Тайна пещеры Сабарте, или Грааль катаров

За звёздами для светлых душ чертог
И доблесть там царит, как здесь – порок.
(фон Хеллер)

Эсклармонда де Фуа застыла белой статуей у узкого окна, глядящего в самое сердце огненно-алого заката. Словно пурпурные лепестки маков, озаренные заходящим светом, облака казались посланиями иного, более чистого и совершенного мира. Мира, о котором она мечтала всю свою жизнь. Мира, за который она боролась и готова была отдать все, дабы он воцарился и здесь, в ее родных и благодатных землях Окситании.

Какая ирония судьбы – бесчисленные войска фанатиков под предводительством Симона де Монфора вновь под стенами ее твердыни, и нет надежды отразить этот удар судьбы. Графиня де Фуа сжала в изящных руках старинную книгу, и подошла к небольшому сундуку, в котором хранилось величайшее сокровище мира, которое нужно было спасти любой ценой. Она вздохнула, предаваясь воспоминаниям, словно желая впечатать их в свою душу навсегда. А ведь когда-то все было иначе, и на земле царил рай! И тем райским местом была ее родная земля…

_______
Ласковые лучи солнца всегда щедро пронизывали эту плодородную землю, сплошь усыпанную виноградниками, оливковыми рощами и лавандовыми полями, и отражались в сердцах окситанцев – вольнодумных и гордых потомков кельтов и иберийцев. Тогда всем этим солнечным краем правил властной рукой граф Раймонд Шестой, блестящий вельможа и отважный воин, сумевший осуществить величайший расцвет наук и искусств в своих огромных владениях, невиданный более нигде в христианских землях.

В неприступных замках на скалах, подобных высоким орлиным гнездам, вассалы графа Раймонда – де Фуа, Транкавель, Команж изучали алхимию и каббалу, астрологию и алгебру, а также прочие запретные науки, пришедшие с Востока, и устраивали пышные состязания трубадуров, прославляющих на самом дивном и певучем наречии – наречии «ок» Прекрасную Даму и рыцарскую честь. Благородные владычицы Каркассона, Альби, Лангедока вершили высший суд Любви, если какой-либо рыцарь нарушал священные обеты чести – и его не могли избежать ни короли, будь то Ричард Львиное Сердце, сын отважной Алиеноры, ни знатные хозяева юга… Прекрасная Аделаида учила в своем замке философии и прочим наукам и искусствам всех благородных господ, стекающихся со всех уголков Европы и даже из арабской Испании, а дивная красота Мелиссины Триполитанской, словно путеводная звезда, заставляла труверов плыть среди бурь и ветров через море, и смерть не страшила их.

И в этой атмосфере куртуазной утонченности, радости и свободомыслия в семье доблестного графа Роже-Бернара де Фуа и Сесиль Безье родилась дочь, которую назвали Эсклармондой. Ее имя означало «несущая свет миру», или же, как говорили провансальцы - «светоч мира», и не было подобного имени более ни у одной женщины, когда-либо рожденной на свет…

Тогда, еще юной девочкой с ослепительно-золотыми волосами и глазами такой неимоверной синевы, что в них можно было утонуть, Эсклармонда, затаив дыхание, слушала песни трубадуров о славных подвигах безупречных рыцарей и любви прекраснейших дам, и мечтала. Однажды отец рассказал ей, что эти песни – остатки славной памяти их родины, когда по землям Окситании не ступала нога безжалостных завоевателей, и все окситанцы были «сынами Белиссены». Сейчас же вместо друидов и бардов несли былую мудрость катары и трубадуры, вселяя высшие идеалы в сердца людей. Как же ей тогда хотелось узнать, что это была за загадочная богиня холодного огня и летнего света…

