Призвание варяга гл 1 Варяжское море

Неистовый ветер рвал паруса. Над волнами дружной стаей неслась флотилия быстрых стройных парусников. Узкие и длинные, с гордо вздернутыми носами и кормой, они стремились вперед, подгоняемые течением. На одних из них, кроме пожитков команды и корабельной утвари, ничего не имелось. Другие же казались забитыми до отказа. Палубы их гнулись под тяжестью всякого рода добра, кажется, сомнительного происхождения.

Впереди шел самый большой и самый красивый корабль - боевой драккар-вожак. Словно молодой сокол он летел навстречу неизвестности, разрезая синюю гладь моря. Нос его был увенчан огромной резной головой свирепого дракона. Пасть змея была устрашающе разинута. Из нее торчали острые длинные клыки. На корме у рулевого весла стоял капитан. Не сводя взора с горизонта, он иногда что-то говорил своему помощнику, редко стоящему на одном месте и в основном занятому обходом небольшого судна, на котором-то и стоять было не совсем удобно, не то, что бродить. И все же, несмотря на зрительно малые размеры, корабль был удивительно вместителен и требовал пригляда.

- Нег, - обратился помощник к капитану, в очередной раз обойдя корабль. - Люди устали. Надо бы перевести дух…

- На суше отдохнут. Недолго осталось, - пообещал Рёрик, бросив взгляд на палубу, где каждый на своей лавке, разместились мореходы, налегающие на весла в те моменты, когда ветер ослабевал.

- Может, хоть через одного? - вздохнул помощник.

Оглядев измученных воинов, Рёрик кивнул. Прошлой ночью, так же как и предыдущей, на берег высадиться не удалось. Шторм увел корабли с курса, выбросил в океан. Тучи черным покрывалом укутали небо, и даже звезд не было видно. И вот, наконец, сегодня выдался погожий день. Нужно было вернуться на затерянную стезю. Над головой ясное небо, а вокруг лишь ровная синева, стелющаяся бесконечным полотном. Да, люди устали. Устали без отдыха, без сытной еды, без удобного ночлега, от тесноты и жары. Но надо спешить, пока еще совсем недавно попутный ветер окончательно не сменил направление. И к чему явно шло. И все же, пусть передохнут. В конце концов, если они все от изнеможения упадут здесь без чувств, уже ничто не поможет им добраться до земли к ночи.

Помощник отдал долгожданную команду, обрадовавшую утомленных гребцов, желающих размять косточки. Половина лавок мигом опустела. На веслах осталось еще много людей, но от поднявшегося шума казалось, что уже все повскакивали с мест. Потягивая затекшие спины и ноги, мореходы выстроились один за другим в очередь к деревянному бочонку, в котором хранилась питьевая вода. Шум голосов разлился по палубе. Ковш с водой кочевал из одних рук в другие вместе со всякого рода историями.

Дни в море тянутся невыносимо долго. И даже наспех рассказанная каким-то балаболом байка могла занять скучающих путешественников на несколько часов, погрузив в раздумья, за которыми время шло быстрее.

- В Дорестадте девок как грязи, но монет не жалко только на Хельгу, - гремел один из рассказчиков, повествуя о всем известной портовой подруге. Телосложения он был грузного, возраста старше среднего, то есть уже давно немолод. Косматая борода его спускалась на круглый живот, то и дело содрогающийся от хохота. Имя его все давно забыли, поскольку называли попросту Тучей. - Одно плохо, как ни приду, все время там вот этот! - под конец повествования Туча отвесил подзатыльник смазливому парню, как раз опорожнявшему ковш с водой. Парень этот был самым молодым членом команды и к тому же самым неопытным. Иные уже с юности бывали в наземных походах и морских путешествиях, этот же присоединился к дружине совсем недавно.

- Ага, и я тоже там натыкался на него не раз, - раздался голос из-за спины Тучи. Реплика принадлежала невысокому мужчине со светлыми волосами и всего одним целым глазом. - А чего ты дивишься? Все знают, у них там любовь…

- Да я тоже знаю, - загоготал Туча. - Только не пойму, чем он взял! Ведь жлоб же!

- На свое косматое рыло взгляни и поймешь, чем он взял, - помощник капитана как раз делал очередной обход судна. Он был человек деятельный и не любил сидеть без занятий. Ему постоянно требовалось куда-то спешить, что-то чинить, что-то искать. - Кто-нибудь видел ковш?!

- У молокососа…- кивнул Туча в сторону парня, облокотившегося на деревянный анкерок. Со стороны казалось, будто паренька через минуту стошнит. Выглядел он неважно.

Помощник капитана подошел к парню, бесцеремонно забрал у того ковш и сделал глоток сам. Было все еще жарко, однако уже чувствовалось, что близится вечер.

- Ньер, сколько еще до берега? - вздохнул парень, глядя на помощника капитана.

- Ты в море вышел, чтоб постоянно спрашивать у меня, сколько еще до берега? - отбрил Ньер. Для него, как и для большинства, корабль был истинным домом. На берег в плаванье высаживались чаще всего лишь на ночлег. Здесь имелось все необходимое, и в первую очередь, бесконечная синяя гладь, без которой душа бывалого морехода начинала тосковать. - Если уже не пьешь, уйди отсюда. Не путайся под ногами.

Парень поплелся к своей лавке. Достав из-под сидения мешок, в коем хранил вещи, он принялся копаться в нем, стараясь не обращать внимания на разговор, по-прежнему ведущийся вокруг его имени.

- Может, он еще и женится на ней, - усмехнулся Туча.

- Неказиста кляча, да бечь хороша, - подытожил одноглазый.

Парень вдруг вскочил с лавки и неожиданно для всех набросился на одноглазого. Они сцепились, словно два пса, шумным клубком покатившись по палубе, задевая сундуки, мешки и снасти. Никто особенно не удивился происшествию. Причиной такого поведения могло послужить не одно обстоятельство. Усталость, тревога, постоянное напряжение, в конце концов, чувства к упомянутой Хельге!

- Заткнись! - орал парень, пытаясь ударить одноглазого. На стороне последнего был опыт, а при парне - лишь пыл и кое-какие силенки. И все же, несмотря на то, что исход казался очевидным, бой выглядел занимательным хотя бы потому, что не закончился сразу, как начался. Вот парень уже пару раз заехал зазевавшемуся одноглазому по уху, а тот в своем самодовольстве пропустил удары. Внезапно для зрителей парень вдруг повалил своего противника между лавок, уложив того на лопатки. Нащупав рукой край какой-то доски, он уже собирался ударить ею поверженного, как вдруг кто-то ухватил его за шкирку, словно котенка, и буквально отшвырнул в сторону. Это был капитан, лично вмешавшийся в происшествие. Парень отлетел, ударившись об утку, вокруг которой были обмотаны корабельные тросы. Он даже не успел отдышаться, как тут же на него наскочил одноглазый, решивший воспользоваться случаем. Однако и его атака не увенчалась успехом. Он также был отброшен в сторону. Оба воителя еще раз предприняли попытки напасть друг на друга, но и они закончились ничем.

