Приключения за порогом

               


               
КОМАНДИРОВОЧНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ
Начну, пожалуй, с некоторых философических обобщений, пояснений. Думаю так, что человек был создан Всевышним прежде всего, как существо социальное. Это предполагает, что человеку просто необходимо общаться с себе подобными. И вот, когда  наступает момент, что индивидуум слегка поднадоел собеседникам и его, фигурально выражаясь, посылают подальше. Что он и исполняет. То есть – направляется именно куда подальше, в смысле, искать приключения. В большинстве случаев это означает, что он едет в отпуск, с глаз долой. А, если событие происходит на службе, начальство его посылает в служебную командировку, - как правило, туда, «куда Макар телят не гонял».
Говорят: «Позитивный человек - это тот, кого послали на хрен, а он вернулся оттуда отдохнувший и с магнитиками для всех ! Так и получается, что за все прожитые годы, большую часть времени я, как именно положительный человек, находился либо в командировках, либо в отпусках. Вот там-то и находил я приключения, мягко выражаясь, на свою голову.

ПЕРВАЯ КОМАНДИРОВКА
Первая командировка, запомнилась мне, как первая любовь. Работал я в то время на заводе  в серьёзной должности  аж пом. сменного мастера! Однажды у начальства завода возникла мысль поставить в  нашем цехе вибромельницу. Для каких-то целей. Им сверху видней. Договорились где надо, и выяснилось: мельница есть, надо приехать, заключить там договор, забрать её и привезти на завод. Кого-то, выходит, надо туда послать. Вроде, как получалось, что кроме меня  посылать некого - послали меня. А завод, где находилась эта самая вибромельница, находился не очень и близко в Белгородской области – ночь езды на поезде.
Оформили мне всякие документы.

 Главный инженер завода, начальник отдела снабжения и начальник цеха настойчиво внушили мне важность моей миссии, а также  крайнюю необходимость этой вибромельницы в технологическом процессе. И вот начались приключения! Опыта ведь никакого, в жизни никогда в командировки не ездил – только весной институт закончил.

Полный сознания важности порученного задания, я при покупке билета на поезд, предъявил кассиру командировочное удостоверение. Важностью моей миссии он не проникся, но билет продал.
 Правда, предлагал он мне билет в купейный вагон, но я решительно отказался: только в  плацкартный! Чем в какой-то степени озадачил кассира.

 В моём сознании со студенческих времён утвердилась истина, что проезд в купейном вагоне гораздо дороже, чем в плацкартном. А я просто не имею морального права вводить  в расходы родной завод. Провести ночь на третьей полке как-то привычней и приятнее, да и постель брать не надо.

Утром я был уже на месте и прямо с вокзала поехал на завод. Конечно, догадаться поинтересоваться наличием гостиницы, забронировать место в ней, такая мысль даже и не приходила в голову. Вперёд – на завод! Дело – прежде всего! На заводе мне показали требуемый агрегат, согласно моих ещё свежих институтских знаний, он соответствовал  необходимым параметрам.

Пошли к начальству составлять договор.
 Оказалось, что этот проклятый договор надо ещё и подписать. (Хоть бы кто-нибудь подсказал мне тогда, что я просто не имею права его подписывать.) А мне-то что? Подписать? Где? – Пожалуйста! Хоть сто порций! Договор заключён! Оказалось что вибромелницу надо забирать «самовывозом» . Следовательно я должен теперь возвращаться на завод за машиной для этого самого «самовывоза». Мне пожелали приятного пути и… Я оказался на улице!

А дело-то к ночи! А спать-то - негде! Единственная изба для проезжающих забита шоферами-дальнобойщиками. А на улице февраль и довольно-таки прохладно. Вернулся было в заводоуправление – все двери заперты – конец рабочего дня. Мороз же, я бы сказал, плавно крепчает. Да и людей на улице как-то поубавилось. Дело идёт к полуночи, а тут ещё и под ложечкой сосёт, желудок требует своё, проголодался. И вокруг, ну, как назло – все двери закрыты!

