Деды, или Двенадцать месяцев и Снежная королева

           Или случайная компания и бесцеремонный костёр.
 
  Занёс меня как-то туристический ветер в случайную компанию. Такое бывает. Сидишь себе в городе, сидишь и из-за «гор» текущих забот и дел, в мечтах, поглядываешь на горы реальные да леса тенистые. Убаюкает воображаемая звонкая песенка ручья, глядь, и заблудился в мечтах на придуманных туристических тропках, расслабился, потерял бдительность. А тут, как тут - стучится случайная компания. Давай, мол, с нами по очередной тропинке пробежимся. Здорово будет и весело. И знаешь по опыту, что нельзя в таких компаниях на уют путешествия рассчитывать. Людей этих не просто знать нужно, а желательно заранее их кровушку походной жизнью протестировать на наличие бродяжьей удали и совместимости. Одним словом, бдительность дремала, и я дал согласие прогуляться c этой разношёрстной неизвестной мне толком компанией.

    Начинались майские праздники. Сборы были недолгими. Тронулись в путь. Дружно и весело на машинах преодолели песчаные барханы бездорожья. Дотемна и без потерь добрались до места и занялись приятными хлопотами. Разбили походный лагерь в сосновом лесу по соседству с озером и родником. Мотнулись в тенистый овражек, что бы запастись водой. И вот уже радует глаз, искрящаяся солнечными зайчиками, холодная родниковая вода в стройном ряду запотевших прозрачных фляг. Приступили к заготовке дров. Задорно жужжит пила. Приятно щекочет ладонь руки шершавый бок бревна. Растёт стена дровяной кладки, которая надёжно защитит нас от ночной прохлады и темноты, заполнив лесную полянку звонкой песенкой потрескивающих поленьев костра.

   Наконец хлопоты первого походного дня позади. В центре полянки ярко горит костёр. Завален деликатесными разносолами бревенчатый стол, можно ужинать. Первый тост - «за доехали!», второй – «за Хозяина леса!»…… Майская ночь решительно вступила в свои права. Зажигаем на столе свечи.   Лёха Коновалов берёт в руки гитару и начинается торжественная часть вечера. Поёт и играет он здорово, его можно бесконечно долго слушать, хоть всю ночь напролёт и не надоест. Ритм держит, в ноты попадает, гитарный звук чистый и мелодичный. Хотя виртуозом игры на гитаре я бы его не назвал. Да и голос у него приятный и хорошо поставленный, но не наделён какими-то особенными вокальными данными. Таких вроде много. Лёхин «конёк» - искренность исполнения. Так не каждый виртуоз сможет, тут особенная душа нужна. Даже чутьё на природу звука. Я бы сказал о Лёхиной манере, что он в некий транс способен войти и увести за собой чуткую аудиторию слушателей. При этом и на самого Лёху приятно смотреть – он весь в гармонии с музыкой. Его лёгкая улыбка таится в тени усов, вьющиеся локоны светлых волос и борода переливаются отблесками световых зайчиков от костра. Играя на гитаре, держится он просто и естественно, без малейшей тени самолюбования – большая редкость среди прочих исполнителей.

   На лесной сцене невозможно музицировать одному. Тут целый оркестр запускается – соловьиные трели в ближайших кустах, треск поленьев костра, короткие сольные партии ночных птиц, хруст падающих с деревьев сухих веток, ветер тоже не против спеть шёпотом свою партию в кронах деревьев, бесцеремонные лягушачьи хоры вообще не возможно перекричать….   Всё это классно и трепетно слушать вместе, под гитарный перезвон струн, прихлёбывая жадными глотками густой ароматный хвойный воздух. После затхлых городских джунглей освежающей прохладой хвойно-дымчатого коктейля можно упиваться всю ночь напролёт. Ради таких моментов стоит потратить усилия на пройденный путь.
   
