Призвание варяга гл 15 На распутье

Новгородский вечер перешел в ночь. Мысли Варвары о предстоящем замужестве носились вереницами, не давая уснуть: только она успевала осмыслить одну, как на ее место прилетала еще дюжина. От возбуждения щеки княжны то рдели, то бледнели. Все последние дня она представляла, как легко ей будет в новом образе княгини, как уверено она сможет отдавать приказы, устроив все по своему вкусу, и как назло завистникам станет мудрой правительницей. К тому же грела мысль, что Изборское княжество богато и неприступно (как утверждал Гостомысл). Но главное, ходят слухи, что жених красив и умен. Хотя отец упоминал и о другом претенденте на ее руку – князе родом из Рарога, кстати, давно разрушенного, но в давние времена периодически нападавшего на земли, считающимися закрепленными за Новгородом. Итак, второй жених. Сейчас точно уже не вспомнишь, кто таков, но там вроде что-то несущественное…Сын не то кухарки, не то еще кого-то.

Погруженная в размышления, княжна даже не сразу услышала слабый стук в свою дверь.

- Кто? - спросила Варвара, поспешно натянув на себя покрывала.

- Дитя, это я, - голос отца прозвучал подозрительно тихо. Казалось, он не хотел, чтобы кто-то знал о его разговоре с младшей дочерью. Поздний час также указывал на это. - Я хотел поговорить о твоем предстоящем замужестве, - войдя в теремок, начал князь сразу с главного. - Ты моя любимая дочь, и потому я даю тебе право выбора, - нарочито устало вздохнул Гостомысл. - Хотя я и не уверен, что ты склонишься в верном направлении. Но все-таки я не желаю тебя неволить, если и есть для тебя какое-то различие - ты решишь это сама. Единственное, о чем я хочу напомнить тебе - это об истории нашего славного рода, берущего свое начало от легендарного Словена...Еще твой великий прадед говорил, что только простолюдин может легко опозорить себя. Но ты не имеешь права на вольность, понеже от того зависит честь твоего имени! И то, что позволено всем, не позволено ти…

- Не понимаю…- нахмурилась Варвара. - Батюшка, ты, что, говорил с Велемирой?

- Нет, - Гостомысл покачал головой, не обратив внимания на этот интересный вопрос. - Я говорю тебе все это потому, что завтра как раз тот самый день, который в наивысшей степени явится поворотным в твоей судьбе: приходят послы за нашим решением. Скоро ты покинешь этот дом навсегда…Ты выйдешь замуж и…

- Знаю! А кстати, почему я, а не Велемира? Она ведь старшая! - сей нюанс занимал Варвару.

- Велемира и Роса - дочки смирные; они сделают, как я велю. А ты…Моя маленькая бунтарка…- Гостомысл с улыбкой потрепал Варвару по щеке. - И потом, я хочу, чтобы Велемира осталась здесь, в Новгороде, помогая управлять вашему брату Амвросию. Но главное - я желаю, чтобы у тебя был выбор. И он, слава богам, у нас имеется: князь Изборский Радимир и князь Рёрик из Ютландии!

- Ах, ну это даже не выбор! - с некоторым разочарованием ответила Варвара. -  Изборск - град большой. Я там расположусь весьма удобно. С таким союзом нам ничего не будет страшно. Понятно, что Изборский Радимир! А тот второй жених…Неизвестно, откель взялся…

- Ну почему же, неизвестно…Как раз-таки все предельно ясно с ним…- усмехнулся Гостомысл. - Еще его дед, а затем и отец, приходили на наши земли. Разоряли их, придавая мечу все живое, что попадалось им на пути. Много жизней положили наши предки на эту борьбу…Он сын нашего врага…

- Он сын нашего врага?! - переспросила Варвара. - И что же, наши предки, действительно, воевали с его народом?

- Действительно, - подтвердил Гостомысл.

- В таком случае, я охотнее стану женой простого косильщика с окраины нашего княжества, чем буду рядом с потомком того, кто причинил нашему народу столько горя! - вознегодовала Варвара.

- Даже так…- Гостомысл таинственно улыбнулся. Он сам учил своих детей любви к родине. Прививал им это чувство с пеленок. Но ни в ком из них он не встречал такого пыла, как в самой младшей своей дочери. Обычно женщин интересует не то, кто был предком их избранника. Их больше занимает нынешнее его положение. И если он влиятелен, красив и молод, они выдут замуж даже за сына последнего злодея.

