Призвание варяга гл 15 Младший сын

Туман накрыл землю, поглотив все постройки, оставив лишь неясные очертания домов и деревьев. Во мгле едва виднелся огонек башенки правительницы Дорестадта. Свет в окошке мерцал, то затухая, то разгораясь. Умила сидела за кучей счетов и писем, делая для себя какие-то пометки.

Многому она научилась с тех пор, как стала женой свирепого Годслава. Все опасались ее и ненавидели.  Даже неискушенный ум прослеживал некую связь между кончиной терпеливой Ингрид и стремительным восхождением кухарки, коей по воле судьбины оказалась Умила в ту осень. Все, кроме правителя, видели истинное лицо Умилы. А он любил ее и никогда не подозревал ни в чем дурном, тем более в такого рода деяниях. В его глазах она была доброй и умилительной.

Очень неудобно зависеть от кого-то. Но Умила не тяготилась опекой своего повелителя. Она была на редкость хваткая, и вскоре весь город узнал, кому нужно пасть в ноги и молить о милостях. Вовсе не грозному правителю, а его новой жене, столь быстро сумевшей обрести влияние над суровым владыкой северных земель, омываемых хладными водами Варяжского моря. Важно не только завоевать победу – нужно еще суметь удержать ее. У Умилы это получилось: в итоге осталась лишь одна она вместе со своими детьми; не было ни Ингрид, ни Годслава, ни Харальда. Впрочем, с последним дело чуть не обернулось трагедией.

Как славно тогда они, Умила и Арви, все спланировали. Найти доказательства измены Харальда императору...И выдать его врагам. Доказательства такие быстро "сыскались". Опытная рука скоро набросала с десяток мятежных писем от имени сына Ингрид. Затем от Карла, как и ожидалось, последовало приглашение явиться, адресованное ничего не подозревающему Харальду. Последний, разумеется, принял приглашение от своего сюзерена. Но вот незадача. В ловушку угодил не один Харальд. Но и вместе с ним Рёрик...

Умила вздрогнула, вспомнив, чем чуть было не обернулась вся эта история. Харальд и Рёрик вместе оказались в плену, запертые в казематах Карла. Худо им там было сидеть в ожидании смерти. Да и не слишком гостеприимен оказался король, коли Харальд занедужил болезнью легких и умер в горячке. Неужели та же участь могла постигнуть и Рёрика? Или и того хуже...Вечный плен...Или казнь...

В глазах Умилы дрогнули слезы. Она на все готова ради своих детей. На все готова ради своего первенца. Но она же и чуть не погубила его. А если б он не сумел убежать от Карла? Если б у него не получилось выбраться из заточения?

Но он сумел. Чудом ли, волею богов, но сумел. Как всегда, он вернулся к ней домой. Так было и так будет. Слишком много она молится за него. Слишком много оберегов на нем. Так, как сына любит мать, не полюбит ни один человек на земле. И эта любовь приносит нечеловеческие страдания. Опять его нет на месте. А ей снова тревожиться за его судьбу. Не спать ночами до тех пор, пока он вновь не окажется на пороге дома.
 
Желая прогнать пугающие мысли, Умила взяла в руки колокольчик и позвонила.

- Мира! - окликнула Умила верную рабыню, которая всегда была при ней.

Тут же послышался шум шагов. Отложив колокольчик в сторону, Умила обратила взор на дверь.

- Вы звали, госпожа? - в горницу вошла миловидная девица с чистым открытым лицом. Она была предана Умиле, поскольку выросла под ее опекой. Будучи вместе с сестрой сиротами с детства, они почитали за счастье служить влиятельной повелительнице, которая оделяла их всем необходимым.

- Моя дочь, Ума, где она? Спит? - справилась Умила. Обычно она любила проводить вечера в одиночестве. Без лишней болтовни. Но сегодня ей не хотелось быть одной.

- Княжна с заката почивать изволит, - отчиталась Мира, как всегда четко.

- А мой сын? Где Синеус ? - Умила забарабанила пальцами по столу в нетерпении.