     В этом месте мне приходится напомнить, что моя нынешняя компания – случайная. Только я, можно сказать, поудобнее устроился в первых рядах лесного партера, как явственнее начала давать о себе знать разношёрстная случайная компания. Она и не собиралась входить в транс и гармонию лесной музыки. Хмельные пары шатали её между костром и столом. Лёху слушали мимоходом, как просто фон для очередной гульки. Начались нудные и громкие пьяные варнякания. Общие темы исчезли вместе с выпитым алкогольным зельем. Никто никого не слушал и не слышал. Народ разбился на отдельные компании. Каждый говорил о своём, не ожидая от собеседника ответа. Вполне понятное желание человека выговориться, излить душу, расслабиться, отдохнуть от условностей повседневного быта….. Но вот мой безответный вопрос – а зачем? Зачем так далеко и трудно было добираться в этот лес. Зачем им лес вообще нужен. Лес тут воспринимается только как некий отдельный кабинет уютного ресторана, где можно вести себя проще, не парясь о манерах своего поведения. Такие лесные кабинеты-полянки в изобилии можно легко и без особого труда найти возле города.

    В такой шумной многоголосой кутерьме моя царская ложа у костра с видом на Лёху стала терять свой смысл и лесной уют. Случайная компания усиленно старалась перекричать все звуки сразу. Ко мне периодически подсаживались с одним и тем же дурацким вопросом: «чего я заскучал?». Мне приходилось отшучиваться, бормотать,  что-то о соловьях-подпевалах… Я был для них неубедителен, уходили в недоумении, подозрительно косясь на ближайшие кусты. Где он там услышал соловьёв? Ведь ничего же такого не слышно. С разгаром веселья к двум часам ночи и я уже перестал слышать «посторонние» лесные звуки.  Уже даже стал подумывать об одиночной прогулке по ночному лесу. Куда-нибудь поближе к соловушкам. Но в это время проснулся Сергеевич. Об этом человеке нужно сказать отдельно.

   Мне везёт на встречи с интересными людьми. С Владимиром Сергеевичем Осадчим меня познакомил его внук – Сергей. В этой поездке они ехали в машине Серёги. С первого же взгляда мне понравился этот человек. Без лишних слов почему-то стало понятно, что это родственная по духу интересная и сильная личность. Я ещё тогда мысленно сравнил его с Хемингуэем. Действительно что-то общее есть: открытый приветливый взгляд, задорные со смешинкой молодые глаза, седая бородка,  только Сергеевич намного худее по комплекции Хема… Словом, этакий седой мальчишка с хэмовской бородкой и приветливой улыбкой. Подброшу ещё один его индивидуальный штришок к портрету. Преодоление трудностей у него неизменно вызывает улыбку на лице. Эту его особенность я подсмотрел во время нашего преодоления бездорожья песчаных барханов. Там мы вдоволь набуксовались. Практически мы там не столько ехали, сколько толкались и копались, как озверевшие землекопы. А точнее – пескокопы. Лично для меня это был новый опыт. Раньше даже не подозревал, что по таким пескам можно на легковушках ездить. Спасибо Лёхе Коновалову – дал мне мастер-класс вождения. Лёшка на ты с машинами, да и организатор борьбы с техническими трудностями тоже хороший. Поэтому Лёха тут оказался не заменим. Все его советы были дельными и своевременными. Поэтому он легко взвалил на себя роль лидера на этом участке пути. Лёха, сидя на пассажирском месте, за одну поездку замахнулся сделать из меня бездорожного асса. И, к моему удивлению, ему многого удалось добиться – я практически не буксовал на обратном пути.

   Добавлю ещё пару штрихов к портрету Сергеевича. Позже я узнал, что он никакой не Сергеевич, а просто Батя.  Это прозвище закрепилось за ним в туристической среде. Так к нему обращаются все знакомые бродяжьи души, независимо от своего возраста. У Сергеевича большой стаж туристических походов различной категории сложности, в которых он не раз был успешным руководителем. Я его как-то спросил об этом. В чём Ваш секрет? Как человек с негрозным видом и обычным телосложением может беспрекословно подчинять себе группу туристических богатырей? Авторитет руководителя должен быть бесспорным потому, что в экстремальных походных условиях счёт идёт на секунды. В ответ на это он засмеялся и сказал, что тут нет никакого особенного секрета. Просто он перед этим был в походах разной категории сложности. И всё!? Это и весь его ответ!

