Глава 23. Станция

Человеческая составляющая Оператора пошла вразнос. Самоубийство Кирилла Ивановича стало последней каплей.

Влад Стечко, простой парень двадцати одного года, мало чего видел плохого в этом мире. Медийка из сети и теленовости — не в счёт. Тем более что всегда можно оплатить тариф «Светлый мир» и не видеть ни одной новости, сюжета или фильма с какой-нибудь дрянью — политикой, болезнями или убийствами. Ни одного грустного музыкального клипа или депрессивной литературы, пусть она хоть сто тысяч раз классика.

Не всё так катастрофично, конечно же. Владька рос не в вакуумном пузыре, но… Но большую часть жизни Владислав плотно опекался мамой и бабушкой. Даже начиная самостоятельную жизнь в Москве, он всё время оставался под заботливым приглядом подруги Алинки.

Потому, когда на Оператора посыпались проблемы, да с каждым разом всё серьёзнее, когда пришлось крутиться, спасая своих близких и защищая Центр, Влад сорвался. Чашу весов переполнило самоубийство майора Края.

Всё произошло в виртуальном пространстве Артефакта. Что кричал и о чём плакал парень, потерявший уже стольких близких людей, никто и никогда не узнает.

В итоге, чуть успокоившись, Оператор принял решение временно приглушить в себе человеческую часть. Пусть психика Владислава-землянина отдохнёт. Сейчас не время для истерик — проблем слишком много. Для их решения нужно спокойное состояние и минимум эмоций.

Разрастающаяся под Лунной поверхностью Галактическая станция требовала полного внимания. Влад контролировал каждый процесс роста комплекса. Огромный поток информации не давал отвлекаться на людей в Убежище вообще. Стечко следил краем глаза за происходящим в группе своих единомышленников. Существенно поредевшая Команда пока справлялась.

Шла вторая неделя разворачивания Станции.

Параллельно велись переговоры с Громовым и различными представителями правительства России. Нащупывались точки соприкосновения. Тенденции Влада устраивали.

Лунное Убежище потихоньку обживалось. Хорошо, что в Команде не только подростки, а есть люди повзрослее.

Инженеры Елисеева-старшего смотались на полуостров Шмидта и обнюхали там каждый клочок земли для застройки Анклава. Да, на месте старого Иультина удобнее всего.



Края похоронили в его родной деревушке недалеко от Санкт-Петербурга. Кроме старших из Команды и нескольких знакомых Кирилла Ивановича из Департамента, на похоронах появился ещё какой-то испитый старичок, представившийся то ли двоюродным братом, то ли дядей майора. Он сам не помнил точно и всё время путался в показаниях. Но надо отдать должное — и похоронили и помянули по-человечески.

Владислав чувствовал, что такое отстранение от дел Убежища может привести к проблемам. Ему нужен помощник именно с мониторингом развёртывания.

Оператор медленно оглядел пространство внутри Артефакта — всё та же бесконечная синь без конца и края. Далёкий горизонт растворялся в белёсом тумане. Вокруг стаями плавают инфо-модули. Они хоть и полуразумны, но мало чем смогут помочь. А кого-то извне пускать сюда нельзя. Для гостей нужно что-то иное…

Стечко подозвал ближайший кристалл. Повинуясь ментальному приказу, из модуля вокруг Владислава с хлопком выросла золотистая многометровая сфера. Сверкающая огнями, как новогодняя ёлка. Она тихо вращалась, гипнотизируя.

Показалось, что слишком ярко, и парень приглушил освещение до мистически-загадочного, еле тлеющего тёплыми звёздочками.

Основное пространство отсюда совсем не просматривалось — только медленно плывущие изогнутые стены вокруг. Это навело на ассоциацию, и Влад решил чуть украсить «золотую гостиную» элементами стимпанка. Может, это ещё были отголоски человеческой составляющей?

По стенам сверху вниз прорисовались чёрные швы, словно сам шар состоит из сваренных лепестков металла. Вдоль каждого «стыка» пролегли заклёпки.

На стенах появились многочисленные тёмные шестерёнки, бронзовые пружины и сотня огранённых камней. Всё это тихо кружилось и вращалось, словно древний механизм непонятно чего. Под ноги время от времени с лёгким свистом вылетала струя пара.

Десяток ржавых пятен по деталям интерьера ещё больше приблизили ощущение винтажности стен.

