897.
413. Мартыненко А.А. История народа Русы. ООО «Профессионал». М., 2013.
414. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 3 (Москва). Книга 8. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 3 (186). 1898.
415. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 4 (Москва, Новгород и путь от Москвы до Днестра). Книга 10. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 4 (187). 1898.
416. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 4 (Москва, Новгород и путь от Москвы до Днестра). Книга 11. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 4 (187). 1898.
417. Алеппский П. Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским. Выпуск 5 (Обратный путь. Молдавия и Валахия. Малая Азия и Сирия. Результаты путешествия). Книга 13. Цит. по: Чтение в обществе истории и древностей российских, Книга 2 (199). 1900.
418. Герье В. Отношения Лейбница к России и Петру Великому по неизданным бумагам Лейбница в Ганноверской библиотеке. СПб., 1871.
419.  Герье В. Лейбниц и его век. Печатня В. Головина. СПб., 1868.
420. Вебер Ф.-Х. Записки о Петре Великом и его царствовании Брауншвейгского резидента Вебера. Цит. по: Русский архив. 1872.
421. Корберон М.Д. Интимный дневник шевалье де-Корберона, французского дипломата при дворе Екатерины II (из парижского издания). СПб., 1907.
422. Болотов А.Т. Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанная самим им для своих потомков. В 3-х томах. Т. 1: 1738–1759. ТЕРРА. М., 1993.
421. Тверские летописи. Древнерусские тексты и переводы. Тверское книжно-журнальное издательство. Тверь, 1999.
422. Варкоч Н. Описание путешествия в Москву Николая Варкоча, посла римского императора, с 22 июля 1593 года. Цит. по: Чтения императорского Общества Истории и Древностей Российских. № 4. М., 1874. 
423. Титмар Мерзебургский. Хроника. Цит. по: Ausgewaehlte Quellen zur deutschen Gechichte des Mittelalters. Bd. 9. Berlin. 1966. Перевод с лат. — Дьяконов И.В. 2005.
424. Дженкинсон А. Путешествия Антона Дженкинсона. Известия англичан о России XVI в. // Чтения в императорском обществе истории и древностей Российских. № 4. М., 1884.
425. Джениксон А. Путешествие из Лондона в Москву 1557–1558 гг. Цит. по: Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. Соцэкгиз. М., 1937.
426. Джениксон А. Путешествие в Среднюю Азию 1558–1560 гг. Цит. по: Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. Соцэкгиз. М., 1937.
427. Гваньини А. Об «Описании Московии» Александра Гваньини // Античность и современность. К 80-летию Федора Александровича Петровского. Наука. М., 1972.
428. Матфей Парижский. Великая хроника. Цит. по: Английские средневековые источники IX–XIII вв. Наука. М., 1979.
429. Коллинс С. Нынешнее состояние России изложенное в письме к другу, живущему в Лондоне. Сочинение Самуэля Коллинса, который девять лет провел при Дворе московском и был врачом царя Алексея Михайловича // // Чтения в императорском обществе истории и древностей Российских. М., 1846; Утверждение династии. Фонд Сергея Дубова. М., 1997.
430. Ланноа Г. Очерк путешествия в прибалтийские страны, Великий Новгород и Псков, совершенного рыцарем Гильбертом де Ланноа в 1412–1414 гг. // Географические известия, выдаваемые от Русского географического общества. СПб., 1850.431. Шильтбергер И. Путешествие Ивана Шильтбергера по Европе, Азии и Африке, с 1394 года по 1427 год // Записки императорского Новороссийского университета. Том 1. 1867.
432. «Описание земель». Анонимный географический трактат второй половины XIII в. // Средние века. Вып. 56. 1993.
433. Хордадбех. Книга путей и стран. М., 1986.
434. Гельмольд. Славянская хроника. Книга 1. Цит. по: История средних веков в ее писателях и исследованиях новейших ученых. Том II. СПб., 1864.
435. Гельмольд. Славянская хроника. Книга 1. Ан СССР. М., 1963.
436. Шлихтинг А. Краткое сказание о характере и жестоком правлении московского тирана Васильевича. Цит. по: Новое известие о времени Ивана Грозного. Изд-во АН СССР. Л., 1934.
437. Таубе И., Крузе Э. Великого князя Московского неслыханная тирания вместе с другими поступками, совершенными им с 66-го по 72-й год… Цит. по: Послание Иоганна Таубе Крузе и Элерта // Русский исторический журнал, Книга 8. 1922.