   Ещё. Сергеевич тоже классно играет на гитаре в походе. Не зря же его с удовольствием приглашают на вечера бардовской песни. Годы, конечно, берут своё. Пальцы рук не так подвижны и не могут с прежней проворностью скользить по гитарным струнам. Да и голос потерял былую силушку. Но всё равно его исполнение самобытно и приятно на слух. Тембр голоса Сергеевича имеет индивидуальную окраску – лёгкая бархатная хрипотца. И, пожалуй, главный его конёк – искренность и достоверность. Ясно чувствуется, что Сергеевич действительно знает то, о чём поёт, понимает некий глубинный смыл текста и мелодики песни. Для этого нужно прожить долгую мудрую жизнь и немало тропинок туристических истоптать, сохранив свой огонёк души.

   Ну, вот после этих «нескольких» слов о Сергеевиче можно вернуться назад к тому моменту, когда он проснулся в два часа ночи. Перед этим он, прикрываясь бременем своего возраста, рано ушёл спать в палатку, что бы успеть отдохнуть перед ранним утренним подъёмом на рыбалку.

    Окинув взглядом нашу лесную полянку, Сергеевич безошибочно просчитал общую обстановку и понял мои метания. Молча вернулся в палатку, достал свою гитару и уже с такой экипировкой подошёл ко мне. Его неожиданное для меня предложение напоминало сцену из фильма «Бриллиантовая рука», когда в ресторане «…лакучая ива» официант предложил клиенту освежиться. Пихту мне Сергеевич не предлагал, сказал только, что мы сейчас сходим в одно место, где нам будут очень рады. А два часа ночи – это не повод, чтобы туда не сходить.

   Мы решительно отошли от освещённой костром полянки и уверенно тронулись в путь – навстречу чёрной стене леса.  Скоро пришлось включить свои налобные фонарики. В их лучах весело заплясали пылинки, тёмный хвойный лес освежил нас своей прохладой. Какое-то время мы шли по тропинке, но потом Сергеевич предложил сократить путь, свернув с неё.

   Сколько приключений начиналось с этого желания – сократить путь. Нас это тоже не миновало. Я вообще был тут впервые, а Сергеевич, видать накануне слишком тщательно пробовал за столом своё домашнее виноградное вино. Мы заблудились. Самое странное было то, что и звуки нашего лагеря тоже куда-то пропали. Мы потеряли все ориентиры. Вокруг нас однообразной чёрной стеной стоял лес. Одного мы добились наверняка – эту ночь мы проведём необычно «весело». Чуть забегу в этом месте немного вперёд. Днём мне немало пришлось дивиться – мы недалеко отошли от лагеря и классически заблудились буквально в трёх соснах. Не иначе, как Хозяин леса с нами шутки шутил.

  Вскоре мы остановились, и Сергеевичу пришлось включить все свои чувства: шестое, седьмое… Я его не спросил тогда, но мне кажется, что его нюх вывел нас на запах костровых углей. Немного постояв, мы тронулись в путь и уже скоро из темноты выступили чёрные очертания геометрически правильных форм. Это была оборудованная долговременная туристическая стоянка из брёвен. Под большим наклонным навесом было костровое место, две удобные деревянные скамьи со спинками и большой стол между ними. Тут же была солидная кладка дров, костровая посуда висела на длинных проволочных крюках, в глубине этой лесной «комнаты» стоял большой шкаф, занавешенный матерчатыми шторками. Палаток или домиков поблизости я не заметил. Было полное впечатление, что тут никого нет.

   Сергеевич по-хозяйски расположился на скамейке и попросил меня разжечь костёр. А сам принялся играть на гитаре. Сейчас уже точно не помню, но думаю, что было не меньше трёх часов ночи. Поэтому мне было очень неудобно за свой поздний визит. Чужие дрова без спросу я решил не брать. Мотнулся в темноту леса и набрал там своих дровишек для этого бесцеремонного костра. Много разных у меня было костров, но вот бесцеремонный я разжигал впервые. Ещё раз тогда вспомнил, что нахожусь в случайной компании, а тут уж держись, терпи. Может хоть этот случай послужит наукой на будущее.

   Вскоре радостный яркий огонь бесцеремонного костра осветил эту лесную полянку, выхватывая всё новые и новые предметы из окружающей темноты. Сергеевич продолжал петь, аккомпанируя себе на гитаре. Время шло, но мы продолжали сидеть в гордом одиночестве на чужой стоянке. Я даже успел успокоиться и перестал озираться по сторонам, ожидая увидеть потревоженных нашим незваным визитом хозяев. А чем плохо? Уютная скамья, жаркий костёр, нет пьяных варняканий рядом, Сергеевич распелся и гармонично слился своим пением с лесной концертной бригадой.

