Сердца четверых глава 54

                ВОЗВРАЩЕНИЕ ЕГОРА


Август выдался на удивление жарким. Уже и на вторую половину перевалило, а жара все не спадала. Василиса ходила по квартире в одной только длинной тонкой голубой тунике. Светлана Валерьевна ушла  гулять на улицу с Тишкой, а Лиса затеяла небольшую уборку, когда прозвенел звонок входной двери.  Василиса взглянула в глазок и увидела… ромашки.

- Кто там? – спросила она.  Услышав знакомый до боли голос Егора, быстро распахнула дверь, и, убедившись, что это именно Егор, не скрыла, что безумно рада его видеть.

- Егору-у-у-шка! – выкрикнула она и повисла у него на шее. – Волшебный подарок! Ты приехал!

Егор быстро расцеловал Лису в щеки, взяв за бока, отлепил от себя и поставил на пол. И только теперь Василиса поняла, что  его смущает ее непозволительно тонкий наряд.

- Заходи. Я сейчас оденусь, - она пропустила  Егора в  квартиру, а сама помчалась в комнату одеваться посерьезнее. – Ты когда прилетел?  – тараторила Василиса из-за двери.

- Два часа назад. Вот, к тебе. Очень хотел увидеть, - честно признался, рассматривая помещение, уставленное картинами.

- Устал с дороги?  - она вышла уже в  рубашке и спортивных штанах. - А худющий какой. Ты там  что, голодал? – было первым  предположением  Василисы.

- Да не разъедался, если честно. Англичане меньше едят, чем мы.  А ты как? Как там пузожитель твой? – Егор нежно прошелся ладонью по еще  маленькому животу Василисы.

- Нормально. Пойдем в кухню, я тебя покормлю. Чего бы хотел?

- Дико хочу борща. Есть такое? А вообще, всеядный, ты же знаешь.

-  Ага. Вчера только сварили борщ со Светланой Валерьевной. Словно, знали, что ты приедешь, -  Василиса  смотрела и не верила, что Егор вернулся. Эти полгода показались таким долгим  расставанием.

-  Как я соскучился по тебе, Вась, - он взял Василисину руку в свою ладонь и наклонился, чтобы поцеловать, но  женщина одернула руку.

- Сдурел, что ли? За полгода не выветрилось?

- Я думаю, что не выветрится никогда. И чего ты, англики  всем женщинам и девушкам целуют руки. Это не зазорно, - предупредил Егор. – Там даже есть такой праздник, когда можно целовать всех подряд, и не только руки, заметь.

- Но мы ведь не в Англии, Егор.  Ну, как там, понравилось? Если остался, значит понравилось.

- Веришь, все хорошо, но  не видеть тебя – вот не звенело ничего в жизни.

- И что, девушку себе не присмотрел? Да не поверю.

- Я туда не за этим ездил. Как Ленин: учился, учился и еще раз учился…

Пока грелся борщ, Василиса расспрашивала Егора про перелет, трудности, ей было все интересно. Но больше нравилось купаться в голосе Егора, особенном, с  приятной хрипотой.

-  А где твой художник?  Возит туристов? – спросил Егор.

- В данный момент рисует. У него заказ  на огроменный портрет семейки какого-то нового русского. За городом. По выходным пропадает там. Завтра вечером приедет, - сообщила  Василиса.

- Прекрасно, - Егор и не мечтал, что  выпадет такой шанс – увидеть Ваську, но при этом не увидеть ЭТОГО. – А что это у вас вся квартира в картинах? - действительно, картины были везде: прислонены к стене, висели, лежали в зале.

- В  подвале потоп небольшой, канализацию прорвало, поэтому держим временно в квартире, - сообщила Василиса.

- Рисует он хорошо. Особенно тебя. Ну, да я бы на его месте только тебя бы и рисовал.

- А он и рисует. Зря ты так не любишь Лешку. Он обожает меня.

« И не он один», - усмехнулся про себя Егор, а вслух сказал:

- Погуляешь со мной по городу?  До вечерней электрички.

- Конечно. Только Светлану Валерьевну предупрежу. Я так думаю, что уговаривать тебя остаться до завтра – гиблый номер? – догадалась Василиса.

- Я лучше поеду, - Егор на мгновение представил, как он будет спать (или не будет) в одной квартире с любимой женщиной. Он прогнал грешные картинки, которые рисовало сознание, – Толика я уже видел, он меня финансами снабдил, поэтому поехали гулять.

Василиса повезла Егора в центр города, на Крещатик.  Немного побродив,  заметили небольшое кафе с террасой на улице. Заказав десерт, наслаждались обществом друг друга.

Сначала говорила без остановки Василиса, периодически позволяя что-то сказать и Егору.  А Егор старался набрать побольше беззаботной щедрой радости, света, солнца и любви, которые исходили от его горячо любимой Васьки.

