Призвание варяга гл 4 Мудрый правитель

Утренний туман над рекой рассеивался. На равнине вырисовывались очертания насыпного оборонительного вала. Новый город. Срубленный совсем недавно на месте старого, уничтоженного пожаром. Ему всего пара лет отроду, однако он уже завоевал восторженные отзывы путешественников. Властвует здесь всем известный Гостомысл - самый прославленный правитель среди славянских князей.
 
Гостомысл знаменит своими победами, своей мудростью и своим семейством. Дети, жены , братья. Такая семья рождает множество хлопот. Некогда у князя было четыре сына, четыре взрослых наследника. Теперь же остался только один. Самый молодой - Амвросий. Трое других пали в боях. Первый и второй - в схватках с хазарами; третий – в битве с урманами на Ладоге. Не предполагал Гостомысл правителя из Амвросия, не готовил его к тому. И все же стол останется именно ему, ведь, в силу возраста, других детей у Гостомысла, вероятнее всего, не будет.

Помимо сына, имеется у князя три дочери, три юные княжны на выданье. За приданное можно не волноваться: скотный двор полон живности, овины – снопов злака, а избы – всякой утвари. Удачные походы князя наполнили казну. Хотя, конечно, все же присутствуют некие денежные затруднения. Куда уж без того в большом княжестве. Однако несмотря ни на что, справные дома жителей говорят о достатке общины.

Все в Новгороде основательно и солидно. Недаром он повсеместно славен своим удивительным деревянным зодчеством. Если смотреть на город с холма, он похож на грибную поляну. Хозяйский двор никогда не ограничивается лишь одной жилой бревенкой. Бок о бок к ней прижимаются сараи, кладовые, сенники, амбары и прочие постройки. Все вместе они образуют теплые вместительные хоромы, в которых зимой удобно и человеку, и животному. Никакого соответствия между собою и никаких четких линий в расположении сооружений. Зато исключительной красоты отделка. Строгая, но изящная солнечная розетка, украшает наличники окон и дверей, скаты кровель, ворота и калитки. Впрочем, встречаются и иные мотивы – лесные, полевые, сказочные. На любой вкус, будь-то веселый пекарь или суровый чародей. Жилые избы теплые и просторные. Украшенные воздушным резным кружевом, множеством окошек и гульбищ . Почти на каждой крыше восседают резные петушки, охраняющие постройки от огня и неприятеля.

Хоромы простого новгородца схожи с боярскими и жреческими. Отличают их только размеры и убранство. Но, бесспорно, самое богатое и обширное сооружение – это Новгородский детинец . В нем, помимо самого владыки и его семьи, проживает еще множество народу – челядь, слуги и дружина. Кому-то строятся отдельные дома, кто-то живет в подклетях. А самые красивые строения, безусловно - княжеские терема. Это не какие-то простые избы. Терема высоки и имеют несколько ярусов. Они значительно отделаны снаружи, и роскошно убраны внутри. Ковры, резная и серебряная посуда, сундуки с редкими тканями, заморские вазы, оружие – украшают покои властителя Новгорода.

Одним словом, не город, а сказка. Так его и описывают путешественники. Конечно, присутствуют  некоторые проблемы, недоступные неопытному глазу. Многие еще недавно свежие постройки вроде мостов  и мощенных дорог уже потеряли вид из-за капризного климата. А город давным-давно перестал вмещаться в пределы оборонительной стены. Если боги разгневаются и вновь нашлют огонь на новгородцев – возродить их чудный град также быстро, как в прошлый раз, уже не получится. Теперь нет заготовок леса. И неизвестно, найдутся ли руки для строительства. Ведь дружина князя уплывает к далеким и пленительным берегам Царьграда. Каким окажется итог похода, предугадать наперед невозможно. Ведь Византия является одним из самых мощных и влиятельных государств.

Как бы там ни было, Новгород нуждается в средствах, которых, несмотря на все предшествующие победы князя, недостаточно. В связи с тем Гостомысл собирает крепкую флотилию и готовится выступить. Но это сегодня. А вообще, помимо расчетов на военную добычу, есть у него и другой замысел. Удачное замужество дочерей. Оно может принести выгоду не только им самим, но и их отечеству.