438. Ниенштедт Ф. Ливонская летопись Франца Ниенштедта бывшего рижсого бургомистра и королевского бургграфа // Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Том III–IV, 1880–1883.
439. Мильтон Д. Джон Мильтон (1649–1652). О стране самоедов в Сибири и о других странах, лежащих к северо-востоку и подвластных москвитянам. Цит. по: Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и писателей, XIII–XVII вв. Сибирское отделение Российской академии наук. Новосибирск, 2006.
440. Гюльденстиерне А. Аксель Гюльденстиерне. Путешествие его княжеской светлости герцога Ганса Шлезвиг-Голштейнского в Россию 1602 г. Цит. по: Чтения в императорском обществе истории и древностей Российских. № 3. М. 1911.
441. История о Казанском царстве (Казанский летописец). Цит. по: ПСРЛ, том XIX. СПБ., 1903.
442. Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Том 1. Книга 1. М.-Л. АН СССР. 1952.
443. Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Том 2. М.-Л. АН СССР. 1952.
444. Абу Хамид ал-Гарнати. Сочинения. Цит. по: Путешествие Абу Хамида ал-Гарнати. М. 1971.
445. Сведения Ибн Хаукаля о походе Руси времен Святослава // Древнейшие государства на территории СССР. Материалы и исследования. 1975 г. М. Наука. 1976
446. Шалс ад-Дин ал-Мукаддаси. Лучшее разделение для познания климатов. Цит. по: Восточное историческое источниковедение и вспомогательные исторические дисциплины, Вып. 2. Наука. М., 1994.
447. Ибн ал-Факих ал-Хамадани. Книга стран. Цит. по: Древние и средневековые источники по этнографии и истории Африки южнее Сахары. Т. 1. Арабские источники VII–X вв. АН СССР. М.-Л., 1960.
448. Тарунтаев Ю. А. Никто как Бог. «Издательство Алгоритм». М., 2012.
449. Новое о крестьянском закрепощении и восстании И. И. Болотникова // Вопросы истории, № 5. 1971.
450. Гейденштейн Р. Записки о Московской войне (1578–1582 гг.). Кн. 1. СПб. 1889.
451. Цывын-Жаб Сахаров Н. Об инородцах, обитающих в Баргузинском округе Забайкальской области. Цит. по:  Летопись баргузинских бурят // Труды Института Востоковедения. VIII. Материалы для истории бурят-монголов, I. АН СССР. М-Л., 1935.
452. Монт Г. Описание Московии при реляциях гр. Карлейля // Историческая библиотека. № 5. 1879.
453. Таннер Б. Польско-Литовское посольство в Московию. Цит. по: Таннер и его известия о русских XVII века // Журнал министерства народного просвещения, Часть 15. 1837.
454. Таннер Б. Польско-Литовское посольство в Московию. Цит. по: Бернгард Таннер. Описание путешествия польского посольства в Москву в 1678 г. Императорское общество истории и древностей Российских. М., 1891.
455. Маскевич С. Дневник 1594–1621. Дневник Маскевича. Цит. по: Сказания современников о Дмитрии Самозванце. Т. 1. СПб., 1859.
456. Георгий Монах. Временник. Книга 1. Цит. по: Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Богородский печатник. М., 2000.
457. Георгий Монах. Временник. Книга 2. Цит. по: Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Богородский печатник. М., 2000.
458. Георгий Монах. Временник. Книга 4. Цит. по: Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Богородский печатник. М, 2000.
459. Георгий Монах. Временник. Книга 8. Цит. по: Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Богородский печатник. М, 2000.
460. Георгий Монах. Временник. Книга 9. Цит. по: Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Богородский печатник. М, 2000.
461. Дневник путешествия Энгельбрехта Кемпфера по России в 1683 г. // Исторический архив, № 5. 2005.
462. Горсей Д. Рассказ или воспоминания сэра Джерома Горсея, извлеченные из его путешествий, занятий служб и переговоров… Цит. по: Джером Горсей. Записки о России XVI-начало XVII. МГУ. М., 1991.
463. Котов Ф.А. О путешествии из Москвы в Персидское царство, из Персии в турецкую землю, в Индию и в Урмуз на Белом море, куда немцы приплывают на кораблях. Цит. по: Хожение купца Федота Котова в Персию. Изд. вост. литературы. М., 1958.