- Трудно ответить…- Мира поправила подушку, подпирающую в кресле спину Умилы.

- Найди-ка мне его. И поживей. Давай же, - поторапливала Умила, замахав рукой. Она знала, что лучше всего грусть рассеивается хлопотами.

- В такой час он может быть, где угодно, - начала Мира, которой не хотелось полночи искать князя.

- Сказала - найди, - Умила стукнула ладошкой по столу.

Прошло изрядное количество времени, прежде чем на пороге возник высокий силуэт Синеуса. Князь был ладно сложен и имел красивое мужественное лицо. Оружие и самодовольная улыбка всегда находились при нем. Синеус был не из робкого десятка. Напротив, уверенный в себе грубиян, решающий любой вопрос силой, которой у него было вдоволь. Сегодня он пребывал в праздничном состоянии духа, расположенном к шуткам.

- Матушка пожелала видеть меня, - начал Синеус, до самых дверей провожая заинтересованным взглядом удаляющуюся фигуру Миры. Он был хищник по натуре. Любил поохотиться как в лесу за тетеревами, так и в палатах да дворах за юными девицами, безмятежно разгуливающими перед его носом.

- Присядь. Нам есть, о чем потолковать, сын, - Умила жестом указала на табурет супротив себя.

- Разреши, я побуду тут! - Синеус развязано и нетерпеливо расхаживал по горнице.

- У меня для тебя новость, - Умила знала своего Синеуса очень хорошо. За долгие годы она усвоила, что с ним нельзя вступать в переговоры. Иначе он вымотает все нервы и в итоге поступит по-своему. Его нужно пригнуть, словно иву, к земле, не оставляя выбора и не обращая внимания на его сопротивление. - Очень скоро мы справим твою свадьбу.

- Откеда это взялось?! - Синеус усмехнулся, развалившись в кресле, притаившемся в углу. Это было его любимое место в покоях матери. Он никогда не присаживался к ней за стол, дабы она не втягивала его в изучение переписки с соседями и произведение прескучнейших расчетов, коими почти всегда была занята.

- Тебе нужно подготовиться. Через несколько дней ты поедешь встретить свою невесту. Она уже мчится к ти, пока мы говорим о ней, - Умила решила не вступать с ним в диалог как таковой, а поэтапно вводить его в курс дела, давая необходимые установки; в противном случае он закатит скандал и разнесет обстановку покоев.

- И кого же ты состряпала для меня в супруги? - ухмыльнулся Синеус, намекая на кулинарные таланты матери. Казалось, он пока не понял, что обсуждаемые обстоятельства реальны и относятся именно к нему.

- Урманская принцесса…Прелестная Ефанда…- Умила не успела закончить, как Синеус перебил ее.

- На ней ведь должен жениться Нег! Я тут при чем?! - Синеус вскочил с кресла, словно ужаленный.

- На ней женишься ты, - Умила встала из-за стола и приблизилась к Синеусу, поправляя его волосы бережной материнской рукой. - Твой брат не может быть одновременно в двух местах…Так что он женится на новгородской княжне, а ты на урманской принцессе, обещанной ранее ему. Но это совсем не…

- Я должен, по-твоему, подбирать за ним объедки? Матушка! - перебил Синеус, тут же вскипев. На его красивом лице вдруг нарисовался злобный оскал.

- О чем ты говоришь, какие объедки? Он даже не видел ее! - Умила не была удивлена. Она знала, что с Синеусом все будет непросто: с ним всегда бывало много сложностей.

- Выходит, он женится на новгородской княжне, получив в приданое обширные угодья, а я должен удовольствоваться лягушкой с сундуком каменьев?! - Синеус отпихнул руку матери, копающуюся в его волосах.

- Сын, не упрямься, - Умила успокоительно погладила Синеуса по спине. - Во-первых, Гостомысл не обещает за дочерью земель Новгорода…А во-вторых, дело здесь вовсе не в приданом…

- А в чем?! Ты всегда любила его больше других! У тебя на первом месте всегда Нег! Вот ты и стараешься устроить ему все получше, а мне предложить то, от чего отказался он! - Синеус был разозлен и обижен. На Рёрика, как на старшего (после смерти Годслава и Харальда), возлагались основные надежды семьи, в то время как сам Синеус считался брату только помощником, а не равным.

