Зачем спасать животных, когда надо спасать людей?

        Примечание: статья написана с целью не осуждения мясоедения, но отстаивания права каждого вегетарианца следовать избранному пути отказа от него; с надеждой на то, что это право будет признано обществом, как всякое право человека на самоопределение.

        Кроме того, к этой статье, для ещё большего понимания её цели, лучше переходить после ознакомления с предыдущей, "Исповедь вегетарианца": http://www.proza.ru/2016/12/21/1305



        * * *


        Вегетарианцев часто спрашивают, почему они так озабочены судьбой сельскохозяйственных животных, когда ещё гибнет столько людей вокруг. Когда даже цивилизация не избавила нас ни от голода, ни от болезней, и до сих пор не утихают кровопролитные войны. Зачем спасать крупный рогатый скот, свиней и глупую птицу, которых веками выращивали на убой, когда спастись бы самим? И в этом весь ужас нашего отношения к мясоедению. В нашем многовековом спокойном созерцании того, как «тысячи животных... уничтожаются каждый божий день без малейшего сожаления, без тени раскаяния», о чём писал Ромен Роллан, французский писатель. Весь ужас — в нашем равнодушии. В том, что мы, удовлетворяя свою плоть очередным бифштексом или сарделькой, даже не задумываемся о том, что ради нашего минутного удовольствия, вызванного навязанным нам с детства извращенным представлением о вкусном и полезном, ежесекундно на планете в адских муках гибнет живое существо. Не задумываемся, потому что «так было всегда». Всегда ели, и будем есть! Всегда выращивали на убой, и будем выращивать! А что в этом такого? Человеку ведь нужно есть, выживать! Не задумываемся ещё и потому, что большинство из нас не являются свидетелями страшных сцен забоя животных на скотобойнях. Кстати, а почему эти, с позволения сказать, заведения всегда прячут подальше от глаз людских? Ведь как удобно было бы ресторану, в котором готовят изысканные мясные деликатесы, иметь рядом скотобойню. Казалось бы. Но нет: те, кто ест, не должны этого слышать, видеть. Но почему? Если нам так приятны вкус и запах того, что приготовлено из убитых животных, почему мы не хотим видеть их предсмертные муки, слышать их ужасающие крики и стоны? Почему прячем бойни в труднодоступные места, словно стыдимся чего-то? Быть может, мы просто боимся разбудить уснувшую в нас летаргическим сном совесть? Уснувшую ещё в далёком детстве, ведь нам с раннего возраста твердят: кушай мясо, и будешь сильным и здоровым. Мы привыкаем к обману, привыкаем к мысли о том, что якобы для нашего здоровья выращивают животных «на мясо», мы привыкаем... И убийство животных «во благо» нам кажется абсолютно нормальным, точнее, мы даже и не думаем о нём, как будто убийства и нет. Как будто мясо растёт на деревьях. И большинству из нас кажется, мягко говоря, странной жалость к животным как причина перехода к вегетарианству. Тот же Ромен Роллан пишет: «Заговори кто об этом, и его тотчас подымут на смех. А ведь это (уничтожение животных — прим.автора статьи) преступление, которому нет оправдания. Уже одно оно является достаточной причиной всех страданий людских. Это преступление вопиет об отмщении и ложится проклятием на весь род человеческий..» Вот здесь, как мне видится, объяснение тому, о чём говорилось в начале статьи: «...гибнет столько людей вокруг... даже цивилизация не избавила нас ни от голода, ни от болезней, и до сих пор не утихают кровопролитные войны.» Цивилизация голода, болезней, нескончаемых войн. Отчего она вот такая, наша цивилизация? Не оттого ли, что наши руки в крови ни в чём не повинных живых существ, которые, как и мы, способны страдать, чувствовать боль и полны желания жить? Не это ли источник всех бед человечества? «Как можно надеяться, что на земле воцарится мир и процветание, если наши тела являются живыми могилами, в которых погребены убитые животные?» — спрашивал у человечества ещё более ста лет назад великий вегетарианец Лев Толстой.

        Всячески оправдывая мясоедение, мы пытаемся оправдать своё жестокое и бесчеловечное отношение к животным. Оправдывая это, мы ожесточаем свои сердца, не оставляя в нём места состраданию. И потом удивляемся, почему мы так глухи друг к другу, откуда в мире столько боли, агрессии, войн. «Освенцим начался тогда, когда человек на скотобойне сказал: "Они всего лишь животные", — писал Теодор Адорно, германский философ, переживший Холокост.

        Связь между несовершенством человеческого мира и мясоедением самая прямая. Пока мы едим мясо, мы не можем называться гуманным обществом. Там, где нет гуманного отношения к животным, нет и гуманного отношения к человеку, ведь и человек, и животное — живые существа. «От убийства животного до убийства человека — один шаг,» — это снова Лев Толстой. А задолго до него человечество предупреждал Пифагор: «До тех пор пока люди будут резать животных, они будут убивать друг друга.»
 
        О как не хотелось бы мне говорить на столь безрадостную тему! Представляю, сколько читателей уже готово закрыть мою страницу, не в силах читать об этих тяжёлых вещах. Разве легко нам признаться себе в том, что мы сами не ведаем, что творим?