Вдруг увидел, как в одном из домов открылась дверь, и в облаке пара на улицу вышел человек: быстрее туда, к спасительному теплу и свету! Это оказалось отделение милиции. Я вошел без стука, протянул руки и изрёк: «Товарищи милиционеры, ребята дорогие! Берите меня, вяжите меня, только не выгоняйте на улицу окачурюсь там!»

Ребята-милиционеры оказались добрыми – напоили чаем, накормили и, извинившись, уложили спать в так называемый «обезьянник». Как они пояснили, он у них практически не использовался – дефицит клиентов.
Самое интересное началось по возвращении из командировки на завод. Начальник снабжения буквально рвал и метал: как я мог позволить себе подписать договор на покупку от имени руководства завода!

Правда, главный инженер завода тоже вызвал меня к себе и его тоже интересовал этот же вопрос. Извинившись, я в свою очередь, задал вопрос главному инженеру:
- А кто-нибудь перед командировкой мне что-нибудь вообще говорил, что можно подписывать, а что нельзя? Никто!

  Главный инженер как-то тепло и внимательно посмотрел на меня и негромко произнёс:
-А почему Вы решили ехать в плацкартном вагоне? Что не было мест в купейных?
Я ответил, что посчитал, что не имею права транжирить государственные деньги.
- А где Вы остановились? Где спали эту ночь?   
 Я ответил:
-В милиции.
 Чем, кажется, несколько удивил его.

Главный посмотрел как-то по особому на меня и  уже потом, как-то так задумчиво спросил:
-Это Ваша первая командировка?
 Получив положительный ответ, изрёк:
-Ну, юноша, с почином и в добрый час!

КГБ НЕ ДРЕМЛЕТ!
 Командировали меня как-то по работе в Уфу. Принимающая сторона подсуетилась, и с их помощью я оказался в центральной гостинице города. Днём, естественно, приходилось заниматься делами, а вечером - торчать в гостинице. Морозы стояли в то время не шуточные! Куда же «несчастному» податься, разумеется, в ресторан. Тем более, что к моему удивлению, цены в нём были довольно умеренные.

В меню неожиданно  я обнаружил такие экзотические блюда, как «медвежатина тушеная в горшочке», « мясо дикого кабана, тушеное в горшочке» и «говядина тушеная в горшочке». Так как мне предстояло жить в этой гостинице три дня, я решил вкусить всей этой экзотики. Гулять, так гулять! Каждый вечер – одно экзотическое блюдо!


Уж не могу сказать, в чём была причина, но почему-то все они оказались на один вкус. Может быть, официант каждый раз ошибался, принося одно и то же, может повар, готовя, не мог отличить одно мясо от другого. Только разницы я так и не почувствовал.

В последний вечер, поужинав в ресторане, вернулся в номер и принялся обсуждать с соседом результаты неудавшегося кулинарного эксперимента. Уж и не знаю почему, но беседа наша затянулась далеко заполночь. Я поднялся, чтобы запереть дверь, приоткрыл её слегка и увидел, идущих по коридору трёх молодых грузин.
Дело в том, что каждый раз посещая ресторан, я встречал там группу людей, явно выделяющихся из общего окружения.
 Это были трое молодых грузин и с ними ещё один довольно пожилой, наверное, их руководитель. Впрочем, они попадались мне на глаза и в холле гостиницы и ещё в некоторых других местах. На эту колоритную группу невозможно было не обратить внимания.

А в последний вечер, они сидели в ресторане, но уже без «старшего», зато в весёлой компании молодых девушек. Периодически они доставали из портфеля бутылочку коньяка и подливали его всем в бокалы. Правда, пытались это делать не особенно афишируя. Казалось бы – гуляют, ну и пусть себе гуляют, мне-то какая печаль. Только события развернулись несколько иным образом.