Они долго сидели, потому что от ходьбы устали, да и говорить так было удобнее – видели глаза друг дружки. Время  бежало быстро. Выговорившись, Василиса предоставила возможность рассказывать Егору. Тот говорил об английском образовании, ориентированном на  саморазвитие, об учителях, не похожих на  отечественных:

- Преподы там вообще супер!  Могут жевать жвачки, усесться на парту. Миссис  Эйр меня постоянно угощала конфетами, - вспоминал  Егор.

- Ты писал, - напомнила Василиса. – А в семье так и остался той, где куча детей?

- Да был момент, когда хотел сменить семью. Если бы пожаловался, то  поселили бы в другую. А что, гвалт в любое время суток – это повод. Но потом так привык к этому детскому садику. Да и  Джона стало жалко. Они ко мне со всей душой, а я. Вот представь, у мужика своя мастерская по ремонту компьютеров.  В доме целая комната есть, где эти  компьютеры все свалены.  Его дети в округе страшно любили. Приезжаю с учебы, а Джон сидит  в центре комнаты, вокруг него с десяток детей и он им  героев мультиков рисует… на стене. Прикрепил ватман и рисует.

- Ты писал, что у них  трое детей своих, - напомнила Василиса.

- Своих – трое, сыну Джастину восемь лет, старшей дочери Лоуренс шесть, а меньшей Эри – полтора. Но самые главные жильцы – два кошака и хомяк.  А в июне они затеяли ремонт – такого кошмара  я никогда не видел.  Вообще они милые и добрые люди. Я не просто жил у них, я стал частью их семьи. Мы с Джейн вместе за покупками на рынок ходили и по магазинам, Джон  учил, как нужно ремонтировать компы. Вот думаю с пацанами перетереть и  заняться  бизнесом.

- Что ж тебя эти  милые люди плохо кормили? – посетовала Василиса. Она каждый раз осматривала фигуру Егора и отмечала, что таким худым ему не идет.

-  Нормально кормили, просто я дома на маминых харчах разъелся. На выделенные школой деньги  вполне нормально кормили. Завтрак, этот их English breakfast  из категории, что-нибудь в рот забросить.  Традиционно  либо хлопья с молоком, либо тосты с чаем или апельсиновым соком. Обед, то есть ланч, мне выдавали всегда с собой – сэндвичи, не более трех штук, шоколадка, фрукт и бутылка с напитком. Зато ужин реально можно было наесться. Джейн, правда, готовить вообще не умеет. У нее любая еда получалась – дрянь редкая. Либо все пережарит, либо переварит до состояния тряпки.  О приправах она вообще ничего и не слышала отродясь. Поедем в супермаркет, нагребем полуфабрикатов и типа готовим.

- Ничего, поедешь в Кировск, там Гуля тебя откормит, - сказала Василиса и сразу же увидела, как изменился в лице Егор.

- Она в Кировске? А не с вами?

- Решила  учиться на заочном. В школу уже устроилась. В сентябре начнет сеять мудрое, доброе, светлое. Считает, что так будет лучше.  Ну, а как тебе Лондон?

- Лондон? Нормально. Только я ж не в Лондоне жил, а в Колчестере. Мне понравилось. Любой город либо принимает, либо отталкивает. Бывает, что наоборот: человек город принимает или отталкивает. Меня вроде бы Колчестер не оттолкнул. Парки – просто чудо. Частенько после занятий садился на скамейку и наблюдал за людьми. Такое умиротворение. А еще накуплю орешков, для белок. Их сразу не видно, но только начнешь открывать  упаковку, они тут же на шелест прибегают.  Есть скромные белочки, схватят один орешек и наутек. А одна, было, три сразу орешка хвать, немного отпрыгнула и грызет себе.
- Ты писал, что костел, вроде, есть и зоопарк. Побывал там? – Василиса помнила содержание его писем.
- Да, вполне нормальный зоопарк. Костел у них днем работает  как кафе, а вечером  - по назначению используется. Есть замок 12 века, местная достопримечательность. В Лондоне больше интересного, но жить там дорого.
- А вообще, с англичанами сложно уживаться? – интересовалась Василиса.

- Не очень. Проблема – наш менталитет. Понимаешь, у них такой специфический юмор. Джастин утричком подорвался, и ко мне в комнату, спрашивает, не желаю ли я на завтрак жареного хомяка. Я серьезно забоялся за Питси, хомячиху Лоуренс. А оказалось, пацан пошутил, прикинь?

- Но ведь не только в юморе загвоздка? – Василиса  понимала, что  это только начало  критики жизни англичан.