Обо всем этом Гостомысл думает почти постоянно. Даже сейчас, собираясь в поход этим ранним утром, таким же туманным, как и грядущее.

Князь неспеша надел рубаху, поверх которой должны пойти доспехи. Затянул пояс, на котором мрачной ношей повиснет стальной меч.

- Не ходи…- послышался голос, который вывел Гостомысла из дум. Красивая молодая женщина наблюдала за сборами князя. Она сидела на кровати в одной лишь сорочке и непрерывно зевала. Ей становилось то жарко, то холодно. Оттого она то натягивала на себя покрывало, то сбрасывала его. - Ты ведь можешь остаться.

- Я не могу остаться, - бодро отозвался Гостомысл. - Ведь именно я созвал всех князей в этот поход.

- Вот пусть и идут. А ты останься, - упрямо повторила женщина, тряхнув золотистыми волосами.

- Я скоро вернусь, - уверил Гостомысл, прилаживая тяжелую кожаную крагу к руке. У него никак не получалось зашнуровать непослушный доспех.

- А если тебя убьют? - женщина спрыгнула с высоких перин, подошла к Гостомыслу и принялась расправлять шнуры, скрепляющие доспех на его руке.

- Меня не убьют, - несмотря на седину в бороде, Гостомысл был все еще сильным воином. Он не валялся возле печи, как другие старики, и не сидел на лавках по полдня, точа лясы. Он все еще слыл превосходным наездником; по утрам упражнялся с клинком; а иногда даже сам рубил дрова.

- Откуда ты можешь это знать? - срывающимся голосом вскликнула женщина. В этот момент ее рука дрогнула. Тесьма выскочила из ее пальцев.

- Я знаю. Злата…- князь оглядел любимую женщину с довольной улыбкой.

- Ты не можешь этого знать наперед, - Злата наконец закончила шнуровать крагу. Встав на лавку, она сняла со стены ножны, в которых был вложен меч. Она уже собиралась протянуть их Гостомыслу, как вдруг прижала оружие к себе, словно не желая отдавать. - Что будет со всеми нами, если тебя убьют? Ты подумал? А что будет с нашим сыном?

- Как? - лицо Гостомысла прояснилось. Он давно уже не помышлял о других наследниках, кроме Амвросия. И все же сказать, что он не ждал от Златы сына, было бы ложью. - Ужели…

- Пока неизвестно, - Злата поджала губы. Это уже не первый раз, когда она обещала, а потом оказывалось, что напрасно. - Нужно еще несколько дней. А ты уходишь, не дождавшись ответа!

- Значит, добрая весть будет ждать меня по возвращении…- Гостомысл забрал у Златы свой меч и приладил к поясу.

- А если, пока тебя не будет с нами, на нас кто-то нападет? - Злата взяла Гостомысла за руку, словно желая удержать на месте. - Если в Новгород придет какой-нибудь варяг и сожжет его?! Или хазары? Или племена с запада? Или…

- Город укреплен. К тому же, я забираю не всю дружину. А лишь часть…- объяснил Гостомысл. В ответ Злата лишь недовольно надула губы. - Послушай, - Гостомысл взял Злату за плечи. - Тебе не о чем тревожиться. Я скоро вернусь. Но даже если со мной что-то случится, ты не должна бояться. Амвросий защитит вас. Он мой сын и наследник. И ты можешь быть уверена, что он не бросит тех, кого я люблю…

- Амвросий слишком молод. И пустоголов к тому же! - вырвалось из уст Златы. - В его годы ты уже был князем! А он…- Злата вспомнила легкомысленного Амвросия, который был немногим младше ее самой. - Твой сын бездельник и глупец. Он не сможет защитить даже самого себя. Не то, что всех нас!

- Ты слишком строга. Он всего лишь пока молод, - вздохнул Гостомысл. На самом деле он и сам не был уверен, что сын подходит на роль преемника. Амвросий был добр, горяч, находчив. Но не имелось в нем той твердости, которая должна быть в правителе. - Уверен, что в случае необходимости, он сумеет собраться.
 