Мой поезд отходил после полуночи. В купе никого не оказалось. Но через некоторое время в него вошли… те самые три грузина! Разместив вещи, они уселись на нижних полках и, как-то тоскливо переглянувшись, о чём-то между собой негромко заговорили. Появился предупредительный проводник и, несмотря на позднее время, предложил чай.

- А посерьёзнее у Вас, дорогой, ничего нет? –спросил один из них,-  а то есть очень хочется.
- Извините, уважаемые, не держим – ответил проводник.
И вот тут вмешался я.
- Ребята, позвольте так к вам обратиться, у меня есть с собой небольшой бутерброд. Давайте его сейчас  разделим на всех, а запьём вместо чая …вашим коньяком!
- Каким таким нашим коньяком?!  - даже подпрыгнули они.
-А тем самым, которым вы девочек в ресторане угощали! – гнул я свою линию,- Думаете, старшего своего выпроводили, так уже можно творить всё, что угодно? Ошибаетесь, дорогие товарищи! Вы всегда на виду!

- В каком таком ресторане? Вы, уважаемый, нас с кем-то путаете! И вообще, кто Вы такой?
- Вот ознакомьтесь кто я такой!  С этими словами я протянул им свой служебный пропуск. Обычный пропуск. Не знаю уж по какой задумке, но у пропуска была красная обложка. А внутри его, как и полагается  - фамилия, имя, отчество, должность.

То ли в купе было темновато, то ли ребята были не очень наблюдательны, но эффект от моего обычного пропуска был просто потрясающий.  Они как-то сникли, буквально погасли. Я и сам почувствовал, что происходит что-то неладное, видать, слегка перегнул. Ребята наверняка  приняли меня за работника «органов».
Со временем мы совместными усилиями прояснили ситуацию. Прихлёбывая чай и попивая коньячок, весело смеялись над необычным происшествием.

Оказывается, у ребят были все основания для испуга. Они были слушателями Высшей комсомольской школы при ЦК Компартии Грузии. И их, как отличников учёбы, премировали поездкой по Ленинским местам. ( Были и такие виды поощрений.) И они действительно, спровадив в Москву руководителя, решили слегка погулять. Дело-то молодое! А тут, так некстати, оказался я  со своим дурацким пропуском, так похожим на удостоверение работника КГБ. А это уже было чревато неприятными последствиями.
Расстались мы по-доброму, и даже некоторое время переписывались.


КОМАНДИРОВКИ В ГРУЗИЮ
  Признаюсь честно, в командировки в Грузию ездил всегда с особенным удовольствием. Хотя работать приходилось в довольно трудных условиях. В плавильном цехе, мягко говоря, довольно тепло и в зимнее время, ну а летом, да ещё в Грузии – не позавидуешь.

 Но, что помогало сносить все тяготы работы в горячем цехе – это исключительно тёплое отношение к нам, командированным, буквально всех сотрудников завода. От руководителей предприятия до работников заводской столовой! А в таких условиях и работать легко. Впрочем, собираюсь я рассказывать не только о работе на металлургическом заводе, а и о самой Грузии.  Потому, уж извините, но писать о Грузии и грузинах  в привычном мне иронично-юмористическом тоне я не смогу.

Попав однажды в Грузию, влюбляешься в неё на всю жизнь!

Пусть Вас не удивит, но пожалуй, первое, что меня удивило – это грузинские имена. Какие-то фантастические, будто взятые из старинных легенд и мифов. Перечислить их все, или даже некоторую часть, даже не берусь.

 И всё-таки, в порядке небольшого примера: наши совместные усилия по выпуску сплава для защиты металла от коррозии курировал Георгий Ясонович, начальник цеха носил имя Бадри Харлампиевич, их начальник, в свою очередь, был Юза Ипполитович, научный консультант – Джондо Филимонович. Блеск! Остальные сотрудники предприятия имели не менее звонкие имена: одного из работников охраны звали Аристофан Христофорович, шефа заводской столовой звали точно, как знаменитого Народного артиста  СССР Кикабидзе – Вахтанг Константинович, чем он невероятно гордился.