  Вдруг перед нами немного левее от нашего навеса раздался равномерный треск сучьев под ногами неизвестного ходока, вскоре замаячила его чёрная тень, и к нам без лишних слов подсел мужчина. Сразу за этим послышался другой треск – наша молчаливая компания пополнилась на ещё одного гостя-хозяина. Последний гость пришёл откуда-то справа перед нами и показался мне настоящим хозяином этой стоянки.

  Его внешность мне тогда показалась особенно колоритной, подумалось, что именно так я себе представлял Хозяина леса. На свет нашего костра из темноты выступила молчаливая фигура сухощавого жилистого пожилого мужчины с тяжёлым проницательным взглядом из под густых бровей. Его движения были исполнены уверенностью и достоинством. Он так же, ни слова не говоря, глянул на Сергеевича, потом на меня и степенно достал из потайного загашника бутылку, которую он без лишних разговоров поставил на середину стола. Вскоре его размеренными стараниями на столе появились из шкафа рюмки, чашки, чайная заварка, сахар и бесхитростная закуска - сушки. Всё это время Сергеевич не прерывал своей игры на гитаре. Загадочный хозяин открыл бутылку и молча разлил её содержимое по рюмкам,  которые он раздал всем присутствующим. Выпили так же молча, закусили бубликами-сушками. В бутылке была эксклюзивная настойка на травах или ещё на чём-то. Этот крепкий напиток пился легко, имел превосходный вкус, аромат и оставлял богатое послевкусие. Это уже не была пьянка, процедура выглядела как некое ночное таинство. До сих пор помню вкус этих сушек – было невероятно вкусно. Не знаю, что было причиной таких положительных впечатлений. Может ночная лесная магия майской ночи или искреннее радушие гостеприимного хозяина? Но мне стало очень комфортно и уютно находиться в этой компании. Появилось такое ощущение, что мы все тут давно знаем друг друга. Все мы – единомышленники. Эти люди точно знают, зачем они находятся в лесу. Лес, дорога – это неотъемлемая часть их жизни. Понятна мне стала и их молчаливость, так воспитанные люди тихонько заходят в зал, что бы не помешать другим слушать музыку.

  Радушным хозяином в тот вечер оказался Анатолий Шаляхин – давнишний друг Сергеевича по туристическим походам. К сожалению, о Шаляхине мне мало что известно. Сейчас он на пенсии. Знаю, что за спиной у него огромный туристический путь. Слышал, что его предок воевал на территории Белоруссии и там встретил девушку-белоруску, которая пленила его своей красотой. Домой к нему они вернулись вместе, тут создали свою семью.

   Трудно описать свои впечатления об этом человеке. При общении чувствуешь, что от Шаляхина  исходит ореол максимальной надёжности. Такой мощный своей энергетикой попутчик, как он, добавит с лихвой любому уверенности в себе.  Всякий раз, когда при встрече жму его жилистую руку, чётко понимаю, что этот пенсионер намного сильнее меня и это, не взирая, на нашу разницу в возрасте и мою приличную физическую подготовку. Знаю, что в любую погоду, в любое время года этот пенсионер находит  в себе силы, чтобы провести выходные на этой лесной стоянке, которую они называют дачей. А для этого нужно с рюкзачком прокатиться на электричке и отмахать по лесу приличное расстояние. Как шутит Виталик Мамонт: «уважительная причина для отсутствия на даче – это только туристический поход».

  Вот добрались и до Виталика Мамонта. Думаю, что он - неугомонная душа этой лесной компании, которую все местные аборигены называют дедами. У него точно шило в попе. Он не может в лесу сидеть без дела. Ему обязательно нужно что-нибудь делать. Только поели, выпили кофе, моем посуду, а он уже, глядь, строгает или пилит чего-нибудь. И у него это неплохо получается. Можно с уверенностью сказать, что вся самая удобная мебель этого лесного лагеря – его рук дело. Чего стоит только одна его уютная чайная беседка-столик, отдельно стоящая, с видом на лесную полянку-огород, на которой Виталик отменные помидоры вырастил и это в лесу!!!
 