- Ну все. Закругляйтесь, - Рёрик не позволил драке разгореться с новой силой. - Вы двое. На весла...- приказал Рёрик драчунам. - А ты…- Рёрик оглядел парня. - Еще раз позволишь себе напасть здесь на кого-либо - на берег не сойдешь. До самого дома. Каждую ночь будешь сторожить корабль, - пригрозил капитан, зная, что для молодого морехода не может быть наказания тяжелее, чем лишиться долгожданной встречи с сушей, о которой он грезил. Ведь с непривычки каждый день казался новичку долгим и трудным, словно голодный год, к тому же его постоянно укачивало и мутило. Парень поник, повесив голову. А одноглазый, посмеиваясь, смахнул ладонью кровь, выступившую на его губе. Подобного рода ссадины никто не считал заслуживающими внимания и, тем более, стоящими тревог. - А ты чего скалишься, Лютвич? - Рёрик неодобрительно оглядел одноглазого.

- Я ничего…Молчу…- пожал плечами Лютвич. - Я лишь хотел сказать, что Хельга его…

- Обсудите баб в другом месте, - оборвал Рёрик. - Или вас обоих здесь больше не будет.

- Куда ты нас теперь денешь? - хихикнул Лютвич.

- Рыбам скормлю...- Рёрик развернулся и пошел обратно на корму, откуда открывался превосходный обзор. А парень и Лютвич, обменявшись недобрыми взглядами, вернулись каждый на свою лавку, которые, благо, были не рядом. Спины ломило от долгой работы веслами, но выбора не оставалось: пришлось снова браться за дело.

- Будто воду пропускает, - Ньер в очередной раз остановился возле капитана, глядя на мокрую палубу.

- Нет, это с волны, - утешил Рёрик.

- А вдруг не с волны и где-то течь…- нагнетал Ньер.

- Да только что волна прошла…Конопатили и смолили в этом году, - напомнил Рёрик.

- А вдруг рассохлась? - не отставал Ньер, поглядывая с опаской на ближний борт корабля. - Надо бы доски поднять…

- Поднимай, - Рёрик махнул рукой, про себя зная, что корабль вышел в море в полной готовности. В такие моменты Ньер раздражал своей чрезмерной предприимчивостью. С другой стороны тем он и хорош, что всегда глядит в оба. Только с таким помощником и можно позволить себе задуматься.

Вскоре на корабле закипела работа: мореходы пытались убрать в сторону доску, проходящую по центру палубы. Кто-то был солидарен с помощником капитана, кто-то не видел повода для беспокойств, однако все с охотой взялись за дело. И не только потому, что в случае ошибки корабль может вскорости пойти ко дну. Этакие небольшие происшествия всегда забирали немало времени, и после было о чем поговорить. Вспоминалась сразу куча шуток и историй, что, собственно, важнее всего – не слишком скучать по пути, в особенности, когда мрачные мысли одолевают голову. А мысли у всех были даже более, чем мрачные. Ведь нет ничего опаснее, чем потеряться в незнакомых водах.

Иногда, несмотря на все сложности, бывает такое ощущение, что все идет, как надо. У Рёрика сейчас было именно такое чувство. Он не очень переживал из-за того, что берега не видно, поскольку точно знал, где находится корабль, даже если и не мог объяснить, откуда проистекала его уверенность. Но ведь именно она, эта уверенность, не раз выручала его и вела за собой остальных.

- Нег! - заорал Ньер, вырвав капитана из дум.

Рёрик только сейчас обратил внимание, что посреди палубы зияет дыра, образовавшаяся из-за снятой доски. Зато даже отсюда было видно, что никакого наводнения не наличествует. 

- Раз уж мы убедились, что корабль цел, палубу можно вернуть на место…

- Взгляни сюда, Нег, - Ньер указывал на днище корабля. - Алатырь!

Рёрик даже не сразу понял, куда глядеть. Главное, что он отметил – это отсутствие потопа. И все же, присмотревшись повнимательнее, он увидел то, что взволновало помощника. По дну корабля были рассыпаны прозрачные ярко-желтые, словно солнце, и красные, словно пламя, камни, поблескивающие в каплях воды. Безусловно, это был янтарь. Тот самый, найти который можно, кажется, только на берегах Ютландии , подвластной нынче Рёрику. Тот самый янтарь, за который в древние времена финикийцы давали сто двадцать мечей и шестьдесят кинжалов, правда, при условии, что в его толще была погребена какая-нибудь букашка вроде мухи или жука. Хотя, вероятно, ценность самоцвета заключалась не только в растениях и живности, которые нередко попадались в смоляные ловушки. Этот камень был ценен сам по себе. Из него изготавливались украшения, предметы быта, боевые амулеты и даже лекарственные снадобья: чародеи предлагали растолочь камешек, перемешать с водой и одним глотком выпить бальзам. Каждый знает, что солнечный алатырь несет в себе победу, отвагу и мудрость самих богов. И вот теперь этот бесценный камень, за пригоршню которого можно получить несколько рабов, валялся на дне драккара, как ненужный хлам. Часть мелких камушков даже всплыла в соленой воде. Удивительно не то, что на корабле обнаружился камень, а то, что он оказался здесь именно сейчас, то есть, на обратном пути, по дороге к дому, когда все его запасы должны быть распроданы и обменены на рынках.

- Чье это? - Рёрик взыскательно обозрел команду. 

Большинство мореходов выглядело удивленными, некоторые – безучастными, и все переглядывались в недоумении. А мешочек с развязанной тесьмой все еще продолжал лежать на своем месте. Лишь после того, как капитан подал знак, его вытащили на палубу. Он оказался небольшим по размеру, крупных камней в нем было не больше трех десятков. Однако уже сейчас было заметно, что все они относились к тем редким находкам, которые желал заполучить каждый. В медовой гуще ясно просматривались маленькие травинки, листики, а также пауки, муравьи, комары, клещи и даже лягушачьи лапы. Иными словами, камни были не случайные, а кропотливо отобранные внимательным глазом и спрятанные ловкими ручонками.