Меня познакомили с начальником шихтового цеха, который представился просто – Зураб. Естественно сразу же всплыло имя героя романа Нодара Думбадзе «Я, бабушка, Илико и Илларион». Кстати, в своё время был создан и фильм с таким же названием. А звали этого героя и Зураб, и Зурико, и Зурикела – всё в зависимости от обстоятельств. И только, кажется, что один единственный раз промелькнула его фамилия – Вашаломидзе.

Вот я и решил немного пошутить – спросил у Зураба не помнит ли он какая фамилия у его тёзки из романа. Он задумался, задумались и все, присутствовавшие при разговоре. Начали переговариваться между собой по-грузински. А я оставил их и пошел в цех – надо всё-таки работать.
Спустя некоторое время, ко мне на площадку буквально взлетает разъяренный старший мастер – Автандил.

- Ты что специально сюда приехал срывать нам работу?! – завопил он.- Или может быть, тебя сюда ЦРУ американское заслало?!
- Автандил дорогой! В чём дело? Что я натворил? – удивился я.
- Что?! А ты лучше посмотри!
Я посмотрел в сторону, куда указывал Автандил, и увидел: стоит посреди цеха небольшая такая толпа людей и, оживленно жестикулируя, о чём-то спорят. Ну, спорят и пускай себе спорят, мне-то, что за печаль? Спрашиваю Автандила, в чём проблема.

- В чём проблема говоришь?! Да они там спорят, не могут вспомнить фамилию этого твоего Зурико! Умоляю, скажи, ради всего святого, -  как фамилия этого негодяя, будь он неладен?!
- Да его фамилия – Вашаломидзе, - отвечаю я.
Он включает громкую связь и на весь цех раздаётся  - «Вашаломидзе-е- е-е-!!!» И, как горное эхо , в ответ ему радостный вопль десятка глоток!

И, тем не менее, на протяжении нескольких лет работы, отношения между нами всегда оставались  тёплыми и  дружескими. Традиционное грузинское гостеприимство ощущалось буквально в любой мелочи. Была некая традиция, отмечать наши производственные достижения небольшими возлияниями прекрасного домашнего грузинского вина. Как правило, это происходило или на природе или в общежитии.
 
 На столе, в зависимости от обстоятельств, могли быть и скромные яства в виде овощей, зелени и чего-нибудь мясного. А случалось, что стол украшал запеченный молочный поросёнок с набором широкого ассортимента мясных и овощных блюд. Если случалось, что кто-либо из участников застолья несколько перевыполнял норму принятия на грудь, его доставляли по месту жительства. И, что характерно, на следующий день – никаких воспоминаний о том, что было накануне.  Никаких! Всё.  Было и прошло!

Ну, а уж посещение мест утоления голода и жажды – это особая песня! В их числе был, например, пивной бар под трибунами тбилисского стадиона «Динамо». Благодаря грузинским друзьям я отведал хачапури по-аджарски - аджарули (в виде лодочек), попил пиво с отварными копчеными рёбрышками, поел знаменитый хаш (рекомендуемый как средство от похмелья), наслаждался известными не только в Грузии «водами Лагидзе» и многое, многое  другое.

Особый разговор о заводской столовой. Её даже и столовой нельзя было назвать. Это был настоящий ресторан, расположенный в чистом и светлом помещении. А уж про ассортимент блюд и говорить не приходится. К тому же, размер их был явно рассчитан на здоровых мужиков, занятых тяжелым физическим трудом. Обычно я мог осилить только что-нибудь одно – или порцию первого или порцию второго. Закончив трапезу, иногда подходил к повару и просил… огнетушитель на десерт: блюда были невероятно острыми. Но вкус у них был просто потрясающий!

