Рассказ второй о том, как стать красавицей

В тёмном замке для всех найдётся место! В смысле, почти для всех – простой нежити там на место. Впрочем, для богов смерти и особенных монстров, можно будет найти уголок. А уж какой – зависит от статуса.
 Вот например великаны -  не нежить и всё тут. Но, в каждом правиле есть исключения. Это самое исключение было не совсем великанского роста (ей хватало метра восьмидесяти), оно было не совсем обычным великаном (папочка постарался!) и было…весьма незаурядной личностью (подростковый возраст для всех особей весьма сложен).
- Да чтоб тебя! – раздавалось из-за одной из дверей замка.
 Она вела в комнату Хель. Ведьмы Хель. Некромантки Хель. Хель - воина Тумана!
 Той самой, которая яростно била волшебной палочкой по черепу Номера 10. Тот никак не хотел взлетать. Он пытался уползти со стола, спрятаться за диваном, вывалиться в окно. Другими словами, свалить куда подальше от этой бешеной великанши, которая ещё и стражницей служила при короле (у всех героев должно быть свое Альтер-эго!).
 Но девушка была непреклонна. Она отыскивала его везде и снова водружала на стол. Она освоит магию. Освоит магию Тумана. Или переломает всё в своей комнате.
- Ладно, - сказал ей густой женский голос на ухо. – И с палочкой у тебя тоже не получается.
- Ни с палочкой! Ни с метлой! Ни с посохом! – злобно зарычала Хель, сломала палочку об коленку и бухнулась на свой старый диван. – Не получается!
- Ну не получается! Успокойся, ну ты же не такая бесталанная!
- Ненавижу, когда у меня ничего не получается! – заревела Хель и стала размазывать слёзы по своим щекам. Одна была нормального бледно-телесного цвета, другая же - светло-фиолетового отлива. Но это было очень даже хорошо, учитывая то, что всё время до недавнего момента, девушка прожила с черепом вместо левой половины лица.
- Ну что ты плачешь? – спросила фиолетовая дымка, витая вокруг её головы.
- Не выйдет из меня воина, Туман!  Не выходит! – плакала девушка, обхватив подушку.
- Ну, ты же дочь одного их самых великих колдунов истории. Должен же у тебя быть талант хоть к какой-то магии?
- Нет! – и Хель уткнулась своим носом в подушку и продолжила рыдания.
 Номер 10 понял, что на сегодня уже никто в него ничем тыкать не будет и вылез из-за телевизора. Он подпрыгнул к великанше, щёлкнул челюстью и, спрыгнув на подушку, стал тереться об её волосы.
- О, как это мило. Он тебя утешает, - сказала Госпожа Туман, а сама начала думать.
«Нет, ну это же просто не возможно! У неё вообще таланта нет! Ни к какой магии! И это с теми возможностями, что я даю! Я! Та, кто придумал само понятие магия! Ох! Это просто оскорбление! Ладно. Девочка не виновата. Но ни зачаровывать она не может, ни левитировать предметы, ни превращать кто-то во что-то… Ничего, хотя… Мы ещё не пробовали проклятия… Пожалуй, мне стоит покопаться у неё в голове…»
 Дымка скользнула по волосам девушки и залетела к ней в череп.
«Сама не люблю, когда копаются у меня в мыслях, но это ради её же блага. Ну-ка посмотрим, так… Мама бросила в детстве, с папой и братьями жила. Рано повзрослела, постоянно обижали из-за внешности. Мелочно, как будто она в этом виновата! Очень хочет стать сильной, чтобы её никто не посмел обидеть… Сильной, да? И ещё хочет всем понравиться… На этом можно сыграть! Как насчёт…»
 Тут у Хель зачесался нос и она чихнула.
- Осторожней, милая, - сказала дымка, вылетая наружу.
- Вы лезли в мою голову? – спросила Хель, вытирая нос рукавом свитера.
- Да, и я кое-что нашла. Кое-что очень нам полезное. Я поняла, к чему у тебя есть талант. Ну, теоретически, может быть… Короче, твой волшебный потенциал! – уклончиво ответила Госпожа.
- К чему же?
- К тёмной ауре. И обаянию. Простому женскому обаянию, перед которым не устоит ни один мужчина.
- То есть?
- Приворот, другими словами.
«Надеюсь, это ей поможет! Не обретёт уверенность в себе – грош цена ей как моему воину… Надо помочь девчушке!»
 Номер 10 отскочил на стол и стал внимательно слушать. Потом сделал умный вид лица – ему ведь тоже нужно стать обаятельным!
***
 По коридору шёл весьма симпатичный мускулистый юноша, одетый как рокер. На голове повязана бандана, на плече лежит острая коса, на ногах – тяжёлые сапоги с железными вставками. Сапоги громко топали по каменному полу и направлялись они, как и их хозяин к двери той самой девушки, которая безуспешно пыталась освоить магию.