- Ты и сам не веришь в то, что говоришь! - Злата закатила глаза. На что Гостомысл строго и неодобрительно оглядел ее. - Я лишь хочу сказать, что порядка нет ни в чем, - уже более сдержанно продолжила Злата. - Даже в твоем собственном доме.
 
- О чем ты? - Гостомысл уже привык к тому, что Злата постоянно пеняет на его детей, чьими матерями были другие женщины. Но так устроен мир. И так чаще всего и бывает.

- Я о твоих дочерях, - Злата заложила руку за руку.

- А что с ними не так? - Гостомысл как раз сейчас надевал на шею оберег, который вдруг стал путаться в его экипировке. Злата поспешила помочь ему, расправляя тесьму. - Я приказал сделать богам щедрые подношения, чтобы они благословили наш поход, - вдруг вспомнил Гостомысл. В жертву божествам было принято приносить еду, питье, ароматные масла и прочие ценности, в которых человек нуждался и сам. - Так что зерна и муки осталось лишь до осени. В мое отсутствие тут особенно не расточайте…

- Я уже сотню раз говорила, что не так с твоими дочерьми, - Злата не желала менять темы разговора. - Они не уважают меня. Ведут себя дерзко! Обращаются со мной недостойно…

- Уверен, что тебе лишь показалось, - Гостомысл закончил одеваться и был готов к тому, чтобы покинуть свои покои. Но Злата все еще не отпускала его.

- Мне не показалось, - упрямо твердила Злата. - Твоя старшая…Велемира. Держит себя так, словно я какая-то служанка! Говорит со мной свысока. Кичится…

- Она просто пока не привыкла к тебе, - Гостомысл поцеловал Злату и уже собирался выйти из покоев.

- А младшая…Варвара, - вспомнила Злата другую падчерицу. Гостомысл остановился в дверях, облокотившись на косяк. Он не хотел слушать все это. Он хотел уйти в поход со спокойным сердцем. Однако Злата все продолжала. - Когда я вижу ее, то каждый раз вздрагиваю, опасаясь, что она нагрубит мне при всех!

- Она грубила тебе? - уточнил Гостомысл.

- Нет, но…Но она же ругается, как пьяный варяг! Она хуже любого разбойника с большой дороги!

- Да, она бойкая…- посмеялся Гостомысл, вспомнив младшую дочь. При нем она ни разу не позволяла себе ничего такого, что бы было достойно порицания. Была рассудительна и почтительна. Однако откуда-то же берутся слухи. - Несмотря ни на что, у нее острый ум: она пошла в меня, - заключил Гостомысл гордо.

- Разве ей пристало…- зашипела Злата, но мысль высказать не успела. 

- Она просто еще совсем ребенок, - Гостомысл любил младшую дочь, возможно, больше всех других детей. Ее мать была удивительной женщиной. Она вдохнула радость в дом князя, когда тот уже не ждал, что после всех бед над ним вновь засияет солнце. К несчастью, боги вскоре забрали ее к себе. Но кое-что они оставили. Дочь, которая очень походила на мать. Жизнерадостная, веселая и при том рассудительная. - Когда она вырастит и станет женщиной, то уйдет и озорство…Пусть играется пока…

- Озорство…- повторила Злата недовольно. - В ее годы многие уже выходят замуж! Либо ведут себя, как полагается: скромно и тихо! - Злата хотела поскорее найти младшей дочери Гостомысла мужа, чтобы та больше не напоминала ей самой о предшественнице.

- Ну а Роса? - вспомнил Гостомысл о своей средней дочери, самой покладистой.

- Она избегает меня…- бросила Злата недовольно. - Может отпрянуть в сторону, если я иду ей навстречу. Один раз она даже развернулась и пошла прочь от меня…Это будет продолжаться до тех пор, пока ты не женишься на мне. Иначе они так и будут пытаться оскорбить меня! - настаивала Злата.

- Жениться мне снова…В мои годы…- Гостомысл прищурился с сомнением. Он больше не желал становится женихом. И не желал снова похоронить очередную жену. Тем не менее, так часто получалось. Стоило ему жениться, и что-то происходило. - Ладно, мне пора идти. Я хочу попрощаться с дочерьми.

