1 ч. Очень странный посетитель

Прием  заканчивался.  Неожиданно в  дверях  появился  старик,  держащий  в  руках  сумку  с  выглядывающим    живым   гусем.   Он,  приблизившись  к  удивленной  врачихе  и  примостившись   рядом   на   стуле   для  пациентов,    спросил:

--   Что,  Аннушка,  не  узнаешь  меня?

Врач   отрицательно  покачала  головой.   

--   Да   муж  я  твой.  Муж,  правда,  бывший...

--  Георгий  Николаевич,  это   Вы,  что  ли?  --  недоумевала женщина. -- Что же    приключилось,  что  Вы  так  выглядите? 

--  Ах,  долгая  история...  Я  вот  целое  лето  птицу   откармливал   в  подарок  детям.  Кукурузой.  Видишь,  какой  тяжелый?

--   Да  какие  дети?  Они   выросли  и  сами  нынче  родители.
 
--  Ну,  да, конечно, все  в  движении...  Аннушка,  я  пришел  не  просто  так.  Хочу  повиниться.  И  решил  вернуться  к  тебе.   

--   Ко  мне?  Как  Вы  смеете  такое  предлагать?  Ты  же  посмотри, вернуться  ко мне...  Куда  ко  мне?  Выставил  меня  с  детьми  в  трущобы,  сам  жировал,  а  теперь,  через  двадцать  лет,  явился.  А  где  ж  Ваши  жена - дети?

--  Ох,  сволочь  она  оказалась  еще  та....


***

Перед  Анной  Васильевной промелькнула  вся   ее   жизнь.  Вспомнила  юность -   будучи   студенткой   полюбила    женатого  доцента.

Как  унижалась   его  тогдашняя   жена,  умоляя   оставить  в  покое  их   семью --  во  имя  детей.

Походу  та,  несчастная,  жаловалась,  как   пришлось  мыкаться,  пока  супруг  учился - защищался в Москве,  как  трудилась  на  двух  работах с утра до позднего вечера  без  выходных,  чтобы  дать  возможность  любимому  сделать карьеру.

И   сейчас,  когда  самое  тяжелое преодолено,   всё  рушится.
Но  Аннушка  стойко  вынесла  натиск  брошенной  женщины,  не  внимая  ее  просьбам,  грудью  защитив  светлое  будущее,  представлявшееся   необыкновенно   заманчивым  -  связать   жизнь  не  со   студентом  и  перспективой  жить  в  деревне,  а  в одночасье превратиться в светскую даму с известной фамилией.

*** 

Аннушка  выходит   замуж... Да, жизнь  ее  протекала  ярко, легко, весело. 
Первые  десять  лет  для  вновь  образованной  семейной  пары  оказались  бездетными. 

Но  позже  родилась  дочь,  а  через  6  лет  -  опять  девочка.  К  тому  времени  муж  и  докторскую   защитил,  и  профессором  стал.

***

Аннушке  исполнилось  сорок  лет.  В  ее  честь  устраивается  грандиозный  банкет.   Именитые  гости  почтили  своим  присутствием  ее  величество!  Какие  речи  произносились! Муж  сиял  подле  жены!  Уверял,  что только  с  ней  познал  настоящее  и  человеческое, и  мужское  счастье. 

Ему  -  под  шестьдесят,  но  молодился.   Всегда   накрахмаленная  белоснежная  рубашка,  элегантный  пиджак  с  темным  воротничком -- неизменно   притален.  Верхнюю  одежду предпочитал  исключительно  светлых   тонов.   Импозантный,  с  хорошими  манерами,  он  всех  к  себе  в  момент  располагал.

К  знаменательной  дате  любящий  муж  преподнес очередную  путевку  за  границу - на  сей  раз  во  Францию. До  знакомства  с  ним  она,  кроме  Кишинева,  нигде  и  не  бывала,  впрочем,  как  и  все  ее  односельчанки.  Вспомнилось,  как она,  выйдя замуж,  безжалостно  разорвала  отношения  с  подружками. 