464. Известие о поездке в Россию Вольдемара Христиана Гильденлеве, графа Шлезвиг-Гольштинского, сына датского короля Христиана IV от Христины Мунк, для супружества с дочерью царя Михаила Федоровича, Ириною. Цит. по: Чтения в императорском обществе истории и древностей Российских. № 4. М., 1867.
465. Левашов П.А. Цареградские письма о древних и нынешних турках и состоянии их войск, о Цареграде и всех окрестностях оного… и о многих иных любопытных предметах. Цит. по: Путешествия по Востоку в эпоху Екатерины II. Восточная Литература. М., 1995.
466. Кильбургер И.Ф. Краткое известие о русской торговле, каким образом оная производилась чрез всю Руссию в 1674 году. Цит. по: Иностранцы о древней Москве (Москва XV–XVII веков). Столица. М., 1991.
467. Грамон А. Из истории московского похода Яна Казимира. Типогр. Маттисена. Юрьев., 1929.
468. Ламартиньер. П.М. Ламартиньер, Пьер Мартин де. Путешествие в северные страны, в котором описаны нравы, образ жизни и суеверия норвежцев, лапландцев, килопов, борандайцев, сибиряков, самоедов, новоземельцев и исландцев. Изд. Московского Археологического института. М., 1911.
469. Дневник Марины Мнишек. Дмитрий Буланин. Книга 2. М., 1995.
470. Дневник Марины Мнишек. Дмитрий Буланин. Книга 3. М., 1995.
471. Коробейников Т. Путешествие московского купца Трифона Коробейникова с товарищи в Иерусалим, в Египет, к Синайской горе, предпринятое в 1583 году. Типография П. Кузнецова. М., 1826.
472. Николаев В. Живый в помощи. Записки «афганца». М., 2013.
473. Дьеппский Ж. С. Записка о путешествии в Россию Жана Соважа Дьеппского, в 1586 году. Цит. по: Русский вестник. Т. 1. Вып. 1. 1841.
474. Шильтбергер И. Путешествие по Европе, Азии и Африке. Элм. Баку, 1984.
475. Еврейские хроники XVII столетия. (Эпоха “хмельничины”). Гешарим. М., 1997.
476. Гизен, Стефан и Гейс, Стефан. Описание путешествия в Москву Николая Варкоча, посла Римского императора, в 1593 году. Цит. по: Проезжая по Московии. Международные отношения. М., 1991.
477. Роде А. Описание второго посольства в Россию датского посланника Ганса Ольделанда в 1659 г. Цит. по: Проезжая по Московии. Международные отношения. М.,1991.
478. Леонтий. История жизни младшего Григоровича. Цит. по: Путешествия в Святую Землю: записки русских паломников и путешественников XII–XX вв. Лепта. М., 1994.
479. Рогатко С.А. История продовольствия России с древних времен до 1917 г. Русская панорама. Творческая мастерская «БАБУР-СТМ». М., 2014.
480. Услар П.К. Древнейшие сказания о Кавказе. Типография Меликова. Тифлис, 1881.
481. Ц. де Бриада. История татар. Часть 3-я. Исследования и материалы. Цит. по: Христианский мир и «Великая Монгольская империя». Материалы францисканской миссии 1245 года. Евразия. М., 2002.
482. Книга моего деда Коркута. Огузский героический эпос / Пер. В. В. Бартольда. М.; Л., 1962.
483. Миллер Г.Ф. Описание сибирских народов. Цит. по: Фрагменты из труда «Описание сибирских народов». Рыцари тайги. Дешифровка и перевод с автографов Г. Ф. Миллера А. Х. Элерта (РГАДА, фонд 181, дело 1386).
484. Смит Т. Сэра Томаса Смита путешествие и пребывание в России. СПб., 1893.
485. Эвлия-Эфенди. Путешествие турецкого туриста вдоль по восточному берегу Черного моря. Цит. по: Записки Одесского общества истории и древностей, Том IX. 1875.
486. Эвлия Челеби. Книга путешествия. Вып. 1 Земли Молдавии и Украины. Наука. М., 1961.
487. Эвлия Челеби. Книга путешествия. (Извлечения из сочинения турецкого путешественника ХVII века). Вып. 2. Земли Северного Кавказа, Поволжья и Подонья. Наука. М., 1979.