 Только подумать! Она ему и просто так понравилась – когда была самой собой. И наполовину скелетом.  А сейчас, когда она воин Тумана, да ещё и самое могущественное создание в этом мире. (Которое, правда, ещё не овладело своей силой!)
 Ах, какая у него девушка! Ну и что, что она иногда гоняет его по замку, размахивая острым мечом и так и сыплет проклятиями? Она же такая красавица! И такая ранимая… Так и хочется её защитить, а потом вместе с ней уложить сотню-другую зомби.
 Но сейчас Танатос (а это был именно он) шёл к своей девушке с не очень приятными новостями. Аид вызвал его к себе и приказал странную вещь. Позвать Хель в чайную комнату. А потом – уйти. 
 Зачем это надо – юноша не понимал. Нет бы чтобы, с ней там посидеть, чаю попить, потом пойти косить… А нет… Жаль! Однако, король сказал, что это как-то связано с недавним непрошенным гостем, который зашёл во дворец и сталь творить беспредел.
 Жнецу очень хотелось найти того, кто сделал этого голема и познакомить этого недалёкого человека или монстра со своей косой. Очень членораздельно познакомить – ну должна же быть и у него роль в этом спектакле!
 Каким образом он это сделает, он не знал – король не соизволил хоть как-то это объяснить. Так что, может Хель поделится с ним какими-то мыслями? Ну так, по секрету! Вдруг она что-то знает? Уж если у неё хватило ума на то, чтобы добраться до башни Туманной госпожи, то догадки-то у неё точно есть!
 Танатос подошёл к двери и постучал в неё. Изнутри раздался звериный вопль и какой-то стук. Кажется, стучали костью об дерево. Потом ручка двери повернулась и на пороге появилась хозяйка этой комнаты.
- Ты! – выдохнула Хель, отбрасывая назад длинные спутанные чёрные волосы с мокрого лба.
- Я! – ответил он и обнял девушку. А потом он её поцеловал.
«Так. Хорошее начало разговора! Сейчас она успокоится и я…»
- Ещё раз так сделаешь без моего разрешения, и я откушу тебе язык, - недовольно сказала ему в лицо Хель.
 Жнец немного отшатнулся. Она явно была не в настроении.
- Что-то случилось?
- Да. И нет. Ничего не случилось!
- Когда ты так говоришь, определённо что-то случилось!
- Не могу магию освоить. И меня это бесит.
- Вот как?
 Хель кивнула, вытерла лоб рукавом и повернулась ко столу. Там, с челюстью прикованной кинжалом к поверхности, трясся Номер 10. Вот уже как полчаса, Хель пыталась обаять его, как ей сказала Туман.
 Но снова ничего не получалось.
- Бесполезная я, - захныкала Хель, готовясь снова разреветься.
- Ты не бесполезная! А кто спас замок от голема?
- Порфирий!
- Не только он, но и ты.
- Если бы я владела магией, я бы справилась самостоятельно! 
- Я тебя всё получится…
- Ничего у меня не получится!
- А ну-ка молчать оба, - в комнате раздался густой женский голос. Туман снова решила взять слово.
- Садись-ка малышка на диван, а вот ты – мужичара – встань у двери, - приказала она.
 Юноша и девушка послушались. В конце концов, они знали, что хозяйку и создательницу этого мира лучше не злить.
- Как ты можешь пользоваться моей магией, когда в тебе нет ни капли женственности? – сказала Туман. – Именно в этом твоя ошибка – женская магия у пацанок не работает! Именно поэтому у тебя ничего не поучается! Ну, вот скажи мне, ты вообще себя любишь?
- Нет, - хмыкнула Хель. – Я бесполезная уродина.
- Ты так тоже считаешь? – спросила Туман у жнеца.
- Нет. Я не считаю её уродиной. Она красивая.
- Только сама этого видеть не хочет. Сил у неё не хватает, чтобы полюбить себя. Легче себя жалеть, да?
 Хель хмыкнула.
- Силы воли у тебя достаточно. Но я давно решила, что моим воином будет сильная, но уверенная в себе женщина. Так что… Давай, парень, говори, что ей надо исправить в себе?
- Она обидится. И мы расстанемся. А я этого не хочу! – запротестовал Танатос.
- Обидится? Да. Расстроится? Да. Но перенесёт это, это её не убьет. Да, поплачет. Но она уже знает, что ты её любишь. И тебя она послушает. Верно, Хель? Ты уважаешь мнение своего парня?
 Хель подняла глаза и пристально посмотрела на жнеца. Тот тоже был взволнован. Наконец, девушка кивнула и приготовилась слушать. 