Теперь  они  ей  не  подходили.  Ну  о  чем  с  ними  можно  говорить?  О  том,  как  лучше  доить  корову  или  как  огурцы  солить?  У  нее-то  другие  нынче  заботы. А  о  деревенском происхождении  зачем  вспоминать? 

...В один год - путешествие  на комфортабельном  лайнере  по  Балтийскому  морю,  в   следующий  - по реке Нил,  в  третий - по Черному морю и т.д.
   
И  каждый  раз  Аннушке  на  конкурсе  красоты  присуждали  звание  "мисс  круиза".  Это  происходило   не  без  активного  вмешательства   мужа,
способного    договариваться  со  всеми  и  обо  всем.   Ну, и  что с того?  Если  её  внешность  не  отвечала  бы  запросам  жюри,   то  молодую  женщину  не  допустили  бы  к  участию   в   кастинге.
   

А,  спустя  два  месяца  после  юбилея,   супруг  объявляет  о  необходимости  расторжения  брака.
Не  хотелось  в  это  верить!   Благоверный,  уже  в  прошлом,
 и  не  скрывал --  новая  пассия   трудилась  на  одной  с  ним  кафедре. 
И  той   всего  лишь  двадцать  пять. 

Он...  рехнулся?
Двадцать  пять  и  шестьдесят! 
Идиот,  дурак,  чудовище,  безмозглое  животное... Как  только  ни  обзывала  его   раненая  в  сердце  Анна  Васильевна.  Этого   не   может  быть,  потому,  что  между  цифрами  огромная  пропасть.

Да  он  для  Анны  стар.  А  для  аспирантки   он   и  подавно - дедушка! Зачем  ей  такой  хрыч? 

Отвергнутая  жена  ходила  и  ходила   к   разлучнице,  слёзно  упрашивала  забыть  супруга,  взывала  к  совести, говорила о неминуемом  возмездии,  но  все  оказалось тщетно.

Друзья  прежние  будто  сговорились,  поддержали  не  её,  а  мужа-предателя.  С  ней  никто не хотел обсуждать свалившееся  на  неё горе.  Её  избегали. 

Отвергнутая  и  к  проректору института,  где трудился  муж,  наведалась,  прося   обуздать   старого  коня,  возомнившего  себя  жеребцом. 

Чиновник,  терпеливо   выслушав  излияния  обиженной  стороны,  заметил: «К счастью  или к несчастью, но парткомы,  месткомы  и   прочие  рычаги  воздействия на  мораль  и нравственность  приказали долго жить. А я не имею права вмешиваться в личную жизнь сотрудников».

«Ну, тогда...  тогда  вышвырните эту проститутку  вон! Она  не  достойна  учиться в аспирантуре!» - в сердцах  воскликнула несчастная.

«Пожалуйста, без оскорблений. Мне думается, Вашими  методами  не  удастся вернуть мужа. А  ведь  он  поступает  как  порядочный человек. Не устроил адюльтер, не ждал,  пока  за  руку  будет пойман,  а  честно  оборвал  узы  с нелюбимой».

«Все они, мужики, кобели. Друг друга покрывают. У них на уме один блуд!  Влюбился, видите ли...  Да ему эта  сучка  мозги  заморочила. Не решился он бы никогда в  его  годы   развестись. А  он  ей  нужен  для  протекции.

Недавно, совсем  недавно  он   клялся:

"Дорогая,  вели  жизнь отдать  за  тебя,   не колебался  бы   ни  минуты!  Люблю тебя  сейчас так, как много лет назад, когда  впервые  увидел. С тех пор ты стала еще краше. Завитки,  что на  затылке,  по-прежнему сводят с ума. Ты - смысл моей жизни! Готов днем и ночью работать - писать доклады, рефераты,  корректировать  диссертации, чтобы для тебя заработать побольше денег!"
 
Супруга  верила   словам  и  не представляла, что наступят день и час, когда этот, одержимый  чувствами,  спокойным  голосом  объявит  о   прекращения  отношений...

