Грустный тимуровец

Как то раз мы с шефом по делам службы были в одном из леспромхозов в Вологодской области, а именно в селе под странным названием "Тарногский городок". Рано закончили дела и освободившись, спросили у мужичка, который нас возил на своем автомобиле, где можно купить хорошего лесного меда.

- Да, знаю такое место, это совсем недалеко, я сам родом из этой деревни, а сейчас вот в райцентре живу – гордо рассказал он.
- Живут там две бабушки, пасеку держат в лесу, мед у них самый что ни на есть отменный.
- Ну, так вези нас к этим волшебным бабушкам, не обидим.
- Поздно уже, стемнело совсем, бабушки рано ложатся, давайте завтра я вас с утра в гостинице заберу и поедем.

Ну, хорошо на том и сговорились. Отвез он нас в местный «отель», поужинали мы в номере и спать завалились.

Утром, часов в восемь звонит наш водитель, мол, я здесь у входа стою. Выходим, поехали. Пока ехали он кратко рассказал, что деревенька эта умирает, осталось жилых домов всего ничего, молодежь вся разъехалась, остались одни старики. Бабушек, к которым нас везет было раньше трое, все три родные сестры, да вот одна, кстати, самая младшая два года назад умерла. Осталось две сестры одной семьдесят пять лет, другой почти восемьдесят. Замуж из них вышла только средняя, остальные так и не вышли. Мужиков и парней побили на войне, вот и не было женихов. Пенсия маленькая, вот и подрабатывают, медом занимаются. Еще и сыну и внуку помогают. Ах, эти наши бабушки, куда мы без вас!   

Приехали. Правда недалеко, минут десять ехали, деревенька такая северная, совсем небольшая, дворов на тридцать, может быть чуть больше.
Нужный нам дом находился прямо на краю деревни, за забором небольшая опушка и сразу начинается лес. Входим во двор и видим двух старушек. Одна колуном дрова пытается колоть, другая по паре полешков берет и в саночки складывает, да к поленице те саночки волочет. Представил нас водитель.

- Вот привез к вам за медом гостей из Москвы, есть нормальный то, или продали все уже?
Бабульки, как про мед услышали, так и затараторили:
- Есть мед, есть сынки, летний, очень вкусный, вам сколько надо то?
- По трехлитровой банке каждый возьмем, найдете?
- Найдем и больше найдем, если надо, пчелы у нас хорошие, на лесной полянке ульи стоят, только по две тысячи он у нас за банку. Не дорого?
- Нормально.

Сам я в меде ничего не понимаю, не ем его. Но быть в Тарноге, столице меда Вологодской области и уехать без него это не правильно. Одна из бабушек бросила колун и метнулась в дом. Вынесла в деревянной плошечке медку на пробу. Попробовали мы, правда мед душистый вкусный и уже чуть плотноватый такой.

- Вкусно, Марья Алексеевна, очень вкусно! Нам нравится, берем.
- Может вам по две банки надо, так у нас есть.
- Да, нет хватит и по одной.
- Ну я сейчас наложу и принесу.

Вторая бабушка, а звали ее Анна Алексеевна, когда с медом разобрались (это старшая которая) опять начала с земли полешки подбирать и на саночки укладывать. Наложит и тянет их в сторону поленницы, а видно, что сил совсем уже нет у нее для этого. Да и первую бабушку, которая колуном орудовала, тоже от него шатало и кидало в разные стороны. Спрашиваю:

- Анна Алексеевна, а вы одна с сестрой здесь живете, как справляетесь то?
- Да, вдвоем с сестрой хозяйствуем, младшую сестру бог прибрал в позапрошлом годе, вот вдвоем остались. Мы привыкли, сами потихоньку тут управляемся, не жалимся.

Как они сами справляются, они же такие уже невесомые, слабенькие. В матери мне годятся. Что то заныло сердце, маму только свою похоронил, не отпустило еще. Смотрю шеф тоже какой то грустный стоит, не веселый, тоже наверное об этом думает. Говорю ему:

- Слушай, деньги деньгами, но давай дров им наколем, воды хоть натаскаем что ли, не могу я так вот уехать.
- Я сам тебе хотел это же предложить.

В общем отдали банки водителю и отпустили его, договорились, что позвоним, как управимся и он за нами приедет. Бабушки, как узнали, что хотим им помочь, ни в какую, наотрез отказываться стали, мол, не надо мы сами привыкли. Мол, негоже это гостям дрова колоть. Но нет тверже людей, решивших сделать доброе дело. Колун отобрали, санки тоже. Скинули куртки, пристроили их на крылечко и пошла работа.