Можно было бы ещё поработать с дизайном, но дальнейшее приложение сил Оператор посчитал нерациональным. Эстетическое решение безукоризненно, хотя и избыточно. Отголосок земной личности? Влад уже хотел стереть всё придуманное, но тут в сфере появился Кар-лайский искин.

Его носителей — несколько бархатно чёрных цилиндров — Стечко недавно включил в тело Станции. До этого момента старший псионик не дёргал искина — хватало своих проблем. А тот и не настаивал. Сидел в «раковине» тихо, как мышь, и только жадно наблюдал за происходящим вокруг, да иногда восторженно попискивал в разных радиочастотных диапазонах.

— Я уже боялся, что ты обо мне забыл, — радостно выдал искин, только появившись в «золотой» сфере.

Инопланетный кибер-разум выглядел, как крупный синий краб. Странное воплощение, если учесть, что сами кар-лайцы далеко не крабы. Влад помнил такого же крабовидного бота, которого повстречал в полуразрушенных коридорах древнего лунного комплекса.

Привязанность искина именно к этой форме тревожила. Хотя краб получился эстетически завершённый. Окраска членистоногого не однотонная, а переливами от светло-голубого до иссиня-чёрного.

Хитиновая тварюшка весело прищёлкивала клешнями и забавно перебирала лапками в воздухе. Хорошее настроение искина так и плескалось через край. Он заметно истосковался по работе. Попробуй просиди тысячи лет под землёй в разваливающемся комплексе — и не так запоёшь.

— Готов помочь? — тут же спросил Влад. — Мне нужно, чтобы ты взял на себя несколько инфопотоков мониторинга…

«Крабик» вник в проблему моментально, и через минуту Влад перекинул ему пару информационных потоков. А ещё через полчаса кар-лайец спокойно впрягся в львиную долю наблюдения за развёртыванием Станции.

Искин оказался с большим опытом в подобных делах и не сильно напрягался — мог взять и побольше. Но тут уже сработала паранойя Оператора — есть вещи, которые он не может доверить никому. А пока Влад облегчённо выдохнул, отключая сознание от основного массива данных и где-то даже позавидовал вычислительным мощностям разумного робота.

— Как к тебе обращаться? — спросил Влад, наблюдая за работой древнего помощника.

— Как хочешь, — весело отозвался искин. — Мой идентификатор в земных понятиях «Россыпь символов».

— Может, просто Росс?

— Да хоть Жак Ив Кусто. Кстати, а ты разрешишь мне появиться на планете? Хотя бы аватаром? Там такие океаны, моря, коралловые рифы…

— Давай не будем забегать вперёд? Карантин с Земли уже снимается, но сейчас всё настолько беспокойно, что…

Влад пожал плечами и покинул золотую сферу.

— Моря, гигантские волны, просторы… — мечтательно пробормотал в пустоту искин.



* * *

Уже неделю Алину таскали на беседы в различные структуры ФСБ и МВД. А может, ещё куда — она не все аббревиатуры понимала. На пятые сутки девушка слабо соображала, куда едет с раннего утра, где проведёт весь день и кто будет изводить её бесконечными вопросами об одном и том же. Она уже, казалось, миллион раз выложила всё, что знает. Не так уж и много знала.

О работе Команды Оператора рассказать не могла ничего — стоял жёсткий ментальный блок. Ни написать, ни намекнуть…

Над психоблокадой сутки билась парочка каких-то неприятных псиоников-менталистов, но им не переплюнуть возможности Стечко.

Вот и сейчас она входила в неприметное серое здание на окраине Москвы с вопросом полустоном: «Когда же это всё закончится?». От постоянного стрессового состояния совсем притупились эмпатические способности. Алина уже не слышала людей так чётко, как в Центре.

В свободное от допросов время она пластом лежала дома и старалась никуда лишний раз не выходить, потому как явственно ощущала слежку за собой.

Вечером из дома набрала номер Владислава, что ей оставили для срочной связи. Сама не понимала зачем, но что-то делать надо было.

На удивление, Оператор ответил почти сразу:

— Здравствуй, Алина, — произнёс с экрана друг и замолчал в ожидании, скрестив руки на груди.

А девушка растерялась, встретив такой холодный приём. Потом собралась мыслями и рассказала о происходящем — о допросах и возможной слежке.

— Вымотали, твари, бесконечными допросами. Я уже не знаю, что предпринять, чтобы отвязались. Словно на измор берут…

— Можно было догадаться, что так и будет. Твоей жизни что-то угрожает?

