Последний Благовещенск

Данное произведение не создано с целью пропаганды или разжигания межнациональной розни, а является лишь рассуждение на тему, как мог бы выглядеть “НАШ” Конец Света.


Благовещенск
21.12.2016 года

Сегодня, в морозный декабрьский день маленькая белокурая  Анечка была счастлива как никогда. Родители, наконец, отвели ее на площадь Ленина, в тот волшебный сказочный мир, куда она так мечтала попасть. Проезжая на машине с папой мимо этих огромных снежных фигур Анечка заглядывалась на прекрасные высокие сторожевые башни, которые охраняли сказку от злодеев. Смотрела на красивую русалку, грустно сидящую на ледяной скале, на забавных поросят, в панике убегающих от серого волка. С восторгом разглядывала высоких и статных короля и принцессу местного царства – Деда Мороза и Снегурочку, гордо стоявших возле усыпанной игрушками новогодней ели.
- Мама, можно я покатаюсь на горке? – с  горящими глазами, дергая за руку свою молодую маму, попросила девочка.
- Можно, солнышко, только будь аккуратней, – ответила красивая черноволосая женщина, беря под руку мужа.
Анечка побежала к горке и, перепрыгивая через ступеньки, быстро добралась до вершины. 
- Мама лови! - закричала она и с громким смехом скатилась вниз, прямо в раскрытые руки своей любимой мамочки.
- Ты не устала, доченька? – спросил папа. 
-  Еще один разочек! Папочка, пожалуйста…
-  Хорошо. Но только один раз.
Аня, с нескрываемым задором и красными от мороза щечками, побежала карабкаться на горку.
Солнце стояло высоко. На небе не было ни облака. Тёплый декабрьский день.  
- Папа! Мама! – вдруг закричала девочка. Она показывала пальцем в небо, – смотрите, сколько  ниточек белых!!!
Родители подняли головы. По огромному голубому небосводу с востока на запад  тянулись тысячи тонких белых полосок. Все больше и больше людей устремляли свои взгляды вверх, наслаждаясь прекрасной и столь необычной картиной.  Через несколько минут  тысячи таких же белых ниточек потянулись и в обратном направлении,  с запада на восток. В какой-то момент два потока пересеклись,  и как ни в чем небывало продолжили следовать своими направлениями. Еще пара секунд и белые полосы на небе исчезли.
- Что это, Саша? – молодая супруга повернулась  к мужу.
- Не знаю, – коротко ответил он и, оглянувшись, увидел, что все люди вокруг стояли будто завороженные.
- Папа, мама! Смотрите еще одно солнышко на небе, – радостно улыбаясь, закричала девочка, указывая рукой на запад.
Вспышка! Ещё одна! Ещё. Глаза ослепли от яркого света.
- САША!!! Я ничего не вижу!!!
- Анечка, ты где!!!!? – закричал испуганный отец.
Зрение понемногу начало возвращаться. Саша увидел дочь на вершине горки. Она плакала.  
Через секунду прокатился грохот, такой будто сотни раскатов грома громыхнули  одновременно. Земля затряслась, снежные фигуры начали падать. Огромная ель накренилась, готовая обрушиться на людей. Из всеобщего крика, отец услышал перепуганный зов своего ребёнка:  
- Папа!!!! – кричала Анечка, держась за поручень горки. Снежное сооружение ещё не развалилось, как деревянные горки по соседству.
Кругом началась паника, люди разбегались в разные стороны, давя друг друга. 
- Скатывайся ко мне, быстро!
Девочка тут же уселась на горку и покатилась.
Неожиданно всех окатила горячая волна, в одно мгновение стало невыносимо жарко. Снег моментально начал таять. А горка стала превращаться в воду. Аня уже не катилась, она летела с высоты, как-то неуклюже переворачиваясь в воздухе. Отец успел поймать её, прежде чем она плюхнулась на землю.  Одной рукой схватив ребёнка под мышку, второй удерживая жену, мужчина начал проталкиваться среди толпы.
- Сашенька, что это? Что случилось? – всхлипывала жена.
Смотря на красное, будто ошпаренное кипятком, лицо жены муж не знал, что ответить. Он просто тянул свою семью подальше от этого места. Сквозь людей. Сквозь таких же, как она раскрасневшихся мужчин и женщин.
С неба крупными хлопьями пошёл снег. Так они думали.


Часть №2


Одиннадцать часов до случившегося.
Сверхсекретный командный пункт
раннего оповещения о ракетном нападении
Серпухов – 15

Смена началась в семь часов вечера.  Полковник находился в командном пункте раннего оповещения о ракетном нападении. На пункт поступала информация с двух десятков военных спутников, которые находились на околоземной орбите и внимательно следили  за пусковыми шахтами других стран.
Перед Полковником в две шеренги выстроились люди в униформе космических войск. После доклада о готовности приступить к дежурству, началась двенадцатичасовая смена.   
Полковник удобно расположился в кресле главного дежурного. Перед ним находился стол с микрофоном для внутренней связи, несколько аппаратов для связи с руководством страны, генштабом и министерством обороны. А за стеклянными стенами он видел всё, что происходило в командном пункте. В огромном помещении, разделенном на несколько уровней,  работало два десятка специалистов. Немного ниже поста Полковника стояли столы с компьютерами, а, напротив, во всю стену висел огромный монитор, на котором в определенных разрезах помещался весь земной шар. Яркими точками на карте были отмечены пусковые шахты, в которых по предварительным оценкам, находилось несколько тысяч межконтинентальных баллистических ракет с ядерными боеголовками, которые способны за тридцать минут  пересечь полсвета.
Главной задачей командного пункта было вовремя зафиксировать запуски ракет, и дать  несколько минут руководству страны принять решение. Наносить ответный удар или нет. 
По правде сказать, Полковник никогда не воспринимал этой опасности всерьез. Ведь только вращаясь в этих кругах, становилось понятно, после этой точки отсчета мир уже никогда не сможет остаться таким, каким был прежде. Даже внезапно возникшее напряжение в отношениях между Россией и Соединенными  Штатами, их разногласия из-за сирийского конфликта,  противостояние в иранских вопросах и по ряду других локальных конфликтов не приводило к замешательству относительно их намерений. Однако служба есть служба. Из генштаба пришел приказ о повышение готовности во всех частях.
Дежурство проходило в штатном режиме.  Иногда компьютер, анализируя данные со спутника, выводил предупреждающую информацию для сотрудников о возможном прецеденте, на который они должны были обратить внимание. Вся система строилась на информации, поступающей с военных спутников, которые с высоты 32 километра над поверхностью планеты,  сканировали землю, используя инфракрасные датчики. Спутник мог засечь вспышку двигателя ракеты на черном фоне – важным условием при этом оставалось его положение  и фиксация над точкой, где Земля уходила в космическую тьму. Причиной сбоев могли быть погодные условия, закрывающие обзор циклоны или время суток: момент перехода из зоны дневного света в зону сумерек. В этих случаях, переходя на ручное управление, дежурные обязаны были визуально установить причину сигнала, используя телескопы, размещенные все на тех же спутниках.
За час до конца смены ситуация стала неожиданно меняться. На огромном экране, который находился в ”спящем” режиме неожиданно для всех, а в первую очередь для Полковника  возникла надпись ”ЗАПУСК”.  Завыли сирены. На карте сиюминутно отразилось месторасположение запуска ракеты. Это были американские базы  ”компактного базирования” на юго-западе штата Вайоминг. В этот момент на Полковника сконцентрировалось два десятка озадаченных глаз. Все дело было в том, что такой тревоги командный пункт никогда раньше не получал от компьютера.
Холодок пробежал по спине Полковника. Что это? Ошибка? Сбой программы или реальная атака?  На несколько секунд он завис в оцепенении.
- Всем вернуться к постам, проверить информацию, нужно быстро установить сбой это или реальная тревога. Вывести на экран изображение с телескопов! – очнувшись, начал раздавать команды Полковник.
На экране появилась картинка, но, к сожалению, изображение закрывал бушевавший в этой части ураган “Wind Heaven”, проходивший над центральной частью Северной Америки.
Сотрудники центра не раз наблюдали за учебными пусками ракет, как своих, так и чужих и прекрасно понимали, что рано или поздно им удастся установить визуальный контакт, но когда это произойдет, будет слишком поздно.
На экранах вновь и вновь появлялась надпись: ”ВЫСОКАЯ НАДЕЖНОСТЬ ДАННЫХ”.
- Соединитесь с локаторной станцией, узнайте, что у них? – отдавал распоряжение Полковник, в голове перебирая варианты и понимая, что локаторы засекут ракеты лишь, когда они появятся на горизонте в последние десять минут полета.
В этот момент зазвонил телефон Генштаба.
- Дежурный, докладывайте. У нас сработала тревога. – Говорил басистый голос на другом конце провода.
- Поступила информация, что был санкционирован запуск, в данный момент проверяем достоверность, – четко отрапортовал Полковник.
- Я жду ответа.
В голове Полковника закружились мысли: ”Этого не может быть! Зачем? А если нападение не ошибка, если они все-таки решились на это? Тогда должно быть все спланировано, ракет должно быть больше. Ни одна война не начинается с одной боеголовки. По стратегическому плану это должна быть массированная атака”.
Через секунду на экране вновь красным светом загорелся сигнал: запущена еще одна ракета. Затем третья, седьмая,  двадцатая. На экране зажглись красные буквы: ”РАКЕТНОЕ НАПАДЕНИЕ”.  Высшее командное руководство также получило этот сигнал.
- Дежурный докладывайте!!! – кричал голос в трубку. 
Полковник оцепенел, не в силах сказать “Да” или ”Нет”. 
- На нас совершено ракетное нападение. Со стороны Соединенных Штатов Америки.
Связь прервалась. Полковник так и остался стоять с телефонной трубкой в руках.  Пот градом струился с его лица.
- Это конец, - шептал Полковник.
 