- Я спросил, чье это?! - Рёрик прошелся по палубе, оглядев дружину.

На корабле стало тихо, словно на нем никого не было. Хотя обычно со всех сторон звучали голоса, скрипела палуба и раздавались прочие корабельные звуки. Теперь был слышен только шум ветра, задувающего в парус, да плеск волны, бьющейся о низкий борт драккара.

История была несимпатичной. Командир распорядился сбыть все камни. Голос у него не тихий, язык понятный. Что выходит? Полученная выручка, как и вся добыча, обычно делилась поровну. Как бы неприятно это ни было осознавать, но среди своих есть предатель, который не только покусился на общее достояние, но и, что не лучше, а может, даже и хуже, ослушался приказа.

Носом сапога Рёрик ткнул в мешок, из которого тут же высыпалось несколько крупных камней, а также показался край какой-то материи.

- Ньер, - подозвал Рёрик помощника. Тот подошел, взял мешок в руки и бесцеремонно стал вытряхивать содержимое. На палубу с грохотом посыпались яркие камушки, а также выпал кусок белой ткани, в которую было завернуто что-то увесистое. Уже через секунду руки Ньера развернули ткань, явив на свет дорогую находку. Внутри оказался камень размером с гусиное яйцо. Внутри него была замурована испуганная ящерка. Теперь уже стало совершенно очевидно, что кто-то на корабле возомнил себя самым умным и решил разбогатеть за счет своих собратьев. - Там есть что-нибудь еще?

- Только эта тряпка, - Ньер взял в руки материю, в которую был завернут поразивший всех камень с ящерицей внутри. - Хотя, постой…Похоже, это не просто тряпка…Здесь что-то вышито…

- Кажись, женская это тряпка, - буркнул кто-то из команды.

- Но на корабле нет женщин, - подметил кто-то еще более наблюдательный.

- Действительно, - Рёрик взял в руки упомянутую ткань, которая, скорее, походила на предмет одежды, возможно, на платок, нежели на обыкновенную тряпку. Обозрев вышивку, он показал ее остальным. - Кому-нибудь знакома эта вещь?

- Может, видели ее у жены вашего друга?! - пояснил Ньер.

- Покажи поближе, - проявился вдруг одноглазый. Подойдя к Рёрику, он взял в лапы платок. - Мягкий, словно кожа Хельги, - ехидной улыбкой ощерился одноглазый, кося в сторону парня.

- Это все что ты можешь сказать, Лютвич?

- А что еще тебе нужно? Хельге это принадлежит, - хмыкнул одноглазый, скомкав платок. - Говорю же, видел эту тряпку я у нее…

- Лучше бы здесь была сама Хельга, вместо ее тряпки, - усмехнулся Рёрик.

- Что здесь делает тряпка Хельги? Зачем кому-то красть ее? - нахмурился Ньер.

- А может, никто не крал ее…- размышлял Лютвич. - Может, она сама ее кому-то всучила.

- Зачем? - Ньер недоверчиво оглядел Лютвича.

- Ну я не знаю…Может, в качестве дара…Дара любви, к примеру…- размышлял Лютвич.
На этих словах все устремили взоры на молодого парня, который еще совсем недавно валял Лютвича по палубе, словно кошка мышку, как раз после обсуждения упомянутой особы.

- А может, ты на него наговариваешь? - временами Рёрику и самому новый парнишка казался подозрительным, но, правда, не до такой степени, чтоб обвинять того в подобного рода вещах.

На протяжении всего следствия парень стоял с недоумевающим лицом. И вот теперь его лоб пересекли две морщины. Он нахмурился, начиная догадываться, куда ветер дует.

- Да правду он говорит, - тут же встрял в беседу Туча. - Дай-ка взглянуть, - вырвав платок из рук Лютвича, он оглядел вышивку и редкую ткань. - Точно Хельги тряпка! Я тоже видел…Еще подумал, откуда у этой дешевой потаскухи такая ценная вещь...- Туча смял платок и сунул в руки Ньеру.

- Боюсь спросить, кто еще навещал Хельгу?! - хмыкнул Рёрик.

- Да много, кто навещал ее, по правде говоря, - Туча почесал затылок.

- Но благоволила она только молодчику, - подытожил Лютвич.

- Стало быть, твоя тряпица, - заключил Рёрик, глядя на парня, который в растерянности наблюдал за пугающим расследованием. Казалось, он даже потерял дар речи.

- Да я впервые ее вижу! - опомнившись, выпалил парень.

- Понятно…- теперь даже Рёрик не сомневался, что парень виноват. Кажется, уже весь корабль успел заметить эту тряпку у пресловутой Хельги, а этот дневал и ночевал у нее, и видит якобы впервые.

- Клянусь, я ничего не знаю об этих камнях…- заорал парень, которого напугал взгляд капитана.

- Я слышал, что положенный на грудь алатырь вынуждает преступника признаться в содеянном…- вспомнил кто-то из дружины.

- Я все же предпочитаю способы, проверенные временем, - Рёрик не очень верил в легенды. - Ньер! Искупай-ка этого побродягу. Дабы отныне он лучше слушал, что я говорю.

- И чтоб неповадно было таскаться, где не попадя, - подытожил Лютвич, скалясь издевательской ухмылкой.

Парень нахмурился в догадках. А тем временем пара громил уже обхватила его с двух сторон, выкручивая ему руки за спину. Двое других мореходов были увлечены занятием менее понятным – ухватив толстый трос за противоположные концы, они бросили его в воду, будто стараясь натянуть под килем корабля, словно вожжи.

Парень взирал на происходящее с недоумением и тревогой.

Когда трос был пропущен под днищем корабля, незадачливого любовника связали по рукам и ногам, а после подтолкнули к самому борту. Парень чуть не свалился в воду, но удержался на ногах.

- Ну так как? - Рёрик снова обратился к парню. - Будет последнее желание?

- Желание…- парень сначала не понял, что может означать такая щедрость. А сообразив, заорал громче прежнего, - не мое это! Клянусь, я тут не причем! Да я впервые…

Он не успел договорить, как кто-то толкнул его за борт. Вероятно, капитан все же рассчитывал на признание, а вместо того опять послышались хлипкие оправдания, которым не поверил бы даже ребенок.

Плюхнувшись в воду, парень быстро пошел ко дну, поскольку руки и ноги его были связаны. Он старался высвободиться, извиваясь, сворачиваясь калачиком, дергая за веревку, но тщетно. Вдруг его потянуло под корабль. Неумолимо, сильно и страшно. Это двигался тот трос, к которому он был накрепко привязан. Парень понял только одно, если он не успеет захлебнуться, то будет изуродован острым килем и прилипшими к нему закостеневшими острыми останками морских обитателей.