И отец поведал Эсклармонде удивительную историю, изменившую всю ее жизнь.
- Помнишь ли, дочь, как я водил тебя совсем маленькой полюбоваться древними развалинами нашего родового замка на горе Монсегюр? Когда-то, в незапамятные времена, это место было храмом поклонения Солнцу и Белиссене, богини Абеллиона! Наши предки славили ее, как славили греки свою Артемиду, и считали повелительницей изгнанных в холмы богов, которых сейчас все странствующие трубадуры называют феями. Наши жрецы и жрицы, обитающие в пещерах Пиренеев, свято соблюдали все традиции и хранили реликвии, оставленные этим волшебным народом своим потомкам. Мы – дети Белиссены, и нам дана власть хранить величайшее сокровище – чашу Перерождения, тот самый Святой Грааль, о котором поют христианские труверы. Некогда эти знания пелись другими трубадурами – друидами и языческими бардами, и их неискаженная мудрость питала души народа. А в чаше этой сокрыта великая сила – преображать дух и наделять его вечной славой в ином, более чистом мире.

На следующий день, втайне от всех, граф Роже-Бернар увел дочь в горы, чтобы показать величайшую святыню их земли с незапамятных времен, являющуюся подлинным чудом матери-природы. Они поднялись в величайшую пещеру Сабарте – Ломбриве, в древнейшие времена служившую храмом иберийского бога Солнца Илхомбера. Крутая тропа, извиваясь подобно змее – символу мудрости и бесконечности миров и времен, вела в гигантское преддверие этого храма, и перед изумленной Эсклармондой открылся вход в заколдованное подземное царство, в котором история и легенды прятались от мира, ставшего столь рассудительным.

Путь в сердце горы проходил мимо причудливых сталактитов, мимо пластов многоцветного мрамора и сверкающих, как алмазы и лед, кристаллов невыразимой красоты. Огромный зал, который мог вместить пять соборов в высоту, был церковью катаров – воистину, земля должна была отдать им прекраснейшее место, чтобы они могли ощущать здесь ту красоту, которую истинный Творец создал в надзвездном мире… На мраморной стене рукою «совершенных» были начертаны солнце, луна и звезды, чтобы помнить о Боге, который есть свет и любовь. С потолка пещеры, теряющегося в непроглядной мгле, непрерывно капала вода, подобно ритму вечности, отражающей неизменную музыку Сфер.

Эсклармонда, безмолвная и восхищенная, оглядывала церковные сидения из сталагмитов для тех, кто пожелает проникнуть в этот волшебный мир.
- Смотри, милая, - шепотом сказал граф де Фуа, указывая дочери на противоположную стену святилища, – Видишь Древо с золотыми плодами и прекрасных лордов и королев в невиданных роскошных платьях? Это юные боги этих земель, которые научили наших предков всем ремеслам, и стали прародителями многих знатных родов Окситании в те седые времена… Наш род Фуа происходит от великих королей Меровингов, потомков этих дивных и могущественных созданий. А эта прекрасная женщина в самоцветной короне с полумесяцем на длинных волосах, сжимающая священный кубок Жизни – это сама Белиссена, богиня, дарующая всем спасение через таинство преображения духа.

Над священной чашей фей и самой богиней, расправив белоснежные крылья, парила голубка.

Эсклармонда подошла ближе, зачарованно рассматривая дивные совершенные черты Матери их народа, и в ее сердце затеплилось неугасимое пламя любви к богине, дарующей утешение уже в этой, земной жизни. Снаружи бушевала гроза, и вся гора гудела от потоков воды, колеблясь до самого основания под громом и молниями, брошенных на землю с небесной наковальни.

- Пойдем, дитя. Ты еще не все увидела, чтобы понять то, для чего слова не нужны.

Каменная лестница уводила в другой зал пещеры, через час ходьбы дорога обрывалась, и перед юной Эсклармондой и ее отцом предстала огромная пропасть, на дне которой рос гигантский сталагмит в виде резной изысканной колонны, словно изваянной руками гигантов.