— Да не сказала бы. Может, только озверею и начну крушить всё вокруг. Да не обращай внимания, Баламошик, это я так — по-бабски жалуюсь. Ничего, прорвёмся, — деланно оптимистично заявила девушка, втайне надеясь, что такой всесильный друг возьмёт и махом решит все проблемы.

Когда Владик из опекаемого младшего друга стал «всесильным» Алина не знала, но что-то серьёзно поменялось в их отношениях.

Влад смотрел с экрана компа, холодный и отстранённый, и Алина с ужасом осознала, что никакой помощи не дождётся. Она сама выбрала свою дорогу, а Оператор с друзьями пошёл дальше, оставив её на обочине.

— Если будет угроза и какие-то серьёзные проблемы, то сразу звони, хорошо?

— Хорошо, — шёпотом сказала девушка уже потухшему экрану Ская.



* * *

Вряд ли Лёха стал другом Оператору, но ему казалось, что раньше Владислав был дружелюбнее.

— Разочаровываешь, Алексей, — веско произнёс Влад, стоя у стены зала для медитаций. — Тебе нужно больше работать над техниками. Это плохой результат. Возьмись уже за ум — не маленький, не ленись.

Подросток чувствовал, что к горлу подступает комок обиды. Но промолчал. Как молчали на подобные упрёки, высказываемые тихим безэмоциональным голосом, все в Убежище.

В последние дни, пока разворачивается Станция, главный псионик серьёзно изменился. Из его слов исчезли абсолютно все эмоции — он всё больше походил на бездушный компьютер. Влад стал чаще появляться среди людей, но это как-то не радовало. Оператор устроил полный контроль над жизнью Команды — проверял всё, что делают и старшие, и младшие псионики, чем занимаются, что изучают. Люди нервничали от таких стихийных проверок.

Вот и сегодня Стечко появился в медитационной комнате и потребовал отчёта о происходящем.

Тут как раз собрался так называемый Малый круг Команды. По-простому, все младшие псионики Лунного поселения — Пашка Уртаев, Фёдор-музыкант, ну и Лёха. Ещё в углу сидел мелкий Нурлан, младший брат Оператора. Тренировки у мальчишки пока условные — Влад отказывался активировать его как псионика. Потому Нурик торчал тут просто за компанию. Но не мешал — сидел тихо, ковыряясь в планшете.

Комната для занятий просторная, стены обиты светлым деревом, по углам расставлены курительницы с ароматическими палочками. Над каждой вился тонкой струйкой полупрозрачный дым. В дальнем от входа углу журчал небольшой фонтанчик с фигуркой китайского дракона.

Ребята сидели на тонких матах в позе лотоса и бодро отчитывались Оператору о выученном и сделанном.

Когда очередь дошла до Алексея, то он только вздохнул, поправил очки на носу и честно признался:

— Третья ступень пока ни фига не поддаётся. Ни в одной из «школ».

В каждой из выданных Оператором новых психопрактик по совершенствованию сознания и псионических возможностей — от трёх до десяти ступеней постижения. Пока Лёха Елисеев не мог похвастаться высокими результатами, что его серьёзно беспокоило. А вот Пашка Уртаев с Фёдором обгоняли его на ступень или даже две в каждой из «школ». Но они старше, да и опыта побольше… Хотя это успокаивало не сильно.

Из-за постоянных нервных переживаний по этому поводу Лёха даже чуть спал с лица, схуднул. Но сказать, что он ленится — это была неправда.

— Лёшка делает всё возможное, — встал на защиту приятеля Павел-дымник, встряхивая цветной чёлкой. — Просто пока не получается. Но он совсем не бездельничает, поверь.

Оператор пристально посмотрел на Уртаева и тихо заговорил:

— Мне нужен результат. Неважно сколько Елисеев занимается. Он Команде бесполезен, пока ковыряется на начальных ступенях. Если человек не показывает прогресса, то он балласт. При всех своих умениях и возможностях. — И уже Лёшке: — До конца недели я хочу увидеть третьи ступени в большинстве техник. Задача ясна?

Стечко дождался кивка Алексея, потом окинул холодным взглядом хмурых подростков и растаял в воздухе.



* * *

— Вся медицина на тебе, — кивнул Оператор. — Как только мы построим посёлок Анклава на Чукотке, то под твоё руководство перейдёт медицинский институт.