- С юмором еще как-то можно мириться. А вот с постоянным обсуждением погоды – сложно. На улице дождь. Ну и ладно, бери зонт и вперед. Нет, они  обсуждают час, когда он предположительно закончится, зонт берут, но дождь, пока они говорили, реально перестает идти, зонт становится обузой, а вечером вся семья обсуждает, зачем было брать зонт.
 Движение у них там правостороннее, то есть руль у автомобилей справа. Непривычно слегка. Больше всего  меня доставала их экономия.  Когда они видят слово «SALE» (скидки), восторг неописуемый. Мне повезло, Джейн и Джон – чистокровные англики. А вот  мой одногруппник Макс  кошмарился у миссис Джаксон. Ее родители – итальянцы. Вот это баба! Она требовала, чтобы Макс принимал душ не более 6 минут. Стояла за дверью, стучала, если был перебор по времени, а потом начинала ломиться. Дама пригласила к себе двоих студентов по программе. Макс и еще один мексиканец. Она пробку из ванной убрала, чтобы парни не вздумали ванну принять – убыток колоссальный! Но нашего человека разве остановит отсутствие пробки?  Нет! Макс заткнул отверстие труселями. Дженнифер чуть кондратий не хватил. Она его тапком отдубасила.

- Весело у вас там было, - согласилась Василиса.

- Я бы назвал миссис Джаксон гвоздем всей  улицы. Она сама по себе черная, злая, противная. А как ругалась! Вот благодаря ей я выучил некоторые ругательства. Макса она называла «Little Shit”, а  мексиканца -  “Big Shit”. Ты доела, а то я сейчас перевод говорить буду. Все у нее были либо « маленькое говно» либо «большое говно». Макс не выдержал, все же пожаловался на нее в школе руководству после случая с ванной.

- Это когда  трусами заткнул? – уточнила  Василиса.

- Не-е-ет. Это когда Макс решил исправить недоразумение с  кранами.  Там у них поголовно краны раздельные. С одного течет горячая, а со второго – холодная. А Максу надо, чтобы теплая. Смесителя нет. А он ведь парень сообразительный. Взял шланг, надел концами на краны, а посредине отверстие выковырял, чтобы в раковину текло. Неудобно слегка, но просто.  Дженифер  как увидела, ругалась, вещи  Макса повыбрасывала на улицу. А он, в принципе, и рад, что съехал.

- В общем, ты больше туда не поедешь, я правильно поняла? – радовалась  Василиса.

- Нет, Вась, не просто поеду, я хочу там учиться. Но сначала нужно денег заработать. Джон и Джейн обещали мне на следующий год гостевую визу на лето оформить.  А я  родителей попрошу, чтобы они их в гости вызвали, на Новый год, например. Я им так разрисовал  наш дом и речку, что, думаю, приедут. Только где-то индейку откопать нужно будет. У них Рождество без индейки – просто будний день.

- Ты что-то писал там? – спросила Василиса. Ответ знала наверняка, но все же не задать этот вопрос не могла.

- Да. Начал одну очень хорошую вещь, - загадочно ответил Егор. – Вот почему мне там еще понравилось – пишется легко, спокойно, непринужденно, словно кто-то шепчет на ухо.

- И почитать не дашь? – обиженно протянула Василиса.

- Не обижайся. Допишу – тебе первой дам почитать. Обещаю.

- Ну, смотри, - шуточно пригрозила  Василиса.

Василиса  глаз не сводила с Егора, тот, в свою очередь, тоже любовался ею, не замечая ничего и никого вокруг. А в кафе через дорогу сидела Женька и все время наблюдала за привлекшей ее внимание парой.  Она знала о том, что Лешки нет в городе, тот при случайной встрече рассказал, чем будет заниматься в ближайшие  выходные. Что могла подумать и так ревнующая Женька о Василисе, если Егор буравил  собеседницу влюбленными взглядами и периодически целовал руки? Да, что у Василисы есть любовник.  Чего Женька не увидела, то допридумала ее бурная фантазия.

Провожая Егора на электричку, Василиса знала, что  тот  в Кировск - ненадолго. В планах у парня было  повидать родителей, а потом уехать еще до сентября в Луцк, чтобы найти  комнату для жилья. На первое время Толик денег дал, а дальше Егор решил, что  будет подрабатывать, как делают другие. И писать. Но для  этого нужно было убежать из общаги, где постоянный разгул и попойки. Насмотревшись  на разумный уклад жизни английских студентов, Егор решил, что  нужно браться за голову.
***
 В этот день Василиса уже с порога поняла, что Лешка сердит. Он вел себя не как обычно, обиженно поглядывая, как  Василиса насыпает в тарелку вермишель, достает  с гусятницы запеченного кролика, поливает его томатным соусом.