   По лесу этот компактный Мамонт  перемещается даже с рюкзаком так легко и стремительно, что едва успеваешь мельком разглядеть его. Подходишь со стороны  озера к главной тропинке, смотришь  - слева силуэт мужичка с рюкзаком показался. Мельком глянул себе под ноги на тропинку. Поднял глаза, а мужичок уже проскочил и только спину его видно теперь уже справа от тебя. В первую нашу с ним встречу он так стремительно пронёсся мимо меня, что мы друг друга даже  не запомнили.

 Во вторую мы шли с ним навстречу друг другу по тропинке. И я ему, наверное, подозрительным показался. Места в этом лесу глухие-отдалённые, поэтому случайные люди тут редко бывают – добраться трудно. Обычно при встрече тут просто принято здороваться с незнакомым человеком потому, что, скорее всего, он тут не случайно оказался, а кому-нибудь из местных аборигенов – гость. Мамонт мне тогда тоже не понравился. Он, поздоровался и налёг на меня с ворохом бесцеремонных вопросов. Куда я иду? С кем приехал? На чьей стоянке расположился? Поэтому я не очень приветливо ему на них отвечал, поинтересовавшись ответно его персоной. Кто он и откуда сам путь держит? С кем и к кому приехал? К тому же непонимание ещё одна путаница добавила.  Я, махнув рукой в сторону стоянки Шаляхина, сказал, что был недавно в гостях у Толика Леопольда с Сергеевичем. Мамонт опешил. Он сам там живёт с друзьями. И никаких Леопольдов и Сергеевичей не знает. Поясню. Я в то время не знал, что Сергеевич – Батя, который в шутку называл Леопольдом при мне Шаляхина. В общем, мы с ним странно как-то пообщались. А я ему напоследок из внезапно нахлынувшей вредности даже ещё заявил, что сомневаюсь, что он - Мамонт. Потому, что я о Мамонте что-то уже слышал от Сергеевича и Лёхи. А тот – настоящий Мамонт уж точно бы знал, кто такие эти Сергеевич и Толик Леопольд. Были бы мы школьниками – подрались бы, наверное, для разнообразия лесной жизни. Третья встреча с Мамонтом состоялась в этот же день поздно вечером.

  И тут уж он раскрылся во всей своей красе, просто лёг бальзамом на душу моей жены. Произошло это как-то просто и само собой. В этот мини-поход я взял с собой жену, Ольгу. Соблазнив её перед этим, большим лесным озером и живым звонким родником. Не преминув, конечно, при этом рассказать ей об интересных обитателях этого лесного уединённого уголка. Был будний жаркий денёк. Разбив свой лагерь на Лёхиной стоянке, мы босяком прогулялись с Ольгой по всем местным достопримечательностям. Щедро прогретая солнцем лесная тропинка, весело извиваясь, привела нас к роднику. Спустились по бревенчатым трапам в тенистый овражек. Высоченные кроны деревьев неохотно пропускают сюда лучи солнца, поэтому тут всегда прохладно и сыро. Жадными глотками утолили жажду, ополоснули лица. Мощнейшая волна энергии влилась к нам вовнутрь и захлестнула снаружи. Живее воды не бывает – исток, только что из недр Земли-матушки. Словно заворожённые, притихли, залюбовались убранством этой лесной комнаты, щедро обставленной густым сочным папоротником и мхом. Бесконечно долго можно наблюдать, как звонкая серебряная  струйка ручейка уверенно рассекает   растительность, сверкая на белоснежном песке, чтобы пробить себе водную тропинку к большой речной дороге.   Есть в этом овражке ещё одно приятное занятие для чуткого слушателя – лесной концерт.    К мелодии ручья присоединяется мощный лесной хор заезжих исполнителей. Вода привлекает сюда огромное количество птиц, жужжащих насекомых и особенно много тут навязчивых комариных певцов. Эти комариные приставалы делают всё возможное, чтобы слушатели не застаивались долго в этом овражке.
  Затаив дыхание мы заслушались, но скоро наши руки устали отбиваться от комариных туч, и мы продолжили свою ознакомительную прогулку в сторону лесного озера. Должен отметить, что лучше знакомиться с этим озером утром на рассвете. Вокруг озера разросся густой тенистый лиственный лес, поэтому тропинка, ведущая к нему, извивается в тёмно-зелёном коридоре.  По отношению к лесным дачам озеро расположено приблизительно на Востоке, поэтому если рано утром идти по этому коридору к озеру, то в ясную погоду можно подсмотреть невероятно красивое явление. Благодаря тому, что солнце ещё не высоко поднялось, оно своими лучами может немного проникнуть в этот туннель со стороны лесного озера. За счёт преломления молодого солнечного света через листву, выглядит это очень торжественно. Так, что дух захватывает. Идёшь, идёшь по тенистому тоннелю и вдруг начинаешь замечать, что стены его начинают светиться белым светом, и чем ближе подходишь к выходу из него, тем ярче всё озаряется вокруг. Белое сияние такой силы и чистоты, что приходит на ум сравнение его с Божественным светом в конце туннеля. Поэтому к берегу озера выходишь немного ослеплённый и озадаченный увиденным явлением природы.