Как  ни противилась  она  разводу, тот  все - таки   свершился.  Предстояло делить имущество и квартиру. Ей трижды предлагались различные варианты жилища,   но  она  не хотела их даже  осматривать, наивно  полагая, что  коль муж  явился инициатором  разрыва, пусть сам  и  уматывает  к  новой пассии,  а  она  останется в прежних апартаментах.

Не учла  она  ни  бульдожьей  хватки  профессора (не обладай  он этим   звериным  нравом,   не  видать  ему   высокого   ученого  звания  во веки веков),  ни  способности  жестоко  мстить  за публичное охаивание  своей  персоны. 

Не  пощадил   влюблённый   ни  бывшую  жену, ни  детей. Отвергнутую женщину вызвали  повесткой  в учреждение, где  правит  бал  его  величество закон. И  там она ознакомилась со страшной бумагой  (решением суда) с предписанием  в течение  двух  недель  освободить  старую  квартиру  и  переселиться   по  указанному  адресу.

Неповиновение грозило  штрафом  и  принудительным   выдворением   из   обители, в которую Аннушка  вцепилась  руками  и ногами. Сопротивляться  не имело смысла.

Будущий  дом  находился  в  промышленной зоне на окраине города.  В  часе езды  от  работы.

Самое  неприятное в этой истории - старшую дочь пришлось  из англо-французского лицея  перевести в близлежащую  школу,  наводненную  детьми из неблагополучных семей.

Мат, сигареты, выпивка,  прогулы  уроков - для  таких заведений  дело привычное.  А  младшую  четырехлетнюю, с которой   прежде  сидела  няня,  определили в садик. Там всем переболела малышка - и педикулезом, и чесоткой, и кишечной инфекцией.

Анна Васильевна  после  развода  ощутила себя  нищей. Еще недавно она не знала счета деньгам  -- бывший супруг  правдами - неправдами  зарабатывал    предостаточно. И  она  могла себе  раньше  позволить не трудиться на благо общества.  Но  дома  скучно  и  женщина работала.

А там  блистала  нарядами, стильной  обувью, украшениями. Получаемый   во  времена  замужества  оклад  являлся, по сути, ее карманной мелочью. Она никогда не задумывалась о жизни библиотекарей, медсестер, продавцов, учителей,  живущих на  гроши...  Теперь  сама с.  мизерной  зарплатой врача  оказалась  в стане малоимущих.

Алименты начислялись, исходя из официального заработка  бывшего супруга,  и  оказались  весьма скромны, так как на помощь с его стороны  появились и другие  претенденты.  Аннушка  на  суде  узнала,  что  родители   и   младшая сестра - инвалид с детства,  живущая с ними, находятся  на  его  иждивении.

А гонорары великий махинатор ловко скрывал от налоговой службы.

***

Молочно - соевые  каши,   вареная картошка,  свекла и капуста,  сосиски из крахмала,  пряники с кефиром -  неизменный  ассортимент,  вошедший  в  жизнь порушенной семьи.

Нет, нет, Анна Васильевна,  оказавшаяся   так  неожиданно  в  бедственном  положении, не  раз порывалась  его  исправить.

Собрав  золотые украшения,  отправилась в ювелирную лавку. Оценщик  посоветовал  их  сдать как  лом  и  не  пытаться  сбыть  через  магазин,  потому  как   нынче  мечтающих избавиться  от  ценностей  превосходит  по численности  желающих  приобрести. Она  так и  сделала, выручив  сумму, гораздо меньше  ожидаемой.

Наступили времена, когда покупательский спрос   населения  упал. То же самое ей твердили в  комиссионном магазине. Норковую шубу,  головные   уборы   из куницы  и  горностая, боа  из чернобурки состоятельные люди  приобретают  в специализированных  магазинах, а  не  в  павильонах, где  вещи с  разной  степенью  изношенности  навалены  кучами.
   
-- Я  из  Греции  всё  привезла  три  года назад.  Обошлось мне в  пять тысяч долларов! И, практически, не успела  ими  попользоваться, -- истерично заявляла  докторица  в  ответ  на  предложение  товароведа  согласиться  на  400 долларов,  из которых будет выплачено, с учетом  издержек, 300.