Пока парень, спрятанный пучиной, сражался с самой смертью, на палубе было довольно весело. Команда не скучала, кто-то даже хохотал. Но в основном все обсуждали проступок паренька, поглядывая на чуть колыхающиеся синие волны.
Несмотря на то, что провинившийся приходился им, по меньшей мере, боевым товарищем, ни у кого не возникло желания каким-то образом облегчить его участь или заступиться за него. Законы моря суровы. И самых прытких быстро обучают всеобщим правилам.

- Ты там заснул?! - обратился Рёрик к Туче. - Доставай уже…

Туча вместе с еще парой мореходов потянул за трос. Остальные наблюдали за ними, попутно вглядываясь в темные воды. Каждый раз присутствующих при килевании мучил только один вопрос – что вынесет на поверхность трос?! Безжизненное тело провинившегося, либо его самого, еще не мертвого, но почти уже не дышащего. Выживали немногие, и случалось это нечасто, а, пожалуй, даже совсем редко. Тем не менее, интерес присутствовал, и все с любопытством всматривались в волны.

Близстоящие к борту первыми оповестили о результатах.

- Да он крепкий орешек!

- Но уже не такой гладкий…

И правда, трос вскоре вытянул из вод парня, все еще живого, хотя и много искалеченного. Одежда на нем повисла клочьями, лицо было расцарапано в кровь, кожа на теле разорвана. Когда его бросили на палубу, он даже не кричал, так сильна была боль. Он лишь кое-как старался отдышаться.

- Что с ним делать? - Ньер вопросительно оглядел Рёрика.

- Может, еще раз?! - вклинился тут же Лютвич.

- Хватит с него…- Рёрик не стал спорить с богами, сохранившими парню жизнь. - Подзадержались мы…Так что все на весла…

Отдохнувшая и взбудораженная зрелищем команда разбрелась по местам. Лишь изувеченный парень отполз в сторону, желая хоть куда-то спрятаться на этом корабле, где нашли даже небольшой мешочек с камнями, не говоря уже о человеке. Происшествие было ярким, однако о нем скоро все забыли. Сейчас людей больше волновало то, как побыстрее достичь берегов и устроиться на ночлег.

****
Солнце давно миновало свой зенит и теперь кренилось к горизонту. Умаявшиеся голодные воины безнадежно смотрели в туманную даль, моля богов лишь об одном – позволить им высадиться на суше этой ночью. Хотелось есть, хотелось спать, хотелось пройтись по тверди, не уходящей из-под ног, хотелось, в конце концов, удалиться друг от друга больше, чем на двадцать шагов. 

Часть мореходов все еще была на веслах, но большинство отдыхало в тени под лавками. По палубе неутомимо вышагивал лишь Ньер. Возле почти опустевшего анкерка стоял Лютвич, хлещущий водицу.

Рёрик был на своем привычном месте, на корме, когда с ковшом в руке к нему подошел одноглазый.

- Воды? - Лютвич предложил ковш Рёрику, но тот отказался.

Лютвич постоял возле капитана еще какое-то время, потом вернулся к бочонку, бросив рядом с последним ковш. Пройдясь вдоль палубы, он снова очутился возле Рёрика.

- Нег, отдай мне Любаву, - вдруг ни с того ни с сего изрек одноглазый.

- Обойдешься без Любавы, - для Рёрика влечение Лютвича к Любаве не было новостью.

- Каков…Сначала по Хельгам шляться, а потом Любаву ему подавай, - встрял в беседу Ньер, который в очередной раз закончил обходить судно.

- А кто здесь без греха? - пожал плечами Лютвич. Несмотря на то, что Любава одно время считалась невестой Рёрика, вернее сказать, ходили такие слушки, он все же решил попытать счастье. - Нег, я ведь не просто так…Я взаправду. Я ведь жениться хочу…- голос Лютвича стал вдруг тих и жалостлив.

- Еще б ты жениться не хотел, - хмыкнул Рёрик. Любава все же не какая-то девка, а дочь прославленного Дражко.

- Я хочу жениться, - для верности повторил Лютвич, чтоб сомнений в его намерениях не осталось. - К себе ее увезу. Будет с матерью моей жить…Люба она мне. А? Отдашь? - ныл одноглазый.

- Иди-ка лучше на весла, - разглядывая что-то вдали, Рёрик приложил ладонь ко лбу, закрываясь от солнца. Страдания Лютвича его особенно не трогали.

- Скажи, чего хочешь за нее? - Лютвич обошел Рёрика с другой стороны.

- А что у тебя есть такого, чего у меня не было б, одноглазый?

- Тогда просто так отдай. Ведь не нужна ж она тебе. Пропадет…А ей замуж давно пора…Я о ней позабочусь, - затянул старую песню Лютвич. - Ну ты ведь жениться ж не собираешься!

- Собираюсь я, - Рёрик понял, что произнес, уже после того, как слова прозвучали.
 
Тут вдруг раздался грохот. Ньер запнулся о снасть, валяющуюся на палубе. Видно, признание Рёрика удивило его, поскольку он смотрел не себе под ноги, а на капитана.

- Скорее море высохнет, чем Нег решит жениться, - послышались голоса с лавок, где расположилось двое мореходов. Первый, доедавший лепешку, чуть не поперхнулся, а второй перестал пить из кожаного мешка, уставившись в сторону кормы, где были Рёрик и Лютвич.

- На Любаве? - Лютвич нахмурился в сомнениях.

- На Вольне…- после некоторой паузы ответил Рёрик. Ему не хотелось обсуждать эту тему.

- Так даже…- Лютвича удивило откровение. - Ну, коль женишься, если, конечно, женишься…

- Ты желаешь оспорить мое слово? - Рёрик оторвал взор от горизонта и оглядел Лютвича.

- Не верится что-то…- негромко отозвался Лютвич, глядя на морскую пену.

- Отчего же, Лютвич, тебе не верится мне? - спокойно поинтересовался Рёрик, который сейчас хотел лишь одного - съездить по назойливой роже одноглазого, чтоб тот больше не лез не в свое дело. И все же он решил не делать этого.

- Что ты, что ты! Я лишь по себе сужу: скольким бабам обещал, покамест, как видишь, холост.

- Экий ты охотник, оказывается, - Рёрик перевел взгляд на помощника, придержав рукой шкот. - Развернуть парус!

Ньер вместе с двумя мореходами занялся парусом, все еще недоверчиво косясь в сторону капитана.