- Это вход в запретное подгорное царство фей, моя девочка, - улыбнулся отец, - Когда настанет час великой беды, так гласит старая легенда, Дивный народ откроет врата для избранной королевы, чтобы спасти святыню их рода – волшебную Чашу, и ту, которая несет в себе тайну древней благословенной крови, в которой смешались сила фей и слабость людей.

Так Эсклармонда была посвящена отцом в величайшую тайну земли Окситанской – тайну Дивного народа и Грааля, которую хранили избранные из лучших и благороднейших людей. Они называли себя катарами - «чистыми» и «совершенными», ибо верили, что их Церковь Любви несет Свет и освобождает от страха и невежества. Труверы, посвященные в тайны катарской церкви, несли весть о Прекрасной Даме, под вуалью которой была сокрыта все та же истина о Богине их предков; о возвышенной и непорочной любви «минне»*, не обремененной плотским грехом. Это была верность их древней Богине и старой вере, облаченная в новые «одежды» под натиском католического всевидящего ока.

Когда Эсклармонде минуло двадцать, она счастливо разделила супружеские клятвы с Журденом де Лислем, виконтом Жимоэзом, став хозяйкой огромных угодий по обе стороны Пиренеев, и родила ему шестерых детей. Супруг разделял ее взгляды и приверженность Церкви Любви, и счастье их казалось вечным. Но вскоре скончался отец Эсклармонды – Роже-Бернар, и завещал своей любимой дочери развалины древнего замка на горе Монсегюр, чтобы она стала там «госпожой и повелительницей». Эсклармонда же тотчас передала замок в лен своему вассалу Раймону де Перею, повелев восстановить святыню, с древнейших времен почитаемую как храм Солнца и богини Дивных.

Через семь лет покинул бренный мир и ее любимый супруг, дети выросли, и Эсклармонду уже ничто не привязывало к мирской жизни. Вернувшись в родной Фуа, виконтесса торжественно и привселюдно вступила в лоно катарской церкви, и посвящал ее в таинства великий катарский епископ Жилабер де Кастр. Раймон-Роже, брат Эсклармонды, построил для нее в Памье удивительный замок - крепость под названием «Кастеллар», походивший на монастырь, где все жили единой трудящейся общиной и постигали сложную науку духовной Любви.

Прекрасная Эсклармонда учила бесчисленных желающих основам своей церкви, стекающихся сюда со всей Европы, месяцами удивляла их своим гостеприимством, поддерживала нуждающихся, утешала скорбящих, врачевала больных... На свою часть наследства она построила школы, мастерские, приюты, готовые принять первых жертв витавшей в воздухе войны между севером и югом Франции. Сюда из ущелий Сабарте и Черных гор стекались философы-еретики, чтобы беседовать с мудрой Эсклармондой о мудрости Платона и евангелиста Иоанна.

Но тучи сгущались над свободолюбивым народом Окситании, католики во главе с королем Франции и священниками возмущались такой вопиющей ереси, и жажда обладать богатствами южных соседей все возрастала. Сначала проводились ассамблеи между катарами и католиками, католические священники взывали к знати юга, цвели пышным цветом дебаты. Эсклармонда однажды сама устроила такую теологическую дискуссию, и аргументы и пыл, с которым она отстаивала свои воззрения, так восхитили единомышленников, а упреки в кровавых злодеяниях, брошенные католической церкви, были столь неопровержимы, что цистерианский монах - брат Этьенн де Минеа грубо прервал ее, побледнев от ненависти: «Госпожа, прядите свою пряжу! Ваш удел – веретено! Вам не следует говорить на этой ассамблее!".

Трубадур Гийом Монтанаголь, восхищенный смелостью Эсклармонды, тут же написал прекрасные строки о том, как люди боготворили свою госпожу, называя ее Великой. «Госпожа Эсклармонда, вы воистину даруете свет миру», - пел Гийом, и вся Окситания знала, о ком идет речь. Ведь «Es clara e munda» означает «несущая свет миру». «Тот, кто взовет к вам, не подвергнется злу целый день», - повторяли вслед за трубадуром окситанцы и с радостью называли в честь своей светозарной госпожи дочерей. А католики с ужасом несли весть к королю и епископам, возмущаясь этой Папессой еретиков… Это было началом конца. Раю суждено было исчезнуть в океане алчности, страха и злобы.