Часть №3


Пятнадцать минут спустя.
Уральские горы к северу от Екатеринбурга
Подземный командный пункт ”Грот”

В небольшом помещении глубоко под землей, в специально укрепленном бетонном бункере находилось два человека. Они сидели  в удобных, мягких креслах  перед большой панелью, которая была усыпана всевозможными лампочками, кнопками и датчиками.  В случае ядерной войны на этот пункт приходил сигнал о боеготовности. В соответствии с инструкциями, дежурные должны были выполнить три действия: проверить, что боеготовность активирована, установить связь с Главнокомандующим, и выяснить, зафиксировала ли ядерные взрывы сеть специальных датчиков, измеряющих яркость, радиоактивность, сейсмические удары и аномально высокое атмосферное давление.  Если все три условия имели место быть – наносился ответный удар невредимыми ядерными боеголовками. Вся эта машина ”судного дня” называлась просто - ”Мертвая рука”.
- Антон, а как ты думаешь, кто все-таки дает жизнь на этом свете, мы или женщины? – попивая чай, интересовался крепкий, смуглый подполковник у сидевшего рядом товарища.
- Наверное, женщины, - немного устав от семичасового дежурства, отвечал другой светловолосый и высокий подполковник лет сорока. – Ведь все мы, без исключения появляемся на свет от них. Именно поэтому дети больше всего любят матерей, мне так кажется.
- А я вот думаю по-другому, – продолжал первый, - разве не мы производим семя, разве оно не создается внутри нас? А вот женщины, это уже сосуд, который просто вынашивает ту жизнь, которую создали мы.
- Не знаю, может отчасти ты и прав,– ответил Антон Александрович. Сейчас ему меньше всего хотелось говорить на занудные темы. Скорей бы кончилась смена, и он смог бы вернутся домой к своей семье.
Вдруг в помещении замигал красный свет. «Боевая готовность».
- Это что еще? – с недоумевающим видом спросили друг у друга одновременно подполковники.
Даже на учениях этот сигнал никогда не зажигался.
Немного отойдя от неожиданности, дежурные встрепенулись и вернулись к работе.
- Устанавливаем связь, привести систему в боеготовность.
- Связь установлена, система приведена в боеготовность.
Смуглый подполковник поднес телефонную трубку к уху:
– Старший дежурный подполковник М.  Боеготовность активирована, слушаю дальнейшие указания.
- Код “Периметр”, вскрыть синий пакет, об исполнении доложить. – Ответил грубый голос генштабиста.
В ту же секунду метнувшись к сейфу, второй дежурный достал один из четырех разноцветных пакетов. Это были коды активации системы запуска, каждый пакет соответствовал определенному плану удара. Синий предполагал лишь частичный удар, в ходе которого было бы уничтожено 20 – 25 % населения и 50 % промышленной базы США.
Старший дежурный взял его в дрожащие руки и попытался вскрыть. Дрожь была настолько большой, что сделать это никак не удавалось. Остановившись, глубоко вздохнув и чуть успокоившись, он, наконец, вскрыл пакет.
- Три, Восемь, Один, Семь, Четыре, Пять. – Громко, как будто его не слышали, произносил числа активации крепкий подполковник.
- Есть! – Ответил второй, закончив вводить комбинацию в компьютер.
- Докладываю, данные введены, боеготовность активирована полностью. – Это прошел доклад по телефону в Генштаб.
- Произвести запуск, повторяю произвести запуск, как приняли? – Отрапортовал голос из Генштаба.
- Так точно! Есть произвести запуск.
Дежурные сняли с шеи ключи, висевшие на толстой цепочке, поочередно вставили в скважины на пульте и посмотрели друг на друга.
- Вместе, раз, два.
Дежурные повернули ключи по часовой стрелке одновременно. Сняв предохранительный клапан с кнопки, смуглый подполковник нажал красную кнопку.
В эту секунду из ракетной шахты ввысь взметнулась командная ракета ”Периметр”. Вместо боеголовки в носовой части командной ракеты находилась электроника. Поднявшись в воздух и оказавшись вдали от военных действий на земле, ракета отправляла межконтинентальным баллистическим ядерным ракетам РС – 20, находящимся в шахтах, сигнал: ”Запуск”.

 
Часть №4


Момент ракетного нападения.
Штаб командования Тридцать пятой армии.
Город Белогорск. Амурская область.