488. Эвлия Челеби. Книга путешествия. (Извлечения из сочинения турецкого путешественника ХVII века). Вып. 3. Земли Закавказья и сопредельных областей Малой Азии и Ирана. Наука. М., 1983.
489. Кырымлы Хаджи Мехмед Сенаи. Книга походов. Крымучпедгиз. Симферополь, 1998.
490. Мартыненко А.А. Язык русских. М., 2015.
491. Мартыненко А.А. Русское оружие. «Помощь» по-американски. М., 2015.
492. Мартыненко А.А. Запрещенная победа. Заговор против Руси и России. Издательство «Институт Русской цивилизации». М., 2015.
493. Григорович-Барский В.Г. Странствования по святым местам востока. Часть I. 1723–1727. ИИПК. «ИХТИОС». М., 2004.
494. Закарийа`ал-Казвини. Памятники стран и сообщения о рабах Аллаха. Цит. по: Древние и средневековые источники по этнографии и истории Африки южнее Сахары. Т. 4. Арабские источники XIII–XIV вв. Восточная литература. М., 2002.
495. Адам Бременский. Деяния архиепископов Гамбургской церкви. Книга 2. Перевод Дьяконова И.В. по изданию: Adam von Bremen. Bischofsgeschichte der Hamburger Kirche // Quellen des 9. und 11. Jahrhunderts zur Geschichte der hamburgischen Kirche und des Reiches. Ausgewaehlte Quellen zur deutschen Gechichte des Mittelalters. Bd. 11. Berlin, 1961.
496. Адам Бременский. Деяния архиепископов Гамбургской церкви. Книга 4. Перевод Дьяконова И.В. по изданию: Adam von Bremen. Bischofsgeschichte der Hamburger Kirche // Quellen des 9. und 11. Jahrhunderts zur Geschichte der hamburgischen Kirche und des Reiches. Ausgewaehlte Quellen zur deutschen Gechichte des Mittelalters. Bd. 11. Berlin, 1961.
497. Баварский географ. Цит. по: Немецкие латиноязычные источники IX–XI веков. Наука. М., 1993.
498. Церковный словарь, или истолкование Славенских, также маловразумительных древних и иноязычных речений, положенных без перевода в Священном Писании… Типография Ивана Глазунова. СПб., 1817.
499. Блез де Виженер. Описание Польского королевства. Цит. по: Мемуары, относящиеся к истории южной Руси. Выпуск I (XVI ст.). Киев, 1890.
500. Видекинд Ю. История десятилетней шведско-московитской войны XVII века. Книга 1. Российская Академия Наук. М., 2000.
501. Баранщиков В. Нещастные приключения Василия Баранщикова, мещанина Нижнего Новгорода, в трех частях света: в Америке, в Азии и в Европе с 1780 по 1787 г. Цит. по: Путешествия по Востоку в эпоху Екатерины II. Восточная Литература. М., 1995.
502. 503. http://cont.ws/post/140489
504.  Бэкон Ф. Этические воззрения Фрэнсиса Бэкона. Цит. по: Англия в эпоху абсолютизма (статьи и источники). МГУ. М., 1984.
505. Ибн Баттута. Подарок наблюдающим диковинки городов и чудеса путешествий. Цит. по: Древние и средневековые источники по этнографии и истории Африки южнее Сахары. Т. 4. Арабские источники XIII–XIV вв. Восточная литература. М., 2002.
 506. Абд ар-рашид ал-Бакуви. Сокращение [книги о] «памятниках» и чудеса царя могучего. Цит. по: Китаб талхис ал-асар ва'аджа'иб ал-малик ал-каххар. М., 1971.
507. Абд ар-рашид ал-Бакуви. Сокращение [книги о] «памятниках» и чудеса царя могучего. Цит. по: Китаб талхис ал-асар ва'аджа'иб ал-малик ал-каххар. М., 1971.
508. Бартоломей Английский. О свойствах вещей. Цит. по: Английские средневековые источники. Наука. М., 1979.
509. Сведения о народах Кавказа (1404 г.). Элм. Баку, 1979.
510. Гийом Левассер-де-Боплан и его историко-географические труды относительно Южной России. Киев, 1901.
511. Гийом Левассер де Боплан. Описание Украины. Древлехранилище. М., 2004.