- Приятного аппетита.  Как дела? – Василиса приготовилась к тому, что Лешка расскажет о каком-то неприятном критике, доставшем его до печенок, чем объяснит причину своего мрачного настроения. Но он  сухо бросил: «Нормально» и принялся есть.  Василиса немного посидела возле  мужа, но, видя, что тот сосредоточен исключительно на ужине, ушла в комнату. Увлеченная чтением романа, Василиса не уследила за временем. Услышав  голос свекрови, она поняла, что  та вернулась с вечерней прогулки с Тишкой.  Лиса выбежала и привычно  подхватила  ребенка на руки. Тишка очень обрадовался  любимой няньке. Василиса заметила, что Лешка с матерью вежливо разговаривает, как обычно. Исходя из своих наблюдений, Василиса сделала вывод, что  сердит  Лешка исключительно на нее. Когда Анжелика позвонила и Светлана Валерьевна унесла отдавать  Тишку, Лиса  решила напрямую спросить у Лешки без его мамы в доме, что не так.

- Леш, ты мне ничего не хочешь сказать? Что за детское поведение? Надулся, не говоришь ничего. Может, стоит прямо высказать претензии, - начала разговор Василиса, подсев к мужу на диване.

- Прямо? Можно и прямо. С кем ты  любезничала в кафе на Крещатике  несколько дней назад? – строгий тон  Лешки больно царапнул  по сердцу, в груди сформировался виртуальный комок обиды, но Василиса сдержалась, хотя  подмывало сесть и традиционно разрыдаться.

- Кроме как с  Егором, ни с кем не могла, - ответила Василиса.
 
- С Егором? – Лешка фыркнул и резко бросил журнал  «Искусство»,  в котором напечатали статью о его выставке. Он так спешил домой, чтобы порадовать жену очередной приятной новостью, но в магазине встретил  Женьку. Она то и рассказала Лешке по секрету то, что видела своими глазами.

- Да. Мы давно не виделись, походили по Крещатику, посидели, съели  десерты. Но я тебе это все рассказывала. Кто тебя накрутил? – Василиса догадалась, что виноваты сплетни, просто не знала, кто автор.

- Тебе нравится, когда  мужики вокруг признаются поголовно в любви, целуют ручки? – тон остался тем же, неприятно-колючим.

- Я разве виновата?  Это же Егор. Я не могу с ним не общаться.

- Держись от него подальше. У тебя есть муж, скоро будет ребенок, - в Лешке говорил исключительно  эгоизм влюбленного мужчины, но он не  почувствовал, когда перешагнул черту. -  И без меня по Крещатику не гуляй. Мало ли чего.

- Ага. А, может, наденешь паранджу и дома посадишь? А чего, на всякий случай? – взбрыкнуло самоуважение у Василисы.

- Надо будет, посажу, - разошелся Лешка. – Мне неприятно, когда пальцем тыкают, что моя жена с мужиками встречается за моей спиной.

- Ну, уж нет, слава Богу, не в Эмиратах, - Василиса  ушла  в коридор. Лешка не сразу понял, куда она звонит, но когда Василиса серьезно стала собирать  свои вещи в  небольшую спортивную сумку, не на шутку заволновался:

- И куда это ты, на ночь глядя? Что за  капризы?

- Подальше от человека, который мне не доверяет, а верит словам любой змеи, кстати, не скажешь, кто тебе отравил мозги?

- Не скажу. Не дури, никуда ты не  пойдешь.

- Не пойду. Поеду. Через два часа Игнат приедет и отвезет в Кировск. Нужно было после обследования  назад туда возвращаться, - вылила мысли вслух Василиса.

- Естественно. Куда же еще? В Кировск, поближе к Егору! – психовал Лешка.

- Если тебе от этого станет легче, то Егор уехал в  Луцк. Не знала, что ты такой ревнивый, - призналась Василиса.

Как ни уговаривала Светлана Валерьевна  успокоиться и не обращать внимания на чудизм  ее великовозрастного сына, но  когда Игнат приехал, Василиса спокойно села в машину и уехала.

- Игнат, ну хоть ты не ведись на  ее капризы, - просил Лешка, до конца не веря, что Василиса уедет. Он уже сто пятьдесят раз пожалел, что начал этот разговор  чертовый, но сделанного - не воротишь. Игнат, после того, как Василиса расположилась на заднем сидении автомобиля,  совершенно спокойно ответил:

- Прости, парень, но беременным отказывать нельзя. Вам полезно будет побыть отдельно, подумать, - с этими словами сел за руль и уехал.

Продолжение http://www.proza.ru/2016/12/09/1363


Рецензии
Хорошо же Женька накрутила Лёшку! Правильно, иногда полезно пожить отдельно, проанализировать свои поступки, успокоиться... Р.Р.

Роман Рассветов   05.11.2018 23:11     Заявить о нарушении
В этом случае ничерта не поменяется_)))

Ксения Демиденко   07.11.2018 23:00   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.