Конец эпохи. Часть 1

Поднимаясь пешком на 5 этаж, я молила только о том, чтобы дома была Дуся. Последний раз я стояла перед этой дверью полгода назад. Тогда я выскочила из квартиры сжимая в одной руке для обороны чугунный утюг, в другой - видавший виды школьный портфель. За дверью орал, что зарежет меня, пьяный Николай Дмитриевич - муж Дуси. Причина такого недовольства Николая была неразделенная любовь ко мне. Полчаса назад, стремительно вылетев из ванной, я застукала его подглядывающим за мной в окошечко кухни. Рухнув со стола и чуть не свернув шею, старый ловелас просто решил меня зарезать. Белая горячка, горячка белая. Я - это аспирантка очного отделения аспирантуры МИРЭА.

Стараясь не шуметь, я повернула ключ. В нос ударил сильный запах, пройдя на кухню, я увидела кур. Они сидели на моем столе, на пустой полке и ходили по загаженному полу. В доме никого не было. Минуту я стояла неподвижно, рассеянно наблюдая. Куры в мои планы не входили. В планах было уехать от родителей и поселиться в старой комнате в коммуналке, где раньше жила наша семья. Узкая улочка в три дома с романтическим названием Пруд-Ключики упиралась в полотно Казанской железной дороги, платформу "Новая".

Через неделю Дуся и Николай вместе с курами переехали из своей девятиметровой комнаты в новую квартиру. Николай, участник войны и Дуся - рабочая в гальваническом цехе, ждали эту квартиру 18 лет. Убирая прихожую после суматохи переезда, я нашла на полу томик дореволюционного издания Пушкина с матерными стихами.  Все неприличные слова были вписаны старательным почерком Николая намусоленным чернильным карандашом.

А еще через неделю в освободившуюся комнату заселилось существо по имени Люси. Существо это выплыло из небытия в бытие , не имея ничего за душой. Социальное статус - лимита. Семейное положение - сирота. Образование - 8 классов, которые она окончила, пребывая в детском доме г. Козьмодемьянска.  Щуплая, робко улыбающаяся, со взглядом ищущим покровительства. Маленькое сморщенное личико то ли ребенка, то ли старушки. Люси была моей ровесницей. Вырвавшись из рабочей общаги, Люси была совершенно не готова начать самостоятельную жизнь. Я поделилась с ней посудой и необходимым в быту барахлом, а после того, как мы нашли на помойке топчан и затащили его на 5 этаж, жизнь Люси стала налаживаться.

Так мы и жили, Люси работала на швейной фабрике, я училась в аспирантуре.

На дневном отделении аспирантуры платили стипендию 91 руб. 80 коп. Восемьдесят копеек я  просила выдавать двухкопеечными монетами - двушками. Телефона в квартире не было и двушка шла на вес золота. Телефонная будка внизу у подъезда стала моей "переговорной" и часто случайный человек или даже несколько становились невольными свидетелями моих, иногда очень личных разговоров. Нетерпеливый стук монетой по стеклу сопровождался язвительными комментариями, а иногда и бранью.

А вы говорите личное пространство, privacy.  Не было понятия личного пространства, потому, что никто не парился подобными проблемами, не было и такого слова. Какое может быть личное пространство в переполненном вагоне метро? А у человека, стоящего в плотной очереди за дефицитом? Я заметила, что сейчас люди стараются не подходить так близко к друг другу, как это было тогда. А тогда...Какое такое личное пространство?! Но оно было, это личное пространство. Наверное даже там, где нет вообще ничего личного , а всё только казенное, оно тоже есть и оберегается с особым рвением. Личная расческа, обрывок фотографии, кружка или кусочек истлевшего письма. Не знаю, не бывала, не привлекалась, но мне так кажется.

 А какие могли быть представления у Люси о личном пространстве, выросшей в детском доме? У маленькой девочки, которая выкручивала мокрое вафельное полотенце чтобы вытереться после бани - потому, что полотенце было  одним единственным на всю группу. У ребенка, который никогда не имел ничего личного, даже своей игрушки. Детский дом в Козьмодемьянске не то место, где формируются подобные представления. Но как только появляется эта возможность, человек пытается отвоевать себе хотя бы сантиметр этого самого  личного пространства. Вот и моя замечательная соседка Люси, вырвавшись из рабочей общаги, стала наращивать защитную оболочку - своё личное пространство.

Мы с Люси за личное пространство не воевали, а обустраивали его, каждая своё и на свой вкус. Проведя ревизию мебели, оставшейся после отъезда родителей: старое пианино, диван, купленный еще на стройотрядовские деньги, письменный стол, книжный шкаф и вертящуюся табуретку, служившую мне журнальным столиком, я поняла, что основное для жизни есть. А денег покупать что то новое - нет. Единственное, что я сделала - повесила льняные шторы и поставила диван поперек комнаты.

Люси, оказавшись владелицей аж 9 кв метров, да еще и с балконом, вынужденная принимать решения, чего она была раньше напрочь лишена, к моему удивлению неплохо освоилась и, с упорством врожденного обывателя, быстро обзавелась джентльменским набором советского человека - холодильником, телевизором, купила зачем то ковер и поставила себе железный зуб. Жизнь налаживалась окончательно.