  Когда мы подходили к озеру, был разгар дня, и солнце стояло уже высоко. Оно не могло заглянуть своими лучами под юбку тёмного лиственного леса. Поэтому в этот поздний визит мы не застали подобного явления. На берегу лесного озера нас ждало целое инженерное сооружение – бревенчатый плотик на дубовых сваях с подведёнными к нему от берега сосновыми помостами. Это плод заботливых рук лесных дедов. Приблизительно метров двадцать про балансировав на упругих шатких брёвнах, мы с плота смогли оглядеть озеро, нарядно заросшее колониями белоснежных кувшинок. Озеро не глубокое, заросшее водорослями, подпитывается донными ключами. Поэтому думаю, что оно является братишкой лесного родника. Что бы получить мощный заряд бодрости и удовольствие от купания, в его воды нужно заходить плавно без резких движений, чтобы не замутить его чистую воду взвесями, осевшими на донных водорослях.

   Взбодрившись его свежими водами, мы продолжили свой путь дальше. Прогулялись мимо других пустующих дачек. Я показал ей знаменитую дачу-стоянку, парящую орлиным гнездом высоко в кронах сосен. Рассказал местные предания о творческом неугомонном мастеровом люде, обжившем этот укромный лесной уголок. Не забыл поведать о стремительных семиметровых лесных качелях, о хитроумных инженерных сооружениях-схронах для инструмента и провианта….

   Пока сиял золотыми лучами летний день, Ольге всё нравилось в этом лесу. Но как повелось в наших южных широтах – день сменили густые сумерки. В такие моменты малознакомое место особенно выглядит неприветливо. Случилось так и в этот вечер. Вокруг нашего костра плотной тёмной стеной сомкнулся лес. Треск костра смешался с таинственными ночными лесными звуками. Мне в кайф, а закоренелой горожанке Ольге для смятения. Она, прогулявшись днём по лесу, не встретила ни одной живой души. Все стоянки-дачи одиноко дремали в ожидании своих хозяев. Да к тому же тут, где-то по близости бродит какой-то подозрительный самозванец, который называет себя Мамонтом. Что он тут забыл, кого высматривает?