— Охренеть, а я такое потяну? — неуверенно сказала Рената, откидываясь на спинку стула.

Влад появился в лаборатории с полчаса назад и, привычно сунув нос во все исследования и разработки Ри, кинул ей огромный инфопакет с проектом мединститута псиоников.

Даже от беглого просмотра волосы встали дыбом.

— Не уверена, что я руководитель такого уровня, парень, — пробормотала девушка, раздражённо дёргая себя за красную прядку волос. — Весь мой опыт — это салабоны в штабе «Осенней спартакиады» и моя лаборатория. Может, поставить кого-то более компетентного и опытного? Профессора Брига, например.

— У Александра Ароновича своя зона ответственности. — Влад был непреклонен. — Руководить тебе придётся в любом случае, потому надо будет изучить и эту сторону работы. Я сделал подборку из земных библиотек. Приложил к пакету.

Оператор говорил ровно, тускло, от этого шелестящего голоса мороз полз по коже. Спорить с ним не было никакого желания. Он как стоял ровно солдатиком у стены, так и не шелохнулся с начала разговора.

— У Артефакта тоже есть небольшая коллекция материалов по руководству крупными сообществами. Изучи для общего развития. Не уверен, что они подойдут для землян, но, возможно, найдёшь разумные мысли. Готовься к тому, что Анклав будет принимать больных со всей планеты.

— Будем зарабатывать бешеные бабки? — спросила с усмешкой Рената. — А нам оно надо?

— Экономика этого направления услуг Анклава пока в разработке, — тут же отозвался Оператор. — Я бы хотел избежать денежного эквивалента стоимости, но пока слишком много вариантов и ни один из них не идеален. Изучи этот вопрос — все материалы по экономике в том же пакете. До конца недели мне нужен…

— Влад! — рявкнула Рената, вскакивая на ноги. Стул за её спиной грохнулся на пол. — Ты охренел?! Я исследователь! Тебе по буквам произнести? Я не чиновник, не управленец и уже тем более не чертов экономист! Я шизею, дорогая редакция!

— У тебя разогнана скорость мышления, ты проходишь обучение в таких областях, что половина медиков-землян готовы за них душу продать. У тебя доступ к любой информации Земли и Артефакта, самая лучшая в Солнечной системе лаборатория. Не думаешь, что можно уже перешагнуть через свои капризы, убрать эмоции и заняться полезными для Анклава вещами? Ты же не хочешь стать балластом для Команды?

Рената стояла, хлопая ресницами, красная от стыда и злости.

— Ты считаешь меня балластом, Владик? — спросила девушка и сузила глаза.

— Пока нет, — ответил парень, невыразительно глядя на неё. — Но в Команде не будет места узким специалистам. Каждый из вас должен стать многофункциональным, универсальным и лучшим в нескольких областях науки. Отсидеться в лаборатории у тебя не получится. По крайней мере, в рамках нашего проекта.

Влад немного помолчал и закончил:

— Надеюсь, ты понимаешь, что ко всем твоим обязанностям добавится и ксенология? Соседние цивилизации придётся изучить плотно — с ними первыми предстоит налаживать контакт. Рената, нет задачи заниматься всем этим в одиночку — как вернёмся на Землю, то набирай штат, делегируй полномочия.

— Ой, да иди ты к чёрту, — отмахнулась девушка, поднимая стул.

Когда обернулась, оператора уже не было в лаборатории.

— Гад белобрысый, — пробормотала под нос Рената и двинулась к кофейнику.

Решила успокоить нервы чашечкой горячего шоколада.



* * *

Сегодня население Убежища проснулось раньше обычного. На личные гаджеты каждого пришло срочное сообщение об общем сборе жителей. Послание сопровождалось довольно противным сигналом, способным разбудить даже мёртвого.

В сообщении Оператор срочно созывал всех в центральную комнату отдыха.

Первыми туда влетели парни из охраны в сопровождении всклокоченного начальника Сергея Викторовича. Мужчина замер на входе, изучая совершенно пустой зал с привычным лунным пейзажем на стеновых и потолочных экранах. Потом вопросительно уставился на фигурку Влада, что покачивался с безмятежным лицом в плетёном кресле-качалке.

Но Оператор промолчал, лишь указал рукой на диваны у стен.

Народ собирался ещё полчаса, оглушительно зевая. Наконец, все были на месте и расселись по доступным поверхностям. В технической зоне осталась только дежурная смена.