 Люси зарабатывала неплохо, примерно 150 рублей в месяц. В советские времена никто не скрывал своих зарплат и не было неприличным спрашивать о них. Никакой приватности. Всё это были буржуазные штучки. Я узнала сколько зарабатывает Люси не потому, что меня это интересовало, а потому, что она попросила меня помочь разобраться с процентами.  Что такое проценты Люси понятия не имела, но очень хотела узнать, потому что подозревала. что ее обманывает мастер по цеху. Уроки по процентам длились неделю и закончились полным крахом. Процент остался для Люси terra incognita. Решив, что в аспирантуре я занимаюсь именно процентами, я снискала у Люси огромное уважение. Короче, с глупостями ко мне она больше не приставала.

Так незаметно подкрался Новый год. Я корпела над статьёй и когда ее сдала своему научному руководителю, оказалось, что новогодние базары с елками облысели до такой степени, что пора их было переименовывать в дровяные. Выбрав высоченную палку с остатками хвои наверху и осознавая безысходность своего положения - ни в один троллейбус я не втиснусь, я поперла эту дровеняку домой пешком. На улице около 20 мороза. До дома 4 остановки пёхом в аэродинамической трубе шоссе Энтузиастов. Остановившись на мосту через путепровод, уцепившись двумя руками за голый ствол, я решала - нести дальше и умереть или бросить и спастись? Рядом притормозил грузовик. Молодой парень со смеющимися глазами минуту наблюдал за мной, потом покинув кабину, быстро взобрался в кузов и в меня полетело что то очень пушистое и зеленое. "Бросай свои дрова.С Новым годом!"

Люси отогревала меня горячим чаем, мы сидели перед оттаивающей елкой, вдыхая ее новогодний аромат.

Если покупать молоко в бумажном треугольном пакете по 16 копеек, то овсянка на утро и вечер - нормальный вариант! Или как роскошь - Русские пельмени  в бело-красной картонной упаковке, одним комком вываливающиеся в кастрюлю. Денег катастрофически не хватало. При всей своей нищете, я не могла отказать себе в некоторых излишествах, например, такси, кофе и французской  косметике.  Ну и эти чертовы колготки почти за 8 руб, что было в два раза дороже, чем квартплата. Но я умела экономить и поэтому зимних сапог и пальто у меня не было.

Новый год закончился Старым и по идее, по-хорошему, должна была наступать весна. Но жизнь несправедлива и зима продолжалась. И вот, в середине январской стужи,  у нас в подъезде выломали стену от второго до пятого этажа - власть вспомнила о нас и решила скрасить наше существование подарком в виде навесного наружного лифта. Дверь нашей квартиры изнутри покрылась наледью и обросла инеем - спасали чугунные утюги. Их было два - для меня и для Люси. Вечером мы их нагревали на газу докрасна и растаскивали по своим комнатам. И еще у нас был неимоверно теплый, даже жаркий туалет, там шла тепловая централь. Несмотря на заботу властей  о жителях нашего дома, все обошлось и мы выжили, получив в придачу лифт. 

Все шло своим чередом, учеба в аспирантуре занимала времени меньше, чем дорога туда и обратно. Постепенно выкристаллизовалась и тема будущей диссертации - что то такое из математической лингвистики и искусственного интеллекта. Я почувствовала свою ответственность перед отечественной наукой. Удручало только то, что материалы были в основном на английском языке  и только в Библиотеке В. И. Ленина. Ленинка мне не нравилась архитектурой - напоминала мавзолей - и тем, что находясь в ней, постоянно хотелось есть. Потом, я не могу думать публично! Это интимный процесс.

Грянула весна, как всегда неожиданно, в том смысле, что надевать было нечего. Вокруг дома стояли огромные лужи. Сапоги покрылись несмываемой белой кромкой соли и перестали высыхать за ночь. Люси, как истинная православная накануне пасхи, в чистый четверг затеяла уборку и добралась до антресолей в общем коридоре. Оттуда были выволочен  годовой запас послевоенного хозяйственного мыла, забытого Дусей при переезде и, О Чудо! - потрясающие резиновые боты на высоченном полом (!) каблуке, с тремя кнопочками по узкой щиколотке вверх. Шедевр послевоенной обувной советской промышленности! Вопрос обуви был решен гениально, нестандартно и эпатажно! Надо сказать, что публика на кафедре, сплошь зашоренная лейблами, афганскими дубленками и джинсами из "Березки",  не оценила сей винтаж. По-моему, они меня жалели.
Продолжение http://www.proza.ru/2017/01/09/1870


Рецензии
Галочка, а ведь какие удобные были эти ботики с полыми каблуками. На трёх кнопочках. У моей мамы и бабушки были такие.

" Телефона в квартире не было и двушка шла на вес золота. Телефонная будка внизу у подъезда стала моей "переговорной" и часто случайный человек или даже несколько становились невольными свидетелями моих, иногда очень личных разговоров. Нетерпеливый стук монетой по стеклу сопровождался язвительными комментариями, а иногда и бранью."
Вот как объяснить, что это за счастье позвонить из сей будки?
А узнать время по 08, бесплатно?

Знаешь, вот это вселяет оптимизм :
"Молодой парень со смеющимися глазами минуту наблюдал за мной, потом покинув кабину, быстро взобрался в кузов и в меня полетело что то очень пушистое и зеленое. "Бросай свои дрова.С Новым годом!"

Эль Ка 3   21.06.2017 23:13     Заявить о нарушении
Любочка, здравствуй! Всегда приятно получать такие доброжелательные рецензии, а особенно от тебя. Спасибо!время было не простое, но это было время нашей молодости, поэтому к нему особый счёт. Я бы выкатила круглую сумму, но не так все однозначно.это время нас сделало, и сожрало одновременно.

Галина Быковская   22.06.2017 20:46   Заявить о нарушении