Мои командировки в прекрасную Грузию частично совпали со временем знаменитой «перестройки». Население республики, так же, как и большая часть населения страны испытывала все её «прелести». Хлеб, сахар, сливочное масло, сыр и многие другие продукты ежедневного потребления стали отпускаться по талонам. Но как можно оценить такой случай?

Зашел в магазин, решил купить грамм 200 сыра. Подумал, что может быть продадут по командировочному удостоверению. Но продавец не решилась нарушать установленные правила – не продала его мне. И тогда в очереди наперебой стали давать ей свои талоны на сыр, упрашивая продавщицу, продать мне эти несчастные 200 грамм. Я не знал, куда девать глаза от стыда.

В дальнейшем старался таких «подвигов» не делать. Ведь люди отрывали этот сыр от себя, от своей семьи. Напротив, отправляясь в командировку, старался привезти им что-либо из продуктов, которые были в дефиците.

Повествуя о моих командировках в Грузию, невозможно не упомянуть о т.с. культурной стороне  поездки. Это только начальству надо рассказывать, что в командировке ты «пахал» на заводе от зари до зари. В действительности, всегда находилось  время и для «культурной программы».  К счастью, мне удалось посетить Государственный музей Грузии, побывать на спектакле Театра марионеток под руководством Резо Габриадзе, был в театре оперы и балета.

 Буквально всё свободное время я гулял по Тбилиси, поднимался на Мтацминду, был в Пантеоне, где похоронены великие грузины, ездил в Мцхету – древнюю столицу Грузии. Был в Театре одного актёра Котэ Махарадзе. Вобщем, пересказать всё, что я видел и о чём мне рассказывали – это будет длинная история.

 Если читатель пожелает получить собственные впечатления о Грузии, - многое можно найти на страницах интернета. Вот только, чтобы проникнуться «грузинским духом», настоятельно рекомендую: почитайте вначале произведения Нодара Владимировича Думбадзе. Только все! А ещё, есть в Грузии прекрасный новеллист, не хуже американца О.Генри,- Реваз Авксентьевич Мишвеладзе. Очень душевно пишет!
 Послушайте, как поют грузины – это же вообще нечто невообразимое! Попробуйте блюда грузинской кухни и обязательно запейте хорошим грузинским вином. И вот тогда будет понятно, почему о своих командировках в Грузию я написал именно так.
Приятных всем впечатлений!






Рецензии
Уважаемый Ади! Вот и снова окунулась я в Вашу светлую прозу. Побывала вместе с вами в командировках - Белгорордской области, Уфе, солнечной Грузии. До чего же прекрасное было время! На описании гостеприимства грузинов прошибла слеза... Обязательно прочту их авторов, рековендованных Вами - Реваз Мешвеладзе, Нодар Думбадзе. Спасибо, дорогой, за доставленные минуты удовольствия за Вашей прекрасной прозой! К сему, Ваша Галочка.

Галина Фан Бонн-Дригайло   25.10.2018 12:07     Заявить о нарушении
Галочка дорогая! Спасибо за вашу рецензию, за внимание и славные слова. Я уже думал, упаси Господи, что-то случилось - пропали со страниц Прозы. Ну вот объявилась! Грузия - это вообще! Для меня это такие тёплые воспоминания! Так случилось, что одна из командировок совпала с турпоездкой Жени. Мы встретились в Тбилиси, я водил её по полюбившимся местам, угощал полюбившимися кушаниями. А потом она поехала по своему маршруту и в это время случилось то страшное "спитакское" землетрясение. Причём, именно в этот момент я находился там в метро. Что творилось - не описать! Но об этом не хотелось бы вспоминать на страницах своего повествования.

Ади Гамольский   25.10.2018 16:20   Заявить о нарушении
Адик, с удовольствием прочла. Жаль, рецку уже писала...

Галина Фан Бонн-Дригайло   26.06.2019 21:31   Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.