Я орудую колуном, Дмитрий Михалыч собирает поленья и укладывает их в поленницу. Через десять минут я почувствовал, что у меня есть поясница и руки, через двадцать стало трудно разгибаться для замаха. Ничего, скриплю, но дело свое делаю. Михалыч тоже вижу припотел, но поленница растет, все бабкам меньше мучаться.

И тут открывается дверь дома и на крыльцо выходит очень помятый мужик моего примерно возраста в телогрейке накинутой на голое тело. По лицу его видно, что не чужд он сладкого пития  и занимается он этим делом регулярно. Морда опухшая в красно-синих лопнувших сосудиках. Выходит он значит на крыльцо, закуривает и говорит нам:

- Бог в помощь!
- И Вам не хворать, спасибо.
 
Думаю, наверное больной какой то, раз бабки ветхие дрова колют, а он в доме прячется. Постоял мужик, покурил, полюбовался на нашу работу и в дом – шмыг, как и не было его. Продолжаем умирать на непривычной работе, спина уже начинает кружиться – да, слабоват городской житель, слабоват. Но упираемся, не сдаемся. И вот тут из дома выползает молодой парень лет восемнадцати. Здоровая оглобля, румянец на все щеки, косая сажень в плечах. Потрусил в туалет. Тут уж я подумал, сколько же там у них мужиков в доме сидит и над нами смеется. Мы же для них похоже блаженные.

Здоровяк тем временем оправился и в дом назад идет. Я не выдержал и говорю ему
- Слышь, обормот, а что у вас бабушки дрова колют, а вы в доме сидите?
А ему хоть бы хны, отвечает
- Да, чего, они привыкшие, кто им тут колоть то будет, когда мы уедем?
- Так пока здесь, помочь то не хочешь?
- Не, надо мне это, у меня каникулы!

Во двор меж тем, вышла Марья Алексеевна и не сдерживаюсь, спрашиваю, кто это такие?

- Это Алешенька, внучок мой, на каникулы приехал, он в Вологде в техникуме учится, а это мой сын Виктор с женой на выходные в гости приехал.
Что то расхотелось мне быть Тимуровцем. Полон дом мужиков, а дрова бабки колют. Нет слов. Да и накололи уже куба полтора, хватит, чтобы Алешеньке и Витеньке тепло было. Пора заканчивать. Вот так прожили бабушки всю жизнь, детей вырастили, теперь внуков поднимают, а выходит, что на старости лет все равно одни остались. Грустно все это, тоскливо. Что же сделала жизнь с этими людьми, если они своей матери помочь не хотят?

Тем временем пригласили нас в дом попить чаю. Дом древний, но внутри чистый, на кухне сидит сноха и лепит пельмени. С виду вполне приличная женщина, улыбается нам, беседу поддерживает. Уселись все вокруг столика, покрытого старой, во многих местах прорезанной клеенкой, пьем чай. Разговор как то не клеится, надо уезжать. Достаю деньги, отдаю Анне Алексеевне и вижу, что заплывшие глазки Витеньки радостно заблестели. Понимаю, что сделал ошибку, надо было наедине отдавать. Но нет, Марья Алексеевна, тоже оживилась и говорит:

- Ну вот, хорошо, теперь можно винца купить! Витюшь, сходишь в магазин?
Витюше два раза повторять не надо было, сгреб деньги и только дверь громко хлопнула, поземка пошла гулять по двору. Вот здесь он похоже мастер. Тем временем приехала машина и мы раскланялись. На обратном пути расспросили водителя, что это за Виктор и Алешенька. Поделились своими впечатлениями. Он сказал, что Виктор этот записной алкаш и его уже никуда на работу не берут, а бабушки еще и деньгами ему помогают. А вообще работы здесь почти нет, мужики спиваются, а молодежь бежит только школу закончат. Еще десять лет и эти маленькие деревеньки совсем вымрут и обезлюдят.

Назад в Москву ехали почти молча, каждый думал о своем, а за окном вагона простиралась такая большая и такая неухоженная наша Родина. Когда же появится у нас рачительный хозяин? Когда?


Рецензии
А по моему типичная ситуация:-)

полно мужиков, а бабы пашут.

(шутка)

симпатичный рассказ.

с уважением,

Лев

Лев Вишня   14.08.2017 12:42     Заявить о нарушении
Спасибо, рад знакомству. С Уважением.

Михаил Юдин   14.08.2017 12:57   Заявить о нарушении
Всегда рад буду видеть вас у себя в гостях.

Лев Вишня   14.08.2017 23:45   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.