- Я всех своих детей люблю одинаково. Каждый из вас для меня особенный, - Умила знала о том, что в глубине души Синеус всегда ревновал ее к Рёрику. И была в этом доля истины: Нег - ее долгожданный первенец. Он был умен и быстр, словом, настоящий князь. - Не твоя вина, что он старший, а ты младший брат. Дело не в том, что я хочу ему всего, а тебе ничего. Суть в том, что именно на него возложена задача укрепить наше положение…Для этого он может вести войны, договариваться или жениться - ему выбирать…Остальные мои дети должны помогать ему на этом нелегком пути. Нам следует держаться всем вместе. Во имя процветания нашего рода. А посему, он женится на новгородской княжне и, возможно, уедет в Новгород, а ты останешься здесь со мной на защиту Дорестадта…А когда придет время…- Умила опять не успела закончить, как Синеус бесцеремонно перебил ее, буквально заорав на мать.

- И с урманской принцессой! Почему я обязан жениться на ней? На что она нам сдалась?!

- Затем, что она принесет не только сундук с каменьями, как ты выразился, а еще и мирный договор с нашими северными соседями. Это очень важно. Если сейчас потеряем Дорестадт, то нечего говорить и о Новгороде. А в случае опасности, мы всегда сможем рассчитывать на помощь ее рода…Ее брат, Олег, всегда…

- Мы или Нег? - ядовито огрызнулся Синеус, как всегда, оборвав Умилу на полуслове. - Пусть братец сам думает о границах и мирных договорах! При чем тут я?! Не надо меня опять втравливать!

- Сын, мы одна семья. Не забывай о том, что Нег теперь не просто твой брат, он твой повелитель! И то, что он уедет в Новгород, а ты останешься здесь – это очень славно. Поскольку у каждого из вас будет свой удел. Ибо два медведя в одной берлоге не живут. Кроме того, принцесса получит в приданое Ижору . Невесть что, но лучше, чем ничего, - подмигнула Умила. - А Ефанда – это очень даже хорошо: твой брат давно дружит с ее родственниками…Отец Ефанды однажды очень помог Негу. И теперь…

- Видно, потому они и решили отдать свою принцессу ему, а я-то тут каким боком? - парировал Синеус. - Он будет в цветущем Новгороде, а я – в полуразвалившемся Дорестадте, да еще и с его принцессой! И под его оком!

- Он главный на правах старшего, а ты будешь править от его имени…И таким образом…- княгиня опять не успела завершить мысль, как Синеус вновь прервал ее. Но Умила не расстраивалась. Разговоры с ним всегда заканчивались одинаково: сначала он злился, потом капризничал, потом обиженно сдавался.

- Пусть женится и на ней! Не хочу ее, - упрямо прозлобствовал Синеус, все же осознавая неизбежность.

- Сын, что ты говоришь? Все уже решено! Не создавай мне сложностей: я стара, и у меня нет сил уговаривать тебя, - преувеличивала Умила. Она, конечно, уже немолода, но и не так уж слаба, как постоянно твердит. А внешне княгиня и вовсе очень даже ничего: все еще привлекательна. Пожалуй, если б захотела, она смогла бы и себе подобрать какого-нибудь поседевшего князька-вдовца. - Сделаешь, как задумано… Однажды мы уже были вынуждены бежать из Рарога, спасаясь у преданных друзей. То, что сейчас у нас снова есть дом – лишь кратковременный успех, который может в любой миг обернуться неудачей. Скорее всего, нас рано или поздно выбьют и отсель. Для этого и нужно найти место, в котором обоснуется наша семья. Не можем же мы скитаться вечно! Твой брат возьмет земли русичей, и тогда нам не нужно будет опасаться потери Дорестадта. А Ефанда необходима для того, чтобы покамест этой беды еще не сотворилось, на нашей стороне был хоть кто-то из соседей. Такие дела не делаются за одно лето, - оглядев вконец расстроенного Синеуса, Умила добавила подбодрительно, - а, может, увидев невесту, ты будешь пленен ее царственной северной красотой. И еще будешь благодарить меня.