- Нег, а что, если уговоримся мы с тобой…- не сдавался Лютвич, хотя по всему было ясно, что разговор окончен. - Если женитьбе твоей до весны не бывать, Любаву мне отдашь…- вдруг выдал Лютвич.

- Чего? - Рёрик строго оглядел Лютвича. - Ты что там лопочешь? В колокол захотел?!

- Нет…- вздохнул Лютвич. - Обычный спор. Коль ты не сомневаешься, конечно…

- А моя возьмет? Второй глаз тебе вырву, идет? Коли сам не сомневаешься…- погрозил Рёрик. Ему не понравился поворот, в который вошел разговор. И будь они с Лютвичем наедине, не раздумывая долго, влепил бы одноглазому. Но тут, разинув пасти, Ньер и двое матросов поправляют парус, а в действительности, кажется, греют уши. И те, что крякали с лавок, то ли спят, то ли нет. Да и вообще постоянно кто-то шныряет под носом. Могут остаться сомнения в словах капитана. Этого не нужно, тем паче, когда корабль оказался вынесен в океан, и, строго говоря, достоверно не известно, где находится.

- Буде твоя возьмет, то на твоей свадьбе козлом выряжусь и буду мекать и плясать, гостей развлекать, - вздохнул Лютвич.

- Что еще с тебя взять, - кивнул Рёрик в знак того, что условие принято.

Еще раз оглядев вожака, Лютвич двинулся к своей лавке. Уверенность вдруг покинула его. Ужели Рёрик, наследник благородной династии, и впрямь, вознамерился жениться на вздорной простолюдинке?! А как же ее отпрыск?!

- Готово, - Ньер оказался возле Рёрика сразу после того, как Лютвич покинул это место.

- Чего ты на меня так смотришь?!

- Да так…- Ньер не стал совать свой нос в вопрос, который его не касается.

- Ну иди тогда, - после дурацкого спора с Лютвичем Рёрик явно был не в духе.

- Еще хотел сказать…- почти шепотом продолжил Ньер. - Ты знаешь, где мы теперь?

- А как же, - усмехнулся Рёрик.

- Суша близко? - вздохнул помощник. Получив в ответ лишь скупой кивок, он снова вздохнул. Несмотря на то, что Рёрик обычно не бросал слов на ветер, сегодня ему отчего-то верилось с трудом. - Воды почти не осталось…И еда закончилась…Одни лепешки - и те уже иссохли. Если мы не пристанем к берегу этой ночью, то...

- Посмотри туда, - предложил Рёрик, щурясь от солнца, бьющего в глаза.

Ньер без особой надежды сосредоточил взгляд, загораживая рукой глаза, ослепленные яркими лучами. В мыслях он уже приготовился провести еще одну почти невыносимую ночь на тесном холодном корабле. Какова была его радость, когда сквозь дымку, он различил вдалеке очертания суши! Сначала он подумал, что она ему лишь привиделась, таким неясным и блеклым был силуэт. Но вскоре он убедился, что это не так. Прямо по курсу действительно была земля. И притом не маленький какой-то островок.

- Дорестадт?! - воодушевился Ньер.

- Конечно, нет, - Рёрику тоже хотелось, чтоб это были земли Фризии. Но обманываться не имело смысла. Шторм унес корабли слишком далеко от того пути, по которому они изначально следовали. И все же, учитывая обстоятельства, сейчас сгодилась бы почти любая суша. Лишь бы она не относилась к владениям врага, не была заселена людоедами и имела хотя бы один источник с пресной водой.

- Виринген? - нахмурился Ньер, предвкушая неприятный ответ. Конечно, это не Виринген, который можно было считать вторым домом. Похоже, это материк. А точнее, неприветливая его часть, скалистая, изрезанная узкими глубокими заливами, на десятки или даже сотни тысяч шагов вдающихся в безжизненную сушу. Там не пасутся стада скота; там нет ручьев; там, если проникнуть вглубь континента, можно встретиться с норманнами. И не все из них будут рады приветствовать Рёрика и его людей.

- Это не Виринген, Ньер…- Рёрик как будто услышал мысли своего помощника. До Вирингена или Дорестадта им попросту не дотянуть без запасов пресной воды и еды. В шторм они оказались смыты за борт, разбиты волнами и прочими злоключениями приведены в негодность. - Всем с весел. Я хочу зайти в бухту по темноте.

- Идем под парусом! - заорал Ньер.

****
Обнаружившаяся суша оказалась интересна и живописна. Отвесные скалы, величественные ледники, бушующие водопады – завораживали необыкновенной красотой. Распахнув уста, мореходы, как зачарованные, любовались новыми открывающимися картинами, холодными, но прекрасными. Казалось, здесь собрано все, что когда-либо восхищало глаз человека. Корабли шли по течению быстро. И дух захватывало от ветра, дующего в лицо; от синевы моря и неба; от яркости красок, коими пестрила манящая суша. Эти минуты казались волшебным сном, ставшим явью.

- Я сдох и очнулся в Вальхалле ! - от избытка чувств выругался один из воинов.

- Это сам Ирий ! - послышался восторженный возглас с другой стороны.

- Если даже кракен сожрет меня в этих водах, я не пожалею, что пришел сюда! - заключил кто-то.

Восхитительны виды. И, кажется, совсем близки те заросшие изумрудной зеленью холмы; те покрытые снегами горные вершины; те быстрые реки, низвергающиеся шумными водопадами. Восхитительны, но толку от них нет. Обрываясь пропастью, падающей в море, крутые берега не подпустят к себе ни одного корабля. Возможно, где-то вдалеке есть место, куда можно пришвартоваться. А возможно, и нет. Знать ответ на этот вопрос может лишь тот, кто уже бывал здесь прежде. Но, даже зная и помня гавань, разве не легко ошибиться? Ведь этих диковинных заливов, с удивительно теплым для данных широт климатом, не один и не два, а сотни или даже тысячи.

Смеркалось. Один за другими войдя во фьорд , драккары сбросили скорость. Райское место поражало своим великолепием, но нельзя было терять осмотрительности. Ведь неизвестно, что таится в густых зарослях.

- Что это за земли? Даны?! - вытаращил глаза Ньер.

- Это не даны, - покачал головой Рёрик. - По крайней мере, в прошлый раз их тут не было…

- Ты здесь бывал? - Ньер уже не один год был при Рёрике, но и он мог всего не знать.

