За Победу!

Иной раз глаз поднять не можешь, махнёшь рукой мысленно,- бесполезно, и стоишь молчишь. Много ли таких, которым всё фиолетово? Ну наверное, лет после пятидесяти их становится больше, - силы кончаются.
Трудно говорить с тем, кто думает иначе.
Раньше казалось, что не понимают потому, что не задумываются. А сейчас, как в гражданскую войну, - не понимают, потому что ты им враг. Почему враг, - неведомо сие.
Вот вам нужна европа как объект завоевания? Пропади она пропадом, у меня своих дел хватает, ЖКХ, ипотека, кредиты, детишки посаженные в интернет, синие киты плавают, место встречи изменить нельзя, а жить когда? Ну по пиву, ну шуба новая, а так всё на так, - как получка, отстегни большую часть и клади зубы на полку, - мышка пробежала, хвостиком махнула, что не нашла, то мы подобрали. Налогов нельзя, ну назови иначе — будет тебе планктон, будет тебе и нанокадастр.
Да возьмите вы себе все эти деньги, жрите их утром и вечером, купайтесь в алмазах, авось геморрой прохватит, всё равно будете сосать овсянку и бульон, как и все, когда время ваше кончится, какая бы ни была шёлковая кожа, к старости все на шагрень переходят, хоть внатяг, хоть в гармошку.
Трудно делать выбор между внатяг и вгармошку. Внатяг герои живут, у них спина не гнётся. А обычному человеку куда податься? Вот и качаешь всю жизнь меж берегов, - тут промолчи, а тут отбивайся, иначе швах, ну совсем, впору удавиться. Но когда не удавишься, как-то легче становится, ну, если, конечно, душу не проглотил.
А что душа, - она с рождения не каждому даётся, вот Адаму повезло сразу, ну а нам, если в себе покопаться — не факт. Тело очень ощущаешь, жрать, спать, жену приласкать, детёнышей жалко опять, да пахать надо, бабло лелеять, огрызаться, когда в угол загоняют, ну это не душа же. Вот когда стыдно бывает, ой, как редко, как-то сразу целиком себя видищь — и внутри, и со стороны, вроде не краснеешь, а горишь.
Плохо, что стыдиться, кроме как Бога, некого, соседи съёмные, дети безграмотные, депутат навроде батюшки, не он место красит, а место его вознесло, и колокола нынче в ночь на Пасху не звонили, видать, трудящимся спать мешают. Раньше соседи вроде родни были, квартиры вместе получали, жили одинаково, а сейчас у нас только дворник не меняется вот уже 10 лет, всё бизнес какой-то делает на мытье полов. Гиляровского почитаешь, - матушки родимые, да нет нынче  людей с такими фамилиями, повыбили роды, и внуков порешили в одночасье, рискни сейчас Москву сжечь, чтоб Наполеону не досталась, - свои же загрызут, пожалуй.
Опять же цензура,- кто сказал, что плохо? Я вот не психиатр, мне чикатилу наблюдать не интересно, не считаю я за людей тех, у кого цель жизни топор почесать или евротухлятину есть от пуза, и бабу свою прорезинить.
Иногда кажется, а я дедов не хуже, за отвагу бы и на пулемёт бы смог, вон вчера же девчонку отбил на тёмной улице, да улица была не горазд тёмная, да народ пешком ходил, хоть и мимо, а когда стая пацанвы навстречу идёт, окоп глазами ищешь.
Я как-то с девушкой поругался, до смерти, приревновал, думаю, удавлю, а она мне, - ну что, что ты мне сделать можешь, ну убьёшь, ну покалечишь, ну что?
Не всем везёт так, чтоб умереть сразу. Только нельзя об этом думать. Жизнь исполнять надо, предусмотреть, что можешь, предотвратить, что надо, предостеречь, кому нельзя.
А то, что полнарода смотрит на остальной и считает по головам параноиков, а те считают себя правыми, так они правы.
Да у нас все знают, что всех кого надо слушают, и всегда слушали. И? Даже если ты никому не нужен, твой сосед через три этажа может быть, контактёр Викиликс, или с зелёными человечками запанибрата. И? Жена Лота солью подавилась, а тут уж деваться некуда, - либо на Дальний Восток в пампасы, либо живи за стеклом, а тех, кто за стеклом, разглядывай и приметы запоминай, среди них тоже свой брат найдётся. Это америкосы индейцев изничтожили как класс, а у нас как классы ни уничтожали, так перевернулось, что мы по рекреациям на цыпочках ходим, а классы по сторожевым высоткам окопались.
И не надо мне автомата в руки, я вас умоляю, мало ли что гаишнику скажешь вгорячах, но только ты границы не переходи, потому что я получку-то люблю получать, и недоволен, что она маленькая, ипотека жилы тянет, и точно знаю, что героев на первый-второй рассчитайсь насквозь не разглядишь, половина в брутто балластом ко дну пойдёт, но как вспомню на войне как на войне, челюсть сводит, моя земля, мои деды, перед ними отвечаю, моя Москва, мой вечный огонь, и сидит у меня внутри что-то, что в остальной половине замешано, укоренился я в памяти нашей и ныне и присно, и во веки веков, аминь, за Победу, если смерти, то мгновенной, если раны - небольшой!


Рецензии