Глаза открывались очень медленно. Зрение пропало, вся картинка была, как будто размазана, казалось, что кто-то просто забыл навести фокус на аппарате собственных глаз.  Немного придя в себя, и оторвавшись от пола человек в военной форме начал подниматься, его лицо кровоточило.  Кругом все было усеяно мелкими и крупными осколками стекла от окон. Отряхнувшись, и подняв с пола фуражку, человек уселся за рабочий стол.
- Товарищ генерал-лейтенант, с вами все в порядке? – в кабинет ворвался адъютант командующего тридцать пятой армии.
- Объявить боевую тревогу, всех командиров ко мне. – Невозмутимо, как будто никакого взрыва и не было скомандовал  генерал-лейтенант.
- Есть! – Ответил адъютант и исчез из кабинета.
Оставшись один, высокий, крепкий седовласый мужчина лет пятидесяти пяти подошел к несгораемому сейфу  и достал из него крепко запечатанный пакет из толстого слоя бумаги.
- Вот и началось, – подумал он в этот момент.
Совещание началось через 10 минут. В просторном кабинете собралось всё командование. Перед большим рабочим столом стояло пятнадцать генералов и полковников. Всё свое внимание они устремили на карту, вынутую из прочного конверта и расположенную посреди стола.
-  На нас совершено ракетное нападение неприятеля. – Начал свою речь командующий. – Агрессор неизвестен, связи с главнокомандующим, генштабом, да и вообще с кем-либо нет. В соответствии с заранее приготовленным генштабом планом действия во время войны в нашу задачу входит прикрытие юго-западного направления по линии границы на Амуре. Две Белогорские бригады и одна Екатеринославская общей численностью пятнадцать тысяч человек выдвигаются в район Благовещенска и прикрывают это направление по линии набережной реки Амур. Время  на приведение в боевую готовность – четыре часа. Срок прибытия к месту назначения – через пятнадцать часов с момента тревоги. Сверим часы. – Сказал командующий и пятнадцать человек тут же устремили свои взоры на руки.
- Связи с другими тремя бригадами, находящимися за пределами Амурской области нет. – Продолжал командующий. -  Возможно, всему виной электромагнитный импульс, выведший из строя аппаратуру, возможно, их просто больше нет, как нет и руководства страны, как, возможно, нет теперь и самой страны.
Генерал-лейтенант помолчал.
– Я скажу вам проще, есть вероятность того, что мы вообще последние оставшиеся в живых. Причина, по которой мы все еще живы - одна, это наша близость к границе с Китаем. Остальной страны, возможно, больше не существует. Продолжайте попытки установить связь, задействуйте резервные каналы, должно быть хоть что-то.
- Что с радиацией? – Задал вопрос один из замов.
- Судя по замерам, радиация превышает допустимые пределы. Следует отдать распоряжение  о выдачи личному составу йодированных таблеток, дабы не допустить распада йодсодержащих веществ в железах людей. – Отрапортовал другой заместитель. 
Холодный декабрьский  ветер задувал в кабинет через разбитые окна. Генерал-лейтенант  сник и тихо продолжил.
– Как бы не складывалась ситуация дальше, что бы не происходило, дороги назад у нас нет, мы и есть Россия. Все, что нам остается, это с честью и совестью выполнять наш долг. Продолжать попытки установить контакт с командованием и другими частями. Должен же быть хоть кто-то. Все свободны, приступить к выполнению приказа. 
Генералы начали расходиться, но одного полковника внезапно остановил голос командующего:
– Семен Васильевич, останьтесь, пожалуйста. 
Оставшись наедине, генерал-лейтенант  и полковник уселись друг напротив друга.
- Ситуация ни к черту, – начал свою речь командующий, - как бы ни сложилось все в будущем, я хочу подстраховаться. Мы знакомы много лет, еще с училища, я знаю, ты меня не подведешь.
Полковник кивнул.
- Возьми два десятка лучших бойцов саперного подразделения и отправляйся на север, жди моего распоряжения, я хочу оставить нам запасной вариант на самый крайний случай.
- Что входит в мои задачи? – спросил Семен Васильевич, командующий потёр виски, и придвинулся к полковнику ближе. 

Часть №5


Тридцать минут спустя ракетной атаки.
Экстренное заседание постоянного комитета Политбюро
ЦК Коммунистической Партии Китая
Пекин.

В небольшом, тусклом, обшитой специальным материалом комнате без окон, собрались девять человек. Все они были как близнецы братья похожи друг на друга. Престарелые, лет шестидесяти, с черными, как смоль волосами (чёрная краска хорошо закрашивает седые волосы) девять постоянных членов Китайского Политбюро во главе с эксцентричным Председателем обсуждали экстренный вопрос.
- Только что произошел обмен стратегическими ядерными ударами между Соединенными Штатами Америки и Россией. Причину и последовательность действий установить, пока не удалось. Связаться как с одной, так и с другой стороной не удается. Возможен вариант полного отсутствия руководства в этих странах, – медленно и монотонно читал свой доклад  Председатель.
- Каков масштаб разрушений? – интересовался второй человек в партии, товарищ Банго.
- По предварительным данным, зона поражения США шестьдесят процентов. От семидесяти до ста пятидесяти миллионов человек уничтожено.  Зона поражения России – шестьдесят процентов, в основном западная и центральные части. Доля поражения Дальнего Востока незначительная. По приблизительным оценкам, восемьдесят миллионов человек уничтожено, – раздался гнусавый голос Ванна, работника Политбюро.
Председатель Ху взял на себя слово
– В данной ситуации и, учитывая сложившиеся обстоятельства, считаю необходимым в срочном  порядке переходить к оккупации Дальневосточных территорий с немедленным вводом войск быстрого реагирования на приграничные территории. Вам товарищ Вэнь Бао как работнику отдела пропаганды, – продолжал председательствующий, обратив свой взор на полного человека, - предлагаю подготовить меморандум для других стран, в котором бы четко прослеживалась линия, что войска входят на территорию России лишь с мирными целями, для поддержания порядка и предоставления гуманитарной помощи пострадавшим.
- Все уже готово, документ у Вас на столе. – Ответил Вэнь Бао.
- Товарищ Ван, каковы сейчас силы находящиеся у границы России и сколько времени потребуется для прибытия второго эшелона? – Обратился Ху к своему партийному товарищу.
- На данный момент в первом эшелоне провинции Хэйлундцзян находится около двадцати бригад общей численностью двести тысяч человек. Кроме того, непосредственно на границе существует несколько засекреченных группировок способных к немедленным боевым действиям по всему фронту в направлениях Хэйхэ - Благовещенск, Хэган – Хабаровск,  Дуннин - Владивосток. Прибытие второго эшелона ожидается в течение трех – четырех последующих суток с возможностью дальнейшего продвижения войск на оккупируемую территорию.  Предлагаю ввести в действие засекреченные части немедленно. Считаю резонным ограничится лишь пехотными войсками без применения авиации и флота, дабы не вызвать противоречий с пропагандируемыми нами действиями. – Подытожил свой доклад товарищ Ван.
- А что на счет местного населения и войск регулярной армии? – задал вопрос четвертый человек в партии товарищ Цинлинь.
- Нас интересует только земля! –  огрызнулся председатель.
- А как же быть с последствиями? – поинтересовался  пропагандист Бао.
- Последствия всегда можно списать на радиационное облучение, мне ли учить вас товарищ Вэнь?  – Невозмутимо парировал генеральный секретарь. – Итак, предлагаю голосовать поднятием рук, кто за аннексию Дальневосточных территорий России?
В воздух взметнулись руки.
- Как я и думал – единогласно, заседания объявляю оконченным. Приступить к выполнению поставленных задач.


Часть № 6


Один час после катастрофы.
Граница Китая и России.
Города Хэйхэ – Благовещенск.

В сорока километрах от города Хэйхэ, в небольшом кирпичном здании больше напоминающем сарай зазвонил телефон. Молодой тридцатилетний мужчина в военной форме без опознавательных знаков поднял трубку красного телефонного аппарата. Внимательно слушая голос по ту сторону трубки, он часто мотал головой, и приговаривал:
– Да, да я понял, есть, так точно.
Как только голос на том конце провода сменился гудками, мужчина бросил трубку и кинулся к небольшой красной кнопке расположенной на стене. 
Воздух разразил гулкий вой сирены. Во множестве зданий густо усеянных вокруг, началась суета и беготня ошалевших людей. Молодой мужчина подошел к старому, ещё времен Мао шифоньеру и, открыв его, достал чистую, хорошо выглаженную военную форму полковника Китайской Народной Армии. Переодевшись в неё, он вышел на улицу. Осмотрел плац, наполненный  солдатами в ярко-зеленой форме.
- Внимание, группа выдвигается в район города Хэйхэ, артиллеристским и минометным расчетам прийти в полную боевую готовность,  выдвигаемся через час! – Оглушил пространство командный голос полковника.