- С Харальдом. Много лет назад, - Рёрик сказал правду. Места были ему знакомы не понаслышке. И все же с тех давних пор ему так и не довелось оказаться здесь вновь. - Убрать дракона с носа. Поднять щиты на борта…

Мачты качались, скрипели реи. После долгого пути вдоль изрезанных берегов, драккары все же отыскали крохотную тихую бухту, годную для причала. К тому моменту было уже совсем темно. Половина мореходов осталась на кораблях для охраны добра. Остальные же, вооружившись, высадились на землю.

В сопровождении своих людей Рёрик шел по берегу, с одной стороны омываемому морем, а с другой – потесненному подступающими горами. Капитан был сосредоточен, несмотря на время суток и усталость. В скупом свете луны мало, что различалось.
 
Однако он пытался вспомнить места, в которых побывал много лет назад со старшим братом, и убедиться, что не ошибся, приведя команду к этому побережью. Пока он осматривался по сторонам, воскрешая в памяти позабытую дорогу сквозь холмы, часть его людей зевала, другая часть настороженно щурилась по сторонам, а часть, находящаяся в хвосте ватаги, тихо роптала.

- Едьба закончилась…Вода тоже…А мы прохаживаемся, будто другого времени для прогулок нет, - пенял Лютвич с того момента, как сошел на берег. Он старался говорить негромко, чтобы его реплики не долетали до ушей капитана. Впрочем, легкий ночной бриз в любом случае уносил все разговоры к морю. И все же ворчание одноглазого подогревало других участников похода. И теперь уже тут и там слышались недовольные замечания. - Если мы к утру не набредем на ручей, то точно умрем от жажды…- продолжал Лютвич. - Или, и того хуже, нас сожрут волки…

- Как будто ты так ослаб, что не справишься с плешивым волком, - Ньер со всего маху, намеренно или нет, задел плечом Лютвича, проходя мимо. Тот пошатнулся и чуть не упал. Помощник капитана нарисовался неожиданно. Его тут не ожидали увидеть. Изначально он шел впереди, вместе с Рёриком. Вероятно, лишившись возможности обходить корабль, он принялся обозревать целостность отряда.

- Я боюсь не волков. Сначала мы заплутали в море, а теперь потеряемся в чаще чужих лесов…

- Не боись, до зимы найдемся…- утешил Ньер.

- Зачем мы ушли от берега? - продолжал сетовать Лютвич. - К чему ему не сидится на месте?!

- На язык наступи! - оборвал Ньер.

- Я лишь хочу сказать, что не ко времени это все. Ведь можно ж было б сперва разложить костер и зажарить кур…Выспаться…А уж после бродить…- Лютвич озвучил мысль, которая посещала многих.

- Не тебе и не мне сомневаться в решениях нашего вожака, - Ньер обычно не участвовал в подобных обсуждениях, не пытался никого ни в чем убедить, а лишь пресекал всякие недовольства.

- Слишком долго блуждаем, - добавил Лютвич негромко. - Надо б привал. Уже сил нет идти...

- Тебя на руках понести?! - усмехнулся Ньер.

- Скажи Негу, не туда идем...- не переставал сгущать Лютвич.

- Правда, что не туда, - поддержал кто-то из команды, подогретый нытьем Лютвича. Это был вечно недовольный Славата, постоянно кутавшийся в струку . Этот парень не мог радоваться жизни, даже когда повода для тревог не было, не говоря уже о том, что происходило в его душе, если приключалась беда. Юное лицо его уже имело на лбу морщины, словно как у старца, познавшего немало бед и проказ. - Нас дома все уже скоро похоронят в памяти своей!

- Боишься, что жена выйдет за другого? - оскалился Ньер.

- У меня нет жены, - пробубнил Славата и почему-то обиделся.

- Похоже, и не будет, - трунил Ньер. - Развылись, точно бабы. Если что не по плану, сразу в визг…

- Лишь справедливые опасения, - вставил Лютвич негромко.

- Ты дева невинная - всего опасаться? Хуже, если б валялись на дне моря-океана, а рыбы глодали бы наши кости, - Ньер уже устал выслушивать жалобы, но и Рёрика дергать по пустякам не хотел.

- Ньер, скажи Негу: не дело это…- зашипел Лютвич. - Надо к кораблям воротиться пока не поздно. А если не одни мы тут? А вдруг засада какая…Место ж незнакомое…Скажи ему, что…

- Скажу, скажу…- отмахнулся Ньер. - Скажу, вы измучены, и пора вас уже к мамкам скорее вести, а не по морям катать…

Дружина еще совсем недалеко зашла вглубь материка. Вдруг на горизонте, в темной мгле, проступили неясные силуэты приближающихся с быстротой птицы всадников.

- Обратно на корабли?! - буркнул Славата, заправляя подол шерстяной струки в шаровары и готовясь к бегу.

- Не успеем, раньше надо было…- с видом знатока изрек Лютвич. - Как бы сдаваться не пришлось…

- Тебе лишь бы сдаваться. Податлив, как Хельга, - во весь голос изрек Ньер. В ответ на шутку с нескольких сторон раздался смех, сопровождаемый лязгом мечей, доставаемых из ножен.

Кавалькада лошадей приближалась. Рёрик поднял вверх щит, таким образом давая понять конникам, что корабли пришли с миром. По большому счету, отсутствие устрашающих драконьих голов на носах кораблей указывало на то же. Их снимали при приближении к собственным либо дружественным землям, чтоб не напугать мирных обитателей. Ведь вид змея, появляющегося из волн, всегда сулил беду. И все же, во избежание недоразумения, правильнее будет обозначить свои намерения четче.

Уже через пару минут всадники окружили незваных гостей, взяв в плотное кольцо. Потрясая тяжелыми топорами и острыми копьями, сверкающими даже в тусклом свете луны, они теснили пришельцев к центру. Неожиданно круг чуть разомкнулся. Вперед выехал человек на высоком коне с тяжелой упряжью. На голове наездника был массивный металлический шлем, переходящий в свирепую личину, защищавшую глаза, нос и скулы. Сзади шлем также оканчивался полумаской. Таким образом, казалось, что человек этот видит даже то, что происходит у него за спиной. Черты лица его различить было невозможно. Но устрашающий облик говорил сам за себя. Этакого добряка лучше сторониться.

- Если желаете сохранить свои жизни – сложите оружие. И следуйте той дорогой, которую мы вам укажем, - произнес человек в маске. - Буде ослушаетесь - то эта земля станет вам гробницей!

Всадники качались на спинах нетерпеливых коней. Копья по-прежнему были направлены в сторону пришельцев, которые в свою очередь застыли в ожидании команды капитана. Несмотря на усталость и желание избежать потасовки, мореходы не питали надежд на мирное завершение ночной встречи, тем более, после такого заявления незнакомца. Дружина приготовилась вступить в бой с хозяином этой земли.