Дождавшись тишины, Влад пружинисто вскочил на ноги и оправил уже привычный белый комбинезон.

— Я завершил развёртывание Станции галактической сети, — сообщил он замершей перед ним группе близких людей.

Оператор повернулся к одной из дальних стен комнаты, и та растаяла, открывая любопытным взглядам просторный белоснежный коридор, убегающий вдаль и плавно поворачивающий влево.

— Идёмте за мной, — сказал парень и уверенно шагнул внутрь проёма.

Люди быстро двинулись следом. Лишь охранники на всякий случай пошли по краям группы. Просто на всякий случай.

— Весь новый комплекс — это как огромный космический вокзал, — рассказывал Влад, шагая по коридору. — Задачи у него такие же, но уровень — вся наша галактика. Это если упростить.

Группа дошла до конца коридора и вышла в просторный зал с высокими потолками. Никаких правильных геометрических форм. Всё окружающее пространство казалось оплавленным, округлым. От пола до потолка тянулись под разными углами колонны, оплетённые растительными барельефами. Пол устилала белоснежная плитка. Здесь вообще было очень много белого. Лёхе Елисееву даже пришлось срочно снижать чувствительность глаз.

Потому особенно приятными казались мелькающие в самых неожиданных местах модерновые скульптуры из стекла или чего-то очень на него похожего, с разными пастельными оттенками.

— Мы с вами в одном из трёх залов Общения. Остальные пока на консервации. Мы их откроем перед стартом Станции.



Псионики разбрелись в разные стороны, изучая странный интерьер, осторожно трогая руками материал стен и колонн. В ответ на их прикосновения с поверхностей тут же выскакивали разнообразные голографические оконца с многоуровневыми менюшками, поясняющей инфографикой или медиароликами.

Сергей Викторович деловито отмахнулся от экранчика с какой-то цветной инструкцией и провёл рукой по белой поверхности ближайшей колонны. На ощупь материал напоминал камень. Матовый и прохладный. Начальник охраны в раздумьях пошевелили мохнатыми бровями и двинулся следом за всеми.

— Здесь есть всё для проживания не только землян, но и основных галактических рас, — продолжал Оператор, пересекая зал по диагонали. — Многие узлы пока не запущены, так как Станция далеко не сразу подключится к Галактической сети…

— Владик, когда планируешь старт? — тут же влез с вопросом любопытный профессор Бриг.

Парень замер и обернулся к сопровождающим. Все также остановились, встав полукругом.

— А это зависит от нас всех и от землян. Признаюсь, это случится нескоро. Мы сделали только первый шаг на этом пути.

Влад развернулся и пошёл в дальний конец зала, где просматривалась целая вереница огромных арочных дверей, закрытых матовыми стёклами.

Когда группа псиоников приблизилась, у ближайших к ним дверей с лёгким шипением растаяли стекла, открывая небольшие уютные комнатки с невысокими диванчиками вдоль стен.

Влад подождал, пока все войдут внутрь. После просторного зала, оставленного за спиной, стало тесновато, но люди не замечали этого, плюхаясь на диваны и возбуждённо переговариваясь.

— Станция снабжена сетью стационарных телепортов, потому как ногами перемещаться, безусловно, можно, но теряется слишком много времени — комплекс большой. Хотя те, кто моложе, смогут воспользоваться личным транспортом — каплями. Но о них позже…

Вход в комнатку затянулся уже знакомым стеклом. На нём, как на большом экране, высветилась огромная схема Станции. Во всю высоту.

Присутствующие заворожённо уставились на развернувшуюся пятилучевую звезду, усыпанную мириадами значков и надписей. Изображение с вкраплениями голографии казалось выпуклым и живым. Везде что-то происходило — пробегали мелкие огоньки, шустро менялись надписи.

— Эта карта уже загружена на ваши планшеты. Сейчас мы перейдём в сердце всего комплекса.

И Оператор ткнул рукой в центр карты-звёзды. Входная стена послушно истаяла, открывая взглядам сферический зал с галереями по периметру.

Новые хозяева Станции в молчании выбрались на круговой балкон. Заоглядывались, таращась по сторонам. Не хватало только вспышек фотоаппаратов для полной аутентичности.

Общее внимание сразу привлекла странная конструкция в центре белоснежного помещения. Там медленно крутился огромный фиолетовый куб, слегка прозрачный и подсвеченный снизу. Вокруг него на небольших постаментах со ступенями стояли четыре высокие арки. Внутри двух ближайших, что были видны с балкона, клубился чёрный туман с проблесками звёзд.