Анечка внимательно смотрела на улицу со своего потрескавшегося окна. С высоты седьмого этажа было прекрасно видно, что творилось в городе.
- Аня, ну-ка быстро отойди от окна, – громко сказал отец. 
- Пап, там люди бегают. А машины не ездят, все набились на дороге и не едут,  –  Аня сползала с подоконника, держа в руке белого медведя. Она схватила свою любимую игрушку, как только они вошли, точнее, влетели, в квартиру. Папа закрыл дверь на все замки, разбитые окна он сейчас пытался завесить одеялами. Аня подбежала к маме, которая сидела на полу, обняла её и усадила медведя ей на колени. 
На улице выла сирена, доносились крики людей и гудки автомобилей. Всё движение в Благовещенске встало. На перекрестке улиц Шевченко – Горько образовалось огромная пробка. Где-то в районе МЕГИ гудели сирены пожарных служб, а недалеко от Универмага, пытаясь пробиться сквозь заторы проблесковыми маячками, двигались три автомобиля скорой помощи.
Все телеканалы были выключены. На экранах – без картинки – крутилась одна и та же запись. Женский голос призывал людей не волноваться, не поддаваться панике,  по возможности проследовать к ближайшему бомбоубежищу или на худой конец плотно закрыть окна и двери, и оставаться  в квартирах до последующих распоряжений. 
- Что нам делать? – спросила Лена у мужа, прикрывая обожженное лицо полотенцем. Аня гладила маму по голове. 
- Не знаю милая, не знаю. Я пытался дозвониться хоть в какую-нибудь службу, но стационарный телефон молчит, а сотовый никак не может поймать связь.
-  Давай уедем, давай вырвемся из этого кошмара, - голос жены дрогнул, она начала плакать.
- Куда?! – не сдержавшись, заорал Саша, - Куда твою мать мы поедем? Ты хоть понимаешь, что это п..ц! Что за окном идёт, не долбанный снег, а падают радиоактивные осадки??!!!
Лена начала плакать ещё сильнее.
- Мамочка не плач…, – умоляла маленькая девочка.
Мать бросила полотенце, и обняла дочь. Уткнувшись лицом в её затылок.
- АААААА!!!!! – раздался резкий крик мамы.
Саша повернулся и увидел, как его жена держала в руках большой клок белокурых волос своей дочери.  
-Ааааааа!!!! - все не унималась женщина.
- Успокойся! - Саша ударил жену по щеке, - ты пугаешь ее.
Ребёнок испуганно пытался повернуться  к маме. Муж вырвал Аню из рук матери, прижал к себе. Мать в этот момент опустила руку с клоком волос дочери.
- Что будет теперь… Боже, что это…
- Лена, возьми себя в руки. Я пойду, попробую найти помощь…
- Не уходи от нас, - жена подняла на мужа глаза, полные ужаса и отчаяния, - не оставляй нас…
Муж поднялся, отпуская ребёнка из рук, девочка тут же прижалась к маме.
- Я не долго, я скоро вернусь.
Входная дверь хлопнула.
Выйдя на улицу, Саша растерялся. Куда идти? Большинство людей бежали кто куда, но все они, скорее всего, хотели попасть домой застигнутые внезапностью на местах своих работ. Из школы напротив выбегали перепуганные родители со своими детьми, которые смогли добраться до них лишь спустя такой огромный промежуток времени. Все бежали, понимая, что передвигаться на машинах просто невозможно. Автомобили стояли на дорогах, кто-то пытался объехать затор по бордюрам, но и там уже всё было забито транспортом. Водители с криками выбегали из машин и последними матами крыли своих оппонентов. Рядом с его домом находилась детская поликлиника. “Там должны быть врачи, они помогут Анечке”, - подумал отец. Перейдя улицу,  и быстро пробежав палисадник перед поликлиникой, он увидел как толпа стекалась к крыльцу лечебного учреждения. У входа уже стояло человек сто. Каким-то образом Саша смог протиснуться среди них и попасть вовнутрь. Воздух был тяжёл. Со всех сторон доносился плач детей и мольбы родителей о помощи. По коридорам, расталкивая людей, метались врачи и медсестры, героически пытавшиеся сделать в этой ситуации хоть что-нибудь. У большинства людей были обожжены лица, вероятно в момент вспышки они смотрели именно в ее сторону. У некоторых детей распухли горла и понемногу начали опадать волосы. Более старших постоянно рвало, в эту минуту они чувствовали непереносимые приступы головной боли. 
Саша остановил одного из пробегающих врачей.
– Помогите мне, моей дочери плохо! 
- Сынок, - ответил врач лет шестидесяти, - в поликлинике нет препаратов, нет вообще ничего, что бы помогло от радиации!
- Хоть как-нибудь!!!! Сделайте что-нибудь!
Врач достал из кармана какую-то ампулу:
- На. Это может снять боль. Минуты на три. 
Выйдя на улицу, Саша решил двинуться дальше, в центр города, в район Универмага и Амурской ярмарки. Быть может там, удастся найти помощь, подумал отец. В моменты, когда ему удавалось уворачиваться, от бегущих на встречу людей, он думал, он вспоминал. Из учебника ОБЖ за девятый класс он помнил, что если грядёт радиация, то всё вокруг: воздух, земля, вода будут отравлены. Ничего из этого нельзя будет употреблять внутрь. Еще у него не выходили из головы Анины волосы. Он знал, в этих случаях страдают, прежде всего, слабые, не сформировавшиеся организмы детей.
Почти добежав до центра города, Саша встал. Перед ним открылась поистине пугающая картина. Из торговых центров, сумасшедшие  люди выносили товары. Мародерство и вандализм начались. Обезумев от ужаса, мужчины и женщины, подростки и старики тащили всё, что только попадалось под руки. Одна старушка выносила сотовые телефоны и фотоаппараты, которые вываливались у нее из рук. Крепкий, плотный мужчина лет сорока тащил огромный плазменный телевизор при этом, прикрикивая, по всей видимости, своей жене, чтобы та не забыла взять ювелирные украшения. На автобусной остановке около Универмага, стояли брошенные три автобуса. Поперёк дороги, перпендикулярно движению. А за ними – в разбросанном виде – расположились автомобили. Дорога была просто забросана транспортом.  Сквозь плотную пелену затуманенного неба изредка пробивался тонкий луч уже заходящего, по всей видимости, солнца. Чуть поодаль, напротив управления МЧС, спасатели, полицейские, расчистив кое-как проезжую часть, собирали людей в автобусы. Военнослужащие африканской наружности пытались хоть как-то организовать эвакуацию. Но люди кричали, куда-то рвались и метались. На тот момент ушло всего десять автобусов с гражданскими, ещё одна машина готовилась к отправке. Но куда они ехали? Как далеко они могли продвинуться по загроможденным дорогам города? Неизвестно. Связи с водителями не было.
В полном отчаянии, понимая, что сейчас каждый сам за себя, Саша побрёл вперёд. Зачем он шёл именно туда? Он уже не понимал. Он просто хотел узнать, что делать. Как ему спасти семью. Он крепко сжимал ампулу, которую дал доктор, но почему-то не бежал с ней домой. А шёл вперёд, пытаясь найти хоть какую-то помощь.
Напротив памятника Ленину, который в этой суматохе продолжал указывать в светлое будущее, Саша остановился. Слева от него  расположился Белый дом. С чёрного входа выбегали люди. Туда! И мужчина решительно повернул в сторону администрации. В холле здания никого не было. Ковровое покрытие задралось, на полу валялись какие-то бумаги и папки, стол и стулья дежурных лежали здесь же.
- Где власти? – Саша поймал какого-то запоздалого работника, когда тот бежал в сторону двери.
- Отпусти!!! – взъерошенный мужчина дёрнулся и выбежал на улицу.
В здании было тихо. Даже вой сирены был не слышен. Саша поднялся по лестнице на второй этаж, потом на третий. Везде одна и та же картина. Разбросанные бумаги, открытые двери. Пустота. Вдруг раздался резкий удар. Будто что-то тяжёлое упало на мраморный пол. Саша пошёл в сторону звука. Пройдя пару закрытых дверей, он увидел открытый кабинет. Заглянув туда, он увидел мужчину, который сидел лицом к окну.
-Извините! Вы бы не могли мне помочь? – Саша сделал шаг в кабинет.
- Армагеддон. Как я помогу? – мужчина обернулся. Лицо знакомое, но кто он Саша не мог вспомнить. Не в том он был состоянии. Да и мужчина выглядел не совсем «презентабельно», половина лица вымазана в чём-то чёрном, рубашка порвана, галстук болтается на плече.
- Ну, как... Я не знаю. Зачем вы здесь тогда сидите, если не можете помочь? Мой ребёнок пострадал. Что делать? На улице паника? Что происходит???
Мужчина подпёр щёку рукой.
- А вы ещё не догадались, молодой человек, что происходит? Вместо того чтобы со мной тут стоять, шли бы вы к своей дочери. Идите.  Бегите отсюда.
Через окно, в которое хорошо просматривалась граница с Китаем, Саша заметил несколько белых дымков.
БУ БУ БУ!!!! Раздались гулкие взрывы где-то недалеко.
- Что это за звук? – не в силах разобрать, откуда доносился приближающийся и становившийся все сильнее гул, спросил кто-то из них двоих.
Сотни, тысячи разрывающихся снарядов начали выворачивать землю Благовещенска и вздымать в воздух куски брусчатки, снега и дерева на площади. Вновь и вновь тонны  асфальта взметались в небо, оставляя после себя огромные воронки.
- БЕЖИМ ОТСЮДА!!! – закричал Саша, выбегая из кабинета.  Он прыгал через две ступеньки, спускаясь вниз.
- некуда бежать. Капитан тонущего корабля, который неспособен изменить его  фатум, разделит его судьбу.
Мужчина поднялся из-за стола и встал около окна. Саша уже не слышал, как стекло от очередного взрыва лопнуло, раскидывая осколки по всему телу умирающего.