   Только о нём подумала, а тут и сам самозванец дал о себе знать. Справа от нас на тёмной лесной тропинке послышались энергичные лёгкие шаги, больше конечно похожие на мягкую поступь рыси, чем на топот мамонта. И вот свет нашего костра вскоре высветил фигуру моего недавно встреченного мужичка, которому вздумалось себя величать Мамонтом. На мой взгляд, вечером он выглядел лучше. Приветливо улыбаясь, он поздоровался с нами и завязал дружелюбный разговор. Спросил всё ли у нас в порядке, нужна ли какая-нибудь помощь от него, готов был подсобить любым инструментом, если что… Слово за слово и вскоре между мной и Мамонтом проскочила искорка взаимной симпатии. Кем бы он себя не называл, но это свой, лесной человек. И я пригласил его подсесть к нашему столу. От коньяка он скромно отказался, а вот стаканчик сухого красного вина принял из моих рук с удовольствием. В разговоре мы быстро распутали клубок недоразумения с запутавшимися терминами: Леопольд, Сергеевич… Выяснили кто и кому Мамонт. Скоро в неспешной беседе возле лесного костра, как это часто бывает между единомышленниками, к нам пришло ощущение того, что мы знакомы друг с другом уже давным-давно. Один начинал тему, другой тут же её подхватывал и в азартном стиле стремился её развить, взахлёб поделиться своими личными впечатлениями и знаниями.  Например, начатый было мною рассказ о том, как мы где-то, когда-то в дождь трясущимися руками разжигали костёр последней спичкой, тут же азартно прерывался Мамонтом восторженным вопросом, типа: «а слабо без спичек костёрчик распалить, вот у нас был случай…. или, а слабо без дров… , а в болоте …?!» И всё в таком же духе. Такой дух дружелюбного общения изменил всё вокруг. Появилось ощущение того, что тьма позорно отступила, чёрная стена леса украсилась красивыми отблесками огня, стоянка стала уютней, костёр жарче, …  Дух спокойствия заполнил Ольгу, она увидела каких «случайных» людей сюда ветром странствий заносит. Если тут все такие, то это даже забавно и интересно. Поразили её, прежде всего, задорные мальчишеские глаза нашего нового знакомого. Есть мнение, что глаза – это зеркало души человека. У Мамонта тут всё в порядке.

  Настоящие мамонты, говорят, перевелись, но у этого есть жена-единомышленница. С ней я познакомился позже. Эта красивая темноволосая женщина уверенно считает лес своим тылом. Только тут она может полностью расслабиться и дать себе полноценный отдых. Лес для неё: лекарь, друг, дом, собеседник… Тут она абсолютно автономна и неприхотлива. Достаточным комфортом для себя она считает лыжный комбинезон с, закреплённой на пояснице, сидушкой-пенкой.  Мне приходилось часто встречать её одну в лесу. На мой вопрос о том, что она одна слишком далеко бродит от стоянки без малейшей опаски. Она с удивлением ответила: «а кого тут бояться?»  В городской своей жизни она педагог и руководитель. Профессия её вынуждает слишком много общаться с людьми, поэтому, наверное, она закрыта при общении. Я мало её знаю. Но всякий раз, разговаривая с ней, про себя отмечаю, что я не могу общаться с этой женщиной напрямую. Её как бы нет рядом, она надёжно спрятана за неким голографическим образом. Думаю, что никто из этой лесной копании, кроме Мамонта, не знает, как она на самом деле выглядит. Не удивлюсь, если как-то обнаружатся её паранормальные способности. Это конечно моё субъективное впечатление. Возможно, я слишком много Гоголя начитался или Адольфо Биой Касареса? Улыбке она предпочитает внимательный проницательный взгляд. Может, я не умею шутить, но не помню, что бы она хоть раз улыбнулась при мне. Я тут давеча сравнил Шаляхина с Хозяином леса (Лешим). Эту умную красивую женщину сравнил бы со Снежной королевой. Неплохая компания вырисовывается в этом заповедном лесном уголке: Батя, Мамонт, Леший, Снежная королева… 

  Но это ещё не вся команда местных лесных жителей. Не лидирующее, но заметное место в ней занимает ещё один интересный человек – Жорик, его может при встрече узнать каждый издалека. Его визитная карточка – спортивная повязка на голове. Ни разу его без неё не видел, скорее всего, он и спит в ней. Может она вросла ему в голову, и пришлось в ней на паспорт фотографироваться? Всё это я написал из белой зависти. На самом деле это жутко удобная вещь. В жару от пота повязка оградит глаза, в холод теплом согреет голову, и уши от ветра закроет. У меня когда-то была такая же, и я тоже из неё не вылезал. Потом перестал носить длинные волосы, и этот предмет одежды затерялся в гардеробе.