-- Хозяин - барин,-- отстаивая позицию,  вещала  несговорчивая  приемщица.-- Да можно хоть в  миллион оценить! Но не продастся!  А потом  Вам придется за хранение  платить.

-- За такие  копейки  сама буду их носить...

Да,  вещи  она  эти  надевала. С транспортом случался  напряг,  путь на работу  оказывался  героическим. Утром троллейбус приходилось брать штурмом. Пуговицы из шубы  периодически  вырывались  и  не  раз, что говорится,   «с мясом».  На рукавах  мех  благородных  зверьков  достаточно пообтерся.   

Береты  тоже довольно  скоро  утратили   привлекательность,  ибо неоднократно  из-за  толчков  при  внезапном  торможении  безрельсового  трамвая  улетали  вниз  под чьи-то ноги.  Явно  ощущалось,  что  мир  отвернулся  от  нее.  При  разделе  имущества  Аннушке  достался  весь  ее  гардероб - с  бесчисленными  нарядами.

Не  дарить  же  все   очередной  возлюбленной    бывшего  муженька!  Он  же  ее,  наверняка,  как  и  Аннушку,  будет  "выводить  в  свет".   Пусть  она  и   побегает  по  магазинам.

Бывая  за  границей,  Анна  Васильевна,  обходя    бутики,  десятки  раз  за  день  то  раздеваясь,  то  одеваясь,  подбирая  наряд  к  цвету  глаз,  волос,  лица.  Это  -  не  меньший  труд,  чем  работа.  Но  более  ответственный,  так  как  на  кону  сотни   долларов.

И  все  это  вместо  посещений  музеев  и  достопримечательностей.  Ни  Версаля,  ни    Дрезденской  галереи,  ни  Капитолия  Аннушке  не  пришлось  увидеть,  но  зато  нескончаемый  ряд  вешалок,  запах  кожи,  меха,  ткани  запомнился навсегда...   

"Ты  обязана  быть  лучше  всех! " -  восклицал  профессор,   оплачивая   туалеты.

Он  радовался,  когда  Аннушка,  запыхавшись,  появлялась  в  дверном  проеме  гостиничного  номера  с  дюжиной  пакетов,  и  требовал,  невзирая  на  ее  усталый  вид,  тотчас   продемонстрировать   новое  одеяние.

Капризный  супруг   признавал  лишь  креативные  и  экстравагантные  вещи.  Спина  должны  быть  обнаженной  -  и  чем  ниже,  тем  лучше,  тем   волнующе;   грудь  -  ну,  еле-еле  прикрытой,  желательно  полупрозрачной  тканью  -   чтобы  и  прилично,  и,  в  то  же  время,  на  грани.

"Ты  должна  всех  сводить  с  ума!  И  меня -- в  том  числе!  Ты  не  представляешь,  сколько  энергии,  сил,  какой  величины  заряд  я  получаю,  когда   вижу  лица  своих  коллег.

Они  и  восхищены,  и  поражены!  А  сколько  досады  в  них!  Ведь  я,  именно  я,  а  не  они,   обладаю  этой  красотой,  молодостью,  изяществом!
А  рядом  с  ними  стоят  их  не  первой  свежести   жены!"


Аннушка  покорно  выполняла  заморочки   пожилого  супруга.  Каждую  субботу  их    приглашали  -  то   на  празднование юбилея,   дня  рождения,  годовщины  свадьбы  и  т.п.
 
Профессорская  супруга  обычно   всех  удивляла.  То  непомерно  высокими  каблуками,   то  платьем  с  опушкой  из  лебяжьего  пуха  по  краю  глубокого  декольте,  то  велюровым  коротким  сарафанчиком,  настолько  приталенным,  что  походила более  на  14-летнего  подростка,  чем  на   врача  со  стажем  и   женщину,  имеющую  детей.  А  сопровождающий  её  муж   явно  годился  ей  в  отцы...