- Огонь! – Кричал молодой китайский полковник.
Четыре сотни артиллеристских установок одновременно гулко отвечали своему командиру мощными залпами.
- Минометные расчеты! – командовал полковник группе военных, находящихся у минометных установок, - Скорректируйте прицел, бейте точно по набережной, не задевая кромки льда, она нам еще понадобится!
По его собственным подсчетам, вся операция по артиллеристскому нападению, учитывая все четыреста орудий, не должна была занять больше двух, максимум трех часов. После этого, в радиусе тридцати километров от линии границы не должно было остаться ничего живого, а русский город, в котором он так часто бывал, должен был уйти с лица земли, оставив лишь руины достойные вымирающей цивилизации.
- Разрешите доложить? – спросил связист, подбежавший к полковнику и вытянувшийся по струнке, - Поступило секретное донесение от командования, через три часа основные наступательные силы в составе семи бригад будут на точке сбора, наступление приказано проводить сразу же.
-  Идите.
- Есть! – ответил связист и тут же исчез из поля зрения.
- Артиллерия, ОГОНЬ! – прокричал командир и несколько сотен дул вновь извергли тонны металла в сторону России. – Нам еще столько всего нужно сегодня успеть!


Саша выбежал на улицу. Глаза его метались по округе как у умалишенного. Он не мог прийти в себя от происходящего. То там, то там рвались снаряды, в клочья, разрывая здания и припаркованные рядом машины. Вот один из снарядов попал в гостиницу Юбилейную и три зеленых этажа остались в подвешенном состоянии над обрушившейся стеной.  В огромной дыре было видно устройство комнат, обои, волнующиеся от ветра шторки, заваленные кирпичами кровати и даже, как показалось Саше, останки людей, которые угодили  под снаряд. Он решил двигаться по улице Ленина до Шевченко, а оттуда уже добираться до дому.  Изредка на пути ему попадались люди, которые также как и он пытались перебежать в более подходящее убежище. Вновь  и вновь раздавались сводившие с ума взрывы. При каждом  из них Саша старался пригнуться, спрятать голову  до конца, наверное, не осознавая, что это ему не поможет. Один за другим дома складывались как карточные домики, оставляя после себя лишь густую пелену тумана и пыли. Где-то, в еще уцелевших домах возникали пожары, и языки пламени пытались пробиться сквозь окна наружу, заволакивая округу едким дымом.
Вот перед ним уже Амурский пассаж, крыльцо и часть стены вывернута наружу, а внутри лежат три разорванных тела.
Его вырвало.  Переносить всё это он уже не мог. Части тел валялись как какие-то ненужные вещи раскиданные кем-то в спешке.
Немного в стороне, в районе набережной он услышал автоматные выстрелы. По линии набережной  возле памятника Муравьеву – Амурскому, засев в оборону,  отстреливалась группа пограничников.
Дом был уже недалеко, совсем рядом. Короткими перебежками, прячась в воронках и возле искореженных автомобилей, он добрался до здания банка, рядом лежало тело полицейского. Справой стороны, на ремне висела кобура с пистолетом.  «Ему он все равно уже не нужен» подумал Саша и, вытащив его, спрятал оружие за пазухой. Пробегая мимо поликлиники, точнее того, что от  нее осталось, мужчина  заметил всю ту же толпу людей. Только теперь они не стояли  у входа, а валялись по всей территории как разбросанная осенью в поле картошка. Дети, женщины, мужчины. Для китайских снарядов не было разницы.
- Слава Богу! Дом еще цел! – Вскричал Саша от радости и метнулся в подъезд.
Ворвавшись в квартиру, он увидел жену, зажавшуюся в углу и державшую  на руках спящую дочурку. Он кинулся к ним и, что есть сил обнял.


Часть № 7


Шесть часов спустя.
Окраины Благовещенска.
Мост через реку Зея.

БТР остановился у таблички с надписью Благовещенск.  Пост ГАИ перед городом был абсолютно пуст. Двенадцать человек высыпались из бронемашины и заняли круговую оборону.
- Дальше пойдем пешком, – скомандовал плотного телосложения капитан.
Разведывательный  отряд армии медленно и тихо продвигался по Зейскому мосту в сторону города под прикрытием темноты. Кругом стояла тишина. Освещение отсутствовало. 
Двигаясь, минуя главные улицы, дворами отряд продвигался вглубь города. Кругом лежали руины. Создавалось такое впечатление, что Сталинградская битва проходила именно на этих задворках империи. Во всеобщей тишине раздавались выстрелы. Иногда  одиночные, иногда целые очереди.
- Надо осмотреться,  - сказал капитан разведывательного отряда. И перед его взором тут же всплыло чудом оставшееся невредимым высотное жилое здание. Передвигаясь по лестнице вверх и добравшись до люка, они свернули замок и оказались на крыше. С высоты четырнадцатиэтажного дома весь город был как на ладони.  Надев  прибор ночного видения, капитан увидел пугающую картину. Со стороны китайской границы прямо по льду реки Амур десятками тысяч переходили китайские пехотинцы. Следом за ними тут же маячили огоньки фар грузовиков и танков. В тех местах, где китайцы достигли наших пределов, и раздавалась стрельба.   
- Рацию! – скомандовал старший  и подал руку, в которой уже через секунду лежала трубка, протянутая связистом.- Соедини со штабом.
Автоматные выстрелы раздавались все чаще, китайская армия вступала в свои новые владения.
- Товарищ командующий, – начал свой доклад капитан. – Китайские войска входят на нашу территорию в районе центральной набережной Благовещенска. Точное количество войск установить затруднительно, по примерным оценкам – несколько бригад.  В их числе артиллеристские орудия и танки. Считаю невозможным занятие города нашими силами вовремя. К моменту прибытия нашего авангарда через несколько часов город полностью будет под контролем китайцев.  – На доклад последовал приказ командующего армии. – Есть оставаться на месте для наблюдения.