        Вегетарианцев считают чудаками. И если к великим прислушиваются, то с простыми смертными разговор другой. Их высмеивают, на них раздражаются, их просят замолчать... и это только начало. Как хорошо, что есть великие. И как здорово, что среди великих так много вегетарианцев! Так много, что мне уже начинает казаться, что лучшие умы человечества просто рождаются вегетарианцами. Вы ведь больше поверите им, чем простому смертному? Если и не поверите, то прислушаетесь и задумаетесь точно. Так послушайте, что они говорят, говорят и не устают говорить (веками!) о связи между мясоедением и несовершенством нашего мира.

        Жан-Жак Руссо, французский философ, писатель: «Как на одно из доказательств того, что мясная пища несвойственна человеку, можно указать на равнодушие к ней детей и на предпочтение, которое они всегда оказывают овощам, молочным блюдам, печеньям, фруктам и т.п. Чрезвычайно важно не искажать природного вкуса и не делать детей плотоядными, если не ради их здоровья, то хотя бы ради их характера, потому что, чем бы это ни объяснялось, а достоверно, что большие охотники до мяса вообще бывают людьми жестокосердными.»

        Густав фон Струве, немецкий писатель, общественный деятель: «Если человек с установившимися уже привычками добровольно подвергает себя какому-нибудь лишению, чтобы избавить от страдания и смерти живые и чувствующие существа, то он непременно делается мягкосердечнее и добрее. Напротив того, человек, заглушающий в себе чувство сострадания к низшим животным, всегда бывает более или менее жесток также и к существам своей породы.»

        Рабиндранат Тагор, индийский поэт, Нобелевский лауреат: «...мы продолжаем творить жестокости снова и снова, делая это легко, радостно, все мы... Тех же, кто не присоединятся к нам, мы спешим назвать странными чудаками не от мира сего... И если даже после того как жалость всё же пробудилась в наших сердцах, мы предпочитаем глушить наши чувства, ради того лишь, чтобы не отстать от остальных в их охоте за всем живым, мы тем самым оскорбляем всё то доброе, что теплится у нас внутри.»

        Альберт Швейцер, немецкий философ, врач, лауреат Нобелевской премии мира: «Пока мы не включим животных в общий с нами круг благополучия, в мире не будет мира."

        Лев Толстой: «Общество, которое плохо относится к животным, всегда будет нищим и преступным."

        Янез Дрновшек, президент Республики Словения: «Не стоит ждать, что люди с низким уровнем сознания, которые жестоки к животным, прекратят войны, перестанут манипулировать другими людьми, помогут побороть нищету в мире.»


        А теперь — высказывание, на которое я прошу обратить особое внимание!
 

        Махатма Ганди философ, видный общественный и политический деятель: "О величии нации и ее моральном прогрессе можно судить по тому, как она обращается с животными. Я думаю, что духовный прогресс потребует от нас в определенный момент, чтобы мы прекратили убивать окружающие нас живые существа для удовлетворения прихотей нашего тела."

        Томас Трайон, английский писатель: "Тогда прекратится всякая вражда, не будет слышно жалобных стонов ни людей, ни скотов. Тогда не будет ни потоков крови убитых животных, ни зловония мясных рынков, ни окровавленных мясников, ни грома пушек, ни сожжения городов." (Чем не ответ на вопрос, давший название этой статье: «Зачем спасать животных, когда надо спасть людей?»)

        Вот тогда ни мне, ни кому-то другому не придётся говорить обо всех этих ужасных вещах. Говорить о них, когда хочется совсем о другом. Хочется, конечно, всегда о светлом. Чтобы много-много света. Много солнца, поющих птиц в цветущих для нас садах. Кстати, воображение всегда легко нарисует нам картину райского сада, не правда ли? Но возможно ли, будучи в здравом уме, представить себе картину райской скотобойни? Это вопрос к тем, кто аргументирует несостоятельность гуманности вегетарианства тем, что и растения — это живые существа, и если жалеть всё живое, нам нельзя есть и растения, и их плоды. И это вопрос для отдельного разговора о том, что для человека естественно питаться плодами — так задумано природой. Растения имеют совершенно другое строение и предназначены природой для употребления в пищу человеком, для которого неестественно питаться мясом животных — тому есть масса научных доказательств.

        Я мечтаю о том времени, когда мы будем учить наших детей любить всё живое по-настоящему. Когда любовь к животным — это не только погладить кошечку, поиграть с собачкой, но быть Человеком и со всеми остальными живыми существами на планете. И здесь не могу не вспомнить ещё одного великого по имени Бернард Шоу. Моя предыдущая статья о вегетарианстве начиналась и заканчивалась его словами: «Животные — мои друзья... и я не ем своих друзей».
 
        Недавно я где-то прочитала , что в Америке волонтёры объединяются в общества по спасению сельскохозяйственных животных. Не это ли первый очень важный шаг к включению животных «в общий с нами круг благополучия», о котором говорил Альберт Швейцер, — когда животных не выращивают на убой, а просто любят их, играют с ними, заботятся о коровах, о свиньях, курах, индюшках как о ближних своих — так, как большинство пока привыкло заботиться только о кошках и собаках. И это у них, у американцев, которых мы называем «роботами». А мы со своей великой загадочной русской душой почему-то не хотим думать о том, что и у животных, возможно, тоже есть душа. Во всяком случае, чувствовать они умеют. И очень хотят жить.
 
        И, кстати, нам они почему-то всё ещё верят...


Рецензии
Да будет так!!!Молюсь!

Лариса Белоус   15.04.2018 19:02     Заявить о нарушении
спасибо, Лариса, здоровья Вам и счастья, благодарна от души за понимание и доброе сердце,

Марина Дальински   15.04.2018 19:11   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.