- К тому же мне рассказывали, что он имеет некие затруднения со своими собственными землями... - вспомнила Варвара.

- Насплетничали, значит, уже, - Гостомысл усмехнулся, но потом снова принял серьезный вид. - Он законный наследник престола Рарога (который, правда, уже не существует), хозяин Дорестадта (там дела тоже не лучше). Сам император в свое время выделил ему земли в лен. Некоторые из них и сейчас покорены его власти. Правда, вот, надолго ли? Однажды его отец уже потерял древний град Рарог, а вместе с ним и жизнь, оставив свою семью в условиях, когда они были вынуждены спасаться у соседей. Похоже, Рёрик и его братья сумели вернуть часть наследства своего отца. Но с трудом верится, что надолго. Может, из него вышел бы толк, если б у него было больше сил...- рассуждал Гостомысл. - Но что он может со своей крохотной дружиной? А наемникам надо много платить. Боюсь, однажды награбленное им золото иссякнет, и некому будет защищать его город. Да и потом, он ведь сущий разбойник! Пусть сейчас он и князь. И даже более ли менее сносный воин…- Гостомысл крайне поверхностно коснулся этой темы, хотя знал, что имя Рёрика давно гремит на Эльбе, Рейне и Луаре. И он долгое время известен как удачливый речной пират, за которым ввиду его бесчисленных побед готовы последовать многие искатели славы, наживы и приключений. Романтичный образ отчаянного храбреца мог увлечь юную княжну не в ту степь, чего допускать не следовало. «Конечно, сам по себе Рёрик может быть и неплох, но у него только и есть, что его мужество, да горсть верных людей…», - думалось Гостомыслу, «то ли дело Изборский жених, который принесет с собой нечто более осязаемое, чем одну свою отвагу». - Я буду честен с тобой, дитя, - продолжал князь. - Рёрик самим императором признан законным наследником части земель Ютландского полуострова…Все вроде бы так…Да где сейчас сам император? Его слово, к сожалению, уже ничего не значит. А его сыновья готовы перегрызть друг другу глотки, словно псы, дерущиеся из-за кости! Для них Рёрик никто, и скоро он лишится последнего оплота своей власти, потеряв даже Дорестадт. Нет, дитя мое, он не князь, а бандит, - покачал головой Гостомысл. - В нем княжеского не так много, как нам хотелось бы, - нарочито огорченно покачал головой Гостомысл. - Помни, кем бы ты ни была в следующей жизни - в этой ты должна думать о будущем своего народа. Ты в ответе за каждого, кто ступает по нашей земле…И выбор мужа – это выбор, который ты должна сделать, думая о благе княжества. Мне приятно, что ты все-таки тяготеешь к верному решению. Значит, Радимир, - князь довольно улыбнулся, одобрительно оглядев дочку.

- Безусловно,- заверила юная княжна.

- Безусловно… Безусловно…И все же выбор за тобой. Главное, чтобы потом не винила отца, - Гостомысл вздохнул, оглядев дочь. - Я вижу, что тревожился напрасно. Ты сама понимаешь: нам ни к чему тот, чьи карманы опустеют не сегодня, так завтра , - князь многозначительно оглядел дочь. И в этом взгляде читалось, что дело не только в проблемах с наследством Годслава, а в чем-то еще.

Гостомысл хорошо помнил тот вечер и ту историю, которая произошла с ним очень давно, а казалось, как будто вчера…