- Я уже представляю, что это за промороженная цапля! Мчится сюда, быстрее ветра! - Синеус разлегся в кресле, бесцеремонно сложив пятки на стол. Потихоньку гнев его стихал. В конце концов, жениться - не валуны тягать.

- Сядь, как подобает правителю, - Умила строго кивнула сыну на пятки. Князь с раздраженным вздохом убрал сапоги со стола, недовольно скорчив утомленную гримасу.

- Надеюсь, сундук с каменьями будет увесист, - ехидно прокомментировал Синеус приданное невесты.

- Это не твоя забота: все, что она привезет, за исключением своего сердца, поступит в казну! Впрочем, насколько я знаю, она славится своей красотой в тех землях. Так что ты останешься доволен, - подмигнула Умила сыну, на что он скривился. Нижняя губа его от недовольства выпятилась немного вперед.

- Добро, пусть приедет. Поглядим на нее. Уверен, она не встречала на своем пути настоящего мужчину, - самодовольно ухмыльнулся Синеус, который считал себя образцом мужественности.

- Будь осмотрителен: она принцесса. Не напугай и не опозорь ее, - предупредила Умила. - Сейчас нам важен мир на наших границах…Помни об этом! Мы должны разрешить проблемы, а не приумножить их!

Синеус отвернулся к окну, насупившись. Его губы сложились в недовольную фигуру.

гл 16 Ладога http://www.proza.ru/2017/04/09/662


Рецензии
Анна, я обратил внимание, что Вы пропускаете описание некоторых событий, вспоминая о них потом мельком, как в этой главе Умила свою аферу с подметными письмами. А ведь другой автор на Вашем месте, мужчина, непременно расписал бы в подробностях, как всё происходило. Как арестовывали и как пинали Рёрика с Харальдом. И что они по этому поводу произнесли, мило отмахиваясь от стражи топорами. В предыдущих главах так же Вы поступаете и с Гостомыслом, который смотался в поход на Византию быстрее, чем Злата поняла, что она опять не в интересном положении.))) Я понимаю, что люди эти жили очень давно и чего жалеть ими прожитые дни, но откровенно признаюсь, что ожидал всё же и баталий каких-то, а не только описаний свадебных хлопот. Думаю, что Вы зря пренебрегаете такими сценами. У Вас должно получиться. С той же Любавой, хотелось бы ясности. Отвез её Любович к маме своей - Бабе Яге, а сам отправился опять ушкуйничать, так может ему уже пора избушку на курьих ножках перестроить слегка? Зарабатывать этот гастарбайтер по тем временем должен был не плохо. А маман его, всю жизнь в лесу просидевшей, тоже умудрится пора уже и с паршивой овцы хоть шерсти клок, чему-то должна и Любаву научить, в награду за терпение и вой ночной. Я бы не удержался и просветлил бы последнюю,.. хоть молнией по голове. Кстати, дополнительные главы, с описанием похода Гостомысла в Византию на заработки, вполне можно вставить между уже написанными без ущерба совершенно общей канве повествования. С уважением.Н.В.

Николай Васильевич Захаров   05.06.2018 20:22     Заявить о нарушении
Николай Васильевич, очень благодарна Вам за эту рецензию!! Дело в том, что обе эти главы - Рёрик с Харальдом в темнице и Гостомысл в Царьграде - у меня есть в черновиках. При этом глава про поход готова на 90%. Однако я уже долгое время пребываю в сомнениях - нужны ли эти главы читателю, и потому особенно не занимаюсь ими...Но теперь я уже пересматриваю свое отношение к ним. Похоже, мне все же придется их закончить )))

Лакманова Анна   06.06.2018 10:09   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.