- А когда у нас родится сын? - не отставала Злата. Как и любая наложница, она мечтала стать госпожой. И это ей представлялось возможным. Если Гостомысл не желает больше заключать политических союзов, то пусть тогда женится на любимой женщине! - Кем будет наш сын в таком случае? Кем буду я?

- Это совсем другое дело…- князь поцеловал Злату и взялся за ручку двери. - Мне нужно идти.
 

Гостомысл простился со всеми, с кем желал. Осталось найти лишь младшую дочку. Ее не оказалось в тереме. Кто-то из слуг сказал, что ее видели в беседке вместе с учителем.

Так и оказалось. Князь нашел дочь в беседке, где она сама и еще двое ребят слушали рассказы старого летописца. Уже издали князь различил звонкий голосок Варвары. Она о чем-то расспрашивала учителя.

- Все не так просто…- учитель отвечал на заданный княжной вопрос. - Наш князь стремится к берегам Босфора не за добычей. Мы не разбойники и не угнетатели…

- А для чего еще? - пискнул один из слушателей – рыжий мальчуган.

- Если бы речь шла только о добыче, ее можно было б сыскать и в ближних землях. Для этого нет надобности переплывать море, - продолжал летописец. - Этот набег будет карой императору Михаилу и назиданием для всех прочих, кто задумает предать нас также, как он.

- Что он сделал? - вопрос принадлежал княжне.

- Греки помогли хазарам построить крепость на Дону, где, как известно, наши рубежи, - рассказывал учитель. - Их отвращали от того поступка. Князья высылали посольство к Михаилу. Но тот не внял.

- Назарий, неужели нам следует страшиться крепости, которая стоит на краю земли? - юная княжна была любознательнее двух других слушателей. Ее действительно интересовали подробности дела.

- Крепость эта ослабляет наши силы в тех местах, - продолжал Назарий. - Назвали ее Саркелом, то есть, белым городом, не случайно. Стены ее выложены из тяжелого камня. Прочны и надежны. Есть там высокие башни и колодцы. Можно много дней провести в осаде этой твердыни, и она не сдастся… 

Гостомысл подошел к беседке. Он слышал разговор еще издали. На его губах теперь была довольная улыбка. А ведь некоторым невдомек, зачем он идет в поход и почему не может его так просто отменить.

Увидев князя, учитель, княжна и двое других ребят встали на ноги, почтительно поклонившись.

- Варвара…- Гостомысл подозвал дочь жестом.

Юная княжна торопливо вышла из беседки. На ее живом личике сияли большие голубые глаза. Одета она была просто, без пышности. Длинные русые волосы были прихвачены обычным тонким венчиком. Ее можно было бы перепутать с простой горожанкой, окажись она сейчас где-нибудь на рынке.

Гостомысл ласково оглядел дочку. Она в свою очередь уже знала, зачем он пришел сюда. И ей было грустно, несмотря на то, что она пыталась казаться веселой и беззаботной.

- Ты уже уходишь, батюшка, - Варвара вздохнула, прижавшись щекой к отцу.

- Обещай, что ты и сестры будете жить мирно, - Гостомысл погладил дочь по голове. - Дружно между собой…И со Златой…

Услышав это имя, Варвара еле скрыла негодование. Ей не нравилась властная мачеха.
 
- У нас все будет хорошо, батюшка, - заверила Варвара твердо. - Мы будем ждать тебя.

Гл. 5 Фризия http://www.proza.ru/2017/04/09/633


Рецензии
Гостомыслом, разумеется Злата не управляет и брюзжание её понятно. Гораздо интереснее было бы узнать где Гостомысл сыскал эту Злату. В те времена такого понятия, как "гражданский брак" не существовало, а наложница - понятие настолько обтекаемое, что Злата эта может оказаться как и знатного происхождения, так и самого подлого. В любом случае статус "не жены" очень неустойчив, тем более, что князь стар и лезет на войну, а там шальные стрелы летают. Понятно беспокойство Златы, поэтому и мечтает о сыне. И у неё он обязательно появится даже если князя убьют в этом походе. Она уже застолбила эту версию впрок...)))

Николай Васильевич Захаров   31.05.2018 22:12     Заявить о нарушении
Найти Злату проще, чем ее потерять )))

Лакманова Анна   01.06.2018 11:20   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.