- Ладно, ладно. Только не обижайся! Не обижайся! Ну… Мне было бы приятно видеть, что ты сделаешь себе красивую причёску. У тебя же такие красивые волосы! И, если ты наденешь новую одежду. И, я уверен, тебе очень пойдёт какое-нибудь красивое платье! И сандалии или сапожки на каблуке! А ещё лучше – туфли! С маленькими пряжками! И, честно, я бы очень хотел с тобой потанцевать! Барда ведь можно попросить сыграть нам что-нибудь! И…
- Достаточно, - Хель оборвала его и снова закрыла лицо руками. – Уходи.
- Но, я не! – попытался оправдаться Танатос.
- Ты тоже считаешь меня уродиной, уходи!
- Я не сказал, что ты!..
- Уйди, я хочу побыть одна.
 Танатос вздохнул.
- Я не за этим пришёл. Я хотел сказать тебе, что Аид просил тебя подойти в чайную комнату. Но… Прости, я не знал, что всё вот так обернётся. То, что я сейчас сказал – это правда, что я думаю о тебе. И я думаю, что ты справишься с этим, потому что ты очень сильный человек, - Танатос бросил косу на пол, подошёл к Хель и снова заключил её в объятия.
- Пусти! Негодяй! Видеть тебя не могу! – закричала девушка, и стала бить его кулаками по спине.
 Жнец не уходил и молчал. Он просто обнимал свою любимую девушку и ничего не говорил. Хель ещё немного побилась в его медвежьих объятиях, потом снова всхлипнула и стала реветь у него на плече.
- Прости, - прошептала она, вцепившись в его чёрную футболку.
***
 Жнец вышел из комнаты и снова закинул косу на плечо.
 Внутри него было очень неспокойно. Он не знал, правильно ли он сейчас поступил. Но, всё же…
- Да не, правильно, что не ушёл. Ну как её можно было оставить одну в таком состоянии? Мало ли – всё разнесёт, и с собой ещё что-то сделает! – начал он уговаривать сам себя.
«Ну ты умница. Знаешь, как надо обращаться с дамами!» - прозвучал голос Туман у него над ухом.
 Жнец чуть не уронил косу.
- Госпожа?
- Ну да… Это я, парнишка… Я же всё видела, что ты сейчас сделал, нехороший мальчик!
- А… А что я сделал нехорошего? Я что, должен был уйти?
- В том то и дело, что нет. Но… ох незадача! Мы же всё ещё не знаем, куда же нам надо идти, чтобы узнать про этого мужика, который чуть не разнёс весь замок, да? Гнев внутри нас не утих! Нет-нет! А разбираться с ним будут твоя дама и твой лучший друг. Обидненько! Не пригласили! Может, потому что ты сплоховал в прошлый раз?
- Ага, - выдавил из себя Тан. Бедро снова заныло – руки сжали древко. Как мальчишка ему проиграл, сделать ничего не успел. Хорошо, что Хель не видела этого позора! Стыдно…
 Туман хихикнула. У жнеца от этого звука немного задрожали колени.
- Да, дорогуша, но чуть погодя – тебе ведь надо помочь сестрёнкам в пыточных и подвалах – там же полный бардак, да?
- Ну да, но…
- Не волнуйся! Ты потом присоединишься к веселью, а теперь – пока! – мой задиристый зайчик! Мы ещё поиграем! – сказал Туман и её голос растворился.
 Жнец остался стоять в коридоре в полном одиночестве. Где-то через минуту по замку раздался злобный громогласный крик: «И с чего это я зайчик?!».
***
 - И так, на чём мы остановились? Я ненадолго уходила, - сказали струйки тумана, снова возникая перед Хель.
- Вы меня унижали. При моём парне. И заставили его меня унижать, - гробовым голосом ответила великанша, снова упёршись лицом в подушку.
- Да-да-да, злая я, нехорошая. А ну-ка хватит!
 Струйки сплелись в одно облако, и из него вышла Туман во всей своей красе. Длинные роскошные волосы фиолетового цвета, изящные и женственные черты лица, туфельки на высоких каблуках и облегающее тёмно-фиолетовое платье, расширяющееся колоколом у самых ног. Туман поправила высокие перчатки и откинула волосы со своих обнажённых плеч. На шее у неё скалился череп из александрита.
 Хель подняла взгляд на свою хозяйку. Туман была рассержена.
- Бить будете? – безразлично спросила девушка, откладывая подушку. – За то, что у меня ничего не получается?
- За это я ещё никого не била. Дело тут не в магии, для этого время нужно. Дело тут в другом, это глубже, - Туман подошла ближе к Хель и погладила её по волосам.
- Парень твой видит это. И я это вижу. Ты просто не умеешь быть женственной, да? – спросила Туман неожиданно мягким голосом.