Воцарилась пауза. Разумеется, положительного ответа на предложение не последовало.

- Олег…? - произнес Рёрик после некоторого промедления.

Устрашающий своим обличием воин чуть приподнял шлем, дабы лучше разглядеть того, кто к нему обратился, назвав не самое известное из его пяти имен.

- Я...- в глазах двуликого воина сквозило недоверие. Но позже они вдруг вспыхнули приветливыми огнями. - Нег!..- отозвавшийся на Олега спрыгнул с коня и под удивленные восклицания сделал шаг навстречу Рёрику. - Ты ли это?!

- Это я…- Рёрик больше не успел ничего сказать. Давний друг уже радостно обнимал его.

- Тебе я рад больше, чем самому Одину, - с улыбкой признался Олег. Теперь он уже не выглядел столь ожесточенным и пугающим, как минуту назад. - Откуда ты тут?! Каким ветром тебя занесло?!

- Ты звал погостить, и я пришел, - напомнил Рёрик шутливо.

- Пусть так, - кивнул Олег. - Пойдем же скорей. Отец будет рад видеть тебя…- радушный хозяин еще раз оглядел долгожданного гостя. А после замахал руками на своих людей, - расступитесь все!

****
- Я уж думал, этого никогда не произойдет! Нам пришлось ждать всего лишь дюжину лет, чтобы наконец приветствовать тебя у себя на пировании…- навстречу Рёрику выступил преклонных лет человек. Вопреки возрасту, он выглядел бодрым, хотя шел, опираясь на короткую трость. - Когда мне сообщили, что к нашим берегам движется флотилия, я сразу вспомнил о тебе и сказал себе: «Это снова не он. Я успею умереть и воскреснуть в Асгарде прежде, чем он соизволит навестить старика!».

- Кетиль, - Рёрик широко улыбнулся шумному ворчливому деду.

- Проклятье! А кто же еще! - рассыпался хохотом король. - Кетиль Лосось пока жив, хоть и стар! Ну, подойди же ко мне, мой мальчик! - старик распростер руки навстречу Рёрику. Тот сразу же подошел к нему и оглядел так, как только может оглядеть своего наставника благодарный ученик.

- Мне радостно через столько лет снова видеть тебя все в том же расположении, - признался Рёрик.

- Кетиль стар. Но он все еще глава своей семьи! - бойкий старик погрозил клюкой в сторону, где стояло трое мужчин, очевидно, его сыновей. – Ольгерда ты знаешь хорошо, с ним вы давно знакомы…- старик подмигнул Олегу, а потом сделал шаг в сторону рослого мужчины, глядящего чуть надменно. - А это Хальвдан. Мой старший. С ним ты не знаком. Но он почти такой же, как я; большой разницы не заметишь. А это Харфагр. Он непокорен, но смел, я полагаю. Ну а остальные не знаю, где бродят…Наверное, охотятся…За бабами данов…Ха ха…А это…- ухватив Рёрика за рукав, старик подвел его к двум женщинам, стоящим в стороне, - это моя старушка Ингунн. Но в ней тебе надобности нет, - Кетиль шутливо, но не без любви в голосе представил уже немолодую, но все еще привлекательную королеву. Она улыбнулась теплой улыбкой гостям своего мужа. По всему было понятно, что королева - женщина добросердечная и, к тому же, много мудрая, раз сумела управиться со своенравным Кетилем. - Посмотри лучше сюда, - старик указал на юную девушку, точнее, девочку, застывшую возле королевы. Светлые волосы ее были убраны под шапочку, открывая белую, как снег, лебединую шею. - Моя дочь. Ефанда. Ее ты видел еще тогда, когда она была завернута в пеленки.

Ефанда стояла бледна. Казалось, она вся из стекла и льда, так хрупка, стройна и утонченна она была. Бросив всего один взгляд на Рёрика, она смешалась, опустив глаза и сжав руку матери в своей ладони.

- Что скажешь?! - король похлопал Рёрика по плечу.

- Мне есть много, о чем поведать тебе, - Рёрик был рад найти Кетиля живым и здоровым. Тот запомнился ему еще нестарым и сильным человеком. А теперь перед капитаном стоял дедушка. Хоть и не унывающий. - Надеюсь, ты не заскучаешь от моих рассказов!

- Я тоже надеюсь! Послушать сказы молодцов – последняя забава, какая мне осталась! - развеселился Кетиль своей шутке. - Ты выглядишь усталым с дороги, мой мальчик. Тебя и твоих людей здесь примут так, словно каждый из них, по меньшей мере, сам князь! Олег, сына, позаботься обо всем…Кстати, Ингунн! - обратился старик на сей раз к жене. - Разве столы еще не накрыты?!

- Они могли быть накрыты, дорогой супруг. Но ты сказал, что сегодня на ужин у нас будут головы врагов, дерзнувших ступить на наши земли, - королева оказалось такой же шутницей, как и ее муж.

- О, как смешно, - нарочито брюзгливо хмыкнул старик, которому на самом деле было весело. - Ну так не оставаться же нам без вечерней трапезы! Устрой все, Ингунн! - Кетиль кивнул королеве, чтобы она отправлялась немедленно. - После вас будут ждать теплые постели…- теперь старый король снова говорил с Рёриком. Впрочем, тут же его взгляд опять вернулся к жене, удаляющейся вместе с дочерью. - Ингунн, остановись. Да остановись же! Не заставляй меня бежать за вами! - король нетерпеливым жестом подозвал жену и дочь обратно. И не успели они еще толком приблизиться, как он уже ухватил Ефанду за локоть и буквально вытолкнул вперед. - Так как тебе Ефанда?! - с повторным вопросом обратился к Рёрику король.

- Она мила, - Рёрик оглядел принцессу внимательным взглядом, как обычно делал при виде нового собеседника.

- Она не просто мила! - прогремел старик. - Она моя единственная дочь! Боги послали нам ее тогда, когда мы уже не ждали потомства! - зашелся от смеха король. - И вот уже как тринадцатая весна идет. За ней я дам приданое! Но она и сама сокровище! Посмотри на нее получше! Ее бедра созданы для того, чтобы рожать сыновей! - беспардонно сообщил король. А худенькая девочка покраснела почти до кончиков волос. - Она уже готова к тому, чтобы стать женой достойного человека! - провозгласил король.

- Дорогой супруг, - послышался негромкий голос королевы. - Это не совсем так. Она еще не готова...