- Быстрее, быстрее!!! – кричали китайские командиры своим ротам.
Лавина армии из Поднебесной, весь цвет пехоты волнами одна за другой накатывались на Российский берег.
С противоположной стороны раздавались немногочисленные автоматные очереди. По всей видимости, это отстреливались оставшиеся в живых пограничники. Несколько ответных выстрелов наступающего батальона и тишина воцарялась вновь.  Первые группы уже вступали на вражеский берег. В числе первых командиров, оказавшихся на Амурской земле, был майор Ли. Высокий, стройный с не типичным для китайцев ростом,  командир вел первую волну наступления.
- Рассредоточиться по улицам, держаться ближе к зданиям, пленных не брать. – Раздавался вновь и вновь резкий голос китайского командира. 
- На связи штаб, – доложил подбежавший к майору связист.
- Есть найти новое здание для штаба! – Отозвался капитан на приказ начальства.
В этот момент он как раз проходил под красивой аркой воздвигнутой когда-то русскими в честь приезда их цесаревича.  Слева от него была большая площадь,
- площадь Победы! - посмеялся он, указывая своим солдатам на высокую стелу, - Вперед, вперед, нам нужно еще успеть отужинать у них дома.
Покрикивал он на своих подчиненных солдат, перебегавших улицы и двигавшихся вперед. Справа от него он заметил красивое, старинное здание с небольшими статуями на крыше и прекрасной царской лепниной.
- Вот это здание нам подойдет.
- Кажется, это был магазин Чурина во времена царей, – блеснул своей эрудицией другой офицер. 
- Плевать! – майор смачно плюнул, - Подключить дизельные генераторы, проверить проводку и свет, через полчаса в этом здании хранилище Российской культуры разместится наш краснознаменный, победоносный штаб!!! 
Майор кричал, отдавая распоряжения, подгонял и воодушевлял солдат.


Саша наблюдал за картиной боя через щель, сделанную между одеялами, которые закрывали окно.  Изредка в момент пролета осветительных ракет ему удавалось разглядеть как несколько сотен бойцов, по всей видимости, сотрудники полиции, гаишники, курсанты ДВВКУ и другие хранители правопорядка старались оказать сопротивление наступающей угрозе. Волна автоматных очередей только увеличивалась, потом послышались взрывы гранат и вспышки гранатометов, бой шел минут тридцать. В итоге сопротивлявшиеся начали отступать как раз к направлению поликлиники, возле которой стоял Сашин дом. Потом бойцов взяли в окружение другим отрядом, и методично начали расстреливать, выводя из строя одного за другим. Еще через полчаса людей осталось не больше тридцати. Они побросали оружия, понимая бессмысленность сопротивления. Их вывели во все тот же палисадник у поликлиники, выстроили в шеренгу, напротив встал расчет из десяти китайских солдат и расстрелял всех до единого. Невысокий сержант достал свой командирский пистолет из кобуры и пустил пули в голову еще подававшим признаки жизни людям.  
- Боже, за что? – Саша отпрянул от окна. Жена продолжала сидеть в углу, прижимая дочь к себе. Белый
- Сашенька, дай водички.., - прошептала Лена.
- Вода отравлена, ее нельзя пить.
- Ну, хоть чуть-чуть, пожалуйста.
- Леночка, миленькая, потерпи, помощь обязательно придёт, и тогда мы напьемся, – он подсел к жене.
- И Анечка пить тоже хочет. Дай…,  – простонала она.
Для него это была последняя капля.
- Лена отдай ее мне, слышишь, отпусти!!!  – Вырывая Анечку из рук матери, закричал Саша. – Она мертва, отдай ее!!!  – Завопил он и отдернул Ленину руку. Безжизненное синее лицо дочери смотрело ему прямо в глаза.
- Нееееееееет... Она спит, она просто устала... Сейчас пройдет еще часок, и она проснется…, - шептала мать. Она вновь прижала к себе дочку, и вернула на прежнее место белого медведя, который сбился на груди у девочки. - Мы замерзли, принеси нам одеяла.
Саша встал, сдёрнул одеяло с кровати, укрыл жену с ребёнком. И вновь вернулся к окну.
Китайцы продолжали развивать свое наступление. Крики китайской речи были слышны уже далеко впереди, а на смену ей приходил гул танковых моторов заполонивших улицы и сметающих железные торсы от машин всмятку.
Теперь китайцы не прижимались к зданиям, а уверенным и стройным маршем в колоннах следовали дальше. В свете луны Саша заметил, как небольшие отряды отделялись от основных колон и  по очереди входили в здания, в которых после этого слышалась крики людей и автоматная стрельба. «Зачистка, - отрешённо подумал Саша, - значит, скоро они будут у нас».

Саша услышал стук солдатских сапог у себя в подъезде. Прильнув ухом к двери, он слушал, как в парадной раздаются громкие крики китайской речи и русские проклятия в ответ.  Они заходили в квартиры и убивали всех. В лучшем случае убивали. Саша заметался.
– Что делать, что делать? – вновь и вновь повторял он вопрос. – Нужно спрятаться, но куда? Все равно найдут.
- Сашенька, ты чего? – спросила тихим голосом обезумившая от горя жена.
- Китайские солдаты, они скоро будут у нас.
- Ну, и что? Пусть смотрят, что мы не сопротивляемся, и пусть уходят, – Столь же тихо отвечала супруга.
- Они просто не уйдут, он будут пытать меня, а тебя изнасилуют несколько человек.
Лена опустила голову. Прижала ещё сильнее к себе дочь.
Звуки китайских сапог приближались.
- Сашенька, любимый. А помнишь, когда мы с тобой познакомились? Кажется, это было на третьем курсе. Ты сидел на соседней парте и писал маленькие записочки, которые я все время отказывался брать.
- Помню милая, тогда за тобой гонялся весь факультет, а ты выбрала меня.
- Потом мы гуляли по городскому парку, пошел дождь и, укрывшись под сенью тополя, ты впервые признался мне в любви.
- Да, ласточка, все так и было.
- Мы гуляли теплыми июньскими вечерами и мечтали, как сложится наша жизнь. А потом родилась Анечка, помнишь, как ты был счастлив?
- Конечно, помню любимая, этого я никогда не забуду.
- Ты был у меня первый, Сашенька,  единственным ты и останешься. – Она замолчала, с ее красивых серо-зеленых глаз текли слёзы, – Сашенька, не отдавай меня им, прошу.
Саша не выдержал и заплакал. Он прижал свою полусумасшедшую жену с мертвым ребенком на руках к груди и зарыдал.
В двери задергалась ручка. Послышались гулкие удары высаживающих входную дверь ног.
- Я тебя люблю.- Сказала Лена.
- Я тебя тоже. – Ответил Саша и достал из кармана пистолет, взятый у мёртвого полицейского. 
По ту сторону двери командир карательного отряда услышал два одиночных выстрела.


Часть №8


Два часа ночи
Белогорская трасса
Недалеко от райцентра Ивановка
30 километров от Благовещенска