День катился к закату. Влажный от дождя воздух дрожал на ветру. Ленивые стайки птиц медленно плыли по небу. На опушке леса расположился лагерь новгородского воеводы Гостомысла. Каждый дружинник занят приготовлением к грядущему ночлегу. Все идет своим чередом. Но не так приятен сон, когда знаешь, что каждое мгновение может стать последним для тебя самого и твоих подопечных. Гостомысл был воевода мудрый, его предусмотрительность восхищала даже врагов. Не было еще ни разу случая, чтобы, зазевавшись, князь потерял бы бдительность или войско. «Мир жесток…», - любил повторять князь, надвигаясь на соседнее поселение, временно покинутое своим защитником. Ведь нередки случаи, когда владыка сопредельных земель в необходимости наживы оставлял родные места и также отправлялся в собственный завоевательный поход. И, разумеется, лис, желающих зайти в незапертый курятник, находилось довольно. Вот и Гостомысл, устремился на огонек, не заметив раздосадованного хозяина, возникшего, словно из ниоткуда. Пришлось сворачивать шалаши и поспешать обратно на родную сторонушку. Как раз сейчас беспокойная мысль не давала покоя уму Гостомысла: «А вдруг не успеем?!». Как опытный воин, он не опасался погони, вернее, опасался не только ее. И все же куда больше его тревожило то, что, польстившись на жирный куш в землях Рарога, проскакав к ним не одни сутки и оставшись ни с чем, Новгород теряет возможность приобрести подобную добычу в ином месте. Затевая сей набег, Гостомысл рассчитывал не только запастись добром на годик, но и оставить за собой последнее слово в бесконечной битве двух княжеств, длившейся уже не один десяток лет. Да, разгромить соседа, чьи отцы и деды многократно нападали на Новгород - удовольствие редкое. Хотя первая причина задуманного набега была наиболее весомой. Ведь род Гостомысла славился широтой своей души. Пиры и праздники не успевали сменять друг друга. Княжеские чертоги населяло бессчетное количество ненасытных ртов приживалов и нахлебников, о большей части которых князь и вовсе не догадывался. Так или иначе, казна пустела стремительно, и походы не успевали наполнять ее в тех пределах, которые требовались. Приходилось применять меры, не приветствуемые людом: увеличивались поборы и все больше крестьян задействовалось на землях князя в безвозмездном труде.

В дружном народе бушующей волной нарастал ропот недовольства: «Отчего не призвать к нам на княжение Светлого князя Боримира или Храброго Избыгнева? Всяко лучше будет!». Но ни Светлый Боримир, ни Храбрый Избыгнев - так и не доехали до Новгорода. Боримир, обладающий поистине удивительным чутьем, почуял неладное, получив в подарок от Гостомысла голову своего соглядатая, которого отправил в Новгород разведать что и как. «На чужой каравай рот не разевай!», - вовремя вспомнил Боримир и отказался от затеи.

Что же касается Храброго Избыгнева, к нему судьба оказалась менее благосклонна: отважный детина уже дал согласие на княжение, но на пути в Новгород попал в беду…Подробности этого прискорбного события остались окутаны мутной пеленой тайны. Известно лишь то, что Гостомысл был безутешен еще долгое время, со слезами на глазах поминая безвременно канувшего в небытие родственника. Но урок князь усвоил. Не только силами собственного народа стоит возрождать былую славу княжества и его великолепие. Тем и хороши просторы славянские: куда не кинь взор – повсюду добрый соседушка, который достоин того, чтоб ему всыпать за его козни.
 
И вот Гостомысл задумчиво наблюдает закат. В Рароге поживиться не удалось и в Старград уже не успевается…Проклятье...Новых налогов люди не потянут. А на носу зима…До весны никаких походов…

Внезапно плавное течение мыслей князя прервали окрики дружины, возня и суматоха.
- Князь, мы окружены! Годслав со своим войском повсюду, - завопил подбежавший слуга-конюх, бледный от страха и волнения. Кожа на его лбу была содрана, а из ранки тонкой струйкой сочилась алая кровь – результат внезапного пробуждения ото сна под дубом. - Их в два, а то и три раза больше, чем нас!

 Более всего прочего князь усвоил: что бы ни случилось - поддаться панике - означает не только погубить любое начатое дело, но и остаться без обеспеченной старости где-нибудь на задворках Новгорода. Однако вступать в схватку с таким бешеным противником, коим являлся Годслав, новгородские вояки сегодня не готовы. Вернее, они-то готовы. Но вот сам Гостомысл не желает такого продолжения вечера. Ведь ясно же, что то будет настоящая бойня, в которой погибнут многие. Одно дело потерять людей при завоевании добычи или обороне собственных земель и совсем другое - в бою среди лесов и болот. Тут нет ни славы, ни выгоды. Это глупо и бестолково. Нет, он, Гостомысл, не  желает привести всех этих людей, верных ему, к смерти. Он вернет их домой целыми и невредимыми. По крайней мере, на этот раз.

- Что ты называешь войском? Годслав со своей дикой сворой не станет пересекать дорогу мне... - для вида отвечал Гостомысл, тем временем рассеянным взглядом ища свой меч и доспехи.