— А это перед вами межмировые порталы. Они пока неактивны, — немного торжественно произнёс Оператор.

— Звёздные врата? — задавленно пискнул мелкий Нурлан у плеча Елисеева.

— Ах-ха, — только и смог ответить Лёшка, почти перевесившись через перила.

Он судорожно включил режим многократного увеличения в глазных протезах и почти в упор начал разглядывать порталы. От увиденного захватывало дух. Это же настоящие Межзвёздные порталы! Только шагнуть в них — и окажешься… Подросток дёрнулся, когда Нурик хлопнул его по руке…

— Да пойдём уже! Не тормози!

В это время люди уже двинулись вдоль балкона. Фёдор-музыкант обернулся на отставших мальчишек, показал кулак и прошипел:

— Не отставайте, блин. Здесь враз потеряться можно.

Оператор подвёл группу к нескольким кругам на полу.

— Это гравитационный лифт. Становитесь в центр и давите вниз или тянетесь вверх. Он останавливается на каждом ярусе. На нужном сходите. Кто попробует?

Вызвался Володя Мелех. Парень весело вскочил на метровую платформу и с матерком ухнул вниз. По периметру круга мгновенно замерцало ограждающее силовое поле. Через несколько секунд снизу раздался восхищенный вопль. Мелех уже успел спуститься на первый этаж и вышел на площадку перед порталами.

— Это понравится не всем, — Влад посмотрел на свою бабушку.

Та моментально замотала головой и отозвалась:

— Я в эту дыру не полезу!

— А мы полезем, да Лёш? — воскликнул Нурлан и потащил приятеля за руку к кругам лифтов.

— Эм, я не уверен, — заупирался Лёшка.

Но кто бы стал его слушать?

— Владя, а вдвоём можно? — звонко спросил Нурик, возбуждённо блестя глазёнками.

— Да, если помещаетесь, — ответил старший брат. — Только пусть кто-то один даёт команду.

Через секунду оба подростка стояли в центре лифтового круга. Нурлан крепко вцепился в руку Алексея и даже закрыл глаза. Лёха мягко надавил на пол, отправляя лифт вниз.

— Вокруг платформы защитное поле, упасть не бойтесь, — донеслось вслед ребятам, когда они мягко ухнули вниз.

Лифт двигался мягкими скачками, проваливаясь всё ниже и притормаживая на каждом этаже. Всего оказалось четыре яруса и к концу спуска Алёшку явственно стало подташнивать. Нурлану же всё безумно нравилось, он радостно повизгивал на каждом прыжке вниз, но руку Елисеева не отпускал.

Наконец, вышли на первом этаже. У обоих ноги стали немного ватными, и мальчишки замерли недалеко от лифта, приходя в себя.

— Круто, — лишь выдохнул Нурик. — Прям голова кружится, типа после качелей.

А внизу появлялось всё больше народу. Парни из охраны тоже лифтами спустились, но те, кто постарше, появились из знакомых телепорт-арок.

Когда все собрались внизу сферического зала в нескольких метрах от ближайшего портала, Влад дождался, пока затихнут голоса и произнёс:

— Комплекс огромный и я могу вас здесь водить несколько дней. У каждого из лучей Станции своя специализация — где-то жилая зона для землян, где-то для других форм разумных существ. Один из лучей — сплошь лаборатории, а северный луч, откуда мы пришли, это комнаты для переговоров, отдыха и релаксации. Там же располагается огромный дендрарий. Вся информация вам тоже уже отправлена.

Оператор повернулся направо, и из воздуха появился тощий черноволосый подросток. Он всем белозубо улыбнулся и кивнул, здороваясь.

— И ещё я хочу вам представить Хранителя Станции, — продолжил Влад. — Он для вас будет главным помощником в этих стенах. Ответит на любой вопрос, подскажет и проводит, если заблудитесь. Полное имя у Хранителя — «Россыпь символов», но можно обращаться к нему просто Росс.

Лёха Елисеев не понял, почему стоящие с ним рядом Федя с Пашкой-дымником замерли, словно окаменели. Да и некоторые из окружающих тоже зависли.

Тут вперёд вышла Рената, отодвинув в сторону ребят, и дрожащим голосом выдала:

— Да уж лучше мы будем называть его своим именем. Ну, здравствуй, Илюш, это правда ты?!


Рецензии