Длинная колонна армейской техники нескончаемым потоком двигалась в направлении Благовещенска. Сотни танков Т-80, грузовиков ЗИЛ – 131 с прицепленными к ним артиллеристскими орудиями, КАМАЗов 4310 битком наполненных солдатами двигались лишь с включенными габаритными огнями. Мера предосторожности принятая командованием армии для сокрытия своего передвижения. Водители автомобильной техники и БМП видели перед собой лишь свет от габаритных огней, идущих впереди. Кругом стоял шум, гул моторов и вращающихся колес. Пятнадцатитысячная армия находилась на марше. 
В командно – штабной машине переоборудованной из БМП двигалось находилось  командование армии и сам командующий. Оставаться в Белогорске ему смысла не было. После отчаянных попыток установить хоть какой-то контакт с оставшимся в живых руководством страны и другими частями, находившимися в подчинение в других областях, было решено двигаться на Благовещенск. В часовой досягаемости до места назначения поступило экстренное донесение.
- Товарищ генерал, – обратился адъютант к командующему, – Разведотряд на связи.
- Докладывайте, - проговорил командующий по рации.
- Китайские части полностью оккупировали город. Сопротивление прекращено. Гражданское население уничтожается. По всей видимости, они уже в курсе о вашем приближении и подтягивают основные силы к набережной по реке Зея, занимают оборонительные позиции. Мост через реку до сих пор цел.
-  Хорошо. Продолжайте наблюдение. Постарайтесь оставаться незамеченными. В скором времени вы будете вести корректировку огня нашей артиллерии. – Подытожил командующий и отдал рацию.
Все заместители пристально глядели на своего решительного начальника.
- Плохие новости. По всей видимости, гражданское население в городе уже уничтожено. Китайцы занимают оборонительную позицию. Брать город сходу считаю неприемлемым. Силы врага превосходят нас кратно. Ваши предложения? – Обрисовал обстановку командующий.
- Стоит занять оборонительную позицию на противоположном берегу по линии вот этой дамбы, - указательный палец начальника штаба уткнулся в линию длинной насыпной дамбы на карте. – Окопаться, провести артподготовку и после этого проводить контрнаступление. Линия прикрытия составит около двадцати километров.  Не учитывать количественное превосходство сил противника невозможно. По приблизительным данным их пехотные соединения превышают наши в три раза.
- Все согласны? – Спросил командующий. Командиры кивнули, - тогда решено. 


Капитан отдал рацию. С высоты многоэтажного дома отряду было прекрасно видно происходящее вокруг. Колонны китайцев устремлялись на юго–восток города, занимая укрепления и удобные позиции. По характеру подготовки было видно, что задерживаться в этом положении долго они не рассчитывали. Танки все еще продолжали пересекать границу, времени для подготовки обороны у них оставалось все меньше. 
- Капитан, - тихим голосом подозвал командира боец. – Смотрите.
К зданию, где они находились, приближался карательный отряд. Через несколько минут внизу послышалась русская речь. Крики, паника, возня, выстрелы.
- Командир, - заговорил невысокий белокурый боец в камуфлированной маске, – Там наших убивают. Нужно что-то делать.
В голове у капитана крутились варианты. По одному из них он получил приказ продолжать скрытое наблюдение, по другой оставаться в стороне от того, что происходило внизу он не мог. Но если они вмешаются, возможно, их обнаружат, задача будет сорвана, он попадет под трибунал. Раздались новые выстрелы.
- Сколько их зашло внутрь? – спросил командир.
- Человек десять, не больше, – ответил белокурый боец.
- Сержант, остаешься за старшего. Ты, ты и ты – указал на нескольких бойцов капитан, - за мной.
Тихо спустившись с крыши в подъезд, четыре бойца осмотрелись, судя по звуку, китайцы находились на нижних этажах. Медленно  и спокойно они спустились по пролету вниз. Приближаясь к врагу, командир поднял сжатый кулак. Все остановились. Аккуратно выглянув из-за пролета, он увидел, как два отряда по пять человек ворвались в две разные квартиры, а у входов остались по одному бойцу, которые стояли спиной и внимательно наблюдали за экзекуцией над мирными жителями. Раздались смех, крики и ругательства. Капитан рукой показал на двоих бойцов и направления их действий. Затем свое. Достал огромный, сверкающий нож. Ступая тихо и незаметно, лишь во время криков и шума он и еще один боец подкрались и остановились у стены входа в одну из квартир, а двое других у другой. На счет два, отсчитанные пальцами, капитан вонзил холодное лезвие в глотку стоявшего спиной к нему китайца, да так сильно, что другой конец ножа вылез наружу. Китайский сержант Вао заерзал на полу, извергая брызги алой крови, обеими руками вцепившись в свое горло. Второй боец в этот момент залетел в квартиру с автоматом наперевес и открыл стрельбу длинными очередями. То же самое одновременно сделали и другие два бойца разведывательного отряда. Ошалевшие от ужаса, на полу лежали престарелые муж с женой.  Подняв головы, они увидели русские лица.
- Сынки, родненькие, спасли нас, да хранит Вас Бог!- молился впившийся в солдат мужчина.
- Батя, всё, всё, успокойся. Мы здесь, мы вас защитим. Теперь закройтесь и спрячьтесь. А мы пока уволочем эти трупы. – Успокаивал гражданских капитан.
Избавившись от трупов, они вернулись наверх.     


Прошло всего полтора часа как русские показались на горизонте, но вот уже их артиллерия поливала китайские позиции тысячами разрывных снарядов.
Майор Ли выглядывал из-за бетонной стены со специальным биноклем стараясь разглядеть хоть что-то сквозь пелену пыли и песка поднятую в воздух от разрывов снарядов российской артиллерии. Артподготовка не отличалась от проведенной несколькими часами ранее китайцами. Только теперь под огнем артиллерии оказались сами агрессоры. Взрыв и еще, еще. Здания одни за одним обрушивались под градом снарядов. Везде раздавались крики китайской речи. Кто-то кричал от боли, кто-то от ужаса творившегося вокруг. Китайские войска были деморализованы, столь яростного сопротивления они не ожидали.
- Где черт побери наша артиллерия? – кричал перепачканный майор Ли кому-то в рацию, отряхиваясь от присыпавшей его земли. – Как заклинило? Как идут осечки из-за морозов? Я вас всех расстреляю, нет, я расстреляю сперва ваши семьи, а потом вас, а потом снова ваши семьи!!! – Захлебываясь собственной желчью, кричал служивый и откинул рацию.
- Что там? – задал вопрос, пригибающийся рядом офицер.
- Эти сволочи, торопились в ходе наступления, и после артподготовки не прочистили орудия. Из-за морозов отбойники дают осечки. Обслуга ничего не может сделать. Мы без артиллерии!!!  – Бранился Ли и вновь поднес бинокль к глазам.
В узенькие отверстия прибора было видно, как по ту сторону реки русские при помощи спецтехники уже заканчивали рытье окопов и укрепление позиций.
- Такое ощущение, что они бьют прицельно. Еще пару часов и от семи наших бригад не останется и следа. Передай в штаб, я готовлю наступление. Нет артиллерии, так закидаем этих свиней шапками. Первый эшелон! - прокричал майор в темноту, -  приготовиться к атаке!


По другую сторону реки Зея на протяжении десятка километров  картина была одинаковой. Километры окопов, заполненные взводами, за каждым взводом немного вглубь располагалось по три боевой машины пехоты. Стык между соединениями заполнял танк, посаженный еще глубже в тыл. Немного впереди русских укреплений саперный батальон заканчивал постановку мин. Все было готово для теплого приема китайских гостей.  В соответствии с планом: правый фланг уходил вдаль в районе напротив Астрахановки. Левый фланг прикрывал тылы вверх по течению реки Амур. Центр же был укреплен особенно. В два эшелона.  
- Товарищ полковник, – обращался снайпер к  командующему на передовой. – Кажется, китайцы переходят в наступление. Я уже вижу их цепи в оптику.
- Вижу, вижу, - повторил боевой полковник. – Всем подготовится к отражению атаки! – Прозвучал голос командира в темноте.
В воздух взметнулись осветительные ракеты и озарили округу. Китайские многочисленные цепи в сопровождении танков наступали прямо по Зее в центральном направлении.
- Подпустим их поближе. – Успокаивал заметно нервничающих солдат полковник.
Через десять минут, как только китайцы преодолели середину реки, воздух разразила громогласная команда: «Открыть огонь!!!»  И как раскат грома команда прокатилась дальше, повторяемая другими командирами.
Тысячи автоматов Калашникова, пулеметов и винтовок СВД открыли ураганный огонь. Темноту ночного неба озарили миллионы трассирующих пуль. Танки вновь и вновь выстреливали сметающие всё снаряды. Один за другим на поле боя загоралась китайская бронетехника. Полчаса наступления и вот уже китайские узурпаторы, захлебнувшись в собственной крови, начали отступать. Они пятились к своим предыдущим позициям, оставляя после себя тысячи испещренных пулями тел и горящих остовов танков.  