Вскоре Папе римскому Иннокентию Третьему удалось натравить северных баронов на ускользающий из его рук богатый и процветающий край, воззвав идти крестовым походом против исчадий тьмы – приверженцев альбигойской ереси…

_____
Эсклармонда закрыла глаза, и все те ужасы встали перед нею вновь. Орда крестоносцев, бесчестных и презирающих любое понятие рыцарственности и доблести, ведомая аббатом Арно-Амори из Ситэ двинулась на юг, творя неисчислимые зверства. Пятнадцать тысяч жителей города Безье при приближении этих варваров искали спасения в церкви Марии Магдалины. Когда один из воинов спросил аббата, что делать, ведь там находятся и правоверные католики, тот цинично бросил: «Убивайте всех, Бог узнает своих». Ад опустился на землю, уничтожая все прекрасное, что бережно создавалось веками.

Прекрасная графиня де Фуа горько вздохнула. Ее подданные считают ее воплощением Репанс де Шой, Титании – супруги Оберона, владыки фей… Они шепчутся, счастливо прикрывая глаза, что богиня вновь послала им защитницу, и прекрасная Эсклармонда – это воплотившаяся в смертном теле королева эльфийского народа и хранительница Чаши Грааля. «Царица фей горы Монмур» - так они ее называют, повторяя вслед за труверами прекрасные строки. Они верят ей, в нее, а она сжимает до боли свои белые пальцы, бессильно мечась по неприступной твердыне Монсегюра, гордо возвышающейся в пиренейских горах над провансальской равниной, и не может остановить эту черную орду!

Эта крепость – первая ступень на пути к звездам, к которым так стремились «совершенные», выше этой горы высотой три тысячи футов были лишь покрытые снегом зубцы Табора и усыпанное звездами небо. Там, среди рощ с журчащими источниками и чудесных лабиринтов пещер еще жили воспоминания о друидах и детях богини Белиссены…

Слезы жемчужинами скатились по нежным щекам прекраснейшей Эсклармонды, тридцать пять долгих лет войны разоряют ее родную землю, превращая в руины дивные замки и храмы, отнимая жизни у мирных людей. Сегодня все будет решено.

Армия врагов уже у подножия горы Монсегюр, но разве могут «совершенные» уклониться от своих обязанностей даже сейчас, на пороге смерти? Ведь четырнадцатое марта – праздник Богини и Солнца, жизнь дающего! И пусть врываются в их святую обитель всадники тьмы, не найти им сокровища, что дороже любого злата. Взмолилась Великая Эсклармонда к богине Белиссене, отправившись на священную гору Табор тайными ходами через пещеры, встала на вершине, подняв голову к солнцу.

И случилось тогда неслыханное диво, в веках воспетое трубадурами и памятью людей – разверзлась гора, принимая чашу Перерождения. Вернулся Грааль в подгорное царство фей, а Эсклармонда, сияющая, словно живая драгоценность в ослепительно-лазурном платье, взмахнула руками и, обернувшись голубкою белой, улетела прочь на поиски своих родных из Дивного рода. Не достались тайны катаров и сокровища Окситании жадным врагам, лишь руины и скорбные крики не сдающихся окситанцев были им «наградой» в позорной войне против своих братьев и сестер… Костры инквизиции расцвели алыми розами по всей земле южной.

И только песни на дивном наречии Окситании пережили века, восхищая людей мужеством и благородством, какими обладали доблестные сыны и дочери богини Белиссены, разносясь с ветром над древними забытыми святынями любви и истины…

________
минне* - возвышенная любовь к Даме, не знающая греха. Отсюда произошло другое (нем.) название трубадуров – миннезингеры.


Рецензии