 Хель кивнула.
- Ну да. Росла с отцом, мать бросила, за братьями надо было следить, обижали все… Некому было учить тебя как ухаживать за собой, следить за собой, красиво наряжаться, нравиться всем… Верно?
Хель снова кивнула.
- Тебе выпало удовольствие родиться женщиной. Ты должна наслаждаться этим. И заставить других наслаждаться этим, даже если они этого не хотят!
- Но как?... Я не понимаю…
- Так я тебя сейчас научу, - Туман взяла её за руки и подняла с дивана. – Быть женщиной непросто, но… «Я – твоя злая ведьма-крёстная…»
Из-за запертой двери в коридор полетели струйки тумана и весёлая, сочинённая на скорую руку песенка, про принцессу-замарашку и её злую-добрую-танственную ведьму-крёстную.
***
- Я – красивая, - злобно рычала Хель, выбрасывая из своего шкафа всю старую одежду.
- Я – красивая, - ворчала она, выбрасывая в окно свой старый диван.
- Я – КРАСИВАЯ! – крикнула она на Номер 10, выволакивая его из-под стола.
 Череп трясся от страха. Ему было совсем не смешно. Он нанимался работать здесь лицедеем! Развлекать принцесс, надоедать королю, мешать Порфирию и дружить с ним, делать милые озорства и мелкие гадости. Но никто ему не говорил, что надо будет становиться подопытным кроликом в аутотренинге закомплексованного воина Тумана, защитницы Плутона!
 Такой чести Номер 10 был явно недостоин. Поэтому он мигом сделал жалобные глазки и кивнул. Правда, без плеч не особо кивнёшь, но он уж очень постарался.
- Долой этот мусор! Хватит быть затворницей! Этот мир слишком мало получает от тебя, верно? – спросила Туман, наколдовывая Хель целый шкаф новой одежды.
- Верно! – ответила Хель, выметая кучу осколков из угла с зеркалом.
- Дай-ка их сюда, - Туман взмахнула над кучей стёкол. Те, звеня, взлетели и слились в одно большое зеркало. Оно повисло на стене в деревянной раме, напоминающей венок из роз. – Ты должна видеть себя полностью. Любоваться собой, понимаешь?
- Да, - кивнула Хель.
- Нет, по отдельности всё слишком долго, - хмыкнула под нос Туман. – Отойди к окну и закрой-ка глаза!
- Ладно, - Хель подчинилась своей хозяйке.
 Прошло две минуты. И на всём их протяжении, вокруг творилось что-то не совсем вообразимое. По воздуху что-то летало, подало на пол, стучало об стены, взрывалось, собиралось, скрипело и издавало нечленораздельные звуки. А потом всё закончилось. К плечам девушки прикоснулись две руки и развернули её.
- Иди, - она услышала голос Туман и медленно пошла на него.
- Стой, - Хель остановилась. – И смотри.
 Девушка открыла глаза. Комната изменилась. Вместо тусклой лампочки на потолке висела стильная люстра в готическом стиле. На полу лежал гобеленовый чёрно-фиолетовый ковёр с узором в виде паутины. У стены стояла кованая кровать с шёлковыми простынями и набалдашниками на спинке в виде черепов. Вместо стола теперь была широкая тумба, на которой стоял телевизор и горка дисков. В углу примостилась стойка с доспехами и мечом.
Всё было по-другому. Хель чувствовала себя не в своей тарелке. Тут она посмотрела в зеркало.
 Кажется, это она. Ну да, вот длинные чёрные волосы. Правда, теперь уложенные в красивую косу. И макияж такой интересный, выразительный. Чёрные туфельки с пряжками и на невысоком удобном каблуке. Тёмно-синее платье с небольшим корсетом на талии и рукавами до локтей. На запястьях изящные кожаные наручи с узорами на них.
- Ну вот, посмотри, - сказала Туман, снова кладя руки ей на плечи. – Какая красавица! Самая настоящая богиня, да?
 Хель кивнула и снова подготовилась расплакаться. Такой красивой она ещё никогда не была. Первый раз она стала себе нравиться.
- Помни -  я твоя злая ведьма-крёстная! – насмешливым голосом сказала ей Туман на ухо. – Эй! Не реви! Макияж потечёт!
- Да, - только и смогла сказать Хель.
- Ну и последний штрих, - Туман сняла свой череп из александрита и повесила кулон на шею девушки.
- Но это же ваш?...
- Тебе он больше пойдёт. Потом у папы ещё украшения попросишь, - Туман махнула рукой. – Милые девушки должны носить красивые украшения!
- Я не милая!... – Хель осеклась.
 Милая девушка в зеркале сразу же опровергла её заключение.


Рецензии