Часть №9


Спустя полтора суток боевых действий.
Устье рек Амура и Зеи.

Майор Ли с перебинтованной рукой и вытекшим глазом сидел на земле, оперевшись спиной в обрушенную стену. Санитар вкалывал очередную дозу морфина. Силы офицера были на грани. Солнце святило высоко в своем зените. Стоял яркий, морозный декабрьский день.  Кругом лежали руины. От прежнего Благовещенска не осталось и следа.  Битком стоящие прежде гаражи превратились в братские могилы китайских солдат. Огромный элеватор больше походил на хаотично сооруженную египетскую пирамиду, а воронки от снарядов напоминали поле какой-то детской игры.
Майор плакал. Не в силах изменить обстановку, не в силах выдавить этих сумасшедших русских с их позиций ему оставалось только рыдать. Две трети первоначального контингента участвовавшего в аннексии было уничтожено. Землю вокруг усеивали бесконечные багровые пятна. Снег связывал в своих кристаллах запекшуюся кровь, кишки и мозговую жидкость от солдат. Медчасть была переполнена. Ранение были настолько тяжелы, что врачи просто переставали обращать внимание на них. На земле возле полевого госпиталя лежали закостеневшие трупы больных, которые не дождались помощи. У некоторых не было рук, где-то в стороне валялись остатки  чьих-то ног одетых в кирзовые сапоги. Чьи-то ранения были столь ужасные, что при взгляде на них человека сразу же рвало. Оторванные носы, пустые глазницы и оторванные напрочь от головы нижние челюсти.
Получив очередную порцию морфия, майор успокоился.
- Соедини со штабом. – Приказал он сидящему невдалеке радисту.
- Ситуация критическая, все танки, две трети всего личного состава уничтожено. Нам нужны резервы или при первой же контратаки русских мы побежим прятаться за Великую Китайскую стену. – В полусознательном состоянии рапортовал Ли в штаб.
- Успокойтесь, резервы уже прибыли по всему фронту. Главное командование уже подготовило план всеобщего наступления, которое сметет остатки этих русских с земли. Основной удар будет сосредоточен на левом фланге, там русские укреплены хуже всего. В вашу задачу входит отвлечь их силы лобовым нападением на центральном направлении. Мужайтесь, силы противника тоже истощены и им, в отличие от нас, неоткуда ждать помощи. К бою подполковник! – Ободрил и обрисовал ситуацию офицер штаба.
Ли запомнилась лишь последняя фраза – подполковник. В случае если он останется в живых и окружение окажется удачным его ждет повышение.
- Поднимайтесь, вы, перепуганные ублюдки!  Родина призывает вас к атаке! Вставайте, вашу мать, или ваши семьи пустят на корм скоту!!! – Кричал возбужденный командир. 
Оставшиеся тысячи солдат выползали из своих укрытий.


Генерал-лейтенант находился на передовых позициях.  Командующий армии подбадривал своих бойцов немало потрепанных в результате бесконечных атак противника.  Его присутствие на поле боя, несомненно, поднимало боевой дух. Солдаты знали,  ”Батя” рядом, он с ними. Перед глазами командующего представала пугающая картина поля боя. Повсюду, куда только хватало взора, лежали тысячи трупов, некоторые из них были застигнуты  пулевыми очередями, некоторые подорваны минометными снарядами, самые же невезучие угодили в воронки от снарядов оголивших открытую, холодную воду. На протяжении всего горизонта горели подорванные остовы китайских танков. Пылал и Благовещенск. Точнее то немногое, что от него осталось.  Потери были и у русских. Одной из атак китайским силам удалось добраться даже до благовещенского берега испещренного тысячами воронок от снарядов. Кое-где войска даже сходились в рукопашных схватках. Итогами их были, лежавшие перед самыми окопами русских закоченелые тела противников.
- Товарищ генерал-лейтенант, снаряды заканчиваются,  солдаты устали,  много раненых, резервов нет. – Докладывал начальник штаба своему командующему.
В этот момент в небо с китайской стороны взметнулась красная ракета и по всему фронту уже немногочисленные цепи китайцев двинулись в атаку на наши окопы.
- Держитесь, ребята, держитесь. За нами Россия. Дороги назад нет, так давайте же продадим наши жизни подороже. – Подбадривал командующий своих солдат, даже не пытаясь пригибаться от свистящих над головой пуль.
Захрипели ответные выстрелы. Оставшиеся в строю боевые машины пехоты исправно поливали цепи неприятеля, из крупнокалиберных пулеметов выкашивая целые роты         за несколько минут. В этот раз китайцы атаковали непредсказуемо жестко. У многих создалось впечатление, что это был последний оскал умирающего дракона.
В прицел снайперской винтовки солдат видел сначала одного потом другого вражеского противника. Нажим на курок и он отправлял очередного смертного в могилу. В окуляр оптики, наконец, попался какой-то офицер, наведя перекрестия прямо ему на лоб, солдат сжал курок. Где-то в нескольких десятках метров мозги майора Ли брызнули на грязную землю. До полковника он так и не дослужился.
Еще десяток минут и китайцы побежали.  В русских окопах раздались громкие крики ”Ура!!!”. Солдаты обнимались и прыгали. Они обратили в бегство оставшиеся силы атакующих.
Был рад и генерал-лейтенант, в этот момент он гордился своими орлами.
- Товарищ командующий, Вас срочно. – Протянул рацию радист.
Командующий  приложил аппарат к уху. Внимательно вслушиваясь в каждое слово, лицо его мрачнело. Выслушав информацию, он приказал своему штабу: развернуть все войска в противоположном направлении, китайцы прорвались на левом фланге вверх по течению Амура. Они уже у нас в тылу. Нас окружают, мы в котле.


Последние несколько часов тридцать пятой героической армии оказались ужасны. Новыми свежими силами многократно превосходившие русские  китайские войска перемалывали как в мясорубке тела наших солдат. Сопротивляющихся становилось все меньше, кольцо окружение сжималось  и, казалось, уже совсем готово было сжаться в районе Владимировских озер. Земля здесь перепутала своё назначение с воздухом. От десятков тысяч взрывов артиллерии она просто не успевала опадать.
В живых остались лишь несколько сотен бойцов. Был жив и командующий.
Взобравшись повыше, так, чтобы оставшиеся в живых могли его увидеть и услышать он обратился к ним.
– Солдаты, для меня было честью служить с вами. Слава России!
- Слава России! - отозвалось громогласное из окопов.
- Рацию! – подозвал к себе раненого связиста командующий. – Соедини с группой полковника!
- Слушаю, – раздался хриплый голос полковника из рации. Того самого, с кем командующий разговаривал после собрания штаба в Белогорске.
- Семен Васильевич, я рад был нашему знакомству. Прощай. Подрывай. – Успел договорить командующий, как вдруг в метре от него разорвался осколочный снаряд.


Через полчаса китайские солдаты с примкнутыми к автоматам штыками проходили по полю недавних боев. Увидев в стороне еще дышавшего противника, солдат подошел к нему и воткнул штык прямо в грудь, в район сердца. Бедняга захрипел, извергая изо рта кровь, и застыл.
– Так вам, сволочи. – Приговаривал китайский солдат.
Немного дальше раздались какие-то крики, солдат посмотрел в сторону доносившихся звуков и увидел, как в его сторону бегут находившиеся ближе к берегу сослуживцы. Они кричали и бежали так быстро, будто за ними гнался сам сатана.
- Отчего они бегут? – спросил один солдат у другого.
- Не знаю, – ответил второй.
В этот момент их взорам предстала огромная тридцати метровая волна воды, сметающая все на своем пути. Первые наступательные эшелоны противники были сметены водой. Полковник выполнил свое обещание данное командующему. Он подорвал Зейскую гидроэлектростанцию.


Рецензии
Классно написано.

Залимхан Абдулаев   15.03.2019 00:23     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.