Она   жила  от  субботы  до  субботы.  Все  остальные  дни  пролетали в  незаметной  суете.  Младшей  дочкой  занималась   приходящая  няня,  старшая   посещала  школу.  В  доме  готовила   и  убирала  прислуга.


"У нас в  квартире не должно  быть  запахов  еды  -  типа  квашенной  капусты или  брынзы.  Поэтому  -  никаких  запасов!  Пусть  тетя  Маня (домработница) каждый  день   закупается   свежим!" -  восклицал  глава  семейства.

"Вот  оно,  истинное  счастье,  о  котором  все  мечтают  -  отсутствие  забот  и  проблем!"  - думала  Аннушка.

***

"Книги  ты  возьмешь?" - с  нотками  сердечности  в голосе  поинтересовался   бывший  супруг  в  момент распределения  имущества.

"Книги?" -  не  "врубалась",  будто в нокауте,  Аннушка.

"Книги  -  книги.  Девочкам  же  учиться  и  учиться.  Пригодятся".

"Да,  да, библиотеку  оставь нам", -  соглашалась    женщина,  не    ведая,   что  скоро  наступит  эра  интернета,  и  все  произведения  можно  будет  с  успехом  считывать  с  тоненькой  панельки  компьютера.

"А  посуда? Фужеры? Рюмки? " -  продолжал  вкрадчиво  спрашивать   уже  не  принадлежащий  Аннушке   муж.

"Девчонкам  пригодится  все.  Они  же  -  будущие  невесты",  -  стягивала   все  туже  на   своей  шее  удавку  блестяще  проведенной  операции  по  оставлению  жены  «с  голым  задом»,   бесхитростная    женщина.

Потом,  когда  будет,  согласно   желанию  Аннушки,  заверен  список  вещей,  предусмотрительный  во  всем  Георгий  Николаевич  предъявит  целый  чемодан(!) квитанций к  этим  предметам.  Оказывается,   за  все  совместно  прожитые   годы   он  не  выбросил  ни  одного  чека!

И,  в  итоге, с  чем  осталась  наивная  дама?

Маркс,  Энгельс,  Ленин,   Достоевский,  Толстой,  Маяковский  и  много других  гениев  мировой классики   теперь  украшали  скромную  двушку  в  панельной  хрущёвке  на  отшибе  города.

А  тарелкам  и  чашкам  времен  моей  бабушки   вкупе  с   вазами,  конфетницами,  фруктовницами,   шоколадницами    уготовлена    роль  терпеливого  ожидания   своего  часа  в   коробках  на  балконе.

На  почти  новый  автомобиль "Волгу 24"  вместе  с  гаражом  в  суде  Георгий  Николаевич   предъявил   документы,  из  которых,  к   немалому  удивлению  Аннушки,  следовало,  что  истинным  хозяином  добра  является  один  из  родственников,  а  муж  пользовался  по  доверенности.

А  еще  ему,  сердешному,  досталась   вся  техника  -  от  утюга  с  паром   до  телевизора, холодильника  и  стиральной  машины.  Что  это  в  сравнении  с  золотыми  украшениями,  платьями,  шубами    и  прочими  атрибутами  женской  роскоши,  милостиво  оставленных  бывшей  супруге  ?

А  заодно  новоиспеченный  жених  прихватил  импортную  мебель,  старинное  пианино  цвета  топленого  молока  с  инкрустированным   фасадом,  купленное  по  случаю  за  бесценок.

Забыл,  наверняка,  старый   пройдоха,   как  он  с   Аннушкой предавался  мечте  о  светлом   будущем,  в  котором подросшие дочки,  уже  постигшие  музыкальное искусство,  по  вечерам  в  четыре  руки  будут   играть,  а   рядом  стоящие  родители  петь...

Продолжение следует    http://www.proza.ru/2017/08/08/1711


Рецензии
"Классика жанра", если кобель, то до конца дней будет кобелиться...
Из "грязи в князи" подниматься приятно, а вот назад очень больно.
С теплом,

Екатерина Колючкина   15.11.2018 00:22     Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.