  Жорик когда-то работал под руководством Сергеевича, не раз они ходили в туристические походы. Жорик – заядлый и удачливый рыбак. К сожалению, о Жорике мне мало, что известно. Но за те несколько наших встреч у меня о нём сложилось очень хорошее впечатление. Прежде всего, это неутомимый, я бы сказал даже, что это настойчивый помощник. Жорик – отличный товарищ для похода. Ему в кайф делать добрые поступки, проявлять заботу о друзьях. Угощать кого-то он любит больше, чем себе в тарелку грести. Всегда готов с огромным удовольствием отдать товарищу больший кусок. Ему не лень следить, чтобы гость за столом обязательно всё перепробовал и не стеснялся угощаться. Когда бываю в этой компании, он всегда меня конфузит тем, что успевает выхватить мою пустую тарелку и помыть её. Ему в радость уважить гостя. Ещё подмечу пару случаев с ним. Понадобилась вода, Жорик первый вскакивает, хватает баки и пулей несётся к роднику. Пока туда подойдёт товарищ, Жорик их уже начинает заполнять. Если баков окажется пять, то пятый бак он хватает себе. Все несут по баку в каждой руке, а упрямый сильный «ослик» легко тянет три. В походе группе путь преградила холодная осенняя река – Жорик без слов, пулей уже с верёвкой в воде налаживает переправу. С водной стихией он вообще на ты. Благодаря своей закалке он всегда последний закрывает плавательный сезон. Я мало встречал таких неутомимых помощников.

  Есть ещё два местных аборигена в этой компании, о которых я практически ничего не знаю, это Александр и Евгений. Видел их два или три раза. Но наверняка знаю, что Александр – абсолютно надёжный человек в походе. При встрече жал ему руку – сила у этого пенсионера ещё та! Этот немногословный сухощавый человек, скорее всего себе жилы растянет, но не бросит. Ещё слышал о нём мнение его товарищей по походам, что он прекрасно ориентируется на местности. На их высоко профессиональном фоне, это как же нужно ориентироваться, чтобы быть лучшим?

  Евгений поселился в этой компании особняком. Свою дачу он, как неутомимый бобёр построил в сторонке на лесном холме. Натягал туда со всей  округи стройматериалов. Чего только стоит один его пёстрый цветной домик из пластика брошенных рыбаками бутылок.  Лежанку возле кострового места он обустроил так, чтобы можно было, сдвинув участок кровли, любоваться звёздным небом. Это тоже бродяжья туристическая натура, но он сейчас из-за состояния здоровья вынужден вести более оседлую жизнь в лесу. Продукты ему привозит жена.

  Читаю написанное и дивлюсь. Вот как нужно пенсию настоящим людям проводить – и состариться из-за походов некогда!

   Всякий раз, когда бываю в этом лесу, чувствую незримое их присутствие. Да и в городе с ними связь ощущается потому, что раз согревшись у костра этих «двенадцати месяцев» его тепло пронесёшь в душе в течение всей своей жизни – такая сильная энергетика у этих неординарных людей. В самом факте их жизни рядом с нами, есть что-то очень важное, чего не выразить словами. Как говорится, на таких людях наша Земля держится. Со всей округи к их стоянке лесные тропинки стекаются. Все местные аборигены считают своим долгом, хоть на секундочку заскочить к этим дедам, поздороваться, глотнуть дымка их уютного костра.

   Я ещё проще поступил – облюбовал себе заброшенную лесную полянку между родником и их стоянкой, расположившись на почтительном расстоянии от них, но в зоне прямой видимости. Это даёт мне возможность видеть пятничное таинство. Это всегда происходит как-то неожиданно. В пятницу поздно вечером возле тёмного силуэта их строений вдруг робко начинают метаться огни налобных фонарей. Это значит, что «двенадцать месяцев» преодолели свой очередной путь из города в лес. Жизнь продолжается. Скоро загорится дедовский костерок, и он будет весело перемигиваться с моим костерком.

  Низкий Вам поклон, дорогие деды. Долгих лет жизни, радуйте всех нас Вашим присутствием.




PS Мне показалось приятным знакомство с "Двенадцатью месяцами" возле нашего бесцеремонного костра. Вот и проторил я туда тропку читателям-туристам и себе на потеху памяти.
 


Рецензии
Спасибо за рассказ. Приятно путешествовать с таким рассказчиком. Олюшка ваша просто молодец. Завидую вам белой завистью.Люблю посидеть у костра и молча слушать природу.Вот и меня однажды, леший по кругу водил. Вспомнилось вот. Всех вам благ!

Валентина Григорьева 4   02.11.2018 19:14     Заявить о нарушении
И мне показалось приятным знакомство с "Двенадцатью месяцами" возле нашего бесцеремонного костра. Вот и проторил я туда тропку читателям-туристам и себе на потеху памяти.

Виктор Комосов   03.11.2018 06:10   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.