512. Робер де Клари. Завоевание Константинополя. Наука. М., 1986.
513. Ахмад Дониш. История мангитской династии. Дониш. Душанбе, 1967.
514. Великая хроника о Польше, Руси и их соседях. М., 1987.
515. http://cont.ws/post/142606
516. Климент Адамс. Первое путешествие англичан в Россию в 1553 году // Журнал министерства народного просвещения. № 10. 1838.
517. Патрик Гордон. Дневник 1677–1678. Наука. М., 2005.
518. Самуэль Коллинс. Предисловие к лондонскому изданию The Present State of Russia, in a Letter to a Friend at London, Written by an Eminent Person residing at the Great Tzars Court at Mosco for the space of nine уears. Illustrated with many Copper Plates. London, Printed by John Winter for Dorman Newman at the Kings Arms in the Poultry. A.D. 1671.
519. Джильс Флетчер. О Русском государстве. Лондон, 1591.
520. Российская вивлиофика. Ч. 4. Комп. Типографическая. М., 1788.
521. Соловьев С. М. Сочинения. Кн. III. M., 1989.
522. Карамзин Н.М. История государства российского. Т. XI. Калуга, 1994.
523. Крижанич Ю. Политика. Редакция М.Н. Тихомирова, перевод А.Л. Гольдберг. М., 1965.
524. 525. Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа. Свято-Почаевская Лавра. Почаев, 2012.
526. Логинов Д. Институт богословия РСТ СВА,  2012.
527. Мартыненко А.А. Русское оружие. Помощь по-американски. М., 2015.
528. 529. Михаил Сириец. Хроника. Цит. по: Из хроники Михаила Сирийца. (Статья пятая) // Письменные памятники Востока. 1978–1979. Наука. М., 1987.
530. Шихаб ад-дин Абу-л-Аббас Ахмед ибн Али ал-Калкашанди (1355–1418). Светоч для подслеповатого в искусстве писца. Цит. по: Географическое описание Золотой Орды в энциклопедии ал-Калкашанди // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки. Вып. XVIII. СПбГУ. СПб., 1995.
531. 532. Ал`Умари. Пути обозрения государств с крупными городами. Цит. по: Древние и средневековые источники по этнографии и истории Африки южнее Сахары. Т. 4. Арабские источники XIII-XIV вв. Восточная литература. М., 2002.
533. Аппиан Александрийский. Римская история. Иберийско-римские войны. ООО «Издательство АСТ», «Ладомир». М., 2002.
534. Аппиан. Римские войны. Изд-во «Алетейя». СПб, 1994.
535. Аполлодор. Мифологическая библиотека. Книга II. Издательство «Наука», Ленинградское отделение. Ленинград, 1972.
536. Павел Диакон. Деяния Мецких епископов. Цит. по: Отзвук настоящего: Историческая мысль в эпоху каролингского возрождения. ИЦ «Гуманитарная Академия». СПб., 2006.
537. Павел Диакон. История лангобардов. Книга 2. Цит. по: Средневековая латинская литература IV–IX вв. М. 1970, Paulus Diakonus. Geschichte der Langobarden. Essen. Phaidon. 1987.
538. Ксенофонт. Киропедия. Книга I. Наука. М., 1976.
539. Ксенофонт. Киропедия. Книга III. Наука. М., 1976.
540. Ксенофонт. Киропедия. Книга VIII. Наука. М., 1976.
541. Гелиодор. Эфиопика. Книга IX. Цит. по: Античный роман. «Художественная литература». М., 2001.
542. Отец Георгий Мицов. Зачем ты есть.
543. Плутарх. О судьбе и доблести Александра. Речь первая. Цит. по: Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Трактаты и диалоги. «РИПОЛ КЛАССИК». М., 1998.
544. Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Александр. Цит. по: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах. Издательство Российской академии наук «Наука». Издание дополненное и исправленное. Том II. М., 1994.
545. Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Красс. Цит. по: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах. Издательство Российской академии наук «Наука». Издание дополненное и исправленное. Том I. М., 1994.
546. Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Лукулл. Цит. по: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах. Издательство Российской академии наук «Наука». Издание дополненное и исправленное. Том I. М., 1994.
547. Буровский А. Петр Первый. Проклятый император. «Яуза». «Эксмо». М., 2008.
548. Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Нума. Цит. по: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах. Издательство Российской академии наук «Наука». Издание дополненное и исправленное. Том I. М., 1994.
549. Тит Ливий. История Рима от основания города. Книга I. Издательство «Наука». М., 1989.
550. Тит Ливий. История Рима от основания города. Книга V. Издательство «Наука». М., 1989.
551. Марк Туллий Цицерон. Трактаты об ораторском искусстве. Топика. Цицерон. Эстетика: трактаты, речи, письма. М., 1994.
552. Сульпиций Север. Хроника. Книга 1. Цит. по: Сульпиций Север. Сочинения. Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). М., 1999.
553. Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати Цезарей. Книга 3. Тиберий. Издательство «Наука». М., 1993.
554. Клавдий Элиан. Пестрые рассказы. Книга I. Цит. по: Элиан. Пестрые рассказы. Перевод с древнегреческого, статья, примечания и указатель С.В. Поляковой. Издательство Академии Наук СССР. М.–Л., 1963.
555. Клавдий Элиан. Пестрые рассказы. Книга V. Цит. по: Элиан. Пестрые рассказы. Перевод с древнегреческого, статья, примечания и указатель С.В. Поляковой. Издательство Академии Наук СССР. М.–Л., 1963.

556. Корнелий Тацит. История. Книга V. Цит. по: Корнелий Тацит. Сочинения в двух томах. Том II. «История». Науч.-изд. центр «Ладомир», М., 1993.
557. Сенека. О благодеяниях. Семь книг к Эбуцию Либералию. Книга III. Цит. по: Римские стоики: Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий. Республика. М., 1995.
558. Луций Анней Сенека. Трагедии. Агамемнон. «Искусство». М., 1991.
559. Луций Анней Сенека. Трагедии. Медея. «Искусство». М., 1991.
560. Саллюстий. О заговоре Каталины. Цит. по: Записки Юлия Цезаря. Сочинения. Ладомир; ООО «Фирма “Издательство АСТ”». М., 1999.
561. «История» Олимпиодора (В записях и выборках Фотия) // Византийский временник, Том 8 (33). 1956.
562. Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга VII (Фрагменты). Цит. по: Диодор Сицилийский. Греческая мифология (Историческая библиотека). Лабиринт. М., 2000.
563. Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга XVII. Цит. по: Квинт Курций Руф. История Александра Македонского. С приложением сочинений Диодора, Юстина, Плутарха об Александре. Изд-во МГУ. М., 1993.
564. Павел Орозий. История против язычников. Книга II. Алетейя. СПб., 2001.
565. Николай Дамасский. Собрание занимательных обычаев (из сборника Стобея). Цит. по: «Вестник древней истории». 1960 г. № 4.
566. Фукидид. История. Книга I.
567. Иосиф Флавий. Иудейские древности. Книга 1.
568. Хожение Зосимы в Царьград, Афон и Палестину. Цит. по: Книга хожений. Записки русских путешественников XI–XV вв. Советская Россия. М., 1984.
569. 570. http://ru.wikipedia.org/wiki/
571. О земле Иерусалимской и ее обитателях. Цит. по: Царствие Небесное: Легенды крестоносцев XII–XIV веков. Издательский Дом “Азбука-классика”. СПб., 2006.
572. Фомин С.В. Правда о первом русском Царе. Русский издательский центр. М., 2012/7520.
573. Гендерсон Э. Библейские разыскания и странствия по России, включая путешествие по Крыму и перехлд через Кавказ. СПб., 2006.
574. Булгаков С. прот. Настольная книга священно-церковнослужителя. Т. II. М., 1993.
575. Фрезер Дж. Золотая ветвь. М., 1980.
576. http://oldfisher-mk.livejournal.com/140040.html
577. Величко В.Л. Кавказ. Фэри-В. М., 2003.
578. Классен Е.И. Новые Материалы по древнейшей истории славян вообще и славянорусов рюриковского времени в особенности с легким очерком истории руссов до Р.Х. Выпуск 13. М., 1854.
579. Живая старина. Наука. Новосибирск, 1989.
580. Полевой В.М. Искусство Греции. М., 1970
581. Геррит де Фер. Плавания Баренца. Полярная библиотека. Издательство Севморпути. Л., 1930.
582. http://ru.wikipedia.org/wiki/Антоний_Римлянин
583. - 194








Рецензии