- Боюсь, что он уже пересек ее, и буде мы останемся целы и невредимы, люди впоследствии смогут назвать это чудом, - ворчливо закончил начатую князем воодушевляющую речь воевода Бойко. Этот человек считался неплохим бойцом, хотя и не блистал отвагой на полях сражений. Собственно, он, скорее, превосходил противника по исключительному умению гнать лошадь к горизонту, а потом, являясь одним из немногих уцелевших очевидцев происходившего на поле брани, срывал победоносной рукой плоды славы, повествуя о подробностях сражения, которого зачастую и не видел. Зато его хитроумные советы нередко приходили на помощь князю в затруднениях, в том числе, и военного характера. В любом случае Бойко раздосадовала возможность близкой кончины при столь нелепых обстоятельствах. Но что ж здесь предложишь? Тем временем шум приближающихся копыт становился все отчетливей…


Вечерело. Воздух становился прохладнее, бледный лик луны слабо вырисовывался на мраморном небе. Под сенью раскидистых берез пировали недавние враги – Гостомысл и Годслав. Шум веселья оглашал просторы. Задорный смех и гул голосов разносились по округе купно с ароматом жареных на вертеле поросят.

Неожиданно в затруднении может прийти решение. Оно и пришло к Гостомыслу в ту самую минуту, когда он увидел вдали угрожающе надвигающийся табун лошадей и их закованных в латы наездников. Сейчас Гостомысл слушал рассказ Бойко о том, как бывало когда-то на землях словянских, но в действительности думал о своем. Приятно вспоминать, как лихо получилось выкрутиться из щекотливой истории. А дело было так.

- Спрятать мечи, опустить копья! - прошипел вдруг Гостомысл, завидев приближающегося врага.

- Но кормилец…- послышалось со всех сторон. - Безоружных, они растерзают нас живьем!

- Я сам вас растерзаю, ежели вы сейчас же не выбросите прочь эти железяки! - рявкнул князь, торопливо расправляя складки одежд.

Новгородцы нехотя вернули свои мечи в ножны. Что до Годслава, издали увидав странное положение дел, он поумерил свой пыл и, медленно приближаясь, что-то говорил своим людям.

Для своих лет хозяин Рарога выглядел неплохо. Правда, сколько ему лет, никто толком не знал. Но зато за свою жизнь он успел свершить немало полезного: получить в управление древний град, оставить несколько десятков потомков (из которых законными наследниками всего добра были только трое), наконец, завоевать дурную славу самого ненадежного союзника, для которого ничего не стоит всадить поглубже ржавый ножик в спину недавнему приятелю. Однако ему всегда хватало ума лишь сделать шаг, но не посмотреть под ноги. Оттого Гостомысл и посмел надеяться на счастливый исход дела: на то, что Годслав в силу своей беспорядочности, как обычно ни в чем не разобравшись, еще переменит свое решение под опытным воздействием. С юности готовый ввязаться в любую драку из-за пустяка, Годслав и сейчас рассчитывал на жаркое продолжение вечера, предвкушая крики и стоны поверженного врага, не смеющего заикнуться о пощаде. Однако издали увидев приветливую улыбку на лице Гостомысла (который приложил немало усилий, чтоб она выглядела как можно более естественной), он стал сомневаться в своем намерении «вздернуть через час этого подлого старика» на главной площади родного Рарога.

«Быть может, это ловушка», - только и успел обронить он помощнику по имени Дражко, как навстречу им с распростертыми объятиями уже спешил радостный Гостомысл. Просипев слова приветствия, хозяин Новгорода держал речь.

- Добрый друг! Не верю очам своим ! Ты ль это! Быть может, тебе доложили, я приезжал в твои земли, надеясь застать тебя. Но великие люди не сидят по избам! Все в разъездах? - улыбался Гостомысл.

А Годслав от такого крепкого натиска немного опешил. Еще не прошло и получаса, как он клялся в том, что новгородский воевода поплатиться жизнью за свою дерзость, в то время как сейчас, не зная, что и думать, он решил, что спешить в таких запутанных делах не стоит, и лучше сперва разобраться. В конце концов, он и сам, Годслав, ни раз нападал на Новгородские земли в те дни, когда Гостомысл отсутствовал в городе. Это даже уже что-то вроде традиции.