- Ну значит, скоро будет готова! - уточнил Кетиль. - Что скажешь, мой мальчик?!

- Да что тут скажешь... - и правда, что мог добавить Рёрик к описанию человека, которого видел, по сути, впервые. И что, вообще, можно сказать про детей? И все же сцена его позабавила. Можно предположить, что старый король рассчитывает поскорее вручить свою дочь какому-нибудь мужу и, таким образом, сбросить груз тревог за ее судьбу с себя самого. Хотя по всему заметно, что Ефанда - любимица в этой большой семье. Вряд ли ее желают быстрее сплавить. И, кажется, королева права: девочке пока рано думать о женихах. Ей лучше пойти поиграть в куклы и поголубеть котенка. - Она прелестный ребенок...

- Она прелестный бутон, который вот-вот распустит свои лепестки! - поправил Кетиль.

Несмотря на усталость, наблюдательность не покинула Рёрика. И он заметил, что все происходящее немало потешило его спутников, и тем сильнее смутило девочку. От стеснения она уже не знала, куда себя деть. Ее тоненькие белые пальчики перебирали складки юбок, а жалобный взгляд то и дело падал на мать.

- Дорогой супруг, наши гости устали с пути, - мягко напомнила королева.
Оглядев растерянную дочь, Кетиль решил отпустить ее спать. Время было позднее. И если она до сих пор еще не в кровати, то лишь потому, что он объявил об атаке крадущегося во тьме врага.

- Ну ладно. Пусть идет…Кажется, мы смутили ее, - наконец обнаружил старик. - Что стоишь? Ингунн, уведи же ее!

Королева и принцесса еще не успели дойти до дверей, как Кетиль уже снова передумал.

- Ингунн! - окликнул жену Кетиль. Королева на сей раз оставила дочь в дверях и подошла одна.

- Я думала, мне следует распорядиться о трапезе для наших гостей, - напомнила Ингунн.

- О какой трапезе?! Ингунн, очнись! - старик был очень задирист, но его жену это, кажется, не задевало. - Что ты говоришь?! У нас редкий гость! А ты хочешь потчевать его вчерашней похлебкой с репкой и салом?! Мы устроим пир! - постановил старик. И тут же обратился к Олегу. - Хельги, сына, ты должен, как можно скорее, собрать гостей. Я хочу, чтоб прибыли все мои ярлы. Хальвдан! - Кетиль развернулся к старшему сыну. - Ты приведешь всех наших воинов. Харфагр! - Кетиль уставился на среднего сына в раздумьях. - Харфагр! Ты позаботишься о том, чтобы недостатка в напитках не было! Ибо я устал от того, что уже на второй день пирования наши чаши оказываются позорно пусты!

Как и все его соотечественники, Кетиль любил проводить время в пирах. Чаще всего увеселения устраивались по случаю значимых событий. Долгожданное возвращение дружины из похода, рождение наследника, свадьба или кончина какого-либо знатного лица. На сей же раз празднование задумывалось исключительно в честь неожиданных, но дорогих гостей, привезших с собой веселье и множество даров.

Что, собственно, до самих прибывших, то они валились с ног от усталости. Но не осмеливались возражать радушному хозяину. Хотя спать им хотелось больше, чем вкушать.

- Дорогой супруг, быть может, нам следует отложить застолье хотя бы до завтра? Или, может, и того дольше…А сегодня мы могли бы порадовать наших гостей теплыми покрывалами и сытным, но не слишком продолжительным ужином…- предложила королева. - После долгого пути им нужен отдых...

- Для мужчин отдых – это когда они дружной братией пируют за столом! - рявкнул Кетиль.

И все же королеве удалось уговорить своего супруга перенести торжество. Для праздника требовалось время на подготовку. Ведь обычно хоть мало-мальски пристойный пир длился не менее трех дней. И все это время праздновальщикам не разрешалось слишком надолго удаляться из места, где шло веселье. В таких условиях ближе к утру следующего дня даже не утомленные дорогой гости успевали погрузиться в сон прямо за столом. Правда, наспех восполнив силы, вскоре после пробуждения от удара чьего-то локтя вновь присоединялись к гулянью. Ведь крайне дурным тоном в этих краях считалось пировать быстро. Праздник можно было назвать удавшимся только в том случае, если гости пили и ели ночи напролет, прерываясь лишь на состязания и застольные песни. Но окажутся ли исполненными эти условия в данном случае?! Мореходы – люди выносливые, неприхотливые. И, тем не менее, не было никаких оснований полагать, что пир не сорвется. Утомленные путешествием, гости, должно быть, быстро повалятся под лавки от усталости, избытка чувств, и главное, крепких напитков.

Лишь после долгих уговоров Кетиль согласился дать отсрочку до следующего вечера. Вздохнувшие с облегчением мореплаватели радостно отправились следом за королевой в стряпную, где сонные поварихи уже разламывали хлеба, резали солонину и разливали пиво. При виде нехитрой, но невообразимо аппетитной еды, а также сдобных розовощеких кухарок, путешественники воодушевились, начиная жалеть, что пир откладывается. По мере насыщения воины становились бодрее и задорнее. И, кажется, с минуты на минуту были готовы пуститься в пляс. По крайней мере, шутки и прибаутки все еще срывались с их губ. Однако на самом деле это были лишь отдаленные зарницы, а не истые молнии. И терпеливая усталость все же одержала верх. Мореходы неизбежно запутывались в сетях сна. Веки их тяжелели, рты одолевала зевота. И в итоге все они были счастливы, когда им наконец предложили расположиться на ночлег.

- О твоих людях я позаботился, не тревожься, - Олег провожал Рёрика до покоев, которые Кетиль велел выделить своему «самому долгожданному гостю».

- Благодарю за людей. Возможно, этот дом единственное место в мире, где я могу ни о чем не тревожиться, - Рёрик не солгал. Его доверие семье Кетиля было велико.

- Хочешь, я приведу тебе какую-нибудь женщину? Чтобы крепче спалось?! - предложил Олег.

- Ты очень добр. Но мне сегодня не до женщин…- отшутился Рёрик. 

А когда, наконец, остался один и закрыл глаза, то единственное, о чем он подумал, была Вольна. Не принцесса, не царица. Но и не обычная женщина. Она огонь. Она бушующая буря. Страстная, строптивая и прекрасная. У них было мало времени для счастья. Но скоро он вернется домой. Вернется к ней.

Гл. 2 Нареченная невеста http://www.proza.ru/2017/04/09/626


Рецензии
На это произведение написано 10 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.