- Да, мне сообщили...- недоверчиво косясь, отвечал Годслав. - Правда, глупый люд все перепутал, зачем ты приезжал и к кому, - и тут же поспешно добавил, - я тоже рад…Какое-то дело было, аль так, повидаться? - осторожно спросил Годслав, понимая, что «видаться» с ним никто не собирался. Ведь не прошло и пары лет, как новгородцы насилу отбили Годслава с его несметным войском от родных стен. Вражда эта была продолжительной и с переменным успехом тянулась долгие годы. Еще отец Гостомысла, князь Буривой, в свое время оборонялся от набегов батюшки самого Годслава (который сам в ту давнюю пору был еще совсем мал), умудрившись однажды даже совсем потерять Новгород. Насилу удалось вернуть город тогда обратно.

- Повидаться! Повидаться, друг мой! И дело, конечно! - без смущения продолжал Гостомысл, как ни в чем не бывало. Слово за слово цепляя, уболтал незваного гостя и трапезничать оставил.

Гостомысл был дальновиднее других правителей. Он понимал, что подобные распри вредят не только врагу. И если положить конец вражде, то пользы для всех будет значительно больше, нежели теперь. Однако ясно, что вспыльчивый Годслав никогда не предложит мира. Из вредности али из-за гордыни. Но ведь не могут же они воевать вечно! Сколько можно, в конце концов.

Понимая, что Годслав из тех, кто сейчас смеется, а через минуту уже рубит голову собеседнику, Гостомысл решил закрепить достигнутый успех и не затягивать со своими идеями. Еще когда испуганный конюх предупреждал его о грозящей опасности, задумал Гостомысл, как стоит поступить. Недолго колеблясь, Гостомысл предложил соседу «породниться через дитяток своих и быть друг другу подмогой в делах мирских, нелегких».
- Пора нам завершить то, что начали не мы. Будем отныне союзниками и верными другами. В конце концов, Годслав, дружок, кому, как ни нам, старикам, заботиться о дитятях своих! Я не знаю лучшего семейства, чем твое! Ты хотел знать, почто я приехал к тебе в Рарог?! Отвечаю: не нужен мне другой сват, как не ты! - казалось еще немного - и из глаз Гостомысла брызнет слеза.

Годслав не устоял пред сладкозвучными речами и согласился на заманчивое предложение. Тем более, что оно весьма разумно: пора положить конец раздору, длившемуся многие годы между братскими народами.

Вздохнул свободнее Гостомысл. Лишь после сего уговора, он почуял, как приятно пахнет подрумянившийся на костре поросенок, как хмель ударил в голову, разлив по телу приятное тепло. Его запомнят мудрым правителем. Он не загубил ни одной жизни зазря, он напротив - спас многих.

Только сейчас, сидя возле Варвары, осознал Гостомысл всю значимость своих слов, наспех брошенных тогда во хмелю. С одной стороны он уберег свое войско от потерь, с другой – ему совершенно не хотелось родниться с сыном чудовищного Годслава. Будучи наслышанным о буйном нраве Рёрика, Гостомысла не прельщала мысль о таком союзе. Ибо княжение его закончится на той самой минуте, как сын Годслава (очевидно, подобный своему зверскому родителю) станет мужем Варвары.

Князь рассуждал так: «Яблоко от яблоньки не далеко падает. Надо сторониться этого головореза, которого и так боятся все соседи. Не моя же вина, что дочь выбрала другого. Да и времени столько прошло с этого уговора: десятилетия минули…Авось обойдется…».

- Конечно, отец. Не может быть и речи! - реплика дочери вывела князя из задумчивости. - Сын нашего врага не станет моим мужем, - по-детски возмущенно ответила Варвара, не подозревающая, что существуют и другие причины отцовского беспокойства относительно второго жениха.

- Вот и славно, ты у меня дочка неглупая, - успокоился Гостомысл, поцеловав Варвару в лоб.

Гл. 16 Младший сын http://www.proza.ru/2017/04/09/656


Рецензии
Гостомысл, Анна, у Вас хитер и изворотлив, но говорят, что на хитрую ... есть что-то там винтом, так что от Годслава Гостомыслу отмазаться в прошлом удалось, а вот с Рёриком ждет облом. Потому что Гостомыслов много, а Рёриков мало. И не каждый князь способен был в те времена на государственность и соответствующее мышление. Сидели в своих уделах и грызлись в междоусобье. Должен был прийти кто-то вроде Рёрика, чтобы придать смысл ВСЕМУ.

Николай Васильевич Захаров   08.06.2018 21:20     Заявить о нарушении
" Сидели в своих уделах и грызлись в междоусобье"- о да , это нехорошо, но именно так все и было...к сожалению .

Лакманова Анна   08.06.2018 23:52   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.